Эгоизм

      Утро настало также быстро, как ему этого не хотелось, но иначе и быть не могло. Мужчина лежал на кровати некоторое время, рассматривая потолок, пока к нему не зашла мать, заметившая его возвращение. Она подошла и села рядом на край, смотря на чем-то расстроенного сына, ожидая, что он разделит с ней свою печаль.       — Джейс? — Позвала она его и положила свою руку ему на живот, как всегда это делала в детстве, когда мальчик болел или грустил.       Талис какое-то время старался держаться отрешённо; он, как всегда, не хотел впутывать мать в свои проблемы, но все же сдался и, поднявшись на локтях, крепко обнял ее. Женщина пригладила его непослушные волосы и не стала ничего спрашивать. Она прекрасно знала, что сын все равно не расскажет ей, пока сам того не захочет.       — Не грусти, сынок. Все наладится, я точно это знаю. — Попыталась хоть как-то его поддержать мать, за что Джейс был очень ей благодарен.       — Да, ты права. Слезами делу не поможешь, так что я, наверное, пойду в Академию.       — Хорошо, мое золотце. — Произнесла женщина, выпуская сына из своих объятий.

***

      По пути в Академию к Хеймердингеру Талис зашёл в свою лабораторию и собрал все наработки по Хекстеку, свалив все это добро в огромную сумку и потащил на уничтожение.       Не без труда добравшись до дверей лаборатории Хеймердингера, он постучал. Внутри послышалось копошение. Видно, профессор спешил открыть ему дверь.       Так и было. Как только за ручку дёрнули, в проёме показался Хеймердингер. Он был немного удивлен таким ранним прибытием Джейса, но, скорее, рад.       — О-о-о! Джейс, мальчик мой! Заходи! — Впустил он его. — Хочешь чайку… Ой! Что это у тебя здесь?!       Профессор заметил за спиной у Талиса огромную сумку, отчего его от природы большие глаза стали ещё больше.       — Я уже говорил вам про свое исследование, которое оказалось неудачным…       — Так, и?       — Вот. Это оно. — Мужчина скинул с плеча сумку и открыл ее перед Хеймердингером, который с интересом маленького мальчика тут же полез в нее копошиться.       В это время Джейс осматривал лабораторию и заметил сидящего в углу за работой Виктора. Сначала он опешил, холодок пробежал по его коже, но после быстро вспомнил, что Виктор же все ещё ассистент декана, так что с чего бы ему быть в любом другом месте, кроме этого. Кажется, учёный не заметил его или не хотел подавать вид, что заметил.       — Джейс! Что это такое?! — С толикой некоего испуга, вопрошал Хеймердингер, прекратив рассматривание всего, что притащил мужчина.       — Это… Хекстек. Я так его назвал.       — Только не говори мне, что это магия. — В этот момент, слышавший весь разговор Виктор, все же поднял голову и посмотрел на них, заинтересованный происходящим.       — К сожалению, я не могу вам этого сказать. Это именно что магия.       — Это не наука, Джейс. — Вмиг стал серьезным и холодным, профессор. — Магия — это очень опасно, ты даже не представляешь, на что она способна в не тех руках.       Ему очень хотелось сказать, что он прекрасно осведомлен, на что способна магия, тем более «в не тех руках», но понимал, что это вызвало бы вопросы, поэтому промолчал.       — Я это понял теоретическим путем, профессор. Поэтому и пришел к вам с просьбой о том, чтобы вы уничтожили все эти мои наработки. — Ответил Джейс, заметив краем глаза, как интерес Виктора к Хекстеку растет все больше и больше.       «Прости, Виктор, но я больше не дам тебе даже слышать о магии. Это не кончится для нас ничем хорошим. Особенно для тебя.» — Внутренним голосом сказал, как бы для него Талис.       — Ох, конечно! Я с превеликим удовольствием помогу тебе все это уничтожить, тем более что ты сам дошел до того, что это опасно. Похвально. Очень рад за тебя, юноша! — Хеймердингер взялся за ручку сумки и попытался оттащить ее в край лаборатории, но не смог и с места ее сдвинуть.       Джейс пустил небольшой смешок в кулак.       — Давайте я вам помогу, профессор! — Улыбаясь, предложил он, перехватывая у него ручку.       — Да-да, давай! Ты посильнее меня будешь. — Радостно произнес профессор, отходя в сторону, дабы дать мужчине пройти.       Талис оттащил сумку и, выпрямившись и проведя рукой по лбу, тайком посмотрел на Виктора, который все ещё наблюдал за ним, покусывая нижнюю губу, как любил это делать, когда бывал полностью сосредоточен на мыслительном процессе. Эта его привычка каждый раз поднимала волны и заставляла бушевать ветер в душе Джейса, но отчего так происходило, он и сам не знал. Вот и опять внутри начал подниматься шторм, который стоило бы сдержать, иначе его мозг полностью отключит любую логику и какой-либо разум.       — Тогда я оставлю это на вас, профессор. — Произнес Талис, поспешно собираясь на выход.       — Подожди, мой мальчик. Неужели ты даже не выпьешь чашечку чая с нами?       — Ой, простите, профессор. Наука не ждёт! Мне нужно спешить к другому своему исследованию. Оно вас точно не разочарует! — Разум стал медленно поддаваться эмоциям, рвущимся из самых глубин души, и его настроение, обоснованное заинтересованностью Виктора в нем, взлетело до небес, норовя разродится фонтаном улыбок невпопад. — Я побежал!       И Талис поспешил выйти вон, не забыв закрыть дверь за собой.       — Эх, молодежь! — Посмеялся Хеймердингер, возвращаясь к своей работе.       — Профессор. — Окликнул его Виктор. — Почему вы считаете магию такой опасной?       — Ох, Виктор, на своем веку я видел многое, включая все разрушительную силу магии, и я не хочу повторения этого здесь.       — А нельзя обуздать ее с помощью науки? Ведь она и создана, чтобы подчинить себе природу, разве нет?       — Что? Нет! Нет-нет-нет. Наука создана, чтобы изучать природу, но никак не подчинять. А обуздать аркейн с помощью науки… Я никогда ещё не слышал, чтобы кто-то осмелился на такое безумие… Нет, я не думаю, что это возможно! А если и возможно, то точно очень опасно и не стоит того. Просто оставь это, Виктор.

***

      Джейс вернулся в свою лабораторию, чтобы продолжить исследования тех зелёных кристаллов, которые получил из Зауна. Перед ним все ещё стояла задача стабилизировать их, но от чего-то, сколько бы учёный не пытался, ничего не выходило, и как бы он не бился головой, никак не мог понять почему.       От хорошего настроения, появившегося после похода в Академию, почти ничего уже не осталось, так что он просто устало бился головой об стол. В мыслях витали только хекстековые руны, так и крича о том, чтобы их использовали, чтобы стабилизировать кристаллы, но Джейс не мог себе позволить вновь прибегнуть к магии и искал другого способа. Дикие руны… Шепот… Обузданные руны… Язык, слова… Но больше ничего полезного.       В один момент, когда, забывшись в мыслях, Талис задремал прямо на столе, в дверь постучались. Он резко открыл глаза, поняв, что уснул. Но стука будто бы не услышал, списав его просто на свое пробуждение.       И тут постучали вновь. «Это что, Кейт пришла в такой-то час? Зачем ей?» — проскользнула спросонья мысль.       Мужчина поднялся и поплелся к двери. На пороге стоял, оперевшись об трость, никто иной, как Виктор, держа в руках книгу со знаком семьи Талисов. Джейс узнал ее. В голове вмиг, яркое, как сон, возникло воспоминание:       «…- Что это?! Очередной лист с моим именем?       — Вообще… да. Но только потому, что ты подписал свои заметки. Каждую страницу, прошу заметить. Э-э, это немного эгоистичненько, не находишь?       — Ты пришел поговорить об этом?!       — А? Нет, я пришел поговорить о твоей работе. Эта твоя Хекстековая теория…»       — Виктор?! Зачем ты здесь? — Удивлённо спросил Джейс. Сон как рукой сняло.       — Я пришел поговорить о твоей работе. Твоя Хекстековая теория… заинтересовала меня. — Виктор собирался спросить про причину, почему Талис не стал продолжать исследование, но был грубо прерван.       — Нет. Забудь о ней. Хекстек, магия, аркейн… Это все очень опасно, и ты даже не представляешь, насколько. Это была плохая идея, которую нельзя развивать дальше, так что забудь о ней, пожалуйста. — Как пулемет оттороторил Джейс, напрягаясь.       — У тебя есть вещественные доказательства их опасности.? — Поинтересовался Виктор скорее с целью переубедить ученого, нежели понять его причины.       — Нет, но мне снился сон, в котором я увидел, на что на самом деле способен Хекстек.       — Сон? Это глупо и ненаучно. — Возразил мужчина, нахмурив брови. — Я явно счёл тебя тогда в Академии умнее, чем ты есть на самом деле…       — Нет, послушай, во-первых, я привык считать такие сны вещими, во-вторых, ты сам слышал Хеймердингера. Он тоже был обеспокоен. Значит, Хекстек и правда так опасен, как я и предполагал. — Виктор с недоверием взглянул на мужчину и сощурился.       — Допустим. — Ответил он, в конце концов.       — Отлично. Тогда отдай мне, пожалуйста, мои записи. Я покажу тебе кое-что другое, что точно должно стать лучше Хекстека! — Талис взял у ученого свои записи и, схватив за руку, отчего второй чуть смутился, повел вглубь лаборатории, начиная рассказывать о зелёных кристаллах и о том, что с ними можно сделать, если удастся их стабилизировать.       Виктор внимательно его слушал и даже высказал кое-какие свои идеи, которые Джейс тут же записывал на доске. Мужчина явно загорелся мыслями Талиса, особенно его целью помочь простым людям, таким из которых и происходил Виктор. Так, не заметив, как их разговор стал непринужденным, они дошли до совместного решения проблемы стабилизации этих камней. Оба долго вместе ломали голову над вариантами, проводили расчеты, но все сводилось к тому, что некоторое вмешательство магии было просто необходимо для их стабилизации.       — Нам точно никак не обойтись без нее? — Уточнял Талис, сидя на стуле и внимательно наблюдая за вычислениями Виктора, которые тот проводил на меловой доске.       — По моим расчетам, не обойтись. Нам нужны эти магические руны, чтобы распределить по ним энергию камня, и была возможна дальнейшая работа над стабилизацией и придачей ему определенных энергетических свойств. Иного варианта, я, правда, не вижу. — Ответил Виктор, вновь оглядев все свои записи.       — В этом-то и проблема, что я тоже не вижу. Даже если я и был бы не против провести эксперимент и проверить это, мое оборудование все равно уже уничтожено, а там был и необходимый нам рунический стабилизатор.       — Ну, вообще-то, оно ещё не уничтожено, и как-то так вышло, что у меня есть ключи от лаборатории Хеймердингера, так что…       — Ты что, предлагаешь нам обокрасть профессора?! — Глаза Джейса округлились, и он тупо уставился на мужчину перед собой.       — Нет, я бы не назвал это кражей. Все равно оборудование-то твое. Так что ты просто заберёшь его и все.       — Прокрасться в лабораторию под покровом ночи и взять то, что нужно… Разве это не есть воровство?       — А ты предлагаешь дождаться дня, когда его уже может реально уничтожат? — Взял на слабо Виктор, приподняв брови. Он ясно осознавал, что делал и как воздействовать на Джейса, чтобы тот сдался и принял его сторону.       Талис выдохнул и нехотя согласился с ним.       — Почему ты это делаешь? Почему рискуешь своим положением ассистента декана? — Спросил искренне заинтересованный Джейс.       Он помнит, как и в первую их встречу, спрашивал это. Тогда Виктор ответил что-то о том, что хотел бы большего, чем просто должность ассистента профессора, но не то чтобы Талиса устроил этот ответ. Он чувствовал, что за ним есть что-то ещё, что-то иное, отличное от просто желания стать выше ассистента декана. И с течением времени мужчина понял, что был прав тогда. Виктора не интересовали величие, высокие посты, важность собственной персоны, но вновь спросить о его истинных намерениях тогда Джейс не смог.       — Думаешь, я всегда хотел быть просто ассистентом декана? — Также отвечал ему учёный.       — Я думаю, что причина не только в этом. Ты не выглядишь, как тот, кто гонится за высоким положением.       — С чего ты это взял? — Усмехнувшись, вопрошал Виктор.       — По тебе прямо чувствуется.       — О-о-о, а ты явно выглядишь как тот, кто полагается на чувства больше, чем на разум. — Словесно контратаковал его Виктор. С чего на лицах обоих возникли улыбки. — Я просто верю в твою идею. Я тоже чувствую, что у тебя все получится, поэтому хочу помочь.       — Не у меня все получится, а у нас. — Виктор одарил его непонимающим взглядом. — Это наша идея. Мы же теперь партнёры?       Джейс подошёл к нему и положил руку на плечо. Лицо Виктора расслабилось и приняло более мягкие, нежные черты.       — Да, мы теперь партнёры.

***

      Взяв пару зелёных камней и некоторое мелкое оборудование, необходимое для работы с ними, Джейс и Виктор направились в Академию. Маленький ручной фонарик, принадлежащий новому партнеру Талиса, кое-как ещё освещал ноги, но дальше его свет не пробивал тьму, так что пришлось идти проклинания всех и вся в глубине души.       Наконец они дошли до лаборатории Хеймердингера, и Виктор, достав ключ, начал не открывать. Первый замок был открыт.       — Отлично. Всё идёт хорошо. — кинул он, и в этот момент, как и в прошлом, загорелся более яркий фонарь, слепивший обоих партнёров.       — Мистер Талис и ассистент декана? Я сочла, что вы не ладите. — произнесла советник Медарда, как только двое смогли более менее привыкнуть к свету. — Зачем вам лаборатория декана в такой поздний час?       — Советник Медарда?! — Удивлённо и «наделано» удивлённо спросили партнёры, и оба начали оправдывать причины своего нахождения здесь.       — А? Какая лаборатория? Я вроде шел в свою спальню… Хах, как я мог так оплошать!       — Вообще-то он теперь мой партнёр… О, ну, и да, мы шли так просто книжки почитать там всякое…       Истерически посмеивались оба, даже Джейс, который понимал, что, хоть он и не сделал в этот раз ничего плохого с Хекстеком, но все же был пойман с поличным на попытке прокрасться в чужую лабораторию.       И все же Талис, как и в прошлый раз, взял себя в руки первым и выступил перед ней с ответом.       — Нам нужна одна вещь, которую я оставил у профессора в лаборатории на уничтожение. Я счёл ее тогда не нужной, а сейчас понял, что ошибся. Завтра все мое оборудование уже будет уничтожено, и мне нужно забрать его до завтра, чтобы провести опыт. — Честно ответил ей Джейс, так как знал, что Мэл чувствует ложь за много тысяч миль.       — И над чем же вы сейчас работаете, молодые люди? — Спросила Медарда. Талис достал из-за пазухи мешочек с зелёными камнями, испускавшими слабый свет, и показал их ей.       — Советник, в этих камнях содержится очень много энергии, они могут стать прорывом в прогрессе Пилтовера. Прошу, поверьте нам. — Напряжение нарастало, когда из-за угла стал виден приближающийся свет от фонаря охранника, патрулирующего периметр.       — Хорошо. Но я даю вам одну ночь доказать мне вашу теорию, иначе доложу о взломе, и вы оба вылетите отсюда.       Было очевидно, что она не поверит и правде, но попытаться стоило, и все же правильно подобранные слова, задевшие ее слабое место, ударили точно в цель и смогли убедить ее помочь учёным. «Спасибо за важные жизненные уроки политики, Мэл», — подумал про себя Джейс.       Медарда же выключила фонарь и пошла в сторону охранника, встретив которого «случайно» напугала и, разговорившись, увела прочь. Учёные смогли продолжить открывать лабораторию и дальше, и войдя тут же принялись искать необходимое оборудование.       — Вот он, нашел! — Воскликнул Джейс, вытащив из глубин сумки рунический стабилизатор, и поставил его на стол.       Виктор положил в него один из зелёных камней, отчего лаборатория залилась зелёным свечением.       — Готов? — Посмотрев на партнёра, спросил Талис, хотя и понимал, что смысла это не имело.       — Конечно. — Кинул заинтересованный Виктор, вперившись взглядом в прибор.       — Ну-с, тогда вперёд. — Джейс взялся за ручку и начал ее крутить, подбирая первую комбинацию рун, но она не сработала и вызвала взрыв энергии, который выбил стекла и заставил их лететь обратно, поцарапав при этом одним из осколков лицо Талиса. Мужчина тут же выключил прибор, и все снова залила тьма. — Это будет не просто…       В этот момент миротворцы, заметившие странности в лаборатории Хеймердингера, поспешили в Академию и на поиски профессора, чтобы доложить о происходящем. Найдя его, они начали ломиться внутрь, но ничего не выходило, ибо учёные забаррикадировали дверь.       — Кажется, трость треснула… Они прорываются, Джейс. Я не давлю, если что. — Констатировал Виктор, поворачиваясь обратно в сторону партнёра.       — Тш-ш, подожди секунду, не отвлекай, пожалуйста. Я должен быть предельно сосредоточен. — Относительно спокойно ответил Талис, продолжая попытки найти нужную комбинацию.       «Черт побери, ну не может же быть так, чтобы и для этих камней была нужна комбинация рун, как для Хекстека.» — Размышлял он, все же решив использовать вызубренную наизусть, впившуюся в кости и душу, комбинацию рун, чтобы стабилизировать камень.       Поворот направо, щелчок, поворот налево, щелчок, он не смотрел, не думал, просто чувствовал, как всегда это делал. Рука сама набирала знакомый набор, быстро перебирая пальцами. И вот последний щелчок, яркий всплеск жёлто-рыжего света, открытая дверь, сломанная трость, упавшая на пол, и лаборатория, блистающая в золотом цвете, исходящем от круглого камня, который держал в руке Джейс.       — Джейс. Разве ты и сам не счёл свои эксперименты с магией опасными? — Вопрошал Хеймердингер, оказавшись внутри и наблюдая за тем, как все вокруг шумит и шуршит, напитавшись огромным выбросом энергии.       — Это уже будет решать совет, что опасно, а что нет. — Ответила ему Мэл, показавшаяся из-за спин миротворцев. Она взглянула на Талиса и одобрительно улыбнулась, на что мужчина улыбнулся ей в ответ.       Но прежде того, время для Джейса будто бы остановилось, а весь мир закончился на Викторе, чье вдохновенное лицо, освещенное ровным золотым сиянием, с сияющими глазами смотрело то на камень в чужой руке, то на лицо партнёра. На его губах проглянула лёгкая, даже можно сказать, счастливая улыбка. Кажется, в прошлый раз Талис не заметил ее, а в этот она стала для него причиной, почему его сердце на пару секунд перестало биться вообще. Красивый.       Его приковал вид того, как свет мягко переливался с таких острых черт лица, которыми обладал учёный. Каждая тень под каждой скулой была такой мягкой, а две родинки под глазом и над губой выделялись ярче прежнего. Идеальный.       Но больше всего светились его глубокие, янтарные глаза, всегда поражавшие Джейса ещё с тех самых пор, как он увидел их впервые. Также, как и в тот день, когда Виктор назвал ему свое имя. Его взгляд так проницательно смотрел в ответ, а острое лицо, обычно отталкивающее своим холодом, в моменте стало самым теплым и уютным местом, которое только могло существовать где-либо в Рунтерре. Божественно красивый…