Бал сатаны

Итэр очнулся в центре незнакомого ему зала. Яркие софиты над его головой ослепляли. Пошевелиться не предоставилось возможным: руки и ноги были привязаны к стулу. Повязка с глаз сползла на нос, кляп из некого куска ткани промок слюной. Голова болела. Кололо между рёбер. Когда глаза привыкли к освещению, он разглядел несколько стоящих фигур у стен: в самом углу, кажется, был Тарталья. Да, верно, это его шарф слегка колышется от сквозняка. Рядом с ним уже известный ему мэр Пульчинелла. Послышался кашель, и Итэр повернулся к нему навстречу, в противоположном углу стояли трое: Дотторе, Панталоне и некая девушка на огромном роботе. Его глаза сияли, словно лампы, и это ужасно напугало Итэра. — Ха, ты погляди, он очнулся! — Раздался девичий голос позади. — Коломбина, будь сдержанней. — Ответил ей холодный голос. Кажется, он уже слышал её... Арлекино. По спине пробежали мурашки. Нет... Этого не может быть... К Итэру со спины кто-то подошёл. — Должно быть, у тебя есть вопросы? — Подняв голову, он увидел знакомую маску. Капитано. Итэр сглотнул. Говорить не позволял кляп. Тарталья подошёл к нему быстрым шагом и достал изо рта тряпку. — Ах... Вы... Что вам нужно? — Итэр был в гневе, перевести дыхание было трудно. В зале было холодно и душно одновременно. Вмиг, всё ранее тусклые фигуры, затаившиеся по углам, заинтересовано окружили его. — Скоро сюда прибудет Царица... И ты ответишь за сорванное торжество. — Язвила Сандроне. Предвестники смотрели со злобой, ненавистью, их многолетние труды грозились исчезнуть. И всё из-за Путешественника. Итэр смотрел себе на ноги. Дышать становилось труднее. Смешки и шепот предвестником пугал с каждой минутой всё больше. Как вдруг, двери распахнулись, предвестники отступили от стула. — Ваше Величество! Господин Пьеро! — Поприветствовал их Дотторе. — А вот и виновник нашего внезапного собрания. Царица держала в руках скипетр, взгляд её был холодный, властный, казалось, будто из-за неё по дворцу витал сквозняк. Пьеро, стоявший за её плечом, презрительно оглядывал Итэра. — Что прикажете делать? — С удовольствием спросила Коломбина, улыбаясь. Синьора, стоящая рядом с ней, чувствовала только брезгливость. Царица ступила ближе, звук её каблуков эхом прошёлся по залу, заставляя предвестников дрогнуть. — Приказываю... — Она вдруг умолкла. Её глаза прошлись по залу: Синьора, такая непривычно тихая в этот вечер, показалась ей на глаза всего два раза. На её лице, ключицах и груди уже несколько лет был страшный шрам от удара в Инадзуме. И она не простила за это Итэра. Она посмотрела на Тарталью: парень уже давно потерял всякую веру в себя и свои силы. Простое человеческое тело, к сожалению, не способно тягаться с богами. Она тяжело вздохнула, когда взгляд устремился обратно на Итэра. — Приказываю растерзать. — Холодно ответила она, и, как бы ставя точку, громко стукнула скипетром по кварцевому полу. По плитке пробежалась ледяная корка. Предвестники со злой ухмылкой глянули на Итэра. Ему конец... Дотторе, улыбаясь, щёлкнул выключатель, и в зале загорелся свет. Стены были увешаны цепями и оружием. Это... Пыточная? Или как в Снежной называют комнаты для дорогих гостей? Царица и Пьеро прошли к другому концу зала, усаживаясь на диван. Женщина насмехательски достала бинокль и стала разглядывать Итэра. — Царица, я надеюсь, Вы не возражаете, если мы приступим прямо сейчас? — Зачем-то спросил Дотторе, в руках которого уже сияли кожаные ремни. Капитано без особых усилий уложил Итэра на кушетку, помогая привязать. Женщина улыбнулась, закивав. — Ах, ну что ты, не против! Не заставляй главного героя торжества ждать. — Разрешила она, игриво хихикнув. Сейчас начнется настоящее безумие. Итэр слабо понимал, что происходит, но связанные руки и ноги вызывали беспокойство. Его голова была направлена к дивану Царицы и Пьеро, что с таким любопытством разглядывали его. — Знаешь, Итэр... Мне всегда нравилось сражаться с тобой. — Рука Тартальи медленно скользнула по голове Итэра. — Жаль так прощаться с тобой. Но, может быть, если Дотторе будет не слишком жесток, мы ещё сможем сразиться? Но ответа не последовало: другая рука Тартальи показалась из-за спины. В ладони были крепко сжаты плоскогубцы. Итэр не знал, для чего они, но точно ничего хорошего не будет. И так и случилось. Рука Тартальи раскрыла рот Итэра, подобно пасти зверя, и плоскогубцами он вырывал ему дальний зуб. Итэр застонал от боли, изо рта потекла темная кровь вперемешку со слюной. — На память... — Прошептал Тарталья, улыбаясь. В этот момент Итэр осознал, что здесь он абсолютно бессилен. Арлекино подошла к нему из ниоткуда, держа в руках молоток. — Ты знаешь, что те, кто предал фатуи... — Она замахнулась, придерживая ногу Итэра. Царица заинтересованно приоткрыла рот. — Исчезают навсегда? — Молоток с хрустом ударил по коленной чашечке. Если бы не рука Тартальи, прикрывавшая его рот, вопль прошёлся был по всему залу. Он тяжело дышал, пот стекал по лицу. Итэр медленно посмотрел на колено: пробитое внутрь и местами кровоточащее, преобратающее синий оттенок. Было ужасно больно. И это было только начало... Ему стало страшно, когда он осознал, что Дотторе подозрительно долго стоит у стола и что-то мешает. Синьора, ещё не отомстившая за омерзительный шрам, с ухмылком разглядывала арсенал Царицы. Сегодня ночью Итэр будет наказан...