Project A.R.I.S.S.

      Шедоу вошёл в кабинет Эвана без стука. Дверь за ним закрылась с лёгким эхом, которое не дало моменту пройти незамеченным. Эван, не проявляя удивления, оторвался от экрана, слегка улыбнувшись, словно ожидал его прихода. — Агент Шедоу. Чем обязан?       Шедоу, сохраняя ровный тон, ответил без лишних эмоций, словно этот разговор был давно запланирован. — Ты прекрасно знаешь, зачем я здесь, — его голос был холоден, а взгляд — безжалостен. — Я предупреждал, что ваш подход к Айрис может обернуться проблемами.       Эван развёл руками, улыбка не исчезла с его лица, но теперь в его взгляде появилось нечто более серьёзное, будто он осознавал, что разговор принимает нужный ему оборот. — Я просто выполняю приказы. Нам нужно понять, насколько она способна контролировать свою силу. Поверь, если бы от меня что-то зависело, я бы предпочёл другой метод.       Шедоу прищурился, глаза стали резкими, как лезвие ножа. — Тогда почему ты не высказал это начальству?       Эван негромко засмеялся, покачав головой, словно обсуждал нечто незначительное. — Ты правда думаешь, что кто-то наверху волнуется о моём мнении?       Шедоу задержал на нём взгляд чуть дольше, чем требовалось. Этот человек знал больше, чем говорил. Но больше всего раздражало не это, а его тон. Будто он видел в происходящем нечто личное, но не воспринимал ситуацию так серьёзно, как должен был. Но затем, не говоря ни слова, отвернулся и подошёл к окну, как будто эта сцена перестала иметь значение. Эван встал, подошёл к окну и бросил взгляд вниз. Его взгляд остался внимательным, но не таким твёрдым. — Ты мог предупредить её заранее, — заметил он, наблюдая за тем, как Шедоу смотрит на город, окутанный ночной тенью. — Это было бы проще.       Шедоу не повернулся, его молчание было тяжёлым. — Это ничего бы не изменило. Только породило бы панику. — И всё-таки теперь ей будет сложнее доверять нам, — Эван вздохнул, убирая руки в карманы. — Не самое лучшее начало отношений. — Она и так не собирается вам доверять, — ответил Шедоу резко, как будто выстрел. — И я её понимаю.       Эван слегка усмехнулся, глядя на него боковым взглядом, и, как всегда, попробовал разбавить напряжение. — Интересно. Значит, ты всё же сочувствуешь ей?       Шедоу бросил на Эвана холодный взгляд, который пробивал его насквозь. Голос стал ещё твёрже, когда он сказал: — Я не сочувствую. Я понимаю, каково это, когда тебе постоянно напоминают, кем ты должен быть, а не кем являешься.       Эван не отводил взгляда, казалось, он был готов к любому ответу. Его взгляд становился всё более задумчивым, и, наконец, он кивнул, принимая слова Шедоу. — Ладно. Может, ты и прав. Но всё же, объясни мне: почему ты не хочешь, чтобы мы вмешивались напрямую? Ты действительно веришь, что она справится сама? — Да, — ответил Шедоу твёрдо, с полной уверенностью. — Она осознаёт проблему. Давление ей сейчас не поможет. — Ты говоришь так, будто это личный опыт, — заметил Эван, с интересом наблюдая за реакцией Шедоу.       Шедоу, не желая углубляться в эту тему, игнорировал его слова и продолжал смотреть в окно. Его молчание говорило больше, чем любые объяснения.       Взгляд Эвана стал мягче. Он наклонил голову в сторону Шедоу, его губы слегка приподнялись в лёгкой улыбке, когда он сказал, как будто делясь чем-то личным: — Кстати, лично мне она тоже показалась весьма интересной. Быстро соображает и, признаться, симпатичная.       Шедоу резко повернулся к нему, его глаза сузились, выражение лица осталось бесстрастным, но в воздухе повисло едва уловимое напряжение. Он внимательно всматривался в лицо Эвана, словно пытался определить, насколько тот серьёзен. В голосе Эвана не было насмешки, но было нечто другое — что-то, что его настораживало. Но он не собирался анализировать это. Не видел смысла. — Это не имеет отношения к делу, — произнёс он тихо, но его голос прозвучал сухо, словно это не стоило даже обсуждения.       Эван тут же приподнял руки, показывая, что не собирается конфликтовать. Лёгкая искорка заинтересованности всё ещё блистала в его глазах, но его лицо становилось серьёзным. — Ладно, ладно, не горячись. Может, замолвишь за меня словечко перед ней, раз уж так заботишься о её благополучии?       Шедоу не ответил, лишь холодно смотрел на него. Он не испытывал раздражения, скорее, безразличие к попытке Эвана вывести его на эмоции. Эван, увидев, что его слова не достигли желаемого эффекта, лишь пожал плечами, быстро возвращаясь к делу. — Ладно. Пока будем придерживаться твоего плана. Но учти: если она потеряет контроль полностью, нам придётся действовать иначе.       Шедоу взглянул на него с решимостью, не оставившей места сомнениям. — Я этого не допущу.       Эван кивнул и отступил назад, его лицо снова стало серьёзным. — Очень надеюсь, что ты прав, Шедоу.       Шедоу молча вышел, оставив за собой дверь, которая закрылась чуть тише, чем когда он вошёл. Эван остался стоять у окна, задумчиво постукивая пальцами по столу. В его глазах больше не было лёгкости — он явно что-то обдумывал, возможно, просчитывал следующий шаг.

***

      Эми увела Айрис, а остальные остались с Шедоу. Тишина повисла в воздухе, тяжёлая и напряжённая, как предвестие чего-то неизбежного. Никто из них не ожидал, что всё зайдёт так далеко. Первым нарушил молчание Соник. Он скрестив руки на груди, с прищуром взглянул на Шедоу. — Ну что, поздравляю, ты наконец-то добился того, чтобы тебя ударили, — сказал он с лёгкой насмешкой, но в голосе звучала и доля серьёзности. — Как ощущения?       Наклз фыркнул, не скрывая своей нелюбви к ситуации. — Ты сам нарвался, чувак. Неудивительно, что она тебя хлопнула.       Тейлз, напротив, выглядел обеспокоенным. Его взгляд был сосредоточен на Шедоу, как будто он пытался понять, что происходит. — Шедоу, серьёзно, зачем ты снова её провоцировал? Ты ведь знал, что она вспыльчивая.       Шедоу молчал, стоя в той же позе, в какой его оставила Айрис. Он не тронул лицо, но по напряжённой челюсти было видно, что удар он почувствовал. Однако он не пытался реагировать. Словно его не касались их слова. — Она что-то вспомнила, — наконец произнёс он ровным голосом, будто всё, что происходит, не имеет значения.       Соник сделал шаг вперёд, раздражение становилось явным. — И что? Ты думал, что надо было докопаться до неё прямо здесь, перед всеми? Серьёзно, Шедоу? Почему нельзя было просто дать ей время?       Шедоу не отреагировал. Его взгляд оставался холодным, непроницаемым. — Она избегает своих воспоминаний. — Да потому что это её воспоминания, Шедоу! — возмутился Наклз. — Ты ведёшь себя так, как будто у тебя есть право всё о ней знать. — Если эти воспоминания связаны с тем, что с ней сделали в лаборатории, это важно, — ответил Шедоу спокойно, не поддаваясь на провокации.       Тишина вновь накрыла всех, будто все слова были вырваны из них. Шедоу говорил без эмоций, но в его голосе было нечто твёрдое, что указывало на неотвратимость. Он не просто интересовался её прошлым — он считал, что обязан узнать, что именно скрывает это прошлое.       Тейлз сделал глубокий вдох, стараясь сохранить спокойствие. — Шедоу, послушай, — сказал он более спокойно. — Мы все понимаем, что прошлое Айрис важно. Но разве ты не считаешь, что она сама должна решать, когда и с кем об этом говорить?       Шедоу молчал. Его губы сжались в тонкую линию. — Видишь? — фыркнул Соник. — Вот в этом и проблема. Ты не думаешь о ней. Ты думаешь о фактах. — Разве это не одно и то же? — ответил Шедоу с холодной логикой.       Соник резко фыркнул. — Чёрт, Шед, именно из-за таких слов тебя и ударили.       Шедоу всё ещё не произнес ни слова, но его губы сжались, а взгляд стал твёрдым. Тейлз бросил взгляд в сторону, где исчезли Айрис и Эми. — Давайте не будем давить на неё сейчас. Пусть немного остынет, ладно? — сказал он с лёгким беспокойством в голосе.       Соник устало вздохнул и кивнул. — Да уж, остывать она будет долго, судя по её лицу.       Неожиданно Наклз посмотрел на Шедоу и задал вопрос. — А ты сам то, в порядке?       Шедоу медленно повернул голову к нему, но его лицо оставалось непроницаемым. — Я в порядке. — Ха, ну по твоему лицу этого не скажешь, — усмехнулся Наклз.       Шедоу проигнорировал замечание Наклза, но не пропустил мимо сознания случившееся. Айрис ушла не просто так. Она не просто рассердилась — она сорвалась. Это не было вспышкой гнева, это была реакция, вызванная чем-то более глубоким.       Он стоял в стороне, не слушая остаток разговора. Лёгкое жжение на коже напоминало о том, что произошло, но он не тронул свою щёку. Боль не имела значения. Значение имело то, что он увидел. "Айрис вспомнила."       Её движения, когда она держала винтовку, были слишком точными, слишком уверенными. Она не подбирала позицию, не задумывалась, куда целиться. Её тело знало это раньше, чем она осознала. Инстинкт. Остаточный рефлекс. "Но если это просто воспоминание тела, то почему она испугалась?"       Она замерла. Её дыхание сбилось, пальцы крепче сжали игрушку. Отступила, словно от удара. Если бы это был случайный успех, её реакция была бы другой. "Она знала, что сделала. И это её напугало."       Айрис попыталась скрыться за привычной маской. Улыбнулась, продолжила общаться, сделала вид, что ничего не произошло. Но её тело выдало её. Если бы она не помнила, не было бы такой точности. Если бы не чувствовала связи с этим моментом, не было бы страха. "Она не хочет вспоминать."       Шедоу перевёл взгляд в сторону, куда скрылись Айрис и Эми. Она могла восстановиться, могла разобраться в этом сама. Если бы хотела. Но если бы она действительно хотела знать правду, она бы не сбегала.       Шедоу сжал челюсть. Он знал, что память нельзя заставить вернуться по желанию. Но если что-то уже всплыло само по себе — это значит, что прошлое не осталось позади. Оно трещинами пробивается сквозь забытое. Айрис может не хотеть вспоминать. Но он не позволит этому оставаться в тени.       Он не может позволить себе ошибиться. Все вокруг видят только эмоции. Они видят гнев, страх, раздражение. Они видят удар, но не понимают, что за ним стоит. Они спорят с ним, как будто это просто вопрос личных границ, а не что-то куда более серьёзное. Они не понимают, что здесь не место сомнениям или нерешительности. Он не может позволить, чтобы её прошлое снова оказалось под контролем кого-то другого.       Сжав пальцы в кулак, он принял решение. “Если она не хочет делиться правдой добровольно…” “Я найду её сам.”       Соник стоял рядом, скрестив руки на груди, бросая косые взгляды на Шедоу. Он ощущал раздражение, которое нарастало с каждым мгновением. «Вот же упрямый…»       С одной стороны, он понимал Айрис. Она просто хотела нормально провести день, отвлечься, а этот тип снова испоганил момент своим вечно серьёзным взглядом и холодными заявлениями.       С другой стороны, он не мог не признать, что Шедоу не просто так зацепился за её реакцию. Он видел что-то, чего не заметили остальные, и это тревожило. “Ладно, допустим, она правда вспомнила что-то важное. Но что он собирается делать с этой информацией?” — спрашивал себя Соник, всё ещё хмурясь. “Зная его, он точно не оставит это в покое.” — Ты ведь снова собираешься копаться в этом, да? — бросил Соник, не меняя позы.       Шедоу молчал, не поднимая взгляд. “Ага, так и думал.” — Ладно, но если ты снова доведёшь её до истерики, я лично поставлю тебя на место, понял? — продолжал Соник с лёгким раздражением в голосе.       Шедоу проскользил по нему взглядом, но не ответил. “Ну, хоть не отрицает.”       Тейлз обеспокоенно смотрел в сторону, куда ушли Айрис и Эми. Он уже видел моменты, когда Айрис вспыхивала, но такого раньше не было. “Она действительно сорвалась.” — Надо было раньше их разнять… — пробормотал он, вспоминая кулак Айрис, который она сжала перед ударом. — Забудь, — фыркнул Наклз. — Думаешь, её можно было остановить?       Тейлз покачал головой. “Она и так еле держалась… и Шедоу это сломал.” "Но я не думаю, что Айрис просто так вышла из себя… Может, мы что-то упускаем?"       Но больше всего его беспокоило не то, как она злилась. А то, как она испугалась. Она не просто раздражалась, не просто спорила с Шедоу. Она убегала от ответа. “Что же она такого вспомнила?”       Тейлз бросил взгляд на Шедоу, который стоял, слишком уж молчащий. “О нет, он точно не оставит это.” — Шедоу, не лезь к ней сейчас, ладно? — наконец сказал он, стараясь говорить ровно, без давления. — Она… она и так запутана.       Шедоу снова ничего не ответил. Тейлз тихо вздохнул. “Конечно, он не послушает.” — Ну, в этот раз ты точно заслужил, — фыркнул Наклз, глядя на неподвижного Шедоу.       Шедоу не реагировал. — Даже не собираешься оправдываться, а? — продолжал Наклз, пытаясь выжать хоть какую-то реакцию.       Молчание. — Ну и ладно. — Наклз качал головой, будто всё уже было понятно. “Ты либо уважаешь чужие границы, либо получаешь по морде. Вот и всё.”       Но всё же… Он тоже видел реакцию Айрис. Видел, как что-то мелькнуло в её взгляде, прежде чем она замкнулась. Она действительно что-то вспомнила. “И, судя по реакции, это её испугало.”       Наклз устало выдохнул. — Ладно, чёрт с вами, — сказал он и повернулся. — Я пойду осмотрю округу. “Пусть Эми её успокоит. А этот псих сам пусть думает, что с собой делать.”

***

      С самого момента, как Айрис остановилась, Шедоу понял, что она собирается сказать что-то важное. Когда она извинилась, он не удивился. Он знал её: она была мобианцем, который не станет держаться за эмоции, если понимает, что они мешают. Но когда она добавила, что это не значит, что она его простила… Он почувствовал лёгкое раздражение. "Почему это меня задело?" — спросил себя он, не понимая, почему слова её так сильно отозвались внутри.       Он не был уверен. "Потому что я не привык, что от меня требуют извинений?"       Нет, это не было тем. "Потому что я действительно был неправ?" "Я поступил так, как было нужно."       И это было очевидно. Он знал, что поступил правильно, даже если это не нравилось ей. Он действовал, как считал нужным, и сам был уверен в своей правоте.       Её откровенность не была жестом примирения. Это было её принципом. Она сказала это не потому, что хотела снова наладить отношения, а потому, что не могла оставить вопрос открытым. Она не собиралась позволить ему строить ложные выводы. "Она не хочет, чтобы я думал, что теперь мне позволено всё."       Шедоу понял это. Но с этим пониманием пришло и нечто большее. Её прощение не давалось так просто. Он видел, что она честна в своих словах. Её раздражение было живым, оно не исчезло. И когда она сказала, что не будет общаться с ним, как раньше, пока он не извинится… Он почувствовал странное чувство, как будто его решение всё-таки оставило что-то важное несказанным.

***

      Фейерверки вспыхивали в небе, рассыпаясь золотыми искрами. Люди на площади ахали и восхищённо смотрели вверх. Город был залит тёплым светом фонарей, разноцветными гирляндами, весёлым гулом голосов. Но Шедоу не смотрел на огни. Он стоял чуть поодаль, скрестив руки, наблюдая за тем, как Айрис разговаривает с Эми, делая вид, что его здесь нет. Она смеялась, отвечала ей что-то, и снаружи казалось, будто всё в порядке. Но он знал, что это не так. Она не посмотрела в его сторону ни разу. Он невольно сжал пальцы. Её слова всё ещё звучали в его голове, раскатываясь эхом. "Перестань следить за мной. Перестань лезть ко мне в голову, будто у тебя есть на это право!"       Хлопок удара. Красное пятно на коже. Её глаза — злые, наполненные болью. Шедоу не понимал, почему это так въелось в него. Он привык к чужому раздражению. Привык к осуждению. Привык к тому, что его не понимают, что его осуждают за методы, за холодность, за молчание. Но этот взгляд… Он был другим. Не просто злость. Не просто раздражение. Разочарование. И это было хуже удара. Шедоу напрягся. Ему не нравилось это чувство. "Я поступил правильно."       Так должно было быть. Так было всегда. Но если это правда… Тогда почему он всё ещё здесь? Почему не ушёл, не отдалился, как делал всегда, когда кто-то злился на него? Почему его взгляд сам ищет её среди толпы? — Чего ты ждёшь?       Голос выдернул его из мыслей. Он был небрежным, но с оттенком чего-то более серьёзного. Соник. Шедоу чуть скосил на него взгляд, но не ответил. Он стоял рядом, скрестив руки на груди, но взгляд его был внимательным. — Дай угадаю, — продолжил тот, скрестив руки. — Ты надеешься, что она сама придёт к тебе и скажет: «Ой, Шедоу, да ладно, забей, я больше не злюсь»?       Он ухмыльнулся. Шедоу сузил глаза. — Это не твоё дело. — Может, и нет, — Соник пожал плечами, — но мне надоело смотреть, как ты ломаешь голову над очевидными вещами.       Шедоу не ответил. Соник повернулся в сторону Айрис, наблюдая, как она продолжала болтать с Эми. — Она ждёт.       Шедоу чуть нахмурился. — Чего? — Не знаю, — пожал плечами Соник. — Может, хоть слова от тебя?       Шедоу сжал челюсть. — Она не ждёт. Она зла. — Ну, а чего ты хотел? — Соник приподнял бровь. — Ты следил за ней, допрашивал, а потом ещё и сказал, что сам найдёшь ответы.       Он усмехнулся. — Ты вообще понимаешь, как это выглядело со стороны?       Шедоу молчал. — Знаешь, я не часто даю тебе советы, но… раз уж мы тут, скажу.       Соник повернулся к нему, и в его глазах больше не было привычной насмешки. — Если ты хочешь, чтобы она снова разговаривала с тобой, как раньше — извинись.       Слова повисли в воздухе. Шедоу чуть напрягся. — Мне не за что извиняться.       Соник хмыкнул. — О, конечно. Ты ведь всегда прав, да?       Шедоу сжал челюсть, но ничего не ответил. — Если бы ты был прав, ты бы уже ушёл, — заметил Соник.       Шедоу скосил на него раздражённый взгляд. — Что? — Ну, разве не так? — он пожал плечами. — Обычно, когда ты кого-то злишь, тебе плевать. Ты просто уходишь.       Соник повернул голову к нему, его взгляд стал чуть серьёзнее. — Но ты остался.       Шедоу чуть сдвинул брови, но молчал. — Ты стоишь здесь уже несколько часов, наблюдая за ней, но ничего не делаешь.       Соник усмехнулся. — Может, потому что тебе не всё равно?       Шедоу напрягся. — Чушь. — Ага, конечно, — кивнул Соник, совершенно неубедительно.       Шедоу сжал челюсть. — Почему тебе вообще есть до этого дело?       Соник хмыкнул. — Потому что я не хочу потом терпеть вашу напряжённую тишину.       Он чуть склонил голову. — Подумай над этим, — бросил он и ушёл, оставляя Шедоу наедине с его мыслями.       Фейерверк взорвался в небе, раскрасив ночь золотыми узорами. Но Шедоу его не видел. Он смотрел на Айрис. Она не смотрела в его сторону. Она смеялась, разговаривала с Эми, будто ничего не произошло. Но он знал, что произошло. Он знал, что потерял её доверие. И он знал, что если ничего не сделает — так и останется. Шедоу стиснул кулаки. "Если ты хочешь, чтобы она снова разговаривала с тобой, как раньше — извинись."       Он не привык извиняться. Он делал то, что считал нужным, и если кому-то это не нравилось — их проблема. Но теперь… Теперь это было его проблемой. Он не хотел, чтобы Айрис просто вычеркнула его. Он не хотел, чтобы она смотрела на него так, как сегодня. Он не хотел, чтобы она больше не видела в нём союзника.       Он мог уйти. Игнорировать. Ждать, пока всё забудется. Но он знал, что не забудется. Айрис не из тех, кто просто перестаёт злиться без причины. Но он не мог просто подойти и сказать «Извини». Не сейчас. Не так. Он не знал, как. И это раздражало его сильнее всего.       Он стоял ещё несколько секунд, прежде чем, наконец, отвёл взгляд. И развернулся, уходя в темноту. Не потому, что решил проигнорировать это. А потому, что пока не был готов сказать то, что она ждала.