Я и Ти: #Сохраняйте спокойствие, Кхун Ти!

Пич отправил последнюю партию фотографий команде художников в шесть утра. Собрав остатки сил, он подключил зарядное устройство для телефона и тут же рухнул в постель. Укутался в одеяло, отключил все чувства и мгновенно провалился в глубокий сон. Бессонные ночи перед полным отключением сознания стали для него привычкой. Прошлая ночь, к счастью, выдалась спокойной. Как только он передал модель мистеру Мафия, то почувствовал огромное облегчение. Мысли прояснились, а работа завершилась еще до рассвета. Пич заранее все рассчитал: завтра выходной, а послезавтра — лишь встреча во второй половине дня. Это давало ему полтора дня на отдых. План был прост: спать весь день и проснуться к сумеркам. Но едва прошло два часа его долгожданного сна, как телефон на тумбочке зазвонил, выдернув его из теплого кокона усталости. Застонав, Пич нащупал телефон. Его голос прозвучал хрипло и полусонно, когда он ответил. 📱– (Пич, ты отправил файлы? Я не могу их найти)— послышался голос Плаб, его младшей сестры и коллеги по художественному отделу. На фоне шумели люди, кричали голоса. Пич даже не открывая глаз сразу понял, кто это. Его сестра была талантливым художником-дизайнером, но обладала удивительным даром терять вещи. Именно из-за этого он давно завел привычку хранить резервные копии.Не собираясь вставать и включать компьютер, он лишь лениво пробормотал ответ. 📱– Проверьте свою электронную почту. Я отправил их сегодня утром. Его слова больше напоминали невнятное бормотание, но Плаб это не смутило. Она привыкла к его полусонным ответам и продолжила разговор. 📱– (А как насчет закадровых фотографий для интервью журналу? Когда они будут готовы? Мне нужно запланировать следующие шаги). Пич тяжело вздохнул. Чем больше она говорила, тем сильнее ему хотелось спрятаться под одеяло и забыть обо всем. 📱 — Просто открой файлы, Плаб, — пробормотал он. 📱 — (Подожди... Ты что, вообще не спал прошлой ночью?) 📱 — Я сейчас сплю, — бросил он, окончательно теряя терпение. 📱 — (Сегодня вечером у нас барбекю. Ты придешь, Пич?) 📱 — Нет. Сказав это, он бросил трубку. Было очевидно, что звонок не преследовал никакой иной цели, кроме как лишить его столь необходимого отдыха. Он натянул одеяло на голову, обнял подушку и попытался снова уснуть. Но не успел он погрузиться в забытье, как телефон вновь зазвонил. 📱 — (Пич, давай! Давай выйдем сегодня вечером. Я хочу пить.) 📱 — Я не пойду. И не больше двух рюмок, ясно? — Пич коротко ответил, явно не собираясь терпеть ее выходки, и завершил разговор. Он отбросил телефон подальше, но эта чертова штука зазвонила снова. Раздражение захлестнуло его. Не открывая глаз, он провел пальцем по экрану, чтобы ответить, и коротко щелкнул. 📱 — Плаб, я сказал, что не приду. Я пытаюсь спать. Поговорим вечером. Он снова скинул трубку, не дав ей сказать ни слова, отбросил телефон еще дальше и закутался в кокон из одеял. Сон, словно обиженный на вмешательство, вновь овладел им, стирая все остальное. **** Когда Пич наконец очнулся, ему показалось, что он провел в бессознательном состоянии целую вечность. Каждое движение давалось с трудом, суставы казались ржавыми, а тело — неповоротливым. В комнате царил кромешный мрак. Тяжелые шторы полностью блокировали солнечный свет, лишая его понимания времени суток. На автопилоте его рука потянулась к телефону, смутно помня, что он отбросил его где-то возле изголовья кровати. Как только его взгляд упал на экран, остатки сна мгновенно испарились. Было шесть часов вечера, а экран телефона был усеян уведомлениями: пропущенные звонки и непрочитанные сообщения накапливались с восьми утра. Последнее сообщение пришло всего пятнадцать минут назад. Но особое внимание привлекли следующие: Т: Кто такой Плаб? Т: Во сколько у тебя начинается «вечер»? Т: У тебя осталось десять минут. Пич уставился на последнее сообщение, отправленное тридцать минут назад, с широко раскрытыми глазами. Его рот приоткрылся, а в голове царил хаос. Он отчаянно пытался собрать воедино размытые детали, быстро открыв журнал вызовов. Последний звонок, который он принял перед тем, как уснуть, был вовсе не от Плаб, а от главы русской мафии. После этого он, видимо, поставил телефон на беззвучный режим, что объясняло, почему последующие звонки не разбудили его. Но почему, черт возьми, этот звонок был так рано!? Пич не знал, остался ли еще зловещий десятиминутный отсчет Ти или он уже утратил терпение. Паника захлестнула его, и он бросился с кровати в ванную. В спешке он споткнулся о груду одеял на полу и с грохотом ударился головой о шкаф. К счастью, острых углов не оказалось, и крови не было. Проклиная свою неуклюжесть, он быстро принял душ, надел чистую одежду и выбежал из квартиры. Почти бегом он добрался до лифта, яростно нажал кнопку нижнего этажа и, как только двери открылись, рванул вниз. Выйдя из лифта, он резко остановился в вестибюле, согнувшись пополам и положив руки на колени, чтобы отдышаться. Краем глаза он заметил пару телохранителей в черных костюмах. Они выглядели напряженными, готовыми к действию, но быстро вернулись в свою неподвижную позу. Сердце Пича бешено колотилось. Еще немного, и они могли бы вытащить оружие! — Сорок пять минут, — холодно произнес мужчина напротив, заставив Пича вздрогнуть. Стабилизировав дыхание, он осторожно поднял взгляд, чувствуя, как беспокойство сковывает грудь. Пронзительные дымчато-серые глаза, полные смеси пренебрежения и ледяного равнодушия, только усилили его тревогу. Сердце сжалось еще сильнее. Мистер Ти всегда внушал страх, но сегодня напряжение в воздухе было просто невыносимым. — Мне очень жаль, — пробормотал Пич, опуская взгляд и почтительно склоняя голову. Однако внутри него все еще звучал тихий голос сомнений: «А действительно ли это была моя вина?» Но, учитывая, что этот капризный гангстер ждал его сорок пять минут, извинения казались наименьшим из того, что он мог сделать. Тишина, наступившая после его слов, была оглушительной. Она заставляла Пича нервничать еще больше. Он бросил быстрый взгляд вверх, чтобы снова встретиться с неумолимым взглядом мистера Мафия. Чем дольше тот молчал, тем тяжелее становилось дышать. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем рука Ти дрогнула. Пич невольно зажмурился, его сердце билось так сильно, что, казалось, вырвется из груди. Он собирается меня ударить? Но вместо этого теплые пальцы аккуратно коснулись его лица. Подушечка большого пальца Ти слегка надавила на центр лба. Прикосновение оказалось настолько неожиданно нежным, что на мгновение полностью ошеломило Пича. — Кто это сделал? — Непринужденный, но с оттенком стали голос Ти заставил фотографа вздрогнуть. Телохранители, стоявшие неподалеку, заметно напряглись, но Пич этого не видел. Он чувствовал только, как голос мужчины стал чуть мягче, а напряжение в воздухе немного рассеялось, давая ему возможность снова дышать. — Я как идиот побежал к гардеробу… Но это ты виноват, что заставил меня так спешить! — Пич наконец осмелился заговорить, ощущая, как к нему возвращается капля смелости. — Сегодня утром я не мог заснуть до половины седьмого. А до этого мой телефон звонил без перерыва. Я подумал, что это кто-то из команды, поэтому просто выключил звук. — Кто такой Плаб? — Вопрос, казалось, совершенно не относился к делу, и Пич замер в недоумении. Но из-за того, что пальцы Ти все еще удерживали его, Пич не мог даже поднять голову, чтобы увидеть выражение лица мужчины. Ситуация казалась еще более угнетающей. — Плаб — моя младшая сестра. Она часть арт-команды бренда Arseny, — ответил Пич, чувствуя укол беспокойства. Не подумает ли Ти, что он использовал связи, чтобы добиться своего положения? — Она работает в «Arseny» уже очень давно. Она очень талантлива, я клянусь. Что касается меня, то я просто подрабатывал на фрилансе. Когда же появился этот проект, Плаб пригласила меня присоединится к нему. Клянусь, я не использовал никаких связей, чтобы пробиться. Воздух снова наполнился тишиной, нарушаемой лишь мягким, ритмичным движением большого пальца Ти, который слегка касался его лба. Пич чувствовал себя так, будто стоял на краю пропасти, моля о пощаде. "Пожалуйста, будь благоразумным," — мысленно умолял он. Наконец, словно его молитвы были услышаны, мужчина ослабил хватку и медленно убрал руку. Фотограф, который все это время сидел слегка сгорбившись, выпрямился и глубоко вдохнул. Его сердце, колотившееся в груди, начало успокаиваться. Кажется, его оправдали! — Итак, есть ли причина, по которой ты пришел ко мне сегодня? — осторожно спросил он, пытаясь нащупать почву. Эта мысль напомнила ему одну молодую модель, и Пич не мог не задуматься: неужели плохое настроение Ти связано с неудачным свиданием? Он тихо вздохнул. Учитывая непредсказуемый характер Тиракита и склонность Арана к назойливости, доверять кому-либо в последнее время казалось настоящей лотереей. – Просто мне скучно. – … Пич инстинктивно моргнул и нахмурился, прежде чем успел себя остановить. На мгновение он совершенно потерялся. В прошлый раз мистер Мафия сказал, что так сильно хотел парня, что практически затащил его в постель. Это было меньше недели назад! Пич изо всех сил старался организовать приятный ужин с Араном, но теперь Ти вдруг заявил, что ему скучно. Он потер виски, чувствуя нарастающее раздражение. Было ли это тем, что люди имеют в виду, когда называют кого-то "избалованным богатым ребенком с избытком игрушек"? Им становиться скучно, и они просто бросают все дела. Но Аран, похоже, и вовсе не достиг статуса «игрушки». Конечно, Пич не хотел, чтобы его младший друг-модель превратился в одноразовую игрушку. Если у этих отношений и был шанс на развитие, он хотел, чтобы они стали чем-то настоящим и искренним. Особенно сейчас, когда этот навязчивый мальчишка Таван продолжал слоняться поблизости, создавая еще больше путаницы. Кто-то должен был вмешаться и навести порядок. — Что ты имеешь в виду под словами "скучно"? Что-то случилось? Аран сделал что-то, что тебя расстроило? Он очень переживал за младшего.Если бы Аран каким-то образом успел разозлить мафиози, это гарантировало бы, что он выйдет из этой встречи далеко не без последствий. – Мне просто скучно. –Тиракит пожал плечами. На его резких чертах мелькнуло легкое раздражение, прежде чем он пренебрежительно махнул рукой. – Время ужина. С этими словами Ти поднялся с дивана, развернулся на пятках и вышел из вестибюля, даже не дождавшись Пича. Фотограф моргнул, совершенно сбитый с толку. Что это вообще значило? Ты хочешь сказать, что ужинаешь без меня? Или это значит, что мы будем есть вместе? Пичъярат, прекрасно осознавая, что он не Аран и что у него нет модельной карьеры и внешности, колебался лишь мгновение, прежде чем решил вернуться в свою комнату. Он сделал шаг, но тут же ощутил сильные руки охранников, которые оторвали его от земли и развернули лицом к Ти. Тот стоял со скрещенными руками и смотрел на него с такой интенсивностью, что, казалось, мог проделать взглядом дыру в стали. — Как ты думаешь, куда ты собрался? — Ледяной тон Ти заставил Пича вздрогнуть. Сильные руки охранников держали его крепко, и он не осмелился даже пикнуть. — Разумеется, в свою комнату. Я ничего с собой не взял, — ответил фотограф, решив не сопротивляться. Вы видели мускулы этих парней?Один удар любого из них — и он бы очнулся в больнице. — Не нужно. Все на мне. – Когда именно мы договаривались поужинать вместе? Пич несколько раз моргнул, сбитый с толку. Его замешательство усиливалось растущим голодом. В тот момент, когда слова сорвались с его губ, он понял, что допустил ошибку. Взгляд мужчины стал ледяным, словно замораживая его на месте. Пытаясь исправить ситуацию, Пич натянул нервную улыбку и неловко отвел взгляд. –Я хотел спросить: ты вообще что-то говорил про ужин? – Но одного холодного взгляда Ти хватило, чтобы заставить его замолчать. Успокойся, Пич.Ты не Аран. Не испытывай судьбу, если не хочешь попасть в беду. — Мистер Ти, у меня уже есть планы с сестрой на сегодняшний вечер, — твердо сказал Пич. — Я не могу пойти с тобой. — Я слышал, как ты сказал ему, что не пойдешь. –Несмотря на это, я все равно волнуюсь за нее. Она собирается выпить, и, как ее брат, я хочу забрать ее позже, — настаивал Ти, на этот раз с большей убежденностью. Его сестра всегда была на первом месте, и когда дело касалось ее безопасности, компромиссов быть не могло. – Сначала мы поедим, а потом ты сможешь ее забрать. Не дожидаясь ответа, он развернулся и сел в машину. Пича, у которого не было ничего, кроме телефона, толкнули вперед телохранители. Несколько шагов спустя его бесцеремонно усадили в машину рядом с мафиози. Я думал, что передал всю эту неразбериху Арану. Как, черт возьми, он оказался у меня на шее?