Песнь Теней

***

      Пара дней слежки принесли результаты. Мы стояли за массивным столом в военном лагере. Кассиан и Ризанд приехали утром, и теперь, склонившись над картой, слушали Азриеля.       Он указал на одну из отмеченных точек:       — Здесь они хранят и получают ящики. — Затем провёл пальцем к другой отметке. — А здесь складируют оружие.       Аз ненадолго замолчал, вглядываясь в карту.       — Больше точек в этой местности мы не нашли, но это не значит, что их нет. Вполне возможно, у них есть и другие тайники.       Кассиан скрестил руки на груди, прищурившись:       — Что, если мы разнесём их прямо сейчас? Их не так много, парой отрядов мы вполне справимся.       — Нет, — спокойно возразил Азриель. — Если мы нападём, их сообщники уйдут в подполье, переделают планы, и тогда выследить их будет ещё сложнее.       Риз задумчиво провёл пальцем по краю карты, изучая расположение отмеченных точек.       — Пока не удалось выяснить, что в ящиках?       — Нет, — ответил Аз, — но мы знаем, что это что-то сыпучее.       Ризанд кивнул, прищурившись.       — Тогда продолжаем наблюдение. Если появится движение, мы будем готовы уничтожить их. — Он постучал пальцем по карте. — Некоторые из этих точек ближе к Двору Зимы. Я предупрежу их, чтобы были начеку.       Позже, в полдень, мы, как всегда, направлялись к месту наблюдения. Вдалеке собирались тучи, где-то грохотал гром.       Всё произошло за считаные секунды. В воздухе вспыхнул серый шарик, разлетаясь искрами прямо над нашими головами. Не успела я понять, что это, как облако серебристой пыли осело на кожу, одежду, волосы.       — Фэйская немощь, — прошептал Азриель.       Сердце ухнуло вниз. Я попыталась создать огоньки. Ничего. Открыла канал для переброса — пустота. Паника обожгла рёбра.       — Аз… — я резко повернулась к нему, хватаясь за предплечье. — Я не могу. Магия… её нет.       — Бежим, — его рука сомкнулась на моём запястье.       Но враги уже выходили из-за скал. Трое. Капюшоны скрывали лица, но их движения выдавали опытных бойцов.       Первый метнулся к нам. Взмах клинка — Азриель парировал, едва не срезав нападающему руку. Второй рванул ко мне, я уклонилась, но слабость от порошка замедлила движения.       Меня почти поддели мечом, но тени Аза внезапно ринулись ко мне, обволакивая, словно защищая. На долю секунды я замерла. Щелчок лезвий у уха привёл меня в чувство. Я перехватила кинжал и ударила в бок противника. Он зашипел, отступая.       — Туда! — Аз схватил меня за руку, его голос был безапелляционным.       Мы сорвались с места, петляя между скал. Мне пришлось отпустить его руку, чтобы бежать быстрее. Врагам тоже предстояло выбрать — преследовать нас или залечивать раны.       Но стоило нам выбежать за уступ, как мир вокруг поплыл. Резкая, раскалывающая череп боль вонзилась в голову. Ноги подкосились, но я сумела удержаться. Лишь на мгновение. Воспоминание хлынуло волной — пронзительное, искажённое, спрятанное где-то глубоко в сознании.       А затем что-то впилось в бедро. Острая боль. Я вскрикнула, падая на колени. Стрела была с ядом, я поняла это по жгучему ощущению.       Темнота хлынула в сознание, засасывая. Последнее, что я успела сделать, — выкрикнуть его имя:       — Азриель! Азриель       Мы бежали. Я услышал своё имя и понял — она отстала. Всего секунда. Может, две. Но этого хватило, чтобы в груди сжался ледяной ужас. Я обернулся — и мир вокруг словно сузился до одной точки.       Ари стояла на коленях. Стрела в бедре. Её руки сжимали голову, а лицо исказила боль. Что-то не так.       Из укрытия уже выскакивали враги. Довольные, уверенные, что «мышка попалась в мышеловку».       Я мог схватить её и уйти. Должен был. Но они ранили её. Кровь на её бедре, боль на лице... что-то во мне щелкнуло. Они не заслуживали остаться в живых. Ни один из них.       Тьма поглотила разум раньше, чем я успел подумать о побеге. Они не успели ничего понять. Я метнулся в тенях, а когда выплыл прямо перед ними, сказал с ледяным спокойствием:       — Вы все трупы.       Без колебаний метнул кинжалы — один угодил точно в горло, другой пробил сердце. Следующие двое не успели и моргнуть, прежде чем я, скользнув между ними, в два точных удара оборвал их жизни.       Ещё трое бросились ко мне, надеясь взять числом. Глупцы. Один взмах — и первый захлебнулся собственной кровью. Второму я позволил сделать шаг, прежде чем клинок прошёлся по его телу, безошибочно находя смертельную точку.       Третий попытался отступить, но я настиг его прежде, чем он успел открыть рот для крика.       Тишина. Я огляделся — новых врагов не было, но задерживаться было нельзя. Начался ливень.       Подняв Ари на руки, я окутал нас тенями и растворился в темноте, скрываясь в сторону пещеры.       Я выдернул стрелу быстро, но аккуратно. Любое резкое движение могло только усугубить её состояние. Из раны тонкой струйкой потекла кровь, я направил магию сифонов, покрывая её паутиной голубых светящихся нитей.       Ари не шелохнулась. Бледная, без сознания. Я укрыл её плащом, но даже через ткань чувствовал, как она дрожит. Оттого, что яд продолжал растекаться по венам.       Моя челюсть сжалась. Я провёл пальцем по наконечнику стрелы. Остатки тёмной, липкой субстанции. Антариус. Не смертельно. Но достаточно, чтобы парализовать тело.       Чёрт.       Не теряя времени, я поднялся и скользнул в стену дождя. Вода хлестала по коже, смывала запахи, размывала очертания. Мне хватило нескольких секунд.       Когда я вернулся, она всё ещё была без сознания. Я разорвал листья, выдавливая сок прямо на рану, затем прижал стебель к коже. Это нейтрализует яд и даст нам немного времени. Переброс делать опасно, лететь тем более… нужно ждать до утра.       Тело Ари продолжало мелко вздрагивать. Я не мог высушивать одежду, но мог сделать кое-что другое. Прислонившись спиной к каменной стене, осторожно взял её на руки, прижимая к себе, позволяя ей согреться.       Она не проснулась. Но дыхание стало ровнее. Дрожь — слабее. Я не спускал с неё глаз.       Тьма в лесу была... другой. Я привык убивать. Холодно. Расчётливо. Но там... восемь за минуту. Без колебаний.       Много дней бок о бок. Привычка защищать союзников. Вот и всё.       Но картинка не уходила. Как её тело осело на землю. Сердце сжалось прежде, чем я понял, что делаю.       Я сжал зубы. Вдохнул её аромат — цветы и мандарин.       Не думать об этом. Она жива. Это главное. Ариана       Тепло. Я дома. Какой хороший сон. Я вдохнула запах ночного тумана, и… кедра?       Что?       Тихий, размеренный стук сердца раздавался у самого моего уха. Сон, — мелькнула мысль. Это точно сон. Но тогда почему тело казалось таким тяжёлым? А каждая клеточка ныла от усталости.       Я нахмурилась, с усилием открывая глаза. Темнота пещеры, влажный воздух, едва пробивающиеся лучи солнца. Во рту сухо, в голове туман. Боль в бедре пульсирует с каждым ударом сердца.       А ещё… дыхание. Совсем рядом. Я медленно подняла взгляд и наткнулась на пару пристальных, внимательно изучающих меня светло-карих глаз.       Всё случившееся навалилось разом: бег, стрела, яд, темнота… Он держал меня. Всю ночь? Моё сердце глухо ударилось о рёбра.       «Это ничего не значит». Голос в голове звучал слишком резко, слишком настойчиво.       «Он сделал бы это для любого из своих друзей». Я сглотнула ком в горле, справляясь с пересохшим ртом.       — Ты спас меня, — мой голос прозвучал хрипло, слабо. Но я смотрела прямо в его глаза. — Спасибо, Азриель.       Я произнесла его имя с благодарностью.       — Как ты? — спросил он, не моргая.       — Бывало и лучше, но приду в себя, — ответила я.       Аз ничего не ответил. Лишь медленно убрал руки, позволяя мне сесть. Стало так холодно. Я крепче сжала руки на плаще, не в силах сдержать лёгкую дрожь.       Азриель поднялся, направляясь к выходу из пещеры.       — Проверю обстановку, — коротко бросил он, прежде чем тени скользнули за ним, скрывая его фигуру, будто поглощая.       Я выдохнула, пытаясь собраться. Что-то… мне нужно…       Моя рука медленно опустилась к ремню бедренной сумки, пальцы нащупали гладкое стекло. Зелье восстановления. Я быстро вытащила флакон, сорвала крышку и сделала несколько жадных глотков. Тепло разлилось по венам, затопило тело, согревая изнутри. Я прикрыла глаза, облегчённо переводя дыхание.       Азриель вернулся.       — Лес прочёсывают, — его голос был ровным, спокойным, но в глубине звучала настороженность. — Трупы нашли. Идти или лететь опасно.       Я нахмурилась.       — Ты…       — Я связался с Ризом, — продолжил он. — Он не может нас забрать, но Мор уже рядом. Скоро она нас перебросит.       Я молча кивнула. Из-за фэйской немощи притупленные силы понемногу возвращались. Но этого было всё ещё недостаточно, чтобы моя рана затянулась.       Минуты казались вечностью. Аз ни разу не сел. Всё это время он стоял у выхода из пещеры, выжидая, прислушиваясь, наблюдая за лесом.       Я тоже не спала. В голове гудело, тело болело, но я заставила себя оставаться начеку. И всё же, когда воздух дрогнул и пространство словно разорвалось, я едва не дёрнулась.       — Ну вы, ребята, натворили делов, — раздался знакомый, звонкий голос.       Мор стояла у входа, скрестив руки на груди. Её взгляд метнулся между мной и Азриелем. Карие глаза задержались на нём.       — Там весь вражеский лагерь всколыхнулся, — она покачала головой, подходя ближе.       Аз ничего не ответил, только молча сжал челюсти. Я, честно говоря, тоже не знала, что сказать.       Мор вздохнула, протянула руку:       — Ладно, хватит здесь сидеть. Пошли.       Я коснулась её пальцев. Мир качнулся. И в следующую секунду мы уже стояли в лагере.       Резкая смена воздуха, запах костров, знакомый гул голосов — всё навалилось сразу, но я успела сделать шаг, прежде чем ноги подогнулись.       Чьи-то сильные руки подхватили меня. Я подняла голову. Азриель даже не смотрел мне в глаза, просто передал меня целительнице.       Её магия была мягкой, тёплой, окутывающей. Рана затянулась, но тело всё ещё было слишком измотанным. Я провалилась в сон, слыша, как кто-то тихо зовёт меня по имени.       Когда я проснулась, Азриель исчез. Кассиан сказал, что он улетел на разведку. И что-то мне подсказывало, что он специально не хотел встречаться. Азриель       Я коротко изложил случившееся.       В шатре повисла тишина. Риз задумчиво постукивал пальцами по столу, Мор хмурилась, а Кассиан скрещивал руки на груди, глядя на меня с тем выражением, которое означало, что у него полно вопросов, но он ждёт, когда Риз заговорит первым.       Я знал, о чём сейчас думал Верховный Правитель. Ведь я мог просто схватить Ари и уйти в тенях. Мог. Но не сделал этого. Вместо этого я оставил в лесу трупы. Теперь наша задумка — не привлекать внимание — потерпела крах.       — Вариантов не было, — нарушил я молчание. — Они могли ударить в спину, пока я начал бы скрываться с Ари.       Ризанд взглянул на меня пристально, почти лениво, но в этом взгляде читалось слишком многое. Он знал меня слишком хорошо.       — Покажи мне, — раздался его голос в мыслях.       Я стиснул зубы. Но позволил ему увидеть то, что сам выбрал показать. Риз не отвёл взгляда, когда видение закончилось. Глаза его блеснули.       Помолчав ещё мгновение, он сказал спокойно:       — Получается, у нас теперь нет вариантов, кроме устранения оставшихся лагерей. Даже если это вынудит остальных уйти в подполье.       Мор закусила губу, Кассиан склонился над картой, хмурясь. Все понимали, что он прав. Враги уже поняли, что их нашли. Они начнут перемещаться.       — Тогда начнём, — твёрдо сказал Кассиан, указав на карту.       Он начал объяснять стратегию. Я слушал, но часть меня оставалась в том лесу. Помня как пульсировала тьма. Как она вырвалась наружу прежде, чем я смог её удержать.       Пятьсот лет, для меня была одна женщина. А теперь...       Не думать об этом. Не сейчас.       Я поднял глаза и встретился с взглядом Мор. Сжатые губы выдавали её раздражение. Беспокойство. Она чувствовала, что что-то изменилось.       Я сжал кулаки под столом, перевел взгляд на карту, заставляя себя слушать Кассиана. Мне нужно было держаться подальше от Ари.       Ради неё. Ради того, что связывало меня с Мор все эти годы.       Позже, я сидел у костра, наблюдая, как языки пламени жадно пожирают древесину.       В лагере уже стихли голоса — все разошлись, готовясь к завтрашнему дню.       Кассиан появился бесшумно, но я знал, что он здесь, ещё до того, как он опустился рядом, протягивая мне кружку.       — Выпей, — сказал он просто.       Я взял, не отводя взгляда от огня.       Он молчал какое-то время, потом произнёс:       — Ты бы всё равно их убил. Но это было… иначе. Что случилось, Аз?       Огонь потрескивал, выжигая ветки дотла. Я сделал глоток. Горячая жидкость обожгла горло, но я почти не почувствовал этого.       — Иногда разница между выбором и инстинктом исчезает, — тихо сказал я.       Кассиан вздохнул, протирая лицо ладонями.       — Бывает, — согласился он. — Но обычно ты более... методичен.       Я сжал кружку сильнее.       — Времени не было.       — Ладно, брат. Как скажешь, — Кассиан не давил, никогда не давил.       Я встал, направляясь к палатке. Ари спала, всё ещё бледная после яда.       Мои кулаки сжались.       Она доверилась мне. А я позволил себе... я заблокировал мысль.       Остановить это. Пока не поздно. Она заслуживает лучшего. Ариана       Я подошла к костру с мисками еды и застыла, увидев, что Аз сразу поднялся и отвернулся.       — Аз? — тихо сказала я, но голос слегка дрогнул. — Ты с утра ничего не ел.       Он не повернулся. Я сделала шаг ближе, протягивая ему миску.       — Мне нужно по делам, — услышала я его глухой голос. Соврал. Я знала это.       — Сейчас? Среди ночи? — мои глаза невольно наполнились обидой. — Ты избегаешь меня.       Он не ответил. Просто развернулся и растворился в тенях, оставив меня одну у огня.       В груди защемило. Я не понимала… Почему он так холоден? Почему игнорирует меня, когда я просто хочу помочь? Даже лёгкий кивок или слово — этого было бы достаточно.       Я села на край полянки, обхватив колени руками. Костёр потрескивал, но тепло почти не доходило до меня. В голове крутился один вопрос: что я сделала не так, чтобы он отвернулся?       Возможно, он считал, что я виновата в том, что миссия провалена, что всё пошло не по плану. Я и сама винила себя — воспоминание, всплывшее некстати, действительно могло поставить нас под угрозу. Если бы не оно… — я глубоко вдохнула, пытаясь отпустить тревогу.       Час тянулся бесконечно. Когда я заметила, что костёр почти прогорел, я вздохнула. Его всё ещё не было.             Хорошо. Так будет… лучше. Наверное…       Утром я выбралась из палатки, сегодня я чувствовала себя гораздо лучше. Воздух был прохладным, чистым после дождей, а лагерь без Кассиана и Азриеля — почти сонным. Они улетели с воинами устранять вражеские точки.       Когда он уходил сегодня утром, я чувствовала не холодность — что-то другое. Тяжесть. Напряжённость. Как будто он сам с собой ведёт битву. Я не могла этого объяснить, но после той ночи… всё ощущалось иначе. Не только он. Я тоже.       Я заставила себя выдохнуть, отбросить ненужные мысли. Всё это было неважно. Это просто слабость, оставшаяся после яда. Так же, как и то, что мне… хотелось снова ощутить его тепло, вместо ледяного молчания.       Неподалёку сидел Руан, грея руки над огнём. Увидев меня, он слегка улыбнулся. Я махнула ему приветственно, и он, недолго думая, поднялся и подошёл ближе.       — Как ты, Ариана? — в его голосе звучала искренняя забота. — Слышал, тебя ранили серьёзно.       — Уже лучше, — ответила я, садясь на поваленное бревно. — Жить буду.       — Хорошо, — он кивнул, задумчиво глядя в пламя. — Ты, конечно, можешь считать себя неуязвимой, но в следующий раз хотя бы дай кому-нибудь прикрыть тебя.       Я усмехнулась:       — Ты из тех, кто любит давать советы?       — Только если хочу, чтобы кто-то не умер глупой смертью.       Я покачала головой, но не смогла удержаться от улыбки.       — Ты всегда такой прямолинейный?       — Когда дело касается кого-то, кто мне симпатичен — да.       Я поймала его взгляд и на мгновение задержалась.       — А ты? — спросил он.       — Что?       — Всегда отмахиваешься от заботы?       Я пожала плечами.       — Просто привыкла рассчитывать на себя.       Руан кивнул, словно чего-то ожидая. Он задал ещё несколько вопросов о моём континенте. Я коротко ответила, разглядывая огонь. Но мне не особенно хотелось говорить.

***

      Я тренировалась уже час. Одна. Потому что Азриель опять исчез, едва увидев меня за завтраком.       На этот раз он даже не стал изображать вежливость — просто встал и ушёл, не договорив фразу Кассиану.       За эти дни я поняла закономерность. Если я появлялась где-то, он находил срочные дела в другом месте. Если наши взгляды случайно встречались, он смотрел сквозь меня, словно я была призраком. И это бесило меня до дрожи в пальцах.       Я метнула кинжал — металл вонзился в дерево с глухим стуком. Точно в цель. Потом ещё один. И ещё…       — Понравилось представление? — бросила я, не оборачиваясь.       Он был здесь. Я чувствовала его присутствие. Азриель стоял неподалёку, скрестив руки на груди, почти сливаясь с темнотой.       — Ты злишься, — спокойно сказал он. Но тени подрагивали, а крылья были напряжены.       Я хмыкнула, вытащила ещё один кинжал и покрутила его в пальцах.       — Как наблюдательно. Впрочем, в этом вся твоя суть, да? Просто наблюдать. Не решать.       Он чуть наклонил голову, лицо осталось непроницаемым.       — О чём ты?       Я резко развернулась.       — Что я сделала, Аз?       — Ничего.       — Тогда почему ты отдалился?       Сначала ты помогаешь мне, поддерживаешь, слушаешь… и, что самое главное, понимаешь. А потом просто вычёркиваешь меня из своего поля зрения. Я думала, мы друзья… Друзья так не поступают.       Слова рвались из меня, не желая останавливаться. Я хотела понять. И мне было обидно до боли. Его лицо оставалось спокойным, но тени вокруг шевельнулись.       — Дело не в тебе.       — Конечно, — я усмехнулась. — А в чём? В том, что ты снова спрятался в своих тенях, потому что так проще?       Он молчал. Я сжала кинжал сильнее.       — Скажи мне, почему ты ведёшь себя так, будто меня не существует?       Челюсть Азриеля сжалась.       — Мне нужно проверить периметр.       — Проверить? Или убежать?       Он не ответил. Просто шагнул назад и растворился в ночи.       Я зарычала и с размаху метнула кинжал в мишень. Как же надоел этот ребус…       Ночью я проснулась от сухости в горле. Осторожно потянувшись, нащупала кувшин с водой, приподнялась, сделав несколько жадных глотков. И замерла, всё ещё держа кувшин в руках. Услышав тихий, мучительный стон. Аз.       Я не успела подумать, как уже оказалась возле его кушетки. Азриель метался во сне. Лицо напряжённое, губы подрагивали, пальцы то сжимались в кулаки, то разжимались. Тени вокруг него беспокойно дрожали, будто и сами были встревожены.       Я не знала, что ему снится. Но знала, что это больно. Сердце сжалось.       — Это неправда, — прошептала я, осторожно проводя ладонью по его лбу. — Это просто сон, Аз.       В следующее мгновение его рука резко схватила моё запястье. Слишком быстро. Слишком сильно. Я не вскрикнула, но дыхание сбилось. Его пальцы сжимались на моей коже, словно он всё ещё был там, в своём кошмаре, отбиваясь от невидимых врагов.       — Это просто сон, — повторила я уверенно.       А потом он распахнул глаза. Тёмные, наполненные страхом и гневом. Как буря, от которой невозможно спрятаться. Но он увидел меня.       Я не дёрнулась, не попыталась отстраниться. Только смотрела прямо в него.       — Это я… Ари. Всё хорошо, — мягко говорила я. Позволяя ему понять, что он уже здесь. В реальности. В безопасности.       Его пальцы дрогнули. Захват ослаб. Затем он медленно отпустил мою руку, провёл ладонью по лицу, будто стирая остатки кошмара. Я видела, как он едва заметно морщится.       — Голова болит? — спросила я, стараясь говорить мягко.       Он не ответил. Но это было не нужно.              Я колебалась лишь мгновение.       — Позволь мне помочь.       Тишина. Его взгляд задержался на мне. Я видела колебание в его глазах, борьбу: позволить мне помочь — значит быть уязвимым.       — Не... не нужно, — прохрипел он.       Но когда очередная волна боли прокатилась по голове, он сжал зубы и еле заметно кивнул.       Я осторожно скользнула пальцами по вискам, рисуя на лбу знаки. Шепча древние слова, которые обволакивали теплом. Постепенно его плечи расслабились. Дыхание выровнялось. А боль… ушла.       Азриель уснул. Я смотрела на него, ощущая внутри что-то острое и нежное одновременно. Мне хотелось видеть его таким. Не сжатым в комок боли, не терзаемым тенями прошлого, а просто… таким. Умиротворённым, спокойным.       Я задержалась ещё немного, а потом медленно вернулась в свою постель.       Утром он ещё спал, когда я пошла за завтраком. Сев возле костра, я лениво мешала ложкой кашу, но аппетита не было.       Я знала, что он снова отстранится. Потому что я увидела его уязвимым. И прикоснулась к тому, что он всегда прячет за стенами из молчания и теней. Теперь оставалось только гадать, сколько дней избегания выпадет мне на этот раз.       Руан сел рядом, его тёплая улыбка и лёгкость в голосе были почти непривычны после тяжёлой ночи.       Мы говорили о его родных краях, о вечно цветущих лугах и ветрах, несущих запах моря. Он рассказал пару забавных историй из жизни военного лагеря — и я не удержалась, рассмеялась. Просто. Легко.       Почему мне не мог нравиться кто-то вроде него? Или Кассиана.       С ними не нужно было разгадывать загадки, разбивать костяшки пальцев о холодные стены. Они не строили бетонных крепостей, за которыми можно спрятаться от себя самого. С ними было просто.       Но Руан был не более чем друг. А к Азриелю… К нему тянула неведомая сила, которую я сама не могла объяснить.