Хочешь, я куплю тебе солнце?

Антон кашлянул, как только они подъехали к театру в центре города. Его немного потряхивало всю дорогу. Ну, как немного… его трясло, как школьника на контрольной по физике, когда телефон забрали. Из затемненного окна машины видно, что тут таких же автомобилей — охренеть можно. Они двигались очень медленно, чем невероятно сильно бесили вылизанную до блеска Импалу сзади. Попов выглядел… спокойным. Но это только на первый взгляд. На самом деле, под личиной ледяного человека, копошилось «ой как страшно». Это было заметно лишь потому, как он сжимал кисть Тоши, перебирая его пальцы своими, трогал его гайку, крутил ее, пару раз снял и одел обратно, просто чтобы хоть что-то делать. Зеленые глаза наблюдали за тем, как другие автомобили медленно проезжают на отгороженную парковку сразу после того, как проверяют документы и пригласительные. Вспышки фотокамер виднелись даже отсюда. Если представить, сколько тут собралось акул ресторанного бизнеса со всей страны — можно трижды в обморок грохнуться. Ну, правда! И, наверняка, Арс — один из самых молодых среди них. Если не самый. Захарин, главный шеф-повар, ерзал на переднем сидении. Этот мужчина сам по себе больше интроверт, поэтому для него такие вылазки — отдельное испытание психики. Паренек тихо заскулил от неприятной, сдавливающей боли в животе. Не потому что сожрал перед выходом сомнительную шаурму, оставленную Эдом «на потом», а просто от волнения. -Напомни, кто ты. — тихо попросил Арсений, как-то на автомате поправляя чуть-чуть съехавший манжет бармена. -Управляющий там… какой-то важный, главный, вообще круто. — пробубнили ему в ответ дрогнувшим голосом. -Ладно, допустим. — вздохнул брюнет. -Влад, ты прости, но тебе по правилам придется ждать тут. Мужчина никак не среагировал, просто пожал плечами, будто его это и не волновало совсем. У них там с Васей свои какие-то темы, их особо не волновало, что происходит сзади. Покормят — очень хорошо, хоть не зря тут проторчит несколько часов к ряду. Не покормят — закажет пиццу. Звучит, как бред, но он тут такой не один. Тут будет еще тьма таких же личных помощников и водителей, так что компания на парковке ему обеспечена. Тоша вытянул телефон из кармана, быстро набрав сообщение.

Вы 16:26

Переживаешь?

Арсений ответил практически сразу. Они, в принципе, и так всю дорогу переписывались, потому что при посторонних предпочитали не выставлять свои отношения на показ. Да и вообще виду не подавать. А 16:26 Естественно.

Вы 16:26

Если тебе дадут эту звездочку несчастную

Выполню любое твое желание в качестве поздравления

ОДНО Арс

А 16:27 А ты смелый. Мне нравится. Шастун кашлянул, скрывая улыбку в кулаке. Они как раз подобрались к охранному посту. Влад протянул документы через окошко, дожидаясь пока их проверят. Мужчина в форме задал несколько вопросов, на что водитель кивнул, чуть высунулся из окна и указал на пританцовывающую на холостых оборотах машину сзади. Проверяющий оглянулся, оценивающе хмыкнул, а затем пожелал приятного вечера, пропуская их дальше. На парковке уже расположились различные автомобили представительского класса. Они остановились на выделенном для них месте. -Ну… готовься. — тихо сообщил брюнет, приглаживая укладку сбоку ладонью. Он догадывался, что сейчас начнется. Первым делом, он остановил руку Тоши, которая уже тянулась к ручке, чтобы просто открыть дверь и выйти. На немой вопрос, мужчина отрицательно качнул головой. -Не так. Тут свои правила. Влад, будь добр, как ты умеешь, для всех этих журналюг. Помощник лишь кивнул, покидая свое место одновременно с Захариным. Бармен послушно остался сидеть, хоть ему было и некомфортно. Когда ему, все-таки, открыли дверь, он спокойно вышел на улицу, присвистнув. Вот тебе и привет, Антоша. Справа — Майбах, слева — Бентли, спереди — Роллс-Ройс. Приехали. -Ну нихуя ж себе… — оценивающе вскинул брови мальчик. Это уже относилось к Попову, который буквально выплыл из своего Мерина. Он выглядел, как темная скала. Весь такой строгий, хищный, от него веяло каким-то странным спокойствием, хотя всем было понятно, что внутри те еще камни ворочались. Тут же показались флешки камер, вылавливающие его профиль. Шастун сглотнул, стараясь сильно не жаться к нему. А то тоже в кадр попадет, будет потом светиться на всяких каналах, новостях и заголовках. Прикольно, но не хочется. Вскоре рядом оказалась и та самая Импала. И как бы Владислав не хотел, а двери ему открыть никто не дал. Водительская вылетела с хлопком, и на асфальт практически выпрыгнул адвокат, резким движением расправляя воротник своего пиджака. -Где пойло? — моментально уточнил кареглазый, отбиваясь от руки брата, который тянулся поправить ему съехавший галстук. -Тебя звали, как сопровождение. Веди себя соответствующе. — холодно напомнил Арсений, разворачивая его лицом к камере, которая тут же щелкнула, а затем повернул обратно к себе. -Эда не убил по пути? -Тут я. — буркнул Выграновский откуда-то со спины. Этого вообще записали, как телохранителя. В целом, почти и не соврали, а он и не спорил. Все четверо выглядели, конечно, немного пугающе. Особенно вот этот, с татуировками на шее, в чисто черном костюме, приглаженными назад волосами и серыми безразличными глазами. Джей старательно не смотрел на него, фыркая каждый раз, когда тот попадал в поле его зрение. Практически сразу к ним подошли организаторы, любезно приветствуя прибывших и предлагая проводить их до места общего сбора. Пространство граничило между пафосом и высоким вкусом: красная дорожка, все еще непривычные вспышки камер, галдеж, Антон как-то инстинктивно прибавил шаг, чтобы идти рядом с ресторатором, который держался просто шикарно. На входе даже пожал кому-то руку, сдержано улыбнувшись. Наверное, знакомый какой-то или виделись просто где-то… черт, некомфортно-то как. Эд молчал. Молчал так упорно, как даже на допросах не молчал. Пробравшаяся к нему девушка с микрофоном чуть ли не в нос им тыкала, задавая какой-то вопрос, но парень сохранял каменное выражение лица, чтобы по привычке не сказать, что не будет говорить без своего адвоката. -О, да, знаете, для меня большая честь присутствовать на этом мероприятии. — брякнул Анджей, пожимая плечами. Этот же, наоборот, был только рад посветить своим лицом перед миллионами, поэтому вертелся перед камерами с таким видом, словно это лично его снимать приехали. -Мой брат — прекрасный ресторатор, а я, кстати говоря, не менее прекрасный адвокат. Гениальный, между прочим. Это? Это телохранитель мой, ага. Ну я и сам кому хочешь лицо начищу, но… -Идем. — коротко бросил Выграновский, пихая Джея в спину. Тот что-то фыркнул, клацнул зубами, попытался вкинуть еще пару реплик о том, какой он классный, но паренек уже заталкивал его на крыльцо прямо по расстеленной на земле и огороженной дорожке. -Придурок. Че ты распизделся? Шагай уже, внутри найдешь, с кем побазарить. -Ненавижу тебя. — рыкнул юрист, вскакивая на крыльцо и, обернувшись, снова махнул рукой собравшимся людям. -Я им нравлюсь, ты не видишь? -Не вижу, слепой. — буркнул Эд, затаскивая его внутрь. Невыносимый же. Антон выдохнул только тогда, когда увидел, что они дошли до зала. Помещение было залито золотистым светом, пахло пионами, винтажным деревом и немного табаком. На сцене красовалась большая эмблема Мишлен, а под ней стояла стойка с микрофоном. Еще не началось, все только-только собирались, но здесь уже были шефы, критики, инвесторы и другие высокие гости. Кого-то Арсений уже встречал, кого-то видит впервые, и тем не менее, все равно учтиво пожимает руки всем, кто обращает на него внимание. И пусть по именам он мало кого помнит, но выделить каждому хотя бы секунду — дело чести. Тоша настолько был увлечен рассматриванием всего вокруг, что аж язык высунул сбоку от сосредоточенности. -Арсений Сергеевич, приятно видеть вас здесь. — какой-то мужчина в сером костюме остановил компанию и протянул руку брюнету, крепко пожимая его ладонь. -Ждал, когда вы уже окажетесь на этом месте. -Дождались. — такой же выверенной улыбкой ответил ему ресторатор, слегка кивнув. -Сам все ждал, когда французы догадаются. Человек сипло рассмеялся, оголяя серебристую коронку на зубе в уголке рта. -Семья? — уточнил он, кивнув на Антона, вертящего своей башней в разные стороны, адвоката, с выражением полного пренебрежения на лице, молчаливого Эда, склонившего на бок голову за его спиной и Захарина с уставшими глазами. -Лучшие сотрудники. — быстро поправил Арс, представляя каждого по отдельности вместе с должностями. -Такой молодой и уже начальник охраны? — вскинул брови мужчина, оценивающе хмыкнув, когда услышал, кто такой Выграновский. -Талант. — пожал плечами Попов. Дальше все шло по своей обычной логике. Для начала приглашенные люди занимали свои места, общались о чем-то, в ожидании открытия, Шастун играл с Анджеем в какую-то совершенно дебильную игру на телефоне, кстати, оба каким-то чудом умудрялись проигрывать, а Эд просто залип в новости, не обращая внимания, казалось бы, ни на что. Зал постепенно наполнялся голосами, шелестом тканей, звоном бокалов, приглушенным смехом и щелчками объективов. Парни рядом с ним синхронно выдыхали и смотрели дуга на друга с выражением вселенской трагедии. Многих смущало, что эта компания выглядит слишком молодой на фоне всех собравшихся. Оно и правда, ведь даже Арсению всего лишь тридцать с лишним, что уж говорить про остальной детский сад. Просто мало кто знает, что минимум один из них прожил такую жизнь, что ему смело можно накинуть лет двести сверху к возрасту. Голубые глаза смотрели перед собой, прямо на пока еще пустую сцену, но все равно замечал, как Шастун что-то шепчет Анджею, а тот кривит губы в какой-то сдавленной ухмылке. Они все такие красивые, когда не выглядят, как сбежавшие с лавочки на районе пацаны. Если бы не куча камер и слишком официальная церемония, он бы прямо сейчас вытянул Антона отсюда куда-нибудь в тихое, закрытое от посторонних глаз местечко. Но нет, нельзя. Еще через какое-то время свет медленно потух, погружая все помещение в приглушенную полутьму. Гул голосов быстро стих, внимание всех присутствующих переключилось на сцену. На нее вышел ведущий — мужчина в элегантном черном смокинге, он подошел к микрофону, коротко встряхнув планшет с записями в своей руке. Аплодисменты смолкли довольно скоро, стало совсем тихо. Как и полагается в театре. -Добрый вечер, дамы и господа. — начал свою речь выступающий, в его дикции чувствовался какой-то странный акцент, словно человек знал русский, но произношение отдавало французскими нотками. -Сегодня мы приветствуем тех, кто превратил гастрономию в искусство. Тех, кто не просто кормит, а создает воспоминания. Кто вдохновляет, удивляет, влюбляет… Тоша склонил голову, вслушиваясь в его речь. Краем глаза заметил, что Арсений никак не реагирует на все слова, а просто смотрит вперед, чуть щурясь время от времени. Ух ты, а он на панике. -Все нормально? — шепнул тихо паренек, как-то машинально дотрагиваясь до руки мужчины. Тот не шелохнулся. Нормально? Серьезно? Да он всю жизнь шел к этому моменту. Все, что строил, все бессонные ночи, все выверенные до миллиметра тарелки, каждый отданный и полученный под новый проект рубль — теперь все это стояло на краю признания. На экране позади ведущего начали появляться названия ресторанов, фотографии шефов, короткие описание. Это были люди и заведения, которые уже имели одну и даже более звезд, рассказывалось, кто за что их получил, какие техники использовались, в чем заключается уникальность каждого. Попов чувствовал, как в груди накапливается огромный такой комок нервов. Могут ведь и не вручить. Могут просто позвать, выразить благодарность за присутствие и на этом все. Ладони промокли, на виске выступила капелька пота. -Арс. — коротко и тихо окликнул его Эд, протягивая салфетку. -Успокойся. Арсений лишь кивнул, принимая у него из рук спасительный квадратик. Господи, лишь бы инфаркт не поймать. Этому-то хорошо, сидит тут на транках и бед не знает. А нормальные люди, между прочим, микроинсульт каждую секунду ловят! Когда приветствие закончилось, у мужчины уже подергивался глаз и ком застрял посреди горла. Все, сейчас буду вручать специальные награды. По типу «лучший молодой шеф», «за вклад в экологию и устойчивое развитие», «лучшая команда обслуживания» и так далее и тому подобное… все это — неважно, важна звезда, важна чертова звездочка. -Арсюш. — позвал Шастун, сжимая его руку чуть сильнее. -Все нормально, даже если не выдадут — какая разница… -Помолчи. — прошипел брюнет, не сводя глаз со сцены, на которую под аплодисменты выходили объявленные люди. -Не каркай. Вручат. Должны вручить. Антон кивнул, стараясь больше не влезать. Он повернулся к Джею, чтобы сказать что-то о новом вышедшем, но заметил, что адвокат любезно уснул от скуки. М-да. Видимо, все, что не суд и не драка — ему неинтересно. Эд все с тем же безразличным лицом сидел в телефоне, убавив яркость экрана на возможный минимум, чтобы не спалиться. Ну и цирк. -Тебе вообще похеру? — перекинувшись слегка через каменного Арсения уточнил Тоша, заглядывая в мобильник товарища. -Ну Джей же спит. — пожал плечами тот. -Значит, ничего веселого явно не происходит. Я б покурить вышел. -Покурить? — моментально проснулся юрист, чуть ли не подскакивая на месте. -Спи, придурок. Тут нельзя курить. — хмыкнул Эд, не отрываясь от чтения новостей недельной давности. -Кто сказал «нельзя»? — фыркнул в ответ Анджей, роясь рукой в кармане своих брюк. -А я принципиально буду. -Андрей. — практически рыкнул его старший брат таким тоном, что никакого желания спорить не возникло. Время шло, бокалы с шампанским опустошались, нога нервно дергалась. -… а теперь, один из самых ожидаемых моментов вечера. — торжественно продолжал ведущий, переворачивая листок хирургически точным движением. Мужик явно репетировал тысячи раз. -Новые имена Гида Мишлен. Вот и все. Арс незаметно стиснул зубы, в голове внезапно стало совершенно пусто. Ни мыслей, ничего. Просто глухое ожидание, как перед выстрелом. Он знал, что у него гениальный шеф, пусть и со своими тараканами и заморочками. Знал, что кухня работает всегда на пределе, а интерьер, подача и сезонность были вылизаны годами. Однако, одно лишь знание не отменяет того факта, что сейчас чувства были сродни тем, что у человека, стоящего на краю крыши с чужой рукой на спине. Тоша сидел рядом притихший, явно встревоженный, его кольцо чуть холодило кожу пальцев, что он сжимал все это время. Анджей скрестил руки на груди, наклонившись вперед с видом, говорящим «давайте уже, заебали тянуть, хочу курить и судиться». Его подопечный не моргал и не дышал. Просто уткнулся в сложенные в замок руки носом, просверливая сцену взглядом. -Итак. — человек с микрофоном не собирался поторапливаться, несмотря на то, что минимум двое во всем зале хотели его пришить за такие садистские паузы. -Москва. Ресторан «Баскюль». Шеф-повар — Василий Леонтьевич Захарин. -Блять. — резко, а главное, слишком громко выдохнул Шастун, прежде чем испугано прижать рот рукой. Мужчина рядом с ним не шелохнулся. Только медленно, словно не веря в услышанное, поднял темные глаза на сцену. Его имя не прозвучало. Это нормально. Так и должно быть. Но его ресторан… весь его чертов мир… его жизнь только что получила подтверждение. -Пф-ф… — только и выдал Джей, прикрывая лицо ладонями. Судя по всему, он тоже переживал, тоже волновался, а теперь на него свалилась разом куча работы, которой он вообще никак не хотел заниматься. То ли радоваться, то ли плакать, то ли что? Захарин поднялся на ватных ногах под общие аплодисменты. Эд слабо улыбнулся уголком рта, будто и без того знал, что все у них будет как надо. Его семья сейчас счастлива. Все. Этого более, чем достаточно. Звезда Мишлен. Маленький значок, не больше ладони, но вес его был даже больше, чем у горы. Она была упакована в красивую бархатную коробочку красного цвета, на ней красовалась гравировка «MICHELIN 2025». Конечно же сертификат и эмалированная доска со звездой, которую Арс может повесить у входа. Там название ресторана, и адрес, и вообще все. Когда их шеф бросил полный ужаса, гордости и страха взгляд в сторону, где сидел его начальство, Арс наконец слабо усмехнулся, сжав в ответ руку Антона. -С тебя желание, солнышко. Тоша хмыкнул, никак не отреагировав. Хоть десять. Этим летним вечером столы ломились от гастрономических чудес, приготовленных лауреатами прошлых лет. Каждое блюдо — маленький шедевр. Если честно, половину из этого Антон даже не знал, как назвать, а вторую — даже пробовать боялся. -Как тебя зовут-то хоть… — вздохнул мальчик, вертя в руках нечто среднее между его годовой зарплатой и тарталеткой. Обратившись к помощи всезнающего Интернета, паренек дернул бровью, потому что, если бы он и смог прочитать название этой штуки — мог бы смело идти в 17:03 и читать рэп с Оксимироном. -Чучело, бля. Будешь бутербродом. М, а на вкус-то ничего. Похоже на… ладно, ни на что не похоже, просто вкусно. И мало. Тут, вообще, довольно скучно. В плане, просто дали пожрать, просто что-то там говорят, ничего непонятно, он как дебил в этом костюме сидит, душно еще ужасно, галстук как удавка. Не, удушения — круто, но не сейчас же. Пискляво вздохнув, бармен обвел взглядом стол. И что из этого вообще безопасно? Он бы мог обратиться к Арсению, но того украли журналисты на интервью, так что оставалось только гадать. -Джеюшка… — попытался было Тоша привлечь хоть кого-то из взрослых, но, увидев, что адвокат переглядывается с трюфельной пенкой, а та, ему, кажется, отвечает, понял, что лучше не лезть сейчас к нему. -Эд… — несчастный студент повернул голову к своему другу, но и тут поддержки не обнаружил. Выграновский просто сверлил взглядом тарелку, которая в ответ смотрела на него с явным презрением. Или это тартар? Или хер… ладно, не суть. Что-то маленькое, дорогое и непонятное. -А ты че там? -Думаю, можно ли это толкнуть на рынке. — коротко ответили ему. А, ну да. Чего он вообще ожидал? Совершенно обессиленно вздохнув, любитель лапши за 50 рублей дотянулся до чего-то… чего-то. «Гречневая тарталетка с муссом из копченой утки и ферментированным гелем из личи» — выдал снова телефон после двух с половиной попыток ввести запрос с описанием этого нечто. -Да вы че? Гель? — Антон недоверчиво облизнул тарталетку. Ну да, странно приятный вкус, как если бы кто-то очень нежно ударил по его вкусовым рецепторам кедровой шишкой, обмакнутой в мармелад. Нормально, с пивом покатит. Он даже губы салфеткой вытер, высокое общество, как никак, надо попытаться соответствовать. Рядом болтались люди с микрофонами, камерами, все говорили вроде бы на русском, но на непонятном русском. «А у вас сколько посадочных мест?», «А что по сезонному меню?», «А трюфели с Камчатки или из Италии?» -Какая хер разница? Хоть с луны, если кетчупом залить. — пробормотал тихо Тоша себе под нос. -Антон, а ты чего тут один? — вдруг раздался голос откуда-то с боку. Захарин, в распахнутом пиджаке, возвышался над его стулом, покачивая в руке бокал с вином. -Ты пробовал уже что-нибудь? -Да вот… да. — отозвался мальчик, махнув рукой в сторону сцены, где кто-то в третий раз за весь вечер повторял «для нас это великая честь». -Давай лучше я тебе посоветую. — хмыкнул мужчина, протягиваясь через мелкого к какому-то блюду на краю стола. -У них, знаешь че, у них тартар из телятины на подушке из эспумы сельдерея — охренительно вкусная штука. Я сам такой готовил, но так и не понял, как такую же текстуру сделать. Секрет, видать. Антон посмотрел на это произведение, потом на шеф-повара, потом снова на тарелку. Медленно кивнул, но в глазах субтитрами пробежало «лишь бы не сдохнуть». -Издеваешься, дядь? — вздохнул Тоша, прокрутив вилку в руке. -Я даже не шарю, с какой стороны на это дышать. Василий глухо рассмеялся, присаживаясь рядом с ним совершенно беззаботно, будто это он все и приготовил в одиночку. -Привыкай, малыш. Высокая кухня — это когда ты платишь за еду больше, чем за ремонт своей машины, а ешь — меньше, чем утром после пьянки. -После пьянки я хотя бы знаю, че жру. — буркнул зеленоглазый, недоверчиво пробуя тартар. -А тут у меня ощущение, что я участвую в квесте с уникальной возможностью поймать отек Квинке. -Ну, зато ты теперь бармен при Мишленовском ресторане. Гордись. — мужчина криво улыбнулся, снова сделав глоток своего вина. -И вон, гляди, на тебя уже смотрят. — он качнул головой куда-то влево от себя. -Вон та мадмуазель явно хочет, чтобы ты раскрылся не только, как управляющий. -М. Мгм. — коротко кивнул Антон. -Уже раскрылся один раз, теперь сижу тут, со жратвой переглядываюсь. -Слышишь, Вась, это че? — послышался голос адвоката, который требовал объяснений. -О, а это… Ну и все, не ищите человека, он уплыл в свои рецептурные изыски. Где там Арс? О чем его можно так долго расспрашивать? Тут же еще куча рестораторов, почему отобрали именно его в такой сложный для желудка Шастуна момент? Сам же мужчина держался абсолютно спокойно, сидел в кресле, как у себя дома. Камеры, свет, микрофоны — все это совершенно не волновало и не напрягало. Он и так уже ответил на миллион вопросов, что от него еще хотят? У него там целый зверинец без присмотра остался, они же военное положение в стране объявят, если хоть одна устрица решит шевельнуться. И ведь проиграют, идиоты. -Спасибо большое за объемные ответы на наши вопросы, было очень приятно с вами пообщаться. — улыбнулась журналистка, складывая листочки с текстом обратно в папку. -Но, знаете, осталась всего одна вещь, который волнует женскую половину наших зрителей не меньше, чем вопрос эстетики и вкуса. Скажите пожалуйста, вы, как один из самых видных мужчин в ресторанном деле, да и не только в нем, есть ли у вас кто-нибудь на примете? Арс усмехнулся уголком губ, на безымянном пальце бликанула платиновая веточка терновника. -Есть. — мягко сообщил он, сдержано кивнув. — Боюсь, огорчу незамужних дам, ведь не только на примете. -Если это не секрет, кто она? -Моя… женщина не любит появляться на публике. Прошу прощения, не могу дать ответ на этот вопрос. Разрешите откланяться, у меня люди остались в зале. -Да блять. — раздраженно прошептал одними губами Шастун в это же время негромко икнув. Опять кто-то вспоминает. -Имя, фамилия, отчество, падла. — это уже он обращался к загадочной мешанине какого-то странного бело-бежевого цвета. -Кто ты по жизни? Кого пытаешься строить из себя? -Устрица с альбариньо. — подсказал ему Захарин, даже не поворачиваясь. Прекрасно, у устрицы фамилия сложнее, чем физика. Вот бы здесь была еда, которая не требует идеального знания латыни и высшего медицинского образования. Когда уже домой?.. -Да, это как наркота. — с умным видом кивнул Эд, который умудрился завязать беседу с кем-то важным. -Граммовка — маленькая, цена — заоблачная. -Выграновский! — прошипел Анджей, отдергивая «телохранителя» за шиворот. -Хватит сравнивать все с этой отравой! -Джей, это не отрава. — нравоучительно заметил парень. -Это высокая кухня. -Да я не про хавчик! Ну, ладно, ничего, еще пять минут потыкает в это дело, а потом отойдет покурить, в туалет, куда-нибудь еще… Так и прошло еще какое-то время. Как только Тоша отложил приборы и хотел уже было встать, на его плечо приземлилась чужая рука, усаживая обратно. -Скучаешь? — поинтересовался мужчина, оглядывая весь стол. Шастун обернулся через плечо, замечая, что Арсений выглядит максимально умиротворенным, спокойным, но немного усталым -Ты освободился? Мы когда домой поедем? -Когда прикажешь. — усмехнулся Попов. -Тут, в целом, уже никаких дел. Захарина только оставлю до конца вечера, а мы с тобой можем уезжать, если так надо. А нам надо? -Арс, нам надо. — хмыкнул паренек. О, еще как надо. Брюнет все это время ведет себя максимально отстраненно, чтобы камеры, не дай бог, не поймали их вместе или что-то подобное. Антон все понимает, но черт, это же не может продолжаться вечность? Нет, вы бы его просто видели, тогда поняли бы Шастуна. Вот этот его костюм, который за все это время вообще никак не помялся и не сполз, будто гвоздями прибит к коже, его эти глаза, на первый взгляд абсолютно холодные и непроницаемые. А когда он слегка поворачивает голову, чтобы увидеть, кто его позвал? О боги. Попов пару раз улыбнулся какому-то инвестору, пожал руку, даже снисходительно закатил глаза. И все его вот эти действия, пропитанные превосходством и чувством самодостаточности, они и заставляли бедного студента убирать взгляд в сторонку и тихо фыркать. Зато ночью они вместе заснут, вот так вот, съешьте все. -Андрей, вы едете домой? — спросил все-таки ресторатор, оглядываясь в сторону парней, которые усиленно грызлись за какую-то цветную штуку, размазанную по тарелке. -А че, вы все, пидораситься едете? — отвлекся от битвы адвокат, щелкнув на всякий случай Выграновского по лбу, просто чтобы тот не думал, что выиграл. -Андрей. — укоризненно мотнул головой старший. -Домой вы едете? -Братец, тут бесплатная, охренительно вкусная жратва. Ты думаешь, я вообще отсюда свалю? — усмехнулся кареглазый, очень аккуратненько «изымая» со стола себе в карман конфету. -Ты ничего не видел. -А что ты сделал? — спросил Эд, моментально вытаскивая из своего кармана вторую такую же. -О, мой пиздюк. Арсений глубоко вдохнул, стараясь не воспринимать это все всерьез. И вот это — его лучший юрист. Он не стал брать Антон за руку, слишком много чужих глаз. Только слегка коснулся его локтя, подталкивая из-за стола. Проходя сначала мимо гостей, мужчина попутно опять пожимал руки всем подряд. Естественно, за все время, проведенное здесь, успел договориться о новых встречах, договорах и контрактах, поэтому сиял сейчас знатно. Только после того, как они добрались до парковки, отыскали свою машину и уселись на задний ряд сидений, Тоша выдохнул, уронив голову на плечо Арса. Он пах чем-то вечерним, сухим, дорогим, но все равно домашним. -Как там? — уточнил Влад, заводя двигатель. Они тут с коллегами настоящий лагерь организовали: коробки пиццы стояли на раскладном столике, кто-то притащил рыболовные стулья, так что эти ребята тут тоже явно не скучали. -Звезда у меня. — улыбнулся Попов, прижимая к себе за плечи Шастуна. -Я голодный. — вздохнул тот, прикрывая глаза. -Ты охреневший. — закатил глаза ресторатор. -Каким образом, Антон? Ты где сейчас был? На церемонии у Мишлена или в ночном клубе? -А я не виноват, что ваши Мишлены не умеют нормальную еду делать. Сварили бы макароны там, пельмени бы дали — я бы наелся нормально. А так, хрень какую-то подсунули. -Ты сам как хрень. — буркнул Арсений, но голос звучал мягко, почти ласково. Он тоже устал, просто виду не подавал. Да и счастлив был до потери пульса, чего скрывать-то. Его детище, его ресторан получил высшую степень признания, ему открыли двери в невероятное будущее. Это бесценно! -Влад, будь добр, потом обратно вернись, Захарина забери и проследи, чтобы брат мой сильно пьяным за руль не садился. Водитель согласно кивнул, щелкнув поворотником. Дома все это время тусовалась Юля, которая всеми силами пыталась придумать новый план. Каким-то чудесным образом нужно опять их поссорить, а сейчас это сделать слишком сложно. Ее брат-идиот беспросветно доверяют Арсу, сложно даже попытаться что-то намутить. Да еще и учебный год скоро начинается, ей придется съезжать в общежитие, а это означает, что она проиграла. Нельзя это так просто оставлять ни в коем случае. Она сидела на кровати, обложившись блокнотами и планшетом. Не может быть, чтобы у такого мужика, как Попов все действительно было кристально в личной жизни. Слишком уж он чистый, не бывает такого. Вот только, как вытащить все его косяки? Где их искать? У кого спрашивать? Черт, сложно, сложно, сложно! Есть только один человек, который должен знать его всю жизнь. Но подойти к нему — настоящая проблема. Придурок начинает шипеть, размахивать ксивой и отпрыгивать на метр, при этом трижды повторяя «чур меня». Ну подумаешь нет ей восемнадцати! Ну и что?! Анджей этот… Раздраженный, рычащий выдох сам собой вырвался из груди, когда Юля упала спиной на матрас и уставилась в потолок. Вот почему он? Почему у него мужик такой классный, а не у нее? Разве это честно? Это он поехал на церемонию, это он видит его каждый день в постели, это ему деньги могут выдавать вообще в безлимитном количестве. -Ты настолько тупой, что даже не понимаешь. — разговаривая сама с собой буркнула она, прищуриваясь. -Ты даже не пользуешься этим. Глупое животное. Нахрена он тебе тогда нужен? — спросила девушка, но потолок молчал. Потолок вообще никогда не отвечал, а иногда очень хочется с ним поговорить по душам. -Ты не то что козырей не разыгрываешь, ты их даже не видишь. Все тело аж передернуло от обиды. Такой, знаете, несправедливой, горькой и липкой. Мужик — богатый, красивый, влиятельный, с машинами, ресторанами. И не ее. А брата. Мудака-тряпки-посмотрите-какие-у-меня-глазки-брата. Если бы Джей не был таким неадекватным, все было бы куда проще. Он же, вроде, родной брат, знает даже то, что знать не надо. Надо как-то его обмануть. Или подкупить. Или напоить. Или поговорить с Эдом. О! Внезапно пришедшая в голову идея аж на кровати ее подкинула. Точно, Выграновский же существует. Странный, но не тупой. Если правильно надавить, то можно вытянуть очень многое. К нему-то уж она точно подход найти сможет. Судя по всему, паренек не такой правильный по жизни. Переспать с ним — нечего делать. А там уже и выведать без проблем можно абсолютно все. Они бывают очень разговорчивы в процессе… -Ну что, милый мой мрачный друг… — хмыкнула она, оглядываясь по сторонам в поисках каких-нибудь шмоток. -Давай-ка мы с тобой поближе познакомимся. Если бы девочка знала, насколько бывшему барыге наплевать на всех вокруг, кроме одного человека — она бы, вероятно, упала в обморок. Парни вернулись домой только утром, когда Антон с Арсением уже медленно пробуждались, а Юля, не спавшая до четырех утра, только-только провалилась в глубокий сон. Эд практически втащил адвоката на порог, прислоняя его к стеночке, как предмет интерьера. После церемонии они решили, что продолжить праздник жизни в баре — отличная идея. А потом в ночном клубе. А потом в другом. А потом на лавочке у ночного клуба. А потом… о, да ладно, пол Москвы обошли с бутылкой, пальцы сломаешь перечислять, где они пили. Выграновский хоть меру свою знает, да и нельзя ему очень много: лечение только-только начало давать положительную динамику, если заливать все это дело бухлом — ничего хорошего не случится. Придерживая Джея одной рукой, чтобы тот не падал, а второй запирая дверь на замок, парень явно сам с трудом контролировал свои движения, но хотя бы ходил самостоятельно. Когда непослушная щеколда, все же, заперлась, две субстанции в лице юристов перетекли сначала на кухню, с трудом снимая уже порядком мятые пиджаки, а потом и в комнату. Немного поборовшись с алкотелом, Эду удалось уложить его в кровать, пусть и не без рукоприкладства. Только сейчас можно было выдохнуть. -Как ты заебал. — устало выдал он, вытирая пот со лба. Еще бы, через весь город этого кабана на себе тащил. Попов еще какое-то время возмущался на непонятном языке, но довольно быстро вырубился, к счастью всех жильцов этого дома. В этот раз без погрома, прогрессирует. Получив свободу передвижения без восьмидесятикилограммового утяжелителя, первым делом молодым человеком было принято решение заглянуть в душ. Оно и правильно, на улице — духота, особенно в костюме, все тело умоляло дать ему подышать и освежиться. Добредя до нужного помещения, одежда легла на стиралку, а пустой взгляд уперся в зеркало. Мешки под глазами, отрешенные глаза, какой-то синяк на скуле, покраснение где-то под подбородком, опухший слегка. Сегодня выглядит даже лучше, чем обычно. Он прищурился, стараясь сфокусировать взгляд на одной из своих татуировок. Ого, даже забыл, что набивал такую. Что это вообще? Да похер. Дом начал оживать только минут тридцать, когда в спальне Арса завозились в поисках одежды, а вода наконец затихла. Выграновский не специально на второй этаж пришел мыться, просто задумался, срулил курить на веранду, но забыл куда направлялся и свернул в ванную. Он вышел с накинутым на плечи полотенцем, влажные отросшие волосы липли к вискам, стоило бы обкромсать себя, а то отрастил себе патлы, как пидор какой-то. А, ну да. Забыл. Вода стекала по ключицам к животу, прокладывая блестящие дорожки по коже. Лениво вытирая шею, проследовал к лестнице, желая скрыться в своем подвале и уснуть на ближайшие сутки, но не успел. -Эд! Охренеть! — Антон смотрел на него как ребенок, что нашел сундук с сокровищами. Но вместо всяких стекляшек и камушков, там была тонна чернильных узоров. Студент обернулся, со скукой одернув полотенце. -Че? -У тебя ТАК много татуировок?! — воскликнул Шастун, подлетая ближе практически в два коротких шага. -Блин, и спереди тоже?! -Ага. И сбоку. И на руках. Даже в ухе, если приглядеться. — Эд не давал себя особо разглядывать, но и не двигался, только чуть склонил голову, убирая влажные волосы с лица. -Ты закончил? -Почти, подожди. — студент стоял уже почти в притык, вглядываясь в линию, из которой выходила вторая, третья, раздваивалась, утолщалась… -А это че? Феникс? Или… — он нахмурился, свернув шею под подозрительно прямым углом. -Или чет японское? -Это от травмата шрам. Идиот. — хмыкнул Выграновский. Если честно, он даже о нем забыл. -Но спасибо, буду знать, что он похож на феникса. Он уже собирался продолжить путь к себе в подвал за одеждой, но прилипала не собиралась покидать общество, пока не рассмотрит абсолютно все. -А это че? -Череп оленя. -А это? -Узор под черепом оленя. Шастун, я дико хочу спать. Это не сработало, если что. Буквально через пару минут Эд покорно сидел на диване перед камином, вытянув руки и устало склонив голову. Он успел понял, что бесполезно убегать от Антона, проще сдаться и подождать, пока тот сам отстанет. А Тоша, в свою очередь, уже по третьему кругу пошел. Паренек сейчас больше на нашедшего потерянную цивилизацию археолога походил. Сказать, сколько всего у него татуировок — сложно, даже их носитель не знал точную цифру, после десятой перестал считать, но у Шастуна, видимо, появилась цель — пересчитать все. -Солнышко, а ты… — это Арсений спустился на первый этаж в не до конца застегнутой рубашке, в каких-то своих древних домашних штанах и закрытым ноутбуком в руке. -Ты чего делаешь? -Арс! Ты видел?! -О, не видел. — хмыкнул Попов. -И, если честно, не хотел бы. -Смотри! Вот тут у него череп оленя, на спине крылья, на шее надпись какая-то, на руке… -Глазное яблоко, статуя свободы, готические узоры, череп и кости, на пальцах надпись «Хардкор». Да, Шастун, да. Я слышу это уже шестой раз, а вижу, может, тысячный. — вздохнул Эдуард, терпеливо дожидаясь, когда придурок перестанет выворачивать его руку, чтобы получше разглядеть паутину на локте. -Отвали от человека. — наконец усмехнулся мужчина, оттаскивая Тошу за шкирку, как бесноватого щенка. -Извини. -Все норм. — пожали плечами в ответ, моментально откидываясь на спинку и прикрывая глаза. -Даже телки так долго не рассматривали. -Вероятно, они боялись. — подметил Арс, практически выпинывая любопытного бармена из комнаты на кухню. -А у Джеюшки есть татуировки?! — все-таки выкрикнул Шастун из коридора. Еще немного и он начнет спрашивать про значение каждой, а это займет, вероятно, неделю. -Да. — не задумываясь бросил студент с дивана, даже не открывая глаз. -Нет. — мотнул головой ресторатор, а потом нахмурился, оборачиваясь. Барыга не двигался, просто валялся дальше. -Это… где у него… -На бедре. — с тем же безразличием отозвались из гостиной. Супруги переглянулись с одинаково плохо скрываемым ужасом. -Не спали мы, успокойтесь. Просто… ну, был один момент. Я не скажу какой, не пытайтесь. -Боги… — Арсений сжал переносицу двумя пальцами. У этого человека, вообще, что в жизни происходит? Иногда его осведомленность пугала. Даже слишком. -А че там, че там? — вмешался опять Антон, не желая оставлять такую тайну за семью печатями без должного внимания. -Violentiam est consecutio legis. — без запинки сообщил Выграновский. -Молю, пять минут сна. Я же не прошу ничего сверхъестественного. Зеленоглазый нахмурился, уткнувшись взглядом в пол с таким видом, словно ему предлагали сдать ЕГЭ еще раз прямо сейчас. -Блять, да латынь это. — теперь Эду мешал звук шестеренок, скрипящих с трудом в мозгах мальчика. –«Насилие — продолжение закона». И Фемида минималистичная рядом. С повязкой, весами, вместо меча — катана. Свалите куда-нибудь в закат, прошу. Арсений, стоявший все это время с лицом, будто ему пытались прочитать уголовный кодекс на иврите, наконец прокашлялся, не зная с чего начать. -Почему катана? — тихо спросил он, не особо желая слышать ответ на этот вопрос. -Потому что Джей. — спокойно резюмировал Эдуард. -Ему нельзя давать свободу выбора. Он злоупотребляет. Еще секунда, и я сломаю кому-нибудь калитку. Уйдите. День тянулся по накатанной. Арсений был занят делами, Антон — Арсением и периодическими звонками паникующего Димы, жену которого собирались вот-вот кесарить, Эд спал, Джей тоже, Юля покорно ждала, когда Выграновский соизволит открыть свои серые зенки и соблазниться. На Попова теперь в два раза больше дел навалилось, теперь Шастун выступал еще и его секретарем. «Солнце, запиши», «Солнце, запомни, принеси, отнеси, подойди, отойди, возьми, забери, отдай, пожалуйста отдай, Шастун, клянусь, я тебя стукну, отдай» и так далее, и так далее… Итак, что мы имеем. Вечером ему нужно поехать в офис, встретиться с человечком, который заинтересовался новым рестораном в гиде Мишлена, ночью заехать проверить готовностью к VIP ужину, утром смотаться принять окончательный вариант объекта, поболтать с бухгалтерией… ой. -Арсюш, я забыл. — вздохнул Тоша, запутавшись во всех этих цифрах, времени и датах. -Тебя Шквалов позвал к себе, эм, 31 или 1? -Первый вариант. — ответил мужчина, щелкая пальцами, будто что-то вспоминал. На самом деле, просто изучал новые цены в меню. -Со Шкваловым я сам разберусь, ты лучше посмотри… среду, мне что-то там Влад накрутил, я ничего не понял. Шастун перелистнул блокнот, закусив нижнюю губу зубами. Так-так-так. В десять утра поставка, в одиннадцать — дизайнер, в два — переговоры где-то в Сити, ой, потом еще переговоры… и еще какая-то встреча… и еще… -Арс, а ты уверен, что ты один? — удивленно спросил Тоша, перелистывая лист. И еще. -Ты же не успеешь везде. -Успею. — Попов принял вызов, приказав жестом помолчать буквально пару секунд. Бармен, естественно, слушать не стал. Просто уселся на краю стола, разместив подбородок на плече мужчины, а потом начал еще и в щеку ему тыкаться. -Вы же понимаете, что мне абсолютно все равно? Мне нужно согласование до конца недели, у меня злой-злой начальник юридического отдела и злой-злой помощник начальника юридического отдела. — он положил ладонь на шею паренька, чуть сжимая на ней пальцы. -Они не любят просроченные дедлайны. Они никого не любят. -Тебе вписывать на сегодняшний вечер «очень высокую занятость»? — шепнул в другое ухо Антон, улыбаясь слишком виноватой улыбкой. -Солнце, у тебя работа. — напомнил Арсений. -Прошу прощения, жена. Да-да, я слушаю, я слушаю. -Я считаю, что ты сейчас отказываешься от основной своей обязанности. -Мне кажется, что вписывать можно только то, что заканчивает быстрее десяти минут. Если ты уложишься — пожалуйста. — пальцы с шеи перетекли на нижнюю челюсть, заставляя его находиться в паре сантиметрах от своего лица. -Нет, я не с вами. — выдохнул ресторатор, не сводя взгляд с Шастуна, который уже успел расплыться в издевательской улыбочке. -Да не надо мне отчет за десять минут составлять! Тоша беззвучно хихикнул, немного отстраняясь и спрыгивая со стола. Ну, ладно, Арса побесили, помешали работать, можно и пойти прогуляться по владениям. А, стоп, сначала в кофейню сгонять, там какие-то приколы с кассой, не хочется встрять на деньги. Эта кофейня, кстати, официально перешла во владение Антону, но паренек, кажется, совершенно не понимает, что с этим делать. Все бумажки, каким-то чудом, проходят через Арсения, а значит, через его юристов. Вот и нет проблем у мелкого, хотя могли бы быть. Очень даже могли бы быть, с его-то способностями к бюрократии. Единственное, что у зеленоглазого действительно выходило на 210% — так это с привлечением клиентов. Никто не понимал, как он это делает, но абсолютно любая хрень, которая предлагалась им — реально работала. Даже если это звучало, как нечто вроде «Короче, мы щас вот тут чайник по фэншую поставим, и вообще!». Да, работало. Как? Попов понятия не имел. Как и весь отдел маркетинга. Это была загадка Шастуна, решить которую было чуть сложнее, чем Бермудского треугольника. Накинув легкую курточку, он уже двигался к своей машине, напевая что-то под нос. Просто для вида тыкал ногой в колесо, присел на корточки с видом знатока, оценивающе покачал головой, ничего на самом деле не понимая. Ну ведь так делают зачем-то. Вот и он делает. Поковыряв порог, он все-таки поднялся, забираясь внутрь. Проверил нейтраль, ручник, завел двигатель. Кхм, ЗАВЕЛ двигатель… отлично, работает. Арсений запрещал ставить Тойоту и Киа студентов внутрь гаража, потому что, цитата: «ваша дешевая резина царапает мой дорогой пол». Шастуну все равно, Эду уж тем более наплевать, так что никто не возражал. Кофейня жила своей жизнью: Саша как обычно скучающе протирала обновленную стойку (Тоше было принципиально ее поменять), вертела в руках джиггер и шейкер, так до конца и не разобравшись, как именно это все крутить надо. Народу пока что не было — оно и логично, на работе люди, спальный район. Ближе к вечеру основной кошмар начнется. Завидев на пороге Антона, девушка улыбнулась, махнув ему через стекло. -Приветики. Кофе? -Давай. — кивнул мальчик, проходя к ней. -Чего тут у тебя с кассой? -Ведет себя как мой бывший. — вздохнула девочка с каре, приоткрывая крышку. Ну да, многое объяснило. -Тварь решила жить своей жизнью, то включаться, то орать, то ошибку выдавать, а когда нужно заплатить — уходит в спящий режим? -Э… да? — бариста моргнула, не совсем понимая, откуда у парня такие великие познания в деле бывших. "Владелец" вот этого вот всего ужаса усмехнулся, потом вздохнул и посмотрел на шайтан-машину. -Лады, щас исправим. Он поковырялся в настройках, пару раз перезагрузил, та пищала, показывала одну и ту же ошибку и вообще отказывалась сотрудничать. Тогда бармен цокнул языком, закатил глаза и с размахну шибанул по ней ладонью. Бедная сотрудница аж подпрыгнула, чуть не расплескав напиток, что готовила. Касса жалобно пискнула, моргнула экраном, вырубилась, самостоятельно включилась и… о чудо, заработала. -Внатуре как с бывшим… — выдохнула Саша, рассмеявшись. Шастун пожал плечами, принимая свой законный кофе. -Ты все проблемы так решаешь? -Не, только с техникой. — паренек воткнул трубочку в стакан, пролив немного пены при этом. -Да ну, йогуртовый фраппе? У нас и такое в меню есть? -Ага, ты мне обещал им зарплату выдавать. -Знаешь, я не передумал. — подмигнул зеленоглазый. -Ладно, я пойду гляну, что там с сиропами и почему Арс упорно отдает мне те, что уже доживают свой век. -О, кстати. — оживилась внезапно собеседница. -Арсений Сергеевич же, вроде, звезду получил? -Да, прикинь. — подтвердил Тоша, шурша трубочкой. -Он теперь, типа, владелец Мишленовского ресторана, чет такое. -А давай мы повесим табличку, что этой… этой — управляет такой человек? -Не, Арс скажет, чтобы мы не позорили его. Он вообще скрывает эту кофейню, как нежеланного ребенка от мерзкой бывшей. -Ну, тогда хотя бы стаканчики нам выбей… — вздохнула девушка. -Я больше не могу смотреть на этот новогодний ужас в конце августа. -Не надо, не напоминай, пожалуйста. — испугано попросил Антон, вытаскивая ящик с разноцветными бутылочками. -Опять ваниль с оттенком мазута. Клянусь, запихну это говно ему под сидение в Панаме, будет три года искать, откуда запах. -Слу-ушай, — Александра щелчком скинула крышку со стаканчика, наполняя его какой-то газировкой. -а может, нам попробовать прорекламировать вот эту дыру через Баскюль? Ну, знаешь, «приходите к нам, у нас в 40 раз дешевле, но поставщики одинаковые»? Тоша подавился своим фраппе, только представив лицо Арсения, который увидит такую «вывеску» у себя в заведении. Не-не-не, этот брак ему еще дорог. Хочется как-то построить рекламную кампанию и при этом не развестись. Звучит сложно, но вполне выполнимо. Закончив со своими важнейшими делами здесь, Шастун попрощался с инициативной работницей, собираясь заехать в ресторан. Там Попов просил какие-то бумажки забрать важные из кабинета, передать в офис, че-то еще надо было сделать, но он все позабывал. Ну и ладно, потом разберется. Или не разберется. Это будет понятно, когда брюнет зажмурится и сцепит зубы, чтобы не стукнуть его. А до этого — еще куча времени.