Oops! I Joined The Good Guys/ Упс! Я на Стороне Хороших Парней

Гермиона Грейнджер Когда часы наконец пробили три часа ночи и пришло её время дежурства, Гермиона тихо вышла из палатки. Она не спала и была не в состоянии заниматься чем-либо ещё, кроме как снова и снова прокручивать в голове сцену, которую им показал Медальон. Несколько раз она бросала взгляд на Рона, спящего в своей постели, и чувствовала себя ужасно виноватой. Именно такой сценарий его беспокоил; он не считал себя достойным её. Он думал, что Гермиона предпочла бы быть с Малфоем или Гарри, или даже с обоими сразу. Мерлин… Гарри всегда был её лучшим другом, и в их отношениях никогда не было никакой романтики, хотя она и считала его привлекательным. Однако именно Малфой заставлял её чувствовать себя виноватой. Малфой вызывал в ней чувства, которых она никогда не испытывала раньше, даже с Роном. Он возбуждал её, говорил вещи без стеснения, флиртовал с ней, заставлял её смеяться, дразнил и сводил с ума! Это было так неожиданно и так раздражающе бессмысленно. Она знала, что Малфой не испытывает к ней настоящих чувств. Они все вместе застряли в палатке, и она была для него лишь развлечением, чтобы скоротать время. Она была магглорождённой, грязнокровкой, а он — Малфоем. Их миры были так далеко друг друга, как только возможно. В лунном свете она заметила его белые волосы. Он сидел на бревне и собирал листья в кучу, ожидая, когда она придёт и сменит его на посту. Он выглядел умиротворённым и гораздо более спокойным, чем раньше. Её мысли вернулись к тому моменту, когда она случайно села ему на колени и почувствовала, как его твердый член прижимается к её промежности. Если я не получу разрядку в ближайшее время, я что-нибудь подожгу. По крайней мере, один из них получил разрядку. Она уже давно поняла, зачем нужен Клуб Полуночников. Очевидно, раннее дежурство прошло для Малфоя отлично. Сегодняшняя ночная смена была ее; ей нужно было расслабиться, и она не хотела, чтобы её беспокоили или чтобы она слышала, как кто-то бродит по палатке, как это часто происходило в период дежурства с 11 вечера до 3 часов ночи. Сцена с медальоном снова всплыла в её сознании, и жгучая боль разлилась между бёдер. — Эй, теперь ты можешь идти внутрь, — сказала она Малфою, намеренно избегая его взгляда, когда он повернулся к ней. Вероятно, пройдёт не меньше недели, прежде чем она снова сможет посмотреть ему в глаза. Смущение было почти таким же сильным, как и возбуждение. — Хорошо. — Он поднялся и уже собирался пройти мимо, но нерешительно спросил: — Ты в порядке, Грейнджер? Нет! СОВСЕМ НЕТ! — В порядке. Он ещё немного задержался, явно пытаясь решить, стоит ли ему сказать что-то ещё или оставить её в покое. — Кто бы мог подумать, что Поттер будет третьим колесом? Она подавила смешок, прежде чем смогла остановиться. — Я не могу поверить, что ты только что это сказал. Он пожал плечами; когда их взгляды встретились, в его глазах светилось веселье. — Когда вы, ребята, пригласили меня в поход, я и не подозревал, что это предложение включает странные видения будущего Уизли. — Это не было видением будущего! О боже… — Ты права, Поттер определённо не был бы приглашён. — Он подмигнул, прежде чем повернуться и уйти, заставив её подавить чувства. Уфф, неужели он не понимает, что делает со мной?! Она выждала около двадцати минут, и этого времени оказалось достаточно, чтобы невыносимый мерзавец отправился спать. Спрятавшись за деревом, она произнесла заклинания для отвода глаз и Силенцио, а затем быстро сняла брюки и нижнее белье. Ей не нужно было растягивать удовольствие, ей просто требовалась разрядка. Она невербально посылала Агуаменти за Агуаменти, позволяя безжалостному потоку воды ударять её по клитору, чтобы довести до оргазма за считанные минуты. Прислонившись спиной к дереву, чтобы не упасть, она закрыла глаза и представила, как Малфой входит в неё. У неё вырвался стон, когда наконец-то пришло освобождение. Оргазм вызвал волну за волной удовольствия по всему телу, заставляя её трепетать. Таааак гораздо лучше. Наложив быстрые чары сушки, она надела одежду и легла, прислонившись к стволу дерева, наслаждаясь блаженным посторгазменным состоянием. Остаток ночи прошёл спокойно, но как только часы показали семь утра, и она уже собиралась пойти в дом и лечь спать, в чём так сильно нуждалась, появился Рон. Он выглядел немного раздражённым, но в то же время очень решительным. О, Годрик, я не думаю, что смогу справиться с этим, что бы это ни было. Она осторожно улыбнулась, когда он сел рядом с ней. — Ты рано встал. — Я хотел поговорить с тобой, пока остальные не проснулись. — Он взял палку и начал ковырять ею в земле. — Окей. — То, что вы видели… то, что показал медальон. — Он сильнее воткнул палку в землю, и это заставило её занервничать. — Ты этого хочешь? Секс втроём?! Боже, у меня даже не было секса с одним человеком… — Нет. — Я всегда думал, что мы с тобой… не знаю. Гермиона постаралась не закатывать глаза; Рон был просто невыносим, когда дело доходило до разговоров о своих чувствах. Несмотря на то, что она только что пережила самую странную ночь в своей жизни и отчаянно нуждалась во сне, она знала, что ей придётся взять инициативу в этом разговоре на себя. — Я тоже так думала. Ты дорог мне, Рон. Просто последние несколько месяцев были непростыми, и я думаю, что это сказалось на всех нас. Он перестал яростно ковырять землю палкой и посмотрел на неё. — Ты хотела бы попробовать? Я имею в виду, дать нам шанс? О, Годрик, как же мне объяснить, что я этого не хочу… — Я… — С болью в сердце она почувствовала, как к горлу подступает ком. Ей нужно было ответить ему, но она не хотела потерять его, ведь у него был такой вспыльчивый характер. Она вздохнула… — Что касается меня, то я думаю, что метла улетела. Я люблю тебя, Рон, правда люблю, но только как друга. Слеза скатилась по её щеке; она не могла смотреть на него, чувствуя себя ужасно. — Это из-за него, не так ли? — Рон с такой силой ударил палкой по земле, что она застряла и сломалась. Он повернулся к ней. — С тех пор, как появился Малфой, ты стала другой. Всё было прекрасно, а потом он начал флиртовать с тобой и делать комплименты, и внезапно я перестал существовать. Ты же понимаешь, что он делает это, чтобы вывести меня из себя, не так ли?! На самом деле ты ему не нравишься! Для него ты всегда будешь Грязнокровкой. Слёзы вновь наполнили её глаза, и она поспешно смахнула их рукой. Рону было больно, ему нужно было выразить своё разочарование. — Рон, прошу, не начинай. Мои чувства к тебе начали меняться задолго до того, как появился Малфой. Я не хочу причинять тебе боль, но я не могу лгать или притворяться, что ничего не изменилось, когда это уже произошло. Тебе следовало раньше понять, чего ты хочешь. Неужели я должна была ждать целую вечность? — Но он использует тебя, Гермиона! Значит, он всё ещё зациклен на Малфое. Она усмехнулась. — Где я слышала эту фразу раньше? Ах, да, ты говорил то же самое о Викторе, который оказался настолько милым, что всё ещё пишет мне. — Ты поддерживаешь связь с Крамом?! — воскликнул он с возмущением. Ситуация начала принимать неожиданный оборот. — Да, Рон, мы друзья, а друзья поддерживают связь! — начала она терять терпение, недостаток сна не добавлял спокойствия. — Такие же друзья, как вы с Малфоем?! — Рон встал и начал расхаживать перед ней. — Рон, пожалуйста, успокойся, — взмолилась она. Оглядываясь назад, можно сказать, что просить кого-то успокоиться, когда он злится, вероятно, не самая лучшая идея. Он отреагировал на её мольбу, метнув заклинание в ближайшее дерево, проделав в стволе дыру, от которой во все стороны полетели щепки. Гермиона вскрикнула, но успела создать вокруг себя щит. — Что, чёрт возьми, происходит?! — воскликнул Гарри, выбегая из палатки в одних трусах. За ним последовал Малфой, одетый в шёлковую пижаму, которая не оставляла простора воображению. Было очевидно, что в постели он предпочитает обходиться без нижнего белья. Сейчас точно не время для подобных мыслей, Гермиона! Рон, не раздумывая, запустил в дерево еще одно заклинание. Гермиона, воспользовавшись его замешательством, обезоружила его и поймала палочку в воздухе. — Ты только что обезоружила меня?! — закричал он, наступая на неё с довольно устрашающим видом. Гарри и Малфой поспешили к ним, и Гарри встал перед Роном, преграждая ему путь. — Рон! Что ты делаешь? Что случилось? Рон с усмешкой указал на Малфоя. — Он. — И с презрением плюнул в сторону Малфоя. — Он случился! К счастью, Малфой молчал, его рука с палочкой была слегка приподнята на случай, если ему придётся действовать в любой момент. — Я сказала Рону, что не хочу быть с ним, а он обвинил в этом Малфоя, — произнесла Гермиона тихо. — И Крама! — крикнул Рон. — И, очевидно, Виктора. Она не видела Виктора много лет; это был полный абсурд. — О боже, — произнёс Гарри, как будто это было самое последнее, с чем он хотел иметь дело в данный момент. Гермиона прекрасно его понимала. — Я причиняю тебе неудобства?! — вспыхнул Рон. — Ты не лучше, тебя тоже соблазнил Малфой! — Прошу прощения? — вмешался Малфой, приподняв брови. — Просто отъебись, ты, ничтожный Пожиратель смерти, разве ты не достаточно натворил? Ты и твоя дурацкая пижама! — Что не так с моей пижамой? Так это пижама тебя соблазнила, Поттер? Я бы не стал тебя винить, она сшита из шёлка очень высокого качества. Чёрт возьми. — Ты выбираешь его. — Рон указал на Малфоя. — Вместо меня?! Серьёзно, Гермиона. — Что?! Я никого не выбираю вместо тебя, я даже не упоминала о Малфое! Ты был тем, кто заговорил о нём. Мерлин, у меня болит голова, я не сплю с трех ночи, и мне нужен перерыв. Можем мы, пожалуйста, поговорить об этом позже, когда ты успокоишься? — Теперь я понимаю, какое место я занимаю в списке ваших приоритетов, — сказал он им, прежде чем выхватить свою палочку из рук Гермионы и вернуться в палатку. Гермиона потерла голову, чувствуя пульсирующую боль, а её желудок скручивало от чувства вины и гнева. Была небольшая вероятность, что она просто заболела. — Гермиона, ты в порядке? — спросил Гарри, крепко обнимая её за плечи. Однако прежде чем она успела ответить, раздался громкий треск, словно что-то взорвалось внутри палатки. — Блядь, что он делает?! — воскликнул Гарри, подбегая к палатке вместе с ней и Малфоем, который следовал за ними по пятам. Они обнаружили Рона, который сердито запихивал свои вещи в сундук рядом с тем, что раньше было двухъярусными кроватями, но теперь представляло собой лишь груду расколотых досок, ткани и мусора. — Рон, что ты наделал?! — потребовал ответа Гарри. — Я оказал вам услугу, теперь вы можете спать все вместе и разыграть сцену из Медальона. Я ухожу… — Воу, Уизли, успокойся… К удивлению Гермионы, Малфой встал перед Роном, подняв руки в примирительном жесте. — Послушай, я понимаю, что не нравлюсь тебе. Я часто подшучиваю над тобой, но не хотел, чтобы это так разозлило тебя. Возможно, я был слишком резок… Рон не произнёс ни слова, но внезапно сделал выпад в сторону Малфоя и ударил его кулаком в нос. Раздался неприятный треск, нос Малфоя был сломан. — РОН! — воскликнули Гарри и Гермиона в унисон. Гермиона подбежала к Малфою и помогла ему сесть на ближайший стул, когда из его носа хлынула кровь. — НА ВЫХОД! — крикнул Гарри, обращаясь к Рону. — Иди и успокойся, мы разберёмся с этим позже. — Позже не будет, я не вернусь, — сказал им Рон, удаляясь и волоча за собой свой чемодан. — Блядь, — воскликнул Гарри, проводя рукой по волосам и падая на диван. — Двое из вас уже ударили меня, — произнёс Малфой, скривившись от боли. — Не хочешь ли ты тоже ударить меня, Поттер, и завершить круг почёта? — Да, хорошо, — сказал Гарри вставая. — Сядь, блядь, на место! Это был риторический вопрос, придурок. Гермиона достала несколько салфеток. — Вот, воспользуйся ими, чтобы остановить кровотечение, пока я буду лечить твой нос. Она почувствовала, как её тело охватывает дрожь. Шок и адреналин, вызванные только что произошедшим, оказали своё влияние на её состояние. — Поттер может залечить нос, а тебе нужно немного отдохнуть, — сказал он ей, осторожно взяв салфетки. — Он прав. Давай я сначала починю кровати, чтобы ты могла немного поспать, а потом починю Малфоя… приоритеты и всё остальное. Гарри с улыбкой посмотрел на Малфоя, взял Гермиону за руку и повел её к тому, что когда-то было их двухъярусными кроватями. Боже, какой бардак. — Конечно, не обращай на меня внимания, Поттер. Я просто посижу здесь, на диване, истекая кровью. Гарри потребовалось несколько минут, чтобы произнести необходимые заклинания и починить кровати. Вокруг всё ещё было много сломанных и разорванных вещей, но их можно было восстановить позже. Гермионе хотелось свернуться калачиком под одеялом и забыть о том, что произошло. Ей нужно было поспать, потому что она не могла справиться с эмоциями, которые переполняли её в тот момент. Она даже не стала переодеваться, просто отвернулась от мальчиков и накрылась одеялом с головой, пытаясь отгородиться от всего мира.

***

Драко Малфой — Ты точно криво вправил мне нос, — произнёс Драко с раздражением, в десятый раз осматривая своё лицо. — Это не так, твой нос в порядке! — ответил Поттер чуть громче, чем собирался. Они оба с тревогой посмотрели на закутанную в одеяло фигуру, которой была Грейнджер. В течение дня она несколько раз вставала, чтобы сделать обычные вещи, такие как поесть или сходить в туалет, а затем молча возвращалась в постель. Это вызывало у Драко замешательство, и он не знал, как ему реагировать. Поттер тоже не мог предложить никакого решения, он просто нервно наблюдал за ней, словно боясь сказать что-то не то, и предпочитал хранить молчание. — Не могу поверить, что она действительно сказала Рону, что не хочет быть с ним, — пробормотал Поттер тихо. В этот момент они наслаждались довольно унылой трапезой из макарон, политых кетчупом. Возможно, с кусочком сыра было бы вкуснее, но он закончился неделю назад. Драко не мог отрицать охватившее его необъяснимое волнение, когда он услышал эти слова. Однако это волнение быстро сменилось замешательством, когда Уизли обвинил его в попытке соблазнить Поттера. Он предположил, что не должен удивляться, учитывая то, что показал им медальон. Было очевидно, что Уизли испытывал некоторую неуверенность в себе, когда речь заходила о его друзьях. Драко мог отчасти понять это, особенно когда речь шла о нём самом. Уизли был свидетелем того, как Драко флиртовал с Грейнджер, засыпал с ней и даже боролся с ней… но Поттер? Он определённо не предпринимал ничего, что могло бы хоть отдалённо напоминать попытку соблазнения Поттера. — Ты сам сказал, Поттер, что они не подходят друг другу. — Ты это сказал, Гарри? — Грейнджер выглянула из своего уютного уголка, чтобы посмотреть на них. Дерьмо. — Э-э-э, я просто хотел… — Драко огляделся в поисках предлога, чтобы избежать этого разговора… — сложить одинаковые палочки в коробку. Он вскочил со своей тарелкой и схватил маленький коробок, лежавший на кухне. Повернувшись к ним спиной, он сделал вид, что не слышит ни слова. Что, конечно, было правдой, если вам интересно. Он услышал, как Поттер вздохнул. — Да, я так сказал. Возможно, когда-то я считал, что вы были бы хорошей парой, но в прошлом году он начал встречаться с Лавандой, хотя знал о твоих чувствах, и мне это не понравилось. К тому же, вы просто очень разные люди; он бы свёл тебя с ума. Драко бросил любопытный взгляд через плечо, пытаясь понять, как Грейнджер восприняла эту новость. Она выглядела глубоко задумавшейся; прошло несколько минут, прежде чем она произнесла что-то ещё. — Он действительно ушёл, Гарри? Уфф, у неё такой грустный голос. Он услышал, как Поттер встал и подошёл к ней поближе. — Думаю, да. Я потратил целую вечность, осматривая лес под мантией-невидимкой, но его нигде не было. Мантия-невидимка оказалась настоящим открытием. Было удивительно, если не сказать неслыханно, что она не потеряла свою силу примерно через неделю. Большинство магазинов даже не пытались продавать такие вещи, считая их бессмысленной тратой денег: одна неделя невидимости за тысячи галеонов — это слишком дорого. Поттер даже не представлял, насколько необычной была эта мантия; очевидно, никто не удосужился объяснить ему это. — Я не могу поверить, что он нас бросил… — всхлипнула она, и Драко почувствовал непреодолимое желание угостить её шоколадом и растереть ей ступни. Блядь, почему он думает о её ногах? — …то, что мы делаем, — это важно, гораздо важнее всего остального, а он просто ушёл. Он бросил нас, Гарри. Если я и не была полностью уверена раньше, то теперь точно знаю. Он просто уничтожил все шансы, которые у нас могли быть. — Думаю, мы оба знаем, что у вас и так не было никаких шансов, — пробормотал Гарри тихо, так что Драко едва расслышал его слова. — Малфой! Он подпрыгнул от её голоса, и палочки разлетелись в разные стороны. Блядь. Он виновато посмотрел на Поттера, который бросил на него самый испепеляющий взгляд, который он когда-либо видел. — Да, Грейнджер? — ответил он как можно небрежнее. — Твоя обезболивающая мазь! — воскликнула она, указывая на осколки разбитой банки на боковом столике. — Да, к сожалению, она разбилась, когда Уизли решил взорвать кровати. В мази слишком много осколков стекла, чтобы её можно было использовать. Надеюсь, Тёмный лорд не будет проводить частые собрания, потому что я не думаю, что сказка на ночь поможет. На самом деле, можем ли мы все договориться, что вы просто оглушите меня на несколько часов, если это произойдёт? — С удовольствием, — согласился Поттер немедленно. — Мы можем сделать ещё мазь? — спросила Грейнджер, вылезая из постели, чтобы осмотреть разбитую банку. — Возможно, но нам понадобятся некоторые ингредиенты, которых у меня с собой нет. Она нерешительно посмотрела на Гарри, который неловко поёрзал. — Мы не можем заходить в районы, где живут волшебники, — произнёс он, словно извиняясь. — Ну, я знаю безопасное место, где есть всё необходимое. Мы могли бы также раздобыть немного еды. Но вам придётся мне довериться… Он уже несколько недель обдумывал, стоит ли предложить это, но, зная, что Уизли рядом, он понимал, что ответом будет «нет». Однако теперь, когда Уизли решил уйти, возможно, удастся убедить Грейнджер и Поттера. — Где?! — спросила Грейнджер. — У моей бабушки, Друэллы Блэк, в прошлом Розье, был коттедж на окраине Бата, который моя мать унаследовала после её кончины. Он пустовал много лет, и о нём знаем только я и моя мать. Попасть туда может только тот, в чьих жилах течёт кровь Розье. Это был безопасный дом Друэллы. Перед отъездом мама сказала мне, что я должен идти туда, если мне что-нибудь понадобится или я попаду в беду; там всегда есть всё необходимое. Поттер и Грейнджер, казалось, вели безмолвную беседу. Они часто так делали. — Это рискованно, — сказал наконец Поттер. — Как и то, что запасы заканчиваются, — парировала Грейнджер. — Ну, возможно, мы с Малфоем могли бы спрятаться под Мантию и осмотреться… Грейнджер, усмехнувшись, прервала Поттера, не дав ему закончить. — Я пойду с Малфоем. Ты Избранный, Гарри. Ты должен остаться здесь на случай, если что-то случится… К тому же, вы двое не поместитесь под мантией вместе. Поттер выглядел недовольным. Драко изо всех сил старался не отпускать саркастичные замечания. Он чувствовал, что заслуживает признания за этот подвиг. — Хорошо, вам обоим следует хорошенько выспаться и завтра отправиться в путь. Я даю вам один час, но вы должны пообещать прислать мне Патронуса, если что-то пойдет не так. — Коттедж находится под защитой заклинания Фиделиус. Когда умерла моя бабушка, мы с мамой стали Хранителями Тайны. Я собираюсь поделиться адресом с вами обоими. — Он многозначительно посмотрел на Поттера. — Но помни, что вы не сможете пройти через кровные чары без крови Розье, так что не делай глупостей, например, не иди за нами. Поттер усмехнулся. — Как будто я бы это сделал. — Ты бы точно так поступил. — Грейнджер бросила на него сердитый взгляд. — Хорошо, я останусь здесь! Но обещайте прислать Патронуса, если возникнут хоть малейшие опасения, что что-то идёт не так. — Ладно, — кивнул Драко. — Я говорю с Гермионой, ты даже не можешь вызвать Патронуса. Грубо. — О, мне так жаль, что у меня не так много счастливых воспоминаний! — Не заливай, придурок; ты мог бы создать его, если бы постарался. Просто подумай о всех тех разах, когда твоя прическа выглядела действительно хорошо; я уверен, что твой хорёк появится в мгновение ока! — Хорёк?! Мой патронус не может быть хорьком! — Позволь мне не согласиться. — Хватит! Гарри, я обещаю послать Патронуса, если что-то пойдет не так, — вмешалась Грейнджер раздражённо. — Хорошо. — Хорошо. — Драко сел на диван, надеясь, что они не совершают ошибку. Он только что завоевал их доверие; меньше всего ему хотелось предлагать что-то, что потенциально могло подвергнуть их опасности. — Патронусом Малфоя был бы самоед; требовательный, озорной, громкий в неподходящее время, требующий тщательного ухода… — добавила Грейнджер, выглядя довольной собой. — Это нормально — признать, что ты запала на меня, Грейнджер, — ухмыльнулся он, когда она открыла рот. — Очевидно, ты много думала об этом. — Я не думала; это очевидное предположение! — Самоед — очевидное предположение?! — Малфой… — Поттер посмотрел на него с раздражением. Драко приподнял бровь в ответ. — … Иди и собери чёртовы спички. Уфф.