Тень Атлантиды

Ша'рнез склонился над накопителем данных, его бледно-голубые пальцы с тонкими когтями скользили по интерфейсу с той мерзкой грацией, от которой у меня сводило челюсть. Белые пряди волос падали на экран, создавая призрачные тени на его хищном лице. Его желтые глаза с вытянутыми зрачками поглощали данные, а я чувствовал, как его взгляд периодически скользит по мне - будто пытается прощупать слабые места в защите моего разума. — Любопытно... — его голос скрипел, как несмазанный механизм. — Очень... любопытно. Ра'кшан шагнул вперед, и я невольно выпрямился. — Что ты нашел? Ша'рнез повернул голову под углом, который никакое позвоночное существо не должно было выдерживать. — Корабль Тис... получил сигнал. Чужой. Древний. — Его коготь прочертил по голограмме, выделяя ритмичные всплески. — Они шли... как мотыльки на пламя. По моей спине побежали ледяные мурашки. Ген древних. Эти идиоты даже не подозревали, что носят в себе маяк. — Интересно... — Ша'рнез внезапно повернулся ко мне, его бородка дрогнула. — Что могло... так привлечь Тис? Я заставил лицо оставаться маской. — Технология предков. Или ловушка. — Ловушка... — он растянул слово, словно пробуя его на вкус. — Да... возможно. Но кто... расставил ее? Ра'кшан прервал его. — Продолжай. Ша'рнез наклонился к экрану с театральной медлительностью. — Они встретились у врат, расположенных на орбите планеты... — его коготь замер на изображении корабля. — И спешили... так спешили. Оставили следы... — он показал на данные, — но взяли только кристалл. Как... небрежно. Я взглянул на голограмму. Корабль древних - совершенная машина, подчиняющаяся мыслям носителя гена ATA. Без него - просто дорогая урна для праха. Ра'кшан скрестил руки. — Почему корабль Тис оказался в пустоте? Ша'рнез издал звук, похожий на треск ломающегося сустава. — Остаточный прыжок... неудачный. Как птенец... выпавший из гнезда. — Его глаза снова нашли меня. — Не правда ли... Иширр? Я лишь оскалился, не удостоив ответом. Пусть думает, что хочет. — Нужны координаты исходного сигнала, — резко оборвал Ра'кшан. — Ищите. Когда командующий вышел, центр погрузился в мерцание голограмм. Мы с Ша'рнезом продолжали анализ, часы сливались в мучительное ожидание. Сигнал пульсировал каждые 4.3 секунды - точь-в-точь как перед гибелью Тис. — Сердцебиение, — вырвалось у меня. Ша'рнез резко повернулся, его глаза сузились. — Ты тоже это видишь? Мы обменялись взглядом. Два часа тридцать четыре минуты этой пытки - и вот он, проклятый источник. Ша'рнез вдруг впился когтями в терминал. — Нашёл... — его голос сорвался. — Планета у врат. Координаты... — Он замолчал, глаза расширились. — Они... так близко. Сжав кулаки так, что когти впились в ладони, я сделал то, чего избегал — раскрыл свой разум и мысленно протянулся к Ра'кшану. Контакт возник мгновенно, будто он уже ждал этого. Его сознание встретило моё — тяжёлое, как свинец, холодное, как космическая пустота. «Командующий, мы нашли.» Тишина. Но я чувствовал его. Где-то за этими стенами, в полукилометре коридоров и переходов, он остановился. Замер. Обдумывал. Потом - шаги. Сначала медленные. Потом быстрее. Наконец - тот самый звук, от которого безымянные замирали. Дверь распахнулась, и в проеме возникла знакомая тень. — Докладывайте, — его голос разрезал тишину. Ша'рнез встрепенулся. — Источник сигнала... тот самый... — Координаты? — Ра'кшан уже стоял у терминала. — Система М-735, — мой голос прозвучал неожиданно четко. — Есть врата. Есть... Поселение. Ра'кшан повернулся к выходу, его профиль в свете голограмм казался вырубленным из базальта. — Подготовьте "Стрелы". Мы летим за сигналом. Ша'рнез поднял бровь. — Без приказа Игнир? Холодный взгляд командующего сказал все за него. — От нас нужны результаты, а не лишь отчёты. Гиперпространство дёрнулось, словно содрогаясь от напряжения, и выплюнуло нас в пустоту новой системы. И сразу — сигнал. Чёткий. Настойчивый. Ра’кшан мгновенно отдал мысленный приказ. — Боевая готовность. Затем его внимание переключилось на меня. — Иширр, разведка на тебе. "Просто замечательно. Вот именно того не хватало — ползать по этим проклятым джунглям." Мысленно я уже составлял список всех, кто мог бы сделать это вместо меня, но внешне лишь слегка напряг плечи. Ша'рнез ехидно подмигнул мне из-за спины Ра'кшана, явно наслаждаясь моментом. Этот мерзавец ухитрялся увильнуть от грязной работы. А мне опять тащиться в болота, выслушивать отчеты и делать вид, что мне это хоть сколько-то интересно. Ра’кшан всё ещё смотрел на меня своим ледяным взглядом, ожидая подтверждения. Я едва сдержал зевок — как же мне не хотелось тащиться в эти джунгли в одиночку. — Так точно, командующий, — кивнул я, затем добавил с самой невинной улыбкой: — Но, учитывая сложность миссии… не стоит ли отрядить Ша’рнеза в поддержку? Его экспертиза может быть… полезна. Ра’кшан замер, оценивая мои слова. Ша’рнез, до этого момента копошившийся у терминала, резко выпрямился, как ужаленный. Его жёлтые глаза сузились, а козлиная бородка дёрнулась. — Я… занят анализом, — прошипел он. — Анализ подождёт, — я не стал скрывать злорадства. — Разведка — дело тонкое. Ты же не хочешь, чтобы мы что-то упустили? Ша’рнез замер, словно решая, стоит ли мне перегрызть глотку здесь и сейчас. Но Ра’кшан уже кивнул. — Идите вместе. И не вздумайте подвести. — О, мы постараемся, — я почтительно склонил голову, но, встретившись взглядом с Ша’рнезом, добавил мысленно: "Приготовься, дружок. Если мне предстоит страдать, то ты будешь страдать громче." Несколько безымянных, возглавляемых мной, заняли места за стрелами, и мы покинули корабль. Управлять стрелой было волнительно, но движения давались интуитивно — словно я всегда это умел. Как будто сел за руль машины. Сумерки окутали планету, окрашивая джунгли в кроваво-багровые тона. Мы уже час кружили над зоной сигнала, и моё терпение таяло быстрее, чем свет местного солнца. "Чёртовы джунгли, чёртов сигнал, чёртов Ша'рнез..." - мысленно ворчал я, лениво отслеживая показания сканеров. - "Хоть бы ливень начался - сразу же повод свернуть миссию. 'Опасность переохлаждения оборудования', 'плохая видимость'... Да я хоть сейчас готов сочинить рапорт." Ша'рнез ёрзал на соседнем сиденье, его длинные пальцы нервно барабанили по панели управления. Вид у него был такой, будто он вот-вот сломается и потребует возвращения на базу. Это хоть как-то скрашивало ситуацию. Именно в этот момент, когда солнце почти скрылось за горизонтом, я заметил - едва уловимое дрожание воздуха, лёгкое искажение в узоре листвы. Будто мир в этом месте слегка смяли и разгладили обратно. — Там, — резко сказал я, ощущая, как азарт наконец пробивается сквозь слой раздражения. Моя рука сама потянулась к управлению, выводя корабль на новый курс. — Смотри внимательнее, учёный. Похоже, твой "пустой" сектор только что стал гораздо интереснее. Экран на миг зафиксировал корабль, затаившийся в кронах у Врат. Мое дыхание замерло - это был настоящий корабль Древних, их оригинальная технология, а не жалкая рейфская подделка. Ша'рнез издал звук, похожий на лопнувшую пневматическую линию. — Не... может быть... — его когти судорожно сцепились с панелью. — Мы же... уничтожили их всех... Я оскалился в жестокой усмешке. О, как же это восхитительно! Рейфы, так тщательно вырезавшие каждого носителя генов Древних, пропустили самое очевидное - находчивых человеческих крыс, копошащихся в обломках великих технологий. — Смотри-ка, — я провел пальцем по изображению, выделяя характерные энергетические паттерны. — Наши "безмозглые" людишки оказались способнее, чем ты думал. Нашли, починили... и теперь играются игрушками, до которых у тебя никогда не дорастут щупальца. Ша'рнез вдруг дернулся, его желтые глаза расширились. — Врата! Они... — его голос сорвался на визгливую ноту, — они используют код активации дистанционно! Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Эти "примитивные" люди не просто нашли корабль - они поняли, как им пользоваться. И теперь, глядя на активирующиеся Врата, я осознавал всю глубину иронии: рейфы уничтожали Древних веками, а человеческие тараканы просто забрались в оставленные ими норы. "Какая жалость..." — мысль пронеслась в голове, пока я наблюдал, как корабль древних совершал подготовку к прыжку. Губы сами собой искривились в жестокой усмешке. — "Тебе придется признать, что тебя чуть не переиграли те, кого ты даже за разумных не считал." Губы сами собой искривились в странной гримасе - не то злорадство, не то досада. Что бы я ни думал о людях... Как бы ни цеплялся за обрывки воспоминаний о том, кем был когда-то... Как бы странно ни щемило что-то в груди при виде их дерзкой изобретательности... Я не мог позволить им уйти. — Повредите врата! — мой голос прозвучал хрипло от сдерживаемой ярости. "Стрелы" среагировали мгновенно. Залп прошил врата ровно в момент активации, вызвав каскадный коллапс. Голубой смерч энергии вырвался наружу, осветив на мгновение убегающий корабль - его обтекаемые контуры мелькнули в кронах, словно тень былого величия. — Добить? — прозвучал вопрос оператора. Я медленно провел языком по клыкам, ощущая металлический привкус адреналина. — Нет. Теперь они наши. Пусть побегут. Пусть почувствуют надежду... На экране дымящийся корабль древних резко развернулся, его гладкие обводы мелькнули среди деревьев, прежде чем скрыться в гуще леса. Приземлившись неподалёку, я активировал искажение — тот самый эффект, которым Рейфы обычно пугали жертв во время охоты. Мы высадились небольшой группой — я и горстка безымянных. Взгляд невольно скользнул к дымящемуся корпусу их корабля. Успели ли мы повредить его достаточно, чтобы они не сбежали? Сомнения грызли меня, но выбора не было. Остальным отправил мысленный импульс: — Ша'рнез, остаешься в небе. Держи сканеры на их корабль — если хоть один двигатель чихнёт, превращай в решето. Из чащи донеслись первые выстрелы — глухие, нервные. Люди провалили засаду, не выдержали напряжения. Они струсили от иллюзий и начали палить наугад. "Отлично. Сами себя выдали." Махнул рукой - вперед, на звук. Небо налилось свинцом, первые тяжёлые капли дождя шлёпнулись по листве. Идеальная погода для охоты. Мы растворились в зелёном полумраке, оставляя за собой лишь шепот сдвигаемых ветвей. "Главное, чтобы этот болван Ша'рнез не проспал их побег..." — мелькнула ядовитая мысль, но я тут же отогнал её. Сейчас важнее было не думать о возможных ошибках. Лес встретил нас плотной стеной растительности. Ветви цеплялись за броню, словно пытаясь удержать. Но мы продолжали идти, оставляя за собой лишь легкую рябь шевелящихся листьев. Я присел и всмотрелся в даль. Среди тумана виднелись силуэты. Люди быстро опомнились и затаились. "Дальше с плащом пробираться неудобно." Я осторожно скинул его и двинулся вперёд, пригибаясь. В кустах справа мелькнуло движение. Мой выстрел прозвучал раньше, чем сознание успело осмыслить угрозу. Энергетический заряд прошил листву, оставив после себя запах гари и озона. Из-за кустов раздался приглушенный всхлип, затем шум падающих тел. Две фигуры, переплетенные в странном танце, покатились по склону, оставляя за собой кровавый след. — Ого, — я свистнул, перезаряжая оружие. — Два по цене одного. Надо бы в лотерею сыграть. Тихий шепот из кустов моментально переключил мое внимание. — Это иллюзия, не двигайтесь. Мы себя выдадим, — прошептал кто-то на английском, и каждый слог будто ударил меня током по позвоночнику. Я замер, ощущая, как в груди что-то сжимается. Внизу живота заструилось странное тепло - смесь ностальгии и чего-то горького, почти болезненного. Мои пальцы судорожно сжали оружие. Этот язык... Так знакомо. Так чужо. Будто призрак из прошлой жизни дотянулся сквозь время. В кустах зашевелились тени - трое, не больше. Двигались осторожно, но без настоящей выучки. Как дети, играющие в войнушку. Один из безымянных начал подкрадываться к источнику голоса. Мы все еще были невидимы - если бы не... Хруст! Сухая ветка громко треснула под его ногой. Гнев вспыхнул мгновенно, горячий, как раскалённый металл. Они ведь не первый день живут! Наша маскировка неплохое преимущество! Но нет, обязательно нужно было наступить на грёбаную ветку, да так, чтобы её треск разнёсся на поллеса, словно боевой горн перед атакой! "Когда мы выберемся отсюда, я лично запру этого придурка в зале и буду учить его красться, пока он не научится летать, чтобы вообще ни на что не наступать!" — Рейфы сзади! — женский голос резко разрезал воздух, эхом разлетаясь по лесу. "Маскировка больше не имеет смысла". Я медленно провёл ладонью по лицу, ощущая, как адреналин сменяется холодной яростью. Разведка провалена. Осторожность больше не нужна. Теперь только охота. — Выходите, — мой голос прозвучал неестественно спокойно в наступившей тишине. — Или придётся выкурить вас, как крыс из норы. В кустах резко зашевелились. Серия выстрелов прошила воздух, вспоров тишину - они поняли, что скрываться бессмысленно. Пули впились в дерево сзади, осыпая меня щепками. "Ну вот и началось." Тело само рвануло вперед, отработанные движения сработали на автопилоте. Прыжок через поваленное бревно, резкий толчок ногами - и я уже в воздухе. Боец в камуфляже только начал разворачивать ствол, когда моя нога со всей силой врезалась ему в висок. На миг наши взгляды встретились. Широко раскрытые карие глаза. Морщины у переносицы. Капля пота, скатившаяся по виску. Он даже не успел испугаться. Тело рухнуло как подкошенное. На всякий случай я всадил тихий выстрел ему в бедро - чтобы не очнулся в неподходящий момент. "Позже он даст информацию." Где-то слева раздался предсмертный хрип. Безымянные явно не церемонились. Внезапная вспышка движения. Из-за деревьев метнулась тень. Одно мгновение - и мой бластер уже летел в кусты, выбитый точным ударом. "Ох, ну здравствуй." Женщина не дала опомниться, двигалась стремительно. Её тело было прекрасно натренировано, каждое движение — отточено, без лишних рывков. Я едва успел среагировать, когда она молниеносно сблизилась и ударила меня в шею. Рефлексы сработали — я отшатнулся, но поздно. Удар был точно рассчитан, и тело на мгновение окутала глухая боль. Противница не дала мне времени на восстановление. Левый крюк — резкий, выверенный. Я перехватил его, но тут же получил колено в рёбра. "О, чёрт… Это будет непросто." Я откатился назад, ушёл в низкую стойку и попробовал перехватить инициативу. Сделал ложный выпад, затем резко изменил траекторию удара, целясь в её солнечное сплетение. Женщина будто предвидела атаку — отклонилась в сторону и ловко ударила мне в бок. Боль вспыхнула, но я не позволил ей меня ослабить. Она наступала, агрессивно и технично, как боец, натренированный годами жёсткой школы. Ни единого лишнего движения. Только сила, скорость, опыт. Я блокировал удары, но каждый раз вынужден был отступать. В какой-то момент её локоть едва не врезался мне в висок. Быстро. Чёртова молния. Я едва успел отклониться, когда её пальцы впились в землю - и следующее, что я увидел, это комья липкой грязи, летящие мне в лицо. "Чёрт!" Грязь хлестко шлёпнулась по лбу, тёплая и вязкая. Один комок застрял на ресницах, затуманивая зрение. Я инстинктивно дёрнулся назад, чувствуя, как скользкая масса сползает по щеке. Она уже рванула вперёд, пользуясь моментом. Её нога взметнулась вверх - я едва успел подставить руку, принимая удар на предплечье. Боль пронзила кость, но куда неприятнее было ощущение грязи, затекающей за воротник. — Ну и грязные у вас приёмы… — я фыркнул, счищая пальцами хлюпающую грязь. Но я ведь тоже не подарок. Я изменил тактику. Вместо того чтобы отступать, поднырнул под её следующий удар, резко сократив дистанцию. Дикарка не успела среагировать. Я ударил её в живот — она сжала зубы, но устояла. Попробовала ударить меня коленом, но я заблокировал, захватил её бедро и развернул, швыряя на землю. Она перекатилась, мгновенно вскочила. "Упорная дикая кошка. Отлично." Это уже не была простая драка. Когда её кулак просвистел в сантиметре от моего виска, а мой локоть едва не снёс ей челюсть, во мне вспыхнуло что-то большее - чистое, первобытное ликование от встречи с интересным противником. Кровь стучала в висках, смешиваясь с адреналиновым восторгом. Мы кружили, как два хищника, выверяя каждый удар, каждый блок - идеально отточенный смертельный балет. "Так вот ты какая..." - пронеслось в сознании, когда её нога едва не сломала мне ребро, а мой кулак в ответ разорвал воздух у самого её горла. Я пропустил один удар — намеренно, чтобы создать иллюзию усталости. Женщина рванулась вперёд, пытаясь добить. В этот момент я резко сместился в сторону, её кулак прошёл мимо, а мой локоть обрушился на её затылок. Она пошатнулась. Резкий рывок — и моя ладонь врезалась ей в грудь, отправляя на землю. Она ударилась о сырую грязь с глухим хлюпом, брызги разлетелись в стороны. Я не дал опомниться. Вдавил её плечи в жижу, коленом прижал бедро. — Ну что, дикарка, — голос хриплый, в уголках губ ухмылка, — теперь ты по-настоящему в своей стихии. Грязь покрывала её лицо, волосы, слипшиеся на щеках. Она дёрнулась, но моя хватка была железной. Дыхание прерывистое, но взгляд всё такой же острый. Даже сейчас. Я навис над ней, поймал её подбородок пальцами. Кожа горячая, влажная от пота и грязи. Впервые разглядел по-настоящему — не как цель, а как... человека. Капли пота стекали по смуглым скулам. Шрамы — один пересекал бровь, другой прятался в линии волос. Тёмные пряди, спутанные в бою, лежали на плечах, обнажая шею с пульсирующей веной. Но глаза... Тёмные, как старая бронза, с густыми ресницами, придающими взгляду тяжёлую, почти физическую плотность. В них отразились вспышки выстрелов — короткие, яростные отсветы, будто где-то в глубине тлел настоящий огонь. Без страха. Именно это — не вызов, не бравада, а холодная, почти инертная уверенность — и вызывало уважение. — Неплохо, — хрипло сказал я, ощущая, как её дыхание обжигает мои костяшки. — Очень даже... для человека. Моя ладонь скользнула ниже, наткнувшись на холодный металл кулона. Он был тёплым от её кожи, но в его сложной насечке угадывалось нечто большее, чем просто украшение. — Спи, воительница, — прошептал я, проводя пальцем по гравировке — той самой, что совпадала с маркировкой на рейфовских передатчиках. Лёгкое едва заметное давление. Женщина дёрнулась, судорожно вдохнула… и обмякла, погружаясь в тьму бессознательного. Она сильная... — промелькнуло у меня в голове. Или это я просто слаб? Я поднялся неспешно, с той умышленной медлительностью, что всегда заставляла подчиненных внутренне подтягиваться. Грязь с растительными волокнами тянулась за рукавом, как нежелающая отпускать трясина. Резким движением я стряхнул её — комья с глухим шлепком упали в красноватую жижу под ногами. Безымянные уже закончили своё дело. Стояли в ожидающей позе, безликие в одинаковых масках, но по едва уловимым деталям — чуть более расслабленному плечу, положению рук у оружия — я читал их состояние. Усталость. Напряжение. Животное удовлетворение от выполненной работы. "Берём пленных," — бросил я, видя, как безымянные замерли. — Живыми. Кто "случайно" убьёт — будет тащить труп на спине." Старший с надломанной маской молча кивнул. Пленные зашевелились, в их глазах мелькнула надежда. Глупцы. Где-то в густых кронах мелькнул чистый, будто только из арсенала, силуэт стрелы. "Ах ты ж..." — мысленно процедил я, чувствуя, как в висках застучало. — "Устроился, сволочь, как на курорте. Наверняка всю операцию просидел в своём уютном гнёздышке, листики перебирал да птичек считал, пока мы тут в грязи ползаем." Дождь между тем усилился, превратившись в сплошную водяную стену. Капли хлестали по лицу, словно пытаясь остудить мой гнев. Бесполезно. Эта мысль о Ша'рнезе, сухом и довольном, засела в голове как заноза. Я плюнул в сторону, ощущая, как раздражение подкатывает комком к горлу. "В следующий раз Ша'рнеза отправлю первым — пусть свою тощую задницу от пуль уворачивает", — прошипел я сквозь зубы, поправляя пленницу на плече. Небо громыхнуло, словно разъяренный командир, и через мгновение тропический ливень обрушился стеной. Вода хлестала так яростно, что даже броня застонала под ее напором. Я зашагал к "Стреле", с усилием сплёвывая липкую смесь песка и слюны. Губы слипались, будто пересохший клей, а на зубах скрипели мелкие крупинки — словно я разгрыз горсть ржавых гвоздей. Где-то вдали прогрохотал очередной раскат. Потоки воды хлестали по лицу, заставляя щуриться и сплевывать стекающую с губ влагу. "Чертова погода", — процедил я сквозь стиснутые зубы, поправляя размокший ремень плетки, который предательски сползал с бедра. Но сейчас это не имело значения. Ни дождь, ни грязь, ни проклятый ремень. Важно было лишь одно — добраться до "Стрелы". Все остальное могло подождать. Безымянные шаркали следом, волоча пару захваченных солдат. Те болтались как тряпичные куклы, но дышали — значит, пригодятся. Один особенно упрямый что-то бормотал сквозь зубы, но ливень быстро затопил его протесты. Последние метры до корабля я плелся, как утопленный кот, а дождь тем временем старательно вымывал все следы нашей перестрелки. Как будто и не было ничего: ни боя, ни засады, ни этого чертового Ша'рнеза, который, я уверен, сейчас сидит в сухой кабине. "Ладно, — подумал я, втаскивая пленницу в шлюз. — Зато когда он все-таки вылезет, ему достанется самый грязный участок работы. Это я уж точно прослежу." Шлюз захлопнулся, оставив ливень снаружи. Но ощущение, что мне в сапоги налилось минимум три ведра воды, никуда не делось.