Oops! I Joined The Good Guys/ Упс! Я на Стороне Хороших Парней

Северус Снейп Северус не мог отвести взгляд от портрета спящего Альбуса Дамблдора, который висел над директорским столом. Он размышлял, насколько неуважительно будет закрыть его занавеской. При жизни Альбус часто раздражал его, но портрет был ещё хуже. Его терпение давно было на исходе. — Тебе удалось получить от него какую-нибудь новую информацию? — спросила Минерва, присоединяясь к нему. Они всё ещё пытались понять, знал ли Альбус о местонахождении оставшихся крестражей или чем они были. Либо Дамблдор не владел этой информацией, либо намеренно отказывался помогать им… последнее казалось наиболее вероятным. — К сожалению, нет. Каждый раз, когда я задаю вопрос, на который он не хочет отвечать, а это, кажется, происходит постоянно, он притворяется, что засыпает, — ответил Северус. Предположительно спящий портрет Альбуса усмехнулся на этот комментарий, прежде чем вновь «захрапеть». Минерва улыбнулась, проявляя свою обычную терпимость к эксцентричным выходкам старика. — Финеас, есть ли новости от мистера Поттера и его друзей? — спросила она. Финеас Найджелус Блэк, словно по мановению волшебной палочки, появился на своём портрете и, прислонившись к раме, произнёс: — С ними всё в порядке. Уизли не хватает терпения, и они с магглорождённой ведут довольно забавный спор. Можете поверить, что она обвинила его в том, что он относится к ней как к своей матери? Это забавно, потому что он явно ждёт, что между ними возникнут романтические отношения. Он не понимает, что за девушкой нужно ухаживать. Конечно, мальчишка Малфой не улучшает ситуацию, он использует любую возможность, чтобы выставить мальчишку Уизли в плохом свете. На самом деле, это очень увлекательно. — Так вот почему ты так долго не появлялся! Ты наслаждался этой, громко говоря, подростковой драмой? Право, Финеас, я был о тебе лучшего мнения, — сказал Северус, лениво растягивая слова. Он никогда бы не признался, но ежедневные новости от Финеаса стали самым значимым событием его дня. Возможно, мне удастся усилить звук на портрете и подслушать… — А что насчёт мистера Поттера? — спросила Минерва. — Несколько скучноват; он предпочитает держаться в стороне от забавных бесед, но иногда позволяет себе довольно занимательные перепалки с мальчишкой Малфоем, — ответил Финеас. — Но с ним всё в порядке? — уточнила Минерва. — Да, всё в порядке. Северус крепко сжал предплечье и с болезненным стоном почувствовал, как Тёмная метка на его руке вновь начала гореть. Прошло уже несколько недель с тех пор, как Тёмный лорд в последний раз созывал своих последователей, и Снейп предположил, что это, возможно, произошло благодаря стараниям Беллатрисы. Он попытался подавить охватившее его беспокойство, быстро закрыл глаза и с намеком посмотрел на Макгонагалл. — Меня вызывают, и я полагаю, что Кэрроу тоже будут там. Возможно, вам удастся использовать их отсутствие в своих интересах? — Наконец-то… Я попрошу Поппи позаботиться о студентах, которых недавно пытали. — Минерва, — сказал он, когда она уже собиралась уходить, — не подкидывай больше боггартов в шкаф Амикуса. В конце концов, он поймёт, что это ты. Минерва, пытаясь скрыть улыбку, поджала губы. — Я не делала этого, хотя, возможно, случайно упомянула Миртл, что Алекто назвала её ничтожной плаксой, которая заслуживала смерти. Как жаль, что она настояла на комнате рядом с туалетом; я подозреваю, что когда она вернётся, там будет настоящий бардак. Северус, потирая лоб, сказал: — С тем же успехом ты могла бы помочиться в её утренний тыквенный сок, учитывая твою деликатность. — Неплохая идея… Снейп раздражённо покачал головой, увидев улыбку, которая расплылась по лицу Минервы. Он отправился по каминной сети в поместье Малфоев и направился в столовую, где проходили их встречи. Все пожиратели смерти с метками были в сборе, и обеденный стол был увеличен, чтобы вместить всех. Северусу пришлось приложить немало усилий, чтобы сохранить безразличное выражение лица, когда он заметил свою коллегу, Чарити Бербедж, которая висела над столом с выражением безмерного страха на лице. Блядь, это плохо. Когда она увидела его, в её глазах появилась мольба, и он почувствовал тошноту от чувства вины. Он отвёл взгляд и сел рядом с Родольфусом, который молча подвинул к нему кубок с вином. Сегодня вечером Тёмный лорд собирался продемонстрировать свою силу; он собирался принести в жертву Чарити, чтобы запугать их. Северус едва обращал внимание на речь, которую произносил Тёмный лорд, или на умоляющие крики бедной женщины, висевшей над ним; он просто старался сохранять бесстрастное выражение лица. Зелёный свет от Авады осветил комнату, и тошнотворный глухой звук удара сказал ему, что её страдания закончились. Северус, просто потерпи, скоро всё закончится. Тёмный лорд опустил взгляд, когда Нагайна скользнула мимо него. Обычно он старался не смотреть на змею, но сегодня был полон решимости увидеть, как Чарити будет съедена. Она станет для него ещё одной причиной продолжать борьбу, ещё одной причиной желать смерти Тёмному лорду. Он наблюдал за приближением Нагайны, которая, казалось, знала, что делать, без каких-либо указаний. Тёмный Лорд с радостью наблюдал, как змея скользнула по столу, широко раскрыв пасть… Нагайна всегда знает, что делать… Северус знал, что Тёмный Лорд и Нагайна могут общаться на Парселтанге, но Тёмный Лорд не говорил ей ничего. Он даже не направлял её жестами. Северус переводил взгляд со змеи на Тёмного Лорда, и внезапно его осенило. Он схватил кубок, который подал ему Родольфус, и сделал большой глоток, стараясь сохранить бесстрастное выражение лица, которое ему так хорошо удавалось. Мне нужно вернуться и поговорить с Горацием. Его внимание привлёк крик с другого конца стола. Нарцисса упала вперёд на своём стуле и билась в конвульсиях о стол, а Тёмный Лорд наблюдал за ней, направив на неё палочку. После «смерти» Драко Нарцисса стала новой игрушкой Тёмного Лорда. Он наслаждался, пытая её проклятием Круциатус, когда никто не ожидал. — Ну, разве это был не приятный вечер? — Тёмный Лорд плюнул в них. — Вы можете идти, но помните, что случается с теми, кто расстраивает меня. Нагайна обвила тело Тёмного Лорда. Северус не мог отвести взгляд от происходящего, удивляясь, как раньше не замечал этой странной связи между ними. Беллатриса присоединилась к ним, и Тёмный лорд исчез. Несколько человек задержались, чтобы пообщаться с Люциусом. Снейп обратил внимание, что Люциус с тревогой смотрит на Нарциссу, которая лежала на столе, пытаясь восстановить дыхание. — Ещё один замечательный вечер; я мог бы обойтись и без того, чтобы видеть, как Нагайна ужинает, но вот мы здесь, — произнёс Родольфус, вставая со стула и обходя стол, чтобы помочь Нарциссе. — Пойдём, мы отнесём тебя наверх. — Он подхватил Нарциссу на руки, кивнув Люциусу, который был занят тем, что отвлекал остальных. Северус последовал за ними. Когда Родольфус отнёс Нарциссу в её спальню, Северус призвал домашнего эльфа и попросил принести немного зелий, которые могли бы помочь справиться с последствиями проклятия. — Есть ли какие-нибудь новости о Драко? — спросила она слабым голосом, когда Родольфус осторожно опустил её на середину кровати. Северус быстро закрыл дверь, чтобы их никто не услышал. Он начал готовить зелья, а Родольфус взял бутылку вина из бара Нарциссы. Это красноречиво говорило о том, как она чувствовала себя, ведь она даже не упрекнула его. — Драко в порядке, и, кажется, он неплохо ладит с мистером Поттером, — ответил Северус. — Хорошо, — произнесла она, всё ещё не в силах говорить, — это хорошо. — Не то чтобы я не доверял кучке подростков, способных победить самого тёмного волшебника всех времён, но добились ли они какого-нибудь прогресса? — спросил Родольфус. — Как ни странно, я думаю, что сегодня произошёл прорыв, — сказал им Северус. — Но мне нужно вернуться в замок и обсудить это с некоторыми людьми. Нарцисса, могу я ещё что-нибудь для тебя сделать, прежде чем уйду? — Пожалуйста, передай Драко, что я очень скучаю по нему, но не упоминай о том, что со мной происходит. Я не хочу, чтобы он беспокоился, — сказала она ему. — Конечно. Как только Северус вышел из камина, он бросился к письменному столу и начал рыться в ящиках, пока не нашел умиротворяющее зелье. Он быстро выпил его, надеясь, что это поможет его лихорадочно работающему разуму. — Тревожные мысли? — спросил его портрет Альбуса с любопытством. — Нагайна, — ответил он, наблюдая за реакцией портрета. Портрет кивнул. — Я подозревал. Северус был на грани того, чтобы бросить бутылёк от Умиротворяющего зелья в портрет, что, как он прекрасно понимал, было бы довольно иронично. — Конечно, ты подозревал, ты всегда играешь в свои игры. Такое впечатление, что ты хочешь усложнить нам задачу! Альбус сразу же закрыл глаза и «захрапел». Невыносимый старый козёл. В гневе он вышел из комнаты и направился в подземелье, полный решимости найти Горация. Было уже поздно, и он надеялся, что Гораций ещё не успел заснуть после ужина. Северус постучал в дверь его покоев так громко, как только мог, стараясь не привлекать внимания Кэрроу. Дверь со скрипом открылась, и перед ним появилось помятое лицо Горация Слинзорта. — Северус, — сказал он коротко. — Чем могу быть полезен в столь поздний час? Гораций, как и многие другие учителя Хогвартса, не был в курсе причин, по которым Северус убил Альбуса Дамблдора. По этой причине он, вполне естественно, относился к Северусу с подозрением. Однако Северусу было необходимо изменить это отношение, поскольку он нуждался в информации о крестражах, и Гораций был единственным, кто мог ему помочь. — Зайди внутрь, Гораций, нам нужно поговорить.

***

Гермиона Грейнджер Однажды поздно вечером Малфой, лежавший на своей койке, внезапно издал громкий шипящий звук и уронил книгу, которую читал. Она поспешила посмотреть, что произошло, и обнаружила, что он так сильно сжимает предплечье, что костяшки пальцев побелели. — Что случилось? — прошептала она, стараясь не разбудить Рона, который спал на диване. — Ты можешь достать из моего чемодана обезболивающую мазь? — спросил он с явной болью в голосе. Она наложила на них заглушающие чары и быстро открыла его сундук, чтобы достать мазь. Забравшись к нему на кровать, она потянула его руку к себе и задрала рубашку. Он попытался отстраниться, но она не отпускала его. — Он призывает своих последователей? — Да. — Больно? — спросила она, когда он зачерпнул немного мази и начал наносить её на руку поверх Тёмной Метки. — Не знаю, что навело тебя на эту мысль, — ответил он, глядя на неё так, словно она задала самый глупый вопрос из возможных. — Может ли он отследить тебя здесь? — спросила она с тревогой. — Нет, как будто Снейп или Макгонагалл позволили бы мне пойти с вами, если бы это было возможно. Его тон был резким, и она сразу поняла, что он раздражён. — Могу я помочь чем-нибудь ещё? — Нет, я просто должен дождаться конца собрания, и тогда всё должно закончиться. Будем надеяться, что это будет короткое собрание. Гермиона ненавидела чувствовать себя беспомощной, но это было единственное, что она могла сделать, наблюдая, как Малфой морщится от боли. Они провели вместе почти месяц в палатке, и она немного привязалась к нему. Видеть его в таком состоянии было мучительно. Я понятия не имею как помочь! Она огляделась, размышляя, есть ли в её книгах что-нибудь, что могло бы облегчить его боль. Словно прочитав её мысли, он слегка смягчился и пробормотал: — Не волнуйся, Грейнджер, ничего нельзя сделать. Это не убьёт меня. Она взглянула на свою койку, где оставила сборник Сказок барда Бидли, и, не раздумывая, потянулась за ней, прихватив с собой подушку. Устроившись на подушке рядом с Малфоем, она открыла книгу. — Есть предпочтения? — спросила она. — Ты собираешься почитать мне сказку? — спросил он с некоторым недоумением в голосе. — Возможно, если ты будешь хорошо себя вести. — Она улыбнулась в ответ на его озорную ухмылку. Он слегка поморщился, устраиваясь рядом с ней. — Крошка-крольчиха. — Это любимая сказка Рона. — Если подумать, она ужасна… давай начнем со Сказки о трёх братьях. Гермиона, найдя эту историю, весело покачала головой и принялась читать.

***

Драко Малфой — Какого чёрта?! Драко потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя и открыть глаза. Он закашлялся, вероятно, подавившись… волосами? В замешательстве он огляделся, и в этот момент рядом с ним что-то зашевелилось. Грейнджер. Блядь. Последнее, что он помнил, — это как она читала о брате, получившем мантию-невидимку, а потом — пустота. Он убрал волосы изо рта, а она в полном смущении переводила взгляд с него на свои влажные волосы. Очевидно, она тоже заснула; они лежали, прижавшись друг к другу, на его кровати, а Сказки барда Бидли словно случайно оказались между ними. Должно быть, это выглядело довольно уютно для Уизли, который сейчас пристально смотрел на них, в то время как Поттер, стоявший рядом, выглядел несколько удивлённым. — Не хочешь объяснить, что это за хуйня? — потребовал ответа Уизли. Сарказм, Драко, используй свой сарказм. — Грейнджер решила почитать мне сказку перед сном. Что я могу сказать? Она была такой интересной, что мы даже задремали. Гермиона, окончательно проснувшись и, вероятно, смутившись, ударила его книгой Сказок барда Бидли. На самом деле, это было не больно, ведь книга предназначалась для детей, но Драко громко взвыл и притворился, что падает на матрас от боли. — О нет, я попала по твоей Метке? Я не хотела! — воскликнула она испуганно. — А что с его Меткой? — спросил Поттер с тревогой. — Как ты могла! — воскликнул Драко явно переигрывая. — Разве я уже не достаточно страдал за один вечер?! Почувствовав, что он её разыгрывает, она снова ударила его книгой, прежде чем обратиться к остальным. — Это не то, о чём вы думаете! — сказала она решительно Поттеру и Уизли. Уизли действительно выглядел так, будто вот-вот взорвётся, Драко был здесь именно ради этого. — Почему бы тебе не рассказать нам, что произошло? — спросил Поттер с неловкостью. — Тёмная метка Малфоя начала гореть, и ему было очень больно. Поэтому я принесла ему обезболивающую мазь и… что ж… я решила почитать ему сказку, чтобы отвлечь его от мыслей о боли, и, должно быть, мы заснули. — Но ты в его постели! — обвинил Уизли. — А разве она не присоединяется к тебе в постели время от времени? Или это только у меня есть такая привилегия, Грейнджер? — спросил он с улыбкой, и она густо покраснела. — Ты можешь, пожалуйста, заткнуться? — прошипела она на него. — Я прокляну тебя! — Рон! Никто не будет проклинать Малфоя, — сказал ему Поттер закатив глаза. — На самом деле, у нас есть более важные темы для обсуждения. — Что? — Грейнджер подалась вперед, оказавшись сидящей на коленях, всё ещё в постели Драко, как он с самодовольством отметил про себя. — Финеас кричал из твоей сумки, Гермиона, и ты бы услышала его, если бы не наложила на кровать заглушающие чары… — Фраза Поттера повисла в воздухе. Драко воздержался от саркастических замечаний, в то время как Уизли выглядел так, будто был на грани того, чтобы запустить в него заклинанием. — Малфою было очень больно, и я не хотела будить Рона! — пыталась объяснить Грейнджер с отчаянием. — В любом случае… — продолжил Поттер, — похоже, Снейп нашёл другой… — он посмотрел на Драко и раздражённо фыркнул, — артефакт. Только с ним мы сможем разобраться в последнюю очередь, потому что Сами-знаете-Кто узнает, что мы делаем, если мы от него избавимся. — Что это? — спросила Грейнджер, подпрыгивая от восторга. Когда она это сделала, её леггинсы натянулись на ягодицах, и Драко смог ясно увидеть её нижнее бельё. Поттер демонстративно кашлянул, и Драко поднял глаза, чтобы встретить его насмешливый взгляд. Было очевидно, что он прекрасно понимает, на что смотрит Драко. К счастью, Уизли ушёл на кухню за сливочным пивом и ничего не заметил. Нельзя винить парня за то, что он обратил внимание… — Нагайна, — произнёс Поттер. — О, я ненавижу эту чёртову змею! Она съела трёх наших лебедей, — сказал он им. — Я думаю, это имеет смысл. Он всегда держит Нагайну при себе, и у него есть связь со змеями, — ответила Грейнджер, полностью проигнорировав комментарий об его бедных лебедях. Грубо. — Значит, осталось найти два? — спросил Уизли. — Да, хотя нам всё равно нужно уничтожить медальон и убить Нагайну, когда придёт время, — заметила Грейнджер. — Кажется, мы продвинулись, — произнёс Поттер с проблеском облегчения в глазах. — Не хотите наконец-то рассказать мне, в чём заключается миссия? И Грейнджер, и Поттер посмотрели на Уизли, который с агрессивным видом ответил им: — Нет. — Ну, если на этом всё, мы с Грейнджер вернёмся ко сну, — сказал он, похлопав по кровати рядом с собой. Внезапно Грейнджер осознала, что у неё нет причин оставаться в его постели, спрыгнула с кровати и объявила, что заступит на дежурство, так как ей нужно подышать свежим воздухом. Как только Уизли ушёл принимать душ, Поттер решил присоединиться к Драко. — Мне нужна подзарядка, похоже, все хотят со мной переспать, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Ты не в моём вкусе, — ответил Поттер с той же весёлостью. — Тебе нужно сегодня заступать на смену в три часа ночи? — Да. Они понимающе кивнули. — Я хочу попросить тебя об одолжении, — произнёс Поттер, накладывая на них заглушающие чары. — Рон и Гермиона уже много лет ходят вокруг да около. Не буду врать, я не думаю, что они подходят друг другу. Мне кажется, он буквально свёл бы её с ума. Драко нахмурился, не понимая, к чему ведёт этот разговор. — Но мы все живём в одной палатке, и у нас очень важная миссия. Последнее, что нам нужно, — это напряжение, сексуальное или иное, которое может всех рассорить. Так что держи член в штанах, ладно? Глаза Драко расширились. — Ты думаешь, я хочу трахнуть Грейнджер? Что за хуйня… Поттер просто наблюдал за ним со странным выражением лица, поэтому Драко продолжил: — Поттер, я не уверен, что ты себе надумал в своём странном маленьком мозгу, но я могу тебя заверить, что, хотя Грейнджер на удивление приятная и забавная девушка, и я ценю её интеллект, мы не будем трахаться. — Блядь, — воскликнул он, когда Драко нахмурился. — Честно говоря, я думал, что тебе просто не терпится заняться сексом, но ты только что похвалил её характер и интеллект. Драко раздражённо закатил глаза. — Поттер, я тоже считаю, что ты удивительно приятный и забавный; твой интеллект, правда, вызывает некоторые сомнения, но как ты думаешь, это значит, что я хочу трахнуть и тебя? — Я не знаю, а ты хочешь? — Это предложение? Они расхохотались. Уизли выбрал именно этот момент, чтобы выйти из ванной комнаты, и его убийственный взгляд мог бы напугать любого нормального человека до смерти. Однако Драко, похоже, был не из тех, кто легко пугается. Уизли взмахнул палочкой, снимая заглушающие чары, но прежде чем он успел что-либо сказать, Драко окликнул его: — В чём дело, Уизли? Мне и с Поттером нельзя спать? — Блядь, — простонал Поттер. — Просто отъебись, Малфой. — Он тяжело опустился на диван, выглядя довольно удручённым. Это было крайне разочаровывающее возвращение… Драко с драматичным вздохом спрыгнул с кровати и направился к большому ребёнку. — Уизли, то, что сказала Грейнджер, было правдой. Мы не хотели засыпать, и ничего предосудительного не произошло. Ты же знаешь, какая она; она просто не могла оставить меня корчиться от боли. Уизли сглотнул, и на его лице отразилось некоторое облегчение. — Просто… не позволяй этому повториться. — Всё в порядке, Поттер обещал согреть мою постель и почитать мне сказки в будущем… — Он сделал вид, что шепчет, прикрыв рот рукой… — Думаю, он запал на меня. — У тебя такой огромный член! — воскликнул Поттер, спрыгивая с кровати и присоединяясь к ним. — Ты прав, Поттер! У меня действительно огромный член. Спасибо, что заметил. Уизли рассмеялся от души; это было настоящее чудо. Когда часы пробили три часа ночи и пришло время сменить Грейнджер на посту (и подрочить), он вышел из палатки, чувствуя себя вполне довольным собой. Они с Грейнджер с удовольствием подремали, Уизли больше не проклинал его, а время Нагайны, кажется, подходило к концу. Кроме того, ему удалось успешно приготовить бобы на тостах. Когда он подошёл ближе, Грейнджер одарила его довольно раздражённой улыбкой. Он позволил своему взгляду блуждать по ней, внимательно изучая её, размышляя о том, что ранее сказал Поттер. Думал ли он о ней в школе? Иногда. У неё было красивое тело и очаровательное личико. Со временем она научилась лучше укладывать волосы и на Рождественском балу выглядела по-настоящему привлекательно. На неё было приятно смотреть, но не это выделяло её из толпы. Она была весёлой и умной. Она не вела надоедливых светских бесед, как большинство чистокровных девушек… Она была другой. БЛЯДЬ. ТОЧНО НЕТ. Я НЕ ЗАПАЛ НА ГРЕЙНДЖЕР. Я УБЬЮ ПОТТЕРА ЗА ТО, ЧТО ВНУШИЛ МНЕ ЭТУ МЫСЛЬ. — Значит, Рон не проклял тебя? — спросила она. — Вообще-то, я заставил его рассмеяться, — ответил он, и её брови взлетели вверх. — Я знаю, у меня дар, Грейнджер. Я могу заставить людей перестать меня ненавидеть и начать думать, что я вполне сносный, за очень короткий промежуток времени. — Хм, я склонна согласиться. Его взгляд упал на влажный участок земли возле ближайшего дерева, и он нахмурился. Вокруг больше ничего не было мокрым, и дождь явно не шёл. — Что это? — спросил он её, указывая на это место. — Ой… Я просто практиковалась в заклинании, — ответила она, взмахнув палочкой, и мокрое пятно исчезло. — Заклинание… — Да, и в любом случае, я устала… Спокойной ночи, — произнесла она поспешно, намеренно избегая смотреть ему в глаза. Странно.