Часть 36 Вихрь Света и Теней (18+)
23 марта 2025 г., 15:19
Азриель
Золотой мотылёк замерцал в воздухе, завис рядом.
Она зовёт меня?
Тени зашевелились, тихо прошелестели: «Иди…»
Эти дни я дал ей свободу. Но теперь… Люксарис передо мной. Тени не тревожились, они ждали.
Я боялся надеяться на лучший вариант, но в груди что-то дрогнуло. Мотылёк мягко коснулся моих пальцев. Я осторожно взял его в ладонь, и он словно стал частью меня.
Шаг.
Переброс вынес меня к деревянной лестнице на скале. Я почувствовал лёгкий солёный запах моря и свежесть горного воздуха.
Передо мной стоял небольшой уютный домик, спрятанный среди цветов и зелени. Здесь было… тихо. Укрыто от мира.
Я поднялся на террасу. Ари стояла у перил, глядя на меня. Необыкновенно красивая, в том самом платье, золотом, сверкающем.
И вдруг я понял, как давно не видел её такой. Светлые волосы мягкими волнами ниспадали на плечи. Платье обтягивало её фигуру, лёгкий ветер играл с подолом.
Слева от неё стоял накрытый столик, цветы, вино… магический шар. Из которого лилась тихая, завораживающая музыка.
Я сглотнул. Не давая себе ложных надежд.
— Ужин или танец? — её голос был мягким, но в нём звучал вызов.
Ужин? Моё дыхание застыло.
Ари сделала шаг ко мне, в глазах не было страха, только решимость.
— Ты выбираешь, — ответил я наконец, сжимая пальцы удерживая себя в руках.
Ариана наклонила голову, будто обдумывая ответ.
— Тогда танец, — улыбнулась она.
Я медленно протянул руку, Ари вложила свою ладонь в мою. Прикосновение… Мягкое, тёплое. Даже тени затаились, будто боялись спугнуть этот момент.
Я притянул её к себе осторожно, как что-то бесконечно хрупкое, но в то же время неизбежное. Вдохнул её запах — цветочный, тёплый, с лёгкими нотами цитрусов. Голова закружилась, будто я пил слишком крепкое вино.
— Это наш первый танец, — прошептала она, поднимая на меня глаза.
Я закрыл на мгновение веки, позволяя этим словам осесть внутри. Затем обвёл рукой её талию, и в этот момент понял, что если она отступит, мне будет больнее, чем когда-либо прежде.
Музыка наполнила воздух, и мы начали двигаться. Медленно, почти неощутимо, словно мы не танцевали, а плылли сквозь вечерний воздух.
Она чувствовалась по-другому. Уже не той Ари, что пыталась держать дистанцию.
— Ты пахнешь весной, — выдохнул я, неосознанно наклоняясь ближе.
Ари дрогнула, но не отстранилась.
— Весной? — в тихом голосе звучала улыбка.
— Да. Как тепло после долгой зимы.
Её пальцы крепче сжали мои. Я провёл большим пальцем по её запястью, там, где едва заметно пульсировал свет её золотых знаков, которые стали ярче.
— Ты помнишь это платье? — спросила она, заглядывая мне в глаза. — Оно чудесное. Спасибо тебе.
Моё сердце сжалось. Ари всё это время знала, что это был мой подарок.
— Прости… — её голос дрогнул. — Не хотела делать больно… но сделала.
Её взгляд стал чуть грустнее, и прежде чем она смогла отвести глаза, я мягко коснулся её запястья.
— Ари, — тихо, но твёрдо сказал я. — Ты не должна извиняться за то, что разбираешься в своих чувствах.
Ариана медленно подняла на меня глаза, и в золотистой глубине её взгляда мелькнула неуверенность, смешанная с надеждой.
— Ты всё ещё хочешь быть со мной?
— Всегда, — я позволил пальцам провести по её щеке.
Её дыхание сбилось. Ари долго смотрела на меня. А потом просто положила голову мне на плечо.
Тени прошелестели. «Она здесь…». А я лишь крепче прижал её к себе. Мы кружились под музыку, но на самом деле, я не слышал её. Единственное, что существовало в этом моменте, — это Ари.
Подняв голову, она посмотрела на меня так, что грудь сдавило от чего-то невыносимо тёплого.
— Я всегда хотела тебя, Аз, — её голос был мягким, но в нём не было ни капли неуверенности. — Ты сам знаешь. Только тебя.
Я резко вдохнул, но не перебил её. Тени дрогнули и притаились, за спиной.
— Просто боль и страх, не давали мне прийти раньше, — выдохнула она.
Музыка стихла, но я не отпустил её. Ари тоже не сделала шага назад.
Я смотрел в её глаза, с мягкими светящимися бликами в свете фэйских огней.
— Но сейчас я точно знаю… — её голос был чуть хриплым, она сглотнула, но продолжила.
Тихо. Но настолько уверенно, что внутри меня всё перевернулось.
— Что ты мой, Азриель.
Моё сердце сбилось с ритма. А затем Ари чуть наклонила голову и прошептала:
— А я твоя.
Мы замерли.
Её слова обрушились на меня волной, ударили в грудь и разлились по венам, как огонь. Тени зашептали вокруг, как будто их тоже пронзило это признание.
— Ари… — мой голос дрогнул, я поднял ладонь к её лицу, видя как её глаза заблестели.
— Я больше не хочу убегать и прятаться. Хочу, чтобы мы всё решали вместе. Чтобы знали точно, что мы есть друг у друга.
Я жадно ловил каждое слово, вбирал их в себя, как глотки воздуха.
— Не потому что так решили узы… — её голос стал почти шёпотом, — а потому что это мы.
Ари сделала шаг ближе, так, что я мог ощутить тепло её кожи.
— Я не уйду.
С моих губ слетел выдох облегчения, и всё напряжение последних недель спало с плеч, как тяжёлый груз.
Я больше протянул руку, мягко обхватил её затылок и притянул к себе, пока наши лбы не соприкоснулись, её дыхание смешалось с моим.
— Тогда останься, — хрипло выдохнул я.
Она не колебалась.
— Обещаю.
Мы стояли молча, и казалось, весь мир замер. Лёгкий морской бриз касался нас, но я не мог думать ни о чём, кроме неё. Ари, как и я, впитывала это мгновение — без страха, без сомнений.
И тогда я почувствовал это. Что-то дрогнуло между нами — почти неощутимое, но живое. Я открыл глаза и увидел тонкую, мерцающую нить — сплетённую из света и тени. Она связала нас.
Ари вздрогнула, но не отступила. Её дыхание сбилось, в глазах отразилось это сияние. Узы не вспыхнули громом, они просто... были. Тихо. Мягко. Как нечто, что всегда жило в нас, но только теперь стало видимым.
Я коснулся этой нити. Она дрогнула в ответ — тёплым, знакомым эхом где-то глубоко внутри.
— Это… — Ари подняла взгляд, и в её глазах плескалась целая вселенная.
Я притянул её ближе:
— Всё, что мне нужно… — мой голос был низким, хриплым. — Это ты.
Я не знал, как ещё сказать это. Как выразить то, что уже давно пульсировало во мне — в каждом взгляде, в каждом прикосновении, в каждом мгновении, когда она была рядом.
Нить между нами вспыхнула ярче, тепло её души скользнуло ко мне, будто подтверждая — я не один в этом.
Она выбрала меня. И я не позволю ей пожалеть об этом. Моя Ари.
Я подался вперед, немой вопрос, на который услышал:
— Да.
Мои губы накрыли её с жадностью, с голодом, который я так долго сдерживал. Ари потянулась ко мне, впуская, раскрываясь.
Её пальцы сжались в ткани моей рубашки, а я крепче прижал её к себе, вдыхая этот цветочный, тёплый запах, который всегда сводил меня с ума.
Ари задышала чаще, её губы стали податливее, горячее.
— Аз… — её голос был едва слышным, но в нём звучала потребность.
Тени дрожали вокруг нас, не тревожа, но ощущая эту близость. Они знали. Знали, как долго я ждал.
Поцелуй стал глубже, требовательнее. Я не мог больше ждать. Поднял её на руки, не разрывая поцелуя. Шагнул в дом.
Стук двери позади нас, шёпот волн вдалеке — всё исчезло. Остались только мы.
Она моя.
Внутри всё пульсировало огнём, желание разливалось по венам, сводя с ума. Я провёл губами по её шее, ощущая, как её дыхание сбивается, а тело дрожит, от предвкушения.
Я поднял взгляд, встречая её медовые глаза, в которых смешались желание и доверие.
Она моя пара. Равная мне.
Медленно стянул её платье. Губы скользили по ключице и плечам. Возле груди я задержался, изучив все более тщательно языком, губами слушая её тихое стоны. Это было слаще чем любая музыка.
Слегка покусывая мягкую кожу, я опустился ниже, потом еще ниже.
Платье упало на пол, а я оказался перед ней на коленях.
Я продолжил целовать её, двигаясь выше — по колену, по внутренней стороне бедра. Каждое движение вызывало у неё дрожь, каждый выдох отдавался во мне.
Когда я добрался до самого чувствительного места, она сжала пальцы в моих волосах, запрокинула голову, а я только сильнее прижался губами, наслаждаясь её реакцией.
— Аз… Пожалуйста, — тихий шёпот сорвался с её губ.
Ари облокотилась на столешницу, её спина выгнулась, губы раскрылись в стоне.
Чёрт, как же я хотел её. Каждой клеткой, каждой частью себя. Снова ощутить её вкус, слышать эти звуки когда она кончает у меня на языке.
Я провёл пальцами по её бедру, слегка сжал, наслаждаясь ощущением её кожи под руками.
Вошёл в неё пальцами чувствуя, как она встречает меня тёплой влагой.
— Азриель… я… мне… — её голос дрожал, её дыхание стало рваным.
Я знал, что она близка. Чувствовал это по напряжению в её теле, по тому, как она крепче сжимает мои волосы, направляя меня, как её ноги дрожат от накатившей волны.
Ари застонала, взорвалась в моих руках, и я дал ей время, удерживая её, пока её тело не перестало трепетать.
Затем я поднялся. В её глазах горел чистый, необузданный голод. Ари бросилась ко мне, жадно впиваясь в мои губы, разрывая это проклятое расстояние между нами.
Её руки метались, нетерпеливо стягивая с меня рубашку, пальцы дрожали, путаясь в пуговицах, пока я просто не рванул ткань, отбросив на пол.
Ари рассмеялась сквозь поцелуй, это был хриплый, пропитанный желанием звук. Она расстегнула мои штаны, но вдруг замерла. Её губы коснулись моей щеки, потом виска.
Я почувствовал её тёплое дыхание у самого уха, прежде чем она прошептала:
— Мы с тобой давно оставили одно дело незаконченным… со столом, помнишь?
О, я помнил. Ту ночь, когда мог взять её прямо на том самом столе. Когда хотел, но отступил. Но, сегодня я возьму всё чего лишал себя.
Мои руки обхватили её талию, я наклонил её назад, ловя её губы в голодном, требовательном поцелуе.
— Сегодня мы это закончим, — хрипло сказал я, поднимая её на стол.
Ари тихо застонала, запуская пальцы в мои волосы.
Что-то упало. Звон разбитого стекла. Мне было всё равно.
Я не теряя ни секунды, притянул её ближе, прокладывая дорожку поцелуев вниз, к её шее, к ключицам, к её груди…
Сегодня она полностью станет моей.
Ариана
Азриель отстранился, и замер прямо у входа в моё лоно. Его дыхание стало тяжелее, пальцы сжались на моих бёдрах. Он смотрел на меня сверху вниз, и Боги…
В этих ореховых глазах отражалось всё — любовь, жажда, страх сделать мне больно, и что-то ещё, что было только нашим.
Когда он начал входить, я вздрогнула. Вцепилась в его плечи. Он замер, давая мне время привыкнуть.
— Я твоя, — прошептала я, проводя руками по его лицу, по шее, вниз, ко всему, до чего могла дотянуться.
И тогда он издал звук, от которого меня пронзила дрожь. Низкий, глубокий, проникающий под кожу, пронизывающий кости. Это было признание.
Я видела, как его крылья дрогнули, как мышцы напряглись, как будто он удерживал себя от чего-то, что угрожало сжечь нас обоих.
— Скажи ещё раз, — прохрипел он.
— Я твоя, Азриель, — повторила я, нежно касаясь его скул.
Этого хватило. Его губы накрыли мои в поцелуе, требовательном, страстном, но всё таком же почти болезненно нежном.
Аз двигался уверенно, забирая каждый мой стон, каждую дрожь. Я горела в его объятиях, сжимая его спину, чувствуя, как напрягаются его мышцы.
Моя пара. Мой мужчина. Любовь всей моей жизни.
Тот, кто прошёл со мной через всё. Кто верил в меня, когда я сама не верила. Из груди рвалось нечто необъятное, всепоглощающее, чувство, которому было жалко даже придавать форму слов.
Я поймала его взгляд, пока он двигался во мне.
— Аз… ты мой…
Я почувствовала, как его тело дрожит, а поцелуи становятся другими — уже не требовательными, а бесконечно благодарными.
— Только твой, Ари, — хрипло выдохнул он мне в губы.
Когда он ускорился, я потерялась в пространстве, растворилась в ощущениях, в нём.
Каждое движение отзывалось вспышками наслаждения, и я могла только выкрикивать его имя, когда рассыпалась от удовольствия, царапая его спину, удерживаясь за него как за единственную реальность в этом вихре чувств.
Азриель не заставил себя ждать — я почувствовала, как он содрогнулся надо мной, его дыхание сорвалось в низкий стон, когда он последовал за мной в это безумие.
Он лёг на меня, не всем весом — просто закрыл собой. Обнял. Я чувствовала его тепло, силу, сбивчивое дыхание, биение сердца в унисон с моим.
Лепестки прилипли к коже, волосам. Осколки вазы блестели на полу. Но нам было всё равно.
Лежа с закрытыми глазами я ощущала как Аз медленно провёл носом вдоль моего виска, вдохнул — глубоко, будто хотел запомнить. Внутри разлилась нежность.
Не знаю, сколько мы так лежали. Тишина дышала.
Я прижалась ближе, Аз замер когда я прошептала:
— Ещё.
Он приподнялся глядя на меня.
— Повтори, — попросил он, в его взгляде пылал огонь — скрытый, сдержанный.
— Хочу ещё. Не сдерживайся, — промурлыкала я.
— Осторожно с такими просьбами, — прошептал он у самого уха, вызывая дрожь.
— Это угроза? Потому что звучит как обещание, — усмехнулась я.
Аз издал утробный звук, полный желания.
Ещё секунда — и я оказалась в воздухе, крепко прижатая к нему, его губы уже нашли мои, показывая потребность. Крылья дрогнули и раскрылись, окружая нас, скрывая от всего мира.
Я подняла руку, провела пальцами по их тонкой, чувствительной коже.
Аз вдрогнул в ответ, и я едва успела втянуть воздух, прежде чем он развернул меня и прижал к столу. Тени обвили запястья, ласковым холодком.
— Ари… — в голосе было предупреждение.
Моё сердце забилось чаще. Я чувствовала его — напряжённого, горячего, сдерживающего себя из последних сил. С моих губ сорвался тихий смешок. Я хотела, чтобы он отпустил себя. И выгнулась, подаваясь навстречу.
Аз тихо выругался, когда его рука оказалась на моей спине, крепко удерживая меня. А затем он вошёл в меня — глубоко, и я потеряла дыхание.
Я не могла сдерживать ни стоны, ни выкрики его имени, потому что каждый его толчок был точным, пронизывающим меня волной удовольствия.
— Аз… — сорвалось с моих губ, словно молитва, словно ласка, и я почувствовала, как его хватка стала сильнее.
Словно каждый раз, слыша его из моих уст, он становился ещё более жадным, более голодным. Как если бы он ждал этого всю жизнь.
***
Вода мягко плескалась о края купели, тепло окутывало нас, пока мы играли в пене, словно дети. Азриель впервые смеялся так легко и беззаботно. Я замерла, впитывая этот звук. Как же я хочу, чтобы он был счастлив. Чтобы всегда был таким — свободным. Со мной. Я скользнула пальцами по его плечу, по груди, вдоль сильных рук, и взяла немного пены, размазав по его крылу. — Кажется ты вляпалась, — с улыбкой предупредил он, но не отстранился. — Значит, придётся тебя отмывать, — я игриво пожала плечами, пока он качал головой, будто поражённый моей дерзостью. Когда пена постепенно растаяла, я взяла полотенце и, подойдя ближе, начала осторожно промакивать его крылья. Аз напрягся — совсем чуть-чуть, но я заметила, как он затаил дыхание. — Они правда настолько чувствительные? — тихо спросила я, продолжая касаться полотенцем. Он молчал, позволяя мне изучать. — Или… — я замялась, а потом, не убирая рук, добавила: — Или к ним можно прикасаться не только ради удовольствия? Например, чтобы снять напряжение, как массаж? Азриель повернул голову, встретившись со мной взглядом. В его глазах сверкнуло что-то тёплое, что-то, от чего у меня перехватило дыхание. — Ты хочешь делать мне массаж крыльев? — его голос звучал ниже обычного, с оттенком осторожного удивления. Я провела кончиками пальцев по изгибу одного крыла, ловя реакцию. — Хочу, если тебе это приятно. И хочу заботиться о тебе. Я видела, как его крылья чуть дёрнулись, и поняла — мои слова попали куда-то глубже, чем просто предложение о массаже. Позже в спальне, я пыталась сделать ему массаж… Правда! Но стоило мне чуть дольше задержаться на чувствительных местах его прекрасных крыльев, как тени обвили мои запястья. Из его груди вырвалось рычание. В следующий миг я оказалась прижата к кровати, а его взгляд… Боги. Я рассмеялась — хрипло, не сопротивляясь. А потом… воздух в комнате стал густым от наших стонов. Раз за разом я тонула в его объятиях, пока он не остался довольный проделанной работой. Затем лениво улёгся рядом, притянув меня ближе, будто боялся, что я снова решу шалить. Я улыбнулась, спрятала лицо в его шее и медленно провела губами по чувствительной коже. — Значит, массажистка из меня никудышная? — с притворной обидой вздохнула я. Азриель фыркнул, пальцы лениво скользнули по моей пояснице. — Я этого не говорил. — Но подумал, — прищурилась я, поднимаясь на локте, чтобы встретиться с его взглядом. Он чуть склонил голову, изучая меня темными, глубокими глазами, а затем медленно произнёс: — У тебя есть другие таланты, Ари. Я приподняла бровь. — И какие же? Аз не ответил сразу. Просто наклонился, позволяя горячему дыханию коснуться моей кожи, а затем губы скользнули по линии моей шеи — медленно, едва касаясь. — Все, которые мне нужны, — пробормотал он у самого уха. По спине прошла дрожь. Я рассмеялась, чтобы сбить накатившее тепло, и быстро чмокнула его в губы. — В таком случае, вечности со мной тебе точно хватит. — Возможно, — его голос был низким, почти хриплым, но в глубине его глаз вспыхнуло что-то, от чего у внутри всё затрепетало. Я лениво водила пальцем по его груди, скользя по тёмным узорам. — В ту ночь твои крылья раскрылись, ты сказал мне, что я понятия не имею, что это значит… — я провела пальцами по его щеке, чувствуя, как напряглась его челюсть. — Расскажи мне. Его пальцы на моей талии сжались, тени дрогнули и замерли. Несколько ударов сердца он молчал, словно обдумывая. Затем глубоко выдохнул. — Крылья… это не просто часть нашего тела. Это… самое уязвимое, что у нас есть. — Его голос был низким, напряжённым. — Их нельзя скрыть. Они всегда выдают нашу реакцию. Аз посмотрел на меня, и добавил: — В ту ночь я не мог их удержать. — Он чуть склонил голову, его тени прошлись по моему запястью, словно подтверждая. — С тобой… я не хотел ничего скрывать. Внутри у меня разлилось тепло. — Значит, ты доверял мне? — Полностью. — Его губы тронула тень улыбки, но в глазах пылало нечто большее, необъятное. — Больше, чем кому-либо. Я затаила дыхание, пока он продолжал: — Я не осознавал этого тогда, но… мои крылья уже знали, — его губы скользнули по моей скуле. — Ты была для меня больше, чем просто возлюбленная. Я мягко коснулась его губ коротким поцелуем. — Но тогда ты ещё не знал, что я твоя пара? — уточнила я, поймав его взгляд. Азриель провёл пальцами по моему позвоночнику, задумчиво, медленно. — Нет. — Он помолчал, его взгляд потемнел. — Или не позволял себе осознать. Его тени обвились вокруг наших рук, а затем растворились. — Но я знал, что с тобой всё иначе. — Он взял меня за подбородок, заставляя взглянуть в его глаза. — Что я не хочу тебя терять. Моё дыхание сбилось. Я сглотнула вспоминая как ушла тогда. — А я… тоже поняла, что в ту ночь что-то изменилось. Но, не хотела это признавать. Потому что знала, что мне придётся уйти в Валерин. В его глазах вспыхнуло что-то острое, болезненное. Тени вокруг задрожали, напоминая мне, что он искал. Я сжала его руку. — Мне тоже было тяжело, Аз. Каждый день я вспоминала тебя. — я коснулась его щеки. — Я убеждала себя, что тебе не нужно меня искать, так будет правильно. Но всё равно хотела чтобы ты нашёл. Аз не двигался, но я видела, как напряглись его плечи, как его тени тянулись ко мне. — И когда я увидела тебя там на острове… — я закрыла глаза, вспоминая тот момент. — Это был просто взрыв эмоций. Люксарис почувствовал тебя первым. И потянулся. Я не смогла его остановить. Азриель молчал. Но в его взгляде горело что-то тёмное, глубокое. — Больше никаких расстояний, — он провёл большим пальцем по моим губам, затаил дыхание. Тени окутали нас, притягивая ближе. Наши губы встретились — мягко, но с обещанием, что теперь мы рядом. Я устроилась у него на груди, зарываясь носом в изгиб шеи. Вдыхала этот запах — туман, кедр, что-то только его. Родное. — Теперь я точно дома, — прошептала я. Аз замер. Вдох задержался. Мышцы напряглись под моими ладонями. Несколько секунд — тишина. Потом он крепче прижал меня. Крылья сомкнулись за спиной — невесомо, защищая. — Теперь ты всегда будешь дома, Ари, — тихо повторил он. В его голосе было всё: клятва, принятие, обещание, что он никогда больше не отпустит.***
Мы провели в этом домике три дня. Ели, смеялись, купались, молчали, ласкали друг друга и изучали. Я снова пыталась освоить массаж крыльев, Аз говорил, что почти получилось. Но обычно всё заканчивалось тем, что он находил применение моим другим талантам. И я была не против, учитывая, сколько удовольствия мог доставить мне мой мужчина. Но нужно было возвращаться — свадьба Кассиана была уже на носу, и я обещала помочь. Мы стояли на террасе, глядя, как солнце тонет в морской глади. Здесь было так спокойно. Ветер приносил солёный запах воды, смешанный с ароматом цветов, которые росли вдоль скал. Азриель обнимал меня сзади, его тепло обволакивало, а дыхание ласково касалось моей шеи. Иногда он невесомо проводил губами по коже, и мурашки бежали вдоль позвоночника. — Не хочу отсюда уходить… — честно призналась я. — Всегда мечтала жить возле моря и гор. Аз долго молчал, будто обдумывал мои слова, а потом тихо сказал, уткнувшись носом в мои волосы: — Я построю тебе дом. Сердце сделало кульбит, а потом заколотилось с удвоенной силой. Я провела пальцами по его руке, крепче прижимаясь к нему. — Здесь? Он кивнул, его ладони скользнули по моим бокам, притягивая к себе. — Если ты этого хочешь. Возле моря, среди гор. Где тебе будет спокойно. Горло сдавило от чувств. Я развернулась в его объятиях, встретилась с этими прекрасными глазами, в которых светилось нечто новое. — Аз… — прошептала я, касаясь его лица. — Не хочу, чтобы ты снова чувствовала себя чужой. И чтобы ты думала, что тебе некуда возвращаться. — Он провёл ладонью по моей щеке, я накрыла его руку, поцеловала. Глубоко вздохнула, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями. — Я уже вернулась, — выдохнула я. Азриель наклонился ближе, так, что наши губы почти соприкоснулись. — Тогда я построю его для нас. — Его голос был низким, мягким, но в нём звучала твёрдость. Тепло солнца отражалось на моей коже, но даже оно не могло сравниться с тем, что разгоралось внутри. Его слова. Он хочет жить со мной. Во мне всё кричало от радости. Я резко обхватила шею и осыпала его короткими, торопливыми поцелуями — в губы, в скулу, в нос. Широко улыбнулась, заглядывая в его глаза, которые смотрели на меня с лёгким удивлением. Мне даже показалось, что он немного растерялся. — А ты не пожалеешь? — пошутила я, — тебе же придется терпеть моё ворчливое присутствие день и ночь! Аз фыркнул, качая головой. — Думаешь, я ещё не привык? Я тихо рассмеялась, но потом взяла его за руки, сплела наши пальцы и посмотрела серьёзно. — А чего хочешь ты, Аз? Я хочу, чтобы мы сделали что-то, что важно для тебя. Он на мгновение замолчал, словно обдумывая ответ. Потом, не отводя взгляда, заговорил. — Хочу, чтобы мы строили его вместе. Чтобы в этом доме были не только стены, но и тепло. Твоё тепло. И чтобы с ним мы создали свой Веларис… в душе. Моё сердце сжалось — от нежности. В глазах защипало от нахлынувших эмоций. Он помнил… Помнил, как я сказала это когда-то, и теперь вплёл мои собственные слова в своё желание. — Думаю, мы уже начали, — прошептала я. Азриель накрыл мою руку своей, а затем чуть наклонился и коснулся лбом моего, закрывая глаза. — Тогда это всё, чего я хочу. Какое-то время мы стояли, впитывая этот момент. Затем я подняла голову, поймав его взгляд: — Как ты хочешь, чтобы мы признали парность? Пышно, на весь Двор Ночи, как Неста и Касс? — я улыбнулась, зная, что он точно отвергнет этот вариант. — Или в кругу семьи? Или наедине со жрицей, которая проведёт церемонию? Азриель только посмотрел на меня — этот взгляд говорил больше любых слов. — Ты знаешь ответ, Ари. Конечно, я знала…
