Танец на льду

Тэхён в последний раз повторил свою программу, чувствуя, как мышцы приятно тянутся после сложных элементов. Костюм — современный вариант традиционного ханьфу — лёгкими волнами двигался вместе с ним, подчёркивая плавность движений. Тэхён знал, что этот наряд придаст номеру дополнительную выразительность, сделает каждый жест ещё более эффектным. Он замер у зеркала, переводя дыхание после интенсивной репетиции. Ткань мягко облегала его тело, лёгкие рукава чуть взметнулись при движении. Просто и элегантно. Ничего лишнего. Всё было идеально. Почти. — Длинных волос не хватает, — пробормотал он себе под нос, вспомнив, как в исторических дорамах у мужчин струились длинные волосы, красиво развевивающиеся при каждом шаге. Это сделало бы образ завершённым. Дверь зала открылась, впуская поток холодного воздуха, и Тэхён тут же увидел в зеркале отражение Чонгука. — Эй, ты чего завис? — голос старшего был как всегда спокойным, но в глазах мелькнул лёгкий интерес. Тэхён развернулся к нему, чуть улыбнувшись. — Любуюсь, — честно признался он. Чонгук хмыкнул и приблизился, внимательно разглядывая костюм. — Должен признать, смотрится шикарно. Тебе идёт. — Ты думаешь? — Тэхён поправил ткань на запястье, ещё раз бросив взгляд в зеркало. — Уверен, — кивнул Чонгук. — На льду это будет выглядеть просто потрясающе. Тэхён глубоко вдохнул, медленно выдыхая. Волнение перед выступлением начинало нарастать, но он чувствовал поддержку Чонгука — это придавало ему уверенности. — Когда мне выходить? — Уже скоро, — ответил старший, взглянув на часы. — Нам пора идти. Тэхён кивнул, ещё раз взглянул на себя в зеркале, затем направился к выходу, ощущая, как сердце начинает биться быстрее. Скоро он выйдет на лёд, и расскажет эту красивую историю любви из романа. *** Зал погрузился в тишину, и в этот момент зазвучала музыка — нежная, мелодичная, окутывающая лёгким ветром древнего Китая. Мягкий женский голос, полный чувств, словно шёлковая нить, вплетался в хрупкие переливы инструментов, но в самой мелодии проскальзывали акценты — напоминания о силе, о характере, о несломленном духе. Тэхён закрыл глаза на мгновение, собирая мысли, затем плавно вытянул руку перед собой и сделал первый толчок. Лёд под коньками подался мягко, будто сам принял его, и юноша начал свой танец. Каждое его движение было исполнено грации, но в то же время в нём чувствовалась непоколебимая мощь — отражение души бога войны, которого он воплощал на льду. Он был лёгким, будто ветер, но его руки, его спина, его взгляд говорили о другом — о выдержке, о битвах, оставшихся в прошлом, но не забытых. Он сделал широкий заход, слегка оттолкнулся и перешёл в вращение. Оно не было слишком быстрым — напротив, плавным, размеренным, будто замедленное дыхание перед схваткой. Рука скользнула по воздуху, рисуя в пространстве изящную линию, а затем он опустил ладонь к груди, словно бы ощущая груз воспоминаний. Музыка усилилась, голос певицы стал настойчивее, словно бы взывая к чему-то далёкому, и в этот момент Тэхён толкнулся и выполнил прыжок — чистый, безупречный двойной аксель, с мягким, едва слышным приземлением. Его движения оставались такими же плавными, но теперь в них появилось что-то большее — они рассказывали историю. Историю войны, боли, жертвенности, но и любви. Он двигался по диагонали, затем развернулся, присел и вытянул руку вперёд, скользя по льду в глубоком выпаде. На мгновение он застыл, а затем резко поднялся и сделал разворот, позволяя длинным рукавам костюма взметнуться в воздухе, создавая иллюзию парящих крыльев. Музыка вновь стала мягче, и он перешёл в финальную часть программы. Последние шаги, последний поворот — он вытянул руки в стороны, голова его была запрокинута назад, а на лице застыло выражение умиротворения. Последний звук музыки затих, и Тэхён замер в финальной позе, будто бы застывший в вечности. Тишина. А затем — шквал аплодисментов. Когда Тэхён вышел со льда, сердце его всё ещё бешено колотилось от пережитых эмоций. Он только что завершил второй самый значимый прокат в своей жизни, и теперь ему оставалось лишь смириться с нарастающим волнением перед награждением. И вот, имя победителя объявлено. Он снова занял первое место. Аплодисменты заполнили ледовый дворец, вспышки камер ослепляли глаза, но все эти звуки и краски растворились для него в один момент, когда он заметил Чонгука. Тот стоял у выхода с ледовой арены, держа в руках огромный букет алых роз. В его глазах светилась гордость, а на губах играла тёплая, почти восхищённая улыбка. — Ты просто восхитителен, — выдохнул Чонгук, едва Тэхён вышел со льда. Старший потянулся, убирая с лица Тэхёна несколько выбившихся прядей, а затем бережно вложил в его руки букет. — Ты даже не представляешь, насколько ты красив на льду… — продолжил он, а затем, не удержавшись, легко наклонился и коснулся губами губ Тэхёна. Этот поцелуй был лёгким, почти невесомым, но в нём читалось столько чувств, что у Тэхёна перехватило дыхание. Его пальцы крепче сжали стебли роз, а сердце гулко отозвалось в груди. Но прежде чем он успел что-либо ответить, за спиной раздался неожиданный голос: — Тэхён, это было неимоверно! Юноша резко обернулся… и тут же застыл на месте. Перед ним стояли Чимин и Намджун. Тэхён моргнул, не до конца веря в увиденное. Уж кого-кого, а этих двоих он точно не ожидал встретить здесь. Чимин улыбнулся, а потом, к полному изумлению Тэхёна, бросился к нему и коротко обнял. Это был один из тех редких моментов, когда Ким действительно растерялся. Они с Чимином никогда не были особенно близки, их общение всегда сводилось к коротким встречам и редким диалогам. Но сейчас Чимин выглядел искренне восторженным. — Если бы я не знал, что ты любитель, подумал бы, что катается настоящий профессионал! — восхищённо произнёс он, отстраняясь. — И этот исторический образ тебе неимоверно идёт! Жаль, что я не смог увидеть твою произвольную программу. Думаю, она была не менее красивой. — Ты действительно хорошо постарался, — хмыкнул в этот момент Намджун. Его голос был спокойным, но в нём звучали нотки признания. После того, как Тэхён отказался от его предложения стать тренером, их пути практически не пересекались. И хотя в словах Намджуна не было ни намёка на упрёк, Тэхён всё равно ощутил лёгкую напряжённость в воздухе. И не только он. Чонгук, стоявший рядом, тут же двинулся вперёд, словно инстинктивно ставя между Намджуном и Тэхёном невидимую преграду. Тэхён даже внутренне усмехнулся. Вот же ревнивец. Он и без слов понимал, что Чонгуку не слишком нравится сам факт присутствия Намджуна здесь. Конечно, он знал, что Гук и так не питает к нему светлых чувств, но когда дело касалось Тэхёна… Тогда Чонгук превращался в настоящего защитника. И сейчас это было особенно заметно. Чонгук почувствовал едва уловимое прикосновение к своей руке. Ещё мгновение назад он напряжённо следил за каждым движением Намджуна, но этот тихий, почти невесомый жест Тэхёна вернул его обратно к реальности. Юноша коротко взглянул на него, и Чонгук прочитал в его мягком взгляде понятное без слов: «Всё хорошо». Он чуть расслабился, но всё же остался начеку, внимательно наблюдая за происходящим. Тэхён же, заметив, что внимание вновь приковано к нему, коротко поклонился Чимину и Намджуну. — Спасибо за комплименты. Мне очень приятно, — скромно улыбнулся он. В голосе не было ни капли высокомерия, лишь искреннее тепло и благодарность. Он действительно не ожидал их увидеть, но, несмотря на всю неожиданность встречи, был рад, что они смогли увидеть его выступление. Чимин широко улыбнулся в ответ: — Да ты, оказывается, ещё и скромняга! Будь на твоём месте кто-то другой, уже бы задрал нос от гордости! — Просто я не люблю излишнее внимание, — мягко ответил Тэхён. — Ха, тогда ты выбрал не самую удачную профессию! — рассмеялся Чимин. Тэхён лишь слегка покачал головой, а Намджун внимательно посмотрел на него, будто оценивая что-то про себя. — Ты изменился, — произнёс он, но не уточнил, что именно имел в виду. Тэхён лишь чуть заметно кивнул. Да, он изменился. Всё, что произошло за последние месяцы, закалило его, сделало сильнее. Он больше не тот парень, который сомневался в себе и своих силах. Теперь он точно знал, чего хочет. А самое главное — рядом с ним был человек, который всегда верил в него. Чонгук. Он сжал в руках букет и улыбнулся, чувствуя, как сердце наполняется тёплым, искренним счастьем. Намджун с Чимином вскоре попрощались и покинули их, а Тэхён заметил как к нему спешат родители с Хоби. Поэтому Чонгук мягко подтолкнул его в их сторону и, наклонившись к самому уху, прошептал: — Встретимся чуть позже. Не буду вам мешать. Тэхён обернулся, будто хотел что-то сказать, но потом просто благодарно кивнул. Чонгук невольно проводил взглядом Тэхёна, который уже почти добрался до родителей и Хосока. Он видел, как женщина раскинула руки, явно собираясь крепко обнять сына, а отец стоял рядом, едва заметно улыбаясь, но в глазах его было столько гордости, что даже на расстоянии можно было это почувствовать. Хоби что-то говорил, жестикулируя с присущей ему экспрессивностью. Чонгук понимал, что это момент для Тэхёна — момент, которого он так долго ждал. Пусть он никогда не признавался вслух, но Чонгук знал, как сильно Тэхён желал, чтобы родители наконец приняли его увлечение, чтобы увидели, насколько он талантлив, и гордились им. Чонгук развернулся и медленно пошёл вдоль катка. Ему нужно было немного побыть одному, чтобы переварить всё, что произошло за этот день. Он был горд за Тэхёна, невероятно горд. Видеть его на пьедестале, видеть эту счастливую улыбку, с которой он принимал медали, — всё это было для Чонгука гораздо важнее, чем какие-либо собственные достижения. Погружённый в мысли, он даже не сразу заметил, что кто-то идёт ему навстречу. — Чон Чонгук? Чонгук вздрогнул от неожиданности и резко повернулся на голос. Перед ним стоял мужчина лет сорока, высокий, статный, с доброй улыбкой на лице. Его лицо казалось смутно знакомым, но Чонгук не сразу понял, кто перед ним, пока внимательнее не всмотрелся в черты. Со Ён Тэ. Генеральный директор крупнейшего ледового театра Кореи. Чонгук тут же коротко поклонился, выражая уважение. — Здравствуйте, господин Со. Не ожидал увидеть вас здесь. Мужчина улыбнулся ещё шире. — Здравствуй, Чонгук. Вообще, я часто прихожу на любительские чемпионаты в поисках новых талантов для массовки в свой театр, но конкретно сегодня меня пригласил один человек и сказал, что я не пожалею. И, кажется, я понял, что он имел в виду. Он на мгновение замолчал, а Чонгук немного удивлённо приподнял брови. — Ким Тэхён. Юноша, занявший два первых места сегодня. Ты ведь его тренер? Чонгук гордо выпрямился, словно сам только что выиграл соревнование. — Да, я. Но… к чему вы ведёте?.. Со Ён Тэ чуть склонил голову, оценивающе глядя на него. — Его выступления… — начал он и на мгновение прикрыл глаза, будто вновь прокручивая в памяти увиденное. — Они были потрясающими. В первом номере он поразил меня чистотой катания и техническим мастерством, а во втором… Второй номер — это нечто большее. Это было искусство. Каждое движение, каждый поворот головы, каждый жест — всё передавало историю, музыку, характер. Он заворожил не только судей, но и весь зал. Чонгук почувствовал, как в груди разливается тепло. — Спасибо, он действительно очень старался… — И именно поэтому я хотел бы предложить твоему ученику стать частью нашей труппы, — с этими словами мужчина протянул Чонгуку визитку. Чонгук изумлённо моргнул, глядя на картонку с чётко напечатанными буквами. — В ледовом театре? — Да, — кивнул Со Ён Тэ. — Разумеется, он сможет продолжать участвовать в соревнованиях. Ты останешься его тренером, всё в этом плане останется как прежде. Единственное отличие — массовые номера для спектаклей будет ставить наш тренер, а всё остальное останется за вами. Он сделал небольшую паузу, прежде чем добавить: — Расскажите Тэхёну о моём предложении. Я буду очень надеяться, что он его примет. У парня настоящий талант. Чонгук смотрел на визитку, не в силах поверить в происходящее. Вдруг перед глазами всплыло воспоминание — тот самый день, когда они ещё только начали заниматься вместе. «Если ты захочешь, то сможешь не только кататься для себя, но и выступать в ледовых спектаклях. Ты только представь, какие красивые образы можно воплотить на льду…» Тогда Тэхён смотрел на него с такой детской, чистой верой, что Чонгук невольно улыбнулся. А теперь этот момент стал реальностью. Всё, о чём мечтал Тэхён, всё, к чему стремился, наконец-то становилось возможным. Чонгук крепче сжал визитку в пальцах, чувствуя, как сердце начинает стучать быстрее от осознания того, что только что произошло. Это был не просто шанс — это была мечта его возлюбленного, ставшая реальностью. Он глубоко вдохнул, прежде чем поднять взгляд на Со Ён Тэ и твёрдо ответить: — Я обязательно расскажу ему. Спасибо. — Буду ждать его ответа, — с лёгкой улыбкой произнёс директор, кивая в знак прощания. — И, Чонгук… ты хороший тренер. Видно, что ты не просто учишь его кататься, а вкладываешь душу. Это редко встречается. С этими словами Со Ён Тэ развернулся и ушёл, оставляя Чонгука в лёгком оцепенении. «Ледовый театр…» Он опустил взгляд на визитку и почувствовал, как на губах медленно появляется улыбка. Теперь оставалось только рассказать Тэхёну. И Чонгук был уверен: тот будет счастлив. *** Тэхён стоял, опираясь на стену, в окружении родителей и Хосока, когда вдруг почувствовал, как сильные, но такие родные руки осторожно обхватили его талию. Он сразу узнал их прикосновение, и сердце дрогнуло в сладком предвкушении. — Мама, папа, — раздался бархатный голос Чонгука, и Тэхён уже заранее ощутил, как жар поднимается к его ушам, — вы позволите мне… забрать Тэхёна к себе на ночь?.. Тэхён резко распахнул глаза и, быстро развернувшись, уставился на Чонгука, не в силах поверить в услышанное. — Чонгук! — он даже не пытался скрыть потрясения в голосе. Но возлюбленный лишь усмехнулся и крепче сжал его талию, продолжая говорить родителям: — Клянусь, что не переступлю через границу! Просто хочу провести вечер и ночь с любимым. Он столько работал, столько сил вложил в эти выступления, что заслуживает отдыха. Обещаю, что ничего лишнего не произойдёт. Лицо Тэхёна вспыхнуло, как закатное небо, и он перевёл взгляд на родителей, которые смотрели на Чонгука с неожиданной задумчивостью. Мама, казалось, взвешивала что-то в голове, глядя на их сцепленные руки. Отец нахмурился, но в его взгляде не было осуждения — скорее, сомнение и беспокойство. — Ты понимаешь, Чонгук, что мы не можем просто так согласиться? — наконец произнесла мама. — Мы доверяем Тэхёну, но он всё-таки наш сын, и он ещё молод… — добавил отец, наблюдая за реакцией сына. — Я понимаю, — серьёзно кивнул Чонгук, не отпуская Тэхёна. — И я не стал бы просить, если бы не был уверен, что смогу сдержать слово. Для меня важно, чтобы Тэхён отдохнул и чувствовал себя спокойно. Тэхён всё это время молчал, вцепившись в футболку Чонгука и всё ещё пытаясь осознать происходящее. Родители в нерешительности переглянулись, а потом мама тяжело вздохнула и посмотрела на сына. — Ладно. Ты можешь поехать к Чонгуку, — наконец сказала она. — Но! — резко вставил отец, нахмурив брови. — Чонгук, ты не смеешь переходить черту! Дальше поцелуев — ничего, ясно? Тэхён почувствовал, как его лицо мгновенно стало пунцовым, а Чонгук мягко улыбнулся. — Конечно, — с абсолютной серьёзностью ответил он, но Тэхён чувствовал, как в глазах Чонгука вспыхнуло озорство. В этот момент раздался смех, и они обернулись к Хоби, который буквально сгибался пополам от веселья. — Ох, голубки, ну что за сцену вы тут разыграли! — сквозь смех проговорил он, вытирая уголки глаз. — Чонгук, ты же просто мастер слов, а, Тэхён? Только посмотри, какой ты красный! — Хосок! — Тэхён возмущённо топнул ногой, чувствуя, как жар добрался до самой макушки. Но тот только продолжал смеяться, хлопая Чонгука по плечу. — Ну что ж, парни, желаю вам чудесной и… как бы это сказать… приличной ночи! — ХОСОК!!! Громкий возмущённый вскрик Тэхёна разнёсся по коридору. Чонгук тоже смутился, но всё же крепче прижал любимого к себе, шепча: — Не обращай внимания, милый. Сегодня ты наконец-то сможешь выспаться в моих объятиях. А ещё, — Чонгук наклонился ниже, и прошептал Тэхёну на самое ухо, — нам предстоит один очень важный разговор..