Пленник и пленительница

День пролетел в вихре событий, встреч и разговоров, оставляя после себя ощущение выжатости, сравнимой разве что с затяжной засухой. Поскольку сам хозяин поместья, хоть и пришедший в себя, но всё ещё не покидавший своих покоев, не мог уделить достаточно внимания своей драгоценной гостье, эту задачу с энтузиазмом взяли на себя его многочисленные родственники. Клан Басу обрушился на Дивию, как водопад, без устали окружающий её своими волнами. Двоюродные братья и сёстры, их супруги, дальние кузены и кузины, племянники всех возрастов — весь этот нескончаемый поток людей крепко взял в осаду, не оставляя ни секунды в одиночестве. Гостье не просто уделяли внимание — её буквально водили под руки по бесконечным коридорам поместья, увлечённо рассказывая истории каждого гобелена, картины, статуи или даже резной колонны. Каждый уголок дома имел свою легенду, свою тайну. Чай в саду с дамами семьи, наполненный щебетанием и игривыми взглядами. Рассказы о традициях, перемежающиеся вопросами о её жизни. Обсуждение предстоящего вечера чтения, организованного исключительно ради неё. Поначалу это было любопытно. Но к полудню Дивия начала терять терпение. Она ощущала себя пленницей их гостеприимства — слащаво-навязчивого, не дающего ни секунды передышки. Фиолетовые львы. Они мелькали перед глазами всюду, заполняли собой пространство, кружили вокруг неё так, что вскоре в её сознании начало рябить от однообразных цветов и голосов. А их имена… После какого-то момента Дивия просто перестала пытаться их запоминать. Что толку, если через минуту появится ещё кто-то, с очередной историей, очередным мнением, очередной попыткой её развлечь? К обеду она с трудом сдерживала зевки, тело ныло от усталости, голова шла кругом. Девушку не просто держали в плену любезности — её методично изматывали. И самое ужасное — Дивия даже не могла определить, делалось ли это нарочно или всё было лишь проявлением искреннего восторга и дружелюбия. Она так устала, что уже не вслушивалась в вопросы и предложения. Просто кивала, просто улыбалась, просто соглашалась со всем, что бы ей ни говорили. Сейчас даже яд не смог бы проникнуть в её кровь быстрее, чем нарастающее опустошение. Но в глубине сознания уже зрела новая мысль. Деви должна найти выход. Иначе её просто утопят в этом море приветливых голосов. — Архат, прошу, сделай что-то! — взмолилась Дивия, едва за ней закрылась дверь. — Они меня убьют сегодня. Её голос звучал устало, но с лёгкими нотками паники. Деви по-настоящему не выдерживала. Слуга смутился. Он знал:госпожа обладает железной выдержкой, но сейчас она выглядела так, словно после ещё одной приветливой улыбки просто выйдет в окно. — Мне срочно нужно куда-то сбежать, пока эта семья не разорвала меня на части, — отчаянно заявила Шарма, массируя пальцами виски. Архат озадаченно приподнял бровь, но спорить не стал. — Может, отправимся на рынок? — продолжила она, внезапно осенённая мыслью. — Я выберу подарки для друзей и слуг, проветрюсь… Да и вообще, люди вокруг хоть ненадолго сменятся. В глазах загорелась надежда. Это был шанс — пусть незначительный, но шанс. Идея была хороша. Но, как выяснилось, наивна. Дивия не учла одного: её поездка не останется незамеченной. Как только она произнесла слово «рынок», в комнате тут же материализовалась стайка кузин Дорана, несущихся вперёд со скоростью и энтузиазмом гончих собак, только что почуявших добычу. — Какой чудесный повод выйти из дома! — воскликнула одна из них. — Мы давно хотели прогуляться! — радостно подхватила другая. — Подожди нас, мы сейчас приведём детей, они тоже хотят на рынок! Шарма не успела даже вдохнуть, как план окончательно вышел из-под контроля. Рынок теперь представлялся не тихим спасением, а ещё одним испытанием. Она поплелась к себе в покои, тяжело вздыхая. Как оказалось, даже уединиться ей было не дано — кто-то из многочисленных родственников Басу, проявляя трогательную заботу, настоял на сопровождении, потому что за весь день Дивия так и не запомнила, где её комната. Когда она наконец добралась до дверей, её встретил полный сочувствия взгляд Айшварии. Но та благоразумно промолчала, потому что понимала — госпожа сейчас на грани. Если даже уравновешенная и хладнокровная Дивия Шарма отчаянно ищет способ сбежать, значит, в доме Басу происходит что-то по-настоящему пугающее. — Подай мне самое простое сари, пожалуйста, — обречённо попросила Дивия, опустившись на край постели. Она позволила ловким рукам Айшварии управлять её образом, уже смирившись с тем, что предстоящая прогулка обернётся очередным испытанием. Но, судя по всему, служанка или не поняла просьбу, или при сборах не взяла ничего, что соответствовало бы слову«простое». Когда Шарма взглянула на своё отражение в зеркале, то с трудом сдержала тяжёлый вздох. На ней было великолепное, нежно-лиловое сари, искусно расшитое тончайшими узорами. Ткань переливалась в свете ламп, а украшения, щедро дополненные браслетами и серьгами, звенели при каждом движении. Этот наряд был подарком Сарасвати. И, несомненно, он полностью соответствовал её вкусу: пышная юбка, укороченный, но плотный топ, лёгкая накидка, придающая образу загадочности и утончённости. — Слишком нарядно, — пробормотала Дивия, вяло покручивая браслет на запястье. — Вы прекрасны, госпожа, — искренне восхитилась Айшвария, поправляя складки ткани. Деви отстранённо-ехидно подумала о том, что может хотя бы цветовая гамма спасает её от убийства великого клана. Нежно-лиловый оттенок совпадал с цветами семьи Басу — может, так она хотя бы сможет затеряться в толпе? Вряд ли. Но попытаться стоило. Она насыпала в кошель приличное количество монет, надеясь, что если уж скрыться не получится, то хотя бы деньгами удастся купить себе несколько часов относительного покоя. Пока Айшвария помогала ей закончить последние приготовления, Дивия задумалась. Проведя целый день в окружении нескончаемого потока родственников Басу, она начала смотреть на самого Дорана иначе. По сравнению с его семьёй, он был нем, как рыба. Его ехидные комментарии и вызывающее поведение уже не казались такими уж раздражающими. Наоборот, в свете пережитого они начинали напоминать даже что-то вроде облегчения. Хотя бы он не говорил без умолку. Хотя бы он умел держать рот закрытым. И, что важнее всего, в его присутствии другие Басу вели себя сдержаннее. Дивия натянуто усмехнулась. Кто бы мог подумать, что однажды она будет видеть в Доранe источник тишины и покоя? На рынок решили идти пешком — было недалеко. И это решение мгновенно оказалось ошибочным. С каждым шагом ей казалось, что юбки соберут всю пыль Клифаграми. Тонкая дорогая ткань волочилась по земле, цеплялась за камни, впитывала в себя дорожную грязь. Шарма то и дело раздражённо дёргала подол, безуспешно пытаясь хоть немного приподнять его, чтобы не так пачкался. К тому же, её спутницы болтали без умолку, наперебой рассказывая истории, которые Дивия даже не пыталась слушать. С момента выхода из дома она едва произнесла пару слов, сосредоточившись на одной-единственной цели: заткнуть их рты угощениями. Обычно же женщины и дети любят сладкое, да? Стоило им добраться до рыночной площади, как Дивия, не колеблясь, шагнула в первую же лавку, где продавались сладости. Она не стала мелочиться — купила каждому ребёнку по увесистому пакету. Пусть едят. Может, хоть на несколько минут затихнут. Архату, как и обещала, купила удобные штаны — крепкие, добротные, для работы. Айшварии выбрала красивую заколку, искусно украшенную тонкой резьбой и мелкими камнями. Список покупок постепенно сокращался: гостинцы семье управляющего, мелочи для слуг, что-то конюху, чтобы он ещё тщательнее следил за Деймосом. Себе Деви даже не думала ничего покупать. Но вот что взять Дорану Басу? Ходя от прилавка к прилавку, она никак не могла найти что-то подходящее. Украшения? Ему они не нужны. Оружие? Смешно, он сам может выбрать себе клинок. Вино? Банально. Она уже начала думать, что ничего подходящего так и не найдёт, пока её взгляд не зацепился за книжную лавку. Что-то в этом месте притянуло её. Не задумываясь, Шарма вошла внутрь, пробежала глазами по полкам и замерла. На прилавке лежала хорошо переписанная книга китайского военачальника Ван Цзинцзэ — «Тридцать шесть китайских стратагем». Дивия уже знала, что это за книга. Ей когда-то посоветовал Камал для развития стратегического мышления. Это был древнекитайский военный трактат, в более широком смысле — собрание неявных тактических приёмов, система непрямых ходов, используемая для достижения скрытых целей, получения преимущества и перехвата инициативы. Она взяла книгу в руки, пробежалась пальцами по плотной бумаге, прикинула, понравится ли это Басу. И усмехнулась. «Это то, что нужно. По крайней мере, это может его заинтересовать» Она даже представить себе не могла, что именно этот подарок станет началом куда более сложной игры. Дивия молча протянула продавцу несколько монет и забрала книгу, аккуратно завернув её в кусок плотной бумаги. — Хороший выбор, госпожа, — с лёгким поклоном сказал торговец. — Военная мудрость всегда полезна тем, кто стремится управлять другими. Шарма не ответила. Она лишь коротко кивнула, спрятала покупку в складки сари и вышла из лавки. Где-то за её спиной женский голос весело болтал о том, что пора возвращаться, что скоро стемнеет, что она, мол, так и не выбрала себе подарок. Дивия пропустила это мимо ушей. Что-то в этом дне её тревожило. Может, усталость? А может, это было ощущение, что она совершила нечто важное, но пока ещё не понимала, что именно. До чего же странно… — Тебе не показалось, что госпожа сегодня была необычайно молчалива? — Айшвария обернулась к Архату, пока они складывали покупки. — Она устала, — просто ответил тот. — Всё-таки два дня без нормального отдыха. — Да, наверное… — служанка задумчиво погладила складки сари. — Но всё же… Архат ничего не сказал, но в глубине души и сам чувствовал: Дивия изменилась. Вопрос был в том, в какую сторону.

***

Доран откинулся на спинку кресла, лениво вертя книгу в руках. Он не сомневался, от кого этот подарок. Не трудно догадаться: у Дивии была особая манера совершать поступки — молча, без пояснений, но всегда осмысленно. И если она что-то дарила, это определённо имело скрытый смысл. Это забавляло. Он коснулся шершавой обложки, пробежался пальцами по аккуратным буквам заголовка. — «Тридцать шесть китайских стратагем»… — тихо повторил он. Военный трактат. Не любовная поэзия, не философия, не книги о богах или великих правителях. Тактические уловки, хитроумные приёмы ведения войн. Он прищурился. Намёк, госпожа Шарма? Доран не был наивен. Он знал, что их противостояние ещё не окончено. Но если раньше Дивия воспринимала его как угрозу, теперь, похоже, она решила играть иначе. Он раскрыл книгу на случайной странице и пробежался глазами по тексту: «Если ты близок — покажи, что ты далеко. Если ты далеко — сделай вид, что ты рядом…» — О, это мне знакомо, — усмехнулся Доран. Пожалуй, вся его жизнь была построена на подобных стратагемах. Он снова закрыл книгу, на этот раз поглаживая её уже с некоторой нежностью. — Интересно, госпожа Шарма… — пробормотал он. — Ты хочешь преподнести мне урок? Или надеешься, что я научу тебя чему-то в ответ? Он задумался. Когда Дивия купила эту книгу? Выбрала её сразу или долго перебирала варианты? Подумала о нём в тот момент? Чувствовала раздражение, презрение… или всё же интерес? И почему вообще решила сделать ему подарок? Доран не мог вспомнить ни одного случая, чтобы Дивия проявляла к нему такую внимательность. Она скорее перерезала бы ему горло, чем купила что-то от души. Он фыркнул. Странно. Всё это — очень странно. Его пальцы снова пробежались по краям страниц, прежде чем он медленно закрыл книгу и отложил её в сторону. — Что ж, госпожа Шарма, — пробормотал он с усмешкой, — если ты действительно хочешь сыграть со мной в эту игру, будь осторожна. Он поднялся с кресла, лениво потянувшись. Ему внезапно захотелось увидеть её. Не чтобы сказать «спасибо». Не чтобы выяснять, что именно она пыталась этим показать. Просто… посмотреть. На выражение её лица. На то, как она будет держать себя. На то, дрогнут ли её губы, когда он скажет, что понял её послание. Или она снова бросит на него этот ледяной, равнодушный взгляд, от которого почему-то становится только жарче? Доран не спешил. Покинув свои покои, он не сразу направился к Дивии. Он не любил приходить к людям без приглашения, но этот случай был особенным. Прежде чем встретиться с ней, он сделал круг по поместью, неспешно прогуливаясь по вечерним коридорам. Где-то в отдалении слышался приглушённый смех кузин, обсуждающих последние сплетни. В саду перекликались слуги, завершая дневные дела. Где-то хлопнула дверь — возможно, один из его братьев возвращался поздно с дел. - ... невероятно высокомерна. Совсем не улыбается. — Да, и всё время держится так, будто мы все для неё пустое место. — Не понимаю, как Доран её терпит. — А если это его устраивает? - О, брось! Он может позволить себе любую женщину, зачем ему та, кто смотрит на него с холодным презрением? Доран замедлил шаг. Сплетницы сидели в тени перголы — его кузины. Он мог бы продолжить путь, но, едва удержавшись от ухмылки, решил вмешаться. — Дамы, - произнёс он ровным голосом. Тихий вздох разнёсся по саду. Женщины вскочили, смущённо поправляя одежды. — Доран… - Мы просто... — Не стоило вам утруждать себя беспокойством о моей терпимости, — он слегка наклонил голову, а затем добавил со скрытой насмешкой: — Мне нравятся сильные женщины. Они замялись, бросая друг на друга виноватые взгляды. Доран не стал продолжать. Просто прошёл мимо, наслаждаясь растерянностью, которую оставил после себя. И с лёгким, едва заметным удовлетворением подумал, что если уж его кузины считают Дивию недоступной и холодной… значит, их мнение для него ровным счётом ничего не значит. Потому что он-то знал, как по-настоящему разозлить госпожу Шарма. Как заставить её терять самообладание. И какой обжигающе горячей она бывает в гневе. И, пожалуй, его это устраивало. Он шёл медленно. Ему хотелось растянуть этот момент. Скорее всего, она уже отдыхает... Нет, вряд ли. Госпожа Шарма не из тех, кто легко сдаётся сну. Она либо корпит над бумагами, либо терзается мыслями, либо... Ждёт меня? Доран усмехнулся. Вряд ли. Но чем ближе он подходил к её покоям, тем сильнее ощущал в себе азарт. Он постучал дважды - негромко, настойчиво. За дверью послышалось движение, и спустя несколько секунд она открылась. Дивия выглядела... усталой. Не так, как после тяжелого рабочего дня или долгих переговоров. Скорее так, как выглядит человек, которого терзают множество мыслей. Она бросила на него быстрый, оценивающий взгляд. — Что-то случилось? - её голос был ровным, но в глазах мелькнуло лёгкое удивление. Доран не ответил сразу. Просто смотрел. Ему бросилось в глаза её сиреневое сари - глубокий, насыщенный цвет, один из тех, что носили в его доме. Это было почти символично. Она стояла перед ним, окружённая цветами семьи Басу, окруженная членами семьи Басу, но оставалась самой собой — с гордо поднятой головой, сдержанно, хладнокровно. Он отметил изящную вышивку на ткани, лёгкий отблеск браслетов на её запястьях, тонкую цепочку у ключиц. Она казалась... другой. Менее величественной. Более... реальной? Доран усмехнулся. - Я нашёл ваш подарок, - сказал он наконец. Он видел, как уголок её губ дрогнул, но она тут же взяла себя в руки. - Надеюсь, он оказался полезным. - Безусловно, — он лениво прислонился к дверному косяку. — Но вот вопрос: вы хотели чему-то меня научить или проверяете, насколько я уже сведущ в подобных хитростях? Дивия чуть наклонила голову, как будто раздумывая, стоит ли вообще отвечать. — Это всего лишь книга, господин Басу, - сказала она спокойно. — Не ищите в этом скрытого смысла. — Но вы ведь знаете, что я люблю искать скрытые смыслы, — он чуть подался вперёд, сокращая расстояние между ними. — Особенно в ваших действиях. Она выдержала его взгляд, но в её глазах мелькнуло что-то похожее на раздражение. — Тогда не разочаровывайте меня, - ответила она с лёгким вызовом. — Если вы такой мастер хитроумных уловок, разгадайте мой замысел сами. Она сделала шаг назад, явно собираясь закрыть дверь. Но Доран не дал ей этого сделать. — Вы не пригласите меня внутрь? Дивия замерла. — Это часть вашей стратегии, господин Басу? Доран улыбнулся в ответ. - Скорее, импровизация. Она выдержала паузу, затем мягко, но уверенно прикрыла дверь перед его носом. Доран хмыкнул. Не то чтобы он ожидал другого ответа, но… Он прикоснулся пальцами к дверному косяку, словно запоминая этот момент. Затем развернулся и ушёл, чувствуя, как по его венам разливается азарт. Хорошо, госпожа Шарма... Ты решила сыграть со мной в мою игру? Тогда будь готова к тому, что я буду играть до конца.