Oops! I Joined The Good Guys/ Упс! Я на Стороне Хороших Парней

Родольфус Лестрейндж Родольфус старался не замечать, как его жена пристально смотрит на него через стол во время завтрака. Белла была очень расстроена тем, что он осмелился прийти домой вчера вечером, когда она развлекала Тёмного Лорда. По правде говоря, это было последнее, чего он хотел, но ему нужно было взять ключ от хранилища Гринготтс, и он понимал, что Белла должна об этом узнать. Если бы он посетил хранилище без её ведома, у неё могли возникнуть подозрения, когда гоблины отправят ежемесячный отчёт. — Несколько дней назад я была в министерстве, — сказала она, с раздражением ковыряя ложкой в тарелке с кашей. — Я заглянула на судебное заседание; так весело наблюдать, как грязнокровки плачут, когда их признают виновными. У нас очень разные представления о веселье… Ну, это очевидно, Родольфус, что её любимое развлечение — это трахаться с Тёмным Лордом. — Я представляю, — произнёс он со скучающим видом. — Амбридж спрашивала о тебе. Родольфус почувствовал беспокойство; он надеялся, что наконец-то избавился от Розовой Демоницы. С момента последней совы прошло уже как минимум две недели. — Насколько я знаю, она питает ко мне некоторую слабость. Безумные глаза Беллы встретились с его глазами через стол, и его яйца сжались от неприятного ощущения. Они только оправились после того как Розовая Демоница решила поиграть с ними. — Я допросила нескольких человек, и под допросом я подразумеваю пытки… Эта чёртова женщина не помогает! — …Оказывается, несколько месяцев назад некоторые сотрудники Министерства заметили, как ты покупал ей кофе. Они сказали, что вы выглядели очень уютно. — Почему это тебя беспокоит? — спросил он. — Это не так, хотя мне кажется странным, что ты выбрал именно её. Большинство людей терпеть не могут больных девиц. Включая меня. Родольфус внимательно наблюдал за своей женой; что-то в этом разговоре раздражало её, и он не думал, что причиной было то, что он купил кофе другой женщине. Нет, дело было в его выборе компаньонки. Казалось, Долорес Амбридж настолько презирают, что даже его жена была расстроена этой идеей. Замечательно, он должен был одерживать маленькие победы там, где мог, и он определённо наслаждался этой неожиданной удачей. Лицемерно с её стороны расстраиваться из-за Розовой Демоницы, когда она трахается с Тёмным Лордом… Если бы мне пришлось выбирать, с кем бы я переспал: с Тёмным лордом или Розовой Демоницей? Наверное, сейчас не время думать об этом ужасе. — Моя дорогая жёнушка, ты ревнуешь? Она громко рассмеялась в ответ. — Ревную?! Нет, Родольфус. Мне просто кажется странным, что ты выбрал именно её. Мне уже много лет было очевидно, что ты не испытываешь влечения к женщинам. Я никогда не подтверждал и не опровергал своих предпочтений, и мне не хочется делать это сейчас. Пришло время немного повеселиться… Родольфус улыбнулся. — У меня нет предпочтений, дорогая, и это делает жизнь интереснее. Я могу понять, почему ты так подумала, но то, что я не хочу тебя, не означает, что я не хочу других. Она бросила на него убийственный взгляд через стол, и её рука потянулась к волшебной палочке. Однако он знал, что она не станет ничего предпринимать. — Что ж, это был действительно чудесный завтрак, но мне пора идти. Мне нужно взять немного денег из хранилища и купить новую одежду. Возможно, красивый розовый комплект; я уверен, Долорес бы понравилось. — ТЫ ПОЗОР ЭТОГО ДОМА! — воскликнула она сердито. — Кстати, Белла, прошу тебя, проследи, чтобы домовые эльфы заменили твои простыни. Родольфус с облегчением покинул поместье Лестрейнджей. Уже долгое время это место не было ему домом. Он скитался, пока Малфои не сжалились над ним и не позволили остаться в их поместье. Хотя, возможно, он преувеличивает. Однажды он просто не ушёл, и, поскольку он неоднократно пытался защитить их сына, они позволили ему остаться в одной из гостевых спален. Эти спальни были довольно просторными, во всяком случае, гораздо больше, чем тюремная камера в Азкабане. Он аппарировал в Косой переулок. Было раннее утро, и улицы были пустынны, что его вполне устраивало. Здесь он мог спокойно пройтись, не ловя на себе настороженных взглядов прохожих. По крайней мере, люди больше не выкрикивали оскорбления в его адрес. Это было единственным положительным моментом после падения Министерства. Теперь жители Косого переулка старались не привлекать к себе внимания, чтобы не стать жертвами похищений и пыток. Он прошёл мимо множества заброшенных и разграбленных магазинов. Он даже участвовал в разгроме мастерской по изготовлению волшебных палочек. Олливандер сейчас находился в подземелье поместья Малфоев, или в «Подвале», как любила его называть Нарцисса. Они делали всё возможное, чтобы старик чувствовал себя комфортно. По крайней мере, он был жив, в отличие от большинства пленников Тёмного Лорда. Он вошёл в банк. Большинство гоблинов, занятых своими делами, даже не подняли глаза на нового посетителя, продолжая сосредоточенно работать за столами. Те же, кто заметил его, наблюдали за ним издалека с лёгким оттенком настороженного уважения. Гоблины были забавными существами. Их интересовало только золото. Они были готовы открыть хранилище практически для каждого, у кого были деньги и ценности, которые нужно было надежно спрятать. — Мистер Лестрейндж, — поприветствовал его гоблин, который выглядел довольно молодо, с тёмными волосами, собранными в пучок. — Вы желаете посетить ваше хранилище? — Да, — ответил он, предъявив ключ для проверки. — Отлично, следуйте за мной. Если бы мне пришлось выбирать, с кем бы я предпочел переспать: с Тёмным Лордом, Розовой Демоницей или гоблином? Наверное, с гоблином… Тележка резко остановилась перед его хранилищем, едва не отправив его в зловещие глубины. Гоблин, не теряя времени, отпер дверь хранилища, не используя ключ; это было лишь украшение. — Жди в повозке, — приказал Родольфус. Семейное хранилище Лестрейнджей оставалось почти таким же, как и всегда: заполненное горами галеонов, многочисленными семейными реликвиями, драгоценностями, на которые ни он, ни Белла никогда бы не обратили внимания, плюшевым медвежонком Беллы по имени Энтони, который когда-то был её любимым другом, и множеством других тёмных и могущественных предметов, к которым лучше не прикасаться из страха быть проклятым. Родольфус, стоя в дверях, ощутил знакомое покалывание тёмной магии на своей коже. Это чувство было безошибочно узнаваемо и напомнило ему о медальоне. Он начал накладывать защитные заклинания, чтобы не утонуть в собственном богатстве (не самый худший способ умереть), и, когда закончил, приступил к поискам. Он старался не привлекать лишнего внимания и не хотел, чтобы его приняли за того, кто потерял разум от изобилия. Он обыскал хранилище в надежде что-то найти. Белла, казалось, находилась на грани безумия, но по какой-то причине всё ещё выполняла обязанности заместителя Темного Лорда. Внезапный холод пронзил тыльную сторону его ладони, заставив его вздрогнуть. Он тут же отдёрнул руку, чтобы посмотреть, что стало причиной этого ощущения. Из-под груды галеонов на него пристально смотрела довольно богато украшенная золотая чаша с гравировкой в виде барсука. Он нерешительно поднял её; почти сразу его охватил леденящий холод, и он почувствовал, как Тёмная магия пульсирует на его коже. Похоже, я нашёл то, что искал. Учитывая, как сильно я люблю выпить, какова вероятность, что это будет чаша. Родольфус задумался о том, что произойдёт, если он действительно выпьет из этой чаши. Он не мог представить ничего хорошего, поэтому спрятал её в карман своей мантии, взял несколько галеонов и поспешил уйти.

***

Драко Малфой Спасибо, блядь, Салазару! Он с радостью запрыгнул на кровать с балдахином в своей новой спальне в коттедже. Будет ли он скучать по тому, как близко спал к Грейнджер? Возможно… Но иметь собственную кровать и ванную комнату с настоящими стенами сейчас казалось действительно блаженством. После того как прошла оговоренная неделя, а Уизли так и не появился, Грейнджер и Поттер наконец согласились переехать в коттедж. Это решение было облегчением по многим причинам: здесь было гораздо безопаснее, чем в палатке, гораздо удобнее, и он мог дрочить, когда ему, блядь, заблагорассудится. Его мать позаботилась о том, чтобы перевезти всю его одежду из поместья в коттедж, так что у него снова был широкий выбор. Позже он подарит Поттеру пару шёлковых пижам; возможно, он также подарит одну Грейнджер. Мысль о том, что она будет носить его одежду, была довольно привлекательной. Интересно, смогу ли я одеть её в свою слизеринскую футболку для квиддича… С этой прекрасной мыслью в голове он погрузился в роскошную ванну, наполнив её всеми лосьонами и бальзамами, которые смог найти (и добавил несколько засушенных цветов, не осуждайте). Закончив, он надел чистую одежду и отправился на поиски остальных. Восхитительный запах, доносившийся с кухни, подсказал ему, где они могут быть. — Грейнджер, если ты когда-нибудь решишь отказаться от своих карьерных стремлений, из тебя получился бы замечательный домашний эльф, — сказал он ей, пытаясь заглянуть в духовку, чтобы узнать, что сегодня на ужин. — Это лазанья, — ответила она ему со слабой улыбкой. И Грейнджер, и Поттер были в довольно подавленном состоянии после того, как покинули лагерь. Теперь у Уизли не было ни единого шанса найти их. Он даже не мог отправить Патронуса, так как не знал, куда его направить. Возможно, бокал вина поможет им взбодриться… Драко подошёл к полке с вином и выбрал довольно необычную бутылку белого вина. — ЕСЛИ ЭТО МОЯ БУТЫЛКА «ДЖАКОМО КОНТЕРНО МОНФОРТИНО» 1978 ГОДА, НЕМЕДЛЕННО ПОСТАВЬ ЕË НА МЕСТО! — раздался из столовой голос его бабушки. — О, Салазар, кто оставил дверь в столовую открытой? — раздражённо спросил он. — Эй, мне нравится Друэлла! — воскликнул Поттер. — Обычно портреты чистокровных кричат мне непристойности, но Друэлла на самом деле довольно милая! — О, я вижу, вы с ней уже на «ты», не так ли, Поттер? Пожалуйста, не устраивай собрание клуба Полуночников в столовой. Поттер изобразил, что его тошнит, а Драко усмехнулся. — ВСË В ПОРЯДКЕ, БАБУШКА, ЭТО ВСЕГО ЛИШЬ ПИНО ГРИДЖИО. — ТЫ НЕ ПРОИЗВЕДЕШЬ ВПЕЧАТЛЕНИЯ НА ГЕРМИОНУ ЭТИМ ДЕРЬМОМ! — крикнула она в ответ. И Поттер, и Грейнджер рассмеялись, услышав это. Он не возражал против небольшого унижения, учитывая, что они снова смеялись. — Я УЖЕ ПРОИЗВЕЛ СИЛЬНОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ, БАБУШКА; МНЕ НУЖНО ЧТО-ТО, ЧТОБЫ КОНТРОЛИРОВАТЬ ЕË ГОРМОНЫ, ИНАЧЕ ОНА ПОПЫТАЕТСЯ ИСПОЛЬЗОВАТЬ МОЮ ВОЛШЕБНУЮ ПАЛОЧКУ В КАЧЕСТВЕ ПРЕДЛОГА ДЛЯ ЕЩË ОДНОГО ПРИВАТНОГО ТАНЦА СО МНОЙ. Он добавил тихо, чтобы слышала только Грейнджер: — Не то чтобы я был против, Грейнджер. Она густо покраснела, а Поттер рассмеялся и толкнул её локтем. — ОДНАЖДЫ Я ПОДАРИЛА МУЖЧИНЕ ПРИВАТНЫЙ ТАНЕЦ… Драко немедленно подошёл к двери столовой и захлопнул её. — Ни в коем случае. Я больше не хочу об этом слышать. — А мы можем поменяться? — Поттер рассмеялся. — Я возьму Друэллу, а ты можешь взять Вальбургу? Заманчиво… Лазанья оказалась просто восхитительной — сырная и ароматная. К тому же Грейнджер приготовила к ней блюдо, которое звучало не очень привлекательно — чесночный хлеб. Но на самом деле это было самое вкусное, что он когда-либо пробовал. Он отметил, что обязательно попросит домашних эльфов приготовить такой же хлеб, когда вернётся в Поместье. После ужина они уселись в гостиной, наслаждаясь теплом от камина. Поттер и Грейнджер заняли по креслу, и последняя погрузилась в чтение одной из книг, которые она нашла на многочисленных книжных полках. Приоритеты Грейнджер с самого начала были ясны. В то время как они с Поттером провели большую часть дня, распаковывая вещи, принимая ванну и отдыхая, Грейнджер посвятила себя изучению всех книг. Драко устроился на диване с книгой в руках — «Сказки барда Бидли». Пока что он не заметил в этой книге ничего необычного. В какой-то момент Грейнджер извинилась и вышла в туалет. Драко воспользовался возможностью, чтобы поговорить с Поттером, пока её не было. — С ней всё в порядке? — спросил он, кивнув в сторону, где только что исчезла Грейнджер. — Звучит так, будто она тебе небезразлична, — заметил Поттер с выжидательной улыбкой. — Ну и что, если это так? — Он пожал плечами. — Кто бы мог подумать, что Драко Малфой на самом деле признается, что ему нравятся Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер? — Теперь Поттер выглядел очень самодовольным. Только мне позволено вести себя самодовольно. — Я сказал, что мне нравится Грейнджер, а не ты, — парировал он и Поттер надулся. — С Гермионой всё будет в порядке, как и всегда. Драко кивнул и вернулся к своей книге, а Грейнджер тем временем спустилась по лестнице. Вместо того чтобы вернуться в своё кресло, Грейнджер решила подойти к нему, от чего он, возможно, был в восторге, хотя и не признался бы в этом. — Нашел что-нибудь интересное? — спросила она, наклонив голову к книге. Драко сел, скрестив ноги, чтобы освободить ей место, если она захочет. Хотя ему было всё равно, если бы она села, она всё же заняла свое место, и Драко почувствовал лёгкое волнение. — Нет, — он наклонился к ней, и книга оказалась между ними, — на мой взгляд, здесь всё выглядит обычно. — Он начал листать страницы, не особо заботясь о том, чтобы показать ей, насколько всё обычно. — Эй, осторожнее с ней! — воскликнула она, хлопнув рукой по случайной странице, чтобы остановить его. Он ухмыльнулся и захлопнул книгу прямо у неё на ладони. Она собиралась отчитать его, и он был полностью готов к этому, но она запнулась и нахмурилась, глядя на свою зажатую руку. — Что? — спросил он её. — Я сделал тебе больно? — Он не так сильно закрыл книгу. — Нет… — произнесла она, открывая книгу в том месте, где была зажата её рука, и внимательно изучая одну из страниц. Она медленно провела пальцем по бумаге, поднося её ближе к лицу, чтобы лучше рассмотреть. Драко не понимал, почему, но это показалось ему эротичным. Блядь, сейчас не самое подходящее время для эрекции… — Ты знаешь, что это? — спросила она, указывая на крошечный символ. — Это нарисовано. Он такой маленький, что я даже не заметила его, но если провести по нему пальцем, то можно отчётливо почувствовать углубление. Поттер присоединился к ним на диване, тоже с любопытством разглядывая книгу. По крайней мере, его присутствие помогло Драко избавиться от небольшой выпуклости в брюках. Драко взял книгу в руки, чтобы внимательно рассмотреть символ. — Это символ, который олицетворяет Дары смерти, — объяснил он. — Что такое Дары смерти? — спросил Поттер, бросая вопросительный взгляд на Грейнджер, которая выглядела не менее озадаченной. Настало время Драко блеснуть своими знаниями. — Дары смерти это три предмета, которые Смерть дарует братьям в «Сказке о трёх братьях»: плащ-невидимка, Бузинная палочка и воскрешающий камень, — произнёс он. — Зачем Дамблдору понадобилось вписывать этот символ в свой экземпляр «Сказок барда Бидли»? — спросила Грейнджер с любопытством. — Кто-нибудь может объяснить мне? Я не имею ни малейшего представления о «Сказке о трёх братьях», — произнёс Поттер, переводя взгляд с одного на другого. Драко откинулся на спинку стула, пока Грейнджер читала рассказ Поттеру. Она была великолепной рассказчицей, и если бы его мысли не были заняты чем-то другим, он, вероятно, был бы полностью поглощён её словами. В голове Драко начала формироваться теория, хоть и довольно невероятная, но всё же теория. История о трёх братьях и Дарах смерти была широко известна как миф, но Драко знал, что во всех великих мифах и историях, как правило, есть доля правды. Дамблдор мог быть раздражающим, но обычно у него была причина для своих действий. То, что он нарисовал этот символ в книге, не было совпадением. Дамблдор знал, какой была Грейнджер; он понимал, что она будет неустанно искать информацию в книге и в конце концов найдёт её. Драко встал и подошёл к книжным полкам, надеясь, что нужная ему книга найдётся где-то в коллекции. После второго раунда поисков он сдался. Грейнджер закончила свой рассказ, а Поттер, как обычно, выглядел озадаченным. — Что ты искал? — спросила его Грейнджер с любопытством. — Книгу Гилберта Ру, которая называется «Древние мифы и артефакты». В ней есть изображения, которые, как предполагается, изображают Дары смерти. Вероятно, это более точное описание, чем в детской книжке. Но я не могу её найти; мне нужно будет спросить маму, сможет ли она найти её в библиотеке Поместья. — Зачем тебе она? — спросил Поттер. — У меня есть теория, — ответил он им. — Хотя она довольно невероятная, — вздохнул он, проводя рукой по волосам. — Кто-нибудь когда-нибудь рассказывал вам о твоей мантии-невидимке, Поттер? — Рон говорил, что мантии-невидимки встречаются редко, но это всё, что он знал. Чёртов Уизли… — Интересно, вы никогда задумывались, почему у большинства людей их нет? Поттер выглядел смущённым. — Практически невозможно приобрести мантию, которая сохраняла бы свои невидимые свойства дольше одной недели. На самом деле, я никогда не слышал о существовании подобных мантий до тех пор, пока несколько месяцев назад не узнал о твоей. Магазины не стремятся продавать их, потому что их производство стоит больших денег, а без долговечности люди не видят смысла их покупать. — Подождите, ты хочешь сказать, что мантия Гарри — это та самая мантия из «Сказки о трёх братьях»? Один из тех самых даров смерти? — спросила Грейнджер в потрясении. — Возможно… Поттер произнёс Акцио, и снитч полетел вниз по лестнице, приземлившись в его раскрытой ладони. — Дамблдор оставил мне это в своём завещании, — сказал он. Драко нахмурился, когда Поттер поцеловал его. Довольно странно. Я знал, что он увлекается квиддичем, но это уже слишком… Поттер поднёс его к лицу Драко, чтобы он прочитал надпись, «Я открываю под конец». Это было странно. Что бы это могло значить? — Как вы думаете, Воскрешающий камень находится здесь? — спросил Поттер. — Мерлин!.. — воскликнула Грейнджер в потрясении. — Как вы думаете, Дамблдор собрал все Дары смерти? А что насчёт Бузинной палочки? — спросил Поттер, переводя взгляд с одного на другого. — У меня есть теория на этот счёт, хотя она совершенно безумна, — сказал Драко. Они выжидающе посмотрели на него. — Насколько я помню из книги, о которой я упоминал, Бузинная палочка была очень похожа на ту, которой пользовался Дамблдор, — продолжил он. — Чёрт возьми, — произнёс Поттер, беря бокал с вином и осушая его. — Я отправлю маме сообщение по галеону и узнаю, сможет ли она отправить нам книгу, — сказал Драко. — Не мог бы ты попросить её отправить книгу об основателях Хогвартса, если она у неё есть? — попросила Грейнджер. — Конечно, у нас есть несколько экземпляров в библиотеке, — ответил Драко. — Что произойдёт, если кто-то соберёт все три Дара смерти? — спросил Поттер. — Ты станешь Повелителем Смерти, — ответил Драко, — и я могу только представить, на что способен человек с такой силой, подобный Тёмному Лорду. Они просидели в тишине, потрясённые своим открытием, не меньше часа. Драко потягивал вино и смотрел на огонь, наблюдая за пляшущими языками пламени, размышляя, почему это так важно. Возможно, Тёмному лорду были бы нужны Дары, если бы он верил в их существование. Драко полагал, что из всех трёх волшебная палочка даст ему наибольшее преимущество. Внезапно Грейнджер произнесла: — Мне нужно задать вам обоим вопрос. Гарри, у тебя есть маггловские деньги? — Немного, около трех фунтов стерлингов, я думаю. Грейнджер вздохнула. — Мне нужно купить некоторые вещи… Э-э, женские принадлежности. Я подумала, что маггловский торговый центр будет самым безопасным вариантом, хотя в этом нет смысла, если у нас недостаточно денег. Поттер, явно смущённый, согласился. — Верно. Драко, удивившись, что они не спросили об этом раньше, сказал: — У меня есть маггловские деньги. — Что? — спросила Грейнджер, её глаза расширились от удивления. — У меня не так много денег, но мама позаботилась о том, чтобы у меня было несколько разных валют, прежде чем я уехал. Подождите, я принесу их. Он встал, чтобы достать деньги из своего чемодана. Вернувшись с мешочком, он высыпал его содержимое на кофейный столик. Большая часть денег была сделана из бумаги; кто использует бумагу в качестве денег? Что произойдёт, если она намокнет? Как глупо. И Грейнджер, и Поттер уставились на деньги с широко открытыми глазами, прежде чем Поттер наконец пробормотал: — Чёрт возьми. — Не могу поверить, что у тебя всё это время было так много денег! Как ты мог не сказать нам, когда у нас заканчивались запасы? Гарри, иди сюда, помоги мне посчитать, — воскликнула Грейнджер, опускаясь на колени. — Есть что-то странное в том, что я стою на коленях перед Малфоем и считаю деньги, — проворчал он, но всё же подчинился, когда Драко подмигнул ему. — Так вот почему у нас не было еды? Я не знал, а ты не сказала… Через некоторое время Грейнджер села на корточки. — Малфой, у тебя здесь двадцать тысяч фунтов! — Этого хватит? — спросил он. — Нам надо больше? Я могу попросить маму. Она, смеясь, прислонилась к его ногам. — Нет, нам больше не нужно, и да, этого хватит. Если ты не возражаешь, я бы хотела одолжить немного денег, чтобы купить всё необходимое. Драко даже понравилось, что Грейнджер так легко прислонилась к его ногам. — Ты можешь оставить деньги себе, Грейнджер, но у меня есть одно условие… Она посмотрела на него с ожиданием. — Я хочу пойти с тобой по магазинам, — сказал он. Драко никогда раньше не был в маггловском торговом центре, но он предположил, что это может быть похоже на Косой переулок, и он очень хотел увидеть всё своими глазами. — Ну, я догадывалась, что, по крайней мере, одному из вас, вероятно, придётся пойти со мной, — сказала она. — Позволь мне, Поттер, я никогда раньше не был в маггловских магазинах! — взмолился он. Поттер рассмеялся. — Можешь идти, я ненавижу ходить по магазинам. Что ж, звучит захватывающе.