𝑴𝒆𝒊𝒏 𝒍𝒊𝒆𝒃𝒆𝒓 𝑨𝒏𝒘𝒂𝒍𝒕

───⊲⊰ 𖤍 ⊱⊳───

       Берлинская клиника, где молодой терапевт проходил практику, встретила его стерильным светом и тихим гулом. Его кабинет был маленьким, но уютным — книги по психологии, нейтральные картины на стенах, два кресла напротив друг друга.       На второй день к нему заглянул Маркус, его наставник и старший коллега. Человек лет сорока с внимательными глазами и неизменной чашкой эспрессо в руке.       — А, Кайзер, с возвращением! — мужчина вошёл, оставив дверь приоткрытой. — Надеюсь, английский хмель и туманы пошли тебе на пользу. Хотя по лицу не скажешь, что отдыхал, — он сел на угол стола, изучая Лукаса. — Взгляд отсутствующий. Мысли явно где-то далеко. Не оставил ли ты в Лондоне часть своего профессионального внимания? Или, что более вероятно, часть сердца?       Лукас оторвался от монитора, поймав на себе этот проницательный, но дружелюбный взгляд.       — Просто втягиваюсь в рабочий ритм, Маркус. Смена обстановки всегда немного дезориентирует.       — «Дезориентирует», — повторил старший коллега, делая глоток кофе. — Интересный термин. Обычно он подразумевает потерю неких ориентиров. В твоём случае, судя по лёгкой меланхолии во взгляде, ориентир был весьма... приятным, — он мягко улыбнулся. — Не переживай, это я не как аналитик, а как человек, который сам когда-то возвращался из отпуска с глупой улыбкой до ушей. Моя Анна в тот раз покорила меня наповал. Твоя избранница, должна быть, не менее впечатляющая особа.       Лукас почувствовал, как подступает лёгкая паника. Маркус был добр, но его предположение било в самую точку, просто с неверного ракурса.       — Это было... неожиданно, — осторожно подобрал слова Лукас, глядя на клавиатуру. — И да, довольно впечатляюще.       — «Неожиданно» — это всегда хорошо в личной жизни, — Маркус встал, его тон стал чуть более профессиональным. — Но плохо — в нашей. Не дай этому «впечатлению» стать тенистым углом в кабинете, откуда будут выглядывать твои собственные демоны во время сессий. Будь осторожен. Первый пациент через десять минут. Включи голову, доктор.       Он вышел, и Лукас выдохнул. Разговор прошёл на грани, но Маркус, кажется, удовлетворился романтической версией с девушкой. Эта ложь во спасение оставляла во рту горький привкус. Он достал телефон. Ничего от Итана. Только уведомление о погоде в Берлине: «Пасмурно, возможен дождь». Как будто всё остальное и не нужно. Он быстро набрал: «Скучаю. Всё хорошо?» и отправил, прежде чем передумать. Сообщение ушло в тишину. Он отложил телефон и попытался собраться, мысленно повторяя наставление Маркуса. «Включи голову».       Первые пациенты прошли как в тумане. Молодой врач кивал, задавал правильные вопросы, но его внутренний радар был настроен на молчание телефона в ящике стола. Оно гудело громче любого слова.

───⊲⊰ 𖤍 ⊱⊳───

      В обеденный перерыв, так и не дождавшись ответа, он вышел во внутренний дворик клиники. Немецкое небо было низким и серым, совсем как лондонское. Он закурил — дурная привычка, вернувшаяся вместе с напряжением этих дней. Дым щипал глаза, и это было кстати.       «Включи голову, доктор». Хорошая шутка. Голова была забита одной повторяющейся картинкой: Итан в аэропорту, уткнувшийся лбом ему в плечо. И его собственные слова, которые теперь звучали как наивный бред: «Всё наладится».       «Наладится». Пока он здесь разливает по чашкам кофе и слушает, как незнакомые люди жалуются на жизнь, его парень в тысяче километров от него, возможно, просто лежит и смотрит в потолок. И от этой картины сжималось всё внутри — не от тоски, а от беспомощной ярости. Он ничего не мог сделать. Ни черта! Ни приехать, ни вытащить, ни даже толком поддержать через эту хренову связь, которая работает только в одну сторону.       Он затушил сигарету, раздавив её о бетон. Возможно, самое поганое чувство — знать, что твоё присутствие кому-то жизненно необходимо, и в то же время понимать, что ты физически не можешь быть там. Он не был его спасательным кругом. Он был лишь голосом в трубке, текстом на экране. И сейчас даже этого не было.       Телефон в кармане был немым и тяжёлым. Кайзер швырнул окурок в урну, не попав, развернулся и пошёл обратно в здание, но на пол пути остановился, выругавшись под нос, и вернулся, выкинув окурок ровно в урну, и, наконец, вернулся в отделение.       Сейчас его единственная профессиональная компетенция заключалась в том, чтобы скрывать, что у него самого всё хреново.

───⊲⊰ 𖤍 ⊱⊳───