Похоть, львы и звезды (кто вообще говорил о любви?)

— ГЕРМИОНА! — вскрикивает кто-то, и обе женщины тут же разбегаются в разные стороны. Гермиона пытается вернуть себе хоть немного скромности, а Нарцисса краснеет как рак и взмахивает палочкой, чтобы привести в порядок своё помятое платье и волосы, — но, повернув голову, она замечает возмущённого Гарри Поттера — спасителя волшебного мира, — который выглядит бледным, с плотно закрытыми глазами, бормоча себе под нос что-то о том, что он ничего не помнит и видит слишком много. — Гарри! Гермиона запинается и безуспешно пытается взять себя в руки, на что всё ещё удивлённая Нарцисса едва может заставить себя ещё раз взмахнуть палочкой, и Гермиона взвизгивает, когда заклинание попадает в неё. Мерлин. Гермиона ненавидит это заклинание, но она надеется, что однажды Нарцисса научит её ему, потому что оно невероятно полезное. О боже, как я объясню это Гарри? Гермиона слишком много думает, когда блондинка слышит панические мысли Гермионы и сразу же пытается успокоить и подбодрить её. Мы во всём разберёмся, дорогая. — говорит старшая женщина, несмотря на то, что сама была в шоке, младшей, которая лишь кивает. «Не могу поверить, что Джинни была права!» — громко восклицает Гарри, и на мгновение Нарцисса думает стереть это воспоминание из его памяти, но вместо этого решает наложить на них глушитель и чары «Не обращай на меня внимания», чтобы он не привлекал к себе слишком много внимания.  - Права в чем? - Спрашивает ошеломленная Гермиона с широко раскрытыми глазами, и Гарри улыбается. “О тебе и Розье, конечно!” Гарри громко объясняет, и Гермиона мысленно благодарит Нарциссу за ее сообразительность. “Джинни поспорила с Роном, что ты с ней трахалась, а он опроверг это и сказал, что твоя единственная любовь - это твоя книга”. ”Летиция Розье?" Гермиона нахмурилась, и Нарцисса закатила глаза, вспомнив о своей кузине. «Да! Я имею в виду, ты же знаешь, что я не люблю лезть в твои дела, но мы все знаем, что тебе нравятся блондинки». Гарри, теперь с открытыми глазами после того, как спросил смущенную Гермиону, приличная ли она, быстро говорит, прежде чем добавить. «А твоя девушка там блондинка, Гермиона». Нарцисса, у которой волосы — единственное, что можно разглядеть, хмурится из-за того, что её спутали с кузиной. Да, они обе светловолосые, с бледной фарфоровой кожей без изъянов, тонкими чертами лица и высокими стройными фигурами, но на этом их сходство заканчивается. - Ты думаешь, это Летиция? Гермиона ахает, а Нарцисса сердито смотрит на нее. «Да! Кто же еще? Мама хорька?» — восклицает Гарри с хихиканьем. «Не волнуйтесь, ваш секрет в безопасности со мной. То же самое и с вами, мисс Розье! Я рад видеть, что Гермиона наконец-то веселится и живет своей жизнью, а не дуется над своими книгами». - Гарри, послушай... - попыталась объяснить Гермиона, но Нарцисса перебила ее. «Не совсем так, мне жаль разочаровывать вас, мистер Поттер», — говорит старшая женщина холодным, ясным голосом, делая несколько шагов вперед, пока свет не делает ее черты безошибочно различимыми, когда она оборачивается — голубые глаза находят зеленые глаза Мальчика, который выжил, — заставляя Гарри громко ахнуть, глядя на них обоих с бледным лицом.    — Постойте-ка, это что, миссис Малфой? — Гарри, который редко ругается, тихо шепчет себе под нос, и его лицо краснеет сильнее, чем волосы Джинни и Рона в этот самый момент. — У меня, должно быть, галлюцинации. — бормочет он себе под нос, бледнея с каждой секундой. — Боюсь, что нет, мистер Поттер. — говорит Нарцисса, которая теперь полностью видна, изумлённому Гарри. А потом он падает в обморок. *** Гарри уже неделю не может смотреть ей в глаза — точно так же, как Гермиона не может смотреть на него из-за смущения, что её застали со спущенными штанами на людях. Как унизительно! Но она знает, что он одумается, потому что Гермиона знает, что он не злится, а до глубины души потрясён тем, что она и Нарцисса договорились. Они соперницы на работе, родились в разных мирах, и хотя их химия — одна из самых искренних вещей, которые Гермиона когда-либо чувствовала, их физические отношения вовсе не романтичны. Хотя Гермиона должна признать, что она скучает по Нарциссе — не только по сексу, но и по самой женщине, — которой пришлось поехать в Испанию, чтобы встретиться с представителем МКВ в этой стране. Поэтому Гермиона придумывает план и навещает Андромеду — под предлогом того, что они будут пить чай вместе, — чтобы спросить, когда вернётся её сестра. Это приводит Гермиону к воротам поместья Блэков. Нарцисса появляется немедленно — в своей тёмной, короткой шёлковой ночной рубашке цвета полуночи — и блондинка вздыхает и приподнимает идеально уложенную бровь в ответ на приветствие Гермионы. Её кристально-голубые глаза оглядывают поместье с осуждением и лёгкой грустью. «Тебе следовало быть осторожнее в прошлый раз и в этот, дорогая. Это место не так любезно, как я», — искренне говорит Нарцисса, жестом приглашая Гермиону следовать за ней. Гермиона хмурится, и этот жест подчеркивает россыпь веснушек вокруг ее носа, из-за чего Нарциссе хочется поцеловать ее — это детское и глупое желание, которое блондинка сдерживает из-за серьезности ситуации. “Значит, это место все еще проклято?” Невинно спрашивает Гермиона, и Нарцисса закатывает глаза в игривом раздражении. ”Не совсем, дорогая". Блондинка объясняет таким голосом, что Гермиона буквально ловит каждое ее слово. - Но стражи все еще иногда бывают немного недобры к посетителям. - Тогда как я смогла обойти их в прошлый раз? Гермиона возражает, а Нарцисса лишь смеётся и ухмыляется, её голубые глаза дикие и прекрасные, как у хищника, когда она шепчет свой ответ на ухо Гермионе, заставляя брюнетку неосознанно вздыхать от удовольствия от её близости. «М-м-м… как же прекрасно мы провели время в прошлый раз, не так ли?» — хрипло говорит Нарцисса, и Гермиона клянется, что чувствует, как кровь закипает в её теле. «Ты смогла безопасно войти в мой дом только по одной простой причине». Гермиона оборачивается, встречаясь взглядом с бледно-голубыми глазами, которые уверенно смотрят на неё, и шепчет в ответ, прижавшись губами к губам Нарциссы. — По какой причине? — Потому что я разрешила, — соблазнительно говорит Нарцисса, прежде чем внезапно отступить на два шага и оставить Гермиону в шоке — её карие глаза расширились, когда она наблюдала, как блондинка элегантно движется по поместью. — Мисс Делакур и её муж оказывают мне услуги в моём доме, чтобы сделать его более удобным для проживания». Блондинка продолжает объяснять, как будто ничего не случилось, её тон деловой, когда она упоминает о своём затруднительном положении. «Безопаснее для магглорождённых и предателей крови?» Гермиона осмеливается спросить, и Нарцисса оборачивается с сожалением в голубых глазах, когда видит шрам на её теле. «Грязнокровка» — это слово навсегда отпечаталось на её коже, став лишь одним из многих шрамов, которые выдают в Гермионе выжившую. Нарцисса протягивает руку, её бледная ладонь, украшенная кольцами, накрывает ужасную метку, а большой палец ласкает повреждённую кожу на предплечье Гермионы — это действие иронично и невероятно успокаивающе, как будто одного присутствия женщины достаточно, чтобы усмирить демонов, живущих в теле Гермионы. «Действительно, так будет безопаснее для всех». Нарцисса шепчет с решительным блеском в искренних ярко-голубых глазах — глазах, которые сияют даже ярче, чем небо, залитое утренним светом. — Маленький Тедди хочет навестить меня, и я хочу, чтобы они с Андромедой жили здесь, со мной, - это такое же их право, как и мое. Прежде чем продолжить, Нарцисса внимательно оглядывает дом своими голубыми глазами. “Я хочу избавиться от всех защитных чар крови и опасных предметов в этом доме”, - объясняет старшая женщина, и Гермиона улыбается. “Правда?” - Спрашивает молодая женщина, и Нарцисса просто еще раз оглядывается с ностальгией, прежде чем повернуться к ней. “Конечно, дорогая”. Блондинка отвечает с легкой улыбкой. “Этому старому месту нужна свежая кровь, не так ли? Возможно, у меня сохранились приятные воспоминания об этом месте, но пришло время отпустить призраков прошлого”. И Гермиона не понимает почему, но слова Нарциссы вызывают у нее желание поцеловать ее — чувство, вызванное не похотью, а чем-то похожим на любовь. Поэтому, когда Нарцисса открывает рот, чтобы продолжить рассказ о планируемой реконструкции поместья её семьи, Гермиона позволяет себе на мгновение перестать думать и целует её. И мир вокруг них исчезает. *** Наступает суббота, и Гермиона вынуждена признать, что присмотр за маленьким и нетерпеливым метаморфом не входил в её планы на этот день, но когда она видит маленького Тедди, который смотрит на неё своими ясными и блестящими глазами, похожими на глаза его матери, Гермиона забывает обо всём и опускается на колени, а маленький мальчик подбегает и запрыгивает к ней на руки. «Гермиона!» — взволнованно зовёт её Тедди Люпин и улыбается, когда она поднимает его на руки. "ой! Ты становишься больше с каждым днем, малыш!” — говорит Гермиона мальчику, у которого теперь волосы такие же, как у нее, — вьющиеся, непослушные, очень светло-каштановые, которые при определенном освещении кажутся почти золотистыми. Тедди выпячивает грудь от гордости. “И я тоже становлюсь сильнее!” - говорит он, сгибая руку до смешного милым образом, что заставляет Гермиону улыбнуться ему. — Когда я вырасту, я буду сражаться с плохими парнями, как ты и дядя Гарри! Улыбка Гермионы дрогнула — она была смущена этими словами, потому что всегда старалась сделать мир лучше и не хотела, чтобы Тедди, её крестнику и крестнику Гарри, пришлось сражаться за свою жизнь, даже если её сердце таяло от его храбрости и восхищения. — Правда? Низкий, игривый и приятный женский голос прерывает их, и Гермиона оборачивается — Тедди всё ещё у неё на руках — и видит улыбающуюся Андромеду, прислонившуюся к кухонной двери. — Да, бабушка! Тедди кричит так уверенно, что обе женщины смеются, и Гермиона пользуется этим моментом, чтобы поставить его на пол. Мальчик с энтузиазмом говорит ей, что пойдёт в свою комнату за любимыми игрушками, чтобы показать их ей. Гермиона надеется, что ему понравился маленький плюшевый дракончик, которого она подарила ему на день рождения. «Он настоящий фейерверк, не так ли?» Андромеда говорит с ностальгической улыбкой, полной любви, и они обе смотрят на бегущего Тедди. «Он идеален». Гермиона искренне говорит это, и Андромеда смягчается и смотрит на неё с нежностью и восхищением. «Что ж, я могу сказать, что вашим детям невероятно повезёт, если вы будете их родителями». Андромеда хвалит её, и Гермиона краснеет и смущённо чешет голову. «Для этого мне нужна жена! Но ты же знаешь, что я одиночка». Гермиона шутит над собой, и Андромеда смотрит на неё озорными глазами — так похоже на Нарциссу, даже несмотря на то, что цвет глаз совсем другой, что на мгновение Гермиона видит между ними очевидное сходство. «Что ж, дорогая, я бы точно вызвалась добровольцем, если бы была на десять лет моложе!» игриво говорит Андромеда. — Думаю, у нас будут красивые дети, как у моей девочки. Гермиона смеётся, краснея ещё сильнее, но радуясь лёгкости в словах Андромеды. — Это было бы честью для меня, возможно, я родилась не в то время, — шутит она, и Андромеда хихикает — этот звук так похож на смех её старшей сестры, блестящей женщины, которая подлетела слишком близко к солнцу, была ослеплена тьмой и упала с неба, как метеор. Но теперь Гермиона старше, она выжила, и её шрамы — доказательство того, что она выиграла сражения, пытаясь выжить и бороться за правое дело. — Какой позор! Я уверена, что ты бы вскружила мне голову. — Андромеда соглашается со своим предыдущим утверждением, её глаза полны игривости, прежде чем снова стать озорными. — Но ты ведь обвела вокруг пальца мою дорогую маленькую кузину, не так ли? — Что? — запинается Гермиона, сбитая с толку. — Не прикидывайся дурочкой, Гермиона, это тебе не идёт — по крайней мере, так сказала бы моя дорогая сестра. Андромеда фыркает, а Гермиона краснеет при упоминании блондинки — и если Андромеда это замечает, то не говорит об этом. “Но, правда, не говори мне, что ты не заметила, как Летиция ходит за тобой по пятам? Я уверена, она уже спланировала вашу свадьбу и имена ваших будущих детей”. “Подожди - брак и дети? Я думаю, она просто пыталась быть милой, построить более тесные отношения между своей страной и нашей”. Гермиона защищается. “О, я уверена, что она хотела бы сблизиться с тобой, любимая”. Андромеда закатывает глаза. «Ей не хватает такта, даже Нарцисса заметила и пожаловалась мне на непрофессионализм нашей дорогой кузины». Средняя из сестёр Блэк фыркает и снова закатывает глаза, глядя на театральные выходки сестры. — Миссис Малфой так сказала? — взволнованно спрашивает Гермиона, и её сердце замирает, но это просто совпадение, ей просто любопытно узнать больше о том, что творится в голове у этой прекрасной блондинки. — Только ты и твои друзья всё ещё осмеливаются так её называть, я, конечно, с нетерпением жду, когда она разведётся с этим трусом, — говорит Андромеда, и Гермиона кивает. — Но не совсем, она не сделала этого. Мерлин не допустит, чтобы моя сестра совершила что-то столь недостойное леди, как жалоба, но я хорошо её знаю и понимаю, о чём она думает и что имеет в виду, даже если она любит говорить загадками. Гермиона молчит, не зная, что сказать, но внимательно слушает, пока Андромеда продолжает говорить. — Ты должна чувствовать себя польщённой, дорогая. Нарцисса может быть довольно загадочной, и с ней трудно иметь дело, если у тебя слабый характер, но ты сильна, и она, кажется, тебя любит, что заставляет меня задуматься, почему вы двое постоянно спорите или бросаете друг друга в фонтаны. Вы очень похожи, даже если не замечаете этого. «Бабушка! Раковина не работает, и я не могу показать Гермионе свою новую игрушку-кальмара, если нет воды!» Андромеда устало, но с нежностью вздыхает: «Кажется, наш разговор подошёл к концу, любовь моя. Спасибо, что согласилась помочь с Тедди, я просто починю эту чёртову раковину и поеду в Святой Мунго, если ты не против». «Я могу посмотреть, если хочешь, Энди. Я не хочу, чтобы ты опоздала». Гермиона, всё ещё слегка покрасневшая, предлагает помощь, и Андромеда вздыхает с облегчением. «Пожалуйста, дорогая. Тед обычно этим занимался, но, боюсь, это не моя специализация». Андромеда, которая начала искать свой плащ, говорит это, а Гермиона смеётся и улыбается. «Ну, я не эксперт в маггловской сантехнике, но обещаю, что сделаю всё, что в моих силах, Энди. Я также присмотрю за твоим мальчиком, не волнуйся». Гермиона говорит ей, и Андромеда смягчается. «Спасибо, Гермиона. Ты настоящее благословение!» — искренне говорит Андромеда. «Моя сестра будет здесь примерно через два часа, чтобы присмотреть за Тедди, так что ты сможешь вернуться домой и насладиться субботой, но, признаюсь, я бы предпочла не слышать, каким странным она считает мой дом, ты же её знаешь». — Она заботится о вас обоих, — говорит Гермиона, не подумав, и Андромеда широко распахивает глаза, но тут же смягчается. — Я знаю, милая. Она не ледяная королева, в которую все, кажется, верят. Я знаю, что она заботится. — Андромеда говорит с сияющими и нежными глазами, и Гермиона улыбается, наблюдая, как старшая женщина уходит, а затем поворачивается, чтобы пойти в комнату Тедди, где она находит разбитую раковину и комнату, полную воды, и не понимает, как маленький мальчик мог такое устроить. «Тедди, что случилось?» — пытается спросить его Гермиона, прежде чем мокрая плюшевая игрушка-лев ударяет её прямо по лицу. Тедди хихикает, и Гермиона оборачивается, чтобы улыбнуться ему, пока гоняется за ним. «Это будет непросто», — думает брюнетка, но она — Гермиона Джин Грейнджер, и она никогда не отступала перед трудностями. *** Два часа спустя Гермиона обнаруживает, что посылает патронуса Андромеде, сообщая ей, что маленький проказник-метаморф наконец-то устал и дремлет в своей комнате. Но в то время как Гермиона позаботилась о том, чтобы Тедди не промок и не испачкался, её саму постигла та же участь, и вместо этого она оказывается в гостевой ванной Андромеды и быстро принимает душ, пока сохнет её одежда. Она забыла свою палочку в гостиной и поэтому делает всё по-магловски. Она чувствует, как горячая вода ласкает её тело, расслабляет его и наполняет разум спокойствием, и она настолько погружена в свои мысли и усталость — наслаждается отдыхом, который дарит ей вода, — что не слышит, как осторожно открывается дверь, пока кто-то не запрыгивает в душ вместе с ней. «У моей сестры довольно маленький дом, мисс Грейнджер. Простите за вторжение, но на улице ужасно жарко». Хриплый голос шепчет, заставляя Гермиону подпрыгнуть и вскрикнуть от удивления — чувства, которые быстро сменяются чем-то более первобытным, когда она чувствует, как обнажённые полные груди с твёрдыми розовыми сосками прижимаются к её напряжённой спине. Мерлин, она, должно быть, споткнулась из-за всей этой воды и сильно ударилась головой о холодный твёрдый пол, потому что это не может быть правдой. М-м-м, я очень настоящая, дорогая. Нарцисса чувственно и дразняще шепчет у неё в голове, заставляя Гермиону стонать, когда она понимает, что блондинка действительно с ней в душе, который всё ещё работает. Руки старшей женщины ласкают напряжённые руки и живот Гермионы, а на них обеих падают горячие капли воды. Гермиона не видит её, но чувствует, как каждый сантиметр великолепной и стройной фигуры Нарциссы прижимается к её влажной и разгорячённой плоти. Краем глаза она видит каскад шелковистых и мокрых от воды светлых волос, обрамляющих красивое аристократическое лицо, и почти видит, как расширенные голубые глаза смотрят на неё с жадностью и преданностью, заставляя Гермиону гореть, пока её соски становятся чувствительными, а член твердеет с каждой секундой. Нарцисса, должно быть, замечает это, потому что мрачно усмехается и опускает правую руку с живота Гермионы, чтобы слегка и медленно погладить её член до полной твёрдости. Мне нравится, как сильно ты меня желаешь, дорогая. Мне нравится, как яростно ты хочешь обладать мной. Нарцисса говорит это в её голове, и Гермиона рычит, когда голубоглазая женщина начинает дрочить её с большей силой и скоростью. Это похоже на пытку, это похоже на спасение, и Гермиона уже собирается развернуться, чтобы схватить эту чёртову дразнящую негодницу, но Нарцисса оказывается быстрее и вместо этого отступает — её руки покидают тело Гермионы, но последствия её прикосновений всё ещё ощущаются, о чём свидетельствуют вздохи Гермионы, румянец на её шее и лице, напряжённые соски и явная твёрдость и голод между ног брюнетки. О, Салазар! Как хорошо было бы чувствовать тебя внутри меня, когда ты пачкала бы меня изнутри. Говорит ей Нарцисса, глядя на Гермиону дикими голубыми глазами, полными желания. Гермиона рычит и наблюдает за ней, как хищник за добычей, — выглядит так, будто в любую секунду готова броситься на Нарциссу, прижать ее к полу и заявить права на ее тело, но у Нарциссы, похоже, другие планы, и она решила, что недостаточно ее дразнила. «Не могла бы ты мне помочь?» — говорит Нарцисса, держа в руках маленький пузырёк с жидким маггловским мылом, и жестом приглашает Гермиону прикоснуться к ней, на что брюнетка охотно соглашается, лаская красивое тело блондинки мыльными руками и заставляя старшую женщину всхлипывать, когда Гермиона толкает её вперёд и прижимает к холодной стене, а руки брюнетки массируют и намыливают грудь старшей женщины. Лихорадочные и нетерпеливые руки с благоговением прикасаются к обнажённому телу Нарциссы, пока охлаждающая вода стекает по их разгорячённым телам. Гермиона левой рукой ласкает её обнажённые полные груди, а другой намыливает её упругий живот и длинные ноги. Её губы сосут и целуют шею блондинки, а обжигающий язык словно плавит плоть голубоглазой женщины, несмотря на холод воды. Нарцисса, прижавшись правой щекой к холодной плитке и полуприкрыв кристально-голубые глаза, тихо стонет. Тело Гермионы женственное и гибкое, но при этом удивительно сильное, в чём блондинка убеждается, когда Гермиона прижимает горящее тело Нарциссы — её пылающая плоть свидетельствует о возбуждении — ещё сильнее к холодной стене, фактически загоняя её в ловушку, и всё это время на их тела продолжает литься холодная вода — но их обоих пожирает огонь, и Нарцисса не чувствует ничего, кроме Гермионы. Нарцисса скулит. — Пожалуйста, — почти неслышно хнычет она, расставляя ноги пошире и раздвигая их, покрытые обильной смазкой, которая вытекает из её жаждущего лона, чтобы Гермиона могла забраться между ними и оттрахать её до потери сознания, и тёмная часть Нарциссы хочет, чтобы ею владели и чтобы она сама владела этой девушкой. Блондинка ничего не может с собой поделать. Она никогда ни с кем не чувствовала себя так, как с Гермионой, и она так сильно хочет её, что ей почти больно, поэтому она проецирует грязные мысли в сознание девушки, наполняя её мозг откровенными и непристойными сценами, в которых они обе трахаются, размножаются, как два зверя, которых так ненавидела её тётя Вальбурга. И Гермиона рычит, поднимая руку, которой касается плоского живота, едва тронутого несколькими почти незаметными растяжками, чтобы поднять одну из ног Нарциссы и расположиться между ними с уверенностью, которая заставляет Нарциссу снова застонать, когда она чувствует её. Нарцисса вся мокрая, её лоно сжимается от ревности при мысли о том, что член Гермионы дразняще целует её вход, пока девушка приказывает ей не двигаться. Член брюнетки полностью твёрдый, толстый и большой, окружённый гладкой загорелой кожей с единственной видимой глазу веной, когда Нарцисса смотрит вниз. Вид члена, раздвигающего губы её влагалища, настолько непристоен, что на мгновение старшая женщина чувствует себя шлюхой, предателем своей крови. Это такое возбуждающее и красивое зрелище, что блондинка тут же чувствует, как из её набухшей и влажной промежности вытекает ещё больше прозрачной жидкости, которая стекает между её бёдер и смешивается с мылом на её теле, но больше всего голубоглазой женщине нравится то, как Гермиона готова для неё — желание Гермионы проявляется в голоде её глаз, отчаянии в её прикосновениях и твёрдом члене, на кончике которого уже выступила капля густой белой жидкости. «Да, да. Возьми это — возьми меня — дорогая. Нарцисса прерывисто стонет, а Гермиона вздыхает от удовольствия, начиная двигать бёдрами и медленно проникать в блондинку, которая может только уткнуться лицом в холодную стену и тихо стонать, пока вода стекает по их телам. Их средоточия почти полностью соприкасаются — влажный центр Нарциссы сжимается от ревности при каждом долгом, чувственном прикосновении, когда кончик толстой головки непристойно ласкает и дразнит ее пылающее влагалище, двигаясь от ее тугого, влажного входа к напряженному и жаждущему клитору, а затем обратно, в похотливом танце, который заставляет Нарциссу громко вздыхать и до крови прикусывать нижнюю губу в безуспешной попытке заглушить свои нарастающие стоны и жалобные всхлипы — и она пытается отодвинуть свои бедра назад, чтобы изменить их положение, чтобы член брюнетки наконец-то пронзил ее влажное тепло. Вода, стекающая по их телам, уже почти ледяная, но это кажется лишь милосердием по сравнению с жаром, исходящим от их разгоряченных тел. Гермиона сосет и кусает Нарциссу за шею, оставляя на ней следы своей похоти, пока блондинка вздыхает от удовольствия, хнычет и стонет, пытаясь не обращать внимания на то, что её лицо и грудь, должно быть, покраснели. Головка толстого члена дразнит её ноющую и возбуждённую дырочку при каждом движении, слегка растягивая её влагалище при каждом толчке вперёд, когда кончик касается входа, но никогда не проникает внутрь, заставляя Нарциссу протестующе стонать, а Гермиону хихикать ей в шею. «Ты такая ненасытная, да?» Гермиона шепчет ей на ухо, прежде чем грязно поцеловать, и на секунду ее член проникает в ее киску на сантиметр, заставляя их обеих стонать от удовольствия в поцелуе, а возбуждение Нарциссы теперь полностью покрывает член Гермионы, и жемчужно-белая капля семени попадает в ее киску, заставляя блондинку яростно сжиматься вокруг едва проникающего в нее члена. И это чувство, должно быть, слишком сильно для Гермионы — слишком рано, слишком интимно, слишком рискованно, — потому что брюнетка отводит бёдра назад и отпускает поднятую и напряжённую ногу Нарциссы, из-за чего угол меняется и позволяет члену Гермионы покинуть скользкую промежность старшей женщины, даже когда пульсирующий член Гермионы всё ещё ласкает влагалище блондинки при каждом толчке, задевая клитор и заставляя Нарциссу хныкать от этого ощущения и скулить из-за потери риска проникновения. — Трахни меня. Пожалуйста, дорогая, пожалуйста. — умоляет блондинка с неприличным стоном, от которого её предки наверняка перевернулись бы в своих могилах, но Гермиона лишь качает головой и целует её в висок. — Я трахаю тебя, — говорит брюнетка, и Нарцисса настолько потрясена, что на мгновение чувствует, как её голубые глаза наполняются слезами, и Гермиона смотрит на неё и наклоняется, чтобы поцеловать её веки, продолжая двигаться и дразнить её. — Внутри, пожалуйста. Твои пальцы, твой язык, твой член — всё, что угодно. — шепчет Нарцисса, и от этих слов Гермиона стонет и проклинает себя, чувствуя, как электричество пробегает от её спины к члену, когда её накрывает неожиданный оргазм, и она изливается на киску Нарциссы, окрашивая стену своим желанием. Дай мне всё, дорогая. Блондинка шепчет, задыхаясь, у неё в голове, и Гермиона скулит, когда замечает, что старшая женщина опускает руку, чтобы потрогать себя. Вид длинных пальцев Нарциссы, покрытых остатками выделений Гермионы, которые она использует в качестве смазки, чтобы легче трахать себя, входя и выходя из её красной и припухшей киски, почти заставляет брюнетку упасть в обморок. Нарцисса задыхается после нескольких толчков собственных пальцев, её лоно сжимается вокруг них, сжимаясь с удвоенной силой, желая чего-то ещё внутри, желая, чтобы Гермиона почувствовала, насколько она готова и благодарна ей. «Гермиона, любовь моя, ты не видела мою чёртову сестру?» Голос Андромеды наполняет комнату, когда женщина входит в ванную с полотенцем в руке, заставляя Нарциссу напрячься, а Гермиону запаниковать и благодарить Мерлина за занавеску для душа, скрывающую их положение. «Она должна была прийти несколько минут назад, я даже прибежала сюда! Мерлин знает, насколько пунктуальна эта женщина, но я нигде не могу её найти». Гермиона сглатывает, не в силах произнести ни единого связного слова, и Нарцисса открывает свои всё ещё расширенные голубые глаза, чтобы неодобрительно посмотреть на неё. Ответь ей, дорогая. В противном случае она заметит, что что-то не так, у моей сестры более острый ум, чем она показывает. — говорит Нарцисса у неё в голове, и Гермиона быстро кивает, позволяя блондинке сказать ей, что делать в такой неловкой ситуации. — Мерлин, это хуже, чем когда их застал Гарри. - Я... - пытается сказать брюнетка, и Нарцисса бросает на нее сердитый взгляд, заставляя сглотнуть и прочистить горло, прежде чем заговорить снова. - Я не говорила, Энди” Гермиона явно задыхается, из-за чего Нарцисса смотрит на нее, приподняв светлую бровь. Ну, по крайней мере, ты сумела что-то сказать, дорогая. Будем надеяться, что она поняла намек. Мысленно произносит Нарцисса, и Гермиона кивает, уткнувшись ей в шею. «О, чёрт! Я могла бы поклясться, что она уже была бы здесь. Кто знает, что могло занять её настолько, чтобы она опоздала, если она так злится из-за этого! Наверное, что-то срочное». — задумчиво говорит Андромеда, наклоняясь к всё ещё открытой двери и не уходя. Что мне теперь делать? — в панике спрашивает Гермиона, и Нарцисса закатывает свои голубые глаза, но в них всё ещё есть игривость. Скажи ей, что ты закончила и хочешь одеться в уединении, дорогая. Нарцисса объясняет, стараясь не двигаться, потому что они обе всё ещё перевозбуждены и предпочли бы не стонать в присутствии Андромеды, которая находится в нескольких метрах от них, чтобы не шуметь ещё больше. Однако Андромеда оказывается быстрее: «Я буду ждать Цисси внизу, Гермиона. Встретимся там!» И когда Андромеда уходит, они обе не могут не посмотреть друг на друга с облегчением и не рассмеяться от нелепости ситуации.