Пленник и пленительница

Дивия влетела в свой кабинет и с грохотом захлопнула тяжелую дверь. В этот момент она искренне ненавидела своих друзей, которые так жестоко шутили над ней все утро. Сев за рабочий стол, Шарма крепко зажмурилась и потерла виски. Надо было поработать. Девушка позвонила в колокольчик и велела принести ей крепкого кофе, свой-то она так и не допила за завтраком. Не дали, изверги. Начав с писем, Шарма постепенно перебирала документы, продвигаясь в этом деле медленнее, чем обычно. Каждое письмо, каждый документ – всё казалось ей сегодня особенно утомительным. Мысли путались, а в груди неприятно жгло раздражение. Дивия едва не скомкала один из свитков, когда вспомнила выражение лица Дорана. Самодовольная улыбка, этот бархатный голос, которым он произнёс: «Ты всегда будешь убегать?» — Чёртов Басу! — сквозь зубы прошипела она и швырнула перо на стол. В дверь постучали. — Войдите, — отозвалась Шарма, пытаясь сделать голос ровным. На пороге появился слуга с подносом. — Ваш кофе, госпожа. Деви кивнула, дождавшись, пока чашку поставят перед ней, и машинально взяла её в руки. — И ещё… — слуга замялся, явно не зная, как передать следующую новость. Дивия устало посмотрела на него. — Говори уже. — Господин Басу ждёт за дверью, — слуга склонил голову, избегая смотреть на неё. Шарма стиснула чашку. — Передай ему, что я занята. — Он сказал, что будет ждать столько, сколько потребуется. Дивия зажмурилась. Конечно, будет. Она резко вдохнула и встала с места. — Ладно, пригласи его. Слуга поклонился и вышел. Спустя пару мгновений тяжёлая дверь вновь отворилась. Доран вошёл неспешно, словно только что не довёл её до бешенства, словно не стоял за дверью в ожидании. — Ты не выглядишь удивлённой, — заметил он, оглядев её кабинет. Дивия сложила руки на груди. — Ты слишком предсказуем, Басу. Доран усмехнулся и подошёл ближе, небрежно облокотившись на её стол. — А ты сегодня особенно вспыльчива. Дивия закатила глаза. — Уходи. — Нет. Она тяжело выдохнула и, обойдя его, подошла к окну. — Мне нужно работать. — А мне — поговорить с тобой. Шарма обернулась. — О чём? О том, что я могу посметь отвергнуть великого Дорана Басу, если пожелаю? Он улыбнулся, медленно оттолкнувшись от стола. — Не посмеешь. — Почему ты так уверен? Доран шагнул ближе. — Потому что если бы хотела меня отвергнуть, то уже давно бы это сделала. Дивия хотела возразить, но язык внезапно не повернулся. Его золотистые глаза смотрели прямо в душу, и в этом взгляде не было ни насмешки, ни вызова — только уверенность. Шарма сжала пальцы. — Я… Он поднял руку и едва заметно коснулся её локтя. — Ты. Дивия сглотнула. Она ненавидела его за эту уверенность. Ненавидела за то, что он всегда был прав. И больше всего ненавидела за то, что её собственное сердце билось так быстро. Дивия быстро отстранилась, будто его прикосновение обожгло. — Перестань. Но голос прозвучал не так твёрдо, как ей хотелось бы. Доран усмехнулся, но продолжать напирать не стал. — Хорошо, — спокойно сказал он, скрестив руки на груди. — Тогда просто выслушай меня. Шарма подняла подбородок. — Слушаю. — Я уезжаю. Сейчас. Сердце её дрогнуло, но внешне она не показала ни тени эмоции. — Уезжаешь? Куда? — В храм Кали, — спокойно ответил он. Дивия моргнула. — Ты? В храм? Доран ухмыльнулся. — Не в паломничество, если ты вдруг забеспокоилась за мою грешную душу. Дивия поморщилась. — Тогда зачем? — Буду выяснять, кто что знал насчет Рама, кто замешан. — Он наклонил голову, изучая её лицо. — Это может занять несколько дней. Возможно, неделю. И на мне архив, если ты помнишь. Дивия хотела сказать что-то язвительное, но язык не повернулся. Неделю… С одной стороны, это было даже к лучшему. Она сможет сосредоточиться на работе, не отвлекаясь на его бесконечные ухмылки, прикосновения, тёплый голос, запах его кожи… Шарма раздражённо сжала кулаки. — Ну и зачем ты мне об этом говоришь? Доран медленно склонился к ней, заставляя её слегка отклониться назад. — Потому что хотел попрощаться. Она почувствовала его дыхание, услышала спокойный, низкий голос, от которого пробежали мурашки. Шарма стиснула зубы. — Прощай, — резко бросила она, поворачиваясь к окну. — Ты даже не спросишь, когда я вернусь? — Мне всё равно. — Ложь. Он знал. Чёртов мужчина знал её слишком хорошо. Доран чуть наклонился, его губы почти касались её уха. — Я вернусь к тебе, Деви. И надеюсь к этому моменту уже получить ответ. Шарма замерла. Но когда она, наконец, решилась повернуться, его уже не было. Дверь в кабинет была закрыта. Доран ушёл. Дивия тут же почувствовала нахлынувшую на неё тоску. Ну вот что он за человек? Является, сводит её с ума, а потом исчезает, оставляя с этим безумием наедине. Она решительно взяла письмо по поводу кольца, быстро пробежалась по строкам и дала своё согласие, указав цену и срок оплаты. Хотя бы с этим было покончено. Затем написала Амрите, спрашивая, сможет ли навестить её ближе к вечеру. Деви надеялась, что старая подруга согласится — сейчас ей, как никогда, нужно было поскорее разобраться с делами и отдохнуть от всего. В том числе, от бессмысленных споров с Дораном. Но долго отвлекаться ей не дали. В дверь вновь постучали. — Войдите! На пороге появился Архат. Он выглядел немного смущённым, задержался у двери, но затем всё же шагнул вперёд, поклонился и осторожно заговорил: — Видите ли, госпожа… служанки просили передать, что они боятся прислуживать господину Дубею. Дивия нахмурилась. — Это ещё почему? Архат замялся. — Они говорят… что слышали странные звуки. Будто он что-то бормочет, разговаривает сам с собой. И… — И? — Некоторые считают, что он потерял рассудок. И теперь боятся за свою жизнь. Дивия резко встала. — Этого мне ещё не хватало! Мне самой ему постель стелить? А они тогда на что? Она быстрым шагом подошла к окну, скрестив руки на груди. — То есть Рам вел себя настолько странно, что девушки, привыкшие ко всему, боятся к нему заходить? — Именно так, госпожа. — Великолепно, просто великолепно, — пробормотала она, покачав головой. Архат неловко переминался с ноги на ногу, не зная, стоит ли продолжать, но потом всё же добавил: — Они говорят, что ночью он вовсе не спал. Свет в его покоях горел до самого утра. А ещё… — Архат, не тяни, — резко сказала Дивия. — Они уверены, что слышали, как он смеялся. Но не обычным смехом, а… — А каким? — Будто кто-то рассказывал ему самую страшную шутку в мире, — тихо закончил мужчина. Шарма медленно повернулась к нему. — Это уже не смешно. Она закрыла глаза, сдерживая раздражённый вздох. — Я разберусь с этим позже, — коротко бросила она. Архат молча поклонился и собирался уже уходить. — Задержись, пожалуйста, — вдруг сказала Шарма, поднимая на Архата уставший взгляд. Она открыла одну из шкатулок на своём столе, достала оттуда мешочек с деньгами и протянула его мужчине. — Вот, возьми это и раздай жалование слугам. Мне сегодня некогда этим заниматься. Архат молча взял деньги, поклонился, но не спешил уходить, ожидая дальнейших указаний. — И передай конюху, что вечером мне, скорее всего, понадобится экипаж. Пусть подготовит лошадей заранее. — Мы куда-то едем, госпожа? Дивия потёрла переносицу, едва сдерживая усталый вздох. — Да, нужно навестить Дубеев, — она снова подняла глаза на Архата, сжав губы. — И вот ещё что. Передай служанкам, что если они перестанут выполнять свои обязанности, пусть сразу начинают искать новую работу. Мне не нужны люди, которые боятся собственной тени. Архат кивнул, не решаясь что-либо добавить. — Спасибо, можешь идти. Дивия устало махнула рукой, а затем вновь опустила взгляд на бумаги, пытаясь сосредоточиться. Но теперь это давалось ей ещё сложнее. Вскоре в резиденцию Шарма пожаловала главная махарани Бенгалии. Уже не молодая, но всё ещё роскошная и статная женщина, она одним лишь взглядом пригвоздила к полу слугу, который осмелился сказать, что его госпожа с самого утра занята работой. — Веди меня к ней, — строго заявила Видия, и её хмурый взгляд метал молнии. — Сейчас же! Бедный слуга побелел от страха, нервно сглотнул и тут же закивал, приглашая махарани следовать за собой. Их шаги эхом отдавались в коридорах, и все, кто попадался им навстречу, спешно сворачивали за ближайшие углы или прятались за колоннами, лишь бы не оказаться у неё на пути. Гнев Видии Басу был не просто грозой, но бурей, которая могла снести любого, кто осмелится её разозлить. Слуга осторожно приоткрыл двери кабинета хозяйки, но махарани не стала дожидаться приглашения. Она распахнула их шире и, не теряя ни секунды, вошла внутрь. — Что случилось, Деви? — спросила Басу, голос её был твёрд, но в глубине глаз таилось беспокойство. — Присаживайтесь, госпожа Басу. Разговор будет длинный. Чаю? Видия сжала губы, давая понять, что не настроена на любезности, но, немного поколебавшись, всё же опустилась на подушку. Деви, не торопясь, налила чай, подала чашку гостье, после чего заговорила. Она пересказала главе Дюжины всё, что смогла узнать за последнее время. Пугающее состояние младшего Дубея, благовония со странным составом, подозрительные визиты Амриты, которые совпадали с его ухудшающимся здоровьем. Её голос был ровным, но в глазах отражалась тревога. Видия внимательно слушала, едва заметно постукивая ногтем по фарфору. Когда Деви закончила, в комнате воцарилась напряжённая тишина. — Мне это не нравится, Дивия, — наконец произнесла Видия, медленно ставя чашку на стол. — Мне тоже, — тихо ответила Деви. — Если кто-то играет против нас, мы должны узнать, кто именно, и почему. — Махарани чуть подалась вперёд, её пронзительный взгляд изучал лицо собеседницы. — Ты уверена, что Амрита причастна? — Я уверена, что она что-то скрывает, — осторожно сказала Деви. — Тогда нам нужны доказательства. — Видия задумчиво постучала пальцами по подлокотнику кресла. — И человек, который сможет добыть их. В её голосе прозвучал намёк. Деви поняла его сразу. — Господин Басу поехал разбираться с храмом. И с архивами сделок и соглашений, — пояснила Дивия, внимательно наблюдая за реакцией женщины. — Он предположил, что ситуация может быть несколько сложнее, чем мы думаем. — Хм, — махарани кивнула, явно удовлетворённая этим ответом. Дивия сделала паузу, затем продолжила: — Я сегодня планировала поехать к Амрите, может, удастся что-то выяснить. Видия резко повернулась к ней, в глазах мелькнула тень раздражения. — Не глупи. Это опасно, Дивия. — Опасно — бездействовать, когда вокруг плетутся заговоры, — возразила Дивия, выпрямляя спину. — Если я не поеду, мы можем упустить шанс. Видия нахмурилась, её пальцы крепче сжали подлокотник кресла. — Ты слишком умна, чтобы бросаться в омут слепо, — голос её звучал резко, но в нём слышалась забота. — Ты понимаешь, что она может заподозрить тебя? Что, если ты станешь следующей жертвой? — Я не пойду туда без подготовки, — спокойно ответила Дивия. — У меня есть план. — Какой? Дивия чуть наклонилась вперёд, понизив голос: — Я не собираюсь показывать свою обеспокоенность. Напротив, я буду вести себя так, словно ничего не случилось. Как будто меня интересует только поддержание добрых отношений. Если Амрита действительно замешана, она не станет осторожничать, ведь не будет видеть во мне угрозу. Видия прищурилась, обдумывая слова Дивии. — И что ты будешь делать, если она действительно что-то скажет или выдаст себя? — У меня будет стража неподалёку. Если что-то пойдёт не так, они вмешаются. Махарани вздохнула, тяжело и глубоко. — Тогда хотя бы возьми с собой человека, которому можешь доверять, — Видия посмотрела ей прямо в глаза. — И будь осторожна, Деви. Мне не нравится то, что сейчас происходит, — задумчиво сказала Басу, её пальцы вновь постучали по подлокотнику кресла. — Я пришлю сюда часть своих людей. Они будут охранять и тебя, и Рама. — Это лишнее, — Дивия слегка нахмурилась. — Пока у нас нет доказательств, привлекать внимание… — Пока у нас нет доказательств, мы тем более не знаем, откуда ждать удара, — резко перебила Видия. — Ты не понимаешь? Кто-то играет с нами, и если этот «кто-то» решит, что ты мешаешь, он не будет ждать, пока ты соберёшь улики. Дивия крепче сжала пальцы, но промолчала. — Рам совсем плох? — Видия смягчила голос. — Нет, но ему нужна помощь, — вздохнула Дивия. — Я пытаюсь выяснить, но пока не знаю, что именно вызвало ухудшение. Видия кивнула, её взгляд вновь потяжелел. — Доран после расследования вернётся сюда? — Не знаю, — призналась Дивия. — Он сказал, что это может занять несколько дней. — Хорошо… — Видия задумчиво провела пальцем по краю чашки. Несколько мгновений в комнате стояла напряжённая тишина. Дивия внимательно наблюдала за гостьей, стараясь понять, о чём та размышляет. Видия Басу никогда не говорила просто так. Если она пришла сюда, значит, у неё есть не только вопросы, но и собственные выводы. — Что вы думаете, госпожа? — наконец спросила Дивия. — Я уверена, что Амрита не действует одна, — ответила та. — Если кто-то отравляет Рама, значит, у него есть доступ к его еде, лекарствам, воздуху, которым он дышит. Это либо кто-то из прислуги, либо человек, которому он доверяет. — Вы думаете, кто-то еще из дюжины..? — нахмурилась Дивия. — Я думаю, что в Дюжине много тех, кто давно хотел бы изменить баланс сил, — сухо сказала Видия. — И если это действительно так, то твоя поездка к Амрите может стать ключевой. Она либо покажет свою причастность, либо наоборот — выведет нас на кого-то ещё. Дивия слегка наклонила голову, осмысливая слова махарани. — Вы хотите, чтобы я не просто наблюдала за ней, а проверила, кто ещё может быть вовлечён? — Именно, — Видия пристально посмотрела на неё. — Но будь осторожна, Дивия. Ты нужна Дюжине живой, а не в числе жертв. — Хорошо, я постараюсь, — спокойно ответила Деви. — Мы с Сарой возвращаемся домой, ужинать не останемся, — оповестила женщина, вставая с подушек. Она поправила браслеты на запястьях, словно этим жестом подытоживая разговор. — Если Амрита согласится на визит, дай нам знать. И кто-то из твоих людей обязательно должен сообщить мне, что ты благополучно добралась домой. — Есть что-то, чего я не знаю? — с прищуром спросила Дивия. Видия замерла на мгновение, затем тяжело вздохнула. — Есть. И меня это злит. В Калькутте что-то происходит прямо за моей спиной! — её голос зазвенел от раздражения. — Я уверена, что главные зачинщики — Дубеи, но нужно понимать, кто ещё решил перейти на их сторону. Дивия молча кивнула, обдумывая услышанное. Ситуация постепенно приобретала какой-то немыслимый поворот. То, что начиналось как простая болезнь брахмана, всё больше становилось похоже на ловко продуманную игру. Только вот чью? Когда Басу уехала, прихватив с собой дочь и будущего зятя, в покои Дивии принесли письмо. Она развернула плотный пергамент, бегло пробежав глазами по ровным строчкам: «Дорогая Деви! Твоё письмо и удивило, и обрадовало меня! Я буду рада принять тебя сегодня за ужином! Мы как раз будем с тобой только вдвоём, и никто не будет препятствовать нам поговорить, как в старые времена. Жду тебя, Амрита Дубей.» Дивию передёрнуло от отвращения. «Дорогая Деви»… Фальшь сочилась из каждого слова. Их дружба умерла много лет назад, и теперь это письмо было не более чем тонко замаскированным вызовом. Её бывшая подруга всё никак не могла успокоиться. Демонстрируя свой новый статус направо и налево, Амрита даже не задумывалась, насколько периодически выглядела нелепо. Новый статус? Дивия усмехнулась. Как бы Амрита ни старалась, какую бы роль ни пыталась сыграть, родословную не подделаешь. В этом мире неважно, за кого ты вышла замуж. Важно лишь одно — в какой семье ты родилась. И в глазах людей, и в глазах самой Дивии, Амрита всегда будет Рай. Хочет она того или нет.

***

Дивия вышла из кареты, едва взглянув на богато украшенные ворота поместья Дубеев. Слишком пышные, слишком кричащие. Всё здесь словно вопило о деньгах, но не о вкусе. Её встретила служанка — молодая, робкая, с опущенным взглядом. — Госпожа ждёт вас в павильоне для отдыха, — негромко произнесла она и повела гостью через сад. Дивия шагала неторопливо, вдыхая вечерний воздух. В отличие от дома Басу или Шарма, здесь царила какая-то показная роскошь. Цветы высажены в хаотичном порядке, статуи были громоздкими и безвкусными, а аромат благовоний бил в нос слишком резко. В павильоне, полулежа на подушках, её уже ждала Амрита. Дивия сразу заметила изменения. Её бывшая подруга была беременна. Шёлковые одежды подчёркивали округлившийся живот, а золотые браслеты на тонких запястьях тихо звенели при каждом движении. — Деви! — воскликнула Амрита, приподнимаясь. — Какая радость видеть тебя здесь! Дивия подошла ближе, сложив руки перед собой. — Приятно, что ты нашла время для меня, — спокойно ответила она. Амрита жестом велела подать чай. — Конечно, нашла! Мы ведь столько лет были подругами, верно? Разве можно упустить шанс поговорить, особенно теперь, когда столько изменилось! В её глазах сверкнул лукавый огонёк. — Да, многое изменилось, — Дивия села напротив, грациозно заправив за ухо выбившуюся прядь. — И не говори! — Амрита радостно вздохнула. — Представь, ещё несколько лет назад я могла только мечтать о таком положении! А теперь я — жена Раджа Дубея, и совсем скоро подарю ему второго наследника! Она с гордостью положила ладонь на живот, ожидая реакции. — Поздравляю, — ровным голосом сказала Дивия. — Спасибо! — Амрита чуть наклонилась вперёд, заговорщицки понизив голос. — Знаешь, Деви, это так удивительно… Жить без забот, не думать о деньгах, знать, что тебя окружает только самое лучшее… Она скользнула взглядом по золотой росписи на колоннах, по богато расшитым подушкам, словно невзначай намекая, что теперь её богатство превосходит даже состояние подруги. — Должно быть, тебе сложно, — продолжила она, притворно сочувственно. — Ведь ты всегда была самой богатой из нас… а теперь… Она сделала задумчивую паузу, поднося к губам чашку с чаем. Дивия чуть склонила голову, её глаза оставались спокойными. — И теперь что? — мягко поинтересовалась она. Амрита на мгновение замялась, но тут же взяла себя в руки. — Ну, ты ведь понимаешь… Время идёт, всё меняется… Раньше я могла только восхищаться твоей жизнью, а теперь… Теперь у меня есть больше, чем было у тебя. Она улыбнулась, но в этой улыбке сквозило торжество. Дивия выдержала паузу. — Амрита, — произнесла она наконец, беря в руки чашку с чаем, — ты всегда думала, что лишь деньги дают власть. Амрита прищурилась. — И разве не так? — Настоящую власть даёт не золото, а достижения, — спокойно продолжила Дивия, обводя взглядом роскошный, но безвкусный павильон. — Ты можешь купить сколько угодно украшений, обставить свой дом самыми дорогими вещами, окружить себя десятками слуг. Но ты останешься тем, кем родилась. Её голос оставался мягким, но в нём звучала непоколебимая уверенность. — Ты хочешь сказать… — губы Амриты дрогнули, но она тут же взяла себя в руки. — Что я всё ещё Рай? — Я хочу сказать, что в глазах людей — и в своих собственных — ты всегда будешь помнить, откуда пришла. Амрита побледнела. — Радж не считает так! — выпалила она, и в её голосе вдруг появилась едва заметная нотка раздражения. — Радж может считать, что угодно. — Дивия поставила чашку обратно на стол. — Вопрос в том, считаешь ли ты иначе. Амрита открыла рот, но не нашлась с ответом. В павильоне повисла тишина. — Спасибо за приглашение, Амрита. — Ты выглядишь устало, — девушка попыталась улыбнуться, но её губы дрогнули. — У меня много дел, — Дивия легко улыбнулась. — Знаешь, как это бывает… Когда ты управляешь не только домом, но и именем, которое носишь. — Ты знаешь, Деви, до меня дошёл такой нелепый слух! — протянула Амрита, накручивая на палец золотую цепочку, но в её голосе послышалось напряжение. — Будто ты… выкрала брата моего мужа из храма. Представляешь? Она рассмеялась — звонко, чуть наигранно. Но Дивия заметила, как её пальцы невольно сжали край подушки, а глаза вспыхнули тревогой. Дивия приподняла брови, изобразив искреннее изумление. — О, богиня, какой вздор! — выдохнула она с преувеличенным негодованием. Амрита пристально всмотрелась в её лицо. — Так это неправда? — спросила она, и в её голосе прозвучало явное облегчение. Дивия медленно поставила чашку на стол и наклонилась вперёд, с лёгкой улыбкой. — Конечно нет! Он ушёл сам, по своей воле, дорогая. Амрита вздрогнула. — Сам?.. — переспросила она, и её губы дрогнули, словно она не могла решить, злиться ей или бояться. — Но почему?.. — Возможно, он просто устал от… слишком усердных молитв, — невинно предположила Дивия. Она подняла глаза и спокойно встретила взгляд Амриты. Та всё поняла. Лицо её исказилось от раздражения, но она заставила себя улыбнуться. — Ах, Деви, ты всегда была искусна в словесных играх… — протянула она. — Просто предпочитаю называть вещи своими именами, — с лёгким намёком ответила Дивия. Амрита нахмурилась, но тут же сменила тактику. — А еще ты всегда любила бросать вызовы, — заговорила она, поднося чашку к губам. — Но знаешь, в отличие от тебя, мне больше не нужно рисковать. Всё, что я желаю, я получаю, не выходя из дома. Как удобно, правда? Дивия посмотрела на неё с мягким любопытством. — Должно быть, это очень скучно, — заметила она. Амрита замерла, потом коротко усмехнулась. — Совсем нет! — воскликнула она. — Просто теперь у меня есть возможности, о которых раньше можно было только мечтать! Она сделала драматическую паузу и провела рукой по подолу расшитого золотом сари. — Представь, что ты можешь позволить себе всё — лучшие ткани, украшения, дворцы, — перечисляла она, лениво наблюдая за реакцией. Но Дивия оставалась невозмутимой. — Представляю, — кивнула она. — Но знаешь… некоторые вещи нельзя купить. — Ах, опять твоя гордость, — рассмеялась Амрита. — Я думала, тебе давно пора понять, что миром правят деньги, а не пустые иллюзии. Ты просто мне завидуешь, — фыркнула она. Дивия медленно встала. — Завидую? — переспросила она с тёплой улыбкой. — Дорогая, как я могу завидовать тому, что не имеет ни малейшей ценности? Она посмотрела на неё долгим, спокойным взглядом. — Наслаждайся своим золотом, Амрита. Оно хорошо блестит при свете ламп, но помни… свет гаснет. Она развернулась и направилась к выходу, оставив Амриту сидеть в окружении богатства, которое вдруг показалось ей не таким уж и ценным. Дивия поспешно шагала прочь из резиденции Дубеев, чувствуя, как внутри всё сжимается от тревоги. Её не столько злило высокомерие Амриты, сколько беспокоило то, как сильно она изменилась. Словно не осталось и следа от той девушки, которую Дивия когда-то знала. Теперь перед ней стояла чужая женщина — напыщенная, жадная до власти, кичащаяся не своими достижениями. Но тревожило не только это. Амрита слишком нервно отреагировала на новость об уходе Рама. На секунду в её глазах мелькнуло нечто большее, чем простое удивление — страх? Злость? Боль? Почему это было для неё так важно? Дивия чувствовала, что упускает какую-то деталь, что-то витало в воздухе, словно гроза, которая ещё не ударила, но уже наэлектризовала пространство. Она села в карету, коротко кивнув Архату. Тот мгновенно занял своё место напротив, зорко оглядывая улицу. — Всё прошло спокойно? — спросил он. — Насколько это возможно, — пробормотала Дивия, устало потирая виски. Архат кивнул, но промолчал. Лошади тронулись с места, и карета покатилась по извилистым улочкам Калькутты. Однако чем дальше они отъезжали от особняка Дубеев, тем сильнее росло у Дивии чувство, что за ними следят. Она чуть приподняла шторку и скользнула взглядом по улице. Несколько теней мелькнули в переулке, но, возможно, это просто прохожие… или нет? Её губы сжались в тонкую линию. — Архат… — начала она, но не успела договорить. Внезапно послышался крик. Громкое ржание лошадей. Треск ломающегося дерева. Карета резко накренилась набок. Всё завертелось перед глазами, как в тягучем, искаженном сне. Дивия не успела даже вскрикнуть — её резко бросило в сторону, голова ударилась о деревянную панель, и мир провалился в темноту. Последнее, что она услышала перед тем, как сознание покинуло её, был яростный голос Архата: — ЗАСАДА!