Госпожа Лань и Мародеры

      Эффект от "радужного единорога" Малфоя превзошел все ожидания. Шутка Линель стала главной темой для разговоров в Хогвартсе на несколько дней. Студенты всех факультетов, забыв о былой вражде, объединились в общем веселье, обсуждая детали магической трансформации прически слизеринского сноба. Даже профессора, несмотря на официальное порицание "недопустимых школьных шалостей", не могли скрыть улыбок, украдкой поглядывая на страдальческое лицо Люциуса Малфоя. Сам Малфой, разумеется, был в ярости. Он буквально метал громы и молнии, пытаясь выяснить, кто посмел так его опозорить. Он требовал от декана Слизерина немедленного расследования и наказания виновных, угрожая жалобами в Министерство Магии и родителям всех причастных. Однако, попытки вычислить шутника оказались безуспешными. Линель действовала слишком чисто и осторожно, не оставив никаких улик. Мантия-невидимка и знание замка, усвоенное от Мародеров, обеспечили ей полную анонимность. Мародеры, в свою очередь, продолжали ломать голову, пытаясь разгадать личность таинственного "Радужного Мстителя". Джеймс был особенно заинтригован, видя в неизвестном шутнике родственную душу и потенциального союзника в деле школьных проказ. Сириус же, признавая мастерство и изысканность шутки, не мог скрыть легкой ревности, чувствуя, что кто-то посягает на их с Джеймсом монополию в области школьных шалостей. Римус, как всегда, пытался умерить пыл друзей, призывая к благоразумию и осторожности, но в тайне и сам не мог не признать блестящего исполнения радужной мести. Питер, оставаясь в тени более активных друзей, лишь робко хихикал и соглашался со всеми мнениями по очереди. Линель, наблюдая за этим переполохом со стороны, чувствовала себя настоящим триумфатором. Ее план сработал идеально, доставив удовольствие не только ей самой и ее подругам, но и значительной части школьного сообщества. Единственное, что немного омрачало ее радость – это постоянное подозрение взгляда Джеймса, словно брат пытался просверлить ее насквозь и выведать все секреты. Однажды после обеда, когда Линель выходила из Большого Зала вместе с Лили и Марлин, ее настигли Мародеры. Джеймс ловким движением отделил Линель от подруг, уводя ее в сторону пустого коридора. Сириус и Римус последовали за ними, оставляя Лили и Марлин переглядываться с заинтригованными улыбками. – Неля, нам нужно серьезно поговорить, – заявил Джеймс торжественным тоном, словно собирался объявить важное государственное решение. Линель удивленно вскинула бровь, глядя на брата с легкой иронией. – Неужели настолько серьезно, Джеймс? И о чем же мы должны поговорить? О погоде в Шотландии или о последних новостях из мира квидич? – Не притворяйся, Неля, ты все прекрасно понимаешь, – Джеймс серьезно нахмурился. – Речь идет о Малфое и его новой прическе. И не только о прическе, а о том, кто это сделал. И у меня есть сильное подозрение, что это была ты. Линель окинула брата невинным взглядом, делая вид, что обижена его подозрением. – Джеймс, как ты можешь такое думать? Ты что, серьезно подозреваешь меня в … таком? Я, воспитанница Шармбатона, буду опускаться до уровня школьных шалостей в стиле Мародеров? Это просто оскорбительно! Сириус рассмеялся, хлопая Джеймса по плечу. – Ну вот видишь, Старина, я же говорил – Неля не причем. Она слишком … элегантна для таких грубых шуток. Это точно не ее стиль. Джеймс сомнительно покачал головой, не сводя глаз с Линель. – Элегантна, это да. Но и хитра не меньше. Не забывай, Сириус, она же Поттер. А Поттеры всегда были мастерами на всякие хитрости и уловки. Вспомни хотя бы нашего папу. Римус задумчиво потер подбородок, глядя на Линель с интересом. – Джеймс в чем-то прав, Сириус. В этой шутке есть что-то … изысканное, даже артистичное. И в то же время – дерзкое и неожиданное. Вполне в стиле Поттеров, я бы сказал. Линель вздохнула, понимая, что ей не удастся так легко уйти от подозрений Мародеров. Она решила изменить тактику, переходя от отрицания к игре в загадку. – Хорошо, допустим, это была я, – произнесла Линель с таинственной улыбкой, глядя на Мародеров снизу вверх. – И что вы со мной сделаете? Посадите в школьный карцер за нарушение порядка? Или пригласите в свою славную компанию Мародеров в качестве … почетного члена? Глаза Джеймса загорелись азартом от такой неожиданной откровенности. – Вот это уже интересно, Неля! – воскликнул он, улыбаясь во весь рот. – Значит, ты все-таки признаешься, что это твоих рук дело? Радужный единорог – твое творение? Линель загадочно улыбнулась, не подтверждая и не опровергая догадку брата. – Может быть, да, а может быть, и нет, Джеймс. Оставьте это на мою фантазию. Главное ведь не то, кто это сделал, а то, какой эффект это произвело, не так ли? Признайтесь, ведь вам самим понравилась эта шутка, не смотря на ваш мародерский прагматизм? Сириус рассмеялся, оценивая остроумие Линель. – Ну, тут не поспоришь, Неля. Шутка действительно удалась на славу. Малфой выглядел просто … феерично. Признаю, мастерство на высоте. Даже наши лучшие выходки не всегда достигали такого … эстетического совершенства. Римус кивнул, соглашаясь с мнением Сириуса. – Да, Неля, ты действительно нас удивила. Я не ожидал от тебя … такой изобретательности и дерзости. Но должен признать, это было гениально. Линель слегка покраснела от похвалы друзей, но старалась сохранять невозмутимый вид. – Благодарю за комплименты, господа Мародеры, – произнесла она с ироничным поклоном. – Но не думайте, что я собираюсь соревноваться с вами в области школьных проказ. Это была разовая акция, вызванная исключительными обстоятельствами. В дальнейшем я предпочитаю более … мирные занятия. Например, чтение книг в библиотеке или прогулки по озеру в компании интересных собеседников. Многозначительно глянув на Сириуса и слегка улыбнувшись, Линель оставила Мародеров в недоумении и легком замешательстве. Она почувствовала себя полностью уверенной в своей игре, оставляя за собой право на таинственность и непредсказуемость. Мародеры привыкли быть центром внимания и королями школьных шалостей, но появление новой "игрокини" на их поле заставило их задуматься и посмотреть на мир Хогвартса под новым углом. И Линель Поттер, скромная новенькая из Шармбатона, теперь уже не казалась им такой простой и понятной, как в начале знакомства. В ее серых глазах загорелся озорной огонек, словно намек на новые сюрпризы и приключения, которые еще только предстояло пережить обитателям замка Хогвартс. И кто знает, может быть, именно это неожиданное проявление характера Линель Поттер зажгло в сердце Сириуса Блэка искру особого интереса, перерастающего в нечто большее, чем просто дружеское любопытство.