Пленник и пленительница

Радость праздника наполняла храм, словно сама богиня благословляла союз, освящая его теплом людских улыбок и светом множества лампад. Члены Дюжины один за другим подходили к молодожёнам, неся подарки, осыпая их благословениями, возлагая на алтарь свои дары, чтобы брахманы позднее принесли их в жертву. Сейчас же всё это было частью торжества — символом принятия, уважения, признания их союза. Дивия держалась с достоинством, принимая подношения и слова добрых пожеланий. Она видела, как кто-то преподносил сверкающие ткани, кто-то — украшения, кто-то — редкие благовония. Всё это было выражением почтения, жестом расположения. Доран, стоявший рядом, принимал поздравления с привычной выдержкой, однако в его взгляде сквозила искра нетерпения. Когда к ним приблизились Радж и Амрита Дубей, Шарма внутренне напряглась. Эти двое никогда не скрывали своей неприязни, и Деви ожидала очередных колких замечаний. — Ох, дорогая, ты так прекрасна! — без предисловий начала Амрита, жеманно вздохнув. — Калькутта ещё не видела невесты красивее! — Спасибо, Амрита, — сдержанно ответила Дивия, прекрасно понимая, что за сладкими словами скрывается нечто иное. — Господин Басу, — с излишним любопытством произнёс Радж, скользнув взглядом по Дорану, — какая неожиданность, что мероприятие всё же состоялось, несмотря на слухи… Шарма почувствовала, как стоящий за её спиной мужчина мгновенно напрягся. Его пальцы, до этого расслабленно покоившиеся на её талии, сжались, словно сдерживая желание среагировать. — Слухи? — холодно переспросил Басу, не сводя с Раджа взгляда, в котором таилась скрытая угроза. — Ах, пустяки! — поспешила вставить Амрита, улыбаясь невинной улыбкой. — Просто некоторые думали, что этот союз так и останется слухами… — Но он состоялся, — спокойно, но твёрдо ответила Дивия, вскинув подбородок. Её голос прозвучал уверенно, и в этот момент Доран ослабил хватку, позволяя жене взять ситуацию под контроль. — Безусловно, — ухмыльнулся Радж, однако его улыбка не коснулась глаз. — Что ж, долгих вам лет, счастливой жизни… Его тон был пропитан снисходительностью, но ни Доран, ни Дивия не позволили этому омрачить их день. Басу едва заметно склонил голову в ответ на пожелания, а Шарма лишь сдержанно улыбнулась. Когда супруги отошли, Дивия наконец вдохнула полной грудью, чувствуя, как напряжение отступает. — Эти асуры никогда не меняются, — тихо сказал Доран, склонившись к её уху. — Они не смогут омрачить наш день, — так же негромко ответила девушка, скользнув пальцами по его ладони. Басу усмехнулся, но в его глазах читалось восхищение. Эта женщина была не только его женой, но и его союзницей, его равной. И он не позволит никому усомниться в этом. Внезапно, верный слуга Дорана подошёл к ним. Деви перевела взгляд с него на мужа, в недоумении ожидая объяснений. — Господин Басу, есть дело, не терпящее отлагательств, — произнёс мужчина извиняющимся тоном, глубоко склонив голову. — Я прошу пройти вас и госпожу Шарма в кабинет в конце зала. Доран медленно выдохнул, словно взвешивая, стоит ли ему уделять внимание этому «неотложному» делу. Затем пожал плечами, предложил жене локоть и, наклонившись к самому её уху, с усмешкой прошептал: — Посмотрим, что за срочность такая. Он повёл её через зал, ловя на себе любопытные взгляды гостей, и вывел в дальний угол, где находился его кабинет. Как только двери за ними закрылись, Доран несколько раз провернул ключ в замке, плотно запирая. Дивия открыла рот, чтобы спросить, что происходит, но не успела — Доран обхватил её за талию, резким движением поднял и усадил на массивный резной стол. — Доран, что…? — едва успела выдохнуть она, прежде чем его губы накрыли её собственные, прерывая любую попытку сопротивления. Поцелуй был требовательным, горячим, почти отчаянным. Дивия рефлекторно сжала мужские плечи, но не оттолкнула — наоборот, притянула ближе, раздвинув колени, позволяя Басу вжаться в неё плотнее. Волна жара прокатилась по телу, вызывая невольный стон. Доран рывком сбросил с девичьих плеч накидку, скользнув ладонями по открытой коже. — Ты сводишь меня с ума, — прошептал он, спускаясь губами к её шее. Его пальцы прошлись по спине, пробежались по линии талии, затем, почти играя, скользнули под сари, дразнящими движениями лаская нежную кожу на её бедре. За дверью раздался настойчивый стук. — Господин Басу! Госпожа! Все ждут вас! Дивия хотела отстраниться, но в этот момент пальцы Дорана скользнули на внутреннюю поверхность бедра, очерчивая огненные узоры на коже. Шарма не сдержала громкого стона, который прозвучал даже громче, чем стук в дверь. — Пусть ждут! — рявкнул Доран, даже не думая останавливаться. Голос за дверью немного замялся, но затем всё же раздалось: — Но господин… — Через время! — отрезал Басу, скользя пальцами дальше, вызывая у жены новый сладостный вскрик. — Не смейте нас беспокоить. Шаги за дверью отдалились, оставляя их одних. — Доран… — Девия прикусила губу, пытаясь хоть немного сохранить самообладание. — Поздно, жена, — усмехнулся он, не прекращая своих движений. — Теперь я тебя никуда не отпущу. И судя по блеску его глаз, это не было угрозой. Это было обещанием. Доран не сводил глаз с жены, погружённый в её дыхание, её аромат, в жар её тела, который пробуждал в нём неистовство. Мужчина провел ладонью по спине и сжал шею. Дивия дёрнулась, когда пальцы другой руки скользнули по коже, горячие, требовательные, обещающие сладкие муки. Волна жара прокатилась по телу, и она запрокинула голову, хватая ртом воздух. — Доран… — голос дрожал, срывался на шёпот, но мужчина не дал договорить. Губы снова нашли её, прерывая слабые протесты, язык вторгся в рот, погружая в омут без остатка. Когда же пальцы мужа оказались там, где жар её был сильнее всего, она вскрикнула и вцепилась в его плечи, ногтями оставляя следы на ткани. Доран хрипло выдохнул, захваченный этим звуком. — Вот так, моя девочка… — прошептал он, зарываясь лицом в шею, оставляя на коже горячие поцелуи. Её тело извивалось, подчиняясь его ритму, спина выгибалась, а пальцы тонули в тёмных локонах мужчины, словно спасаясь от нарастающего блаженства. Но внезапно в дверь вновь постучали. Дивия резко замерла, дыхание сбилось, а до этого рассыпчатая волна удовольствия застыла в напряжённом ожидании. Но Доран даже не думал останавливаться. Напротив, пальцы глубже проникли между ног и принялись интенсивно массировать, заставляя Деви вскрикнуть, прежде чем она успела зажать рот рукой. — Господин, вас ждут, — донёсся голос из-за двери. Доран зло выдохнул, но даже не обернулся. — Подождут, — ответил он хрипло. Дивия попыталась что-то сказать, но стоило мужу слегка надавить пальцами на чувствительную точку, как девушка снова забыла обо всём, кроме нарастающего жара, что вот-вот должен был её поглотить. Дивия судорожно вцепилась в ткань на плечах мужа, зажмурилась, изо всех сил пытаясь сдержать рвущийся из груди стон. Но Доран не оставил ей ни малейшего шанса. — Тише, любовь моя, — выдохнул мужчина, но сам сделал всё, чтобы она не могла повиноваться. Пальцы нашли самую чувствительную точку, обвели её, надавили — и мир вокруг постепенно начал плыть. Девушка задохнулась, голова мотнулась назад, губы приоткрылись в безмолвном крике. Тело охватил жар, оно выгнулось ему навстречу, будто само жаждало большего. Доран заворожённо наблюдал за каждым движением, каждым вздохом, каждым трепетом её кожи под его ладонями. — Посмотри на меня, — велел он, голос был низким, сиплым. Дивия с трудом разлепила ресницы, встретилась с ним взглядом, в котором пылало желание, и… исчезла. Резкий толчок пальцев внутрь, ещё один, сильнее — и девушка застонала, не в силах больше держаться. Волна блаженства обрушилась на неё, лишая разума, превращая её в чистую, сладкую дрожь. Доран знал, что мог бы продолжать, заставить её ещё раз вскрикнуть от восторга, довести до состояния, когда его имя будет слетать с её губ как молитва. Но это была только игра. Прелюдия. Настоящее наслаждение ещё ждало их впереди. Когда Дивия, всё ещё ловя дыхание, посмотрела на него затуманенным взглядом, Доран ухмыльнулся, вытер пальцы о её сари и прошептал: — Теперь, жена, нам пора к гостям. Она знала — он не закончил. Это было обещанием. Шарма не дала ему отстраниться. Девушка смело прильнула к сильному телу и обвила одной рукой шею, а другую прислонила к ткани штанов, поглаживая. Доран шумно выдохнул. — Мой господин хочет оставить свою жену не до конца удовлетворенной? Разве это фундамент настоящего, крепкого брака? — Если ты продолжишь свои действия, твой господин сейчас сорвет с тебя твое прекрасное сари и возьмет тебя прямо здесь. И свадьбу можно будет заканчивать, потому что весь храм будет слышать только твои стоны, драгоценная. Деви не послушалась, лишь сильнее прижав ладонь к паху мужчины. Доран сжал зубы, напрягая челюсть, но его сдержанность трещала по швам. Тонкие пальцы Дивии уверенно сжимали его через плотную ткань, вызывая болезненно сладкое напряжение. — Опасная игра, жена, — выдохнул он, голос хрипел от страсти. — Разве я не должна постигать все стороны брака? — губы коснулись его уха, дыхание обожгло кожу. — Включая самые… чувственные? Доран резко вцепился в её запястье, но не отстранил — лишь задержал, замерев на несколько секунд. Дивия видела, как в его глазах бушует борьба: он жаждал её, но понимал, что это не место и не время. — Ты сводишь меня с ума, — выдохнул он, — и тебе это нравится, верно? Деви прикусила губу и лишь сильнее надавила ладонью. Доран зарычал, сжал её пальцы, заставляя двигаться медленнее, мучительнее, и на миг прикрыл глаза, когда волна наслаждения накрыла его. — Я же предупреждал, — выдохнул он, обхватывая Дивию за талию и прижимая к себе так, что между ними не осталось ни сантиметра. — Тогда возьми меня, господин, — прошептала она, губами касаясь шеи. — Или ты всё же предпочитаешь оставить меня неудовлетворённой? Её слова были вызовом, соблазном, чистой провокацией. Доран развернул девушку спиной к себе, прижал к столу, одной рукой накрыв грудь, а другой, с силой надавив на живот, заставил выгнуться. — Ты знаешь, что я могу, Дивия, — его голос звучал низко, почти звериным рыком. — И если ты не прекратишь, я докажу тебе это прямо сейчас. Дивия тяжело дышала, сердце бешено колотилось. — Так докажи… господин… В этот момент в дверь снова постучали. — Господин, вас ждут! Доран вскинул голову, сделал глубокий вдох, борясь с собой. Деви обернулась, взглянула ему в глаза — и увидела в них тёмное, необузданное пламя. Но Басу не остановился. Он беспощадно задрал ткани сари наверх, являя своему взору вид на бархатную кожу бедер и ягодиц. — Ждите! Проведя ладонью по телу жены, он размахнулся и несильно шлепнул по ягодице, после чего наклонился о поцеловал место шлепка. Деви потерялась в ощущениях. Обстановка, любимый мужчина, его обжигающее доминирование… Шарма была возбуждена настолько, что подгибались ноги. — Еще, господин, — сладострастно прошептала девушка и выгнулась сильнее, подставляя свою кожу под его руки. Доран прищурился, губы исказила дьявольская улыбка. — Ты даже не представляешь, насколько это опасная просьба, — его голос был низким, хриплым, пропитанным предвкушением. Ладонь снова скользнула по коже, дразня, то нежно поглаживая, то чуть грубее сжимая податливую плоть. Дивия застонала, чувствуя, как горячие губы мужа скользят по её пояснице, как язык оставляет обжигающий след. — Доран… — она чуть повернула голову, ловя его взгляд, полный жадности. Доран накрыл её тело своим, плотно прижимая к столу, так, что она чувствовала его твёрдость, его нетерпение. Ещё один стук в дверь. — Господин! Басу раздражённо выдохнул. — Ждите, я сказал! Но его пальцы не отступили. Они скользнули вниз, найдя её центр, дразня и мучая, медленно, настойчиво. Дивия вскинулась, губы разомкнулись в стоне. — Да… — голос дрожал, тело отзывалось на каждое движение. Доран прикусил её плечо, заглушая собственный рык. — Ты доводишь меня до грани, жена, — он прижался к ней ещё сильнее, пальцы ускорились, заставляя Деви извиваться. — Ты кричишь так, словно хочешь, чтобы весь храм знал, что ты моя. Её ноги дрожали, дыхание сбилось, приближаясь к кульминации. — Я… хочу… — тонкие пальцы вцепились в край стола, тело выгнулось. — Громче, — его голос был едва различим, но наполнен требованием. — Доран… — её голос сорвался на стон, когда горячая волна удовольствия начала захлёстывать её. Басу резко отстранился, отняв прикосновения в самый пик наслаждения, оставив её без сил, с дрожащими ногами. — Я предупреждал, — прошептал он, поправляя её сари, но не торопясь отпускать. — Это только начало. Деви чувственно потерлась об него, вызывая тихий рык и еще один шлепок достиг другой ягодицы, уже сильнее, ощутимее. Девушка застонала и дернулась, но не отстранилась. — Еще, хочу сильнее. Пальцы одной руки вновь погрузились в её влагу, чувственным ритмом доводя до безумия, пока вторая рука вновь замахнулась для шлепка. Доран знал, что должен остановиться. Должен, но не мог. Дивия выгибалась в его руках, её дыхание было горячим, обжигающим, как и её тело, прижатое к нему. Деви просила ещё — и он дарил. Скользил ладонями по коже, оставляя огненные следы. Её шёпот, срывающийся на стоны, рождал в его груди голод, древний, первобытный, необузданный. Хотелось поддаться, забыть обо всём, взять её прямо здесь, не заботясь о том, кто за дверью. — Ты невыносима, — голос его хрипел от сдерживаемого желания. — Знаешь об этом? — Да, — Дивия прижалась к нему ещё теснее и наконец-то мужчина не выдержал. Быстро спустив с себя штаны, Доран вошел в Деви одним сильным движением и сразу начал интенсивно двигаться, крепко сжимая бедра жены. Деви закусила губу, чтобы хоть немного сдерживать вырывающиеся из груди стоны. Ощущение заполненности, бешеный ритм, контролируемая грубость движений окончательно добили. Внутри все сжалось, запульсировало и мир взорвался на тысячу мелких частиц. Доведенный до предела её страстью Доран кончил следом, излившись в девушку. Мужчина помог Дивии привести себя в порядок, хотя прекрасно видел, что безупречность её образа безвозвратно потеряна. Волосы растрепались, губы припухли от поцелуев, а в глазах пылало всё ещё не затухшее желание. Она чуть хрипловато усмехнулась, одёргивая складки сари: — Ты любил меня в обеденной зале, в карете, в моем кабинете, теперь в кабинете какого-то брахмана… Интересно, до спальни мы с тобой хоть раз дойдём? Басу рассмеялся, небрежно поправляя манжеты. — Не обещаю, но можем попробовать. Он нежно поцеловал любимую в лоб и, не разжимая пальцев, потянул к выходу. Когда они вышли рука об руку, зал оказался пуст. Лишь несколько слуг убирали лепестки цветов и остатки подношений, а веселье уже переместилось в сторону храмового сада, где гостей ждал банкет. Дивия сделала шаг, но вдруг ощутила, как дрожат ноги. Доран мгновенно уловил это — он и без того замечал, как девушка кусала губы, стараясь скрыть охватившую её слабость. — Едва ли это связано с усталостью, — хмыкнул он, притягивая её к себе. — Неужели моя Деви наконец признает, что иногда стоит подчиниться? Шарма вскинула подбородок, одарив мужа взглядом, полным вызова. — Подчиниться? Я? Доран нагнулся, почти касаясь её губ, и едва слышно прошептал: — Ты уже сделала это. Её дыхание сбилось, но девушка быстро взяла себя в руки, выпрямилась и направилась к выходу, не дожидаясь, когда Басу пойдёт следом. — Торопишься? — догнав её, мужчина скользнул ладонью по её талии, касаясь пальцами кожи под тканью. — Хочу убедиться, что ты не сорвёшься на полпути и не затащишь меня в первый попавшийся угол. — Ты недооцениваешь мою выдержку, драгоценная. Дивия насмешливо взглянула на него через плечо. — О, я как раз знаю её пределы. Доран тихо выругался, но лишь сильнее сжал её талию, заставляя шагать чуть быстрее. Они направились в сад, туда, где их ждали гости, но в воздухе между ними уже вспыхивал новый огонь. И он не угаснет, пока ночь окончательно не заберёт их в своё безмолвное, жадное объятие. В храмовом саду, где раскинулись длинные столы, пьянящий аромат цветов смешивался с запахами изысканных блюд. Но гости, ожидая новобрачных, не спешили занимать места. Они сбились в группы, переговариваясь между собой, переглядываясь и, конечно, строя догадки о том, почему жених с невестой так задержались. Доран, с невозмутимым выражением лица, провёл Деви к её друзьям, ловя на себе взгляды тех, кто, казалось, знал ответ на этот вопрос. Рам, Сара и Эрит бурно обсуждали свадьбу, перемежая разговор громким смехом. — О, а вот и пропажа нашлась! — засмеялась Сара, вскинув брови, как только заметила приближающихся Басу и Шарму. — Дядюшка, что ты сделал с Деви? Она едва на ногах стоит! Её ехидные глаза так и стреляли в пару, а губы тронула лукавая улыбка. Доран даже не вздрогнул, лишь медленно развернулся к племяннице и с самым невинным выражением лица склонил голову: — Выйдешь замуж — узнаешь, любимая племянница. Может быть. Если Эрит будет к тебе добр. Эрит, который только что отпил глоток вина, едва не поперхнулся, а Сара, в свою очередь, расхохоталась. — Будет ли он добр, ещё вопрос, — хмыкнула девушка, многозначительно взглянув на своего жениха. Рам, наблюдая за этой сценой, с ухмылкой обернулся к Дивии: — Ты как? Выглядишь так, будто провела несколько раундов в бою. Деви одарила его холодным взглядом, хотя пламя, всё ещё тлеющее в её глазах, выдавало, что сравнение оказалось не так уж далеко от правды. — Глупости, — спокойно ответила она, ловко выуживая бокал у Дорана. — Это просто напряжённый день. Девушка сделала небольшой глоток вина, надеясь, что это поможет ей прийти в себя, но взгляд супруга, полный хищной насмешки, явно намекал, что тот прекрасно понимает: её дрожащие колени были вызваны не свадебной суетой. Доран наклонился к уху жены и едва слышно пробормотал: — Тебе стоит пить больше воды, иначе ночь окажется слишком долгой для твоих сил, драгоценная. Дивия вздрогнула, но даже не повернулась к нему, лишь медленно провела языком по нижней губе, едва заметно улыбнувшись. — Я выдержу, — прошептала она, прежде чем снова отпить вина. Басу хмыкнул и выпрямился, наблюдая за тем, как тень вызова мелькнула в её глазах. Рам окинул подругу цепким взглядом и ухмыльнулся. — Ракшаси, ты выглядишь так, будто только что одержала победу. Или потерпела сокрушительное поражение. Сарасвати всплеснула руками, сделав невинные глаза: — Ох, Рам, ты что, не видишь? Это же лицо женщины, которая только что прошла через самое священное и сокровенное испытание брака. — Испытание? — хмыкнул Эрит, лениво потягивая вино. — По-моему, это больше похоже на триумфальное шествие. Деви метнула в них ледяной взгляд, но Доран лишь усмехнулся, с нескрываемым удовольствием наблюдая за её реакцией. — Развлекайтесь, не обращайте на нас внимания, — с улыбкой сказал он. — Моя жена в полном порядке. Рам покачал головой, с трудом скрывая смех. — В полном порядке? Доран, ты либо слеп, либо бессовестный лгун. Он драматично указал рукой на Дивию. — Сари в беспорядке, губы припухли, взгляд рассеянный… И, признаюсь, я впервые вижу её в таком состоянии. — Но, наверняка, не последний, — вставила Сара, хихикнув. — Скажи нам честно, Деви, он хоть оставил тебе силы добраться до банкета? Или мы должны вызвать паланкин? — Я понимаю ваше любопытство, но давайте договоримся: если я не спрашиваю о вашей личной жизни, то и вы не спрашиваете о моей. Рам картинно схватился за сердце. — Какая несправедливость! Сарасвати улыбнулась, подмигнув Деви. — А мне вот нравится, когда ты такая. Довольная. Доран, который всё это время молчал, лениво обвёл всех взглядом и склонился к уху жены. — Они правы, драгоценная. Ты выглядишь изумительно. Деви фыркнула, но уголки её губ предательски дрогнули. Когда пришло время занять места за столом, ближе всего к новобрачным сели представители самых влиятельных семей — Басу и Дубеи. Деви ощутила лёгкое напряжение. Её совсем не радовало такое соседство: слишком много чужих взглядов, слишком много людей, готовых подмечать каждую мелочь, любое неосторожное движение. Но Доран, казалось, даже не заметил этого. Он уверенно взял инициативу в свои руки, непринуждённо начиная беседу с Видией Басу. — Итак, куда же вы всё-таки решили отправиться в свадебное путешествие? — Видия улыбнулась, легко водя пальцем по краю бокала. — К океану, — спокойно ответил Доран, бросая короткий взгляд на Деви. — Оказывается, моя жена там ни разу не была. — Правда? — Видия изобразила лёгкое удивление, но в её глазах скользнула тень насмешки. — Неожиданно. — Мне казалось, Деви слишком занята делами семьи, чтобы позволить себе такие путешествия, — вставила Амрита, мельком бросив взгляд на женщину напротив. — Вот именно, — улыбнулась Видия, но в её голосе сквозило тонкое напряжение. — Так что, боюсь, вам не стоит слишком задерживаться. Деви, ты нужна здесь. — Неужели у вас не хватает рук, чтобы справиться без неё? — вкрадчиво поинтересовалась Амрита. — О, руки-то у них есть, — с притворной задумчивостью произнес Радж. — Вот только, похоже, у Махарани они уже опускаются. Он произнёс это с легкой усмешкой, но яд в его словах был очевиден. Деви заметила, как губы Видии дрогнули, но та быстро взяла себя в руки. — Просто дел стало слишком много, — холодно ответила она. — Мы все стараемся ради процветания Дюжины. — Разумеется, — лениво произнёс Доран, откидываясь на спинку стула. — И все-таки я бы предпочёл, чтобы моя жена немного отдохнула после свадьбы, а не разрывалась между праздником и делами. — Как трогательно, — усмехнулся Радж, скрещивая руки на груди. — Не ожидал от тебя такой… мягкости, Доран. — Это не мягкость, а разумность, — беззаботно отозвался мужчина. — Или ты считаешь, что измотанная Деви будет полезнее нам, чем Деви, вернувшаяся с новыми силами? — О, силы ей точно пригодятся, — вставила Амрита с лукавой улыбкой. — Особенно если её муж продолжит быть таким заботливым. Деви не дрогнула, но внутри почувствовала раздражение. Она встретилась с подругой взглядом, медленно улыбаясь. — Вы так интересуетесь нашим союзом… Такое чувство, будто вам не хватает собственных волнений в браке. Улыбка Амриты чуть померкла, но её глаза вспыхнули. — О, милая, не беспокойся за меня. Просто у тебя теперь такой сильный, властный муж… Грех не понаблюдать. — Тогда наблюдайте, — спокойно ответил Доран. — Может чему-то и научитесь. Амрита сжала губы, но быстро скрыла раздражение за очередной улыбкой. Видия бросила на неё предупреждающий взгляд, после чего Амрита повернулась к Дорану: — Я лишь надеюсь, что вы не увлечётесь отдыхом настолько, чтобы забыть о делах. Ваша семья многое взяла на себя в последнее время. — Не беспокойтесь, — спокойно ответил Доран. — Мы не привыкли к праздной жизни. В отличии от многих. Деви почувствовала, как его пальцы под столом легко коснулись её ладони — едва заметный знак. Он здесь. Он рядом. Он контролирует ситуацию. Радж усмехнулся, но больше язвить не стал. Видимо, даже ему стало понятно, что этот раунд они проиграли. Напряжённое равновесие, державшееся за свадебным столом, рухнуло в один момент. Стоило прозвучать ехидной реплике Раджа, как скрытые разногласия выплеснулись наружу, подобно буре, готовой поглотить всех присутствующих. — Видия, ты правда думаешь, что мы настолько глупы? — Радж лениво откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. — Ты подстроила этот брак не ради счастья Дорана и Деви, а чтобы укрепить свою власть. — Как мило слышать это от человека, который сам всю жизнь занимается тем же, — усмехнулась Видия, поправляя браслет на запястье. — О, конечно, переводите разговор в другую сторону! — презрительно фыркнула Амрита, наклоняясь вперёд. — Но мы все понимаем, что происходит. Вы заставили брата жениться на Деви, чтобы получить контроль над Шарма. — И это говорит женщина, которая вышла за Раджа, потому что её семья уже не могла тянуться за нами? — Видия изобразила сочувственную улыбку. — Правда, девочка, ты могла бы быть изобретательнее. — Не этим ли всё время занимались вы, Дубеи? — с лёгкой насмешкой подхватила Деви. — Сначала женили Раджа на Амрите, затем пытались пристроить меня к Раму… — И скажи спасибо, что мы пытались, — раздражённо бросил Радж. — Ты была бы в надёжных руках, а не игрушкой в чужих играх. — Ах, то есть вы готовы решать за меня, но когда кто-то другой делает то же самое, вас это возмущает? — Деви склонила голову, с презрительной улыбкой глядя на Раджа. — Не строй из себя жертву, Шарма, — вмешался Мохан Парасад, отрываясь от кубка с вином. — Тебя никто не заставлял. — О, так вы ещё и намекаете, что это был бы её выбор? — Доран усмехнулся, но его голос был холодным. — Как же забавно наблюдать за тем, как Дубеи внезапно забывают собственные интриги. — Оставьте пустые слова, Басу, — вкрадчиво произнёс Банерджи, старейший из присутствующих. — Мы все знаем, кто из нас тянет одеяло на себя. — Знаем, — безразлично кивнула Видия. — И знаем, кто всегда делает это неуклюже. — Хватит! — резко бросил Радж, ударяя ладонью по столу. — Боишься, что правда испортит тебе вечер? — Рам сложил руки на груди, лениво наблюдая за перепалкой. — Давайте говорить прямо, — вмешалась Сарасвати, сверкнув глазами. — Радж просто в бешенстве, потому что его план развалился. Вы все думали, что контролируете шахматную доску, но не учли, что кто-то может перевернуть её к чертям. — Мы прекрасно всё учитывали, — раздражённо бросил Мохан. — Просто не думали, что Видия так откровенно кинется забирать всё под себя. — Удивительно, как вам хватает наглости обвинять их в том, чем вы сами занимаетесь, — заметил Эрит, ухмыляясь. — Не тебе нас судить, молокосос! — вспылил Банерджи, сверля парня взглядом. — И почему же? — поднял бровь Эрит. — Потому что вам не нравится, что мы больше не собираемся сидеть сложа руки? — Потому что власть — это дело мудрых, а не тех, кто полагается на удачу, — рявкнул Радж. — Вот как? — Деви прищурилась. — Тогда, возможно, вам стоит пересмотреть свои методы, если в итоге вы всё равно остаетесь в проигрыше. Радж прикусил язык, но по его сжатым кулакам было видно, что слова Деви ударили в больное место. — Ну что же, — насмешливо произнесла Видия, глядя на противников с лёгким презрением. — Думаю, на этом наш «дружеский» ужин можно считать оконченным. — Оконченным? — Радж ухмыльнулся. — О нет, Видия. Всё только начинается. — Только начинается? — Видия насмешливо склонила голову. — Радж, ты даже не представляешь, как я этого жду. — Конечно, ведь ты уже видишь себя хозяйкой Дюжины, не так ли? — с презрением бросил Дубей. — О, как ты метко подмечаешь собственные желания, — ответила Видия, пригубив вино. — Ты всегда хотел большего, но, увы, даже твоего бесконечного честолюбия не хватает, чтобы чего-то добиться без чужой помощи. — Вы забываете, с кем говорите! — рявкнула Амрита, сжав бокал так, что ногти побелели. — Напротив, я прекрасно помню, кто из нас кто, — холодно произнесла Басу. — И кто отчаянно пытается доказать обратное. — Всё, хватит! — рявкнул Мохан, ударив кулаком по столу. — Вы забываетесь! — Да, ты прав, — неожиданно мягко согласилась Деви, потягивая из бокала. — Мы забываем, с кем говорим. Стоит ли нам вообще тратить время на людей, которые сначала лицемерно предлагают нам свои союзы, а затем жалуются, что всё пошло не по их плану? — Всё, что мы делаем, — это защищаем Дюжину от жадных загребущих рук твоей новоиспечённой семьи! — огрызнулась Амрита. — Ах, так это вы защитники, оказывается? — саркастично вскинул брови Рам. — Тогда, наверное, мне показалось, что именно вы годами выстраивали свои интриги, сталкивали всех друг с другом и с радостью забрали бы всё, если бы появилась возможность. — И теперь ты, Шарма, стала одной из них, — лениво бросил Банерджи, неспешно потягивая своё вино. — Хотя чему удивляться? Ты и сама рада была без всякой политики лечь под Палача. Вся Калькутта уже который месяц наблюдает за твоим грехопадением. Мгновение — и звук хрустящего стекла нарушил вечернюю тишину. Доран с такой силой сжал бокал в руке, что тот разлетелся на осколки. По пальцам стекали капли крови, но он не обратил на них внимания. В саду стало так тихо, что, казалось, можно было услышать биение сердец. Медленно, с грацией хищника, он поднялся на ноги и, не говоря ни слова, подошёл к Банерджи. Старик и глазом не успел моргнуть, как крепкая рука Дорана вцепилась в его шиворот и без усилий подняла с места. — Доран… — Деви подалась вперёд, но остановилась, увидев выражение лица мужа. Доран смотрел на старика так, будто решал, стоит ли прикончить его прямо сейчас. Затем, одним резким движением, мужчина поднял его над землёй и, словно выброшенный мусор, швырнул в сторону, отчего Банерджи с глухим стуком упал на землю. — Стража! — рявкнул Доран, не оборачиваясь. Воины тут же бросились к столу. — Выставьте его вон. — Но… — забормотал Мохан, вставая. — Немедленно! — голос Дорана прозвучал настолько властно, что никто больше не посмел возразить. Стражники схватили старика за плечи и, не церемонясь, потащили прочь. Банерджи грязно выругался, но вскоре его голос затих вдали. Доран повернулся обратно, его взгляд, тёмный и полный угрозы, обвел оставшихся за столом. — Кто-нибудь ещё хочет проверить моё терпение? Басу вернулся на своё место с выражением, которое больше походило на звериную угрозу, чем на обычно спокойное лицо мужчины. Его взгляд медленно скользнул по собравшимся, в каждом из которых он искал ту искру непокорности, ту тень вызова, которая могла бы ответить на его угрозы. — Ещё одно слово о моей жене, — произнес мужчина, его голос был глубоким, напряжённым, а каждое слово отдавалось в воздухе, как удар тяжёлого молота. — И следующему смельчаку повезёт меньше, чем Банерджи. Убью на месте, не посмотрю ни на титулы, ни на место в дюжине. Это понятно? Его глаза, полные огня и ярости, останавливались на каждом из присутствующих, проверяя их реакцию. Доран говорил это с такой уверенностью, что даже самые властные из собравшихся не могли не почувствовать в его словах тяжёлую угрозу. Доран взял бокал с вином, который был поставлен перед Деви, и, не отрывая взгляда от собравшихся, медленно поднял его к губам. Алая жидкость с блеском застыла в сосуде, как кровавый символ того, что могло последовать за словом. Мужчина отпил глоток. Вино было странно терпким, с каким-то металлическим привкусом, который сразу не уловить, но Басу почувствовал это. Внезапно бокал выпал из его рук. Тонкий звон стекла, разбивающегося об стол, пронзил тишину. Бокал разбился на осколки, и в тот же момент сам Доран, казавшийся до этого незыблемым, слегка пошатнулся. Его лицо побледнело, а тело, словно лишённое сил, завалилось на бок. Мужчина не успел поймать равновесие и рухнул. От ужаса и шока все вокруг замерли. Мгновенная паника заполнила сад. Деви, сидевшая рядом, закричала, её голос вырвался из груди с непередаваемой болью и страхом. Девушка бросилась к мужу, её руки дрожали, когда она пыталась удержать его в сидячем положении, но ничего не могла сделать. Доран, как будто лишённый всех сил, не поддавался. Сильное тело было как безжизненная масса, его глаза закрылись, а губы слегка посинели. Он был без сознания. — Отравление! — яростно закричала Видия.