Глава 4
26 февраля 2025 г., 10:10
Общество друга помогло на время отвлечься от мрачных мыслей. Однако затем те навалились с новой силой.
Погасший медленно шёл по побережью, ведя за поводья Потока, не давая прозрачному скакуну исчезнуть. Сейчас, как никогда, ему нужна была компания, а его вечный спутник, казалось, был даже не против.
Изредка он наклонял голову, слегка толкая Оливера в плечо, когда тот погружался глубоко в невесёлые думы.
Порой взгляд парня останавливался на Вершинах Великанов, край которых с трудом можно было рассмотреть за сиявшим золотом стволом Древа Эрд.
"Ты знаешь, что это означает. Древо Эрд отвергло тебя", — голос Энни, чтицы Пальцев эхом раздался у него в голове. — "Пальцы замерли. Они потрясены таким исходом и сейчас советуются с Великой Волей... Это произойдёт многие, многие луны спустя..."
Оливер до сих пор помнил её взгляд, полный ужаса, когда он сказал, что хочет сжечь шипы, закрывающие проход в Древо.
"Да простят нас небеса... Ибо простые смертные не так милосердны... " — Прохрипела она. — "Сожжение Древа Эрд – неискупимый грех... Но ничего не попишешь... Пальцы недвижимы, и связь с Великой Волей утрачена... Сперва раздобудь лучину... Великой кузнице нужна жертва. Жертва, что способна измыслить огонь."
Лучину.
Оливер остановился. Поток чуть фыркнул, привлекая внимание и выражая своё негодование, но замолчал, когда его легко похлопали по шее. Погасший протянул руку к Благодати, усаживаясь рядом. Золотые искры потянулись к нему, нежно обволакивая, снимая усталость и боль, залечивая раны. Небольшой осколок Благодати, парящий над землёй одиноким огоньком, осветил лицо парня. Он стянул с рук перчатки, блаженно разминая пальцы, вытягивая ноги.
Стало легче. Словно все тревоги ушли. Погасшему не хотелось упускать этот момент.
— Я знаю, что ты здесь, — тихо обратился Оливер к пустоте. Он знал, когда не один. Уже долгое время после этих слов его обращение оставалось безответным. Но сейчас...
Воздух справа полыхнул голубоватыми искрами, зарябил, формируясь в фигуру. Из темноты, в свет Благодати, вперёд вышла девушка.
— Мелина...
Она не изменилась. Всё то же лицо с по-королевски острыми чертами, волосы цвета молочного шоколада, волнами спадающие до плеч, тёмно-зелёный дорожный плащ, накинутый поверх одеяния странницы. И неизменно закрытый печатью в виде лапы птицы глаз - тайна, которую он не разгадает.
Призрачная дева присела на одно колено, прямо рядом с ним — она могла коснутся его, если бы протянула руку.
— Оливер, — кивнула девушка.
Он так и замер, не зная, что сказать. Былая уверенность вмиг испарилась, оголяя липкий страх перед этим разговором. До ужаса мгновенно пропала вся то застарелая злость, ушла, едва перед глазами появилась его служанка.
Погасший выдохнул, заметив, что перестал дышать.
— Я рад, что ты появилась, — искренне признался он.
Служанка Пальцев впервые отвела взгляд от лица Погасшего. Немного помолчала.
— Как твоё самочувствие?
Ей не нужно было спрашивать. Она и без этого могла наблюдать за ним, скрываясь в своей призрачной форме.
И они оба это понимали.
— Всё... Хорошо, — отчего-то Оливер не решился упомянуть жгучие головные боли, изредка беспокоящие его, так и не покинувшие после схватки с Эдгаром. Сейчас это казалось не особо важным.
Они сидели в неловкой тишине, каждый не зная, с чего начать. В груди Оливера засела тревога - он отчаянно желал, чтобы ни один из них не смел говорить о том, что висело на их плечах тяжёлым грузом. Пусть этот разговор останется табу, пусть будет закрыт нерушимой печатью.
Но... Никто не услышал его мольбы.
— Если ты собираешься сойти с пути Повелителя, я молю тебя оставить эти мысли, – голос Мелины был тих и спокоен. — Не думай о том, что за немыслимый грех тебе придется совершить. Какой ценой… Будет дарована власть над Кольцом Элден.
Погасший молчал. Не потому, что ему нечего было сказать. Его руки трясло, в сердце, казалось, разгорался настоящий пожар. Губы сжались в тонкую полоску, а взгляд неотрывно направлен на чуть мерцающую Благодать. Он так хотел оказаться где-то далеко, не слышать этих слов. Не бояться сказать того, что рвется наружу.
Он едва сдерживал злую дрожь.
— В конце концов, я даже не твоя настоящая служанка…
Что-то в его сознании яростно полыхнуло.
— Как ты можешь мне такое говорить? — Прошептал Погасший. Он замолчал, переведя взгляд на девушку. Та не проронила ни слова. — Будучи со мной с самого начала, помогая мне, поддерживая мой дух… – Слова застряли в горле. — Ты можешь порицать меня, можешь обвинять, можешь ненавидеть. Но не говори мне о том, что ты для меня ничего не значишь.
Ее взгляд смягчился. Почти незаметно, но Оливер уже давно научился различать ее настроение лишь по глазам.
— Пойми, — призрачная дева сжала края плаща, — Сожжение Древа Эрд – это единственный вариант пройти в него, дотянуться до Кольца.
— Может быть. Но есть другой способ, – Мелина еле вздрогнула, — Я уверен. И я его найду.
— Нет… — Голос девушки дрогнул, — Нет никакого другого способа.
***
— Почему ты не сказала, что лучина – это ты?! Его громкий голос эхом отдавался в голове. Он на всю свою жизнь запомнил тот разговор. — Это мое дело – не твое. Тогда Оливер впервые услышал, как голос Мелины надломился. Она пыталась это скрыть, но получалось тщетно – строгие черты лица исказила еле сдерживаемая злость. Они стояли друг напротив друга, возле Древа Эрд, недалеко от Трона Элдена: Погасший, крепко сжимая кулаки, играя желваками, еле сдерживая эмоции, изредка бродя из стороны в сторону, не зная, куда себя деть; и Мелина, стоявшая спокойно, ровно, все такая же внешне холодная с равнодушным взглядом, который сейчас, однако, пылал праведным гневом и негодованием. — Не мое?! — Он помнил, как сорвался на крик, но она не дрогнула. Кажется, она понимала, что так и будет. – Ты скрываешь от меня правду, говоришь, что мне «не стоит переживать о лучине», а сама ведешь по пути, в конце которого оставишь меня у своего праха! — Сожжение Древа Эрд – это неискупимый грех. Грех, требующий жертвы. Она повторяла эти слова как мантру – снова и снова, словно их повторение помогло бы ему смириться со столь ужасной идеей. — Так вот каков удел Повелителя? Цена власти? Придать... — В горле встал комок. Оливер запнулся, смотря на неё, — Придать огню самое дорогое, что у тебя есть? Впервые за весь разговор она опустила голову. Из её взгляда пропала вся злость, осталось лишь сожаление. — Я поступила с тобой жестоко, — заговорила она спустя пару мгновений, её голос еле слышно дрогнул. — Я... Дала слабину. Позволила нашим отношениям зайти дальше договора... Позволила себе думать о благополучном конце. Прости меня. Тогда в голове эти слова раскалённой иглой вошли в разум. В груди застыло тупое чувство обиды, злости и... разочарования? Словно всё, что было "до" — оказалось сладкой и жестокой ложью. Погасший так и стоял, смотря на неё, не в силах вымолвить и слова. Они смотрели друг на друга: он – с неверием, а она – с твёрдой решимостью. Тело непроизвольно сделало шаг назад. Затем ещё и ещё, пока парень не развернулся и не пошёл прочь. Подальше от Трона, подальше от Древа Эрд и подальше от неё. Лишь почти выйдя из огромного зала, Погасший на секунду обернулся к ней и сказал тихо, но ясно, так, чтобы эхо дошло до неё: — Я не согласен с такой жертвой.***
Воспоминания того дня обрушились с новой силой. Оливер тихо выдохнул, переводя взгляд на ночное небо, освещаемое золотым светом широко раскинувшихся ветвей Древа Эрд. Прикрыл глаза. — Почему я? Ветер тихо зашелестел травой и листьями, золотая листва Древа рассыпалась жёлтыми искрами, едва касаясь земли. Они сидели так некоторое время, пока, наконец, она не заговорила. — С самого рождения у меня не было ничего, кроме желания найти своё предназначение. Ведомая лишь наказом матери, я даже не могла идти иным путём, — и снова её голос был тих и спокоен. — Я достигла подножья Древа Эрд. Благодаря тебе. Благодаря твоей помощи я нашла своё предназначение. Она подняла голову вверх, к золотым ветвям. — Повелитель Элдена — это не просто титул, а Кольцо Элден — не просто трофей, который ты можешь заполучить. Это опора всего сущего — это жизнь и смерть, естественный ход вещей мира, что был разрушен. Он слушал её голос. На мгновение Погасший вспомнил один из многих моментов, во время которых они мирно сидели у Благодати; когда Мелина, заменяя наставления утраченной служанки, пересказывала речи Королевы Марики, что до сих пор эхом витали в воздухе. И вспомнил момент, когда понял, что полюбил фальшивую служанку. — Великие Руны — осколки Кольца Элден, что теплятся в твоей груди, тянутся к тебе – доказательство того, что твой путь не напрасен. Все верят в тебя, Поток верил в тебя, едва найдя, — его руки коснулась тёплая ладонь. Мои глаза открылись. — Я... Верю. Они снова посмотрели друг на друга. Она чуть крепче сжала руку, когда Погасший ответил на этот скромный, полный немой поддержки жест. Ветер развевал её волосы, открывая вид на красивое, спокойное лицо. Под светом Благодати он видел, как её лицо немного покрылось румянцем, но в глазах пылала так нужная ему уверенность. Уверенность, которой Погасшему самому не хватало. Прежде чем они успели что-либо осознать, губы парня накрыли её. Это был невинный, но полный любви и заботы поцелуй. Он помнил, как аккуратно, словно боясь сделать ей больно, словно боясь, что она исчезнет, обнял её, прижал к себе. Помнил, как она ответила на поцелуй, прижимаясь ко нему всем телом, как разорвала поцелуй, чтобы сделать жадный вздох, а затем снова прильнуть, забывая о том, что их ждёт, отдаваясь пьянящей, кружившей голову страсти. Он нежно проводил руками по её плечам, бёдрам, аккуратно пробираясь пальцами под её одежду, стараясь передать все те чувства, что пылали в груди. Она ревностно отвечала, пусть и с некой опаской, но не сомневаясь. Девушка прикрыла глаза и издала тихий вздох, когда его губы переместились чуть ниже — к шее. Её руки обвили шею, требую большего, а Погасший не мог и не хотел противиться. В момент, когда он поймал её взгляд, полный вожделения, когда руки сами потянулись к застёжке плаща, к завязкам на её одеждах - здравомыслие померкло, уступив место чему-то первобытному. В ту ночь им казалось, что все проблемы исчезли, а в мире остались лишь они одни.
