Dragon in the Dark

      Что-то в Ордене определённо было не так. Даже спустя месяц после смерти Пэнси чувство уязвимости всё ещё скользило в мыслях каждого. Хоть Бруствер и заверял, что был абсолютно уверен в отсутствии шпиона в рядах сопротивления, многие не соглашались с ним. Очевидно, что каким-то образом их раскрыли. Либо Бруствер был неправ, и среди них был шпион, либо их охранные чары не были даже близко настолько сильны, насколько все когда-то верили.       Драко до сих пор периодически ловил на себе подозрительные взгляды, но он не был единственным. Казалось, что все сомневались в том, чтобы хоть немного открыться кому-то кроме своих самых близких друзей.       Драко заметил, что Финниган больше других закрылся в себе. Тот почти не говорил ни с кем, кроме Дина. Джордж Уизли тоже ушёл в себя, проводя время только с Ли Джорданом, Анджелиной Джонсон и членами его семьи.       У Драко была Грейнджер, конечно, но он также мог обратиться к Джинни, Чанг или Поттеру, если Грейнджер оставалась в другом убежище. Чарли всё ещё был с ним дружелюбен, но что-то в нём переменилось со смерти Пэнси. Или его сердце было разбито после потери его... кем бы она ему не была, или он чувствовал себя виноватым из-за потери своего подопечного, но Чарли в последние недели всегда был погружён в себя.       Когда закончился май, вернулись некоторые команды, занимающиеся делами Ордена за границей. К сожалению Драко это означало возвращение Рональда Уизли.       Рыжее недоразумение вошло в Штаб-квартиру, будто король, вернувшийся с победоносной битвы, раскинув руки в ожидании объятий от фанатов. Драко поморщился, сидя в гостиной, когда Джинни подскочила и побежала обниматься с братом.       Грейнджер тоже встала, и Драко внимательно смотрел, как она с улыбкой подошла к Уизли и обвила его шею руками. Он не мог не заметить — с долей удовольствия — что она казалась менее радостной, чем в прошлый приезд Рона.       После еженедельной встречи Бруствер зачитал распределение по убежищам. Драко должен отправиться в дом Вестенбергов с Грейнджер, Поттером, Уизли и Чанг. Чжоу многозначительно посмотрела на него, и он догадался о причине. Неделя с Золотым Трио. К концу недели Драко и Чжоу определённо будут рады, что были друг у друга.       Когда они встретились, чтобы отправиться в убежище, Драко заметил, что Грейнджер решила встать между Поттером и Чжоу вместо того, чтобы остаться рядом с ним или Уизли.       Драко устроился в своей комнате, радуясь количеству спален в Вестенбургском доме. С пятью спальнями отпадала необходимость делить комнату с кем-то — по крайней мере, он на это надеялся.       — Кто хочет сыграть в квиддич? — спросила Чжоу после ужина. — Пока светло мы успеем полетать.       Драко усмехнулся, потирая бок:       — Нет уж, спасибо. Я ещё не забыл, как игра с Уизли закончилась для меня.       — Это была случайность, — хмыкнул Уизли.       — Конечно, — Драко закатил глаза. — В любом случае, думаю повременить с полётами, пока ты не уедешь в другую страну.       — Слабак.       Драко метнул в него резкий взгляд. Уизли смотрел на него, его глаза были тёмными и бросали ему вызов. Драко знал, что ему не стоит поддаваться, чтобы не показаться слабаком, но он не мог позволить Уизли подумать, что он прав.       — Ладно, хорошо, — сдался Драко. — Но если ты попытаешься повторить то, что было в прошлый раз, то всю неделю будешь отрыгивать слизняков. И я уверен, ты помнишь, каково это.       Драко с удовольствием отметил, что уши Уизли покраснели. Боковым зрением он увидел, как Грейнджер закатила глаза и покачала головой.       — Мы можем просто заставить вас играть в одной команде, — заметил Поттер, усмехнувшись.       — Я скорее проиграю, чем окажусь с хорьком в одной команде, — заворчал Уизли.       — Отлично, — Драко рассмеялся. — Потому что мы с Чанг собираемся размазать вас по стенке.       Чжоу была отличным игроком, и из них двоих выходила неплохая команда. Они хорошо понимали друг друга и прекрасно распределяли обязанности в нападении и защите. Но у Поттера всё ещё была его Молния. Против неё у старых мётел из сарая Вестенбургов не было ни шанса.       Даже учитывая отвратительные навыки Уизли, Поттер обыграл их со счётом 60-20.        — Неплохо сыграли, — сказал Поттер, когда они вернулись на кухню.       — Ага, — рассмеялся Уизли, хлопая друга по плечу. — Мы!       Драко скорчился и посмотрел на Чжоу, которая закатила глаза. Очевидно, рыжее недоразумение раздражало их обоих.       — Рон! — одернула его Грейнджер.       — Что? — снова загоготал Уизли, потрепав её по волосам и проходя в гостиную.       — Бестактный сын ... — выдохнула Чжоу.       — Я в душ, — сказал Драко, нуждаясь в перерыве от Уизли больше, чем в чём-либо ещё.       Тем вечером Драко наложил на комнату Муффлиато. Он надеялся, что Грейнджер не впустит Уизли в свою комнату, как она сделала это в прошлый раз, но если это случится, то он не хотел этого знать.       Он плохо спал. Каждый раз, просыпаясь, он с надеждой смотрел на комнату, ожидая, что Грейнджер проскользнёт в его спальню и ляжет рядом. Она не пришла. На самом деле, это было ожидаемо. Иногда они по несколько ночей проводили по отдельности, не ища друг в друге утешения. Поэтому он надеялся, что в эту ночь она хорошо выспится... одна.

***

      Утром Драко рано проснулся и на цыпочках спустился на кухню ещё до семи часов. Он поставил чайник на плиту и начал готовить завтрак.       — Доброе утро, — он услышал радостный голос позади себя. Отвернувшись от готовящейся яичницы, он увидел Грейнджер, только что вышедшую из душа, полностью одетую.       Спала ли она с Уизли? Драко не мог сказать. Она точно казалась бодрой, что могло бы быть доказательством — по крайней мере, для Драко — что Уизли не лапал её всю ночь. Но она уже приняла душ, так что он не мог ничего понять с помощью состояния её волос.       — Привет, — легко ответил он. — Чашечку?       — Пожалуйста.       — Драко налил для неё чай. Она поблагодарила его и начала накрывать на стол.       — Спасибо, что приготовил завтрак. Выглядит потрясающе, — улыбнулась она, поглядывая на яичницу и жареный бекон.       — Не стоит.       — Прости за вчерашнее... за Рона, — Грейнджер отпила чай.       Драко фыркнул:       — Ты не должна извиняться за его действия, Грейнджер.       — Знаю. Но такое ощущение, что я должна хотя бы объясниться.       — Ладно, — Драко вздохнул, следя за сковородой. — Я слушаю.       Грейнджер облокотилась на тумбу рядом с ним. Она не смотрела на него, слегка склонив голову вниз.       — Он немного... изменился, с тех пор, как Фред умер. Думаю, для него и для Джорджа было сложнее всего это пережить. По крайней мере они больше всего изменились после этого. Наверное, он видит в тебе того, на ком можно за это отыграться.       — Вчера ничего не случилось, Грейнджер.       — Я знаю, но он будет здесь всю неделю, и я просто подумала, что будет лучше, если ты... будешь выше этого.       Драко выложил на свою тарелку яйца и несколько кусочков бекона. Внутри него закипало раздражение. Он подумал, что эту лекцию Грейнджер стоит прочитать Уизли, а не ему. Вместо того, чтобы оправдывать его действия, ей стоит пристыдить его за них. Уизли не заслуживал того, чтобы она заступалась за него, и всё же она продолжала это делать. Возможно, она действительно спала с ним.       Подавляя злость, он обернулся к ней:       — Я понял, — промычал он. — Так ты хочешь, чтобы я был лучше этого.       — Если тебе не сложно, — улыбнулась она.       Его бровь выгнулась, а по лицу поползла ухмылка.       — Не думаю, что это станет проблемой. Без сомнений, я уже лучше него.       Щёки Грейнджер порозовели, а глаза расширились, когда он подмигнул ей и подошёл к столу.       — Всё в порядке, Гермиона? — поздоровался Поттер, проходя на кухню и беря чайник.       Грейнджер быстро покачала головой.       — Да, доброе утро, Гарри. Драко приготовил завтрак!       — Спасибо, дружище! — Поттер налил себе чашку чая и наложил себе в тарелку еды.       Драко удивлённо моргнул, уверенный, что Поттер ещё никогда не называл его "дружище". Это было странно, вести себя дружелюбно со школьным соперником. К его собственному удивлению, ему не хотелось от этого блевать. На самом деле, он почти наслаждался завтраком с Мальчиком-Который-Выжил и Гриффиндорской Золотой Девочкой. Возможно, это было изощрённой галлюцинацией, вызванной августовскими Круциатусами Долохова. Это вообще многое могло бы объяснить.       Как только к ним присоединился Уизли, Драко стало понятно, что предыдущую ночь Грейнджер провела в одиночестве. Рыжий был в плохом настроении. Очевидно, что если бы он ночью был с Грейнджер, он бы не вёл себя так, будто кто-то плюнул в его чай.       Даже если не учитывать кислую мину Уизли, Драко мог сказать, что ничего не произошло, основываясь на том, как Грейнджер избегала его взгляда. Она не отрывала глаз от тарелки и говорила, только если к ней обращались. Она отвечала Уизли короткими отрывистыми фразами, и Драко задумался, не расстались ли они. Его злость на Грейнджер испарилась, а настроение повысилось на весь оставшийся день.       Хоть и было очевидно, что Грейнджер не спит с Уизли, она, похоже, решила отдалиться и от Драко, сохраняя небольшую дистанцию с ним. Он не видел её так редко с тех пор, как они жили в разных убежищах. Для такой маленькой площади дома они удивительно редко виделись.       Драко не мог не почувствовать лёгкую обиду из-за её отстранённости. Его тёмная, собственническая часть мечтала что-то сделать. Заявить свои права на Грейнджер так, чтобы Уизли увидел это. Но он знал, что это только разозлит Грейнджер. Ей точно не понравится быть вещью, которую можно присвоить.       И всё же дикарская, мужественная сила внутри него рычала каждый раз, когда она говорила с Уизли.       Эта же яростная сила накатила особенно сильно, когда, проходя мимо комнаты Грейнджер, он услышал разговор на повышенных тонах. Он остановился и прислушался. Было слышно только отдельные слова, но этого было достаточно, чтобы выделить тему спора.       — Малфой... Пожиратель Смерти... Грёбаный предатель... Шпион.       Было не сложно догадаться, о чём они говорят. Драко услышал ответ Грейнджер, сердитый, дерзкий, но слишком тихий, чтобы понять.       — Невероятно! — воскликнул Уизли.       Драко услышал глухой удар о деревянный пол и подпрыгнул, предполагая худшее. Незамедлительно представив Уизли, поднявшего руку на Грейнджер, он вошёл в режим защиты, поднял палочку и толкнул дверь.       Грейнджер и Уизли стояли в метре друг от друга. Её руки были скрещены на груди, а брови нахмурены. За Уизли лежал упавший стул, и Драко подумал, что тот швырнул его в приступе ярости. В гневе он закричал на рыжего парня:       — Отвали от неё.       — Что ты здесь делаешь? — поморщился Уизли. — Мы разговариваем.       Драко зашипел:       — Вы закончили. Уходи.       — Всё в порядке, Драко. Правда, — голос Грейнджер был мягким.       — О, так он теперь "Драко"? — Уизли усмехнулся. — И с каких это пор ты нуждаешься в том, чтобы он за тебя сражался?       — Я не собираюсь повторять, — Драко покрепче сжал палочку.       Взгляд Уизли метался между Драко и Грейнджер.       — Так вот оно что, — его лицо вспыхнуло, а челюсть напряглась. — Ясно.       На пути к выходу Уизли остановился около Грейнджер и тихо сказал:       — Я очень разочарован в тебе, Гермиона.       Он промчался мимо Драко и вылетел в коридор.       — Ты в порядке? — спросил Драко.       Грейнджер удивлённо подняла брови:       — Да, конечно.       — Он не...? — Драко посмотрел на лежавший стул, и Грейнджер, догадавшись о его мыслях, посмотрела на него широкими глазами:       — Ох, нет! Рон бы никогда... он просто запнулся, — она сдавленно хохотнула.       Он вопросительно поднял бровь.       — Серьёзно, Драко, я в порядке. Мы с Роном всегда ссорились, как кошка с собакой. Он с характером, но он не жесток.       Холодная ярость внутри Драко немного отступила.       — Сколько ты услышал? — спросила Грейнджер, покраснев.       — Достаточно.       — О...       — Всё нормально, Грейнджер. Мне плевать, если он думает, что я предатель, — он убрал палочку в карман. — Кажется, все так думают.       Грейнджер озадаченно наклонила голову.       — Он не тебя назвал предателем.       — Не меня?       Она покачала головой:       — Меня.

***

      В конце недели Уизли отправился в другую страну, а Грейнджер и Драко были разделены по разным убежищам. Драко останется в Штаб-квартире, а Грейнджер... Ну, он не знал, куда отправили её. Из соображений безопасности Орден начал перемещать людей среди убежищ в непредсказуемые часы. Распределительные листы хранились под замком в кабинете Бруствера. На утро после еженедельной встречи Драко проснулся и узнал, что Грейнджер и ещё несколько человек уже уехали.       Большую часть времени на той неделе Драко провёл, готовя противоядие с Лавгуд. Оказалось, что девчонка не несла околесицу только во время зельеварения, так что они работали в полной тишине.       В это время он часто ловил себя на том, что думает о Грейнджер. Он хотел приготовить как можно больше антидота, чтобы предотвратить последствия последней атаки Пожирателей. Вид сломленной Грейнджер не был чем-то, что он снова хотел увидеть.       — Не мог бы ты что-то сделать со своими мозгошмыгами?       Драко поднял взгляд от котла и увидел, что Лавгуд таращится на него своими бледными глазами.       — Что?       — Твой мозг совсем затуманен, — она мечтательно наклонила голову в сторону. — Ты снова думал о ней?       Драко прочистил горло, возвращая всё внимание к кипящему зелью.       — Не понимаю, о чём ты говоришь.       — Всё в порядке. Её мозг тоже затуманен, когда ты рядом.       Он метнул в неё резкий взгляд. Лавгуд рассеяно помешивала зелье, пять раз по часовой стрелке, два раза против. Казалось, она ни на что не обращала внимания. Как она смогла заметить то, что он так тщательно оберегал от чужих глаз? И Грейнджер... неужели в ней Лавгуд заметила что-то похожее?       Снова сосредоточившись на зелье, Драко изо всех сил пытался успокоить трепет в сердце.

***

      В четверг Драко ужинал с Джорджем и Чарли Уизли и Ли Джорданом. Несмотря на предвзятые комментарии Джордана во время квиддича в школе, теперь Драко обнаружил, что наслаждается его компанией.       — Говорю тебе, — сказал Джордж, подбирая остатки своей еды. — На это найдутся покупатели.       — На магический вибратор? Ты, должно быть, шутишь, — Ли рассмеялся и покачал головой. — Я знаю, вы любите изобретать всякие дикие штучки, но это.. новый уровень.       — Чарли! Я знаю, мы говорили об этом в понедельник, но не мог бы ты объяснить Ли, какой он придурок?       Чарли оторвался от своего стакана:       — М?       — Ну, ты чего? Я рассказал тебе об этой идее в понедельник. Ты сказал, что это гениально! — Джордж подмигнул брату.       Чарли нахмурился:       — В понедельник? Меня здесь даже не было.       — Ты не в себе? Мы сидели прямо здесь и обсуждали это.       Чарли странно посмотрел на брата, покачал головой и сделал большой глоток.       Джордж скептически уставился на Чарли, и Драко понимал, почему. Каждый день со смерти Пэнси тот был хотя бы слегка пьяным, но забывать целые разговоры... Возможно, причина обеспокоиться действительно была. Драко решил в будущем приглядывать за Чарли.       Покачав головой, Джордж обернулся к Драко:       — А ты что думаешь, Малфой?       Драко слегка опешил:       — Я?       — Да, ты. Видишь ли ты себя, использующим магический вибратор?       Шея Драко покраснела.       — Вижу ли себя..? Я не...       — Ладно, может не для себя самого. Но, возможно, с подружкой? — Джордж многозначительно поднял брови. — Иногда ведьмам нужна небольшая помощь, так что он может пригодиться...       Драко прочистил горло:       — Ещё никто не жаловался.       Он не хотел рассказывать Джорджу о том, сколько времени прошло с тех пор, как у него была возможность удовлетворить ведьму.       — Думаю, это да, — Джордж посмотрел на Ли с триумфальной улыбкой, которую Драко не считал очень обоснованной.       Ли фыркнул и сделал глоток сливочного пива.       — Это ты не в себе.       Взгляд Джорджа на секунду расфокусировался, пока он крутил нож между пальцами. А потом он снова улыбнулся:       — А что насчёт автоматического триммера для волос в ушах?       Ли расхохотался, и Драко присоединился к нему.       Внезапное волнение около главной двери заставило их всех подняться на ноги и выхватить палочки. Люди кричали и бежали в сторону выхода из гостиной и кухни.       — Что происходит? Что случилось? — спросил Поттер, когда Джинни вбежала в дом, кашляя, почти вся покрытая чёрной копотью.       — На Вестенбергский дом напали, — сказала она трясущимся от ужаса голосом. — Они сожгли всё до тла.       Несколько других человек ввалились в дверь за ней. Чжоу прижимала к себе свою руку, которая была обожжена. Дин Томас так сильно кашлял, что уже начал хрипеть от нехватки воздуха, схватившись за ближайшую стену.       — Это все? — спросил Поттер напряжённым голосом, метая свои зелёные глаза между прибывшими.       Желудок Драко болезненно сжался, будто он знал, что собирается услышать, ещё до того, как Джинни сказала это. Где осталась Грейнджер? Он надеялся, что где угодно, кроме Вестенбергского дома. Джинни покачала головой, встретившись наполненными слезами глазами с Драко.       — Гермиона...       Что-то внутри Драко оборвалось, а грудь сжалась тисками.       Нет. Мерлин, пожалуйста, нет.       — ... она не выбралась.