Глава 7.
21 июля 2025 г., 13:29
Сна ни в одном глазу. Я не мог уснуть из-за беспокойства, потому что задание Ви было практически невыполнимым – ответить на вопрос: были ли мы знакомы в прошлом?
Меня захлестывали разные эмоции: отчаяние, надежда, отвращение, тревога, даже некий азарт. Весь этот поток не давал сосредоточиться на чем-то одном. Я не мог ухватиться ни за какую мысль.
Как мне нужно ответить на этот вопрос?
Есть ли вообще правильный ответ?
Хоть вариантов всего лишь два, но я не знаю, какой из них правильный.
Первый ответ – да. Но тогда почему? Почему мужчина делает это? Чем мы были связаны? Насколько мы были близки? Были ли мы вообще друзьями? Или одноклассниками? Кем мы были друг для друга, если он ведет себя именно так? Абсолютно нет никаких ответов. Даже зацепок нет. Совершенно ничего.
Второй ответ – нет. И это значит тупик. Я не понимаю его мотивов. Не понимаю его злобы, направленной на меня. Тоже совершенно ничего.
Вся эта ситуация ощущается, как гонка. Гоночная трасса длиной в несколько километров. Есть начало, вы стоите вдвоем на старте, но не видно конца. Он где-то за горизонтом. Вокруг ни души. На трассе только вы вдвоем, жужжащий гул моторов мотоциклов и напряженный горячий воздух. Пока один полностью сконцентрирован, другой натянут как струна гитары. Холодный расчет против инстинктивного страха. Эта гонка изначально не могла быть честной – первый с самого начала был уверен в своей победе. Был выше. Не только физически. Он одной своей энергетикой, аурой подавлял.
Горит красный свет, ознаменовавший приближение начала гонки. Внутри кавардак – сердце замедлило ход, но я слышал, как оно бьется, как шумит кровь в ушах; все чувства обострились до предела. А напротив полное спокойствие – на лице ни грамма изменений.
Желтый – по спине струился пот, что я чувствовал, как кожа покалывает от напряжения.
Зеленый. И в этот миг мир перевернулся.
Сначала вы идете вровень – первый будто специально не вырывается вперед, сильнее дразня. А потом резко уходит вперед, оставляя меня позади. Нет никакой возможности догнать его. Человек все сильнее отдаляется, когда я бьюсь в попытках догнать его. Но… Все безуспешно. Проще сдаться, но продолжаю упорно ехать вперед.
Если бы было хоть что-то, хоть маленький намек на правильный ответ, я бы мог пройти чуть дальше старта.
Смогу ли я когда-нибудь понять этого человека и не сломаться под его натиском?
Нужно начать с самого начала. Вспомнить все, что произошло. Вспомнить абсолютно все до мельчайших деталей. Мне нужно найти хоть что-то. Даже самую мельчайшую зацепку.
Сегодня уже четвертый день моего пребывания. Что было в самый первый день? Он угрожал мне ножом здесь, потом продолжил пытки в ванной, оставив ожоги и глубокий порез на груди, потом тот… ледяной душ и… пальцы. А дальше обморок. Был ли это конец первого дня? Не знаю, сколько я пролежал в бессознательном состоянии.
Кажется, мне тогда что-то снилось. Это был… детский дом? Вроде бы да. Вспомнил! Это была детская площадка со старыми ржавыми качелями! Странно, что именно тогда мне приснилось это. Очень давно я не вспоминал о приюте. Может это как-то связано с похищением? Может это подсказка моего подсознания? Но что там было такого важного? Или… Тот мальчика из сна это и есть мой похититель? Нет. Этого не может быть. Он не похож ни на одного из детей детского дома. К тому же у Ви нет шрама на щеке – я четко помню, что у того ребенка был небольшой шрам. Так что он не может быть им.
Что было потом? Мужчина перевязал меня. Укол… Он упоминал, что я боялся уколов в детстве. Ви мог раньше видеть мою реакцию. Только где? Может в младшей школе? Не помню. Но уже что-то.
Значит, есть большая вероятность, что мы были все-таки знакомы. И знакомство произошло в начальной школе, т.е. в период с 6 до 12 лет. Учитывая, что мужчина явно старше меня где-то на 2-3 года, значит, период сужается. Получается, могли познакомиться в период с 6 до 9 лет. Все равно это странно. Как мы могли познакомиться в младшей школе, если не являлись одноклассниками? Игр с другими классами тем более со старшими не было, обедали в разное время, из класса без учителя никуда не ходили. Если только знакомство как раз не произошло в период прививок. Тогда место очевидно – мед пункт.
Хорошо, что было еще? Изнасилование… Практически ничего не помню. Даже само воспоминание о сексе с этим человеком ощущается так, будто это было не со мной. Нужно прекратить думать о том, насколько мне было плохо тогда.
Что я мог заметить еще? Лечение, кормление, его постоянные прикосновения к моим волосам – все это не дает мне ничего кроме как вывода о том, что он заинтересован во мне. Явно не как к человеку. Скорее, как к игрушке, с котором можно играть сколько угодно и за которой можно ухаживать и заботиться. Но такое поведение явно же за чем-то стоит. Чонгук, вспоминай курс психологии.
Что может означать ненависть к человеку и проявление заботы к нему же? Очень похоже на амбивалентность – человек может ненавидеть определенные черты или поведение другого, но при этом испытывать привязанность. Если рассматривать проявление заботы, как манипуляцию, то это скорее всего психическое расстройство. Но какое? Чему характерно удержание и заточение, импульсивность, склонность к манипуляциям, отсутствие угрызений совести, желание власти и контроля, сталкерство, садизм?
Чонгук, вспоминай! Иначе целый год подготовки к экзамену по психологии прошел зря.
Это не параноидное РЛ – Ви не дерганный настолько, чтобы бояться окружающих. Не пограничное РЛ – было бы это так, то он был бы склонен к самоповреждению, но на его теле нет ни ожогов, ни царапин. Нарциссическое РЛ? Нет. Если бы его задевали мои грубые слова, то он скорее впадал бы в истерику и депрессию, никак не в агрессию. Точно не тревожные РЛ – нет никаких признаков того, что он зависим от чужой критики или потребностью в заботе, к тому же не он хочет подчиняться. Ви хочет подчинять себе. Может антисоциальное РЛ? Полное безразличие к чувствам и потребностям другого человека; отсутствие раскаяния; действует под влиянием момента, не заботясь о последствиях; забота – манипуляция; стремление доминировать, подчинять и контролировать – это указывает на заточение, сталкерство, запугивание; проявление агрессии и как следствие проявление физического и морального насилия.
Все сходится. На 99% уверен, что у Ви антисоциальное расстройство личности.
Значит, я имею дело с социопатом… С ума сойти.
Интересно, что стало точкой невозврата? Если в этом не виновата генетика, то что? Подозреваю, что у него был тяжелый опыт в детстве. Если это действительно так, то мне жаль его. Мы похожи…
Ч-что? Я… Я сочувствую ему? Я? Его жертва? Человек, над которым издевался этот психопат?
Возможно, не будь какого-либо травматического опыта, то он не стал бы таким. В этом случае тогда бы мы возможно познакомились совершенно в другой обстановке. Возможно понравились бы друг другу. Как нормальные люди. Начали встречаться. В итоге влюбились. Жили вместе. Делили постель, смотрели фильмы, готовили вместе. Ходили на свидания.
Но… Он не виноват, что стал таким. Правда…
Хватит! Чонгук, приди в себя! Не надейся на что-то! Не мечтай о том, что никогда не произойдет!
Нас не может ничего связывать.
Я ненавижу его. Именно поэтому не могу чувствовать к нему ничего кроме злобы: ни благодарности, ни сочувствия, ни желания. Абсолютно ничего! Ничего.
Голова разрывается от количества мыслей и скорости событий. Рана на голове периодически неприятно пульсирует. Взгляд постоянно падает на запястья, где красуются ожоги от веревки.
Меня разрывает. Мне плохо. И физически, и эмоционально. Чувствую подступающую тошноту, но судорожно сглатываю, чувствуя горечь, застрявшую в горле. Хочется кричать, громко рыдать навзрыд, расцарапать кожу, биться головой о стену. Хочется сделать хоть что-то лишь бы прекратить чувствовать.
Хочется одновременно убежать и остаться.
Раздражает такая двоякость собственных чувств и эмоций. Еще больше раздражает то, что я понимаю, что меня начинает тянуть к этому человеку. Даже несмотря на то, что искренне ненавижу его.
Если что-то не предпринять, он окончательно подавит мою волю. Сломает. Бесповоротно.
Как выберусь отсюда, обязан первым делом закрыть Ви. Исключить его из социума. Посадить в тюрьму или психиатрическую больницу. Далеко и надолго. Таких как он не должно быть. Не в обществе. Не на свободе.
***
Время текло очень медленно. Странно это осознавать, когда твоя жизнь всегда бежала со скоростью света. Постоянная учеба, подработка не давали расслабиться. Из-за истощения я все-таки провалился в сон. Даже не понял, как это произошло. Проснулся от уже знакомого ощущения наблюдения. Ви смотрел на меня не мигая, не меняя позы. Не шелохнулся даже тогда, когда я открыл глаза и посмотрел прямо на него. Он сидел на расстоянии вытянутой руки. Очень близко. Но никто из нас не собирался двигаться: не приближаться, не отходить. - Сутки прошли, принцесса, - констатирует факт. Его голос был спокойным, даже безэмоциональным, будто его совершенно не интересовал мой ответ. Но я знал, что это было далеко не так – его глаза еле заметно горели. Он выжидал момента. Как дикий зверь. Выжидал для того, чтобы вновь напасть, подчинить и сломать. - Что… Что будет, если я отвечу неправильно? – не свожу взгляд с него. Не потому что страшно. Потому что хочу продолжать смотреть в эти глубины напротив. - Ответишь – узнаешь. Я не торопился с ответом. Похититель не торопил меня. Хотелось продлить такое спокойное затишье перед бурей. Хотелось верить в то, что Ви со мной ничего не сделает. Хотя верить в такое было слишком самонадеянно – я знаю, что он в любом случае что-то задумал. И задуманное обязательно воплотит в жизнь. Независимо от того хочу я этого или нет. - Я думаю, - приподнялся и сел на кровати, становясь почти на одном уровне с чужим лицом. Мужчина выше меня, даже когда сидит, - мы были раньше знакомы. Возможно в младшей школе. - Хм, и как ты к этому пришел? – потянулся к моей голове. Опять методично гладил меня по волосам. Пока ничего не предвещает беды, но в любой момент может все перевернуться. Я должен быть начеку, но не показывать своего волнения. - Ты говорил, что я раньше боялся уколов. Этого никто не мог знать, если не видел сам в живую. - Почему в младшей школе? - Потому что… Все общие прививки делали, когда я был в младшей школе. Я… Я, действительно, очень боялся уколов до 11-12 лет. Приходилось скрывать этот факт. - Потому что были те, кто издевался над малышом Гуки, - слегка сжал мои щеки и приподнял голову, - Маленький беспомощный Чонгуки. С тех пор ничего не поменялось. Ты все такой же жалкий малыш. Но ты отчасти прав, - сжал чуть сильнее щеки, что пришлось ухватиться за его руку, стараясь хоть немного ослабить его хватку, - Мы были знакомы в младшей школе. Только вот мы познакомились еще раньше. Скажу даже больше, - приблизился к моему уху, слегка его прикусил, что по телу пробежали мурашки, - мы были друзьями, - горячо выдохнул. Ч-что? Друзьями? Бред. Этого не может быть. Я бы… Я бы точно запомнил. Тут что-то не так… Я не мог просто так забыть такого человека. Только если со мной что-то не произошло в прошлом… Что-то с головой? Но… Ничего не происходило. - Не делай такого удивленного взгляда, - мои глаза бегали по чужому лицу, пытаясь найти каплю лжи. Я не могу поверить в этот натуральный бред. Учитывая, что он социопат, он может легко солгать и убедить меня в этой лжи, - Это правда. Мы дружили, - усмехнулся. - Нет, - мой взгляд был твердым. Я не верил ему. Ни единому слову. - Да, Чонгук, - взгляд Ви резко потемнел, а голос стал суровее. Еще немного и опять вспыхнет. Я замолчал и не дергался. Не разрывал контакта. Как такое возможно? Сколько бы ни думал, не понимаю. Стоит ли вообще верить в его слова? Очень сомневаюсь. Всматривался в черты лица, выразительные карие, почти черные, глубокие глаза, прямой нос, полные губы, но не находил чего-то, что помогло бы вспомнить этого человека. Единственное, за что цеплялся взгляд, - родинки. На кончике носа и на щеке. Особенно взгляд остановился на родинке на щеке. Я захотел к ней прикоснуться. Не понимая, что делаю, все-таки потянулся к чужому лицу. Слегка прикоснулся. Я будто завороженный смотрел. Невесомо гладил по щеке, еле-еле касаясь маленького пятнышка. Пальцем проводил только себе понятные круги. Ви не двигался. Он не был удивлен моим движениям, прикосновениям. Будто знал, что я так сделаю. - Улыбка, - неожиданно для себя тихо сказал, но мужчина точно услышал. Я резко остановился, будто очнулся от транса. - Повтори, - Ви поменялся в настроении. Резко схватил меня за руку и сжал ее. Голос стал еще грубее, но он не повышал его. Я от испуга начал мотать головой, отказываясь. Чувствовал, что сделал что-то не так. Я должен был ни трогать его, ни говорить, - Я сказал повторить! – начал повышать тон. Его хватка стала явно сильнее. Я слегка дернулся. Мелкая дрожь начала пробивать тело. Лишь бы опять не сорвался – единственное, о чем я сейчас мог думать. - У-улыбка. - Что имеешь в виду? - С-смайлик. Улыбающийся смайлик! Ви чуть ослабил хватку, но все так же сжимал мои щеки. Что это все значит? Что стало триггером? Зачем я сказал это? Почему в голове всплыл этот рисунок? Голова резко начала болеть. От боли я чуть согнулся. Хотелось зарыться куда-то лишь бы заглушить пульсирующую боль. Но боль лишь отзывалась эхом в каждом нерве, от кончиков пальцев ног до макушки. Виски словно сдавливали тиски, а за глазами плясали огненные мушки. Любое движение, даже самое незначительное, отдавалось оглушительным ударом в голове. - Г-голова… Б-болит, - беспомощно почти проскулил. Ви был абсолютно спокойным. Не торопился мне помочь чем-то. Он просто смотрел. Смотрел на то, как я корчусь от боли. Слезы понемногу собирались в уголках глаз, угрожая в любом момент выйти. Я закрыл глаза, надеясь на то, что это хоть немного поможет, но в темноте адская боль только усиливалась. Свободную руку прижал ко лбу, пытаясь создать преграду между собой и проникающим светом. Но тщетно – боль была вездесущей, словно распространялась по всему телу. Только когда я почти всхлипывал, мужчина прижал меня к себе. Крепко. Его объятия были теплыми. Опасными. Успокаивающими. - Тшш, - тихо говорил и качал нас из стороны в сторону, стараясь успокоить, - боль скоро пройдет, принцесса. Дыши медленно. - Н-не, аха, не могу, - продолжал метаться. Я уже не сдерживал вырывающиеся слезы. - Можешь, - твердо сказал, - иначе придется тебя усыпить. - Н-нет, - мотал головой из стороны в сторону. Попытался успокоить дыхание, медленно вдыхая и выдыхая, но дыхание казалось резким, как наждачная бумага, царапающая изнутри. Боль будто насмехалась над моими тщетными попытками, продолжая неприятного отзываться на каждый вдох и выдох. Меня охватило чувство отчаяния. Боль была парализующей. Я был готов уже ко всему лишь бы прекратить эти мучения. Был готов принять все, что угодно от Ви, потому что только он мог остановить мои страдания. - Вот так, продолжай дышать, - мягко гладил по макушке, параллельно шурша в карманах. Что он делает? Неужели собирается делать укол? Успокоительное? Наркотик? Нет. Все-таки я не готов на все. Только не уколы. - Н-нет, - я упирался руками ему в плечи, грудь, стараясь оттолкнуть, но мужчина все так же крепко держал меня. Сквозь звон в ушах, разрывающуюся голову, я продолжал упираться, хотя сил абсолютно не было. Тело было настолько ватным, что я его практически не чувствовал. - Не двигайся. Больно не будет, - пытаюсь рассмотреть, что он сжал в руке, но сквозь слезы это было тяжело сделать. - Н-не хочу, кх, укол! Н-нет! – он слегка наклонил мне голову, чтобы ему было проще сделать укол. Из-за того, что я не мог толком сопротивляться, не мог даже немного оттолкнуть Ви от себя. - Хочешь и дальше терпеть боль? – с нажимом спросил. Я не видел его лица, ибо взгляд застилала пелена слез, но всем телом ощущал его ухмылку. Издевается. Меня захватила паника. Сейчас я был слишком уязвимым. Слезы не прекращали стекать солеными дорожками по щекам. - Если не прекратишь брыкаться, свяжу и изнасилую тебя, - томно прошептал мне на ухо, слегка облизав и прикусив открытую шею. - Мх, х-хватит, - продолжал упираться. Видимо, ему надоели мои слабые попытки остановить его, поэтому он на время убрал шприц и взял простынь, которой я был укрыт. Крепко обмотал ею мои руки, прижал к груди и обмотал вокруг корпуса. Ви почти запеленал меня, как малыша. - Н-нет! – начал яро вырываться. Инстинкты били тревогу. Все мое нутро кричало о том, что нужно бежать. - Не вертись! – схватил меня за волосы и с силой оттянул в сторону, опять открывая шею, пресекая все мои попытки освободиться. Ви протер место укола ватой, смоченной в спирте. Я от неожиданности вздрогнул. Мышцы напряглись. Как в замедленной съемке смотрел на то, как мужчина берет шприц с чем-то, медленно приближает иглу к моему плечу. Когда игла коснулась голой кожи, я чуть вскрикнул и опять забился в рыданиях. Я с ума сходил от боли и слез. - П-пожалуйста, не-ет, - пытался достучаться до психа, но безуспешно. Мне оставалось только неистово дрожать. Игла, словно нехотя, вошла под кожу. Короткий, резкий укол, почти незаметный, но для меня он казался вечностью. - Нет! – выкрикнул, когда почувствовал неприятное давление. Прохладная жидкость распространялась под кожей. Плечо будто распирало. Каждый миллиметр введенного лекарства ощущался так остро, словно наполнял не только плечо, но и все тело. Как все быстро началось, так же быстро закончилось. Ви убрал пустой шприц и опять заключил меня в свои объятия, поглаживая по макушке. Я был вымотан. Слезы безостановочно скатывались по щекам, оставляя соленые пятна на его футболке. Содрогающееся тело обмякало в чужих объятиях. Головная боль постепенно отступала, но не уходила полностью. - Х-хен, - сквозь всхлипы шептал я бессознательно, реже моргая глазами. - Что? – мужчина неожиданно прекратил такие успокаивающие поглаживания. Мне показалось или его голос был удивленным? - Хен, - еще тише сказал, чувствуя, как веки становятся все тяжелее. Я слышал его сердцебиение. Ровное и спокойное. Ощущал легкий запах свежести. Когда тело окончательно расслабилось, голова опустела, я почувствовал, как начинаю проваливаться в царство Морфея. - Ха, - почувствовал, как приподнялась чужая грудь. Я уже еле-еле улавливал звуки, - милый Гуки, совсем скоро ты все вспомнишь.
