Иза|БЕЛЛА|триса

      Последние полторы недели, прошедшие после визита Говарда Бруквила, Белла наслаждалась летним отдыхом в окружении друзей-индейцев, периодически донимая Рейчел расспросами об Ильверморни, а Ребекку – о школе для зельеваров штата Оклахома, преподавателями которой в основном были потомки официально исчезнувшего племени Чикасо. Ребекка часто была задумчивой и регулярно выпадала из развлечений своих сверстников, предпочитая проводить время наедине с собой, хотя иногда и соглашалась на уговоры Беллы и сестры, принимая участие только в некоторых играх или совместных занятиях, например, в сборе трав и практике прикладного волшебства по записям Меган. Рейчел рассказала Белле, что её сестра-близнец планировала остаться помощником одного из преподавателей в школе Оклахомы после завершения обучения, потому что это казалось ей единственным доступным вариантом для получения шанса на последующее обучение у мастера-зельевара. Теперь, по мнению сестры, Ребекка мысленно взвешивает все за и против по поводу обучения в региональной гильдии зельеваров МАКУСА, расположенной в штате Вашингтон. Джейкоб, услышавший слова сестры, философски отметил, что в Оклахоме живут с семьями две их родные тёти, так что, если Ребекка не передумает, можно будет не волноваться, что она останется без поддержки родственников, а если передумает – тем более не будет смысла волноваться, ведь жить она будет в магической Олимпии, куда Квилеты теперь могут попасть в любое время, благодаря наличию порт-ключей, а потом пустился в размышления о пользе обоих вариантов. Белла и Рейчел только с улыбкой переглядывались, слушая серьёзные рассуждения девятилетнего мальчика.       Сегодня Рене и Мари должны были переместиться в Сиэтл, чтобы вместе с Беллой и Чарли сходить в кино на недавно вышедшие в прокат фильмы «Доктор Дулиттл» и «Маска Зорро», но, поддавшись уговорам Беллы, им согласились составить компанию семьи Атеара, Блэк, Лахоте, Колл, Клируотер и Улей, дети которых ещё и уговорили присоединиться к этому развлечению своих друзей и кузенов из пары соседних племён. Так в достаточно большом кинотеатре Сиэтла оказались выкуплены абсолютно все места на два киносеанса.       Чарли последнюю неделю посещал по утрам курсы для сквибов-полицейских, поэтому должен был вернуться домой ближе к обеду вместе с кем-то из взрослых волшебников. Белла коротала время до выхода из дома в кухне, удобно разместившись за дубовым столом и доплетая третий из самостоятельно создаваемых ею ловцов снов, параллельно с удовольствием вспоминая, как донимала своего кузена – Сэма Улея – пока тот не смирился и не признал родство с «бледнолицей», от которого раньше всячески открещивался. Плести ловцы снов Сэм начал уже давно и даже подрабатывал их продажей на тематических ярмарках, а этим летом наконец-таки сдался под совместным напором Беллы и детей Блэков, согласившись их обучить. В свою очередь Белла поделилась с кузеном и их общими друзьями наработками семьи Росс, благодаря чему ловцы снов стали получаться гораздо более качественными – так сказал дядя Винс, которому Пол продемонстрировал их совместное творчество.       Когда ловец снов был доплетён, Белла словно бы замерла, зависнув в собственных мыслях, как-то перескочивших с отдыха в компании индейцев на загадку своей семьи. Волшебница уже полторы недели периодически задумывалась о причинах, по которым Рене раньше не могла долго находиться на территории резервации, с трудом находя в своей памяти и в книгах, которые по её просьбе помогла подобрать миссис Крудс. «Раньше» – потому что после визита мистера Бруквила Рене спокойно переночевала в гостевом домике у Квилетов, и даже на следующий день не торопилась покинуть резервацию, что очень удивляло Чарли, который покинул дом Блэков вместе с Билли ещё до того, как Белла с мамой проснулись. Вспомнилось, как во время праздника, посвященного выгодному для племени контракту, Винс периодически наблюдал за Рене, но отводил взгляд, если видел, что его взгляды заметили сама Рене или Белла. Сегодняшнюю встречу с бабушкой Белла ждала особенно сильно ещё и потому, что именно бабушка могла знать если не всё, то хотя бы что-то, что позволит найти разгадку к этой странной ситуации. …       Впрочем, идея по поводу улучшения состояния мамы у Беллы была, точнее эта идея принадлежала Саре, которая задумчиво изложила свои подозрения после завтрака-обеда на следующий день после праздника. На этом позднем завтраке Рене, под расспросами Сары, вспомнила, что после рождения дочери и до визита мистера Бруквила ни разу не пыталась посетить резервацию, а Белла отметила, что всегда с удовольствием её посещала. Тогда Сара сделала предположение, что после родов Рене смогла бы спокойно посещать резервацию, как фактическая жена потомка приёмного члена племени. Фактическая – потому что у Квилетов были свои свадебные ритуалы, которые родители Беллы не проходили и даже не планировали, потому что Чарли был заядлым скептиком и категорически отказался от предложения провести для них с Рене свадебный обряд, хотя Билли и Сара пытались его уговорить. Рене, впервые услышавшая о квилетских свадебных обрядах от Сары, только грустно улыбнулась, а потом, когда они с Беллой и детьми Сары уже помогали убрать со стола и навести порядок, внезапно замерла и чуть не уронила стопку тарелок из задрожавших рук.             - Что с тобой, Рене? – Сара подхватила тарелки, поставив их на кухонную тумбу и усадила гостью на стул, - Бекки, нальёшь воды?       Ребекка как раз переливала воду из кувшина-фильтра в стеклянный графин, поэтому быстро выполнила мамину просьбу.             - Спасибо, - Рене осушила стакан и неуверенно улыбнулась, - всё хорошо, просто я, кажется, вспомнила.             - О чем? Дети столпились рядом с мамами, побросав порученные им дела. Рене с сомнением обвела взглядом детей.             - Так, ребята, идите-ка вы на улицу, - поняла сомнения гостьи Сара.       Дети понуро переглянулись и вышли, но быстро сориентировались и, выйдя на улицу, подкрались к кухонному окну, успев почти к самому началу разговора.              - … были тяжелые, да и потом пару месяцев, сама знаешь, как это бывает, - продолжала свою речь Рене.             - Да, дважды через это проходила.             - Удивляюсь тебе, если честно.       Послышался смешок.             - В общем, я не обращала внимание на своё состояние, но сейчас мне кажется, что у меня не было в тот период проблем ни с суставами, ни с венами. Примерно со второго триместра и до самого отъезда из Форкса.             - Это вполне вероятно. В первом триместре, особенно в первую беременность, организм претерпевает множество изменений, поэтому духи стараются не приближаться к будущим матерям, чтобы не спровоцировать выкидыш, но потом стараются их оберегать. Мне отец говорил, что от внимания духов тоже могут быть проблемы, если у матери недостаточно плотное духовное тело по индейским меркам. Возможно, кстати, именно поэтому они тебя и во время беременности выпроваживали. Всё же на территориях индейских резерваций гораздо больше магии разлито в воздухе, чем в других местах.             - Но ведь до нашей свадьбы недомогания были редкими и несильными, а потом, когда мы с Беллой навещали Чарли уже после развода, мне часто становилось плохо и самочувствие всегда быстро ухудшалось.             - Возможно, сначала духи просто к тебе присматривались, а после вашего развода они могли быть на тебя в обиде. Чарли и Беллу духи признают своими детьми, пусть и приёмными, а не родными, поэтому всегда будут стараться им помочь. Разве что, если у них вдруг возникнет конфликт с кем-то из племени, духи может быть и изменят своё отношение. Хотя я сомневаюсь в этом. К тому же у Чарли и Беллы есть родство с семьёй Улей, пусть и дальнее.       Рене долго молчала, и дети уже начали знаками спорить, стоит ли уйти сейчас, чтобы не попасться, или имеет смысл попытаться подслушать ещё чуть-чуть.             - И всё же, почему вы надели эти нити?             - Они тебя раздражали?             - Нет, скорее просто притягивали взгляд и как-то, не могу объяснить, одновременно почему-то было и грустно, и немного, не знаю… Не радостно, но что-то немного похожее. Словно бы я снова оказалась на кладбище возле могилы своего отца и его родителей, уже не в скорби, а … - Рене снова умолкла.             - Я понимаю тебя. Когда скорбь утихает, а переживание горя проходит все положенные ему стадии, остаётся светлая память об ушедших и благодарность за всё, что вы вместе пережили.             - Да.             - Винс сказал, что этими нитями мы проявим уважение к вашим с Беллой предкам, но подробнее об этом знают только он и духи.             - Понятно.             - Еще он сказал, что по мнению духов, об этом вы можете узнать у кровных родственников.             - Но у меня осталась в живых только мама.             - Возможно, не только.             - Белла прошла проверку крови у гоблинов, и там было сказано, что все мои предки, кроме мамы, мертвы.             - Прямо все и именно мертвы?             - Нет, там на самом деле были только моя мама и её родители, папа и его родители, а вместно «мертвы» там было что-то типа «нет среди живых».             - Знаешь, мир устроен гораздо более сложно, чем думают те, кто не знает о существовании сверхъестественного. Наши духи тоже не «среди живых», но способны передавать свою волю и даже настаивать на ней. А какие фамилии у твоих предков?             - Папа и дедушка с его стороны – Хиггинботэм. У бабушки девичья фамилия – Уилсон. Мама и её отец – Джеферсоны, а её мама с такой интересной фамилией. Как же она? Спи… Спер… На конце точно «д». Прямо вертится на языке, - Рене еле слышно посмеялась, - часто так, когда какое-то слово мне нравится, не могу его при необходимости вспомнить, пока не начну рисовать. Сейчас-сейчас. Как же оно?       Белла мысленно снова смотрела на пергамент. Фамилия маминой бабушки раньше не показалась странной, потому что её прошлый род – Блэк – уже пересекался с носителями похожих фамилий, как, впрочем, и с различными Уилсонами-Уэльсонами, и с Джеферсонами-Джеферсами – похожие созвучные фамилии были популярны не только в магловских, но и в магических родах.             - Точно, Спьёрад!             - О!             - Что-то не так? Ты знаешь кого-то с этой фамилией?             - Не совсем. Точнее, нет, но, - Сара сделала паузу, - ты ведь помнишь, что мой папа – шаман?             - Да, вчера на празднике слышала об этом, кажется, от Винса. Он жаловался, что некому передать дар.             - Да, - Сара усмехнулась, - он очень любит на это жаловаться. В общем, папа нас с братьями немного обучал. Шаманы не просто так передают свой дар только тем, у кого минимум два поколения не было шаманов в роду. Обычно первенцы в двух поколениях наследуют небольшую часть шаманского дара, поэтому проходить небольшое обучение нам необходимо, однако принимать полный шаманский дар категорически нельзя – слишком велик шанс, что мы разучимся различать реальность и мир духов. Но есть и плюс – при острой необходимости я могу какое-то время исполнять обязанности Винса, если тот вдруг надолго покинет племя, а в случае, если не смогу я, то сможет Рейчел. Она старшая и крупица дара у неё тоже есть. Другие мои сёстры и дети уже этого не смогут, но всё еще будут более чувствительны к воле духов и смогут провести любой из восьми обязательных ежегодных обрядов.             - О, вы тоже празднуете дни солнцестояния, равноденствия и смену сезонов?             - Да, как и многие другие волшебники. Ты уже участвовала в обрядах?             - Да, мы вместе с семьями подруг дочери праздновали солнцестояние. Это незабываемо.             - Понимаю, - в голосе Сары слышалась улыбка.             - Извини, что перебила, ты говорила про своего отца и фамилию Спьёрад.             - Да. Это одно их множества слов, которые можно перевести как «дух», правда, я не знаю, с какого именно языка.       Белла судорожно сглотнула. «Спьёрад» действительно означало «дух», с гэльского языка, на котором говорили её предки – маги, жившие на острове Великобритания задолго до возникновения английского языка.             - Это звучит немного странно, - Рене нервно усмехнулась.             - Ты говоришь это той, кто вышла замуж за потомка воина-духа, между прочим. И, если духи правы, то моему сыну придётся пробудить наследие предков.             - Только сыну?             - Надеюсь, да. Дочери тоже могут, но это наследие сначала сильно ускоряет, а потом ещё сильнее тормозит многие процессы в организме. В общем-то, сложно сказать, что это всё прямо вредно, но, помимо стремительного роста и нестабильного гормонального фона, к примеру, у женщин могут возникнуть проблемы с деторождением. Не критичные конечно, да и полностью фертильность не исчезает, просто перерыв с месяца продляется до полугода, а то и больше.             - Ну не сказала бы, что это так уж плохо, - с усмешкой отметила Рене, - только представь, полгода без болей, слабости, дискомфорта.             - Если смотреть с этой стороны, то да, - голос Сары стал задумчивым, а после в нём тоже проявились нотки веселья, - пожалуй, так было бы даже удобнее.             - Вот-вот! Эх, полгода, а то и больше … - голос Рене стал мечтательным.             - Нам с тобой это в любом случае не светит.             - Факт.       Мамы рассмеялись.             - Но мы снова отвлеклись. Так что там с духами?             - В общем-то больше ничего. Духи могут легко говорить только с шаманом или через него. Со мной, а тем более с моими детьми им установить контакт будет сложнее, но, как бы это объяснить, чтобы начать беседу, они должны представиться. И вот тут шаман или его временный заместитель должен понять, кто именно хочет с ним говорить. Для общения с духами более близких предков нужны одни методики, с духами более дальних – другие, с духами природы – третьи, да и зависит выбор методик от самых разных факторов.             - А Спьёрад?             - Это древние духи, приблизительно времён Майя.       Рене рассмеялась.             - Это звучит очень странно.             - Говорит дочери шамана мать ведьмы.       Рене закашлялась.             - Ну, если так посмотреть, то да.             - Другого объяснения я подобрать не могу, - в голосе Сары звучало сожаление, - да и эта идея вряд ли страннее оживающего нарисованного дракона.             - Тоже верно.             - А твоя мама точно ничего не знает про свою родню?             - Она не любит об этом говорить, но знаешь, я могу и ошибаться, но если про папу и моего, и своего она иногда говорила, что-то типа «умерли», «погибли», то про свою маму она всегда говорила только «ушла». Это не сказать, чтобы действительно какая-то зацепка.             - Да, так тоже многие говорят.             - Верно. Да и не уверена я, что она только так говорила, всё-таки о погибших она в принципе не особо любит говорить. Плюс я и ведь могу и невольно додумывать что-то на фоне нашего разговора.             - Да, такой вариант тоже не следует исключать.       Наступила пауза.       Белла чувствовала, как у неё ускорился сердечный ритм. В её прошлой жизни фамилии Спьёрд, Спьёрад, Спъёрэд и ещё несколько созвучных носили волшебники, считающиеся прямыми потомками Сидов. Точнее, изначально Сидами назывались сами волшебные Холмы – магические подпространства – в которые ушли часть представителей племени Туата де Дананн, также известного как племя Богини Дану, после легендарной битвы с сынами Миля – волшебниками и маглами, к тому времени прожившими бок о бок около 400 лет. Та часть племени Дану, которых стали называть Сидами, если верить преданиям, была самой малочисленной. Фэйри из Туата де Дананн часто создавали семьи с волшебниками и даже маглами, но их супруги, в которых не было крови волшебных существ, не смогли войти в Холмы. Потомки таких союзов теоретически могли, но должны были сначала выполнить ряд условий, информации о которых в семейных преданиях не было. Вторая часть племени Дану вместе со своими семьями под покровом густого тумана покинули остров, чтобы найти новые земли. Третья часть племени со своими семьями и семьями ушедших в Сиды остались на острове и постарались слиться с коренными жителями Великобритании, не желая покидать дома. Потомки первой и третьей частей племени, желая подчеркнуть древность своей крови, со временем стали называть себя потомками Сидов, опасаясь заявлять о связи с изгнанными с острова Туата де Дананн. Сама Белла, благодаря рассказам племянника, знала только о двух его сверстниках, в которых явно проявилось наследие Сидов – Невил Лонгботтом и Полумна Лавгуд. Один чувствовал и говорил с растениями, а другая – с духами. По воспоминаниям Нарциссы, с которой Белла поделилась своим мнением об этих двух юных волшебниках, вскоре после сообщения о гибели Пандоры Лавгуд, некоторые британские волшебники древних родов даже рассуждали, что та могла не умереть, а просто найти путь в Холмы. В пользу этой версии говорило и то, что гроб миссис Лавгуд был пустым, а её дочь реагировала на происходящее при похоронах нетипично для ребенка, чей родитель умер.       Из мыслей её вырвали дети Блэков, потянувшие в сторону леса и жестами просящие сохранять молчание.       Когда дети спрятались под сенью деревьев, Рейчел пояснила, что интересный разговор закончился и их мамы продолжили наводить порядок, говоря на всякие неинтересные темы, а Сара к тому же ещё и собралась выйти на улицу.             - Так что, ты у нас потомок древнего духа? – С иронией поинтересовалась Ребекка.             - Да, как и вы, - Белла нарочито пренебрежительно пожала плечами, - к тому же, если принять во внимание, что никто из людей не способен возникнуть из воздуха, то все мы потомки людей, когда-то переживших все прошедшие эпохи, и ставших духами.             - Не поспоришь, - Рейчел улыбнулась, - ладно, мы всё равно вряд ли сможем узнать что-то новое. Идём к Полу?             - Опять Пол, - с недовольством почти синхронно фыркнули Ребекка и Джейкоб.             - Можно, - ответила Белла, проигнорировав чужое недовольство, - к тому же Сэм пообещал сегодня принести в дом Лахоте материалы, чтобы научить нас плести ловцы снов.             - Удивляюсь, как ты смогла его уговорить.             - Элементарно, - самодовольно ответила Белла, - он же всё-таки мой кузен!             - У вас очень дальнее родство.             - Но всё же оно есть. …       Из воспоминаний о том, как они вчетвером мучили Пола и Сэма, выпытывая у них методики плетения ловцов, Беллу выдернули хлопок входной двери и голос Чарли.             - Беллз, я дома! Лахоте уже тоже приехал, можем перемещаться!             - Хорошо, пап!             - О, ты здесь, - Чарли зашёл на кухню, чтобы попить воды и с интересом наблюдал, как дочь убирает оставшиеся бусинки и перья в пластиковые коробочки, - тебе правда нравится этим заниматься?             - Да, это интересно, - Белла продемонстрировала отцу три готовых ловца снов, отличавшихся между собой цветом нитей, бусин и немного самими схемами плетения.             - Симпатично, - отец улыбнулся, - у меня точно не хватит терпения на подобное.             - Не волнуйся, один из них для тебя, выбирай!             - Эмм, спасибо, - Чарли переводил взгляд с одного ловца снов на другой, - а может ты сама выберешь?       Белла в ответ рассмеялась и вручила отцу недавно сплетённый ловец.             - Думаю, этот лучше тебе подойдёт.             - Почему? – Чарли с интересом рассматривал подарок дочери.             - У него бусины под цвет твоих глаз.             - Да? – В голосе отца было слышно сомнение, - что ж, спасибо.             - Через пару минут буду готова, - Белла поспешила отнести не пригодившиеся материалы в свою комнату. Два ловца она планировала сегодня подарить маме и бабушке при встрече.