Другая сторона рая

«Я никогда раньше не видел, чтобы вы ели мясо, приготовленное хозяйкой». Мунджо отпил пива, невозмутимый взгляд пристально устремился на Кихёка. Недопитое пиво Чону все еще стояло на столе, и почему? Почему он не выбросил его перед уходом? «Вам это не по вкусу?» — спросил Кихёк, тыкая палочками в тонко нарезанное мясо в контейнере, прежде чем взять один и съесть его. Сильный запах приправ вторгся в его чувствительные ноздри, и Мунджо задумался, из какой части иностранца взялось это мясо. Он точно знал, что хозяйке нравится мясистая часть, и судя по виду, это был живот. Он вспомнил, что у иностранца был слегка пухлый живот. Или, может быть, это была задница. «У меня очень дорогой вкус», — сказал Мунджо после долгой паузы. Улыбка, которая потом появилась на лице Кихёка, была тошнотворной. «Вы предпочитаете богатых, да?» «Да.» Кихёк понимающе кивнул, его улыбка становилась все шире. Допивая пиво, Мунджо встал из-за стола. Он взял и банку Чону и направился к мусорному ведру, вылив пиво Чону в раковину, прежде чем бросить ее в мусорное ведро. Он собирался выйти из кухни, когда Кихёк снова заговорил. «Почему вы никогда не присоединялись к нам?» Мунджо не помнил, чтобы давал Кихёку разрешение задавать ему вопросы. На мгновение он пожелал, чтобы у него заболел не живот, а рот Тем не менее, Мунджо все равно ответил ему. «Потому что я пытаюсь создавать искусство. А не просто убивать». — Все ради плана. «А вопрос, который ты задал бандиту… Что он значит?» «Какой? Демон или человек?» «Да.» Мунджо на мгновение замер. «Мне просто нравится, как это звучит».

***

Пока что ничего необычного не происходило. Чону вел себя как обычно, засыпал на столе, возможно, работая над своим романом, издавал звуки во сне, а затем просыпался с искусно растрепанной головой и усталыми глазами. Он задался вопросом, какой кошмар снился Чону. Они часто принимали душ вместе, стоя рядом с кабинками друг друга в общей ванной комнате. Однажды, когда его практика закрылась рано, они тусовались на крыше с холодным пивом в руках, чтобы сгладить течение разговора. В основном он вращался вокруг романа Чону и возможных сценариев убийств его пианиста, за исключением неприятной рабочей обстановки писателя. Направление, в котором Чону развивал свою историю, было пока интересным. Он помогал подбрасывать некоторые идеи, когда находил идеи Чону скучными и унылыми. Мунджо теперь знал, где Дыксу хранит всю свою «страховку». — Как и ожидалось, близнец тайно записывал все, что происходило на четвертом этаже. Были ли это видеодоказательства или звукозаписи, он не мог быть уверен. Это могло быть и то, и другое. Ну, хорошо то, что не составит труда заменить эти SD-карты на пустые. Но сначала ему нужно будет найти идеальное время, чтобы проникнуть в комнату Дыксу, и обойти единственную работающую камеру наблюдения в квартире-общежитие. К счастью для него, Ом Боксун никогда не была тем человеком, которого волнуют камеры наблюдения и все такое (иначе она бы установила новую). Ее интерес был исключительно в тех миллионах вон медицинской страховки, которую она получила. Плюс, она не из тех, кто будет колебаться, когда дело дойдет до убийства всех в здании, если она хотя бы почувствует что-то подозрительное и не в ее пользу. Если и есть о чем беспокоиться, так это о записях с камер наблюдения, которые она хранила на своем древнем компьютере. Но другие? Они не были достаточно смелы, чтобы провернуть что-то подобное. Поэтому они сделали себе страховку. И Дыксу, и Намбок. Кстати, Мунджо также придется найти подходящее время, чтобы осмотреть вонючую комнату извращенца. Он тяжело вздохнул при мысли о том, что придется рыться в грязных кучах порнографических вещей. Для этого ему понадобятся перчатки. Что касается Дыкчона… Ну, он безобиден. Если что-то или кто-то и может поставить под угрозу его план, так это этот бандит. Потому что он еще не умер. Кихёк решил держать его взаперти в подвале для собственного развлечения, и хотя Мунджо не возражал, ему все равно нужно было, чтобы бандит умер в конце. Этот человек был обузой живым. Серьезная проблема, если внеклассные занятия жителей будут обнаружены и их арестуют. Даже если бандит не сможет говорить, он не будет ни слепым, ни глухим. Мунджо будет трудно закрепить свою невиновность и уйти от взора полицейских. Этого не могло произойти. После некоторых раздумий Мунджо решил немного подождать и посмотреть, что будет дальше. Ему все равно нужно было собрать несколько новых персонажей. Позже может произойти все, что угодно. Спокойно подойдя к стоматологической клинике, Мунджо мысленно подсчитал, сколько времени он сможет провести в своей квартире, работая над браслетом, прежде чем он уйдет, чтобы проверить местонахождение рабочего места Чону, и приготовился к своей смене в клинике. Звук автомобильного гудка вдалеке немного раздражал его, нарушая ход его мыслей, но вместо того, чтобы повернуться, он просто продолжил идти вперед. Чону пока не прислал ему ни одного сообщения, и на секунду Мунджо задался вопросом, напишет ли ему когда-нибудь автор сообщение. Снова раздался автомобильный гудок, но на этот раз его сопровождал женский голос: «Доктор Со!» При упоминании своей должности Мунджо остановился, чтобы обернуться и тупо уставиться на серебристую машину, подъезжающую к нему. Женщина — напомни, кто она? — поприветствовала его, с зубастой улыбкой. «Давненько не виделись, не правда ли, доктор? Думаю, в последнее время вы были заняты. Теперь мне редко удается вас видеть». «Здравстуйте». — Он не мог, хоть убей, вспомнить ее имя. Но он помнил маленькую девочку, тихо сидевшую на заднем сиденье машины. «Привет, Сэён», — сказал Мунджо, слегка наклонив голову, чтобы подарить ей легкую дружескую улыбку. «Она стесняется людей», — сказала женщина, когда ее дочь не ответила на его приветствие. Мунджо моргнул и быстро оглядел женщину за рулем. Должно быть, это мать, миссис Ли что-то там. Как мило с ее стороны остановить его вот так, только чтобы поздороваться. Желая избавиться от этой ситуации, Мунджо попрощался с ней. Однако прежде, чем он успел уйти, женщина заговорила снова. Это должно быть важно. «Доктор Со, кстати, вы свободны в эти выходные?» — Она начала рассказывать о женской ассоциации и их волонтерском мероприятии в доме престарелых. Она спрашивала его, сможет ли он проверить их зубы, когда внезапно зазвонил ее телефон. Извинившись, она сняла трубку и смело позволила себе потратить еще больше драгоценного времени Мунджо, заставив стоять там и ждать, пока она закончит говорить с тем, кто был на телефоне. Из-за этого, возможно, сможет добавить к браслету только один зуб вместо двух. «У меня еще одна встреча в эти выходные», — солгал Мунджо после того, как женщина снова задала ему тот же вопрос, когда ее телефонный разговор закончился. «Мне жаль». «Понятно», — ответила она, явно разочарованная его ответом. «Надеюсь, ты поможешь нам в следующий раз». «Конечно». — Это был идеальный шанс закончить разговор. Мунджо бросил последний взгляд на дочь женщины, пытаясь смягчить свой взгляд при виде тихой девочки. Она все еще боялась его. «Увидимся, Сэён». Никакого ответа, что неудивительно. Когда машина отъехала от него, Мунджо продолжил свой путь, немного раздраженный тем, что женщина нарушила его планы.

***

Было около полудня, когда Мунджо прибыл в Дэханно. Улица была забита людьми, как и ожидалось в час пик. Но это нисколько не смутило Мунджо. Наоборот, оживленное положение района позволяло ему легче смешаться с незнакомцами и стать невидимым. Мунджо оглядел улицу и магазины, мимо которых он проходил, останавливаясь только тогда, когда мельком видел кого-то знакомого. Легкая улыбка скользнула по его лицу при виде Чону, выходящего из-за угла. Мунджо сделал мысленную заметку проверить угол позже, чтобы узнать, в какой компании работал Чону. Рядом с ним шла молодая девушка. Довольно привлекательная (судя по ее профилю), стройная и хорошо одетая. Несомненно, его девушка. Мунджо подошел поближе, чтобы получше рассмотреть пару. Чону казался очень счастлив, наконец встретиться и поговорить с ней. Он задавался вопросом, тот ли это человек, с которым Чону хотел бы провести остаток своей жизни, тот, кому он готов посвятить все свое время и энергию. Чону обернулся, как только помахал своей девушке на прощание, и мгновенно их глаза встретились. Он увидел Мунджо, и несколько секунд они оба стояли неподвижно, как статуи, пока Чону не моргнул и не наклонил голову в сторону, широко раскрыв глаза и явно заинтересовавшись. Мунджо быстро спрятался за стеной ближайшего магазина, когда мимо проехала машина, чувствуя, как адреналин все время кружится в нем. Что могло прийти в голову Чону, раз он увидел его здесь, задавался вопросом Мунджо. Отмахнется ли он от этого как от глупого недоразумения? Случай, когда он не выспался достаточно хорошо, что привело к галлюцинациям? Или он заподозрит что-то неладное и подумает, что это действительно Мунджо, которого он видел минуту назад? К тому времени, как Мунджо вышел из своего укрытия, Чону уже исчез.

***

Он не ожидал, что Чону напишет ему первое сообщение в тот день и особенно в тот вечер, учитывая то, что произошло в Дэханно несколько часов назад. Но автор действительно написал, к его большому изумлению. Привет. Мунджо-хён? Текст был отправлен около двадцати минут назад. Да? Мунджо наконец ответил и положил телефон. Казалось маловероятным, что Чону прочтет и ответит сразу. Но он снова удивил его, когда телефон зазвонил, сообщая о новом текстовом сообщении. Надеюсь, я тебя не беспокою. Нет, все в порядке. Я только что закончил прием пациента. Извини за поздний ответ. Пациент? Ты врач? Нет. Я стоматолог. Понятно. Ну, ничего. Ты же занятой человек. Мунджо вздохнул про себя, набрал ответ и нажал кнопку отправки. Твой начальник снова ведет себя как придурок? Ну, можно и так сказать. Что случилось? Следующий ответ Чону был довольно длинным. Мунджо прочитал его весь, невозмутимый. Он просто разочаровал меня. Он все время говорит мне не хмуриться, напоминая, что я всего лишь стажер, и просит меня контролировать свои эмоции. Ранее он грубо высказался о Джиын. Она моя девушка. Это очень подло с его стороны. Я не знаю, в чем его проблема. Мунджо поднял брови. Ему было настолько очевидно, что за человек его старший-начальник, хотя он еще не встречался с ним лицом к лицу. Вскоре он набрал ответ и отправил его. Мне кажется, это комплекс превосходства. У него есть девушка? Был момент ничего. Затем, насколько я знаю, нет. Я не думаю, что есть. Мунджо лишь невозмутимо напевал. Вероятно, он также завидует тебе. Завидует? Тебе следовало бы просто избить его. Это единственный способ научить таких дерьмовых людей, как он. После этого Чону больше не отвечал. Он напугал парня своими словами? По стандартам обычных людей такой ответ можно было бы считать неприятным. Не то, что нужно говорить человеку, который находится в такой ситуации, как Чону. Он должен был утешить его, может быть, дать ему какой-нибудь совет, пока он в этой ситуации. Добрые, заботливые слова, которые она всегда говорила ему много лет назад. Не призывать Чону избить кого-то или что-то в этом роде. Но опять же, он не из тех людей. И Мунджо твердо верил, что то, что он сказал ранее Чону, содержало некоторую правду, так или иначе.

***

Женщина-полицейский, казалось, нервничала, стоя в операционной, переминаясь с ноги на ногу. Она продолжала извиняться перед двумя помощницами, которые были готовы покинуть клинику, за причиненные ею неудобства. Они любезно успокоили ее в ответ, сказав, что все в порядке, прежде чем попрощаться с полицейской и Мунджо и быстро уйти. Для офицера Со опоздания на прием стали чем-то вроде нормы. «Мне жаль, что вы застряли здесь из-за меня», — сказала она, и на ее лице отразилось чувство вины. «Все в порядке», — сказал Мунджо и безмолвно поманил ее рукой, чтобы она убрала сумку. «Вы тоже выглядите довольно уставшей». Она поставила сумку на табуретку и громко вздохнула. «Ну, в последнее время так много работы: кошки умирают, люди пропадают… Ой, извините, я слишком много говорю. Извините». Кошки умирают? «Все в порядке. Пожалуйста, садитесь». — Мунджо сел на табурет и с любопытством посмотрела на полицейскую, которая ложился в стоматологическое кресло. «Так, говорите, кто-то продолжает убивать кошек?» «Именно так». — Она снова вздохнула, явно расстроенная. «Что за человек так обращается с бродячими кошками?» Убийцы. И близнецы. «Я как-то прочитал в книге, что маньяки, по-видимому, начинают с убийства животных, например, кошек. Это может быть не злая шутка», — добавил он, внимательно наблюдая за ее реакцией на предложенную им информацию. «Вы тоже так думаете, доктор?» «А что? Вы кого-то подозреваете?» Офицер Со снова вздохнула. «Сейчас я не могу выделить ни одного конкретного человека», — пробормотала она, больше себе, чем Мунджо. «Но люди в общежитие кажутся довольно подозрительными». Мунджо навострил уши при упоминании общежитие. «Ой, извините, я снова слишком много говорю», — она нервно рассмеялась. Это было неожиданно. Ему нужно было время, чтобы решить, что делать с полицейской. Оглядевшись украдкой, Мунджо вскоре нашел идеальный повод временно выйти из комнаты. «А… Что же это со мной. Извините, я только что понял, что забыл принести вашу карту пациента. Пожалуйста, подождите секунду». Офицер Со понимающе улыбнулась и сказала: «Хорошо». Вскоре Мунджо вышел из операционной и направился к стойке регистрации. Он задумчиво молча смотрел на компьютер, на одну из записей видеонаблюдения, где полицейская лежала в стоматологическом кресле с отсутствующим выражением лица и расфокусированным взглядом, ожидая, когда стоматолог вернется с картой пациента. Если бы это был Кихёк, она бы уже разделила судьбу погибшего детектива. И Мунджо одобрил бы решение подражателя убить её. В конце концов, она начинает подозревать жителей общежития. Она на самом деле расследует дело о серийных убийствах кошек, в отличие от скучных и ленивых полицейских округа. Одного этого было достаточно, чтобы сделать её тревожным риском для всей их операции. Мрачная угроза. Но у Мунджо был другой план на уме. И гораздо лучший. Забрав карту пациента из своего кабинета, Мунджо вернулся в операционную. Полицейская в это время разговаривала по телефону. По тону ее голоса было ясно, что это срочное дело. В тот момент, когда она заметила его присутствие, офицер Со встала со стула, чтобы склонить голову в знак извинения. «Доктор Со, мне очень жаль, но внезапно что-то произошло, и мне нужно идти. Мне так жаль, что я заставила вас остаться здесь». «Все в порядке. Вы занятой человек». Она снова извинилась — она делала это слишком часто — и взяла сумку, собираясь уходить. «Но обязательно приходите, как только почувствуете боль», — напомнил Мунджо, не отрывая от нее глаз. «О, хорошо, спасибо, доктор». — Офицер Со поклонилась в последний раз и улыбнулась ему с извинением, прежде чем выйти из операционной и направиться к главному входу. «Возвращайтесь домой благополучно!» «Обязательно», — крикнула она в ответ и вскоре скрылась из виду. Стоя неподвижно в дверном проеме, Мунджо смотрел в тихий коридор, мысли неслись у него в голове. Офицер Со. Она могла бы стать идеальным кандидатом на новую роль.

***

Когда он наконец прибыл в Общежитие Эдем несколько мгновений спустя, Мунджо быстро заглянул на четвертый этаж, прежде чем войти в общежитие на третьем этаже. Там были его вещи, которые он оставил некоторое время назад в комнате 404, теперь, когда он вспомнил. Пробираясь к комнате, что-то остановило его в коридоре вскоре после этого. Какой-то звук, приглушенный, но, несомненно, принадлежавший кому-то. Прищурив глаза, Мунджо пошел дальше, чтобы найти источник звука. В одной из комнат была старушка. Незнакомая старушка в розовом. Привязанная к стулу. Едва в сознании. И с кровью из головы и лодыжки. Откуда, черт возьми, она взялась? «Она старая подруга хозяйки дома из молитвенной группы», — сказал ему Кихёк в ответ на его вопрос, когда они столкнулись на лестнице вскоре после того, как он покинул этаж. «Они встретились на автобусной остановке». Мунджо пришлось сдержаться, чтобы не закатить глаза. Почему эти кретины так любят усложнять ему жизнь? Он просто промычал в ответ и отложил это дело на потом. «Ты уже подумал, что хочешь сделать с бандитом?» — спросил Мунджо после короткой паузы. «Да. Я…» «Не сейчас. Мне нравится элемент неожиданности, так что не трудись мне сейчас что-то рассказывать. Просто покажи, как ты это сделаешь. Понял?» Кихёк просиял. «Да, я понимаю». «Хорошо», — Мунджо похлопал его по плечу, прежде чем уйти на третий этаж. Может быть, лучше позволить Кихёку заняться уборкой после старушки на этот раз, когда они закончат её убивать. Ему нужно было знать, на что способен Кихёк и как он может наилучшим образом использовать это в своих интересах. Ему также нужно было начать формировать его для этой роли, в любом случае. Мунджо на мгновение остановился перед комнатой Чону и посмотрел вниз. Свет все еще горел, проливаясь через щель между дверью и полом. Он услышал шумы за деревянной дверью, что-то похожее на хрюканье и шарканье вещей. Вздох вырвался изо рта Мунджо. Он был под воздействием наркотиков. Без сомнения, это сделала хозяйка дома. После всего, что он рассказал ему несколько ночей назад, Чону все равно взял напиток, предложенный людьми в этой общежитие. Возможно, он был не таким уж умным, как он изначально думал. Мунджо позволил бы жителям делать с ним что угодно, если бы не тот факт, что он ему в какой-то степени нравился. Для Мунджо вообще не имело значения, что случиться с кем-то вроде Чону. Эти психи могли бы избить его, накачать его наркотиками, убить его, ему было бы все равно. Это было бы гораздо проще сделать, чем пытаться спасти его от их лап, что было хлопотно теперь, когда он об этом подумал. Глядя на номер 303 на двери, ему в голову пришла одна мысль. Оставив портфель и серебристый пиджак на столе, Мунджо небрежно вошел на кухню и подошел к холодильнику, чтобы достать пиво, не обращая внимания на Ом Боксун, которая была занята нарезкой и тщательной приправкой мяса за столом. Громкий треск пивной банки пронзил тишину, когда Мунджо потянул за чек. Затем он сделал глоток холодного напитка и повернулся лицом к хозяйке. «Как 303?» — бесстрастно спросил Мунджо. Она рассмеялась, услышав его. «Да ладно. Ты же знаешь, это не первое мое родео. Препарат действует, так что не о чем беспокоиться». — Ее руки замерли, и она бросила на него выжидательный взгляд. «Ты позаботишься о 303 сегодня вечером?» — спросила она. «Нет. Не сегодня», — просто ответил он. Ее глаза расширились от удивления и волнения. «Что? Ты собираешься убить сейчас? Серьезно? После всего этого? Поэтому ты остаешься здесь дольше обычного?» Мунджо некоторое время изучал ее лицо в созерцательной тишине. Она задала слишком много вопросов. «303 — мой». Хозяйка дома разразилась торжествующим смехом, чрезвычайно довольная его ответом. «Ладно, ладно. После этого я его не трону. Я дам знать и другим, хотя я не совсем уверена в них. Наконец-то! Я ведь уже говорила тебе, не так ли? Вот кто ты на самом деле. Я пыталась доказать тебе это сколько, двадцать лет? Двадцать лет уже! Если бы ты признался в этом раньше, всем было бы легче». — Она посмеялась еще немного. «И когда ты его убьешь? Как?» Мунджо некоторое время смотрел. «Выглядит вкусно. Удачи с этим». — Вскоре он ушел. Нет смысла больше разговаривать с ней, нет смысла поддерживать ее заблуждение. Но когда он проходил мимо хозяйки, что-то всплыло в его голове. Что-то, что он наверняка забыл бы, если бы не кусок сырого мяса на разделочной доске. Мунджо помедлил, затем повернулся к ней лицом во второй раз и решительно сказал: «Верно. Зачем вы это сделали?» «Хм? Что сделала?» «Дама на четвертом этаже». Ее руки снова замерли, когда она бросила на него взгляд. Смелый и провокационный взгляд, сопровождаемый ее обычной насмешливой улыбкой. «Что? Ты собираешься убить меня за безрассудство? Я стану твоей первой жертвой?» Если бы Мунджо начал убивать людей по-настоящему, он бы предпочел, чтобы хозяйка стала его последней жертвой. Последняя часто была особенной. Он позволил бы ей жить достаточно долго, чтобы сначала пострадать, заставлял ее смотреть, как он убивает жильцов одного за другим, ампутирует ей конечности, а затем кормит ее и их мясом, и своим собственным, приготовленным до совершенства, прежде чем он в конечном итоге выжмет жизнь из ее пухлого тела и гнилой души. Они смотрели друг на друга, как им показалось, часами. Он заметил, как хозяйка держит тесак — настороженно и злобно — и спокойно подошел к ней, несмотря ни на что. Затем он положил руку ей на плечо и крепко сжал его, глядя ей прямо в глаза. «Конечно, нет», — наконец сказал Мунджо. «Вы особенная». Тишина на кухне вскоре была прервана ее противным смехом. Она была так довольна собой. «Попробуй просидеть здесь взаперти целый день. Ты тоже станешь ревнивым», — сказала она, широко улыбаясь. «Вы правы. Я доверяю вам. До свидания». — И с этими словами он покинул хозяйку и кухню. Доверие? Мунджо усмехнулся. Между такими людьми, как они, никогда не было доверия. Никогда не должно и не будет. Теперь он решил, что сегодня ему придется самому избавиться от вредителей. Образно говоря, конечно.