Код заражения: "Альфа-Воскрешение"

Глухой выстрел эхом прокатился по затхлому помещению, едва различимый среди гула в ушах Чонвона. Он моргнул, сбивая с ресниц липкую смесь крови и пота. Последний заражённый, чьи разорванные конечности едва удерживали тело, рухнул в грязь с влажным чавканьем. — Живы? — Еле. Он с трудом поднялся, оперевшись на кусок арматуры. В плече пульсировала боль, и каждый вдох отзывался болезненным уколом в ребрах. Он оглядел рухнувшие тела зараженных, чувствуя горечь от вида их разорванной плоти.

— Так, кто тут у нас? Треск. Шаги. Из-за спины парня с винтовкой, оттолкнув его плечом, вышел второй. Чонвон прищурился, пытаясь разглядеть и понять, что в этом новом незнакомце вызвало безотчетное беспокойство. Первое – он двигался как-то неправильно — с расслабленной, почти вызывающей небрежностью, словно прогуливался по бару, а не стоял посреди руин. Второе – кожаный плащ, хоть и потрепанный временем и обстоятельствами, струился за ним, а на плече, словно дорогое украшение, висел отполированный до блеска арбалет. В руке незнакомец небрежно крутил чеку от гранаты, как будто это была безделушка, не имеющая никакой ценности. Третье– Он улыбался. — Грязные, потрёпанные, полуживые, — парень хмыкнул, окидывая Чонвона и Хёнджина взглядом, полным насмешливого презрения. — Типичный набор самоубийц. Чонвон сжал зубы, стараясь не показывать раздражение. Этот человек — кем бы он ни был — смотрел на них сверху вниз, как на мусор, который прибило к его порогу. Это бесило. — А ты кто такой? — он наконец заговорил, прокашлявшись от зудящего горла комка. — Гробовщик? Или просто очередной мародер, решивший, что он тут главный? Парень с арбалетом усмехнулся, словно слова лишь развеселили его. — О, я больше, чем просто мародер, паренек, – он сделал шаг вперед, и чека гранаты в его руке звякнула. – Я — тот, кто решает, кто выживет, а кто станет кормом для этих зверюшек. И судя по вашему виду, я бы поставил на второй вариант. Чонвон открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент раздался ледяной голос второго парня. — Джейк, хорош выпендриваться. Винтовщик даже не поднимал глаз от мёртвых тел. Он слегка толкнул одного из заражённых ногой, и безжизненная конечность дёрнулась. — Они живы остались — уже чудо. Повезло, что у этих тварей тут кишка тонка оказалась. На полигоне дела были и похуже. Полигон. Чонвон почувствовал, как от этого слова его тело напряглось. Он слышал о таком месте — даже чаще, чем оно требовало. Развалины старого тренировочного комплекса, где когда-то отрабатывали уничтожение заражённых. Нечистое, убийственное место. Если этот парень там был — значит, он не просто выживший. Он охотник. Названный Джейк лишь фыркнул, продолжая вертеть чеку. — Везение — удел слабых, друг мой. Нам нужна организованность и… — он запнулся, скользнув быстрым взглядом по Чонвону, ещё цепляющемуся за оружие, — …и, возможно, немного сочувствия к тем, кто не умеет выбирать, где родиться в этой дыре. Чонвон резко поднял голову. Глаза встретились. На лице Джейка по-прежнему играла ленивая усмешка, но в глубине глаз мелькнуло нечто иное. Чонвон не успел разглядеть что-то большее в них, потому что тот продолжил так же иронично: — Вы вообще думаете головой? Какого хрена вы полезли сюда без нормального оружия? — Некогда было закупаться в магазине, знаешь ли, — впервые подал голос Хёнджин, ощущая, как по лицу стекает пот. Он сжал в руке топор с самодельной рукоятью, чувствуя, как деревяшка впивается в ладонь. Джейк в ответ пустил смешок и подошел к нему ближе. Пришурился, словно разглядывая через него что-то невидимое. — Закупаться? — прошипел он тихо, словно боялся, что их услышат. — Ты тут с топором бегаешь, как в дешевом хорроре, а он с гребаной арматурой. — он махнул рукой в сторону Чонвона.– Что дальше? Будете их лопатами откапывать и святым духом отпевать? М? Вы хоть понимаете, с чем имеете дело? Хёнджин прищурил глаза, прижимая руку к раненому бедру. — А что нам еще остается? Стоять и ждать, пока оно нас сожрет? Или, может, ты знаешь способ получше, гений? — Способов я знаю много, — пробурчал тот, поднимаясь на ноги. — Но ни один из них не включает в себя копание могил для чего-то, что уже и так давно должно лежать в земле. Хёнджин дернулся, собираясь огрызнуться в ответ, но резкий скрип донесся из коридора. Звук. Еще один. Тихий шорох, заставляющий волосы встать дыбом на затылке. Зараженные. — Не стоит медлить, — проговорил парень с винтовкой и, не дожидаясь ответа, потянул Чонвона за руку, увлекая его к дверям. — Шевелись! Арбалетчик грубо схватил Хёнджина за плечо, и тот со стоном согнулся от пронзившей боли. — Кажется, сломал что-то, — констатировал он с пугающим спокойствием, словно речь шла о сломанной табуретке, а не о человеческой кости. — Не страшно, лисёнок починит, — безразлично бросил парень с винтовкой, уже выходя из комнаты и волоча Чонвона за собой. — Лисёнок? — переспросил он, нахмурившись. Чонвон почувствовал, как холодные пальцы парня с винтовкой обхватили его руку крепче, почти до боли. — Скоро узнаете, — усмехнулся Джейк сзади, блеснув яркой улыбкой. Парень с винтовкой еще сильнее сжал плечо Чонвона — из груди вырвался болезненный стон. Воздух выбило из легких, в глазах потемнело, но он стиснул зубы, не желая падать. Они вырвались в коридор, а за спиной уже слышался этот мерзкий, скребущий звук приближающихся ног. Страх — густой и липкий — парализовал волю, но инстинкт самосохранения гнал вперед. — Справа! Хёнджин смачно чертыхнулся, его лицо исказилось гримасой. Он размахнулся топором и обрушил его на копошащуюся в тени фигуру. Хлюп. Мясной звук, фонтан теплой, липкой крови, и сдавленный, утробный рык, оборвавшийся на полуслове. — Минус один, — пробормотал он, не сбавляя шаг. В голосе не было не триумфа, не радости, лишь полная обречённость бытия. Коридор резко повело, его мир покачнулся. Он споткнулся, чудом удержавшись на ногах. — Ахуеть, да ты просто герой дня, — Джейк скривился, но все же подхватил его за плечо. Его хватка была сильной, почти каменной. — Если эта херня тебя сожрет, я твою тушу лично поджарю за подставу. Следи за ногами, желторотик. Сейчас направо и зигзагом. И не блевать мне тут! Хенджин промолчал, челюсти свело от напряжения. Внутри клокотала ярость и отвращение. Но он следовал за Джейком, как тень. — Быстрее! Чонвон почти не дышал, в ушах пульсировало. Ноги горели, словно их окунули в расплавленный свинец. Перед глазами все плыло, но остановиться означало смерть. Он знал это нутром. На улицу. В переулок. К призрачной надежде на спасение. Дверь ближайшего барака была сорвана с петель, словно ее вырвали когтями. Они мчались сквозь лабиринт узких улочек, среди обрушенных зданий, нависших над ними, словно надгробные плиты мертвому миру. C каждой секундой становилось яснее: за ними охотились. Твари двигались нереально быстро. Не бежали — летели, перепрыгивая с крыши на крышу, издавая жуткие, хрипящие вопли, от которых кровь стыла в жилах. Одна из них рухнула прямо перед Джейком, взметая столб пыли. Высокая, неестественно худая, с вывернутыми суставами, она медленно подняла голову. Рот, разорванный от уха до уха, превратился в жуткую, звериную ухмылку. В этих глазах не было ничего человеческого. Только голод. Выстрел. Голова твари взорвалась фонтаном крови и мозгов, обдав Джейка. — Иисусе! — взвыл тот, отплевываясь и вытирая лицо. Но не остановился ни на секунду. Время утекало сквозь пальцы. Каждый вдох мог стать последним. Чонвон размахнулся и с силой ударил арматурой по следующей твари, выпрыгнувшей из темноты. Металл вошел в плоть с мерзким хрустом. Тварь захрипела, когтистые пальцы скользнули по его коже — задела, на плече остались небольшие борозды. Но боли он почти не чувствовал. Адреналин, как безумный наркотик, гнал его вперед, заглушая все, кроме инстинкта выжить. — Заряжай! Первая граната улетела вглубь переулка, ослепив монстров яркой вспышкой. Парень с винтовкой стрелял быстро и хладнокровно, каждая пуля находила свою цель — прямо в голову. Точные, выверенные движения человека, который привык убивать. — Держи его, — пронеслось у Чонвона в голове эхом, и он крепче обхватил пошатывающегося парня на следующем переулке. Хёнджин словно вытекал сквозь пальцы, с каждой секундой становясь слабее и безжизненнее. Его молчание, обычно полное подколок и сарказма, сейчас пугало больше всего. Он походил на чистый холст, и Чонвон отчаянно хотел вернуть на него краски. Каждый толчок во время бега, каждая резкая смена направления, казалось, отнимала у Хёнджина остатки сил. Презрение к преследователям, боевой азарт — все ушло, оставив лишь нарастающий страх за его состояние. Звуки погони становились все ближе, и Чонвон понимал, что если Хёнджин потеряет сознание, они все будут обречены. Внезапно перед ними возникла преграда — парень с винтовкой. Окинув их двоих взглядом исподлобья, нахмурив темные густые брови, он отчеканил. — Фиксируй строй. Он явно брал на себя роль ведущего, расчищая путь. Джейк, с мертвенно-спокойным лицом, в ответ кивнул, замкнув строй. — Как скажешь, босс. Они двинулись дальше, но звуки позади не оставляли сомнений — их преследовали. Разрыватели. Первый выбежал из-за угла. Кости его выступали под кожей неестественными углами, суставы были искривлены. Глаза горели, а длинные когти с легкостью рассекли воздух. — Контакт! — рявкнул Джейк. Арбалет взметнулся, и со свистом рассек воздух. Стрела, щедро сдобренная каким-то едким ядом, вошла твари в шею, пробив гнилую плоть. Существо забилось в конвульсиях. Его тело трясло, из разверстой раны хлестала черная жижа, разъедая землю. Кожа пузырилась, словно кипящая смола, а кости под ней с хрустом ломались, не выдержав яростных спазмов. Наконец, с предсмертным хрипом и звуком рвущейся ткани, тварь рухнула наземь, превратившись в бесформенную кучу гниющего мяса и сломанных конечностей. — Нравится? — ухмыльнулся Джейк, перекидывая оружие за плечо. — Умри со своим пафосом, клоун, — буркнул парень с винтовкой, и тут же метким выстрелом снес голову другому, рвавшемуся вперед мутанту. Мозги и ошметки черепа брызнули во все стороны, оросив ближайшие кусты. Но их было больше. Гораздо больше... — Гранаты! — Прикрывай! Джейк достал два небольших заряда, размером с кулак, активировал их коротким поворотом предохранителя и швырнул в проход. В тишине гулкой улицы прозвучал короткий писк таймера. Вспышка. Ослепительная, выжигающая сетчатку. Взрыв. Адское пламя и ударная волна, отправившая в полет клубы пыли и ошметки мяса, обугленные и распотрошенные. Вопль, оборвавшийся на полуслове. — Бегом! Они рванули вперед, адреналин вперемешку со страхом выплеснулся в кровь, заставляя мышцы гореть. Впереди показался люк. Открытый, со скрежетом сдвинутый в сторону. Из темного зева лился тусклый свет, обещание безопасности, или, по крайней мере, возможности перегруппироваться. — Прыгайте! — рявкнул парень с винтовкой, бросаясь к люку. Хёнджин первым нырнул вниз.Чонвон хотел последовать за ним, но в последний момент что-то вцепилось в его ногу. — Твою… мать! Он рухнул, ударившись плечом о бетон, боль пронзила все тело. Разрыватель царапался, его утробное урчание заполнило уши, а черная, потрескавшаяся губа облизывала искаженные клыки. Глаза были мертвыми, пустыми, словно бездонные ямы, отражающие лишь безумие. Парень с винтовкой развернулся. Щелчок. Пусто. — Брось! — прохрипел Чонвон, пытаясь вырваться. Но он не бросил. Выхватил нож, зажатый в голенище сапога, пригнулся и вогнал его твари под челюсть, стараясь попасть в мозг. Она захрипела, задергалась, но не отпускала. — ДАВАЙ! Чонвон пнул её в грудь со всей силы. Раздался хруст. Когти соскользнули. Едва почувствовав вожделенную свободу, он камнем рухнул в люк, стараясь не терять ни секунды. Цепко ухватившись за ржавую лестницу, спикировал вниз. Следом за ним, с лязгом захлопнув крышку, спрыгнули и его спасители. В тесном, пропахшем гарью и машинным маслом пространстве, гулко отдавалось дыхание. Щелчок зажигалки полоснул по лицам мимолетным светом, высвечивая напряженные черты. Чонвон прислонился спиной к ледяной стене, силясь унять дрожь. Рядом Хёнджин тихо заскулил, морщась от боли в ноге и груди. Тот, что с винтовкой, ловким движением закинул оружие за спину и, чуть наклонив голову, кивнул второму. — Закрой. Звук отодвигаемого засова эхом пронесся по туннелю, окончательно отрезая их от поверхности. Холод и сырость мгновенно пробрались под куртки, заставляя поежиться. – Куда вы нас притащили? – Чонвон поднял голову, кошачьи глаза сверкнули в темноте, улавливая малейшие отблески света. — Вниз, — лаконично ответил винтовщик, не выказав ни малейшего намерения объяснять что-либо еще. — Мы не слепые. В ответ — лишь молчание. Джейк, крутанув в пальцах короткий металлический болт, фыркнул и, с лукавой усмешкой посмотрел на своего напарника. — Ох, Хун, ну что за манеры? Хотя бы представился бы для приличия. Все-таки, знакомство, обмен любезностями… — Зачем? — Голос винтовщика был холодным, как сталь. Холодным и не предвещающим ничего хорошего. — Ну, хотя бы из вежливости, — продолжал настаивать Джейк, словно поддразнивая. — Сонхун, — бросил тот сухо, словно отрезал и отвернулся от них разом. — Воот, уже лучше, – парень ухмыльнулся, и, повернувшись к Чонвону, весело подмигнул. — Я, Джейк, вы уже слышали. — Чонвон, это Хенджин, — Чонвон кивнул, все еще настороженно наблюдая за Сонхуном. — Ну, и денёк, да, Чонвон-а? — выдохнул Джейк, хлопнув Чонвона по плечу. — Могло быть и лучше. Хёнджин застонал, привалившись к стене. В полумраке туннеля его лицо выглядело бледным, а рука с раненой ногой слегка подрагивала. Сонхун, не говоря ни слова, перебросил винтовку на другую сторону и присел перед ним, оценивая травму. — Можешь встать? — Могу, но не хочу. — Придётся. Сонхун произнес это так, словно не допускал возражений. Он поднялся и уже был готов идти дальше, но Джейк вдруг остановил его жестом. — Ты можешь быть хоть раз помягче? Они вообще-то только что чуть не сдохли. Сонхун промолчал, но брезгливо дёрнул уголком губ. — Если не пойдут — сдохнут уже здесь. — Какой ты добрый, просто ангел. — Я не люблю пустые разговоры, Джейк, — отрезал Сонхун, отворачиваясь. Его взгляд был прикован к мрачной пасти туннеля. — Веди их. В его голосе звучала такая уверенность, такое непоколебимое знание, что они последуют за ним, что Чонвон невольно почувствовал укол раздражения. Он с трудом поднялся на ноги, поддерживая Хёнджина, который снова обмяк у него в руках. Взгляд Чонвона скользнул по бледному, искаженному болью лицу. Кровь на его боку темнела, расползаясь зловещим пятном по одежде. С усилием обуздав яд, готовый сорваться с языка, он повернулся к Джейку. — Где этот ваш… «лисёнок»? Хёнджину нужна помощь. Он еле дышит. Его голос звучал тревожно, несмотря на попытки сохранить хладнокровие. Джейк, казалось, только сейчас заметил состояние парня. Усмешка медленно сползла с его лица, сменившись задумчивым выражением. — О, тебе понравится наш Сону. Он умеет творить чудеса, — пообещал он, махнув рукой вглубь туннеля. — Пошли за мной.

***

Тоннель был узким и тёмным, бетонные стены покрывала плесень, а в воздухе висела удушающая сырость. Они шли быстро, но осторожно — под ногами скользила грязь, а вдалеке эхом разносились звуки, которые совсем не хотелось разбирать. Чонвон чувствовал, как с каждым шагом ноги подкашиваются. Голова кружилась, раны пульсировали болезненным жаром, а плечо ныло так, будто внутри кости разгоралась адская печь. Было чудо, что он еще держал сознание. — Не упади тут, а? — хмыкнул Джейк, поддерживая его. — Не хочу тащить на себе еще одного дохлого мальчишку. — Обойдёшься, — прохрипел Чонвон, сплёвывая кровь. Сонхун шёл впереди, уверенно ведя их через лабиринт тоннелей. Казалось, он точно знает дорогу. — Смотрите под ноги, тут везде водопроводные трубы и кабеля. Никто не ответил, но совет соблюдали с осторожностью. Чонвон держал под плечо Хёнджина, который с каждым шагом дышал все слабее и тяжелее. — Приятно, да? — голос Джейка разорвал тишину, пока они шагали по бетону. — Мы вам тут целый отель пятизвёздочный открыли, а вы даже «спасибо» не сказали. Чонвон только хмыкнул, переваливая тяжесть Хёнджина на другую сторону. — Можешь не тратить дыхание, — отозвался Сонхун. — Ну ладно тебе, — Джейк пожал плечами, не сбавляя бодрого шага. — Ребята пережили атаку Разрывателей, заслужили хотя бы добрую улыбку. Сонхун молчал. Чонвон стиснул зубы. Он слабо понимал, кто эти двое, куда их ведут, и что вообще здесь происходит. Но сил спорить не осталось. — Куда мы идем? — наконец спросил он спустя, кажется, бесконечность пути. Он начинал чувствовать, что идет по лабиринту, который не имеет конца. — Бункер. Бывший госпиталь, — отозвался Джейк. — Пару лет назад там лечили людей, потом он стал пристанищем для… ну, нас. — Нас? Спустя пару оборотов перед ними вырисовался массивный железный люк. Он выглядел так, будто пережил не один взрыв, но всё ещё был крепок. Сонхун несколько раз постучал по нему в определённой последовательности. Тишина. Потом — скрежет засовов. Люк медленно открылся, впуская их в тёплый свет. — Добро пожаловать в Крепость 27.