Падший в кошмаре

Кругом видно только лес в полумраке и пустую дорогу, больше похожую на забетонированную тропу, которая ведет в никуда. Длинные пальцы сжимались и разжимались на руле, выпуская напряжение через этот жест.  Глаза цеплялись за каждый встречающийся куст, за каждое дерево. Деревья. Их кроны вытягивались далеко ввысь, хвастаясь своими зелеными верхушками перед луной. Ветви словно обвивали небо, срастались между собой, закрывая прекрасную луну.  Но не всегда так прекрасны создания природы. Нечто одно пугало шатена в них: их длинные ветви, словно руки, извивались на ветру, и каждая веточка показывала свой изгиб, махая листиками вслед.  Его начало знобить, пальцы начали подрагивать, из приоткрытого окна завывал ветер, разносился тонкий свист и холодный воздух.  По машине начали хлестать ветви, листья отрывались и залетали внутрь. Салон стал заполнять освежающий запах хвои, который резал нос. Руслан с напором закрыл окно. Ветви продолжали барабанить по металлу и стеклу.  Асфальт резко оборвался, машину занесло по слякоти. Она скользила как по маслу: авто делало полуобороты, ехало зигзагом. В лобовом стекле показался овраг, на который он несся на бешеной скорости. Резко вжал педаль тормоза, из-под колес начали вылетать капли грязи, приземляясь на металл.  Машина остановилась в сантиметре от провала, но одно колесо угодило в овраг. Руслан схватился за голову. От нервов он начал раскачиваться, дыша лихорадочно и громко. Каждый звук заставлял вздрагивать, тело было напряжено до предела.  «Надо успокоиться… тише, все хорошо».  Руслан поднял ноги на сиденье, обнимая колени одной рукой, второй начиная гладить себя по голове. Дыхание медленно начало выравниваться. Он положил голову на колени и закрыл глаза. Перед глазами пятнами начало вырисовываться изображение, по крупице проявляя четкость, предметы обретали очертания. Он был в своей квартире, прошелся взглядом: обои в углу оторваны кусочками, на столе забытая банка энергетика, незаконченный натюрморт.  Но не это было главным. Он лежал на кровати и чувствовал тепло чужих ног, обвивающих талию. голова лежала на чужой груди, пока макушку гладила нежная ладонь. Руслан выдохнул тихо, ощущая, как пальцы зарываются в волосы глубже. Мурашки побежали по коже, по всему телу шло такое приятное тепло, но горячее всего было в груди.  В комнате было тихо, слишком тихо — только те звуки, что издавал Руслан. Он резко открыл глаза. Он снова был в машине, в этом чертовом месте, где до дома километры и целые часы. Собственная рука была вплетена в волосы. Он дернул руку, вырывая прядь каштановых волос.  «Я был уверен, что это правда, что меня гладил Данила, что я выбрался и что я дома. Что со мной не так? Почему именно я?»  Шатен вновь завел машину, ноги спустил на коврик, выжал сцепление, нажимая на педаль. Руку, что ранее была в волосах, положил на рычаг, включая задний ход. Машина зарычала, но не сдвинулась с места.  — Черт! — он ударил по рулю, опуская на него голову. Идти на улицу не хотелось, но нужно было вытолкать машину.  «Вот сейчас я выйду и буду как те самые главные герои в ужастиках», — в голове возмутился он, но все же, чтобы вернуться домой, это было необходимо. Руслан открыл дверь, вылезая наружу. В лицо ударил ветерок.  — И как я сюда угодил? Кроссовки мгновенно потонули в грязи, шатен поморщился, подходя к переду машины. Перед был полностью испачкан в каплях грязи, колеса утопали в слякоти — из-за них такая грязь.  Из распахнутой дверцы водительского сиденья начал доноситься хор — сотни голосов девушек. Они синхронно вытягивали ноты, и это звучало довольно жутко. Это был церковный хор? На фоне играла классическая мелодия, дополняя «картину». Магнитола стала барахлить, создавать помехи,  голоса девушек стали становиться хриплыми, перемешанными с помехами.   Он сглотнул, толкая машину с большей силой. Автомобиль выскользнул из оврага, но радость даже не успела прийти — быстрее пришел страх оттого, что его похлопали по плечу. Руслан резко повернулся: никого за спиной не было. По телу побежала дрожь, он сел в машину, закрывая дверь рывком, и выключил магнитолу. Дорога продолжалась.  Первые лучи света вырвались вместе с городом, трассой и шумом машин. Все внутри трепетало от этой возможности наконец быть свободным и счастливым. На лицо падали золотистые лучи солнца, а не привычного мрака. По трассе мчались машины, Руслан пристроился на свою полосу, двигаясь за ними.   Впереди него ехало три машины, он плелся за ними как хвостик. Черный седан, ехавший впереди, резко затормозил. Руслан вжал педаль тормоза, но не успел — полетел в машину. Уже приготовился к столкновению, но ничего не произошло: открыв глаза, обнаружил, что проехал сквозь машину. Шум оборвался, а трасса опустела — все они пропали.  «Опять оно. Это все она, тварь!» — бледнолицый ударил кулаком по рулю. Машина издала короткий гудок, и Руслан оторвал руки от руля.  «Ладно, хуй с ней, сейчас это не важно. Наверное, уже забили тревогу из-за пропажи машины и меня. Надеюсь, за мной еще не выехали». Руслан не знал дороги назад и двигался интуитивно. Теперь не было навигатора в виде машин. В ушах звучал продолжительный писк, похожий на сломавшееся радио.  Мысли вновь поглотили его. Он задумался, потупляя взгляд: «Интересно… как долго существует культ? Думаю, три-четыре года, не больше».  Шатен въехал в спальный район. Дома стояли друг за другом солдатиками. Он опустил окно, подъезжая к первому попавшемуся человеку.  — Здравствуйте, не подскажете, как проехать до центра? И где мы сейчас находимся? На какой улице?  Женщина лет сорока нахмурилась. Её лицо сделалось возмущенным, словно она осудила Руслана за вторжение в свои мысли.  — Мы сейчас на Дачной улице. — Шатен поморщился, понимая, что находится где-то на отшибе города. — К центру далеко ехать. Сядь лучше на двести двадцать шестой автобус, прямиком до центра едет.  — Где здесь ближайшая остановка?  — Езжай пять километров прямо, потом  заверни направо, и вот тебе остановка.  — Спасибо. — Руслан поднял стекло и вдавил педаль газа.  Он оставил машину чуть поодаль от остановки, оставаясь дожидаться автобуса. Автобус приехал полностью пустой. Руслан сел на место поближе к выходу, чтобы, если что-то случится, сбежать без потери времени.  Усталость утяжеляла веки, но уснуть означало добровольно подписаться на смерть. Но как бы он ни сдерживал сон, как бы ни напрягал веки, сонливость все равно взяла свое.  При открытии глаз он, на удивление, всё еще был в автобусе. По телу не шла боль, и даже твари рядом не было. Но людей внутри прибавилось. Руслан стал озираться. По левую сторону от него сидела женщина с ребенком на коленях. Это была девочка лет восьми. Она смотрела в окно, слегка наклонив голову вбок.  На ней было бледно-желтое платье. Взгляд прошелся выше, к шоколадным шелковым кудрям. В руках девочка держала рюкзачок в виде белого медведя. Он закрыл глаза всего на секунду, выдохнув с облегчением.  Но когда веки вновь поднялись, перед глазами все пошло рябью. Девочка, ощутившая взгляд, повернула голову в сторону Руслана. По коже побежали мурашки, сердце забилось сильнее. Он прижался к стенке, таращась на преобразившуюся девочку. На голове у неё больше не было тех шикарных волос — они были вырваны клоками, оставляя проплешины.  Она улыбнулась во весь рот, обнажив зубы. Острые, словно наточенные наждачкой, такие же были у твари из кошмаров. Это её дочь? По подбородку девочки потекла слюна, капая вниз. Взгляд проследил за каплей, опускаясь ниже: медведь на коленях «нечисти» был разорван.  «Она же секунду назад была нормальная. Я сплю… просто сплю».  Он ущипнул себя за руку, но ничего не поменялось. Она все так же сидела, следя за шатеном и плавно поворачивая голову при каждом его движении.  Он устал. Вечные кошмары теперь преследовали не только во снах, но и наяву. Он больше не чувствовал себя живым и проклинал тот момент, когда все это началось. Он вмиг перестал бояться, перестал бороться. Хотелось подойти к этой девочке и снести ей голову.  — Здравствуйте, с вами все в порядке? — спросил внезапно парень с ярко-рыжими волосами. — Я наблюдал за вами, вы выглядели испуганно.  Руслан медленно повернул к нему голову, и тяжелый, измученный взгляд карих глаз задавил энергичного парня. Они контрастировали очень остро: ухоженный, ярко выглядящий парень и блеклый Руслан.  Руслан перевел взгляд на волосы. Рыжие,  как и у Дани, только у того они были крашеные — слишком яркий оранжевый цвет, и прядки у лица осветлены. От этой мысли стало тепло. Он уже начинал скучать по Даниле. — Здравствуй, — медленно произнес Руслан, на секунду взглянув на свое отражение в окне: грязные коричневые волосы, недоброжелательный вид. Серая масса.  Ответил не сразу, уплывая в свои мысли: «Как я могу нравиться Даниле? Да вообще быть любимым хоть кем-то. Я не яркий, не эталон красоты, да и по характеру не сладость». В груди заныло, он опустил взгляд.  Незнакомец кашлянул, и Руслан вынырнул из мыслей.  — Вы видите это? — наконец сказал Руслан, уже и не надеясь на ответ. Он знал, каким этот ответ будет, но не хотел верить, что сошел с ума. Не хотел верить, что вся жизнь будет такой: с тварями, которых он не может отличить от реальности. Незнакомец озадаченно посмотрел на него.  — Вижу что? — он мотнул головой, смахивая волосы с глаз. Руслан посмотрел сначала на парня, а потом туда, куда сам же и указал. Там никого не было, ни девочки, ни женщины. — Вам нужна помощь?  Несмотря на раннее спокойствие и принятие, после подтверждения Руслану стало плохо. Он выпал из мира, не отвечая парню, попадая внутрь себя.  Мысли в его голове вились как змеи, путались и переплетались, создавая неразбериху. Перед глазами мутно, он ничего не слышит и не чувствует. Спертый запах больше его не тревожил.  «Это все нереально… просто нереально». Он начал неосознанно раскачиваться. Пусто. Так пусто… Кругом грязь, люди — грязь, мир — грязь, он — грязь. Резко из собственной головы выдернуло одно чувство: тошнота.  Рыжий незнакомец уже ушел, перестав надеяться на ответ, а бледнолицый обнял живот одной рукой. Желудок начало выворачивать, шатен зажал рот рукой. Все вокруг стало сгущаться, с потолка полила черная жидкость, густая на вид. Пол заволокло ею полностью, подошва тонула в вязкой субстанции, уровень которой поднимался. Его стошнило желчью. Вязкая, золотисто-желтая жидкость просачивалась сквозь пальцы. Сначала перед глазами стало мутно, он начал моргать. Пелена медленно сползала, все снова было как всегда, лишь лужа рвоты на полу. Сидящая рядом бабушка вскочила с места, брезгливо морща нос. Она дернула плечами от возмущения.  — Напился с утра и ездит, людей травит!  Со всех сторон загудели голоса.  — Смотрите под ноги, не наступите в это… Кошмар какой!  — Водитель, тормози! Высаживай его. Нам этим дышать теперь?  — Меня сейчас самого вывернет!  Паника комом подкатила к горлу. Руслан пригнулся, сорвал плащ и принялся вытирать пол черной тканью. Автобус затормозил у остановки.  Руслан ринулся к выходу, благо сидел возле дверей. Вслед ему закричали:  — Ты куда? Кто мне будет автомойку оплачивать?!  Руслана и след простыл. Он дождался еще одного автобуса, уже на нем доезжая до нужного места.  * Родной подъезд. Руслан испытывал такое облегчение, что просто замер на минуту. Воспоминания навалились гурьбой: пьянки, гулянки по ночам, то, как он ходил с компанией по улицам, гулял, сидел на крышах. Все это смешалось внутри. Он чувствовал себя дома, так легко. В незнакомой части города на украденной машине ему казалось, что он потеряет сознание от стресса.  А тут свобода, облегчение. Жаль, не ночь. Руслан любил ночь, потому что улицы пустые, воздух прохладный, чисто… Он открывает тяжелую подъездную дверь, поднимается на свой этаж. Подошел к своей квартире, в руках вертит «отмычку» в виде невидимки — это был подарок Данилы. Открыть дверь собственной квартиры получилось не сразу, но все-таки она распахнулась.  «Надо будет поставить дверь подороже. Так, мне нужен телефон, деньги и еще помыться перед дорогой».  Кошелек он нашел довольно быстро, но вот телефона нигде не было.  — Да блять! Где он? Я проверил все, что только было можно. Да и денег не шибко много, три тысячи рублей. На эти деньги даже телефон не купишь. Может, попробую найти старые телефоны. Он принялся обыскивать все шкафы на наличие хоть каких-то мобильников. Все-таки нашел телефон: это был старый мамин аппарат, оставшийся до покупки нового. Это был Redmi. Несмотря на старую модель, стекло было целое, мать всегда относилась к технике бережно. Он зажал кнопку включения — телефон оказался разряжен.  — Интересно, тут будут наши старые фотки? — Руслан поставил телефон на зарядку, а сам пошел в душ.  * Шатен ходил по дому с сумкой, закидывая в неё все нужное. Уезжать не хотелось, но и оставаться тут было опасно. Он взломал замок, не будучи специалистом в этом, а значит, и любой из сатанистов сможет открыть дверь.  «Так, запасную одежду взял, зарядку взял. Зубную щетку еще нужно взять!»  Зайдя в ванную, он положил щетку в сумку и уже застегивал молнию, но тут взгляд скользнул к шкафу на стене, где стояла аптечка. Подошел к шкафчику, открывая его.  Аптечка была полупустая. Он всегда хранил в ней минимум: парацетамол, аспирин и бинты. Кажется, первые два были просрочены на год. Но все равно он смахнул всё в сумку.  * Поездка до гостиницы на удивление была спокойной. На стойке регистрации он взял номер на ночь. Подходя к своей двери, приложил к ней карту. Внутри номера был довольно старый ремонт. Руслану было все равно, но любопытство взяло верх: он заглянул под кровать, поднял голову. На потолке висела люстра с тремя лампочками, две из которых не горели.  Забив на это, просунул сумку под кровать и завалился в постель. Жесткая, но спать можно. Укрылся с головой, выключая свет. Сон забрал свое мгновенно.