2.1

Оксана удобно расположилась в кресле самолета, на котором она, Алекс, Селеста и Альберт должны лететь в Испанию. Риккардо отправится туда отдельно. Неожиданно вместо Селесты на соседнем месте устроился Тофт, синьорина Моретти недоуменно уставилась на него. — Альберт очень просил поменяться местами, — развел руками Алекс. — Какие-то срочные дела? — Скорее, «срочные» чувства. Но, возможно, мне показалось. Оксана наклонила голову в бок и улыбнулась. — Служебный роман? — Можем разогнать их, если ты против. — Да нет, не стоит. — Она глянула в иллюминатор, но затем снова поглядела на бывшего. — Как же безопасность? Места согласно купленным билетам и так далее? Алекс вздохнул и посмотрел вперед. — Думаешь, что самолет упадет и что мы разобьемся? Потрясающий настрой перед полетом. — Тофт цокнул языком. — Тогда меня похоронят как девушку, а Селесту — как успешного юриста с прожженной репутацией. Но, возможно, судмедэксперты обратят внимание на то, что кости не соответствуют полу и проведут дополнительные экспертизы. — Алекс! — Что? Оксана нервно фыркнула и отвернулась. Как можно с таким спокойствием размышлять о подобных вещах?! После взлета, когда самолет набрал высоту, Тофт кашлянул в кулак. — Оксан. Я должен кое-что отдать тебе. Синьорина Моретти заинтересованно повернулась к нему. А Алекс вытянул из внутреннего кармана пиджака небольшой пакет. — Это твое. Твои вещи. Оксана недоуменно посмотрела на бывшего, а потом заглянула в пакетик. Нырнула в него ладонью и вытянула оттуда белый шелковый шарф. Свой шарфик, о котором давным-давно и думать забыла. Что-то еще было в пакете, и она снова запустила в него руку. Браслет. Серебряный и кованый браслет с дымчатым кварцем, который когда-то очень любила. Думала, что потеряла его. Совершенно неожиданно пропажа нашлась. — Я… я… Мне казалось, что я потеряла… — Наверное, когда-то давно ты забыла их у меня. Я подумал, что следует вернуть вещи хозяйке. Пусть будут у тебя, так лучше. Мысли Оксаны заметались, и она медленно опустила глаза. Выходит, и вправду забыла их давным-давно на вилле. А Алекс внезапно нашел вещи и вернул. Интересно, он их специально хранил? На память? Да нет… А если и — да? Тогда он честен в отношении того, что все прошло, Оксана «свободна» от его чувств. Почему сейчас в душе тягуче растекался горький осадок? Ведь, наоборот, следовало радоваться такому долгожданному освобождению… Синьорина Моретти незаметно посмотрела на бывшего, который невозмутимо открыл ноутбук. Она сглотнула ком в горле и опустила глаза на вновь обретенные вещи.

***

У Ольги появилось хоть какое-то дело. Да не хоть какое-то, а очень ответственное! Собрать Матвея в школу, встретить его из школы, проследить за ним и помочь ему с домашним заданием, уговорить его поесть, если малец капризничал… У него бассейн и занятия музыкой пару раз в неделю, дополнительные уроки английского, китайского… В общем, скучать ей было некогда. Сегодня Матвей с утра опять хандрил и ничего не хотел. Ольге кое-как удалось впихнуть в него завтрак и взять с него обещание, что тот будет хорошо себя вести на уроках и как следует питаться. Мальчишка в ответ выпросил вечером сказку. И не просто почитать ему книгу, а устроить для него настоящую сказку. Делать нечего — надо выкручиваться. Когда уже несколько недель повела время с Матвеем, Ольга поняла, что знает довольно много сказок. И рассказывала ему их вечерами. Также она поняла, откуда у нее неприятное ощущение, когда приходится спускаться на ужин с Вадимом: именно так приказывало чудовище красавице в сказке. Вот только теперь она сама себя чувствовала чудовищем с этим ужасным шрамом на щеке. Но сегодня необходимо не просто рассказать историю, а отправить ребенка в сказку. Как же это устроить? — Интернет — великая вещь, — подсказал ей Марат, пока они пили чай. И — в самом деле — Ольга бросилась к ноутбуку, который купил Вадим, как выразился, «для работы». Пришлось заехать в пару мест после того — как они с водителем забрали Матвея, но Ольга надеялась, что Матвей оценит ее труды. И Вадим должен вернуться поздно, поэтому она успеет вернуть на место персидский коврик, который стащила из его кабинета. «Не стащила, а одолжила», — сразу же поправила она себя.

***

— Тетя Оля, если ты меня обманываешь и сказки не будет, то завтра я не буду завтракать. — Матвей отломил кусочек хлеба и посмотрел на новую гувернантку. Вера хмыкнула и поставила перед ними супницу. — Матвей, я тебя когда-нибудь обманывала? — Ольга глянула на Матвея, но он покачал головой. — Давай, кушай. И мы отправимся в сказку. Она уже ждет тебя. Ольга разлила по тарелкам суп. Сегодня была солянка. Матвей быстро слопал ее и ждал, когда его гувернантка закончит есть. Он попросил чай, но Вера лишь забрала тарелку и произнесла: — А чай будет в сказке. Экономка уже заглянула в комнату Ольги, где была почти приготовлена «сказка», и осталась более чем довольна. Ольга забрала Матвея к себе. Поначалу она думала все устроить в его комнате, но тогда бы не удалось «сохранить» секрет, когда он вернется из школы. Хорошо, что он был еще мал и не обратил внимания на ее шаровары, которых раньше у нее не было. — Ну что, ты готов, Матвей? — Ольга развернула его к себе за плечи возле двери в свою комнату и присела перед ним. — Конечно, тетя Оля! Я жду — не дождусь! Она кивнула, вздохнула и с замиранием сердца распахнула дверь. А вдруг ему не понравится? Но Матвей ахнул. И восторженно начал озираться по сторонам. — Вау! Круто! В комнате царил полумрак. Лежали пара тройка гирлянд, которые светили мягким желтым светом, имитируя свечи. Несколько свернутых одеял Ольга стилизовала под низкий диван. На таком же низком столике перед ним, располагался чайник с пиалами и восточные сладости, лукум, щербет, пахлава и прочее. С потолка свисали шелковые платки, создавая таинственную атмосферу. У стены был подвешен расправленный плотный кусок ткани — под ним персидский ковер. На странные качели также опускалось несколько платков. Пока Матвей отвлекся на восточное убранство, Ольга незаметно скинула под кровать тапочки, прыгнула ногами в бабуши и обмотала вокруг себя невесомый платок из органзы. Звякнули браслеты, которые гувернантка не удержалась и купила в том же магазине, что и ворох платков. Наверное, продали их ей столько, сколько обычно продают за неделю. Теперь их хватит на всю жизнь. Счастливый Матвей обернулся из-за скрежета металла — Тетя Оля, это нереально круто! А какая будет сказка? Про Алладина? Ольга сощурила глаза и посмотрела на него. — Хочешь про Алладина? — Да! Очень хочу! — Тогда садись на диван и слушай. И выпей чаю с угощением, на востоке считается неуважением отказаться от него. Ольга за руку отвела Матвея на подобие дивана и налила чашку чая. Раз ребенок желает послушать про Алладина, то почему бы не начать с нее. Ольга начала неспешное, но красочное повествование про тяжелые будни Алладина, его бедность на улицах Агры, попивая чай и уплетая пахлаву. В лавке восточных сладостей они с Маратом появились очень удачно, прямо при них завезли свежайшую партию. Допила чай, кокетливо кутаясь в платок и прикрывая лицо, рассказывала про принцессу Жасмин, ее тигра и отца. Они так увлеклись, что не заметили Вадима, который сначала украдкой слушал из-за приоткрытой двери, но увлекся и выдал себя в дверях. В восточной одежде, в импровизированных декорациях — он засмотрелся на Ольгу. Ее лицо, а особенно глаза «искрились» мягким свечением, которое отражалось от света гирлянд. Гувернантка замерла, отвернувшись к двери, но лишь на мгновение. Она продолжила игру с Матвеем Ольга, как всегда, не могла разобрать эмоций, так как они были скрыты под маской безразличия, которая не покидала того. Но раз уж он так кстати появился в моменте с Джафаром, то… что ж, так тому и быть: она не позволит портить сказку. Он может развернуться и уйти, либо остаться и слушать, либо принять участие. — И тут внезапно появился Джафар! Ольга широко распахнула дверь перед Вадимом, отчего он даже сделал шаг назад. — Великий и ужасный — могучий Джафар, который начал закрывать ворота пещеры Сезам со всеми ее сокровищами! Ольга мягко потянула Вадима за руку, многозначительно глянув на него. Она удивилась, но он поддался ей и вошел в комнату — пришлось срочно придумывать, где сделать разделение между миром Агры и пещерой. Не придумав иного варианта, Ольга толкнула его на кровать и задернула за ним платки. Когда появился взрослый зритель, она сначала засмущалась, но быстро взяла себя в руки. Это ведь ее сказка. И Вадиму придется подыграть, если хочет услышать продолжение. А то, что он сильно любит сына, не оставляло сомнений: подыграет. Ольга продолжила. Она и Матвей так увлеклись, что не заметили, как огромная рука «таскает» сладости со столика. Ольга усадила Матвея на ковер-самолет, который был подвешен к потолку и, раскачав его, «вывела» мальчика из пещеры. Матвей пищал от восторга, Вадим воспользовался ситуацией и стащил ещё чашку чая вдобавок к сладостям. Наконец сказка закончилась — добро победило зло, Матвей закопал отца в куче платков. — А продолжение? Тетя Оля, когда ты расскажешь продолжение? — Матвей подлетел к ней и, схватив ее за бедра, попытался ей заглянуть в глаза. Ольга опустилась на колени перед ним. — Если ты будешь хорошо себя вести, то в выходные. Тебе понравилось? — Конечно! Было очень интересно. Я очень хочу услышать продолжение!!! — Тогда беги к себе, чистить зубы — и в постель. Матвей радостно пискнул, обнял Ольгу и умчался к себе. Ольга устало сняла платок, который лежал вокруг шеи. Все-таки повествование отняло у нее много сил — нестерпимо захотелось пить, в горле пересохло. Она потянулась к чайнику и увидела Вадима, который все так же сидел на ее кровати, только теперь в ворохе платков. — Этот уже остыл, но на кухне можно заварить новый, — тихо предложил он. — Спасибо, но подойдет и этот: не люблю горячий чай и всегда жду, когда он остынет. Ольга отчего-то боялась поднять взгляд. Вдруг Вадим ее снова отчитает? Она не увидела, что в кои-то веки тот улыбался, но, когда «услышала» это во фразе, сразу подняла голову. — Я как будто сам вернулся в детство и побывал в сказке. — Извините, что пришлось сделать вас главным злодеем, но вы появились именно в этот момент. — Да я не обижаюсь. Я уже давно стоял и слушал, не мог оторваться. А ты прочитала сказку или вспомнила ее? — Вспомнила. И про Синдбада, и про все из «Тысячи и одной ночи» помню. Так обидно. — Ольга опустила взгляд на пиалу. Вадим тяжело вздохнул. — Ты не виновата, что ничего не помнишь. Я вижу, что ты думаешь обо мне. Может, отчасти это и верно. Только я не могу выставить тебя на улицу. Мы оба заложники этой ситуации. — Но я очень хочу вспомнить хоть что-нибудь. И… спасибо, что не бросили меня на произвол судьбы. — Потерявшая память грустно усмехнулась. Вадим не удержался и протянул руку к ее щеке — туда, где был шрам, но так и не дотронулся до него, поскольку Ольга мягко увернулась и словно бы отрезвила его: — Наверное, пора спать. — Да, я тоже пойду. — Вадим поднялся с кровати, которая источила цветочный аромат. Ольга встала и включила яркий свет. — Реквизит, кстати, очень интересный, — махнул Крутицкий рукой на комнату и только сейчас заметил свой дорогой ковер ручной работы. Ольга проследила за его взглядом и замерла. — Я думала, что успею вернуть его. Вы обещали быть поздно. — Вернешь завтра, — постановил Вадим и отправился к себе.