Голодные игры

      Ки Хун ворочается в кровати уже больше часа, но сон настойчиво обходит его стороной. В голове никак не могут уложиться громкие мысли обо всём сразу, мозг будто отчаянно пытается найти решение всех проблем именно в эту ночь. Все размышления крутятся, конечно, вокруг дела, жертв, Им Джон Дэ и, как ни странно, Ин Хо. Ки Хун снова ошибся в нём, но уже, если честно, не сильно расстраивается. Вампир действительно оказался более полезным в качестве союзника, а не врага, и против этого у Сона аргументов не было.       Сообщение, пришедшее от него пару часов назад, заставило Ки Хуна перенервничать. Они договорились о встрече в участке с утра, и с тех пор он сбивал простынь в противный комок под собой каждые несколько минут. Когда часы показывали уже второй час ночи, на мужчину наконец начало действовать снотворное, но громкий шум с лестницы вытащил его из состояния полудрёмы. Ки Хун хмурится, отворачиваясь от двери, но грохот становится лишь громче. А мужчина уже надеялся, что его сосед угомонился: даже лишнего звука от двери не исходило больше недели так точно!       Когда по лестничной клетке разносится очередной стук в соседнюю дверь, а мужской голос зовёт кого-то настойчивее, Ки Хун не выдерживает и поднимается с раздражённым стоном. Напоминая себе, что использовать табельное не при исполнении нельзя, он решает обойтись угрозами, что вообще-то полицейский и не собирается терпеть нарушение общественного порядка. Мужчина подходит ко входной двери и смотрит в глазок, замечая около двери напротив какого-то молодого парня, который бился головой о тяжёлый металл, желая то ли разбудить, то ли довести до сердечного приступа хозяина квартиры.       ‒ Этот рэп для Нам Гю, my shining star. Ты в моём сердце, no matter where you are. С твоей красотой и силой, ты моя мечта, Нам Гю, в моём сердце ты всегда. Open the do-o-or and never igno-оre! ‒ Ки Хун прекрасно слышит каждое слово мелкого паршивца и уже собирается открывать, но соседняя дверь распахивается раньше. Сон оставляет руку на замке, поддаваясь на любопытство: он впервые видит соседа так близко да ещё с таким мощным музыкальным сопровождением. Молодой парень с неприкрытым удивлением смотрит на незваного, видимо, гостя, и потирает пяткой ногу.       ‒ Танос? Ты что тут делаешь, сейчас половина второго! ‒ будто старается быть потише этот Нам Гю, но Ки Хун, сжираемый вдруг жаждой сплетен, готов принести стакан и приложить к двери, чтобы понять, кто его сосед, чем он вообще занимается и почему дружит с самим Таносом. Знает он команду, которую такое знакомство до добра не довело.       ‒ Oh, my little boy, I've missed you! Когда ты рядом, мир становится ярким. Своим теплом и лаской ты меня вдохновляешь. Этот рэп для тебя, от всей души, Нам Гю, ты мой единственный, ты свет моей жизни and I like you, ‒ Ки Хун слегка морщится и наблюдает за протянутой Таносом курткой. ‒ Ты оставил у нас вчера, я решил вернуть.       ‒ Ты серьёзно пришёл ко мне в половину второго ночи, чтобы зачитать рэп и вернуть куртку? Сосал?       ‒ Да. Сука! ‒ Ки Хун фыркает под громкий смех Нам Гю и отстраняется от глазка, выдохнув. Молодёжь становится всё более невоспитанной. ‒ Ты лучше всех знаешь, что сосал! ‒ а вот эти подробности Ки Хун знать не хотел. ‒ Fuck you, bitch! Давай, впускай меня, я устал, пока до этой дыры добирался.       ‒ Так проходи, ‒ непонимающе тянет Нам Гю, слушая недовольное цоканье друга.       ‒ Я не могу, тебе надо меня пригласить. По имени обязательно! Come on, my boy, repeat after me: я разрешаю тебе войти, Су Бонг, ‒ Ки Хун уже не слышит этих слов, отходя на кухню, чтобы попить воды. Почему его окружают настолько неординарные личности в последнее время? Даже Чонг Бэ вдруг заявил, что Ки Хун не ненавидит, видите ли, вампиров, раз так легко принял Ин Хо. Сон тогда жутко возмущался, заявляя, что никого он не принимал и, даже если так, это происходило вовсе не легко, но друг оставался непреклонным, глядя так, будто знает больше него самого. Мужчина с тяжёлым вздохом ложится в кровать и снова проваливается в дрёму, но вскоре вскакивает от шума со стороны соседа.       ‒ Да что у вас там происходит? ‒ Ки Хун зол, он замечает, что смог поспать всего лишь минут 40. Это бесит, ему рано вставать, а ещё выносить общество Ин Хо минимум всё утро. Ему даже сейчас слышится этот голос! Мужчина уверенно направляется к двери и злобно её распахивает.       ‒ Чхве Су Бонг!              ‒ Вот теперь мне точно пиздец, Нам Гю, не впускай! Не впускай его! ‒ кричит из недр соседней квартиры уже известный мальчишка, прячась за соседом у открытой двери, но на эту пару Ки Хун сейчас обращает меньше всего внимания. Он не верит своим глазам, ведь те уставились на спину Ин Хо, который всем своим видом показывал, что Нам Гю стоит сейчас же отойти от парня. Ки Хун словно в замедленной съёмке наблюдает, как Ин Хо оборачивается и смотрит на него так же удивлённо. На лестничной клетке повисает тишина, Нам Гю осторожно пытается закрыть дверь от греха подальше, но рука Ин Хо, державшая ту, не позволяет этого сделать.       ‒ Ки Хун? ‒ первым отходит от состояния шока Ин Хо, осматривая его с ног до головы и на его губах вдруг появляется мягкая улыбка. Мужчине становится слегка неловко, что он не накинул халат на пижаму с позорными жёлтыми утками. ‒ Что ты тут...       ‒ Что я тут? Это что вы тут?! ‒ хватает ртом воздух отошедший от внезапности встречи Ки Хун, складывая руки на груди и желая выглядеть грозно. Судя по взгляду Ин Хо, у него не получается. ‒ Молодые люди, некоторым вставать рано, не могли бы вы прекратить шуметь? ‒ строго просит Ки Хун, не понимая, конечно, какое отношение имеет Ин Хо к этому Таносу, но не выдавая сразу секрет, что не все тут люди и не все молодые.       ‒ Оу, они мешали? ‒ интересуется Ин Хо и переводит взгляд на нервно переминающегося с ноги на ногу Нам Гю и слишком заинтересованного в них двоих, но всё ещё прячущегося за спиной друга Таноса. ‒ Мы проведём воспитательную беседу, не переживай. Су Бонг, ‒ мальчишка передёргивает плечами от строгости в тоне Ин Хо, понимая, что его точно ждёт неприятный разговор. Даже Ки Хун испугался на всякий случай. ‒ Если ты не вернёшься к утру, я...       ‒ Я понял! Честно, к 6 утра буду! ‒ быстро говорит Танос/Су Бонг и переводит любопытный взгляд на него самого. Сон неловко потирает шею рукой, понимая, что, кажется, снова невольно познакомился с вампиром.       ‒ Может, пригласишь в гости? ‒ с яркой улыбкой Ин Хо отпускает дверь соседней квартиры и полностью переводит всё внимание на Ки Хуна, который фыркает от такого заявления. ‒ Что, даже на чай не впустишь? Как негостеприимно, ‒ забавляется Хван, понимая, что никто его в свою квартиру, конечно, не пригласит, но даже это не мешает наслаждаться видом растрёпанного, заспанного и помятого мужчины в пижаме с утками.       ‒ Ин Хо, не все тут могут днями не спать, ‒ Ки Хун замечает солидарный кивок от своего соседа, после чего он как-то суетливо и слишком быстро закрывает дверь. ‒ Всё, увидимся в участке, ‒ вампир совсем по-ребячески дует нижнюю губу, но кивает, собираясь уходить. ‒ Погоди. А... Кто это? Ну, с фиолетовыми волосами, ‒ не задушив в себе любопытство окончательно, всё-таки спрашивает Ки Хун.       ‒ Помнишь, ты спрашивал, не обращал ли я кого? Так вот, пожалуйста, Су Бонг, ‒ Сон кивает, начиная соображать. ‒ До сих пор несу последствия. Нет, это ж надо додуматься! Отключить телефон и сбежать в ночи, когда кругом такое происходит! Прибью гада, как только вернётся, ‒ Ки Хун не сдерживает улыбки от того, как забавно Ин Хо переживал за этого мальчишку. Он был похож на ворчливую маму, которая сначала накричит, а после молча принесёт тарелку почищенных фруктов вместо извинений да ещё и подзатыльника даст, если откажешься. У Ки Хуна почему-то легко ложится этот образ на портрет Ин Хо в собственной голове, вампир действительно имел необъяснимую тягу к заботе о ком-то.       Сам вампир имеет чёткое объяснение своих переживаний: после того, как неприятный посетитель с угрозами покинул его бар, мужчина понял, что не слышал о Су Бонге ничего целый день, и с проступившим холодным потом вспомнил золотое правило родительства: нет ничего хуже, чем притихший ребёнок. Обыскав заведение, опросив всех присутствующих и особенно Гон Ю (при всём уважении, но мужчина мог иногда поощрять неприемлемое поведение Су Бонга, выступая «добрым копом»), а также набрав недоступный сейчас номер, Ин Хо кинул всё и первым делом отправился на квартиру мелкого засранца, никого там не обнаружив. Поблагодарив себя за то, что при допросе Нам Гю сразу взял его адрес, уверяя того, что это лишь для подстраховки одной сиреневолосой задницы, Хван помчался к нужному дому, съедая себе нервы и надеясь на то, что мальчишка не попал ни в какую передрягу.       Ин Хо готов поклясться на библии, что не имел ни малейшего подозрения о том, кого тут встретит. Судьба-злодейка, он к этому не причастен, и всё же благодарен ей за то, что теперь знает место жительство ещё одной неуправляемой задницы. Симпатичной, конечно, но не менее от этого наглой.       ‒ Это ведь подростки, ‒ подаёт голос «симпатичная и наглая задница», когда Ин Хо закатывает глаза, кидая недовольный взгляд на соседнюю дверь.       ‒ Вообще-то ему 22, ‒ не просто сообщает, нет, именно жалуется вампир, но встряхивает головой. ‒ Ладно, я прошу прощения за переполох. Доброй ночи, увидимся с утра, ‒ Ки Хун тоже пару раз кивает и быстро закрывает дверь, прислоняясь к ней лбом. Точно так же в соседней квартире к двери прислонился Су Бонг, который быстро перевёл восторженный взгляд на Нам Гю.       ‒ Ты видел это? ‒ Нам Гю, не верящий, что отделался малой кровью и не был обязан пускать этого старшего вампира к себе, кивает, тыкая друга в плечо. ‒ И ты думаешь о том же, о чём и я? Между ними явно что-то происходит...       ‒ They have a... Spark!              ‒ Безусловно.

***

      Ожидаемо не выспавшийся Ки Хун тем не менее выходит от старшего инспектора удовлетворённым. Мало того, что ему дали полный доступ к базе данных Хонгдэ, так ещё и позволили Хён Джу принять участие в расследовании, о чём он и спешил сообщить девушке. К ней многие в участке относились настороженно, ведь она не скрывала своего давнего перехода, но Ки Хун никогда не видел в этом чего-то неприятного или отталкивающего. Она была отличным сотрудником с навыками, которым многим в отделе стоило ещё только научиться, и устроилась к ним уже со званием сержанта после армии, но никогда не вдавалась подробности о причинах своего выбора о смене работы. Может, просто хотела жизни спокойнее.       ‒ Эй, Хён Джу! ‒ мужчина находит девушку на входе. Та приветливо кланяется и протягивает вдруг коробку с пончиками, вызывая улыбку на лице мужчины. ‒ О, нет, спасибо. Хотел сообщить, что инспектор дал тебе разрешение на участие в деле.       ‒ Правда? Это... Хорошо. Я благодарю вас, господин Сон, ‒ Хён Джу искренне улыбается, получая лишь отмашку от этих благодарностей. В конце концов, она ещё не знает, во что вляпалась и с кем ей предстоит работать.       ‒ Скоро должен подойти один наш... Мужчина. Мы с ним сотрудничаем, я бы хотел, чтобы ты присутствовала при обсуждении. Подойдёшь через пару минут ко мне? ‒ девушка серьёзно кивает и быстрым шагом удаляется к себе.       ‒ Один ваш мужчина? Надо было так себя в твоём телефоне и записать, ‒ Ки Хун подскакивает на ровном месте и резко оборачивается, замечая Ин Хо. Вид у него был какой-то хмурый, Сон пытается прочитать эмоции на лице, но не может.       ‒ Господи, Ин Хо, если мы будем сотрудничать дальше, то у меня есть условие: прекрати вот так подкрадываться! ‒ Ки Хун поднимает глаза к потолку и быстро отходит на пропускную, помогая Ин Хо без проблем зайти в участок. Конечно, у коллег явно читается вопрос на лице, но он думает обсудить это с ними позже.       Когда они проходят в кабинет, который Чонг Бэ предварительно освободил от непричастных к делу людей, там уже сидел он, с радостью уплетая пончики, и довольно улыбающаяся Хён Джу.       ‒ А остальные? ‒ разочарованно тянет Ки Хун, на что коллеги лишь жмут плечами. ‒ Ладно, в общем... Ин Хо, это Хён Джу, Хён Джу, это Ин Хо, он...       ‒ Ночной? ‒ Ки Хун теряет дар речи от резкого вопроса девушки, начиная нервничать и за себя, и за Ин Хо, который, конечно, просто медленно кивнул. Как она так быстро да ещё и днём его вычислила?! Ки Хуну для этого понадобилось в чужой холодильник лезть! ‒ Очень приятно, ‒ девушка легко протягивает ладонь, которую пожимает Ин Хо, и падает за стол. Хван садится рядом с выдохнувшим от напряжения Ки Хуном и достаёт всё, что успел собрать за несколько дней. Рассказав то, что передал ему Гон Ю, Ин Хо также упомянул о ночном визите неприятеля и отметил беспокойство на лице Ки Хуна.       ‒ То есть, вы предлагаете отправить в их лапы... Живого? В качестве приманки? ‒ уточняет Чонг Бэ, поёжившись от кивка вампира и явно не желая выступить добровольцем.       ‒ Я пойду, ‒ уверенно заявляет Хён Джу, привлекая всё внимание к себе. Ки Хун хмурится, а Ин Хо откидывается на спинку стула и смотрит заинтересованно на девушку. Она привлекла слишком много внимания ещё на входе участок, когда о чём-то мило ворковала с Ки Хуном (а он не менее мило улыбался ей в ответ), но сейчас быстро восстанавливала авторитет в вампирских глазах.       ‒ Это опасно, ‒ вступается Чонг Бэ, но его тут же прерывают.       ‒ Я понимаю, но простых людей мы отправить не сможем, а я знаю систему продажи и как себя вести. Не переживайте, я, в конце концов, нигде ещё не светилась, так что вызову меньше подозрений, ‒ Сон раздумывает над предложением, пытается найти другой выход, но по настроению за столом понимает, что его нет.       ‒ И куда конкретно идти? Мы ведь не можем просто закинуть её шататься по всему микрорайону… А если никто не объявится? Или наоборот, объявятся вовсе не причастные к этому?       ‒ Ин Хо, твой вчерашний посетитель… Про него что-нибудь известно? ‒ прерывает друга Ки Хун, наблюдая за хмурым вампиром.              ‒ Мы пытаемся найти, где он мог светиться, но у нас, к сожалению, нет вампирской базы данных. В любом случае, Гон Ю этим занимается и…       ‒ Камеры в баре есть? ‒ получив утвердительный кивок, Ки Хун кидает взгляд на рабочий ноутбук. ‒ Мне как раз сегодня дали разрешение на базу данных Хонгдэ, мы можем попробовать пробить его. Если ты, конечно, не зажадничаешь запись, ‒ Ин Хо карикатурно удивляется, оскорбляясь от того, что о нём вообще посмели так подумать, но кивает и обещает отправить записи, как вернётся.       ‒ Может, нам сначала попытаться выследить его? Фабрика ‒ это, конечно, хорошо, но что, если он не оттуда? Или вообще не связан с Джон Дэ? И это, если нам получится установить его личность, ‒ размышляет Хён Джу, получая кивок от Чонг Бэ в знак поддержки. ‒ Судя по тому, что вы принесли, там может быть много лазеек, а слежка за ним и, если повезёт, остальными, может существенно помочь, ‒ Ин Хо постукивает по деревянной столешнице пальцами и спустя минуту соглашается с необходимостью отложить засаду сию же секунду.       ‒ Но он видел Ин Хо и знает, что он причастен, ‒ возражает Ки Хун. ‒ Если обнаружит хвост, то…       ‒ Тогда мы с Хён Джу попробуем выйти на него уже в Хонгдэ, а вы... Подстрахуете, ‒ предлагает Чонг Бэ, и Ки Хун поджимает губы, раздумывая, насколько идея друга хороша. Логично, что именно его он хочет оставить с Ин Хо, и всё-таки… Слежка ‒ это ведь долго! ‒ Как убедимся, что он из шайки этого старика, тогда и будем действовать, ‒ Хён Джу соглашается с планом, Ин Хо тоже не возражает, и теперь три пары выжидающих глаз устремляются на Ки Хуна. Тот жуёт нижнюю губу, но всё же кивает, вспоминая обещание самому себе: ни один вампир, человек или эмоция ему мешать не должны.       ‒ Хорошо. Мы с Ин Хо тогда прикроем, оставим здесь дежурного, а остальных привлечём уже к задержанию. Помните, брать надо живыми, ‒ командует Ки Хун и резко замолкает из-за прижавшегося к его ноге бедра Ин Хо. Тот будто этого не замечает, наклоняется к столу и принимается объяснять Хён Джу с Чонг Бэ подробности плана микрорайона и пути возможного отступления. Сон молчит, обращая всё внимание только на то, как ярко ощущается такое случайное (наверное) прикосновение, и говорит себе отодвинуть ногу, но почему-то не спешит.       ‒ Ки Хун? ‒ мужчина отвлекается на голос Ин Хо и встречается с ним взглядом, игнорируя побежавшие мурашки, и резко убирает свою ногу, закидывая на другую. ‒ Кто ещё из полиции участвует?       ‒ Дэ Хо, Но Ыль и У Сок. Трое, ‒ севшим внезапно голосом говорит мужчина, отворачиваясь от проницательного взгляда в самую душу. ‒ Дэ Хо оставим здесь, совсем недавно ведь к нам пришёл, ‒ не встречая возражений, Ки Хун решает действовать уже через пару дней, чтобы уладить всю бюрократию и доработать детали на месте.       За разработкой плана, объяснением всем участникам их ролей и переговоров с начальством Ки Хун не заметил, как прошёл рабочий день. Ин Хо отчего-то никуда не спешил, как бы Ки Хун не пытался его сопроводить из участка, так и сидел в кабинете с Чонг Бэ и Хён Джу, существенно помогая информацией. Он осторожно, без лишних подробностей, рассказывал о Джон Дэ и всех возможных вариантах развития событий. В самом лучшем они, конечно, без лишнего шума берут одного или несколько вампиров, которые работают на Има, в худшем ‒ снова сталкиваются со смертью. Вампирской или людской, но Ки Хун абсолютно не желал думать в эту сторону. Как бы ни хотелось мести, он понимал, что живые вампиры им сейчас просто необходимы. Неужели он сменил фокус внимания со своей слепой ненависти?       Ки Хун в течение всего дня то и дело ловил на себе заинтересованные и слишком долгие взгляды Ин Хо, прикладывая огромные усилия на то, чтобы не раздражаться, но ещё большие на то, чтобы не отвлекаться. Тёмные глаза то ли изучали его, то ли просто следили, и Сон периодически давил желание спрятаться от них. Эта особенность вампира его определённо не устраивала.       Уже вечером Ки Хун почти расплывается по рабочему столу, но доволен проделанной работой: Дэ Хо останется в участке на связи, Хён Джу пообещала найти нужную им «рекламу», а, когда они отследят подозреваемого, то подключат остальных для произведения задержания, при лучшем раскладе ‒ и вовсе смогут накрыть не только обменники, а и Джон Дэ.       Попрощавшись с Чонг Бэ, Ки Хун замечает Хён Джу у выхода и вежливо придерживает девушке дверь, случайно замечая слишком хорошо известные следы на шее. Мужчину будто ударяют под дых. Весь день девушка была в полицейской форме, которая скрывала вампирские укусы, но сейчас они яркими точками горели на коже, привлекая всё внимание Сона.       ‒ Хён Джу, ‒ мужчина хватает девушку за руку, ловя удивлённый взгляд. Так вот почему она так легко вычислила Ин Хо и вот откуда так наслышана о вампирах! ‒ Твоя шея... Зачем? ‒ девушка не сразу понимает, о чём речь, и прикладывает руку к шее, тут же заметно расслабляясь.       ‒ Не стоит переживать, господин Сон, это... Не то, что вы подумали, ‒ пытается мягко съехать с темы Хён Джу, но Ки Хуна это не устраивает, в нём уже зажглась необходимость разобраться и помочь.       ‒ Нет, погоди, объясни мне, почему? У тебя проблемы с деньгами? Тебя... Обманули? Ты из-за этого знаешь о продаже крови? И… Давно? ‒ Ки Хун чувствует присутствие Ин Хо за своей спиной, но тот почему-то молчит, лишь наблюдая за ними.       ‒ Нет, нет и нет, это...       ‒ Хённи́! ‒ Сон оборачивается и замечает незнакомого мужчину, который машет Хён Джу и, как только подходит к ним, то мягко приобнимает девушку и оставляет поцелуй на её щеке. Сон делает шаг назад, оборачиваясь на всё так же мирно стоявшего Ин Хо, и уже решает оставить пару и спросить обо всём завтра, но в момент искренней широкой улыбки незнакомца замечает его выглядывающие клыки.       ‒ Господа, знакомьтесь, это Кён Сок, мы… Встречаемся. Кён Сок, это мои коллеги: Ки Хун и Ин Хо, ‒ мужчина вполне спокойно кланяется им в знак приветствия, задерживая взгляд на Ин Хо, Хён Джу неловко улыбается, но не выпускает мужчину из рук, пока Ки Хун остро ощущает потребность исчезнуть куда-нибудь и поскорее. Он определённо не готов осознавать происходящее, не готов верить своим глазам и как-то это осмысливать. Он даже забывает обменяться любезностями в честь знакомства, когда Хён Джу легко опускает голову на прощание и берёт мужчину под локоть, направляясь прочь от участка.       Ки Хун застывает как будто его вкопали в асфальт и не может отрицать очевидного: он только что лицезрел влюблённую пару. Пару живого человека и вампира. Боже. Мужчина заставляет себя начать снова дышать и молча оборачивается, натыкаясь на заинтересованный взгляд Ин Хо, который, впрочем, не выглядел хоть немного удивлённым. Естественно.       ‒ Ты... Ты ведь тоже это видел, да? ‒ в голове Ки Хуна бардак, обезьянка слишком громко бьёт в тарелки, не давая ужиться с мыслью о том, что всё это действительно происходит с ним. Мужчину скручивает внутри от утвердительного ответа вампира, который оборачивается и начинает шагать прочь. Сон тут же отмирает и догоняет Ин Хо, но держится немного сзади, проигрывая необычную сцену ещё несколько раз в своей голове. Как? Почему? Зачем это им?       ‒ Ты так удивлён тому, что не все вокруг одиночки? Этот мужчина явно не так давно завершил обращение, если тебе станет проще, ‒ выдёргивает из мыслей знакомый голос, и Ки Хун всплёскивает руками.       ‒ Она в отношениях с вампиром, Ин Хо! ‒ пытается донести степень своего шока Сон, но даже эти слова не взымели нужного эффекта. ‒ Она, живой человек, в отношениях с мужчиной-вампиром!       ‒ Тебе было бы проще, будь вампир девушкой?       ‒ Я не об этом вообще! Хён Джу ведь такая... Серьёзная женщина, ‒ мужчина так сильно растерян в своих ощущениях, что не обращает внимание на вопросительный взгляд Ин Хо. Нет, он не чувствует отвращения, лишь максимальную неловкость и непонимание, как такое вообще может существовать. Как вообще можно доверять... Всего себя, вступая в отношения с вампиром? Это абсолютно не вписывается в картину жизни Ки Хуна, но он активно пытается понять. И не понимает. Хён Джу, которая выступала чуть ли не эталоном человека для Ки Хуна, такая смелая, добрая, открытая и искренняя, всегда при чистоте разума и эмоций, и вдруг оказывается в романтических отношениях с вампиром.       ‒ Каждый день удивляешь меня всё больше, Ки Хун. По-твоему, вампиры не способны любить? Или вампиров невозможно любить в ответ?       ‒ Ты меня вообще слышишь? Повторяю ещё раз: Хён Джу живой человек, она, блять, смертная! Как ты себе это представляешь вообще? Чтобы тот, кто почти не может умереть, любил... Простого смертного, ‒ Ин Хо задумчиво как-то усмехается, но не отвечает, и Ки Хун сжимает руки в кулаки, шумно выдыхая в нос. Он резко поднимает голову и натыкается на красноречивый взгляд Ин Хо, из-за которого сознание щекочет известный ответ: вампир явно не просто представляет себе такую картину. ‒ У тебя такое было, да? ‒ слетает с языка прежде, чем Ки Хун успевает подумать. В голове проносится количество прожитых лет и возможных партнёров Ин Хо, из-за чего Сон поджимает губы. Почему он снова в этой точке? ‒ Нет, стой, не отвечай. Меня это не касается, мне неинтересно, ‒ врёт Ки Хун, даже слегка краснея, но меньше всего сейчас он желает тратить силы на ссоры.       ‒ А тебе вселенная прямо благоволит, показывает, что мы, оказывается, не такие монстры, какими ты себе всю жизнь нас рисовал. Достаточно лишь пошире открыть глаза, Ки Хун, ‒ ровно говорит Ин Хо, глядя на растерянного мужчину. Он понимает, о чём говорит вампир, и сам видит в этом всём какую-то огромную злую шутку. Ин Хо и Гон Ю, Су Бонг с этим Нам Гю, а сейчас и Хён Джу со своим… Парнем. Мужчина устало проводит ладонью по лицу, поёжившись от прохладного ветра. ‒ Не зацикливайся ты так, разве произошло что-то ужасное? Главное ведь, когда взаимно, а они… Выглядели довольно счастливыми друг с другом, ‒ усмешка в голосе Ин Хо не кажется раздражающей, Ки Хун неожиданно чувствует незримую поддержку и неохотно соглашается со сказанным.       ‒ Я просто в шоке, ясно тебе? Всё, закрыли тему, ‒ просит Сон и останавливается, чтобы осмотреться. ‒ Куда мы вообще идём?       ‒ Ты наверняка домой, а я... Мне просто по пути, ‒ невозмутимо отвечает Ин Хо, наблюдая за мыслительным процессом на лице Ки Хуна. Чему Хван никогда не перестанет в какой-то степени восхищаться ‒ это такой детской непринуждённости и односложности эмоций и мыслей Ки Хуна, который несколько десятков лет жил, считая, что всё можно поделить на чёрное и белое, и сейчас удивлялся всему, что не попадало под это разделение. Он резок, импульсивен и даже груб, но это заинтересовывает Ин Хо с каждым днём всё сильнее. Он сам давно перестал испытывать настолько яркие эмоции, но то, как Ки Хун мог зажигать в нём их вновь, казалось слишком привлекательным, чтобы самовольно от такого отказаться. Ки Хун уравновешивал его и заставлял чувствовать себя живым, пусть сам этого не понимал.       ‒ Иди найди себе другой путь, и так день тебя терпел, ‒ сама нежность, думает Ин Хо, но решает действительно оставить мужчину наедине с удивительным открытием. Он протягивает руку на прощание, видит очередные сомнения на лице напротив, и всё же улыбается, когда его руку быстро сжимает чужая. Ки Хун разворачивается и быстро уходит, пытаясь спрятать себя в тени фонарей, но до последнего ощущает спиной провожающий взгляд.