Глава 172 - Янь Херу
11 марта 2025 г., 09:45
Фэй Шэн подсознательно подумал. Они уже сражались не на жизнь, а на смерть на другой стороне. Старые раны Лэй Цзинчжэ ещё не зажили, и в настоящее время он с трудом парировал яростные атаки противника. Всё, что он мог сделать, это продолжать уклоняться. Среди ударов, которыми обменивались две противоборствующие стороны скорпионов в тесной личной комнате, Шэнь Цзэчуань увидел сабли и кинжалы-пики.
Фэй Шэн горел желанием действовать. Он хотел искупить унижение, которое он испытал сегодня утром, и вернуть достоинство императорских гвардейцев, которые совершали одну ошибку за другой. Небеса не подвели его; они устроили такую сцену собачьей схватки, чтобы протянуть ему руку помощи. Он вытащил свой клинок Сючунь и сказал:
— Господин, давайте воспользуемся этой возможностью, чтобы сразить Лэй Цзинчжэ и предать его суду!
— Куда торопиться? — спросил Шэнь Цзэчуань в своём темпе. — Они устраивают нам обезьянье представление.
Фэй Шэн изначально не понял, но он увидел, как нервничал Лэй Цзинчжэ, и последний не был похож на человека, который это запланировал. Обе стороны были равны по численности, и звук разбивающихся во время их боя вещей продолжался, когда стеклянные лампы и нефритовые вазы разбивались на куски. Он внимательно наблюдал и заметил, что Лэй Цзинчжэ уже показывал признаки намерения отступить.
Внизу царил ад, но после того, как густой дым рассеялся, всё снова стало тихо и спокойно. Фонари были подняты, как обычно, и в центре главного зала висели огромные застеклённые дворцовые фонари с различными ослепительными узорами. Все мёртвые служанки и прислуга были убраны, и даже пятна крови на полу были вытерты. Когда занавеска сзади была поднята, новая партия служанок ворвалась, неся подносы в руках. Они подняли эти опрокинутые столы и стулья, с улыбками и болтовнёй сопроводили различных торговцев обратно на свои места.
Внезапно раздался звук бронзового гонга, и служитель, которого они изначально видели в ломбарде, вышел на сцену в своей новой мантии. Он ударил в гонг, который держал в руке, ещё несколько раз и объявил громким, ясным голосом:
— Глава бандитов горы Ло, Лэй Цзинчжэ, против маленького скорпиона Дуньчжоу, Хайригу. Сегодня вечером, когда эксперт по боевым искусствам встретится с экспертом по боевым искусствам, кто будет жить, а кто умрёт? Господа, делайте ставки!
Фэй Шэн не ожидал такого поворота событий. Несмотря на то, что он привык видеть в Цюйду всякие непредсказуемые и бурные ситуации, он всё равно выпалил в шоке:
— Они делают ставку на жизни?
Бамбуковые жалюзи в комнатах на пятом этаже быстро поднялись, и открылся вид на богатых торговцев, которые отдыхали в своих креслах, пили чай, махали веерами и курили трубки. Лэй Цзинчжэ хотел выпрыгнуть из окна, чтобы сбежать, но тут же понял, что это окно заколочено гвоздями.
— Я давно слышал, что молодой господин клана Янь не делает ничего, что не приносит ему выгоды, — сказал Шэнь Цзэчуань. — Подумать только, он может вести такую бурную деятельность, когда дело касается такой торговли.
Ширма в личной комнате была отодвинута в сторону, и быстрые звуки перебрасываемых костяшек счётов раздались, словно проливной дождь. Другой мужчина ухмыльнулся.
— Люди собираются вместе и расстаются ради собственных интересов; даже кровные братья всё равно должны чётко урегулировать свои счета. Нужно максимально использовать то, что есть в их распоряжении! — Сказав это, он прекратил то, что делал, и держался за окна, чтобы высунуть голову и окинуть Фэй Шэна быстрым взглядом. Он подмигнул Шэнь Цзэчуаню и сказал с улыбкой:
— Нелегко найти императорского гвардейца. Этот господин кажется мне достойным внешне и подходящего телосложения. Я могу позже отвести его к мадам Цуйцин в качестве извинения. Моя Светлость, продайте его мне, хорошо?
Услышав, как он одним предложением указал на личность Шэнь Цзэчуаня, Фэй Шэн не мог не схватиться крепче за клинок и не встать перед Шэнь Цзэчуанем, чтобы защитить его. Этот человек был на три или четыре года старше Дин Тао. Он выглядел по-детски, был светлокожим и изящно выглядящим, с глазами, которые, казалось, были пропитаны мёдом. Он выглядел особенно милым.
Лей Цзинчжэ, стоявший на противоположном конце, увидел его и пришёл в ярость. С большим трудом сдерживая себя, он сказал:
— Зачем Молодой Господин обманул меня? Ты предпочёл бы оскорбить Гедале ради пары скорпионов?!
— Гедале находится далеко на восточной стороне реки Чаши. Янь Херу откинул голову и сказал: — Твой дядя по материнской линии должен мне пятьсот восемьдесят тысяч таэлей серебра, а ты должен мне триста сорок тысяч таэлей серебра. Разве не будет правильным и уместным для тебя выплатить свои долги?
Лэй Цзинчжэ сломал ножку стула и сделал всё возможное, чтобы увернуться от внезапного блеска лезвия. В последний раз он потерпел неудачу в руках Сяо Чие и должен был положиться на Ли Сюна, чтобы спастись, едва не вырвавшись, а теперь он снова оказался окружён, только на этот раз он сыграл прямо на руку своим собственным людям!
Янь Херу перегнулся через перила и болтал ногами, наблюдая, как Лэй Цзинчжэ борется за свою жизнь. Он крикнул тем, кто был внизу:
— Битва между грозными противниками равной силы — редкое зрелище, так что зарегистрируйтесь и уберите руки после того, как сделаете ставки. Удвойте свою прибыль, если выиграете, а если проиграете — хех, относитесь к этому как к развлечению после еды! Пока вы в Дуньчжоу, я, Янь Херу, не позволю никому выйти отсюда разорённым человеком даже без пары штанов, чтобы прикрыть задницу.
Лэй Цзинчжэ оказался в ловушке смертельной битвы за свою жизнь. Он взял с собой только тридцать человек, потому что был глупцом, поверив лжи Яня Херу! Теперь, когда Лэй Цзинчжэ получил поддержку кавалерии Бяньша вместе с четырьмя сотнями Скорпионов, размещённых в Дуньчжоу, Янь Херу должен был оказать ему должное уважение, пока он всё ещё намеревался вести свой бизнес на востоке. Но при всех своих махинациях Лэй Цзинчжэ никогда не ожидал, что Шэнь Цзэчуань будет тем человеком, который захватил военные припасы.
Железная клетка в зале уже была установлена. И Лэй Цзинчжэ, и Скорпионы в другом лагере понесли тяжёлые потери, более половины их людей были ранены и убиты. Лэй Цзинчжэ обратился к человеку, который пришёл убить его, на языке Бяньша:
— Хайригу, мы все братья из Гедале, так зачем же сражаться друг с другом насмерть здесь? Объедините усилия со мной, чтобы выбраться из этого затруднительного положения сегодня вечером, и я не буду выяснять, что случилось с той партией военных припасов!
Но другой мужчина не ответил и, откинув назад свои похожие на водоросли волосы, выхватил свой острый кинжал и набросился на Лэй Цзинчжэ.
Янь Херу сказал, разливая вино:
— Разве Вашей Светлости не любопытно, как я узнал, что вы придёте?
— У всех информаторов Лю-эра есть своя цена. — Шэнь Цзэчуань очистил апельсин и поднёс его ко рту. — Пока денег достаточно, любые новости могут перейти из рук в руки и быть перепроданы.
Янь Херу снова рассмеялся.
— Звучит так, будто я недостаточно умён, когда вы так говоритк, но на самом деле я сразу же догадался. Все зерновые Хуайчжоу, кроме риса и пшеницы на востоке, все ушли в зернохранилища Цичжоу. Никто другой не способен вывезти их в таких больших количествах, кроме вас, Шэнь Цзэчуань.
— Какое совпадение, — сказал Шэнь Цзэчуань, — встретить вас здесь.
— Не будьте таким скромным, — сказал Янь Херу. — Ваша Светлость здесь, чтобы ждать возможности представиться, не так ли? Я действительно нахожу это странным. Как вы узнали, что человек, которого Лэй Цзинчжэ пригласил сегодня вечером, был я?
Шэнь Цзэчуань доел апельсин, прежде чем продолжить.
— Поездка Лэй Цзинчжэ в Дуньчжоу на этот раз для осмотра товаров, несомненно, оскорбила всех торговцев, однако клан Янь не выступил, чтобы помешать ему. Это говорит о том, что обе стороны держали друг друга в курсе. В таком случае ему пришлось бы пригласить вас выпить, не так ли? Он также может воспользоваться возможностью наладить отношения с кланом Янь; что в этом может не понравиться? Для этой цели он даже зашёл так далеко, что выбрал ресторан, принадлежащий клану Янь, в качестве демонстрации искренности по отношению к вам.
Обрадованный Янь Херу похвалил:
— Ты такой умный!
Янь Херу ставил свои интересы на первое место во всём, что делал, однако он казался особенно невинным и наивным, когда держал тяжёлые золотые счёты на груди, выглядя как бог-ребёног богатства. Если бы он не был украшен золотом и нефритом с головы до ног, Фэй Шэн никогда бы не смог догадаться, что он является нынешним главой клана Янь, если бы он шёл по улице.
С другой стороны, Лэй Цзинчжэ уже был измотан боем, когда увидел очередную волну людей, набегавших снизу. Они значительно уступали по численности и оказались в ловушке в этой частной комнате. Лэй Цзинчжэ не хотел сдаваться, и Скорпионы сзади разбили оконные панели локтями.
Ночной бриз тут же ворвался снаружи. Лэй Цзинчжэ не сделал первого шага. Он просто наблюдал, как Скорпион, создавший отверстие, высунул голову, только чтобы встретиться с бедой прямо лицом к лицу. В мгновение ока его голова была отрезана и покатилась.
Янь Херу хмыкнул.
— Это мой ресторан. Ты уходишь, когда я говорю тебе уйти, и ты остаёшься, когда я говорю тебе остаться!
Внутри и снаружи было полно народу!
Круг мужчин, окружавших Лэй Цзинчжэ, сжимался, когда они приближались к нему. Все торговцы у подножия здания были мужчинами, которые действовали в зависимости от конкретного человека. Поэтому, когда они увидели, что Лэй Цзинчжэ больше не в состоянии перевернуть столы, они поспешили последовать по стопам Янь Херу и сделать ставки против Лэй Цзинчжэ. Все они ждали, когда он умрёт. Атмосфера начала накаляться от беспокойства. Цуйцин схватилась за свой платок, нисколько не смущаясь, когда она сняла все браслеты со своих рук и поставила всё на Хайригу. Она давно забыла о своём старшем племяннике, Лэй Цзинчжэ.
Шэнь Цзэчуань резко спросил:
— Ты замышлял убить Лэй Цзинчжэ, потому что знал, что я в Дуньчжоу?
Скучающий чопорный Янь Херу ответил:
— Верно. Мне нужно идти туда, куда дует ветер. Торговый путь между Хуайчжоу, Цичжоу и Чачжоу довольно интересен. Есть даже либэйская бронетанковая кавалерия для дополнительной безопасности, и вы можете добраться до приграничного торгового рынка, если подниметесь. Представьте, если мы объединим силы; три территории на северо-востоке Дачжоу будут такими же хорошими, как наши, да? Я могу держать удушающий захват на военном обеспечении Цидуна для вас, и вы можете взять меня с собой в поездку. У каждого свои потребности. — Пока он говорил, он изменил позу. — Как я вижу, вы охотитесь за Цюйду. У вас впереди светлое будущее, полное безграничных возможностей.
— Понимаю, — Шэнь Цзэчуань поднялся на ноги и жестом попросил Фэй Шэна принести его плащ.
— Да. — Янь Херу покачался на стуле, глядя на тени с недоумением. — Шоу ещё не закончилось, и человека ещё не убили, так почему же вы уже уходите? Разве вы не хотите голову Лэй Цзинчжэ?
Шэнь Цзэчуань застегнул плащ и оглянулся.
— Никто не присмотрит за этими четырьмя сотнями скорпионов, не так ли?
Янь Херу ответил:
— Ваша Светлость здесь. Прикажите вашим войскам гарнизона Цичжоу уничтожить их.
— Тогда мне придётся извиниться, — сказал Шэнь Цзэчуань с улыбкой. — Я привёл с собой всего около дюжины человек.
Слова только что вылетели из уст Шэнь Цзэчуаня, когда двери в главный зал внезапно распахнулись. Янь Херу вытянул шею, чтобы посмотреть. Скорпионы заполнили пространство снаружи, и они даже вывезли последнюю оставшуюся тележку с головами из арсенала.
Лэй Цзинчжэ вскочил на перила и издал короткий свист, давая сигнал Скорпионам атаковать. Все мужчины снаружи здания были бойцами Янь Херу, купленными за деньги, но стравливать их со Скорпионами, которые были специально обучены сражаться с бронекавалерией Либэя, было всё равно, что бросать яйцо в камень. В мгновение ока их палаши и кинжалы были отброшены молотами.
Из личной комнаты раздался грохот, когда перевернулся стул. Янь Херу собрал свою мантию и поднялся на ноги с золотыми счётами в руках, намереваясь бежать. В тот момент, когда он открыл дверь, он наткнулся на Фэй Шэна. Фэй Шэн поднял его за воротник, и когда обе его ноги оторвались от земли, Янь Херу закричал:
— Какого чёрта?! Мы на одной стороне!
Стражники Яня Херу попытались схватить его, но императорские гвардейцы уже поднялись с обнажёнными клинками.
Шэнь Цзэчуань сказал:
— Давайте уйдём вместе. По дороге сможем узнать друг друга получше.
Не в силах вырваться на свободу, Янь Херу мог только позволить Фэй Шэну нести себя вниз по лестнице, как перепёлку, хотя он не забыл крикнуть:
— Хайригу, мы уходим! Пошли!
Хаос снова обрушился на зал. Скорпионы Бяньша не обращали внимания ни на что и просто размахивали своими молотами, чтобы разбить любого, кто попадался им на пути. Цуйцин наблюдала, как кровь и мозговое вещество хлынули голов и забрызгали её всю. Потрясённая, она схватилась за стол для поддержки и вспомнила всю жестокость кавалерии Бяньша, когда они вырезали город несколько лет назад. Она не могла сдержать крика, отступая назад в попытке увернуться.
— Старший племянник, спаси меня!
У подножия здания творился полный хаос, а выход был полностью заблокирован. С Янем Херу на буксире Фэй Шэн остановился на третьем этаже и выбил окно в личной комнате, прежде чем вытолкать Янч Херу наружу.
Янь Херу закрыл глаза и закричал на ветру:
— Стоять! Я ваш хозяин!
Кулачные бойцы, которые всё ещё стояли на страже снаружи здания, поспешно убрали свои клинки. Ветер свистел мимо. Янь Херу с трудом открыл глаза и с возмущением сказал:
— Какого чёрта ты сюда пришёл, если не привел с собой своих солдат?!
Фэй Шэн сказал Шэнь Цзэчуаню:
— Господин, неподалёку отсюда есть магазин, а наша повозка стоит через дорогу от него.
В тот момент, когда Янь Херу услышал это, он вцепился в окно и сильно замотал головой.
— Я не пойду этим путем! Я не знаю боевых искусств…
Шэнь Цзэчуань не стал тратить на него своё время, поэтому, ударом ноги, он сбил Янь Хэру с ног.
Ветер наполнил широко открытый рот Яня Херу, когда он резко упал вниз, размахивая руками и ногами, наблюдая, как он падает прямо на землю. Тканевый брезент наверху магазина внезапно прогнулся под тяжестью, но не разорвался. Подняв Яня Херу одной рукой, Фэй Шэн поднялся на выступы здания с помощью руки и на мгновение покачался в воздухе, прежде чем спрыгнуть с Янем Херу и приземлиться на ноги.
Императорские гвардейцы были все гибкими и ловкими людьми, и этот приём не потребовал от него больших усилий для выполнения. В тот момент, когда Фэй Шэн приземлился, он бросил Янь Херу своему подчинённому, сделал два быстрых шага назад и крикнул:
— Господин!
Шэнь Цзэчуань ловко приземлился на карниз и наступил на плечо Фэй Шэна с помощью брезента, прежде чем приземлиться на землю. Весь ад разразился, когда звуки резни в здании поднялись через крышу. Фэй Шэн не осмелился столкнуться со Скорпионами лицом к лицу, поэтому в тот момент, когда Шэнь Цзэчуань был отправлен в экипаж, он махнул рукой, давая сигнал отступать.
Императорские гвардейцы действовали быстро и в мгновение ока ворвались на оживлённые улицы.
Лэй Цзинчжэ распахнул окна, но следов Янь Херу уже не было видно. Он в ярости ударил кулаком в окно и повернулся, чтобы продолжить говорить на языке Бяньша:
— Не отпускайте этих предателей.
◈ ◈ ◈
Когда конный экипаж остановился, вокруг наступила тишина.
Янь Херу прижался к стенке экипажа, прикрывая грудь руками, и умолял:
— Мы можем всё обсудить и договориться о цене. Моя Светлость, не сердитесь!
Шэнь Цзэчуань снял свою шляпу чжэян и отбросил её в сторону, затем сказал Фэй Шэну, стоявшему снаружи:
— Подними занавеску.
Фэй Шэн поднял занавески повозки, и из повозки тут же потянуло мутным запахом. Фэй Шэн подумал, что с этим запахом что-то не так, а Янь Херу продолжил с застенчивой, смущенной улыбкой:
— Когда я начинаю нервничать, мне хочется пукать.
Императорские гвардейцы снаружи тут же закашляли.
Шэнь Цзэчуань рассмеялся, и Янь Херу тут же почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Он прижался к стенке повозки, когда услышал как Шэнь Цзэчуань нежно сказал:
— Разденьте его.
— Моя мать была права! — встревоженно проговорил Янь Херу. — Все красивые мужчины — звери! Не надо, не надо этого делать!
Фэй Шэн схватил Янь Хэру за затылок и раздел его в мгновение ока, хотя, к счастью, оставил его штаны нетронутыми. Ночи в восьмом месяце Дуньчжоу были холодными, и Янь Хэру, будучи таким нежным и светлокожим парнем, настолько замёрз, что его зубы стучали и он стал заикаться.
Фэй Шэн сказал:
— Господин, на нём нет скорпиона.
Шэнь Цзэчуань медленно скрестил руки и перешёл прямо к делу, глядя на Янь Херу.
— Каковы твои отношения со Скорпионами?
Янь Херу потёр руку и моргнул своими оленьими глазами.
— Почему вы спрашиваете меня об этом? Ваша Светлость, это неправильно. Вы должны спросить, в каких отношениях вы состоите со скорпионами.
Глаза Шэнь Цзэчуаня были непостижимо глубоки, когда он спросил:
— Каковы мои отношения со Скорпионами?
После нескольких минут молчания в экипаже Янь Херу невинно ответил:
— Понятия не имею.
Шэнь Цзэчуань продолжил:
— Фэй Шэн.
Фэй Шэн потянулся, чтобы вытащить Янь Херу. Увидев это, Янь Херу начал бороться, чтобы встать.
— Я действительно не знаю! Хайригу, Хайригу! Ты скажи ему!
Из-за конного экипажа вывалился человек и упал на землю, тяжело дыша. Это был тот человек, который первым пытался убить Лэя Цзинчжэ. С его выдающимся носом и глубоко посаженными глазами он имел отчётливую внешность уроженца Бяньша, но у него были чёрные волосы и чёрные глаза, а контуры его лица были намного мягче, чем у Хухэлу и Хасэна. Когда он перевернулся, он показал татуировку скорпиона сбоку на шее.
Хайригу был ранен. В то же время, когда он прикрывал свою рану, он посмотрел на Шэнь Цзэчуаня за вспышками мечей и ответил низким, глубоким голосом:
— Сын Гедале.
