Часть 15 Красная Луна
13 марта 2025 г., 09:02
***
Во сне я снова оказалась в родных землях. Песок тянулся до горизонта, горячий ветер шептал что-то на древнем языке, поднимая в воздух золотистые крупицы. Вдалеке мерцала гладь воды — оазис среди высоких пальм. Я шагнула вперёд, но чем ближе подходила, тем призрачнее становился этот мираж. А затем я увидела его. Крейтон стоял у самой кромки воды. Ветер растрепал его светлые волосы, загорелая кожа отливала золотом в лучах заходящего солнца. Символы на его теле мерцали, словно раскалённый песок, но во взгляде не было тепла. — Красная Луна, — его голос звучал глухо, будто доносился издалека. — Ты должна вернуться, Ари. Ветер завыл, поднимая песок, и оазис начал исчезать, тая в знойном воздухе. — Крейтон! — позвала я, но он лишь задержал на мне взгляд, и его силуэт растаял. Я резко открыла глаза, тяжело дыша. Вскочив, лихорадочно порылась в своей сумке. Где же он… Пальцы нащупали знакомый металлический предмет. Я вытащила Календарь Валерина и резко раскрыла его. Одним движением я взмахнула рукой — и в воздухе вспыхнули символы, складываясь в даты и знаки. Я вгляделась, сердце застучало быстрее. И тут… Грудь сдавило. Красная Луна — через десять дней. Пальцы вцепились в край стола, чувствуя, как холод пробирается под кожу. Время вышло…***
Обед в Доме Ветра проходил за разговорами. Мор, вернувшаяся ночью, без умолку рассказывала о поездке во Двор Зимы, возмущённо размахивая вилкой. — Пока я морозила там свою задницу… они даже не потрудились обсудить условия! Представляете? Я слушала её вполуха. Мой разум был занят совсем другим. Ночью, в день её приезда, когда я возвращалась из библиотеки, я почувствовала её запах в коридоре. И кое-что ещё. Интересное. С этой мыслью я проснулась сегодня утром, и внутри меня всколыхнулся целый вихрь эмоций. Впервые за эти дни я видела Азриеля. Он сидел за столом, молча ковыряя еду. Я старалась не смотреть в его сторону. И не чувствовала, чтобы он смотрел в ответ. — И вот что самое интересное, — оживлённо продолжала Мор, откидывая золотые локоны за спину, — вчера я заходила в город и… Она вдруг оборвалась, переведя взгляд на Аза. — Ты вообще слушаешь? — спросила она, раздражённо прищурившись. Азриель не ответил. Мор громко щёлкнула языком. Кассиан внимательно разглядывал Азриеля. — О, ну конечно, ты снова в своей мрачной, ужасно загадочной тени. Даже не знаю, что тебя так выбило из колеи… — её голос был лёгким, но я не пропустила, как её взгляд скользнул ко мне, — Хотя, кажется, у кого-то есть догадки. Я подняла глаза. Наши взгляды встретились. Мор улыбалась — мягко, почти невинно. — Что? — ровным голосом спросила я. Она пожала плечами и откинулась на спинку стула. — Ничего. Просто наблюдаю, — Мор сделала глоток сока, но я видела, как её взгляд снова скользнул в сторону Азриеля. И он, впервые за весь обед, слегка напряг челюсть. Я глубоко вдохнула. Не собираюсь на это реагировать. Вместо этого спокойно перевела взгляд на Верховных Правителей. — Я получила зов. Через десять дней я возвращаюсь в Валерин. Боковым зрением я уловила едва заметное движение — как будто голова Азриеля на мгновение поднялась от тарелки. Хотя… может, и показалось. С ним никогда не знаешь наверняка. Фейра остановила бокал возле губ. Только Ризанд скучающе откинулся на стуле. За столом повисла тишина. Мор чуть усмехнулась. Фейра первой нарушила молчание: — Тебе нужна помощь? — Нет. Вы и так сделали для меня достаточно. И я благодарна. — Я опустила глаза, пытаясь удержать голос ровным. Фейра мягко сказала: — Если захочешь вернуться, мы всегда будем рады. Мои пальцы сжались на ткани платья. Но уверенности в том, что я вернусь, не было. Мы с Ризандом едва заметно переглянулись. Он сдержал слово — никому не сказал, что портал уже готов. Накануне я пришла к нему за помощью. Многовековая защита Велариса могла не дать порталу сработать правильно. Ризанд выслушал, откинувшись в кресле с ленивой грацией. — Это можно решить, — сказал он просто. — Оставлю маячок в день твоего ухода. Сможешь вернуться, когда захочешь. Я колебалась. — А ты... хотел бы, чтобы я вернулась? Он криво усмехнулся: — Конечно, Ариана. Кто откажется от активистки, которая помогает жрицам, развлекает мою дорогую супругу в студии и работает в лавке зелий практически бесплатно? — он сделал паузу, наклонив голову. — Ты же понимаешь, что это мечта любого Верховного Правителя — такая... универсальная рабочая сила. Я фыркнула. — Рад, что ты так высоко ценишь мой труд. Он улыбнулся шире, но потом что-то изменилось в его взгляде. — К тому же, — добавил он тише, — некоторые вещи имеют свойство... находить своё место. Даже если их владельцы этого пока не понимают. Пауза. Его взгляд стал чуть серьёзнее. — Было бы жаль прерывать такой... интересный процесс. Фиолетовые глаза сверкнули знанием, которое он не собирался озвучивать. Я поняла: он видит больше, чем говорит. Как всегда. После обеда все разошлись по своим делам, но возле моей двери меня ждал сюрприз. Если это вообще можно было назвать сюрпризом. Мор стояла, сложив руки на груди. В её позе читался вызов и явное намерение поговорить. — Ты пропустишь меня? — поинтересовалась я ровно. — Сначала ты меня выслушаешь. Я устало выдохнула, но ничего не сказала. Просто открыла дверь и кивнула ей, приглашая войти. Если она пришла сюда, значит, разговор явно не для посторонних ушей. Как только дверь закрылась, Мор выпалила, тихо, но доходчиво: — Не знаю, что ты задумала, Ари, но советую тебе это закончить. И побыстрее. — О чём ты, Мор? — скучающим тоном спросила я. — У меня хватает загадок в собственном разуме, и разгадывать твои у меня нет желания. — О, Ариана, ты прекрасно знаешь, о чём я, — Мор усмехнулась, но в этой усмешке не было веселья. — Ты не такая милая и светлая, какой кажешься. Может, и не плохая, но себе на уме. И если все мои друзья по каким-то причинам очарованы тобой, то я — нет. И я не собираюсь терпеть, как ты делаешь больно тем, кого я люблю. Я смахнула с платья невидимую пылинку и, подняв на неё холодный взгляд, ровным тоном ответила: — Забавно слышать это от той, кто вот уже несколько сотен лет делает ему больно. Мор напряглась, но тут же взяла себя в руки. — Ты слишком молода, чтобы судить о наших отношениях. Тебя это не касается. И не надо переводить стрелки на меня. — Правда? — я склонила голову к плечу, наблюдая за ней. — А твои молчание и недомолвки… тоже из благих намерений? Глаза Мор чуть сузились. — О чём ты говоришь? Я медленно шагнула ближе, не отводя взгляда. — О том, что если бы ты действительно заботилась о нём и любила, ты бы сказала правду. Давно. Мор побледнела. Губы её дрогнули, но тут же снова сжались в тонкую линию. — Откуда ты знаешь? Я холодно усмехнулась. — Ты хорошо скрываешь запахи, но всё же мне удалось… вдохнуть твои предпочтения. Она замерла. В глазах вспыхнула ледяная ярость. — Это не твоё дело. — Может быть. Но знаешь, в чём разница между нами, Мор? — мой голос был мягким, но в нём звенела сталь. — Я не держу его в темноте. Не цепляюсь за его преданность, боясь потерять. Мор сжала кулаки. — Ты ничего не знаешь, Ари. Всё не так просто. Я посмотрела ей прямо в глаза. — Всё проще, чем вы думаете. Вы живёте так долго, что сами создаёте себе лабиринты. Наматываете круги, усложняете то, что можно просто сказать вслух. Мор не ответила. Мы молча стояли — две женщины, которые любили каждая по-своему. — Это его сломает, — сказала она тихо. — Нет, — я покачала головой. — Это освободит его. И уже взялась за дверную ручку, но в последний момент обернулась. — Я была честна с ним с первого мгновения. Не жалела его и не тешила иллюзиями. Мор нахмурилась, но ничего не сказала. А я ушла, оставляя её в тишине собственной комнаты.***
Я сидела на краю площадки, болтая ногами в пустоту. Через несколько дней уйду. И почему-то грудь сжимало от этой мысли сильнее, чем должно было. Сначала это было просто влечение. Да и кто не обратил бы внимание на Азриеля? Красивый, опасный, загадочный. Но потом я увидела больше. Как он терпеливо учит Несту, Гвин и Эмери — по третьему кругу объясняет один приём, не раздражаясь. Как молча подвинул стул беременной Фейре в столовой. Как в городе, проходя мимо, помог старику поднять упавший мешок — быстро, не ожидая благодарности. Маленькие жесты. Незаметные для тех, кто не смотрит. А я смотрела. И видела, как за каменным лицом прячется боль, вина и целая буря эмоций, которые он не позволяет себе выпустить. Будто если даст слабину — рухнет весь его мир. У меня были отношения раньше. Влюблённости, страсть, даже что-то похожее на любовь. Но Аз... он смотрел на меня иначе. Будто видел меня настоящую. И в его мимолётном взгляде — на миг, перед тем как спрятаться за тенями — я видела восхищение, глубину, желание. Всё то, от чего тепло растекалось в груди и становилось трудно дышать. Мне было комфортно с ним даже в его молчании. Словно слова не нужны, чтобы понять друг друга. И всё же… он молчит. А я ухожу. Возможно, к лучшему, что у нас ничего не получилось. Эта мысль должна была успокоить. Но вместо этого что-то внутри взбунтовалось, закричало «нет». Потому что если бы получилось... я бы не смогла уйти. А уйти придётся. Выбора нет. Внутри меня сжалось что-то, что было тяжелее простой грусти. Это была потеря чего-то ещё не обретённого, того, что так и не стало моим. Я поднялась. Над ладонью мягко светится золотой мотылёк — порхает легко, поднимаясь выше. Слышу тихие шаги. Он хочет, чтобы я знала, что он здесь. — Красиво, — глухо говорит Аз, останавливаясь рядом. — Я же обещала показать, — говорю я, не оборачиваясь. По моим рукам пробегает лёгкий холодок. Его тени. Пауза. — Я плохо себя вёл, — тихо говорит он. Почти без эмоций. Я медленно поворачиваю голову. — Да, — отвечаю просто. Аз смотрит на мотылька, но взгляд расфокусирован, словно смотрит куда-то сквозь. — Он исчезнет, когда ты уйдёшь? Я опускаю глаза. — Он уедет со мной. Лёгкий кивок. Едва заметное движение в челюсти — будто он сжимает зубы. — Он часть тебя. — Да. Люксарис… так его зовут. Вторая пауза. Дольше первой. Я слышу его выдох. Медленный, сдержанный, но всё же сорвавшийся. Мотылёк подлетает ближе к Азриелю. Из-за спины выныривает одна из его теней и на мгновение касается крыльев. Почти играючи. Я не могу удержаться от улыбки, глядя на игру тени и света. Но Аз молчит. Тишина тянется, становится тяжелее. — Знаешь, что странно? — нарушаю я молчание. Он переводит на меня взгляд. Медленно. Будто боится встретиться глазами. — Что? Я пожимаю плечами, пытаясь сохранить лёгкость в голосе. — Я думала... что ты скажешь что-то… — Например? — его голос низкий, осторожный. В груди что-то остро сводит. Скажи: «Не уходи». Скажи: «Вернись ко мне». Скажи хоть что-то, что даст мне причину остаться. Но я не могу произнести это вслух. Краешек моих губ дёргается в грустной улыбке: — Не знаю, — тихо. — Что-нибудь... неожиданное. Пауза. Я вижу, как что-то проходит по его лицу — борьба, боль, почти решимость. Его губы приоткрываются, будто он собирается сказать то самое. Но он молчит. Только пальцы на руке сжимаются сильнее. Тени у плеч едва заметно сгущаются, дрожат. Будто они хотят дотянуться до меня, но он держит их на месте. И я понимаю: он не скажет. Его выбор сделан. — Спокойной ночи, Азриель, — Я киваю, больше себе, чем ему. Разворачиваюсь и ухожу. Его тени тянутся следом на мгновение, прежде чем он отзывает их. Люксарис порхает рядом, излучая тёплый свет. Я чувствую его беспокойство — он связан со мной, чувствует мою боль. — Всё в порядке, — шепчу я ему, хотя это неправда.***
Когда я зашла в Лавку Зелий, Талия сосредоточенно мешала один из отваров— тот самый, который мы вместе улучшили неделю назад. Увидев меня, она улыбнулась, но потом посмотрела внимательнее. — Что-то случилось? Я попыталась улыбнуться. — Ухожу. Через несколько дней. В Валерин. Её лицо изменилось. Улыбка погасла. — Надолго? — Не знаю, — честно. — Может, навсегда. Тишина. Талия медленно отложила ложку. — Я... буду скучать. По твоим безумным идеям. По тому, как ты врываешься сюда с криком "У меня озарение!" — её голос дрогнул. — Ты вдохнула жизнь в эту лавку. Горло сжалось. Я достала маленькую коробочку. — Хочу оставить тебе кое-что. Талия открыла коробку. Золотой браслет со знаками мягко светился. — Ари... это же... — Защитный амулет, — перебила я. — От ожогов, отравлений. Всего, с чем сталкиваешься здесь каждый день. Она подняла на меня глаза. Влажные. — Это дорогой подарок. — Ты его заслуживаешь. — Я сжала её руку. — Ты была первой, кто не испугался моих идей. Кто дал мне пространство работать. Просто прими. Талия крепко обняла меня, уткнувшись лицом в плечо. — Обещай, что вернёшься. Я не могла обещать. Но прошептала: — Постараюсь. Мы стояли так, пока зелье не начало закипать, переливаясь через край. Я поспешила уйти, мне предстояло вручить ещё несколько подарков. Фейре я подарила магическую кисть, которая меняла пигмент, добавляла блеск и даже придавала краскам лёгкое свечение. Она пришла в восторг и обняла меня так крепко, что я почувствовала, как её защита растворилась на несколько мгновений. Но Фейра удивила меня не только тёплыми объятиями. Она достала запакованное полотно и протянула мне. Когда я развернула картину, по щекам потекли слёзы. — Когда захочешь вернуться… помни, что есть смысл, — Фейра загадочно улыбнулась. Мы пошли к городскому дому, где я вручила Ризанду магическую ручку, которая сразу показывала суть в бумагах. Фейра рассказала, как он ненавидел тонуть в бесконечных отчётах и документах. Риз приподнял бровь, слушая мои объяснения, ухмыльнулся и качнул головой: — Неплохо, Ари. Может, ты останешься и продолжишь меня удивлять? Я лишь улыбнулась. Когда Кассиан пришёл, чтобы поднять меня в Дом Ветра, в его взгляде читалась странная тяжесть, как будто что-то сильно давило на него. Мы опустились на веранду Дома Ветра, он уже собирался зайти в дом, но я поймала его за руку. — Кассиан, ты невероятный. Воин. Друг. Будут дни без света, но не позволяй себе утонуть во тьме. Именно на таких, как ты, держится этот мир. Его глаза дрогнули. Он тепло посмотрел на меня и чуть хрипло сказал: — А знаешь, Золотинка, мне точно не хватало этих слов сегодня. Я протянула ему подарок — новый нож для заточки мечей с гравировкой: «Генерал №1». Кассиан фыркнул, разглядывая надпись, и покачал головой: — Ну вот, теперь я точно обязан соответствовать. — А знаешь, Касс, у меня есть отличная идея на вечер. Он прищурился, уловив в моём голосе что-то, что явно его заинтриговало. — Зависят ли мои планы от твоей идеи? — Безусловно. — Тогда выкладывай. Я ухмыльнулась. — Спустимся в город. Найдём самую шумную таверну. Выпьем столько, что мне точно будет не до грустных мыслей. А потом ты, как благородный воин, доставишь меня домой в целости и сохранности. Кассиан усмехнулся, склонив голову на бок. — Напоить генерала — коварный план, Золотинка. — Так что, ты со мной? Он сделал вид, что задумался, но потом ухмыльнулся ещё шире: — Как я могу тебе отказать?
