Интересен с первых строк

— Что ты, черт возьми, сейчас сказал?— надменно произнес Ин Хо после пары секунд молчания. Как только он услышал слова Ги Хуна, его прежняя улыбка в тот же миг исчезла, сменяясь на шокированное выражение лица. Он сверлил взглядом юношу напротив, который, в свою очередь, в игривой манере наклонил голову чуть в бок, продолжая расплываться в самодовольной усмешке. Ги Хун на самом деле впервые видит настолько пристальный взгляд Хвана в свою сторону. Да, они не раз на тех съёмках взаимодействовали подобным образом, но глаза мужчины всегда смотрели на него с неким трепетом, что никак не могло стоять в сравнении с тем взглядом, который все еще был направлен на юношу в данный момент. Ги Хуну хотелось съёжиться под таким взором и в привычной для себя манере отвести взгляд, но желание показать себя именно с такой стороны затмевало все эти навязчивые мысли. Его, честно говоря, немного раздражал тот факт, что по натуре он был достаточно самоуверенным парнем, который не прочь время от времени бросить что-то саркастичное. Но еще на тех съёмках он заметил, что в компании именно этого человека Ги Хун чувствовал, как его достоинство падает ниже плинтуса и кроме как краснеть он больше не был ни на что способен. Поэтому на данный момент музыканту хотелось показать своему собеседнику, что он абсолютно не такой, каким Хван уже успел его увидеть за все это время. И несмотря на бешено колотящееся сердце, он продолжал строить из себя крутого. — Повтори, — уже более угрожающе произнес мужчина, наклоняясь немного ближе в сторону этого сорванца. — А что, господин Хван, к сорока годам слух подводит? — съязвил парень и подпер подбородок правой рукой. Ин Хо на данное высказывание никак не отреагировал. Он лишь тяжко вздохнул и, прикрыв глаза, снова откинулся на спинку стула, размышляя над своей странной реакцией на ранее сказанное парнем. Актер все еще пребывал в шоке от осознания того, что спустя столько времени он всё же смог встретиться с тем ярким юношей, который прямо сейчас сидит напротив него и давит ехидную ухмылку. К слову, изменения во внешности Ги Хуна и были для мужчины главным фактором, по которому он хоть и догадывался, но полностью не мог убедить себя в том, что солист, чей вокал не давал ему покоя всю эту неделю — это тот самый красноволосый парень со съёмок. Просидев так еще пару минут, погруженный в собственные мысли, Ин Хо из этого всего сделал вывод: он смог, наконец, вновь встретиться с этим человеком, даже несмотря на то, что такое расстояние для них в новинку. И раз выдалась возможность узнать ответы на терзающие мужчину вопросы и в коем-то веке разъяснить между ними ситуацию, то почему бы этим не воспользоваться. Прокрутив данную мысль в голове, он вновь сел прямо и уже без намека на агрессию, спокойно произнёс: — Ги Хун, мне кажется нам стоит прояснить ситуацию. На мой взгляд, между нами осталось достаточно недосказанностей, которые, по крайней мере мне, хотелось бы решить, — выражение лица юноши в миг изменилось на более задумчивое, напрочь позабыв про былое желание показать себя с язвительной и самоуверенной стороны. После чего, последовав примеру мужчины, он выпрямился, все еще хоть и с трудом, но продолжая смотреть в глаза собеседнику. — Почему ты тогда уехал? — неожиданно для парня спросил Ин Хо, вгоняя того в ступор. — Я... — отдаленно произнес Ги Хун и не выдержав, отвёл свой взгляд в сторону, позже цепляясь им за недопитый бокал с алкоголем. Он не спешил продолжать свою фразу, так как морально готовился к тому, чтобы произнести следующие слова. В конце концов немного нахмурившись, парень с горечью на языке смог еле слышно продолжить: — Я уехал тогда на похороны своей матери в другой город, — на секунду он замолчал, прочищая горло. — Еще при жизни она говорила, что хочет быть похоронена на одном кладбище со своими родителями, могилы которых находятся далеко не в Сеуле. Ответ Ги Хуна, мягко говоря, шокировал Ин Хо. Раньше он много раздумывал над тем, по какой причине юноше пришлось тогда уехать. Мужчина перебирал множество вариантов, но в конечном итоге он услышал то, о чем и задуматься не смел. Наблюдать такого внезапно поникшего вокалиста было морально тяжело для Хвана, поэтому он мигом поспешил извиниться: — Ги Хун... Прими мои искренние извинения. Я не хотел ворошить твое прошлое, — сочувственно произнёс мужчина, пока парень все также продолжал таращится на содержимое в сосуде. — Господин Хван, вам не стоит извиняться передо мной. Вы же не знали. — Мы можем сменить тему, если ты этого хочешь. Немного поразмыслив над предложением Ин Хо, Ги Хун все же решил, что несмотря на осидающую боль при одной лишь мысли о покойной матери, он должен поделиться этим с мужчиной. Если они действительно хотят разъяснить ситуацию между друг другом, то это необходимая мера. Господин Хван точно будет не против и Ги Хун прекрасно это знает. Поэтому покачав головой в отрицательном жесте, он начал: — Мы всегда были малообеспеченной семьей. Маминой пенсии с трудом хватало на ежемесячную оплату нашей маленькой квартиры. Что уж там говорить про мои гроши, заработанные с выступлений в барах и ресторанах. На тот момент я заканчивал учёбу в консерватории и из-за большой нагрузки попросту не мог устроиться даже на подработку, — парень замолчал, кидая быстрый взгляд в сторону Ин Хо. Убедившись, что тот внимательно его слушает, он продолжил: — Однажды когда я вернулся с учёбы, то обнаружил, что ее нигде не было дома, а после мне позвонили и сообщили, что она находится в больнице. Как оказалось, у нее был запущенный сахарный диабет, из-за которого ее ноги, в буквальном смысле, начали гнить. В тот момент мне нужны были деньги как никогда, поэтому я стал искать работу как можно скорее. — Ты всё-таки смог устроиться куда-нибудь, Ги Хун? — обеспокоенно спросил Ин Хо, ловя каждую эмоцию на лице юноши. — Не сразу, но да. После окончания очередного выступления в элитном ресторане, ко мне подошёл статный мужчина со словами о том, что ему понравилось мое тело, — Хван в ту же секунду нахмурился после услышанного и с недоверием переспросил: — Понравилось твое тело? — Ну... Черт, я не так выразился, — неловко рассмеялся парень, мгновенно заливаясь краской. — Я имею ввиду, что ему понравилось мое телосложение, так как, по его словам, оно подходило под определённые параметры. Этот мужчина, как оказалось, являлся владельцем крупного модельного агентства. Он дал мне визитку со словами: «Если понадобятся деньги и хорошая работа, то вам стоит обратиться к нам». — Я так понимаю, ты этим воспользовался и все же обратился к ним, верно? — невзначай спросил Ин Хо, хоть и понимал, что ответ наверняка будет положительным. — Ну конечно! А что мне еще оставалось делать? — задал юноша риторический вопрос, вскинув на столе свои руки. — Как только я попал в их агенство, тот мужчина предложил мне изменить свой внешний вид и создать что-то вроде образа. Он выделил мне определённую сумму, после чего я сходил в парикмахерскую и покрасил свои волосы в красный, чему он был крайне доволен. Со временем мне понравилось изображать легкомысленного яркого парня, поэтому подобные черты все же остались во мне, — Ги Хун смущённо улыбнулся, но спустя мгновение этой эмоции будто бы и не было на его лице. — В модельном агентстве платили достаточно, чтобы я мог вскорем времени оплатить маме операцию. Когда я наконец накопил полную сумму, я возвращался радостный домой после очередной вечерней фотосессии, — глаза парня внезапно заблестели. Он отвернулся немного в сторону, давая волю его отросшим волосам закрыть половину своего лица. — Я тогда... такой чертовски счастливый вернулся домой. Но пройдя на кухню меня охватил ужас, — всхлипнув, осипшим голосом произнёс музыкант. — Она лежала мертвая на холодном полу... Я не успел. Эти слова были последними перед тем, как Ин Хо заметил первую слезу, что так одиноко скатилась по щеке опечаленного юноши. Мужчина почувствовал, как в его сердце в тот же миг вонзили притупленным ножом, тем самым причиняя Хвану еще больше боли, чем если бы это было сделано чем-то острым. Когда капля скрылась за воротником его белой рубашки, из глаз Ги Хуна внезапно хлынул поток горячих слез. Парень мигом прикрыл лицо руками, тем самым пытаясь скрыться от столь пронзительного взгляда господина Хвана. Он хотел было извиниться перед мужчиной за свое поведение, но с его уст сошлось нечто иное: — Это... это все моя вина... Я должен... должен был устроится на дополнительную работу. Если бы я постарался больше... Она... она была бы жива, — будто в бреду шептал себе под нос мальчишка, снова утыкаясь в свои ладони и рыдая с новой силой. Ин Хо не мог больше наблюдать такое поведение Ги Хуна. Каждое произнесённое парнем слово ощущалось для мужчины, как очередной удар тупым ножом, от которого он мог чувствовать, будто его плоть разрывают изнутри. Пока парень продолжал заливаться слезами, актер не выдержав, встал из-за стола и подошёл ближе к дрожащему телу. Тот хотел было снова начать свою тираду, но неожиданно для Ги Хуна, мужчина схватил его по обе стороны лица, заставляя юношу поднять свой заплаканный взгляд на собеседника. — Ги Хун, посмотри на меня, —взволнованно произнес Ин Хо, нежно поглаживая пальцами мягкую кожу парня. — Ты ни в чем не виноват. Запомни это. В ее смерти нет твоей вины. — Н-но... Она рассчитывала на меня. Они все... рассчитывали на такую бездарность, как я... — в уголках его глаз снова начала собираться влага, а после мигом скатились по итак влажным дорожкам на щекам. — Малыш, не говори так, — успокаивающе шепнул актёр, а затем приблизился к лицу плачущего Ги Хуна. — Ты сделал все, что было в твоих силах. Если она умерла таким образом, значит так действительно было нужно, — слезный поток перестал литься из карих глаз юноши, чему Хван легонько улыбнулся. — Вот так, Ги Хун. Не нужно портить свое прелестное личико этими горестными слезами. Все это уже позади. Они находились в таком положении еще пару минут. Пока Ин Хо нежно улыбался парню уголками губ, тот в это время потихоньку успокаивался, рассматривая лицо актера напротив. От осознавания того, что они на данный момент находятся в довольно-таки странном для двух мужчин положении, Ги Хун отвел взгляд от Хвана и стал вглядываться в людей на другом конце зала, которые, кстати, не обращали на них никакого внимания. Взглянув снова на мужчину, он в ту же секунду залился краской, так как происходящее между ними внезапно показалось ему чем-то большим, чем оно являлось на самом деле. У Ги Хуна даже складывалось ощущение, будто ничего кроме него и господина Хвана не существовало прямо сейчас. От таких размышлений вокалист блаженно прикрыл глаза, наслаждаясь чужими приятными прикосновениями, что так эффективно успокаивали его. — Ги Хун? — откуда-то сверху позвал его актер. — М? — приоткрыв веки, сипло промычал тот. — Тебе принести стакан воды? — Да, я был бы очень этому рад... — от былых рыданий горло пересохло, поэтому мысли о прохладной воде заставили его наконец улыбнуться. — Хорошо, подожди немного, я быстро, — Ин Хо ответно ему ухмыльнулся, на последок проводя ладонью по взъерошенным волосам юноши. Остаться наедине с собой Ги Хуну пришлось не надолго, но этого времени вполне хватило ему, чтобы прокрутить все произошедшее в своей голове еще раз и почувствовать новую порцию стыда. Он вновь закрыл лицо руками, проклиная себя за гребанную эмоциональность. Ему так сильно хотелось прямо сейчас провалиться сквозь землю, что у парня даже появилась мысль по-быстрому уйти из ресторана и оставить Ин Хо одного. Но подумав получше, он все же не сдвинувшись с места, продолжил ожидать прихода мужчины. Спустя буквально минуту Хван уже сидел напротив вокалиста, протягивая тому стакан прохладной воды. Все еще чувствуя себя смущенным от всей этой ситуации, Ги Хун не смог толком ничего произнести, поэтому взяв стакан в руки, он лишь в знак благодарности кивнул. — Ги Хун, что насчёт твоей карьеры в модельном агентстве? — внезапно задался вопросом мужчина, пока тот медленно пил воду. — Ты всё таки вернулся туда? Или же я ошибаюсь? Опустошив стакан, парень поставил сосуд на стол и не поднимая взгляда на собеседника, неуверенно произнёс: — После смерти мамы, я не мог туда вернуться. Это место ассоциировалось у меня только с бесконечными попытками заработать, чтобы продлить жизнь дорогого мне человека, которого я так и не смог уберечь от смерти, — Сон подпер подбородок, следовательно тяжело вздохнув. — Да и моё сердце никогда не лежало к подобному роду деятельности. Поэтому стоило мне более-менее восстановиться, как я сразу же разорвал контракт с этим агентством, мгновенно уволившись. Лицо Хвана на секунду приобрело оттенок явного негодования от такого решения Ги Хуна. Но всё же спустя время он легонько кивнул, так ничего и не ответив. Посидев пару минут в тишине, Ин Хо в какой-то момент перевёл взгляд снова на юношу, предварительно спросив: — Ги Хун, ты все еще проживаешь в той квартире? — Нет. Я просто не мог там оставаться, — произнес Ги Хун, не поднимая взгляда на собеседника. — Я попросил у Чон Бэ остаться у него на пару дней, ну или до тех пор, пока не смогу снять хоть какую-то квартиру. Он на тот момент хоть и проживал с женой, но в дом меня к себе впустил, — парень в следующую секунду отчего-то с виноватым видом перевёл взгляд на Хвана. — Но спустя месяц моего прибывания в их квартире они развелись. Я неуверен с чем это связано, так как Чон Бэ просто отказывается поднимать эту тему, но по какой-то причине я чувствую себя виноватым в этом. Мне, наверное, не стоило вторгаться в их личное пространство, — после сказанного он опустил свою голову на лежащие на столе скрещённые руки, а после приглушённо промычал: — Да что же не так то со мной... — Ги Хун, ты слишком много берёшь на себя, — задумчиво произнес Ин Хо, не сводя с него глаз. Мужчина протянул руку к музыканту и вновь дотронувшись до его тёмных волос, стал ласково перебирать его милые кудряшки. — Тебе не стоит винить во всем только себя, слышишь? Ни в чем из того, что ты успел мне рассказать, нет твоей вины. Парень никак не отреагировал на слова Хвана, все также продолжая лежать на столе, лишь время от времени подрагивая от слишком приятных ощущений, когда мужчина проводил кончиками пальцев по особо чувствительным местам. И хоть актеру так хотелось продлить этот момент настолько, насколько это было возможно, он понимал, что пока Ги Хун находится в таком опустошенном состоянии, мужчине будет также тяжело на душе, как и ему. Поэтому вскоре отстранившись от волос парня, он решил сменить тему: — Ты все таки съехал от Чон Бэ или как? — На самом деле нет, — выглянув из своего укромного места, произнес вокалист. — После того, как мы оба лишились дорогих для нас людей, Чон Бэ предложил остаться жить у него, так как для нас обоих этот вариант показался комфортным. — Согласен, — понимающе кивнул Ин Хо. Мужчина подпер подбородок рукой, после чего задумавшись на некоторое время, он в конечном итоге решил поделиться кое-чем с Ги Хуной. — Знаешь, — парень снова выглянул из укрытия, давая Хвану понять, что он его слушает. — Мы на самом деле с тобой этим очень похожи, Ги Хун. — «Этим» — это чем? — недоуменно произнес парень, усаживаясь по нормальному. — Потерей близких, если так можно выразиться, — он огорчённо усмехнулся. — Много лет назад я точно также, как и ты, потерял для себя близкого человека. Она была моей беременной женой, которая из-за болезни погибла при родах. Ей точно также, как и твоей матери, нужны были деньги для операции. Я не успел вовремя накопить определённую сумму и ей пришлось рожать с риском на смерть. В итоге умерла не только она, но и наш ребёнок, — предложения неосознанно получились обрывистыми, но, возможно, так было даже лучше, так как мужчина не особо горел желанием вдаваться в подробности. Ему было лишь важно, чтобы Ги смог осознать далее сказанные им слова. — Оу, — встревоженно озвучил Ги Хун. —Мне жаль, господин Хван... — Не нужно мне сочувствовать, Ги Хун. Да, мне было больно, но я смог пройти через это, — Ин Хо потянулся к ладоням парня, которые в это время мирно лежали на столе. Он трепетно взял того за руки и тихо, но дасточно для того, чтобы его услышали, произнёс, — И ты сможешь, Ги Хун. Со временем ты поймёшь, что вовсе не виноват в ее смерти. Тогда ты сможешь ее отпустить и жить дальше. Слова мужчины выбили Ги Хуна из колеи. Он обескураженно всматривался в лицо актера, который в это время бережно сжимал его руки. Мужчина осторожно погладил большими пальцами кожу юноши, заставляя того на секунду перевести взгляд с собеседника на их соединённые воедино руки и в изумлении приоткрыть рот. Он еще некоторое время смущённо смотрел на то, как Ин Хо опасливо, будто боясь спугнуть, продолжал свои поглаживания, а после подняв снова на него свой растерянный взгляд, неловко произнёс: — Хорошо... Спасибо за ваши слова, господин Хван. Ин Хо улыбнулся уголками губ, а после нехотя отпустил его столь чудесные и приятные на ощупь руки. Затем его взгляд упал на их давно опустевшие бокалы, что мирно стояли по правую от мужчины сторону, которые не помешало бы снова заполнить алкоголем. — Ги Хун, тебе понравилось мартини? — спросил невзначай Хван, поднявшись со стула и взяв по обе руки два сосуда. — В целом, да, — ответил парень, наблюдая за действиями мужчины. — Отлично, тогда я пойду схожу и повторю нам, — бросил на последок Ин Хо, перед тем, как удалиться к барной стойке. Спустя пару минут, мужчина показался в поле зрения Ги Хуна. Перед тем как присесть, он слегка наклонившись, поставил бокал с вином рядом с юношей, в то время, как его алкоголь остался у него в руке. Уже сидя напротив музыканта, он сделал небольшой глоток янтарной жидкости, заметив, как парень наблюдая за его действиями, сделал тоже самое со своим напитком. Это безоговорочно позабавило Ин Хо. Они ещё какое-то время сидели в неловком молчании, которое, казалось, было ощутимым только для Ги Хуна. На фоне звучала классическая музыка, что не могла не приносить удовольствия двум ценителям такого искусства. Вокалист, прикрыв глаза, внимательно вслушивался в виртуозную игру русского композитора Рахманинова, мысленно разбирая все услышанные им гаммы и ноты. Когда произведение подошло к концу, парень разлепив веки, обратился к актёру: — Господин Хван, а почему- — Ин Хо, — неожиданно прервал его мужчина. — Что? — в недоумении уставился на собеседника Ги Хун. — Зови меня Ин Хо. Все же не первый день знакомы, — усмехнулся Хван, делая очередной глоток алкоголя. — А... Ну... Если вы... То есть ты, не против, — неловко рассмеявшись, произнес парень, оттягивая ворот белоснежной рубашки. — Так что ты собирался спросить? — А, да, точно, — мужчина знатно сбил его с толку, из-за чего Ги Хун даже забыл о своём ранее недосказанном вопросе. Помотав слегка головой, он все же спросил: — Почему ты так и не подошёл ко мне за все те пять месяцев? После услышанного Ин Хо нахмурился, что не смогло скрыться от внимания вокалиста. Актер еще пару секунд молчал, вероятнее всего размышляя над ответом, а после низко произнёс: — У меня были причины, по которым я не мог просто взять и подойти. — А что за причины? — более уточняюще спросил Ги Хун. — Просто если мы действительно хотим полностью разъяснить ситуацию между нами, то это определённо не то, что нужно скрывать. — Ты прав, — обречённо вздохнул Ин Хо, проведя кончиками пальцев по своим волосам. — В таком случае... — сосредоточенно хмыкнул мужчина, перед тем, как приступить к пояснениям. —Изначально меня мучал вопрос: кто ты такой? Поскольку ты ничем не напоминал члена съемочной группы, массовки или актера. Но при этом всем никого не смущало присутствие постороннего человека, поэтому мне ничего не оставалось, кроме как изредка подглядывать на тебя, — мужчина сделал паузу, глотнув содержимое из своего бокала. Затем прочистив горло, он опёрся локтями о твёрдую поверхность и скрестив руки в замок, подпер подбородок. — Конечно да, не буду скрывать, что ты оказывал на меня некое влияние... — И какое же? — смущённо произнес Ги Хун, чем вызвал со стороны Хвана явную усмешку. — Малыш, нам еще рано с тобой о подобном говорить, — удовлетворенно промурчал Ин Хо, расплываясь в хитрой улыбке. — Господи, не называй меня так! — возмущённо выкрикнул юноша, чувствуя, как по его лицу распознается проклятый румянец. Он яростно закрыл лицо руками, пока мужчина в это время низко посмеивался с такой очаровательной реакции Ги Хуна. — Ну хорошо-хорошо, малыш, как скажешь, — поддразнивающе пролепетал актер, ловя на себе разгневанный взгляд собеседника. — В общем, — все же решил он продолжить, проследив за тем, как тонкие пальцы перестали заслонять глаза парня, но при это все также закрывали половину его лица. — В какой-то момент я начал все чаще наблюдать за вашими с Сан Ву взаимодействиями и вскоре сделал для себя вывод, что вы, вероятнее всего, встречаетесь. Я думал, Чхо вряд ли бы понравилось, если бы к его парню подошёл один из актёров и попросил номер телефона, дабы познакомиться поближе. Ги Хун застыл в смятении. Он медленно убрал ладони от своего лица, смотря на мужчину с нечитаемой гримасой, а потом за считанные секунды повалился корпусом на стол в сопровождении собственного истерического смеха. Его тело подрагивало все снова и снова, пока Хван искренне не мог понять его реакцию. «Разве я сказал что-то смешное?» — крутилось в голове мужчины, в то время как юноша уже чуть ли не начал стучать кулаками по столу, но, к счастью, вовремя опомнился. Ин Хо на самом деле впервые почувствовал себя неловко в чьем-то присутствии, так как бросив взгляд в сторону остальных посетителей, он заметил их заинтересованность в происходящем. Поэтому Хван поспешил успокоить неугомонного сорванца: — Ги Хун, успокойся, на нас уже люди смотрят, — твёрдо произнёс мужчина, моментально получив нужный эффект. Тело Ги Хуна хоть и перестало биться в конвульсиях, но оно все также продолжало лежать на столе, что тоже не особо радовало Ин Хо. — Я разве сказал что-то смешное? — озвучил он ранее прозвучавшую в его голове мысль. — Ты шутишь? — скептически пролепетал вокалист, усаживаясь, наконец, в нормальное положение. Смахнув со лба испарину, он сделал еще пару вдохов и выдохов для нормализации дыхания, а после снова, не выдержав, прыснул со смеху. — Ин Хо ты... Ты, черт возьми, серьёзно думал, что я... И он... Ха-ха! Что я — раздолбай из Сан Мун-дона и он — гордость всего Сеула и, в тоже время, всемирный актер могли встречаться? — Ги Хун, к несчастью мужчины, снова свалился на стол. Пропустив через себя еще пару смешков, юноша резко выпрямился и с еще большей издёвкой произнёс: — И то есть ты хочешь сказать, что не смог подойти ко мне только из-за этого? — Да. Не вижу в этом ничего смешного, — с недовольством проворчал Ин Хо. Допив коньяк из своего бокала и скрестив руки у себя на груди, он надменно пялился на юношу, который уже немного подуспокоившись, откинулся на спинку стула и делал дыхательную гимнастику. — Фу-у-х, ну ты даёшь, — с усмешкой произнес вокалист перед тем, как по-хорошему усесться на стуле. — А вообще, да. Согласен, что если бы я действительно, не дай Бог, встречался с Сан Ву, то да, в таком случае твое желание познакомиться со мной вызвало бы вопросы, — озадаченно проговорил Ги Хун, замечая на себе взгляд мужчины, который читался буквально как: «А я о чем». — Но из‐за того, что на самом деле всего этого между нами нет и никогда не было, обидно, конечно, что мы с тобой сумели лишь сегодня впервые за всё это время нормально поговорить. — Ладно, проехали, — махнув рукой, буркнул Ин Хо. — Ты сам-то почему ко мне не подошёл? — Да я просто выжидал именно от тебя каких-то действий, но в итоге как-то не сложилось и позже я жалел о том, что не взял всю ситуацию в свои руки, — буднично пролепетал юноша с довольной ухмылкой. — Похоже все таки мне стоило сделать первый шаг, — невзначай кинул Ги Хун, подперев подбородок рукой. — Да уж, — закатив глаза, согласился Хван. Последующие полтора часа пролетели для них слишком быстро: после того как они разъяснили между друг другом всю ситуацию, оставив позади случившиеся недоразумения, они неосознанно перешли к обычной дружеской беседе. Каждый из них рассказывал истории из своей жизни, делился фактами и многим интересным; например, Ги Хун был удивлен, когда Хван поведал ему о том, что в возрасте десяти лет его отдали учиться играть на флейте в музыкальную школу. Однако оказалось, что Ин Хо так и не смог ее закончить и полностью позабыл всё наученное там. Теперь парень рассказывал своему собеседнику об одном из многочисленных выступлений с Чжун Хи и Чон Бэ в баре: — Не успел я и глазом моргнуть, как Чон Бэ напился под конец нашего концерта. Этот дармоед последние три песни валялся под сценой в обнимку с барабанными палочками, в то время как нам с Чжун Хи пришлось с трудом выкручиваться из всей этой ситуации. А потом мы к тому же тащили это пьяное тело до нашей с ним квартиры, — возмущенно рассказывал Ги Хун, параллельно вскидывая руки, пока Хван в это время издавал смешки, а затем и вовсе после завершения рассказа залился своим бархатным смехом. Внезапно из сумки мужчины послышался звук вибрации, тем самым оповещая хозяина о входящем вызове. Он мигом достал оттуда телефон и увидев на экране номер режиссёра, нажал на зелёную кнопочку и вежливо поздоровался: — Здравствуйте, господин Иль Нам, что-то стряслось? Ги Хун в это время тихо наблюдал за тем, как Хван сосредоточенно вслушивался в слова человека, с которым говорит. А после, сказав напоследок: «Скоро буду», отключился. Убрав гаджет снова в сумку, мужчина обратился к юноше: — К сожалению, мне пора идти, Ги Хун. Звонил режиссёр фильма, в котором я снимаюсь на данный момент, и сообщил, что нужно по какой-то причине всем актёрам быть на съёмочной площадке и разъяснить парочку несостыковок, — огорченно произнес Ин Хо, искренне не желая покидать вокалиста. Но спустя мгновение на его лице появилась ухмылка, на которую парень вопросительно выгнул бровь. Мужчина придвинулся ближе к собеседнику и хрипло промолвил: — Малыш, дай-ка мне свой номер телефона. — Да ну неужели! — торжество вскрикнул Ги Хун, даже не обратив внимания на то, как мужчина снова его назвал. — Записывайте! — радостно заявил он, когда в руках Хвана вновь появился телефон. — Замечательно... — прошептал Ин Хо себе под нос, расплываясь в блаженной улыбке, как только записал контакт юноши как «Мой яркий мальчик». Он снова бросил гаджет в сумку, доставая оттуда теперь стопку купюр, что пару часов назад также вручил Чжун Хи. Актёр протянул корешок встревоженному Ги Хуну, дожидаясь, пока тот самостоятельно не возьмёт эти деньги. — А это за твои старания и труды. Ты точно также, как и Чжун Хи, заслужил эти деньги, — с лукавой улыбкой произнес Хван, вставая из-за стола. — Хорошо. Спасибо вам огромное... За все, — смущённо проворковал юноша. — Не за что, Ги Хун, — похлопал он вокалиста по плечу, встав у него за спиной. Наклонившись ближе к его уху, мужчина шумно выдохнул, пуская в тот же миг по телу парня волну мурашек, а затем горячо прошептал: — До скорого, малыш. — И в-вам, — промямлил юноша, хоть и был уверен, что Ин Хо по близости уже не было. Так и оказалось. Стоило ему повершуться в сторону входной двери, как из нее вышел мужчина. Ги Хун еще пару минут пялился на белую столешницу, пытаясь переварить все случившиеся за день события. Он измученно вздохнул, отказываясь верить в происходящее. Достав из кармана брюк телефон, парень нажал на один из контактов и стал терпеливо выжидать ответа. Когда его вызов приняли, в ту же секунду из динамика послышался уж слишком громкий голос Чон Бэ: — Хэй, ну что там, Ги Хун? — Чон Бэ, это пиздец... — Неужели его член оказался не таким огромным, как ты себе представлял? — с издёвкой произнес его друг. — Ты придурок!? — смущённо вскрикнул Ги Хун, явно не ожидав такого ответа. На том конце послышался истерический смех Чон Бэ вперемешку с еще одним, не менее знакомым. — Дэ Хо с тобой? — Ага, мы хотели к нам зайти, ты не против? — Позови еще Чжун Хи. Я скоро буду дома. — Опа-а-а, намечается движ, — воодушевлённо ответил Чон Бэ, после чего Ги Хун мигом сбросил звонок, запихнув телефон снова в карман брюк и встав из-за стола, направился к выходу.

***

Стоило Ги Хуну закрыть за собой входную дверь, как до слуха парня в ту же секунду донеслись бурные возгласы и шумный топот, который вскоре оказался вместе с ним в одной прихожей. Трое друзей накинулись на вокалиста с расспросами, не давая тому даже по-человечески стянуть с ног ботинки. Прижавшись спиной к стене и расстегнув молнию на обуви, ее вскоре поставили рядом с двумя парами кроссовок, принадлежавшие Чон Бэ и Дэ Хо, которые прямо сейчас не могли заткнуться и перестать заваливать Ги Хуна все новыми и новыми вопросами. Также рядышком стояли аккуратные черные туфельки с низким каблуком, хозяйка которых в отличии от тех двух просто висла на плече замученного юноши. — Ну Ги Ху-у-унчик, давай рассказывай уже, — нетерпеливо прогудел Пак и точно также, как и Чжун Хи, привалился к плечу парня. — Да Господи, вы может дадите мне хотя бы прихожую покинуть!? — с недовольством завопил вокалист, грубо сбрасывая друзей с его начавших гудеть плеч. Дэ Хо наблюдая за происходящим, решил удалиться на кухню и заварить всем чаю, лишь бы не попасть под горячую руку Ги Хуна. Заметив отсутствие Дэ Хо, Чон Бэ с Чжун Хи решили повторить действия друга и в быстром темпе покинули прихожую, возвращаясь обратно в гостиную. Оставшись, наконец, один, парень возобновил дыхание и направился в ванную комнату, чтобы помыть после улицы руки. Зайдя в зал, Ги Хун заметил сидящую на бежевом диване девушку, что держала в руке пульт от теревизора и скучающе переключала каналы. В углу, где стояло их вертикальное фортепиано, находился мужчина и медленно перебирал клавиши, играя базовые гаммы. Услышав, как Чон Бэ по случайности лажанул, музыкант противно зажмурился, присаживаясь рядом с Чжун Хи. Через пару минут в гостиную вошёл Дэ Хо, держа в руках чашку ароматного чая, а после уселся на ближайший к друзьям стул. — Я там чаю заварил всем. На кухонном столе стоят ваши чашки, — бросил Кан, делая маленький глоток обжигающего напитка. Услышав эту новость, трое мигом побежали на кухню за своими чашками и уже вскоре вернулись. Чон Бэ подхватил стул и тоже присел неподалёку от дивана. Просидев в молчании около пяти минут и попивая каждый свой чай, Пак не выдержав, отставил чашку на журнальный столик и закинув ногу на ногу, обратился к Ги Хуну: — Да ну, Ги Хун, бля, не тени кота за яйца. Рассказывай. — Согласна! — импульсивно вскрикнула Чжун Хи, также поставив чашку на столик и в ожидании стала смотреть на парня рядом с собой. Дэ Хо же ничего не ответил, но мысленно с ними согласился, так как ему тоже было уже не в терпёж узнать подробности про этого Ин Хо. — Да хорошо-хорошо! — признав поражение, бросил Ги Хун. Он повторил действие за своими друзьями и его чашка с чаем оказалась вместе с остальными. Подтянув ноги на диван, парень принял позу лотоса и стал обдумывая то, с чего не плохо было бы ему начать. В конечном итоге вокалист упёрся локтями в колени и стал выкладывать все сегодняшние события после разлуки с Чон Бэ: — В общем, когда мы с тобой разошлись, — он указал на Пака, — Он... схватил меня под руку и мы направились в сторону ресторана... Трое друзей обескураженно ахнули, пододвигаясь ближе к смущённому Ги Хуну, который лишь на секунду сделал паузу перед тем, как снова продолжить. Когда парень закончил, те еще какое-то время молча сидели и переваривали все сказанное Ги Хуном. Юноша попросил, чтобы они не перебивали его до тех пор, пока он полностью не расскажет абсолютно все. Поэтому друзья не могли в тот момент задать даже малейший вопрос, не смотря на то, что их буквально распирало от желания сказать хоть что-то. Часть с погибшей мамой Ги Хуна никто обсуждать не собирался и парень прекрасно это знал, чему был им очень благодарен. Первым, кто опомнился, был Дэ Хо, который шокировано произнёс: — Он действительно называл тебя «малыш»? — Ну... да, — застенчиво ответил вокалист, почесав от неловкости затылок. — Это разве единственное, что тебя смутило? — Да на самом деле нет, это вполне в его духе, — задумчиво хмыкнул парень с хвостиком, отставив на журнальный столик пустую чашку. — Что ты имеешь ввиду? — Да ничего такого. Просто он действительно выглядит как человек, у которого имеется подобный фетиш, — невозмутимо произнес Дэ Хо, вгоняя рассказчика в краску. — Да иди ты! — выкрикнул Ги Хун, беря в руки первую попавшуюся подушку и утыкаясь в нее лицом. — Лично я все еще в шоке, — отстранено сообщила Чжун Хи. — Поверить не могу, что это все таки случилось. Ты же только недавно ныл нам о том, как скучаешь по нему и не знаешь, где его искать, — согнувшись и оперевшись локтями об колени, задумчиво произнесла она. — Да я тоже не верю происходящему... — выглянув из укрытия, прогудел парень. А затем внезапно выпрямившись, запаниковал: — Черт, а я точно не сплю? Чон Бэ, ущипни меня, — тот на это усмехнувшись, потянулся к нему и болезненно ущипнул за чувствительную кожу в области предплечья. — Да ай! Ну не также больно! — Зато теперь ты уверен, что все это тебе не снится, — расплывшись в улыбке, подмигнул он Ги Хуну, на что тот злобно на него уставился, все ещё обнимая серую подушку. Стоило парню приблизиться, чтобы легонько ударить Чон Бэ, как телефон в его брюках оповестил о новом уведомлении. Он достал из кармана гаджет и нажав на кнопку, увидел от незнакомого номера сообщение. С сомнением парень разблокировал телефон и перейдя с ним в общий чат, он прочитав смску, завопил: — Он мне написал! — Ин Хо!? — хором вскрикнули трое, мгновенно переводя взгляд на дрожащего юношу с дурацкой улыбкой на лице. — Да... — Что написал!? — те подпрыгнули, окружая парня по сторонам и заглядывая ему в экран телефона, пытаясь прочитать сообщение от «незнакомца». — Ну... читайте, — он развернул к ним телефон, чтобы друзьям было удобнее читать. — Привет, Ги Хун. Не пугайся — это я, Ин Хо. Хотел еще около часа назад написать, но не получилось. Запиши мой номер телефона и можешь писать мне, когда тебе вздумается, малыш... — с издёвкой вслух прочитал Чон Бэ это сообщение, моментально заливаясь смехом от последнего слова. — Идиот! Можно было и не вслух! — застенчиво взвизгнул Ги Хун и придвинувшись к тому ближе, не жалея сил, ударил кулаком по плечу. Тот даже не обратил на это внимание, согнулся на пополам и продолжал биться в конвульсиях. — Блин, а мне кажется это милым. Ин Хо такой джентльмен на самом деле, я в шоке. И дверь тебе подержал, и стул отодвинул, и за все заплатил. Ну мечта, а не мужчина, — восхищённо озвучила Чжун Хи свои мысли, вгоняя парня в ещё бо́льшее смущение. — Да, Ги Хун, тебе очень повезло, — без намёка на сарказм, согласился Дэ Хо с девушкой. — О! Он же попросил тебя записать его как-нибудь. Что думаешь насчёт... хм...«Большой Dick» или «Daddy с money», а может... — в слух размышлял Чон Бэ, на что получил очередной удар от парня, только уже подушкой в лицо. — «NPC хранилище», — выдал Дэ Хо с указательным пальцем вверх, будто сказал нечто гениальное. Хотя, возможно, только Ги Хун не выкупил прикола, так как двое моментально прыснули со смеху от варианта Кана. — А что если записать как «Мой господин», — на девушку недоуменно уставились три пары глаз, на что она неловко произнесла: — И что вы на меня уставились? По крайней мере, Ги Хуну не будет так за это стыдно, нежели за ваши варианты. — Это уже ему решать, — пожав плечами, хмыкнул Чон Бэ, когда вокалист наконец перестал избивать его подушкой. Затем он поднялся со стула и направился к выходу из гостиной со словами: «Я курить». Ги Хун обессиленно упал на диван, кидая в сторону подушку. Дэ Хо молча последовал за Паком, а Чжун Хи, судя по всему, ушла на кухню. Оставшись одним в зале, он подобрал ранее отбросанный телефон и разблокировал его. Перейдя снова в чат с Ин Хо, он немного подумав, ответил тому обычное: «Привет, хорошо, как скажешь». Затем переведя свой взгляд на номер, парень нажал на кнопку «добавить контакт» и в итоге записал мужчину как «Мой господин», так как вариант Чжун Хи действительно показался ему более подходящим, чем те, что предлагали парни. Заблокировав телефон, Сон облегчённо выдохнул и взяв пульт от телевизора, включил его и начал выбирать, что можно было бы сегодня посмотреть с друзьями.