Сон жены продавца комиксов

Кумико босиком встала на весы в ванной и вытянула шею — за месяц живот изрядно вырос и загораживал шкалу. По этой причине Джефф никогда не взвешивался, и весы пылились под раковиной, пока Кумико не забеременела. Шестьдесят семь килограммов. Один можно вычесть — только что за завтраком Кумико до отвала наелась омлета с рисом. Но она всё равно цокнула языком, разочарованная, обняла живот обеими руками и осторожно сошла с весов. По японским меркам — толстуха. Однако зеркало показывало худенькую женщину в жёлтом сарафане, с пышной грудью и таким выдающимся круглым животом, будто она носила ребёнка уже семь месяцев. Короткий сарафан выглядел на Кумико как блузка, оборки на подоле едва прикрывали живот, пуговицы с трудом сдерживали располневшую грудь. На плиточном полу ступни у Кумико замёрзли, и она на ощупь всунула ноги в пушистые тапочки с заячьими ушками. С таким большим и упругим животом ей было тяжело наклоняться, чтобы застегнуть туфли, да и ноги уставали в тяжёлых «мэри джейн» на высокой платформе. Беременное тело доставляло немало неудобств, но Кумико старалась привыкнуть. На четвёртом месяце живот перестал влезать в самые просторные толстовки, и Кумико задумалась о новом гардеробе. Из старого ей подходили только сарафаны — они не сдавливали живот, в отличие от леггинсов и мини-юбок. Увы, в сарафанах Кумико мёрзла — наступил сентябрь, и в доме становилось холодно. Женщина куталась в толстовки мужа и пила какао чашками, пока выбирала наряды на Амазоне. Джефф уговаривал Кумико съездить в магазин для беременных, проветриться, подышать — мол, за четыре месяца сидения дома она стала совсем бледненькая. Но Кумико заметила, как шорты мужа палаткой натянулись в причинном месте, и смерила его строгим взглядом поверх ноутбука. — Ты просто хочешь похвастать, какая у тебя горячая жена с большим сексуальным животом, — проворчала она и продолжила листать каталог. Джефф покраснел густо и со вздохом признал — она права. Но Кумико лишь отмахнулась. Она была разочарована и немного сердита — оказывается, для беременных не шьют милых вещей с дурацкими принтами! Ей так хотелось подчеркнуть животик! А онлайн-магазины упорно предлагали скромные струящиеся одежды. Или она неправильно искала… Как бы там ни было, Кумико набрала уйму тряпок, спустила на них почти весь доход с художественного блога, и теперь с нетерпением ждала Джеффа из пункта выдачи. Если бы он догадался купить что-то вкусненькое по дороге домой! Не то что бы она успела проголодаться после завтрака… Кумико надула губы и погладила живот, прижала к нему пышную юбку. Под натянутой тканью ясно обрисовался выступающий пупок. Кажется, всё набранное приходилось на живот. И было исключительно весом околоплодных вод и ребёнка. Кирк за прошедший месяц не научился сдержанности и нагло забирал себе все калории. Растаял даже маленький слой пухлости, который дарил фигуре Кумико женственную округлость. Кумико повернулась спиной к зеркалу, подняла подол и посмотрела через плечо. Попка, бывшая самой упитанной её частью, тоже похудела, трусики перестали впиваться в мягкие ягодицы. Исчезли складочки под ягодицами — Джефф так любил их покусывать и щекотать бородой! Наверное, скоро появится просвет между ляжками. Кошмар! А ведь Кумико хотела детородные бёдра и толстую задницу! Будущей мамочке полагается быть немного пышной! Гораздо больше Кумико беспокоило другое — если ребёнок один, она должна набрать столько веса лишь к концу беременности. Но Кирк всё растёт, а ей носить его ещё целых пять месяцев… Кумико представила получившуюся цифру и ужаснулась. — Мне надо больше кушать, да, милый? — обратилась она к животу с шутливым упрёком. — А то ты не оставишь от меня ни кусочка. Из живота донеслось приглушённое «бултых» — Кумико недавно начала ощущать движения, и эти приятные бульканья и всплески совсем не походили на то, как в статьях о беременности описывали грубые пинки человеческого ребёнка. Правда, её беременность вообще имела мало общего с человеческой… Кумико встала лицом к зеркалу и подоткнула подол под грудь, осмотрела себя внимательно. Живот стал прозрачным и зеленоватым, сосуды и вены ветвились под тонкой, туго натянутой кожей, как жилки огромной виноградины. Раздутая, переполненная матка походила на чан с ядерными отходами. Кумико даже разглядела очертания малыша — ярко-зелёное пятнышко непонятной формы в толще мутных околоплодных вод. — Ты смешной, — улыбнулась она и накрыла рукой место, где увидела Кирка. Живот громко булькнул, и в ладонь Кумико словно ударилась приливная волна — малыш не толкался в тесноте, как человеческий младенец, а привольно барахтался в тёплой жидкости. Вот почему она так быстро росла — Кирку требовалось много воды, много пространства. Хорошо, они успели обустроить большую детскую! — Я тебя люблю, — погромче сказала Кумико и погладила живот, давая ребёнку привыкнуть к этому ласковому жесту. — И папа тебя любит, мой маленький Зигги Стардаст. Кирк оценил отсылку — булькнул в ответ и затих. Теперь, когда он начал пинаться, Кумико болтала с ним ещё охотнее. Кирк реагировал на её голос, баламутил амниотическую жидкость. Наверное, что-то понимал. Кумико не сомневалась, он родится очень умненьким. Человеческие дети начинают толкаться только на пятом месяце! Кумико оправила сарафан и вразвалочку двинулась на кухню за беконом в шоколаде. На солёные огурцы с арахисовой пастой пока не тянуло, но в том, как извратились её простые вкусы, Кумико находила что-то эротическое. И, откусив хрустящего бекона, застонала от удовольствия. Из-за желания перекусить после завтрака она больше не переживала. Кирк становился активнее, когда она ела жирное или сладкое, и Кумико не скрывала от себя, что ощущение шевелений внутри матки её возбуждает. В телесных радостях женщина себе больше не отказывала — Джефф не боялся её состояния и заваливал в постель по первой просьбе. Незащищённым сексом они занимались минимум три раза в неделю, и Кумико думала, что после родов будет скучать об этой тигриной страсти. Теперь она искренне наслаждалась беременностью — как и хотела. Не прекращая жевать, Кумико грузно опустилась на кухонный стул. У неё появился сексуальный прогиб в пояснице, и носить живот стало тяжелее — женщина то и дело ловила себя на желании присесть и отдохнуть. Не помогало и то, что для всех этих умилительных толчков Кирк требовал ещё больше еды. Кумико ела за троих и никак не наедалась, у неё в желудке словно открылась чёрная дыра. — У нас растёт будущий гик, а не звезда группы поддержки, — напоминал Джефф, когда Кумико жаловалась на неутолимый голод, — чтобы победить всех боссов в видеоиграх и переспорить всех в интернете, нужны тысячи калорий! Кумико вздыхала в ответ и думала, что такими темпами придётся есть с утра до вечера, не вылезая из-за стола. Или научиться у Джеффа кидаться на еду, как дикая свинья. Необходимость держать сытой себя и ребёнка утомляла Кумико, у неё уставали руки и челюсти. Желая оптимизировать процесс, она потягивала молочные коктейли или пила сливки прямо из коробки. Материнское чутьё подсказывало — если поглощать как можно больше чизкейков, взбитых сливок и сырных сэндвичей, молоко пойдёт хорошее, густое и жирное. Пока что оно было жидковатым, как молочный чай. Но шло регулярно — Джефф сосал Кумико грудь утром и вечером, и сеансы доения приятным образом перетекали в эротические. Кумико доела бекон, облизала пальцы и вздохнула. Женщина знала, беременным нужно следить за питанием, но с ребёнком внутри ей постоянно хотелось то конфет, то чизбургеров. Хорошо, аппетит напал на неё во время беременности — иначе она раздулась бы в дирижабль! Кирк, притихший, пока она ела, принялся толкаться — похоже, после еды у него поднималось настроение. Кумико поглаживала живот и ворковала ласковые глупости, а сама вспоминала цифру на весах. Раз малыш питается не только едой, но и жиром, в шутку рассудила она, вынашивать его должен Джефф. У него в животе Кирк всегда останется сытым. Да и Джеффу не помешает растрясти пузо — последнее время он налегал на еду усерднее обычного, постоянно что-то жевал и прятал в карманах шоколадки. Переживал за неё и Кирка, наверное. Кумико представила мужа с таким же прозрачным животом, похожим на аквариум, и захихикала. Джефф оказался лёгок на помине — хлопнула входная дверь, зашуршали многочисленные пакеты. Кумико захотела тут же вскочить и броситься к мужу. Но вспомнила, что двигаться должна очень аккуратно — такой стала тяжёлой и неуклюжей. И опёрлась на край стола, собираясь с силами. — Дорогая, я дома! — крикнул Джефф из прихожей. — Иду, милый! — Кумико приобняла живот снизу и с коротким «ох» встала со стула. Ходила она медленно, переваливаясь с боку на бок, как утка, и раздражалась из-за этого. Хотя Джефф находил её новую походку очень сексуальной. Придерживая живот, Кумико вышла из кухни и опёрлась на дверной косяк. После маленькой прогулки ей требовалось отдышаться, и она лишь слабо улыбнулась мужу, который разбирал пакеты в прихожей. Джефф мигом оживился, увидев её, и уже хотел устремиться к ней со всеми пакетами, но Кумико жестом остановила его. — Милый, сними кроссовки, — напомнила она, отдуваясь, — я не хочу, чтобы ты принёс в дом какую-то гадость. Джефф усмехнулся: — Из-за тебя я нарушил главное правило кодекса гиков: принимать душ не чаще одного раза в год! — Совет гиков накажет тебя за измену! — подхватила Кумико. Она прислонилась к стене и поглаживала живот, с любовью наблюдая за мужем — он послушно вернулся на коврик у входной двери и разулся. Обычно Джефф по американскому обычаю ходил дома в уличной обуви, и Кумико это не беспокоило — несмотря на хрупкую наружность, здоровье у неё было отменное. Но в интернете писали, что беременным болеть строго запрещается, и Кумико начала бояться инфекций, открытых окон и грязи на подошвах мужниных кроссовок. Инопланетному ребёнку земные вирусы не нужны — хотя, Кирк должен быть очень крепким, если без проблем освоился у неё в животе. Сменив кроссовки на домашние тапочки, Джефф подошёл к Кумико и по привычке подхватил её под попку — поцеловать. Кумико пискнула — почувствовала, как мышцы мужа напряглись и задрожали от усилий. Джефф держал её крепко, и Кумико чмокнула его в губы, потёрлась щекой о его колючий подбородок, склонила голову ему на плечо и прикрыла глаза, счастливая. В объятиях мужа ей делалось спокойно и хорошо, словно в горячей ванне. Кумико могла бы заснуть на руках любимого, если бы он продолжал обнимать её и гладить. Джефф уловил желание Кумико и попробовал покачать её, как ребёнка. Ещё месяц назад это ему легко удавалось — но теперь женщина сомневалась, сможет ли муж долго её держать. Всё-таки, плюс семнадцать килограммов! Был бы Джефф худым или хотя бы более мускулистым… — Какая ты стала тяжёлая, — охнул Джефф и аккуратно опустил её на пол. — У нас будет огромный ребёнок! — Весь в тебя, — улыбнулась Кумико и потёрлась животом о живот любимого. Джефф постоянно комментировал изменения в её теле, но женщина не обижалась — ей нравилось отслеживать эту трансформацию, страшноватую, но безболезненную. Джефф не удержался и поцеловал её ещё раз, их языки нежно сплелись друг о друга. Поцелуй вышел со вкусом чесночного соуса — отстранившись, Кумико исподлобья посмотрела на мужа и принюхалась. От Джеффа отчётливо пахло кетчупом и говяжьими котлетами, и Кумико сглотнула слюну. — Ты заехал по дороге в «Красти Бургер»? — строго спросила она. Джефф не знал, что от беременности у неё обострилось обоняние, и ненадолго растерялся. — Да, но и тебе взял, — он наклонился к покупкам, что-то разыскивая, и вручил Кумико истекающий маслом бумажный пакет. Женщина немедленно запустила в него руку и затолкала в рот целую горсть ещё горячей жареной картошки. — Смотри, — пригрозила она с набитым ртом, — тебе заботиться обо мне и о Кирке, а ты уже толстый. Джефф нахмурился. — Переедание — это единственный известный мне способ справиться со стрессом! Он вздёрнул подбородок и засунул руки в карманы, желая принять самую неприступную позу. Но от этого бесчисленные фантики в карманах громко зашуршали, и Кумико хихикнула. — Ты же мой голодный котёночек, — проворковала она, наслаждаясь смущением мужа. Она осторожно развернулась — коридор начал казаться тесным — и, жуя на ходу, направилась в спальню. Джефф подхватил все сумки и устремился за ней. — Я просто подумал… — Кумико через плечо посмотрела на мужа и увидела, как он виноватым жестом поскрёб бороду, — ты очень похудела… А детёныш у нас голодный. Два обеда будут тебе в самый раз. — А если сказать правду? — Кумико облизала пальцы от крошек соли и заглянула в пакет. Она не была голодна, но для фастфуда всегда делала исключение. А в пакете нашёлся огромный жирный бургер и молочный коктейль… Джефф знал, чем её порадовать! — Я соскучился по складочкам у тебя под попой, — пробормотал Джефф себе под нос и потупился, густой смущённый румянец залил его пухлые щёки. Всегда хмурый, он выглядел ужасно милым, когда так ярко краснел, и Кумико не удержалась от улыбки. Даже забыла, что минуту назад чуть-чуть на него обижалась. Видано ли, чтобы муж не торопился домой к любимой жене, ещё и беременной, а набивал пузо фастфудом в одиночестве! — Тогда тебе следовало отдать мне твой обед из «Красти Бургера», — на пороге спальни Кумико обернулась и в кокетливой позе загородила проход в спальню. Пакет с обедом оказалось удобно опереть на живот, как на полку. Глаза Джеффа мигом вспыхнули, готовые выпрыгнуть из орбит — теперь Кумико не приходилось наряжаться волшебницами и монстрами, чтобы муж её хотел. Джефф краснел и тяжело дышал, когда Кумико просто поглаживала живот и ворковала ребёнку что-то ласковое. Или дело было в её толстых молочных сиськах… Кумико вспомнила, как Джефф сосал её грудь после завтрака, и покраснела тоже. И застенчиво отставила пакет на комод возле спальни. — Будешь толстой мамочкой, — вторил Джефф её томному тону и поставил пакеты на пол. К внезапным перепадам настроения у Кумико он привык и не боялся их — наоборот, пользовался каждым мгновением её возбуждения. Вот и сейчас подошёл к ней, чмокнул её в кончик носа и уложил руки ей на живот. Кумико вздрогнула — она ещё не говорила мужу, что Кирк начал толкаться. Только фантазировала, как муж и сын отреагируют друг на друга. До сих пор Джефф, очарованный её беременным животом, иногда забывал, что у них есть ребёнок. Раньше, в мокрых фантазиях, Кумико мечтала быть беременной, но без ребёнка внутри — а Джефф, видно, и сейчас думал о чём-то таком. Взгляд у него был масляный, определённо. Джефф не заметил напряжения Кумико — не сводил глаз с её живота. Широкая восхищённая улыбка расплылась по его лицу. Увлечённый пошлыми мыслями, Джефф обеими руками огладил живот Кумико, наслаждаясь его тугой округлостью, и спросил словно между прочим: — Как Кирк поживает? Кумико выдохнула — Джефф спрашивал об этом каждый день. С такой же аккуратностью, с которой вглядывался в её полупрозрачный живот и прикладывал ухо, надеясь услышать стук сердца — пытался наладить связь с будущим сыном. — Он сегодня толкался, — с гордостью объявила Кумико и закатала подол под грудь. Живот у неё позеленел в начале четвёртого месяца, однако Джефф не видел в этом ничего пугающего. Наоборот, в шутку гадал, когда Кумико превратится в горячую девушку-слизь. Становиться скользким монстром из аниме Кумико не собиралась, но подобные разговоры заставляли её киску обильно истекать слизью. Не убирая рук с живота Кумико, Джефф посмотрел на неё и в удивлении вздёрнул брови: — Уже? Я думал, ему ещё месяц до толчков. — Я тоже, — Кумико позволила себе расслабиться и выпятить живот, настороженно приподнятые плечи её опустились. Прикосновение горячих рук мужа к тонкой натянутой коже её успокоило. — Но он у нас мальчик раннего развития. — Как жеребёнок, — согласился Джефф, поглаживая её раздутые бока, — родится и сразу начнёт бегать. Кумико заморгала — глаза защипало от подступающих слёз. — Я ему передавала, что ты его любишь, — дрожащие губы её попытались изогнуться в улыбку, — а он притих чего-то… Женщина шмыгнула носом, не в силах справиться с приливом материнских чувств, и муж снова поцеловал её. Теперь фастфудом пахла Кумико. Поцелуй не утешил Кумико — перепад настроения застал её врасплох, и она не могла не всхлипывать, недоумевая, почему ребёнок не хочет общаться с отцом. Джефф тем временем наклонился, чтобы оказаться лицом к лицу с её животом, уложил ладонь чуть повыше выступающего пупка, где кожа была самой тонкой, и пытливо прищурился. — Ну привет, — произнёс он ласково, но без особой уверенности, и улыбнулся краями губ. Разговаривать с Кирком так непосредственно, как Кумико, у Джеффа не получалось — естественно, он же не носил ребёнка у себя в животе. Но Джефф старался, и Кумико хватало этого, чтобы верить — муж любит её малыша. — Он ещё не знает шутку про «генерал Кеноби», — хихикнула Кумико сквозь слёзы. Кирк оказался умнее, чем она думала — Джефф в изумлении округлил глаза, когда амниотическая жидкость под его ладонью забурлила, забулькала, и Кирк толкнулся в его руку, словно бодаясь. Тонкая кожа на мгновение вздулась пузырём — зрелище вышло жутковатое. Кумико вздрогнула, едва удержавшись на ногах. А если Кирк будет с такой же силой пинать её в мочевой пузырь, когда подрастёт? Джефф не задумывался о настолько низменных вещах — раз с его губ сорвался вздох умиления. Он просто светился, глядя на живот Кумико, но сейчас женщина увидела в его глазах что-то новое. Так на Кумико смотрел отец, когда она в четыре года научилась заваривать чай — с бесконечной гордостью и радостью. И вот, Джефф с такими же чувствами рассматривал её малыша… От этого Кумико вновь захотелось расплакаться. — Ботаники размножаются, передавая по наследству свои интересы, а не гены, — заключил Джефф и с любовью погладил живот Кумико там, где только что надулся чудовищный зелёный пузырь. — Кирк родится, и я посмотрю с ним «Звёздные войны»! — Будет твоей копией, — усмехнулась Кумико и потянулась в пакет за салфетками. Пока Кирк не начал толкаться, мысли о нём не вызывали у женщины приступов такой нестерпимой нежности. Но теперь он был большим, почти самостоятельным существом — возможно, даже различал по голосу маму и папу… Как его можно не любить? — Маленькая инопланетная версия меня, — Джефф сделал вид, будто смахивает слезу, — это было бы забавно. Джефф улыбался, любуясь её животом, но Кумико знала — он расчувствовался. Ещё немного, и расплакался бы с ней в обнимку — своих чувств он никогда не сдерживал, в редких случаях прикрываясь ядовитым сарказмом. Однако ребёнок и с ним творил что-то невероятное. Менял в лучшую сторону, хотя более замечательного мужа Кумико не могла пожелать. Джефф поцеловал Кумико в живот и разогнулся с кряхтением. Ему однозначно стоит привести себя в форму, отметила женщина, когда вытерла слёзы. У неё точно не будет сил весь день носить Кирка на руках и возить коляску. Значит, надо поручить это мужу. А он с дивана встаёт с третьей попытки! Словно догадавшись о мыслях Кумико, Джефф встал рядом с ней и обнял её одной рукой, стараясь обнять и Кирка тоже. — Интересно, как Кирк пинается, — поскрёб Джефф бороду, — если он осьминог, то не может ударить тебя кулачком. Разгоняется и силой инерции посылает приливную волну? Он задержал руку на боку Кумико, и Кирк мягко пнул его ладонь, словно в ответ. — Это не имеет значения, — Кумико всхлипнула, скомкав салфетку. — Он с нами общается, это главное. ∆∆∆ Кумико не могла долго стоять, и Джефф проводил её в спальню, заботливо придерживая за спину. Пакет с обедом Кумико взяла с собой — горстка солёной картошки пробудила у неё аппетит. Близилось обеденное время, но женщина знала, бургер и молочный коктейль не перебьют ей аппетит. Чтобы прокормить ребёнка, ей следовало научиться растягивать живот, заталкивать в него как можно больше еды. Нелёгкая затея — если учесть, что желудок постоянно подпирала раздутая матка! — Кушай спокойно, — догадавшись о мыслях Кумико, Джефф погладил её выступающие лопатки, — я пока разберу вещи. Сколько ты всего накупила! — прибавил он со смехом и взвесил в другой руке шуршащие бумажные пакеты. — Ну так, — проворчала Кумико, грузно опускаясь на край кровати, — у меня же большой животик! И с твоим малышом он станет ещё больше, — прибавила она с томной улыбкой и посмотрела на мужа. Джефф вздрогнул и уронил пакеты на кровать. Кумико успела заметить, как его глаза распахнулись в выражении глубочайшего шока, и глупо хихикнула. Джефф просил Кумико называть Кирка «наш малыш» и нередко поправлял её — отношение женщины к ребёнку было несколько собственническим. Но почему-то смущался, стоило Кумико напомнить ему, что он тоже родитель. А не просто согласился содержать инопланетного ребёнка. В роли отца Джефф себя ещё плохо представлял, пусть и старался. Но сейчас Кумико ни о чём таком не думала. Лишь прикусила губу и окинула остолбеневшего мужа лукавым взглядом, таким смешным на её добром личике. Сдержать прилив игривого настроения она не могла. Только заразить им мужа. Кумико даже делать ничего не пришлось — Джефф просто пожирал её взглядом, готовый накинуться и завалить в кровать. Женщина была уверена, у него член уже колом стоит — но решила подразниться немножко. Бедный Джефф! После её выходок у него все трусы были пропитаны предэякулятом. Кумико видела, когда клала свои вещи в стирку. — Наверное, мне нужен бандаж для беременных, — вздохнула она и протиснула руки под тяжёлые груди, обнимая живот, — я стала такая большая и кругленькая… такая неповоротливая… А животику расти и расти! Она ещё сильнее прогнулась в спине, давая голому животу улечься на худенькие ляжки, кокетливо провела по нему кончиками пальцев. Опускать сарафан Кумико даже не думала — если бы Джефф озаботился хорошим отоплением, она ходила бы вообще без одежды. Просто так, от избытка женственности. Джефф сглотнул и вытер вспотевшие ладони об шорты. — Очень славный животик, — придя в себя, возразил он с мягкой улыбкой, — я могу посмотреть на нашего малыша без УЗИ. Желая подтвердить свои слова, он подошёл к Кумико и чмокнул её в выступающий пупок. Женщина пискнула — живот у неё всегда был нежный, но этот узелок плоти, похожий на бутончик, сладко зудел от каждого прикосновения. — Засчитывается как поцелуй в лобик, — пошутила она и сдвинула бёдра в надежде унять возбуждение. Муж всего лишь поцеловал её — а у неё киска уже затрепетала и засочилась слизью. И прокладка была угрожающе мокрой… Зря Джефф сказал про УЗИ. Кумико представила, как доктор водит зондом по её смазанному гелем блестящему животу, и поспешила спрятать стон за глотком молочного коктейля. Жареной картошкой она наелась, и густой сладкий коктейль ощущался лишним. Но Кумико так разгорячилась, так хотела ощутить себя ещё более круглой и раздутой… И свободной рукой потянулась в пакет за бургером. Остывший, он начал терять привлекательность, но Кумико было важнее набить живот, чем почувствовать вкус. Джефф погладил её по животу напоследок и вернулся разбирать пакеты. Поглощённая едой, покупками Кумико не интересовалась, хотя утром с нетерпением ждала их — и, как это часто бывает с онлайн-магазинами, уже забыла, что сложила в корзину. Она ворковала и постанывала, наслаждаясь едой, и Джефф не выдержал. — Ты так аппетитно кушаешь, что я снова проголодался, — он потянул носом, принюхиваясь, и сглотнул в нетерпении. Кумико заметила это краем глаза и хихикнула — он же только что обедал! — Я померяю одежду, и мы пойдём обедать, — успокоила она мужа. — Обжора. — Не я в этом доме ем за двоих, — проворчал Джефф себе под нос и продолжил раскладывать одежду по кровати. Сарафанчики, толстовки, леггинсы — Кумико не изменяла своему девчачье-спортивному стилю. Всё нежно-розовое, бирюзовое и чуточку голубое — Джефф однажды сказал, что она одевается в цветовой гамме персонажа Санрио, и был прав. Переходить на платья в цветочек, как спрингфилдские мамочки, Кумико не собиралась — хотя матерям полагается выглядеть солидно. Кумико облизнула пальцы, солёные после жареной картошки, и взяла сиреневые леггинсы — они ближе всего лежали. Джефф тут же встал рядом, готовый помочь, и не зря — втискиваться в леггинсы с набитым животом оказалось неудобно. Кумико просто не могла наклониться, чтобы натянуть их на бёдра. Однако она не расстроилась, а подняла на мужа умоляющий взгляд. Джефф тут же поднял её на ноги и натянул леггинсы на её похудевшую попку. — Вид сзади — шикарный! — заключил он и ущипнул Кумико за ягодицу. Кирк так хорошо питался, что щипать было особенно нечего, но женщина всё равно кокетливо пискнула. И взглянула на большое зеркало в углу — не без осторожности. Она боялась худшего, зная про бардак с размерными сетками в интернет-магазинах — но леггинсы идеально облегали её изящные ноги и оставляли простор для роста животу. Дальше следовали толстовки и кофточки — Кумико выбирала самые обтягивающие. Разве можно чувствовать себя сексуальной в мешке из-под картошки? — Мне нравится эта, — задумчиво обронил Джефф, когда она, уже запыхавшись, меряла укороченную голубую кофточку на пуговицах. — Будет удобной, когда ты начнёшь кормить. — Живот очень быстро растёт, она мне мала станет, — покачала головой Кумико и медленно покрутилась перед зеркалом. — Я ведь только на четвёртом месяце, а он уже такой большой! Кофточка и вправду не прикрывала живот даже до половины, но Кумико понравилось, какой соблазнительной выглядела пышная грудь в глубоком вырезе. У неё даже появилась ложбинка в декольте! — Ты поела, тянет уже на девятый, — усмехнулся Джефф. А сам капал слюной, как ригелианец, не в силах отвести взгляд от её груди. Кумико его не винила. Сама не удержалась, аккуратно приподняла грудь, любуясь, как она выпирает поверх выреза, словно тесто. Раньше она не понимала смысла обладать большой грудью, гордилась своими маленькими задорными девочками — но судя по огню в глазах мужа, это того стоило. Желая усилить эффект, Кумико решила примерить бюстгальтер для кормления. Специально заказала на размер больше — чувствовала, грудь будет ещё расти. Судя по тому, как она уже выросла, ригелианцы насмотрелись земных фетиш-артов и собирались сделать из женщин дойных коров. К удивлению Кумико, ненавистная ей пыточная конструкция оказалась довольно удобной — без косточек, с мягкими просторными чашечками, широкими лямками и эластичным поясом. Даже застёгивалась спереди на кнопки. С ними Кумико долго возилась — последний раз носила лифчики в старших классах. В университете она узнала про феминизм и с наслаждением выбросила все лифчики — ведь это инструмент патриархального порабощения! И просто бесполезная вещь — с такой-то маленькой грудью. — Вот, — закончив с кнопками, объявила она и выпрямилась. Отражение ей не понравилось — скромный бежевый бюстгальтер бережно поддерживал тяжёлую грудь, направлял её вперёд и вверх. Но, о Небо, какой же он был унылый! От взгляда на себя у Кумико пропало всё либидо. С другой стороны, зачем оно кормящей матери? Джефф сосредоточенно рассматривал её, обошёл вокруг, как начинающий живописец — свою картину. Похоже, лифчик ему тоже не нравился, но высказывать мнение он не торопился — искал деликатные слова. — Непривычно видеть тебя в лифчике, — нахмурился он. — Хотя в эту ложбинку я бы зарылся целиком и полностью. — Пожалуйста, — усмехнулась Кумико и подошла ближе. Теперь она заметила пользу от бюстгальтера — он снимал тяжесть со спины, и складка между грудью и животом перестала потеть. Но в чёрных кружевах её грудь всё равно выглядела бы сексуальнее… Джеффа пуританская модель бюстгальтера не остановила. Не в силах сдерживаться, он схватил Кумико за талию, уткнулся лицом в её декольте, зарылся носом между пышными грудями. Протиснул руки под узкий пояс и затих, тяжело дыша. Кумико хихикнула и погладила мужа по голове, ещё крепче прижала его к себе — пусть задыхается в своё удовольствие. Бюстгальтер дурацкий, но раз мужу нравится, можно оставить. И носить его будет полезно, чтобы грудь не обвисла — такая она стала тяжёлая! Такая большая и нежная… Джеффу было достаточно провести жёсткими кончиками пальцев по тонкой растянутой коже, чтобы у Кумико в киске всё захлюпало и затрепетало. Джефф сопел ей в грудь, мял и прижимал друг к другу толстые сиськи — и делал бы это целую вечность, если бы Кумико сквозь удовольствие не ощутила болезненную наполненность в груди. Знак, что ей пора сцеживаться. Но неприятное чувство было едва заметным, она могла немного подождать… С другой стороны, не хотелось протекать в новый бюстгальтер… — Джефф, хватит, — прошипела она и попыталась отцепить мужа от груди. Но в этот момент Джефф особенно сильно сжал её груди, хотел насладиться напоследок. Кумико вскрикнула — давление оказалось слишком большим. Молочные протоки раскрылись, в чашечке стало горячо и мокро… На бежевой ткани выступило влажное белое пятно, и супруги опомнились. Джефф отстранился с виноватым видом, а Кумико надулась, разглядывая в зеркале молочные пятна на бюстгальтере. Теперь его точно не вернуть в магазин. Ну и ладно. — Неудобно, — поморщилась она и потянулась расстегнуть кнопки. — Я лучше буду носить прокладки для груди. Ты же их забрал? — строго прибавила она и бросила бюстгальтер на кровать. Груди грузно покачнулись, прежде чем улечься в привычное положение на выпуклом животе. Пухлые розовые соски выглядели напряжёнными после трения о бюстгальтер, и Кумико подумала, что сеанс эротического доения ей не помешает. Грудь успокаивалась, когда Джефф её сосал и облизывал. — Забрал, но и купил кое-что от себя, — тихо произнёс Джефф. Полыхая щеками, поднял с дальнего края кровати маленький пакет и отдал его Кумико. Женщина с осторожностью заглянула внутрь и улыбнулась, мигом забыла про боль в груди — в пакете обнаружились топ и мини-юбка с коровьим принтом. — У меня уже есть костюм для косплея Греты из «Гремлинов-2», — хихикнула она и с нежностью посмотрела на смущённого мужа. Она не раз представляла себя коровой — и когда они занимались сексом, и когда Джефф сосал её молоко. Но пока не рассказывала об этом мужу. Стеснялась. Оказывается, зря. В ответ Джефф покраснел до корней волос и достал из пакета поменьше ободок с рожками и мягкими ушками. В ушки были вдеты маленькие колокольчики — они тоненько зазвенели, когда Джефф протянул их Кумико. — Ты огромный извращенец, — сказала она и надела ободок. Покачала головой и улыбнулась звону колокольчиков. — Буквально. — А кто из нас забеременел от зелёного космического осьминога? — поддел её Джефф с мягкой улыбкой. Кумико покраснела и решила промолчать — историю с зачатием Кирка они по-прежнему не обсуждали. И взялась надевать топ. А то Джефф от вида её обнажённой груди и огромного живота уже хотел провалиться сквозь землю. Топ оказался удобным, даже лучше бюстгальтера — не тесный, из мягкого приятного материала. Ложбинки в нём не получалось, но грудь, измученная примерками, чувствовала себя комфортно. И место для роста ещё оставалось. — Помоги мне с юбкой, — попросила Кумико. Наклоняться она уже устала. Хорошо, у неё заботливый муж… Джеффа не пришлось упрашивать — похоже, он днями и ночами мечтал увидеть её в этом наряде. Чуть не разорвал на ней тонкую трикотажную юбку, так торопился. — Тише, тише, — захихикала Кумико, пока Джефф, сидя на корточках, дрожащими руками натягивал на неё юбку, — мы пообедаем и займёмся сексом, хорошо? — Я не дотерплю до обеда, — пробормотал Джефф куда-то ей между ягодиц, — возьму тебя прямо на кухонном столе. — Мне теперь нельзя в позе «сзади», — предупредила Кумико, не удержавшись от игривого тона, — живот почти прозрачный. Ты на него нажмёшь, и я лопну! Как виноградинка. — Самая сладкая виноградинка, — подхватил Джефф и поцеловал её в ягодицу сквозь юбку. Кумико хотела сказать что-нибудь эротическое в ответ, но лишь ойкнула — Кирк проснулся и пнул её, кажется, по печени. К счастью, вышло не больно — может быть, потому, что матку заполняла густая слизь, а не околоплодные воды. — Джефф, давай быстрее, — напомнила она, — Кирк беспокоится. Я не могу так долго стоять на ногах! — А я уже всё, — муж шлёпнул её по попе и с кряхтением разогнулся. — Просто любовался. Он пристроил подбородок ей на плечо, обнял её, уложив руки ей на живот. Кумико откинулась на грудь мужа и расслабилась, желая дать отдых уставшим ногам. Колокольчики нежно звякнули от этого маленького движения, а ушки дёрнулись, как живые. Они замерли, глядя в зеркало, и Кумико наконец как следует себя рассмотрела. Грудь, полная и мягкая, с трудом помещалась в топ, соски натягивали ткань. Символическая юбка едва прикрывала попу, а спереди напоминала пояс. Но в этом и смысл эротических костюмов — оставлять сокрытым очень немногое. Грудастая и беременная, с этими рожками Кумико и вправду походила на корову — беззаботную и счастливую, которая весь день жуёт сочную травку и спаривается с симпатичными быками. И кто из них извращенец… Из отражения в зеркале мог бы получиться милый кадр для беременной фотосессии, но Кумико не захотела просить мужа принести фотоаппарат. Наслаждаться моментом было приятнее, чем пытаться его запечатлеть. Хотя Джефф уже не раз фотографировал её для семейного архива. Кирку они эти фотографии договорились не показывать. Слишком горячо вышло. — Мне нравится, — произнёс Джефф и потёрся щекой о её плечо, словно кот. — А тебе? — На детородных бёдрах эта юбка смотрелась бы лучше, — Кумико в задумчивости надула губки и почувствовала, как возбуждение мужа упёрлось ей в ягодицу. — Но ушки милые. Я настоящая беременная корова, — фыркнула она и подумала, что хочет взмахнуть несуществующим хвостом. — Только очень худая! Фермер, — Кумико с негодованием посмотрела на мужа, — ты меня совсем не кормишь! — Просто это твой первый отел, — подхватил Джефф с деланной невозмутимостью. — Ты ещё не привыкла, что постоянно будешь беременной. Беременной, толстой и молочной. Он поцеловал Кумико в шею, нежно провёл ладонями по её животу, наслаждаясь его тяжестью. Женщина поспешно накрыла его руки своими, вдохнула поглубже, чтобы живот казался больше. Хотя она и без этого выглядела беременной двойняшками. — Когда Кирк родится, — продолжал Джефф вполголоса, касаясь мягкими губами её ушка, — не станем тянуть со вторым. Ты наверное очень скоро захочешь ребёнка. — Двойняшек, — выдохнула Кумико, и в киске у неё всё зазудело от удовольствия. — Окей, — Джефф томно прикрыл глаза, принялся поглаживать её живот маленькими кругами. — Я сам долго не выдержу. Ты ещё наберёшь вес после родов и не сможешь его сбросить, — страстно прошептал он Кумико в ухо, — будешь такая пухленькая, с обвисшим животиком, который так и хочется наполнить… — Да-а… — простонала Кумико и запрокинула голову под звон колокольчиков. — Подождём полгода, и я опять забеременею, пожалуйста! — Надо есть за троих, чтобы кормить грудью одного и вынашивать второго, сможешь? — Джефф усмехнулся, поглаживая её грудь сквозь топ. — Я уже столько ем, — поправила его Кумико и громко вздохнула, — тебе придётся устроиться на вторую работу, чтобы прокормить меня и детей. — Буду продавать твоё молоко, — нашёлся Джефф. — Ты у меня и сейчас очень молочная, — выдохнул он и сжал соски Кумико между пальцами, — но когда родишь этих двойняшек, будешь давать по двадцать литров в день. Придётся держать тебя в стойле с постоянно включённым молокоотсосом. — Я как раз видела электронные молокоотсосы в интернете, — пролепетала Кумико, чувствуя, как горячее молоко щекотно стекает по соскам и пачкает топ, — с дистанционным подключением… Она представила себя в стойле, беременную, с огромными бёдрами и толстой упругой задницей, и возбуждение стало болезненным. — После двух родов у тебя станут такие большие сиськи, что молокоотсосы будут давать сбой, — шептал Джефф, забираясь пальцами под промокший топик, — весь пол в хлеву будет залит молоком. Мне придётся доить тебя, как корову. В голосе Джеффа появилась пылкая грубость, он тяжело дышал, сминая нежные груди Кумико — этот разговор возбуждал его не меньше. Женщина видела выражение его лица в зеркале — и оно было точь-в-точь таким же, как за пять минут до оргазма. Очень смешным, но и милым тоже. — Я обещаю надевать рожки, когда ты придёшь меня доить, — пискнула она, и колокольчики снова звякнули. — И делать тебе новых детей, — прибавил Джефф. Лицо у него было красное — он стыдился своих слов, но не мог остановиться. Как и не мог перестать тискать Кумико за грудь. Топик промок насквозь, молоко стекало по блестящему животу светлыми струйками — и от этой нестерпимо эротической картины киска Кумико содрогнулась и выпустила сгусток слизи. — Только ты должен купить клетчатую рубашку, — попросила она дрожащим голосом и накрыла руки Джеффа своими, — и обтягивающие джинсы… — И ковбойскую шляпу, — прибавил Джефф, задыхаясь. — Я буду фермером, а ты — моей дойной коровой. Он вздрогнул, схватил Кумико за грудь в последнем витке страсти и резко расслабился. Женщина не сразу поняла, что случилось — в следующее мгновение у неё в трусиках разлилось целое озеро слизи. Вязкие зелёные струйки потекли по ляжкам, и в спальне разлился приторный аромат. Она пошатнулась, стесняясь смотреть в зеркало. Ноги отказывались её держать, но живот мужа по-прежнему был сзади, тёплый и надёжный. Кумико осторожно повернулась к нему и уложила ладони ему на грудь. И заметила, что по красным шортам Джеффа расплылось белое пятно. — Мне стыдно это говорить, — пробормотал Джефф, проследив направление её взгляда, и щёки его вспыхнули, — но кажется, я первый раз в жизни кончил без помощи рук. — Я тоже… — протянула Кумико и склонила голову ему на плечо. — Надо повторить как-нибудь. — Обязательно. ∆∆∆ — Всё это, конечно, весело, — вздохнула Кумико, когда они легли в постель прямо на пакеты с одеждой, — но я бы не хотела ещё детей. С таким большим животом спокойно лежать получалось только на левом боку, и Кумико это не нравилось. Так она не могла смотреть в лицо мужу. Джеффу это не мешало — он лёг позади и накрыл ладонью её живот. Словно защищал её и малыша. — И я бы не хотел, — протянул он. — Чувствую, с Кирком мы хлопот не оберёмся. Да, парень? Тихое «бултых» было ему ответом. Кирк устал, пока Кумико меряла одежду — движения его убаюкивали. Сейчас он собирался отойти к дневному сну, как всякий здоровый ребёнок, но Джефф ему мешал — оглаживал живот Кумико маленькими кругами. И малыш, по нестерпимой тяге исследовать мир, двигался вслед за его ладонью. — Оставь ребёнка в покое, — попросила Кумико и громко зевнула. — Но не убирай руку с моего животика! — Как будто я способен от этого отказаться, — не удержался Джефф от сарказма. Но Кумико знала — он улыбается.