Блудный Диснейteez

Эрика выдохнула и закашлялась. Спина больно во что-то врезалась, но все здравые мысли быстро ушли на второй план, потому что она вдруг осознала, что от её губ только что оторвались другие губы. И чужое лицо медленно поднялась над ней, отпуская её рот. Она вздрогнула и дёрнулась, но сильные руки удержали её. — Не бойся. Прости, если напугал. Я всего лишь делал искусственное дыхание, ты много наглоталась воды и не сразу пришла в себя. Эрика захлопала глазами, происходящее казалось ей сном. Потому что над ней склонился Юнхо. На его лице расплылась мягкая улыбка, он осторожно убрал слипшиеся мокрые волосы с её щек, заправляя за ухо. Его собственные влажные волосы были откинуты назад, и она могла рассмотреть всё — от верхней губы в форме бантика до тёмной радужки бездонных глаз. Смущение от такой близости было первой реакцией Эрики. Она тут же приподнялась на локте, растерянно осматриваясь. Они лежали на коротком берегу какой-то бухты у маленького острова — она даже видела край земли с другой стороны. Позади были скалы, спереди — уже спокойное, но чёрное море. Солнце давно село за горизонт и повсюду царила темнота. Эрика не знала это место, но поразило её больше другое — огромный русалочий хвост, что лежал сбоку от неё. Она изумлённо прошлась по нему взглядом, рассматривая переливающуюся чешую и подрагивающие плавники. Сглотнула, глядя, как чешуйки заканчиваются под пупком, переходя в обычную, но очень бледную кожу. Да, торс Юнхо был абсолютно человеческим, чуть вытянутым, жилистым. Ну, и абсолютно голым. Эрика моргнула, уставившись на чужой пупок и соски, и быстро отвела взгляд. Она всё же набралась смелости и снова посмотрела в глаза Юнхо. Он рассматривал её так спокойно, но с какой-то удивительной нежностью. — Так ты… действительно русал? — сказанула она самое нелепое в такой ситуации, лёжа бок о бок с гигантским хвостом. — Да, — кивнул Юнхо. Он поджал губы. — Я русал, существо подводного мира. И это я тогда следил за тобой в бухте. — Это я уже поняла. Но почему ты спас меня тогда в шторм? — Как почему? Ты тонула. — Я не слышала, чтобы подводные люди раньше вытаскивали обычных людей на берег. И почему ты в итоге выдал себя за принца Ариэла? — Я не хотел так обманывать, — в голосе Юнхо зазвучали стыдливые нотки. — Но рад был обмануться сам. Я совершил глупую сделку с опасным колдуном Ёсаном, так беспечно ему доверившись. Он подарил мне ноги на пару дней в обмен на мой голос. И я наивно верил, что смогу выполнить контракт, но увы… Прости, что пережила всё это. Всё из-за моего наивного желания побыть человеком и узнать тебя поближе. — Меня? — растерянно переспросила Эрика. — Тебя, — улыбнулся он. — Эта тяга была непреодолимой, и после того, как ты побывала пару минут в моих объятиях, я уже не мог думать ни о чём другом. Краска залила лицо принцессы, она жутко смутилась от таких откровенных слов. Ещё и вся ситуация… Она ведь лежала на берегу практически вплотную с наполовину обнажённым мужчиной, хоть низ его был вовсе нечеловеческим. Ещё она вдруг нервно осознала, в каком сама была виде: верхнее платье на ней вообще почему-то отсутствовало, была лишь часть пояса на нижнем платье-ночнушке из белой ткани, которая от воды вся намокла и стала слегка прозрачной. Эрика со стыдом поняла, что её грудь просвечивается. Да и проклятый Ёсан разорвал на ней исподнее, и мокрый подол облепил голые ноги. Она сжалась от неловкости, пытаясь прикрыть грудь. — Почему на мне так мало одежды? — выпалила Эрика. — Прости, — в который раз извинился Юнхо. — Твоё человеческое платье было таким тяжёлым и зацепилось за скалу, поэтому мне пришлось содрать его с тебя, чтобы мы всплыли на поверхность, — и видя её растерянный взгляд он добавил: — Не бойся меня. Я никогда тебе не сделаю плохо. — Я не боюсь тебя. «Но смущаюсь», — уже подумала про себя Эрика. Не скажет же она ему такое вслух, но она действительно почему-то не боялась Юнхо. Она вдруг опомнилась, придя в себя остаточно. — Что произошло? Как мы здесь оказались, ведь были на корабле? Ты знаешь, что с остальными? — Ох… — вздохнул Юнхо. — Сложно быстро всё объяснить, но я постараюсь… И он принялся рассказывать: — Мой отец Хонджун — король русалов и русалок, Владыка Атлантики. Он ворвался на корабль, поднявшись из глубин моря. Он бы мог с лёгкостью испепелить Ёсана своим трезубцем, но не смог отобрать меня у него, потому что магическая сделка не рушима, увы. Тогда по настоянию проклятого колдуна Хонджун согласился занять моё место в качестве пленника и отказался от своего трезубца в обмен на мою жизнь и свободу. Даже будучи со мной в ссоре отец не отказался от меня, — на миг в чистом голосе Юнхо мелькнули горечь и стыд. — С меня спали оковы проклятия, но папа превратился в полип и потерял свою власть над Атлантикой. Ёсан объявил себя властителем семи морей, но прежде чем он успел использовать трезубец, я ранил его подхваченным на полу гарпуном. Началась потасовка, в которой Ёсан начал расти до чудовищных размеров, затем принялся вращать магическим трезубцем воду, образуя смерчи в море. — Мне чудилось, что я лежала на самом дне в какой-то воронке! — выдохнула Эрика. — Да, тебя утянуло туда, когда корабль разорвало по полам, и все попадали в море, — кивнул Юнхо. — Я нырнул следом и поймал тебя, мы вместе оказались в воронке воды на дне моря. И огромный Ёсан начал со смехом стрелять молниями в нас сверху, желая испепелить в труху. Я уклонялся с тобой на плече как мог, быстро выдыхаясь. И в ужасе понимал, что мне не справиться, что я в ловушке. Но потом… — он в восхищении выдохнул. — Это было невероятно! Ёсан своим сделанным ужасным штормом нечаянно поднял затонувшие корабли на поверхность. И когда он уже точно собирался убить нас, то сзади него появился один из кораблей с полусломанной палкой-балкой впереди! — Бушпритом? — переспросила Эрика. — Что? — не понял её русал. — Бушприт — деревянный брус, выступающий вперёд с носа корабля, — быстро пояснила она. — Ага, наверное, — кивнул Юнхо. — А вёл этот корабль твой отец — король Чонхо! — Папа? — воскликнула Эрика. — Да, — закивал Юнхо. — Он на лодке метнулся обратно к кораблю, потом его утянуло в воду в шторме, но он как-то выбрался и схватился за трос всплывшего на поверхность старого утопленного корабля. Он забрался наверх и направил корабль этой острой разломанной палкой прямо в спину увеличенного Ёсана. «Не тронь моего ребёнка, с-сука!» — заорал он и пронзил развернувшегося Ёсана этим твоим бушпритом в живот! Ох, это было просто грандиозно, твой отец просто нечто! — восхищённо воскликнул Юнхо. — Он потрясающий! — Да, он такой… — Эрика улыбалась, И в сердце что-то приятно дрогнуло от того, что Юнхо с уважением и гордостью отозвался об её отце. — Но как мы здесь сами оказались? Что с остальными? — Смертельно раненый Ёсан тут же уменьшился в размере и упал на дно воронки, — рассказывал дальше Юнхо. — Его заклинания стали терять свою силу, мой папа Хонджун обратился обратно. Но напоследок Ёсан выплеснул такой мощный поток чёрной силы, что воды будто взорвались. Мой отец прокричал мне спасать тебя, что он справится со смертельной стихией, не даст волне-цунами хлынуть на город и потопить его. И понёсся спасать ваши земли, предотвращая наводнение. Он усилил корабль, где был твой отец Чонхо, и их унесло магическим ветром с нереальной скоростью. Я же подхватил тебя и кинулся уплывать, что есть мочи, когда ужасная волна будто накрыла небо. Ну… — протянул он. — Собственно, успел спасти нас, и мы уплыли на безопасное расстояние. Вот я и вытащил тебя сюда, чтобы привести в чувство. Судя по скоро исчезнувшим проклятым бурям и невредимому берегу вдалеке, то мой папа Хонджун успел всех спасти. Всё хорошо. Мы отдохнём, и я верну тебя обратно на твой остров, твою землю. Эрика поёжилась, она немного замёрзла. Юнхо, увидев это, протянул руку, оглаживая её плечо в разогревающих движениях. Она дёрнулась, удивлённо на него уставившись, ведь не привыкла к таким внезапным и прямым прикосновениям от мужчин. Пусть и нелюдей. Хотя это было приятно, нельзя было отрицать. — Испугал? Извини, — Юнхо виновато улыбнулся. — В моём мире мы легче воспринимаем физический контакт, я могу забываться. Не хотел обидеть, хотел согреть. Всё-таки, какой у него был чудесный голос! Живой, звонкий, такой какой-то… добрый. Эрика поняла, что плавится как масло на солнце от звуков его голоса и этого изучающего тёплого взгляда. — Но всё же… Почему ты так проявил ко мне интерес? — спросила она. Юнхо две секунды молчал, просто разглядывая её. А затем наконец-то сказал: — Потому что ты мне очень нравишься. Что-то в груди Эрики вспыхнуло яркой волной, она изумлённо таращилась во все глаза на русала перед собой. — Мы отличаемся всё же от людей, — продолжал Юнхо. Его пальцы невесомо скользнули по её плечу, прошлись по руке, а потом остались лежать на её запястье. — Мои водные братья и сёстры могут быстро влюбляться, но это остаётся надолго, если не навсегда. И я не стал исключением. Я влюбился сразу, как только увидел тебя на берегу, и русалочье сердце было отдано человеческой девушке. Эрика открыла рот и закрыла, не зная, что сказать. — Моему народу могут сниться вещие сны, — спокойно продолжал Юнхо. — В них мы можем увидеть свою истинную любовь, истинную вторую половину. И ты являлась мне в этих пророческих снах, поэтому я осознал, что окончательно потерян. Но сколько можно был всё время тайком наблюдать за тобой? — с горечью сказал он. — Вот я сгоряча согласился на эту сделку с колдуном Ёсаном. Я мог ходить на двух ногах, но только три дня. Условием было, что если ты не поцелуешь меня истинной любовью к заходу третьего дня, то я вернусь ко Ёсану навсегда в качестве раба. — Три дня? — воскликнула поражённая Эрика. — Ты согласился на этот жуткий контракт, надеясь за три дня истинный поцелуй получить? — Да, — Юнхо мгновенно переменился в лице. Он расстроился, словно малое дитя. — Я же говорил, мы отличаемся от людей. Русал, если почувствовал что-то, то уверен в своих чувствах абсолютно. Я думал, раз ты в моих вещих снах, то тоже ответишь мне сразу. Но я наивен до ужаса, как и сказал колдун… Он отвёл взгляд и до того стал похожим на расстроенного щенка, что жутко захотелось потрепать его по голове и обнять в успокаивающих поглаживаниях. Эрика всё ещё немного смущалась, но была окончательно очарована и даже не пыталась обманывать саму себя. Русал из её грёз оказался даже лучше в реальности. Она протянула руку и осторожно коснулась его шеи и части скулы. Юнхо тут же повернул голову, в его глазах мелькнуло удивление, быстро сменившееся радостью. Он явно ждал, что она что-то скажет, но Эрика опять оробела, лишь мягко поглаживала его прохладную кожу. Она чуть вздрогнула, ощутив подушечками пальцев какие-то неровности под его ухом, то ли шрамы, то ли затянувшиеся раны. — Что это? — чуть испуганно спросила она. — Это жабры, — пояснил Юнхо и усмехнулся, видя её округлившиеся глаза. — С помощью них я дышу под водой. Эрика замерла, приоткрыв рот. Ей не было противно, нет, скорее она растерялась от такой внезапной информации. Юнхо поднял руку и обхватил её запястье, потёрся об её ладонь щекой, прикрыв на миг глаза. Эта нехитрая ласка заставила её сердце в груди забиться как бешеное. — Хочешь, кое-что покажу? — вдруг сказал он, открывая глаза и смотря на неё. — Ты замёрзла, я знаю место, где можно согреться. Под водой есть подводная пещера. Проплыв её, мы окажемся в скалах на острове, в одной наземной пещере с небольшим и очень тёплым источником, ямой-бассейном. Там сверху дыра в земляном потолке и видно луну. Её свет озаряет воды и цветущие дикие цветы на камнях. Очень красивое место, люди о нём не знают. Я могу показать его тебе, у нас есть время. Только тебе придётся довериться мне, проплыть со мной. Не бойся, не утонешь, я не дам. Так что? Эрика кивнула без долгих раздумий. Склонная к безумным приключениям, она не могла отказаться увидеть нечто диковинное. К тому же ей ужасно хотелось, чтобы этот момент не заканчивался — их время наедине. Почему было так хорошо и радостно. Она с каким-то восторгом смотрела, как Юнхо извернулся на песчаном берегу, на руках быстро перебираясь к воде. Его хвост оставил после себя толстенный след на мокром песке. Эрика быстро поднялась и поспешила за ним, почему-то уже ничего не боясь, и стремительно вошла в воду сразу по талию. Глубина началась мгновенно, буквально через пару метров. Она ахнула, почувствовав прикосновение к талии, не сразу поняв, что её приобнял Юнхо сбоку. — Не бойся, всё хорошо. — Я не боюсь. — Тогда обними меня за шею, сзади. Эрика подчинилась, обнимая его со спины. Юнхо тут же поплыл в сторону, и она ухватилась за него сильнее, тихо выдохнув. Ощущения были странные, такие удивительные. Она то и дело нечаянно задевала ногами двигающийся хвост и глупо улыбалась. Они быстро обогнули берег и оказались у плоской скалы. Юнхо резко развернулся, вращаясь её в объятиях, и теперь они оказались лицом к лицу. Эрике пришлось повиснуть на нём, она чуть растерянно уставилась в его глаза. — Внизу подводная пещера, — сказал он. — Надо проплыть. Но это примерно две минуты, может больше. — Две минуты? Больше? Я задохнусь! — испугалась Эрика. — Я помогу, поделюсь воздухом, я же дышу под водой, — успокоил её Юнхо. — Просто сейчас набери в грудь побольше воздуха и ныряем, я плыву в разы быстрее любого человека. Хорошо? — Хорошо! — кивнула Эрика и вздохнула полной грудью. И её утянули на дно. Она замерла на секунду, давая привыкнуть глазам. И до неё вдруг дошёл смысл его слов. «Что значит «я поделюсь воздухом», это же?..» Но паниковать от смущения не было времени — Юнхо потянул её с нереальной скоростью. Это было просто потрясающе — плыть так быстро, вращаясь в воде так плавно и грациозно. На Эрику обрушилась лавина восхитительных эмоций. Но когда они нырнули в тёмную подводную пещеру её веселье и смелость резко поубавились. Стало темно, а вдобавок и жутко от узкого пространства. А вскоре, когда они проплыли достаточно долго, Эрика начала паниковать, потому что воздух заканчивался в груди, удушье сжало горло. Юнхо резко развернулся в воде, когда проход под наклоном ушёл вверх и потащил её ввысь, где над головой сияло яркое малюсенькое пятно, явно выход. Но тут он притянул Эрику к себе, сжимая в объятиях так плотно. Склонил голову и поцеловал. В лёгкие ударил воздух, это было удивительное чувство. Эрика растерялась от этого недопоцелуя, дарящего ей жизнь. Она смутно что понимала, осознавая, что они стремительно плыли вверх в какой-то водяной воронке, а чужие губы уверенно впивались ей в рот, давая её лёгким живительный воздух. И тут они наконец-то вынырнули. Эрика резко выдохнула. Сила тяжести вернулась, давя на плечи, и она повисла в воде на шее Юнхо, сильнее сжимая его за шею. Его руки двинулись на её талии, пальцы осторожно прошлись по позвоночнику. — Ты как? — спросил он. — Мне-то привычное дело, а тебе впервые. Не сильно испугалась? — Было страшновато. Но всё же восхитительно, — Эрика заулыбалась во весь рот, всё пытаясь отдышаться. Её заполняла какая-то сумасбродная радость. Юнхо перед ней был таким красивым с откинутыми назад мокрыми волосами, в которых снова переливались красно-бордовые оттенки, как редкие кораллы на дне моря. С его лица стекали капельки воды по мраморной коже, на которой кое-где виднелись изумрудные чешуйки, и это показалось ей самым прекрасным на свете. Она заулыбалась ещё шире, а Юнхо как зачарованный уставился на её губы. Её улыбка будто вогнала его в состояние полного поражения и одновременно восхищения. И он не сдержался, наклонил голову и горячо поцеловал её. Эрика выдохнула, выгибаясь в его объятиях в воде, её ноги забились об огромный хвост. Поцелуй был таким внезапным и таким сладким, что у неё всё ходуном пошло в груди. Но Юнхо резко оторвался от её губ, заполошно дыша. Он виновато уставился в её растерянное и ошалевшее лицо. — Прости, — сипло прошептал он. — Не смог удержаться. Прости. Больше так не сделаю… — В смысле, больше так не сделаешь? Нет! — Что? Теперь уже Юнхо растерялся, а потом вдвойне, когда Эрика сама прильнула к нему, целуя в ответ. Ей вдруг стало так хорошо, так волшебно, что она отринула все здравые мысли и нормы приличия. Будь что будет, но сейчас ей хотелось утонуть в объятиях русала. Она слабо понимала, что с ней происходит, возможно, так и выглядит сильная влюблённость? Насколько это беспечно и разумно? Но он не раз её спасал и бросался на её защиту, это не животное, что просто пришло за развлечением. Эрика верила ему, его чувствам и больше не могла сдерживать свои порывы. Недоумение Юнхо длилось лишь миг, он быстро пришёл в себя и перехватил инициативу, углубляя поцелуй. Прижал её плотнее к себе, и их буквально закружило в воде. Эрика ахнула, хватаясь за его шею сильнее, она слабо понимала, как он так хорошо двигался в вертикальном положении, но у неё не было хвоста русала, что она могла знать об их способностях? Её больше интересовали мягкие настойчивые губы, что так восхитительно терзали её рот. Поза всё равно была не очень удобной, и Эрика позволила себе вольность — толкнулась в воде вверх и забралась на Юнхо с ногами, скрещивая лодыжки за его спиной. И оказалась чуть выше его, целуя сверху вниз. Он вдруг оторвался от её губ, удивлённо смотря куда-то вниз, в воду. — Что такое? — спросила Эрика. — Я слишком неприлично себя веду? — Нет, — усмехнулся Юнхо, её слова её повеселили. — Для меня люди уж слишком странно себя ведут, сдерживаются зачем-то, называя эти оковы приличием. Но меня больше поразили… — он заулыбался сильнее. — Твои ноги. Это удивительно. — Мои ноги? — растерялась Эрика. — Да, так непривычно, — он провёл рукой в воде по её бедру, и даже сквозь мокрую ткань это было так ощутимо, что у неё мурашки побежали по плечам. — У русалок таких нет, — сказал Юнхо. — Поэтому так удивительно, как ты держишься ими сейчас за меня, за талию. Это так… волнующе. Эрика смутилась, но её неловкость потонула в новом поцелуе. Юнхо прильнул к её губам и снова обрушил на неё водоворот невиданных ощущений. Казалось, всего лишь поцелуй, но каким он был… Они медленно кружились в воде, всё выцеловываясь. Эрика позволила себе вольность, гладя его обнажённые сильные плечи, она ласкала руками мышцы у лопаток. Иногда её пальцы оказывались в его влажных волосах, играясь с шелковистыми кончиками. Руки Юнхо осмелели, они всё увереннее бродили под водой на её бёдрах, пальцы проминали кожу. Эрика тихо выдохнула ему в рот, когда его ладони скользнули прямо под юбку разлетающегося в воде платья. Пальцы Юнхо оказались в опасной близости от её голых ягодиц, и ей впервые стало так жарко. Непривычное ей желание чего-то большего так сильно нахлынуло на неё, что Эрика уже была готова на всё, лишь бы эта бесконечная сказка не прекращалась. Ещё и местность вокруг создавала удивительную атмосферу. Они выплыли в небольшой пещере, где вода в большой яме напоминала маленькое озеро. Сверху над ними, высоко в скалистом потолке действительно была дыра, открывающая звёздное небо, и лунный свет слабо и романтично освещал пространство. На берегу была земля, а в воде множество камней и скалистых образований, на которых росли огромные белоснежные кувшинки. Яркие сверчки летали хаотично в воздухе, как миниатюрные фонарики, парящие вокруг. Сладкие поцелуи всё не заканчивались, они из ленивых и осторожных превращались в какие-то очень жадные и глубокие. В мыслях словно образовалась потрясающе звенящая пустота, хмельное возбуждение нарастало невероятной волной. Юнхо вдруг разорвал поцелуй, но лишь для того, чтобы нежно коснуться губами её ключицы, провести дорожку из влажных поцелуев к шее, едва сдерживаясь, чтобы не оставить приличный засос. Эрику уже знатно потряхивало. Особенно от того, что он дал рукам волю — начал ощутимо сжимать её бёдра под водой, а потом пальцы сомкнулись под юбкой на голых ягодицах. Эрика громко ахнула, и этот звук будто отрезвил Юнхо. Он протяжно вздохнул, прикрывая глаза, а затем вдруг резко проплыл куда-то вперёд. Миг — и её махом усадили на небольшой практически горизонтальный камень в воде. Ноги Эрики бултыхались, не чувствуя никакого дна, и она оказалась сидящей над Юнхо, который так и остался в воде по плечи. — Что такое? — спросила она, пытаясь перевести дыхание от таких долгих поцелуев. — Нам надо остановиться, — тело Юнхо странно дёрнулось, будто он пытался с чем-то справиться. — Надо прекратить. Мы слишком далеко заходим. — Почему? — не поняла Эрика. — Это потому что я человек? Это ощущается как-то по-другому? — Нет, ты не поняла, — его голос стал сиплым, он практически шептал. — Я увлёкся, и тело тянется к девушке, которая мне нравится. Которую люблю. Потому и хочу. Сильно хочу. Но я могу это контролировать. Эрика открыла рот и закрыла, понимая простой подтекст этих слов. Но её это даже не испугало. Её уже вело от того, как горячо стало внизу живота при взгляде в эти тёмные омуты глаз. Руки начали мелко дрожать, но эта дрожь рождалась от возбуждения — не от страха. Что-то томно-тягучее растекалось по венам, словно алкоголь кружил голову. Юнхо всё неотрывно смотрел в её глаза, словно гипнотизируя или же ища какой-то только ему ведомый ответ. Эрика зачарованно глядела в ответ, рассматривая каждую чёрточку его лица, скользя взглядом по жилистому торсу в воде и прекрасному, сказочному хвосту, очертания которого она видела в воде при лунном свете. Его магия сразила её наповал. — Думаешь, все контракты того Ёсана перестали действовать, если наши отцы сразили его? — выпалила она. — Что? — Юнхо замер, не сразу осмысляя резкую перемену в разговоре. — Я вспомнила, что сказал тот колдун Ёсан, — с лёгкой тревогой сказала Эрика. — Что он околдовал моего отца, короля Чонхо. Что он отдаст свою дочь-принцессу замуж тому, кто заберёт её невинность сегодня. А если принцесса не познает мужчину до конца нового дня, то Чонхо сложит свои полномочия и проклятие обрушит гигантский шторм и водяные смерчи на наши берега, которые потопят ближайшую деревню. Думаешь, это правда? — Правда? — растерянно повторил Юнхо. — Я не знаю, мы вернёмся и узнаем. — А может, на всякий случай предотвратим это? Ты русал, но ты мужчина, так что… — она замолкла, прикусывая губу и краснея от собственной лихой смелости. Юнхо в воде моргнул, глядя на неё так пристально. Его губы чуть не дрогнули в улыбке, но он сдержал спокойную маску на лице. — Ты понимаешь, что говоришь, Эрика? — тихо спросил он. — Это то, чего я безумно хочу. Но если ты познаешь любовь со мной, я тебя больше не отпущу. Ты понимаешь последствия? Эрика всё кусала губы, было так волнительно, но отступать уже не хотелось. И вместо ответа она принялась быстро стягивать с себя несчастное мокрое нижнее платье с поясом — единственное, что осталось на ней. От воды ткань стала тяжёлой, липла к коже, и грациозно стащить с себя её не вышло, как ей хотелось. Но смущаться уже не было смысла, когда она делала это. Эрика отложила несчастное платье на камне и предстала перед Юнхо полностью обнажённой. Она с трудом не сжалась, заставляя себя сидеть с ровной спиной и позволяя ему наслаждаться открывшимся видом. — Это похоже на мой ответ? — с небывалой смелостью сказала она. В глазах напротив разгорелся настоящий пожар. Ноздри Юнхо широко раздулись, он медленно скользил взглядом по её нагому телу, и Эрика едва не дрожала от томительного чувства, разваливающегося в груди. — Ты очень смелая, как для человека, — выдал он. — Обычное, люди в моём замке называли это безрассудной глупостью, — неловко улыбнулась она. — В чём-то твои люди правы, — Юнхо тоже улыбнулся в ответ. — Но это очаровательно. Он скользнул в воде ближе и обнял её за ноги, оставляя долгий поцелуй на одном колене. Её позвоночник будто прострельнула сладкая молния, а потом ещё, когда он протянул руки, ведя ладонями по её бёдрам, а потом коснулся талии, начиная мягко сминать её бока в странных ласках. Эрика думала, что сейчас на неё просто накинутся, как на добычу. Но вместо этого Юнхо хоть и резко вынырнул, но бережно уложил её на плоский камень, упираясь ладонями по обе стороны её головы. Его русалочий хвост был достаточно тяжёлым, и ноги Эрики несколько придавило. Но она молчала, неотрывно смотря в его глаза. Юнхо улыбнулся и склонился, оставляя на её губах долгий протяжный поцелуй. Время снова будто остановилось, хотелось позорно застонать от удовольствия. Эрика позволила своим рукам нескромно исследовать тело русала, скользя вначале по плечам, потом по рукам, затем она осмелела, запуская руку вниз, хаотично оглаживая его живот под неудобным углом. Но тут ей в голову пришла внезапная мысль, то, о чём она не думала раньше. Эрика оторвалась от поцелуя и посмотрела вниз, между их телами. Было плохо видно, но там, где начиналось русалочье тело после пупка, всё было ну… очень гладко. Никаких выпуклостей. — Юнхо, можно тебя спросить?.. — запинаясь и сгорая от стыда, начала Эрика. — Ну… А где?.. — Что где? — Ну… то, чем сделать надо… Сначала Юнхо не понял, о чём она, но до него быстро дошло. Он заулыбался, давя смешок. — Внутри, под защитным панцирем, — пояснил он. — Дай руку. Эрика с опаской подчинилась, и Юнхо взял её за кисть, потянул под их телами и положил её ладонь себе ниже подбрюшья, куда-то на начале хвоста. И заставил в нужном месте слегка сжать пальцы. Эрика невольно ойкнула, когда рука действительно почувствовала нечто продолговатое и крупное, залегающее глубоко под чешуёй. — Хорошо… — сглотнула она. — А что нужно сделать, чтобы он оттуда вышел? — её щёки стали ещё более пунцовыми. Юнхо опять с трудом подавил смешок, всё улыбаясь до ушей. — Ничего тебе делать не надо, — ласково сказал он. — Я сам его вытащу и раскрою, когда надо. Попробуй расслабиться. Я не обижу, не сделаю больно. Он прилёг на бок возле неё. Было тесновато на небольшом плоском камне, его хвост телепался в воде большей счастью, как и ноги Эрики ниже колена. Юнхо провёл по её телу горячими, крепкими руками, огладил плечи, спускаясь по её локтям, потом ласково обвёл кончиками пальцев подрагивающий живот. Дыхание стало прерывистее, Эрика заёрзала на неудобном камне, но не смела как-то ощутимо дрыгаться, зачарованная под разглядывающим взглядом Юнхо. Она никак не ожидала, что так быстро возбудится от одного только предвкушения. Это было таким новым и диковинным для неё чувством. Хотелось побыстрее нырнуть в развратный омут с головой, но Юнхо абсолютно не торопился, пока ограничиваясь мягкими касаниями, поглаживаниями бёдер и живота. Он будто расслаблял её своими медленными, нежными прикосновениями. Он склонился к её шее и запечатлел обжигающий поцелуй на чувствительной коже, его большая ладонь осторожно накрыла одну грудь, аккуратно поглаживая и потирая чувствительный сосок, который сжал между пальцами. И Эрика вдруг подумала, что знала о своём теле так мало. Она выгнулась от пронзительно-сладкой волны, отдавшейся между ног. Юнхо улыбнулся и склонился ещё чуть ниже, головой оказываясь на её груди, и прихватил второй сосок губами, подразнил языком, мягко обводя им во рту. Эрика, не ожидавшая такой бесстыдной ласки, сдавленно простонала. Внизу живота стало как-то очень странно. Она выдохнула, не смело поглаживая его по плечу. Юнхо же неспешно, но уверенно продолжить изучения её тела, и это было настоящим испытанием выдержки для юной принцессы. Каждый сантиметр её кожи губы Юнхо покрывали тёплыми страстными поцелуями. Его длинные, сильные, но такие нежные руки блуждали по всему её телу, вызывая волны мурашек. Он всё сжимал её, гладил, подразнивал смелыми ласками. Под его уверенными пальцами Эрика словно пылала, будто разгорячённая, воздух вырывался из её груди с несдержанными стонами. Она прикрыла глаза, наслаждаясь томительно-нежными прикосновениями к своим обнажённым плечам, животу, талии. Руки Юнхо сминали её кожу уверенно, но осторожно, будто изучая каждый изгиб стройного загорелого тела, распаляя желание до состояния пожара, когда уже просто невозможно сопротивляться зову рассудка. Когда поцелуи спустились к животу, к нежной коже на бёдрах, у Эрики словно закончилась способность соображать. Но тут она открыла глаза, вначале почувствовав, что тяжёлый вес исчез с её ног, а потом раздался тихий всплеск. Это Юнхо плавно опустился обратно в воду, продолжая оставлять быстрые клевки-поцелуи на её бедре. — Что ты делаешь? — глухим голосом спросила Эрика, чуть приподнимаясь на локтях. — Хочу кое-что попробовать, — Юнхо загадочно прикусил губу, в его глазах горел хитрый огонь. — Каково это — с человеком… Я не раз видел тайком игрища своего народа, у русалок всё также спрятано, но открывается в процессе, но предварительные ласки они очень любят. Можно я тоже попробую? — К…к-какие ласки? Что попробовать? — смущённо переспросила Эрика, что-то слабо понимая, но нутром чувствуя нечто совсем своеобразное. — Какая-то русалочья любовь? — Д-да… русалочья любовь, — Юнхо подозрительно улыбнулся. — Я покажу. Он осторожно раздвинул её ноги, подплывая между них. — Ты что делаешь?! — Эрика запаниковала, оказываясь в такой срамной открытой позе, где всё лоно было видно ему как на открытой ладони. К лицу прилила кровь, стало очень жарко. Но вырваться ей никто не дал — Юнхо удержал её бёдра, оказываясь в воде между её ног. — Не бойся, — в который раз повторил он. — Если совсем не понравится, я остановлюсь. Обещаю, только скажи. Хорошо? Эрика неловко кивнула, попыталась расслабить спину на не самом удобном камне. Её ноги свисали, уходя в воду с колен, тело Юнхо же было видно по плечи, он мягким движением раздвинул её бёдра ещё шире, а затем вдруг склонил голову. Эрика слабо понимала, что это за русалочьи ритуалы такие, что он вообще будет делать, и тут же вздрогнула, когда её входа между ног коснулся влажный, горячий язык. Она испуганно дёрнулась, но её удержали. Юнхо прошептал ей что-то успокаивающе, прежде чем снова склониться ртом к её лону. Эрика от переизбытка чувств прикрыла руками лицо. Ей было даже неловко дышать, настолько она была ошарашена. Что она знала о русалах? И делали так люди? У неё не было опыта, хоть она не раз нечаянно слышала грязные сплетни моряков в доках, скрывая свою личность под капюшоном. Поэтому такие ласки едва не выбили из неё дух — Юнхо творил нечто невероятное своим языком между её ног, чуть поглаживая пальцами её бёдра. Это было так срамно и казалось чем-то грязным по сути, но странное наслаждение обрушилось на неё так внезапно, что она совсем растерялась от противоречивости чувств. Эрика попробовала расслабиться, отбросить стыд, однако ей всё же было чертовски неловко. Но она доверяла Юнхо, хотя сама не могла здраво объяснить почему. Он не делал ей больно, вовсе нет, наоборот, очень приятно. И в даже такой, казалось, вульгарной ласке он был очень нежным и обходительным. Его язык смело дразнил её, ласкал так уверенно, что внизу живота узлом скрутилось необъяснимое желание, захотелось немилосердно захныкать от возбуждения. Хотелось также прикоснуться к себе, но Эрика покорно лежала неподвижно, боясь даже шелохнуться. Ей никто не объяснял, что вообще делать в такие моменты. Она глубоко вздыхала, позволяя сладко терзать чувствительное место между ног. Однако удовольствие то нарастало, то ускользало — Эрика не могла полностью расслабиться, отбросить стыд, чтобы познать настоящее наслаждение, хоть её нежный и большой русал так трепетно мучил её своим сильным языком. — Юнхо! — взмолилась Эрика. — Пощади меня. Поцелуй меня, прошу. Он оторвал голову, оставил медленный поцелуй на внутренней стороне её бедра, прежде чем осторожно приподнял её под ягодицы и помог слезть в воду. Его губы тут же нашли её, сливаясь в тягучем поцелуе. Эрика выдохнула ему в рот, снова обхватывая его за талию ногами. Стопы задевали верхнюю часть хвоста, но это больше не вызывало испуганных ощущений. Юнхо сладко целовал её, а потом чуть нагнул, заставляя плечами упереться о высокий камень-валун. Эрика закинула голову назад, выгибаясь в пояснице. Она была по грудь под водой, и тихо застонала, когда губы Юнхо прошлись по ней, нежно лаская языком, а потом добрались до шеи. Он позволил себе немного потерзать её нежную кожу под ухом, потом он снова поцеловал её, оттягивая нижнюю губу, после чего прислонился лбом к её лбу. — Я осторожно, хорошо? — прошептал он, подхватывая её под ягодицы и заставляя чуть приподняться в воде, сильнее упираясь плечами и головой о гладкий камень. Эрика только смогла кивнуть, удерживаясь руками за его шею. — Ах! — выдохнула она, чувствуя, как внизу что-то твёрдое упирается ей между ног под водой. Когда её ощутимее прижали к себе в объятиях, хвост вжался в неё плотнее и нечто медленно толкнулось в её лоно. Эрика задержала дыхание, чувствуя, как тугие стенки растягивались сильнее. Юнхо двигался очень бережно, давая время привыкнуть, но в какой-то момент Эрика всерьёз подумала, что просто разорвётся на его естестве. Она зажмурилась и прикусила губу. — Больно? Мне остановиться? — движение тотчас прекратилось. От удивления Эрика распахнула глаза, уставившись в такие близкие тёмные омуты. Взгляд Юнхо гипнотизировал её, заставляя нырять в его сладкий плен с головой. — Нет, — улыбнулась она. Чувство чрезмерного растяжения немного поубавилось. — Продолжай, пожалуйста… Юнхо склонился ниже, впиваясь ей в губы. И в его поцелуе было столько нежности, словно они давно разлученные возлюбленные, наконец-то дождавшиеся встречи. Ощутив чужой язык у себя во рту, Эрика выдохнула от новых ощущений, несмело отвечая ему в ответ. Её руки хватались за его шею, а лодыжки всё так же были скрещены за спиной Юнхо. Он плавно стал двигаться снова, почувствовав, как она немного расслабилась от сладких поцелуев. Вначале его движения были неспешными, осторожными, русалочье тело плавно толкалось в неё в воде. Эрика не видела его естество, да и пока не горела желанием рассматривать разницу их тел. Юнхо что-то прошептал, что русалочьей смазки хватит для воды, всё хорошо. Эрика не поняла его слова, о чём он вообще, но не стала переспрашивать, то и дело кусая губы и привыкая к новым ощущениям. Она чувствовала распирающую наполненность, но вскоре стало в разы легче. Когда Юнхо вошёл явно на всю длину, она тихо выдохнула от странного ощущения, странно-приятного, чуть стыдного чувства удовольствия. Юнхо двигался медленно, мучительно медленно, и нежная улыбка заняла его губы. Вдох-выдох, вдох-выдох… лишь бы не закричать, отдавшись наслаждению. Тело словно заняло верх над разумом, физическое удовольствие заставляло растекаться мыслям в голове блаженной лужицей. Медленные толчки в воде чуть ускорились, ощущаясь более глубокими и чувственными. Эрика не представляла даже, что может быть так восхитительно горячо ощущать в себе кого-то. Её растянули до предела, внутри все пульсировало. Она сама дышала поверхностно и часто между поцелуями, которыми осыпал её Юнхо. Когда напряжение медленно растворилось под его умелыми ласками, он это почувствовал и стал постепенно наращивать темп. Он не срывался на быстрые толчки, но Эрика всё равно ощущала, как от движений внутри разгорается пожар желания. Её бёдра неловко начали двигаться навстречу его хвосту в воде. Сперва медленно, аккуратно, но с каждым разом всё несдержаннее и требовательнее. Но в какой-то момент Юнхо вдруг вышел из неё. Эрика практически расстроено на него посмотрела, что вызвало у него весёлую улыбку. Вместо ответа он развернул её в воде и прижал грудью к плоскому высокому валуну. Он склонился, оставляя горячие поцелуи на её влажном плече, обнял крепче, одной рукой лаская её грудь и вызывая тихие стоны у Эрики. Она откинула назад голову, упираясь в плечо Юнхо затылком. А потом не сдержала уже отчётливого стона, когда он снова вошёл в неё, на этот раз сзади. Толчки стали ощутимее, её ноги хаотично хватались ступнями за двигающийся хвост в воде. Юнхо прижал её плотнее к камню, не прекращая целовать её шею и плечо, толкаясь всё глубже и глубже. С губ Эрики срывались уже совсем неприличные стоны, и это почему-то распаляло ещё больше. Движения снова ускорились, тела всё сладко двигались, подчиняясь древнему инстинкту. Юнхо вдруг вжался сильнее в камень, буквально припечатываясь своей грудью в её спину, одна его рука нырнула вниз и оказалась под водой между её ног. — Юнхо! — изумлённо воскликнула Эрика, чувствуя, как его пальцы принялись ласкать её между складок, пока его естество вбивалось в неё сзади. — Юнхо… а-ах!.. — простонала она, смущённая от такой внезапной ласки, приносящей новые волнительные ощущения. Слишком было неловко и одновременно удивительно приятно. Хвост забился под водой сильнее, наращивая ритм толчков. Эрика жадно глотала воздух, и в скалистой пещере волшебным эхом отдавались парные стоны удовольствия, сводя с ума хриплыми нотами желания и отчаянной потребностью получить ещё больше, ещё сильнее. Юнхо доводил её до исступления глубокими толчками, до умопомрачения ласкал пальцами чувствительную плоть, терзал губами нежную шею Эрики. Голова шла кругом от удовольствия, и всё, что осталось в её голове — длинный красивый русал и его нежный голос. Юнхо шептал ей какие-то нежности под ухо, и его мягкий голос расслаблял и очаровывал её, заставляя окончательно ему сдаться. Все остальные звуки будто исчезли, остались лишь чувства. Его сильные пальцы не прекращали её мучить, и неведомое удовольствие волной прошлось вверх, поднялось от ног к голове и будто накрыло её одеялом, сотканным из блаженства. Эрика тихо простонала, зажмуривая глаза. Юнхо не продержался дольше, двинулся ещё несколько раз внутри её тела, его хвост ощутимо задрожал в воде, и мягкие губы вжались в её плечо. И этот поцелуй показался Эрике самым нежным на свете.

***

Они лежали уже на земляном берегу пещеры в объятиях друг друга, выбравшись из воды. Эрику не смущала больше её нагота, она прижалась сильнее к Юнхо, расплываясь от блаженства, пока он гладил её влажные волосы и пел ей песни. Его голос был таким живым и чарующим, он ласкал её уши и заставлял отдаваться волшебной неге. Хотелось вот так вечно просто лежать с ним и больше ничего не делать, лишь слушать его напевание. Их руки неспешно бродили по телам друг друга, всё лаская, изучая. Эрика уже без стыда рассматривала его огромный хвост, столь удивительный на ощупь — чешуйки были жестковатыми, если провести ладонью вверх, но удивительно шёлковыми, если двинуться обратно вниз. Касаться прохладной, чуть влажной кожи Юнхо было приятно и как-то особенно волнительно. Эрика провёла пальцами вдоль подтянутого живота к груди, рисуя невидимые узоры, лениво коснулась губами длинной шеи. Ей было так спокойно, легко и хорошо. Юнхо взял её за подбородок, заставляя вскинуть голову и посмотреть на него. — Я не слишком тебя замучил? — ласково спросил он. — Нет, это было восхитительно, — нежно прошептала она. Он улыбнулся в ответ, такой весь довольный, и прильнул к её губам с чувственным поцелуем. Целоваться с ним было просто восхитительно, хотелось чтобы это никогда не прекращалось. Но тут Юнхо вдруг вздрогнул и резко отпрянул от неё, смотря куда-то в воду. Эрика проследила за его удивлённым взглядом и вдруг увидела в воде торчащую голову большой жёлтой рыбы с синим гребешком, а на камне рядом сидел крупный краб. — Оденься, пожалуйста, — Юнхо потянулся и подобрал её мокрое нижнее платье, лежащее неподалёку, и дал его Эрике. — Я поговорю с друзьями. — Друзьями? — удивлённо переспросила она. — Они что… разумные? — Да, это Сонхва и Сан, — как ни в чём не бывало кивнул Юнхо и на руках быстро подполз к воде, развернувшись сильным хвостом по земле. Эрика моргнула, а потом ещё раз, пялясь именно на краба, который будто на неё глядел. Ей даже почудилось, что он хмурится. Она из ума выжила? Такое разве можно подумать о крабе?! Но осознание, что какие-то разумные мини-друзья пялятся на неё голую заставило её почему-то покраснеть и поспешить одеться. Мокрая ткань неприятно липнула к телу, и её вид не шибко стал приличным, учитывая, что это была лишь белая длинная сорочка до щиколоток, надеваемая под основное платье. Но хоть что-то. Эрика, пока завязывала пояс, изумлённо смотрела на Юнхо, который нависал над крабом и рыбой, и из его горла слышались тихие журчания — очень необычный звук в виде переливающихся трелей. — Оу! — Юнхо повернулся к ней с каким-то растерянным видом. — Они сказали, что сейчас у берега острова нас ждут наши отцы. — Отцы? — не поняла она. — В каком смысле? — В прямом. Твой и мой, они послали Сонхва и Сана позвать нас. Мой Хонджун сразу понял, что тут у нас случилось. А твой Чонхо… мм… не сразу. И, кажется, он чуть-чуть взбешён, — виновато улыбнулся Юнхо. — Оу… — теперь произнесла Эрика и сама неловко улыбнулась. Путь назад вдруг оказался быстрее: когда они нырнули в пещеру, словно магический поток понёс их с нереальной скоростью. Оказалось, это морской король Хонджун своим трезубцем ускорил воды, образуя воронку. Эрика, вынырнув на берегу, с удивлением уставилась на нового русала, который был даже меньше собственного сына. Но глаза Хонджуна горели таким живым и пронзительным огнём, что сразу стало ясно, у кого тут крутой нрав. Она успела ему махнуть головой и неловко поздороваться, как тут же раздались вопли: — Эрика! Доченька! Это король Чонхо кинулся к ней из лодки у берега, хватая её в объятия. А потом вспыхнул, разглядев в каком она виде, и поспешил ей дать свой плащ. Дальше начался небольшой хаос. Вначале они сумбурно пытались рассказать, что произошло. Хонджун остановил шторм и наводнение — последнее проклятие Ёсана, и люди не пострадали у берегов королевства. Дальше он выловил Чонхо, оставшегося на одиноком разломленном корабле, и они вместе отправились искать своих детей. Чонхо был искренне поражён, когда русал гнал лодку с помощью волшебного трезубца по морю, и он даже смеялся как дитя от новых впечатлений. Правда, потом по пути отцы разнылись, жалуясь друг другу на своих отпрысков. Так стало известно, что принц Ариэл на самом деле русал Юнхо, и именно он спас Эрику во время кораблекрушения. Однако Чонхо пришёл в истерику, осознав, чем тут они занимались в пещере. И уже его дочери и Хонджуну пришлось оттаскивать его от молодого русала, «осквернителя любимой доченьки». Впрочем, после криков, возмущений и неудавшейся драки, Чонхо наконец-то успокоился. Правда, искренне удивился, когда Эрика сказала, что они просто якобы хотели завершить контракт Ёсана и не дать почву новому проклятию. И тут Чонхо сообщил, что никто никакой с ним контракт не заключал. — Колдун наврал вам, мелкий паскуда, — криво усмехнулся Хонджун и поднял к глазам какую-то прозрачную банку. На её дне сидел большой червяк и, неожиданно, издавал очень громкие, какие-то возмущённые звуки. — Специально это наговорил, чтобы сына моего позлить? Наврал же! — Это Ёсан? — удивлённо воскликнул Юнхо, смотря на дрыгающегося червяка в банке. — Ага, — улыбнулся Хонджун, — после того, как король Чонхо его ранил, он уменьшился в размерах, чтобы спасти свою жизнь, но потерял все магические силы. С меня спало заклинание и я обратил его. Он там хотел вернуться в наш дворец? Вот его мечта и сбылась, будет сидеть в наших подводных лабораториях в банке! — Это мило, но что с этой проблемой делать будем? — нахмурился Чонхо. Он всё глядел, как Эрика, сидящая на коленях, сжимала руку русала, полулежащего возле неё на берегу. Король хмурил свои брови, нервно поджимая губы. — Я люблю его, папа, — с решительностью в голосе сказала Эрика, смотря отцу в глаза. — Это тот самый. Это наша судьба, он не раз меня спас уже! Я выбираю его. — Но он… — Чонхо растерялся, его грудь тяжело вздымалась. — Наши дети доказали свою любовь, — вдруг подал голос уже морской король-русал Хонджун, тоже разглядывающий необычную парочку между собой. Он восседал на куске скалы в воде, медленно вращая мощным хвостом по воде. — Я тоже был против этого союза, но мой сын доказал свою решительность. И если это проблема для людской морали, — он посмотрел на Чонхо, — то мы можем его сделать неким принцем из далёкой страны для вашего народа, чтобы не пошла странная молва. Море богато — я дам ему в приданное много жемчуга и подниму со дна всё золото из затонувших кораблей. Нам оно не интересно, а ваши люди им дорожат. Это обогатит ваше людское королевство. Я не дам вам голодранца, не переживайте. — Отец! — поражённо воскликнул Юнхо. — Это всё хорошо, — Чонхо нахмурился. — Но он всё равно русал! Как вы себе это представляете? Принцессу, куда-то убегающую ночью плавать на острова к любовнику, а не к людскому мужу? Я не хочу отпускать дочь в жизнь отшельников! Хонджун вздохнул. А затем посмотрел на своего сына, долго так, пронзительно. — Ты действительно так любишь эту человеческую деву? — спросил он. — Ты бы остался с ней на суше? — Она моя судьба, — уверенно сказал Юнхо. — Я люблю её и останусь рядом навсегда. Даже тенью морской, чтобы не навредить ей. — Не надо быть ничей тенью, — Хонджун мотнул головой. — Прости за все наши разногласия, сын. Но я не могу не сделать тебя счастливым. Он протянул свой трезубец, очертил им круг, и струи воды стали оживать — светящаяся волна понеслась вперёд, накрыла хвост Юнхо, смывая его чешую нежными движениями. Вода вспыхнула золотым светом, и хвост, изумрудный и огромный, начал растворяться в потоке бурлящей энергии. Его место заняли длинные стройные ноги — сначала туманно, как видение, а затем полностью твёрдые и настоящие. Юнхо поражённо посмотрел на них и медленно подвигал голыми ступнями, раздвинул пальцы в стороны. — А так подойдёт, если он теперь будет ходить человеком на двоих ногах? — Хонджун повернул голову к Чонхо с хитрой улыбкой. Тот всё ошалело смотрел теперь на две ноги Юнхо, но немного смутился, когда Эрика бросилась со счастливыми объятиями на абсолютного голого молодца. — Ох, теперь у меня нет причин возмущаться, пусть будет принц Юнхо, — сдался Чонхо. — Дадим ему фамилию Чон — этой династии разрослось по всему континенту как сорняков, так что никто не удивится, что какой-то миллионный принц Чон объявился. — Отец! Спасибо тебе! — воскликнул поражённый и радостный Юнхо. Он оторвался от Эрики и побежал по воде к Хонджуну на скалистом камне, раскрыв руки для объятий. Чонхо вздрогнул, моргнул, пялясь на абсолютно голого бегущего молодого человека и его трясущиеся теперь человеческие причиндалы, и поспешил отвести взгляд. А Юнхо, голожопый и довольный, сгрёб отца своими длинными руками, всё радостно причитая. Эрика поднялась следом с довольной улыбкой, но немного смущённая видом обнажённого жениха. Но вдруг что-то произошло. Ноги Юнхо засветились маревом. Миг — и он упал в воду и уставился на свой обратно появившийся длинный русалочий хвост. — Ой, забыл сказать один нюанс, — Хонджун потёр затылок рукой. — Моя магия не всесильна. Если на тебя попадёт капля воды, то ты будешь превращаться обратно в русала. Высохнув, ты вскоре снова обретёшь ноги. Так что избегай воды, особенно дождя, иначе все моментально узнают твой секрет. Я не могу остаточно превратить тебя в человека, но я думаю, вы справитесь. — Так это ещё лучше! — радостно воскликнула подбегающая по воде Эрика. Она плюхнулась на колени и обняла Юнхо за шею, он довольно обнял её в ответ. — Мы будем с тобой жить как простые принц и принцесса, — воскликнула она ему. — Будем танцевать и принимать людей в замке. А ночью ты будешь катать меня на своей спине в море, как русал! И ты море не забудешь, и я столько нового увижу! Это идеально! — Господи, помоги! — только и выдохнул Чонхо на это. — Да за что мне всё это?! И одеть бы его, я больше не могу смотреть на эти голые телеса! Хонджун, Юнхо и Эрика рассмеялись с него. Чонхо не выдержал и тоже улыбнулся. Рядом у лодки плавала довольная рыбка, а на бортике семенил краб, салютируя клешнями. И один только червь Ёсан раздражённо бурчал в банке.