Dragon in the Dark

      Имя: Гермиона Джин Грейнджер       Статус: Грязнокровка       Дата рождения: 19.09.79 (Возраст: 19 лет, 11 месяцев)       Палочка: Сердечная жила дракона, виноградная лоза       Известная Информация:       -Член Ордена Феникса       -Подруга Гарри Поттера       -Основательница Армии Дамблдора       Профессия: Целитель - Больница Магических болезней и травм Святого Мунго - Четвёртый этаж       Родители: Давид и Джин Грейнджер - местоположение неизвестно.       Опознавательные знаки/шрамы: шрам "Грязнокровка" на левом предплечье. Длинный шрам на теле.       Драко читал информацию о Гермионе Грейнджер. Страница за страницей он погружался в детали её жизни, пересказанные кем-то, кто, очевидно, никогда не встречал эту ведьму. Он уже читал подобные дела. Всё сокращено до этих простых, чуть ли не медицинских фактов. Было легко думать о целях как о папках, полных информации.       Но Грейнджер — не папка. Она — человек. Человек, которого он знает. Человек, с которым он учился шесть лет.       Драко никогда не убивал знакомого. Было легко абстрагироваться от задания, когда цели были простыми именами на бумажке, которые иногда кричали о помощи перед смертью.       Он подумал о Грейнджер. О бесячей, противной всезнайке из школы, которая была занозой в его причинном месте с первого класса. Всегда лучшие оценки в классе, подружка Поттера и Уизли. Он помнил, как она нетерпеливо тянула руку, когда профессор спрашивал класс, размахивая ей в воздухе, едва сдерживаясь, чтобы не ответить. Он сморщился от этого воспоминания.       Вспомнив день, когда её мучали в его поместье, он вздрогнул. За свою жизнь он слышал много криков, но только некоторые преследовали его так, как преследовал вопль Грейнджер. В женских криках было что-то, что пробивало его до самой души.       Он задумался, какой она стала. Очевидно, теперь она целительница и член Ордена Феникса. Снились ли ей кошмары о той ночи? Был ли её огненный дух сломлен также, как дух многих других? Что она сделала, чтобы заслужить такую судьбу? Знала ли она, в какой опасности находится? Знала ли, что её время на исходе?       Он покачал головой. Он не мог думать о ней так. Теперь она — его цель. Его папка с информацией. Миссия, и ничего больше. Драко пролистал документы, открывая карту Лондона, где подсвечивалась её обычная дорога от Мунго к точке аппарации. Он несколько секунд изучал страницу, запоминая её путь и его альтернативы.       Больница Святого Мунго располагалась на пересечении дорог Вирджиния и Колумбия. Подсвеченный маршрут Грейнджер поворачивал на юг вдоль улицы Колумбия и проходил по аллее, вдоль маленького сада. Грейнджер казалась тем человеком, которому нравится гулять по саду.       Стук в дверь заставил его подпрыгнуть.       — Драко, дорогой, — мягко позвала его мать. — Это я.       Драко закрыл папку и открыл дверь взмахом палочки.       Нарцисса вошла, закрывая за собой дверь с мягким щелчком. Её бледные глаза внимательно осмотрели его, его растрёпанные волосы, небритое лицо, и заметили папку на рабочем столе. Она нахмурилась:       — Уверена, он не ждёт, что ты...       — Мама... — вздохнул он раздражённо.       — Кто на этот раз? Очередной работник Министерства, выполняющий свою работу? — она опустилась на второе кресло, с любопытством глядя на папку.       Он закрыл документы рукой, отталкивая их на другой конец стола, подальше от глаз матери.       — Нет, — просто ответил он. — Не в этот раз.       Его желудок болезненно сжался. Долохов сегодня действительно попросил слишком многого. Слишком скоро, да, но, что более важно, слишком лично. Хоть ему и было плевать на Грейнджер — и плевать на то, умрёт она сегодня или нет — он не должен быть тем, кто сделает это. Он сморщился, и мама заметила.       — Что такое? — выдохнула она, кладя руку ему на щеку.       Он вздохнул:       — Это... кое-кто из школы.       Глаза Нарциссы слегка расширились. Может, причина была в том, что её сын собирался забрать очередную жизнь, а может в том, что кто-то настолько молодой, одного возраста с её ребёнком, скоро попрощается с жизнью. Казалось, что Нарцисса вот-вот сломается.       — Друг?       Драко покачал головой:       — Нет, но я её знал.       — Мой бедный, несчастный дракон, — мягко сказала она. Сердце Драко затрепетало. Она не называла его так с детства. Он всегда любил это прозвище, но теперь оно заставляло его чувствовать маленьким ребёнком, ищущим защиту в объятиях матери. — Ты ведь знаешь, что не должен этого делать? — шёпотом начала умолять она.       Драко вздрогнул. Его жертвам не нужно умолять пощадить их. Его мать за последние несколько месяцев молила его прекратить достаточно, чтобы хватило на всех.       — Да, знаю. И всё же, мам, пожалуйста, у меня не так уж и много времени, и я должен подготовиться.       Нарцисса встала, её глаза начали наполняться слезами.       — Если бы меня здесь не было, и ты не был бы вынужден беспокоиться об мне, ты бы продолжил это?       Драко не ответил. Он никогда об этом не думал.       Нарцисса наклонилась и поцеловала его в макушку, после чего отвернулась и покинула комнату.       Новый слой вины тяжело опустился поверх старых, когда Драко снова открыл папку. Он прочитал информацию о проваленной миссии, которая заключалась в нахождении, пытках и убийстве её родителей. Но дом Грейнджеров в Кенсингтоне был заброшен ещё с начала войны. От них не осталось и следа. Интересно.       Драко перевернул страницу. Подозрение на романтические связи. Он засомневался, будет ли эта информация полезной, но всё же изучил страницу. Долохов научил его, что хороший агент никогда не знает, какая деталь пригодится в деле. Может, у него получится обмануть её, притворившись кем-то, кому она доверяет.       Нет, здесь ему не повезло. Ему для этого понадобиться Оборотное зелье, но у него не было времени на то, чтобы получить волос... Он ещё раз просмотрел страницу... Рональда Уизли.       Драко снова сморщился. Он предпочтёт провалить миссию, чем обернуться Уизли.       Он прочитал показания свидетелей, видевших, как Грейнджер и Уизли держались за руки. Больше похоже на слухи, но Драко всегда думал, что когда-нибудь эти двое сойдутся. Под абзацем о Уизли было краткое описание её отношений с Крамом на четвёртом курсе. Драко почти рассмеялся. Он всегда задавался вопросом, что Виктор Крам мог найти в грязнокровке. Может, она знала, как правильно использовать свой всезнающий рот. А хотя, вряд ли. Скорее всего, количество ханжества в ней не позволяло ей делать подобные вещи.       Снова перевернув страницу, он нашёл информацию о её карьере в Мунго. Хоть она и не окончила обучения и не сдала С. О. В., она всё же поступила на программу подготовки. Без сомнений, не обошлось без помощи Бруствера. Первая по успеваемости на подготовительных курсах. Не удивительно. Теперь она — сертифицированный целитель, направленный на повреждения от заклятий и зелий.       Желудок Драко заурчал. Было уже далеко за полдень. Возможно, ему хватит времени на перекус и небольшой перерыв. Он закрыл и положил досье в верхний ящик стола, закрывая его быстрым заклинанием.       Обеденный зал был наполнен Пожирателями Смерти, кто-то тихо переговаривался, кто-то тихо листал документы, кто-то во весь голос хохотал над глупыми шутками.       Драко заметил Пэнси и Тео за дальним столиком и устремился к ним. Когда он сел, перед ним появился домашний эльф, расставляя перед ним тарелки с горячей говядиной и рагу из овощей. Эльф с треском испарился через секунду, и Драко взял ложку.       — Где ты был? — спросил Тео, заметив взъерошенный вид Драко.       — Работал, — пробормотал он.       — Я думал, ты только вчера вернулся с задания.       — Вернулся. Но утренняя миссия Макнейра провалилась, и это каким-то образом связно с... — он прервался. Нельзя раскрывать имя своей цели. Его работа всегда было строго засекречена. Он прочистил горло. — ...моей следующей целью. Я должен прибрать за ним.       — Выглядишь чертовски плохо, дружище.       Драко закатил глаза:       — Спасибо, Тео.       — Ты в порядке?       — Да... Просто... Новая цель — кое-кто, кого я знаю.       — Кто это? — спросила Пэнси, её глаза загорелись от нетерпения.       Драко нахмурился:       — Ты знаешь, что я не могу сказать, Пэнси.       Она фыркнула, снова переводя взгляд в тарелку.       — Что ты будешь делать? — спросил Тео.       — О чём ты? Он будет делать свою работу! — настояла Пэнси, и оглянулась на Драко за подтверждениям.       Он слегка засомневался, и она придвинулась к нему.       — Драко, это ведь грязнокровка, верно? Или один из любителей грязнокровок? Почти все твои цели были ими.       Драко прочистил горло и поёрзал. После всего, что он видел, чистота крови его не особо заботила. Он всегда знал, что чистая кровь ему досталась по крови, но, когда речь заходит о жизни и смерти, то было не важно, кто ты, чистокровна, полукровка или грязнокровка. Это всё казалось глупым маленьким спором на фоне огромной проблемы.       — Да, — согласился он. — Грязнокровка.       Пэнси закатила глаза:       — Тогда в чём проблема? Просто сделай это. Одной грязнокровкой меньше, одной больше, какая разница?       Тео отодвинул тарелку.       — Тебе стоит ещё подумать об этом, — сказал он, заглядывая Драко в глаза. — Я имею в виду, это ведь кто-то из знакомых. Это совсем не то, что убивать незнакомца. По крайней мере, для меня.       Драко уже думал об этом. Для него это тоже по-другому. Человека, которого он знал, пусть когда-то и ненавидел, было намного сложнее убить, чем того, кого он никогда не встречал. Он вспомнил своё первое задание как Пожирателя Смерти, и каким наивным он тогда был. Альбус Дамблдор на кончике его палочки, полностью в его власти. Но когда наступил решающий момент, Драко не смог сказать нужные слова. Повторится ли его провал сегодня? Нет. Он больше не тот трусливый мальчишка. Месяцы тренировок преобразили его. Теперь у него в мыслях не было сомнений. В нужный момент он сделает то, что должен.       Его мать вошла в столовую. Она слегка наклонилась к домашнему эльфу, давая ему указания, а потом снова ушла.       — У меня нет выбора, — глухо сказал он.       — Когда ты отправишься? — спросила Пэнси.       Драко сверился с часами. Почти два.       — Через пару часов. Пожалуй, вернусь к работе, — он съел ещё несколько ложек рагу, после чего поднялся на ноги. — Увидимся позже.       За полтора часа он заново изучил каждую деталь о Грейнджер. Полчаса потратил на переодевание и подготовку. Его форма была простой: чёрные ботинки из драконьей кожи, чёрные брюки и чёрная куртка. Ничего необычного или яркого. Ничего, что могло бы привлечь к нему внимание в магловском Лондоне. Ничего подозрительного.       Он вспомнил показушные изображения убийц в книгах и усмехнулся. Зачем убийце ходить в длинной мантии с устрашающим капюшоном? Нет, намного лучше смешаться с толпой. Люди всегда с подозрением относились к вещам типа капюшонов и плащей. Не то, чтобы Драко никогда не носил подобное, но такая одежда больше подходила для ночного преследования.       Он прошёл через фойе Мэнора к дверям, после — по подъездной дорожке к воротам, а потом дошёл до границы владений и аппарировал в Лондон.       

***

      Гермиона Грейнджер была невероятно пунктуальной. Он сидел в кафе напротив больницы, когда увидел, как она вышла из Мунго ровно в пять часов. Одетая в чёрную юбку, туфли на каблуках и красный пиджак, она была визуализацией Гриффиндора во взрослом мире. Её неуправляемые кудри были стянуты в толстую косу. Он вдруг подумал, что в последний раз видел её во время Битвы за Хогвартс. Она была дикой, окровавленной, сломленной войной. Разница шокировала его. Несмотря на продолжающуюся войну, она находила время на то, чтобы заплести волосы и одеться, подобающе целителю. Сам Драко сегодня не успел даже побриться.       Он встал из-за столика и пошёл за ней, сохраняя безопасную дистанцию. Она выбрала длинную дорогу, ту, что проходила через сад. Когда она вошла в него, она замедлилась, рассматривая цветы. В саду была молодая пара, их двое маленьких детей бегали и играли в кустах. Слышался их смех. Драко затрясло. Грейнджер улыбнулась.       Он продолжил следовать за ней и на маленькой пешеходной улочке, медленно сокращая расстояние между ними. Оглянувшись в поисках свидетелей, он быстро наложил на себя дезилюминационные чары. Точка аппарации уже близко. Он должен сделать это, пока она не вышла из переулка, где никого нет, но до того, как она аппарирует. Он ускорился.       Как она так быстро шла на этих каблуках? Он старался шагать как можно тише, пытаясь догнать её. Всего несколько метров. Грейнджер повернула за дом, он был всего в нескольких шагах от неё. Выглянув из-за угла, он увидел, что она продолжала идти. Сжавшись перед атакой, он придвинулся ко входу в переулок, но случайно пнул камешек, который шумно поскакал по асфальту.       Драко замер, когда Грейнджер обернулась и посмотрела на камень, врезавшийся в стену с громким стуком. Она осмотрела улицу, пытаясь понять, что произошло. Он не смог дышать, пока она глядела сквозь него. Дезилюминационные чары скрывали его, но если он двинется, то она заметит очертания его фигуры.       Повисла тишина. Он сильнее сжал палочку. Вот он, его шанс. Сделай это, пока она не аппарировала.       На короткий момент ему показалось, что она смотрит прямо в его глаза. Сердце Драко бухнуло, и Драко засомневался. Она его видит? Нет. Кажется, она не сфокусирована на нём.       Её глаза были яркими и широко открытыми, пока она искала источник шума. Будто она почувствовала надвигающуюся угрозу. Он моргнул, пытаясь вспомнить, смотрел ли он когда-то в глаза Гермионы Грейнджер до этого момента. Смотрел. Однажды. Ему вспомнилась забитая измученная девушка на полу его гостиной. Плача и постанывая от боли, она повернулась к нему, впившись в него глазами, безмолвно моля о помощи. Безмолвно моля о жизни.       Подул ветер, освобождая часть волос из её косички и заметав их по её лицу. Она прищурилась и одной рукой убрала пряди с глаз, всё ещё пытаясь что-то разглядеть. несколько волосков приклеились к её губам, и он смотрел, как она их убрала. Тёмно-розовые губы слегка приоткрылись, пока волосы тащились по помаде. Он ослабил хватку на палочке, и в этот короткий миг сомнения Грейнджер испарилась.       Чёрт.       Она ушла.       Он провалился.       Чёрт.       Длинными шагами он обошёл переулок в поиске хоть каких-то зацепок, хоть и знал, что это бесполезно. Она вернулась в убежище Ордера. Теперь ему до неё не добраться. Грейнджер проживёт ещё один день.       Он провёл рукой по волосам. Долохов будет в бешенстве. Грейнджер, по какой-то причине, должна умереть. Скорее всего, из-за тупости Макнейра. Драко ещё никогда не проваливал задание. Что Долохов сделает с ним? С матерью?       Сердце ускорилось при мысли о том, что Долохов поднимет палочку на единственного человека, о котором беспокоился Драко.       Он не видел смысла тянуть. Драко провалился, и это никак не исправить. Он аппарировал обратно в Мэнор.

***

      Прежде, чем отправиться в кабинет, Драко решил найти мать. Возможно, он успеет сказать ей бежать. Забаррикадироваться в комнате, пока он примет удар на себя. Её нигде не было, а у него не было времени на её поиски. Было почти шесть часов, и Долохов ждал отчёт.       Долохов стоял около окна, когда Драко вошёл в его кабинет. Он впился своими бешеными глазами в блондина и улыбнулся:       — А, Малфой. Полагаю, всё готово?       Драко переступил с ноги на ногу и прочистил горло:       — Мне жаль, мой Лорд. Она ушла.       Глаза волшебника потемнели от ярости и недоверия.       — Что ты имеешь в виду под «она ушла»? — прошипел он.       — У меня не было возможности, сэр. Возможно, завтра я смогу… — Завтра она уже… — он прервался и подошёл к Драко, угрожающе встав в шаге от него. — Мне было нужно, чтобы она умерла сегодня, Малфой. Не завтра.       Драко не отступил, игнорируя все инстинкты самосохранения, кричащие ему бежать.       — Я знаю, мой Лорд. Извините.       Долохов усмехнулся.       — О-о, ты извиняешься. Знаешь, куда ты можешь засунуть свои извинения, Малфой? Мне не нужны твои отговорки. Мне нужна мёртвая Гермиона Грейнджер! — теперь он кричал, и Драко призвал все силы, чтобы не дрогнуть или не отвернуться.       Он стоял молча и неподвижно. Если Долохов хочет накричать на него, пусть кричит. Он выдержит. В конце концов, он заслужил. Он провалился.       Он пропускал крики мимо ушей, иногда вылавливая некоторые слова.       — Я шесть месяцев потратил на твою подготовку не для того, чтобы ты, в самый важный момент…. Позор организации… Посмотрим, что по этому поводу скажет твоя мамочка.       Драко моргнул, всё его тело похолодело. Нет.       Долохов уже шёл по направлению к главной лестнице. Драко поспешил за ним.       — Нет, сэр, — умолял он. — Это не её вина. Это всё я, мой Лорд. Накажите меня, пожалуйста.       Его мольбы были проигнорированы. Долохов щёлкнул пальцами, и Роули и Мальсибер подбежали и схватили Драко за руки. Он попытался вырваться, дотянуться до палочки сбросить с себя двух головорезов, но тщетно. Его палочку вытащили из кармана, а руки болезненно скрутили за спиной.       Долохов ворвался в комнату Нарциссы. Яркий закат окрасил спальню своим ярко-оранжевым свечением, и Драко прищурился, пытаясь разглядеть хоть очертания фигуры матери, но не увидел её. Кровать была заправлена, а дверцы шкафа были распахнуты, показывая, что он был пуст. Некоторые ящики тоже были выдвинуты, тоже пусты.       Долохов подбежал к ванной и выбил дверь. Пусто. Нарцисса исчезла.       — Обыщите дом. Никому не разрешено уходить без моего ведома, — гаркнул Долохов, тыча пальцем в Роули. — Ты, — он глянул на Мальсибера, того, кто забрал палочку Драко. — Глаз с него не спускай.       Роули убежал, выкрикивая приказы забаррикадировать выходы и обыскать каждую комнату.       Драко не знал, смеяться ему или плакать. Мама исчезла. Она сбежала. Взяла свою судьбу в свои руки. Он подумал, куда она могла отправиться. В безопасности ли она? Собирается ли когда-нибудь вернуться?       Его сердце будто превратилось в юлу. Она не смогла попрощаться, и они, скорее всего, больше никогда не увидятся.       Он отбросил скорбь. Так даже лучше. Она больше не под влиянием Долохова. Она свободна, и они больше не смогут использовать её как оружие против Драко. Он вспомнил их утренний разговор.       Если бы меня здесь не было, и ты не был бы вынужден беспокоиться об мне, ты бы продолжил это?       Наверное, на тот момент она уже всё спланировала. Пока он работал над убийством Грейнджер, она работала над побегом из Мэнора. Хотя бы один из них сегодня справился. Он против воли улыбнулся.       Глаза Долохова были практически полностью чёрным от ярости, когда он подошёл к Драко.       — Где она?       Драко вызывающе уставился на него.       — Не знаю. А если бы и знал, ни за что бы не сказал.       Долохов выхватил свою палочку и направил её на Драко.       — Круцио, — выплюнул он.       Боль пронзила каждую клеточку тела Драко, и он закричал, в агонии упав на колени, но ему было плевать. Мама в безопасности.       К моменту, когда Долохов снял проклятие, горло Драко уже горело от крика и по лбу градом катился пот. На несколько секунд он оставался на четвереньках, жадно глотая воздух.       — Никаких признаков её присутствия, мой лорд, — отчитался какой-то Пожиратель Смерти.       Долохов яростно закричал:       — Продолжайте искать. И обыщите подвалы.       Раздались торопливые шаги.       — Отдайте ему палочку, — прошипел Долохов.       Палочка приземлилась рядом с Драко, и он удивлённо поднял голову.       — Тебе повезло, что ты всё ещё нам нужен, — Долохов опустился на колени перед Драко, его перекошенное лицо было в сантиметрах от лица Драко. Он говорил медленно и размеренно, будто с ребёнком. — Завтра ты либо вернёшься туда и закончишь свою работу, либо узнаешь, что нам не нужна твоя мамочка, чтобы тебя подбодрить.       Долохов вылетел из комнаты и поспешил к лестницам, по пути выкрикивая приказы своим подчинённым. Мальсибер последовал за ним, как верный пёс.       Драко слушал, как они уходят. Он всё ещё чувствовал последствия Круциатуса в теле. Подобрав палочку, он со стоном поднялся на ноги. Он вышел из комнаты матери и направился в собственную спальню.       Зайдя, он запер дверь, накладывая на неё все известные ему запирающие чары, чтобы Долохов не смог придти и продолжить пытку. Он упал на кровать. Простыня еле слышно хрустнула под его весом.       Драко удивлённо поднял голову. Египетский хлопок не хрустит. Он поднял покрывало, находя маленький конверт под ним. Он поднял его трясущимися руками и прочитал надпись.       Драко.       Его сердце пропустило удар. Он узнал бы материнский почерк где угодно. Он разодрал конверт, вчитываясь в слова, которые, возможно, были последними, что он получит от матери.       Мой дорогой дракон.       Я больше не могу так жить. Больше не могу этим спятившим людям использовать меня для управления тобой. Ты должен выбрать собственный путь в этой войне, и я знаю, что моё присутствие здесь будет ловушкой для тебя. Я ухожу, чтобы ты мог стать свободным.       Я не скажу, куда отправляюсь, на случай, если это письмо попадёт не в те руки, но уверяю тебя, я в полной безопасности. Я уйду далеко отсюда, туда, куда война ни за что не доберётся. Тебе больше не нужно беспокоиться обо мне. Я вернусь и найду тебя, когда война закончится.       Пожалуйста, действуй осторожно. Ты лучше, чем тот, в кого они тебя превратили. Будь тем человеком, которым я тебя вырастила. Пробей свою дорогу в этой войне. Ты был заперт из-за ошибок твоих родителей слишком долго. Я знаю, что ты сделаешь правильный выбор.       Будь в безопасности. Оставайся сильным. Доверяй своим инстинктам.       Никогда не сомневайся в моей любви к тебе.       Твоя мама.       Драко дважды перечитал письмо, осторожно сложил его и убрал карман.       Она в безопасности. Сегодня он может спать спокойно, зная, что она далеко от этого ужасного места.       Но завтра... Завтра он должен вернуться в Лондон, в этот холодный переулок, и закончить свою работу. Гермиона Грейнджер должна будет сделать свой последний вдох, или Драко сделает свой.       Его желудок сжался от этой мысли. Действуй осторожно. Будь тем человеком, которого я вырастила.       Нарцисса Малфой ненавидела работу Драко в новой системе Пожирателей Смерти. Она ненавидела её с тех пор, как Драко принял метку, но ненависть стократно выросла с тех пор, как Долохов начал его тренировать. Она много раз умоляла Главного Министра прекратить это, но добилась только нескольких болезненных заклятий на конце его палочки.       Его мать хотела, чтобы он ушёл отсюда, это было очевидно. Может ли он уйти? Он — убийца. Он не может уйти и начать простую, нейтральную жизнь. Пожиратели будут охотиться за ним за дезертирство, Министерство — за убийства. Остаёся только...       Орден.       Их убежища были надёжно защищены. Ещё ни один Пожиратель не раскрыл местоположение их домов. Он не мог просто придти к Ордену и постучать к ним, прося укрытия. Даже если бы он знал местоположение, и если бы смог пробраться сквозь защитные чары, наверное, его бы убили моментально.       Бруствер.       Он был Министром Магии и лидером Ордена Феникса. Если Драко сможет добиться короткой аудиенции с ним, может, у него получиться убедить Министра забыть о его преступлениях в обмен на информацию о Долохове и Пожирателях.       Стоило попробовать. Может его посадят. Клетка рядом с отцом может быть не такой уж и плохой. По крайней мере, в Азкабане он будет свободен от Долохова.       Он должен попытаться.       Один взмах палочки, и из шкафа вылетел рюкзак, приземляясь на кровать. Ещё один взмах, и из шкафа вылетела одежда, самостоятельно упаковываясь в портфель. Драко подошёл к столу и собрал все документы, которые могут быть полезными, включая папку Грейнджер.       Время приближалось к восьми часам. Он всё ещё слышал шум, вызванный пропажей его матери. Он подумал, насколько усилиться хаос после его ухода. В любом случае, уходить сейчас слишком опасно. Он должен дождаться темноты.       Драко подождал несколько часов, сидя за столом и пытаясь унять дрожь в ногах. На случай неожиданных посетителей о наложил дезилюминационные чары на рюкзак и спрятал его под кровать. Убивая время, он перечитывал папку Грейнджер и листал старые журналы по Квиддичу, не особо вчитываясь в текст перед глазами.       Дом затих. Должно быть, поиски прекратились, и все отправились спать. Он проверил время. Два часа ночи. Идеальное время для побега. Схватив палочку и рюкзак, он в последний раз осмотрел спальню. Его сердце затрепетало, он подошёл к шкафу и потянулся к самой верхней полке. Немного пошарив рукой, он дотронулся до того, что искал, и вытащил это. Давний подарок от родителей, пыльный, потёртый плюшевый дракон зелёного цвета. Он засомневался, но всё же положил его в сумку, прежде, чем выйти в тёмный коридор Мэнора.       Проходя по дому, который он когда-то так сильно любил, он думал, сможет ли когда-нибудь сюда вернуться. Он выглянул в окно и посмотрел на сад, в котором научился летать. Прошёл мимо столовой, где так часто обедал с родителями, и где теперь собирались полчища Пожирателей. Красивая гостиная, где раньше он проводил каждое рождественское утро, и где теперь располагался кабинет Главного Министра.       Это больше не его дом. Просто здание, заполненное призрачными воспоминаниями, которые никогда не вернутся. Драко прошёл через фойе и вышел на прохладный ночной воздух.       Никто не пытался его остановить, пока он шёл к воротам. Они открылись, и он прошёл через них. В последний раз взглянув на поместье, он аппарировал.       

***

      Драко ещё никогда не заходил в Министерство Магии через вход для посетителей. Его сердце нервно сжималось, и он обдумывал каждое слово, когда приятный голос спросил, к кому и по какому вопросу он хочет обратиться.       Какой у него вопрос? Казалось, что говорить системе, что он хочет ворваться в кабинет Министра Магии, было глупой затеей. Возможно, в Министерстве были охранные чары, которые арестуют его, если он скажет что-то подозрительное. Возможно, его арестуют в любом случае, вне зависимости от того, что будет написано на его значке.       На секунду Драко задумался, не совершает ли он ужасную ошибку. Возможно, ему лучше сбежать и попробовать скрыться. Рвано выдохнув, он отбросил сомнения. Всё будет лучше, чем то место, откуда он ушёл. Он произнёс своё имя и причину посещения, и взял маленький значок.       Драко Малфой.       Добровольная капитуляция.