Я и Ти: #Сохраняйте спокойствие, Кхун Ти!

При слегка приоткрытой двери офиса два взгляда заглядывали внутрь, внимательно наблюдая за происходящим. Хотя они находились слишком далеко, чтобы уловить разговор, каждый жест, взгляд и движение четко запечатлелись в их памяти. Первый взгляд принадлежал Моку, секретарю Ти, который осторожно следил из-за беспокойства. Он знал, что его босс, человек с сильным характером, может быть непредсказуемым, особенно в последнее время. Несмотря на доверие к тому, что Ти не причинит вреда Пичу, его резкие перепады настроения вызывали у Мока тревогу. Второй взгляд принадлежал младшему брату мафиози, Рому. Высокий и широкоплечий, как старший брат, он обнял маленького секретаря крепкими руками, положив подбородок на голову Мока и с любопытством наблюдая за происходящим. – Никогда бы не подумал, что увижу день, когда мой старший брат влюбится по уши, – пробормотал Ром, тихо посмеиваясь. Его глаза светились озорством. – Эта поездка оказалась куда более интересной, чем я ожидал. Похоже, мне придется позвонить маме и рассказать все новости. – Мистер Критч, не надо насмехаться над мистером Ти, – сказал Мок, выпрямляясь и мягко отталкивая Рома. Он быстро закрыл дверь, снова предоставив тем, кто внутри, их уединение. Секретарь и доверенное лицо знал, что необходимо сохранить уважение к личной жизни своего босса. – Мама – настоящий тиран, знаешь ли, – ответил Ром с озорной улыбкой, уже доставая телефон, чтобы пролистать контакты. – Если что, она, вероятно, будет настолько взволнована, что сядет на ближайший рейс в Таиланд. Их мама и папа – современная, открытая пара. Мама, бывшая супермодель и актриса с широким кругом разнообразных друзей, всегда поддерживала все виды любви. Она была известна своей энергией и страстью к жизни, и ее реакция на новости наверняка будет бурной. Что касается папы, его основная забота не касалась пола. Его гораздо больше беспокоило, что его трудоголик старший сын полностью закроется от любви. Безнадежный романтик, который обожал свою жену почти сорок лет, он просто хотел, чтобы его дети нашли кого-то, с кем можно было бы разделить свою жизнь, как он сам. Его любовь к семье была безграничной, и он всегда поддерживал своих детей в поисках счастья. – Но я уверен, что госпожа была бы еще счастливее, если бы господин Ти сам ей рассказал, – добавил Мок, понимая, как важно, чтобы такие вещи шли от сердца. Ром замер, задумавшись на мгновение, прежде чем его серебристо-серые глаза озорно заблестели. Он наклонился вперед, с улыбкой, играющей на губах. – В таком случае, у тебя есть что-нибудь, чтобы заставить меня замолчать, Мок? Брови секретаря нахмурились, но его лицо оставалось невозмутимым, несмотря на легкий румянец, проступивший на щеках. Сделав резкий вдох, Мок поджал губы и шагнул вперед, обхватив лицо Рома обеими руками, прежде чем решительно поцеловать его. Однако, когда он собирался отстраниться, Ром оказался быстрее. Сильные руки молодого мафиози обхватили талию секретаря, притягивая его ближе, в то время как одна рука скользнула вверх, чтобы поддержать затылок. Игривый поцелуй превратился во что-то более глубокое и насыщенное, когда губы Рома настойчивее прижались к его. Легкое движение языка коснулось губ Мока, прежде чем проникнуть внутрь, превращая поцелуй в горячий обмен, оставляя его без дыхания. Мок слабо стучал кулаками по груди мафиози в знак протеста, наконец сумев отстраниться достаточно, чтобы перевести дыхание. Но Ром не собирался останавливаться. Он наклонился, чтобы подарить еще несколько поцелуев, игнорируя румянец, расползающийся по лицу парня. – Это слишком высокая цена за молчание, – пробормотал Мок, прикрывая рот обеими руками и злобно глядя на Рома, его щеки пылали красным. Тот лишь засмеялся, довольный собой, наблюдая, как секретарь сердито топает обратно к своему столу. Ром заявил, что идет за кофе, но как только Мок исчез из виду, он тут же достал телефон и начал быстро печатать, самодовольно улыбаясь. Вскоре сообщение в семейный чат было отправлено. Он непринужденно пригласил маму посетить Таиланд в ближайшее время, добавив интригующий намек на сюрприз, который ей предстоит обсудить с ее старшим сыном лично. ***** Тем временем, в офисе, уверенный взгляд и убедительный тон Ти еще больше притягивали Пича. Стены его сопротивления, и так хрупкие, окончательно рухнули. Нервничая, но не в силах устоять, молодой человек слегка кивнул, его сердце колотилось так сильно, что он готов был поклясться, будто слышит громкие удары в своей голове. Как только он произнес "да", Ти расплылся в самой широкой улыбке, которую Пич когда-либо видел. Его глаза сверкали, словно в них зажглись фейерверки, излучая тепло и сладость. Этот дымчатый серый оттенок, который Пич всегда находил таким завораживающим, теперь, казалось, еще глубже манил его, заставляя еще сильнее поддаться его обаянию. – Прости, не удержался, но обещаю, что не зайду дальше, – пробормотал Ти, его глубокий голос был полон сдержанности. Он медленно отступил назад, почти неохотно, словно смакуя мимолетную близость. Потому что, если бы он продолжал испытывать удачу, он не был уверен, что сможет остановиться. – Голоден? Я угощаю. Давай отпразднуем наш первый день вместе, – предложил мужчина, вставая и протягивая руку к парню. Тот посмотрел на протянутую ладонь, на его губах появилась легкая улыбка. Хотя он все еще не был полностью уверен во всем, что происходило, он охотно протянул руку, испытывая от этого странное чувство счастья. – Мы уже празднуем первый день? – спросил Пич, мягко смеясь, чтобы скрыть смущение, явно написанное на его лице. Он пытался отдернуть руку, но как ни старался, Ти не отпускал. В его глазах читалось удивление и легкая растерянность, когда он чувствовал тепло руки мафиози. Вместо этого Ти крепче сжал его кисть и серьезно посмотрел на него, хотя уголки его губ слегка приподнялись. – Это нулевой день, Пич. Конечно, это важно, – ответил мужчина, в его голосе звучала уверенность и легкая нотка волнения. С этими словами он повернулся и толкнул дверь, ведя Пича за собой, как будто это было самое естественное в мире. Остановившись прямо за дверью, он дал несколько указаний своему секретарю — все это время крепко держа парня за руку, словно боясь, что тот исчезнет. – Все готово в ресторане, верно? — спросил Тиракит. – Все готово, босс. Вот ключ от машины, — ответил Мок, передавая его с отработанной эффективностью, его движения были точными и выверенными. Губы же изогнулись в легкую улыбку, показывая редкое проявление эмоций. – Поздравляю, босс. И вас тоже, мистер Пич, – добавил он, с искренним уважением. – Спасибо. Убедитесь, что отметили это как важную дату в моем календаре, хорошо? Освобождайте ее от дел каждый год с этого момента, – сказал Ти, его голос был спокойным, но в нем звучала решительность, как будто он делал важный шаг в своей жизни. Фотограф, который собирался улыбнуться, повернул голову, чтобы недоуменно посмотреть на мужчину рядом с ним. Тот поднял бровь, молча вопрошая, что такого странного в том, что он только что сказал. Лицо Пича было полным вопросов. Не дожидаясь ответа, Ти двинулся вперед, крепко держа парня за руку, словно это была единственная вещь, которая имела значение. – Что с этим не так? Мок — мой секретарь. Он управляет всем моим расписанием, — небрежно сказал Ти, направляясь к лифту, его хватка на руке Пича была непреклонной, как будто он хотел защитить его от всего мира. Он даже подтянул фотографа ближе, чтобы идти бок о бок. – Я уже попросил его блокировать важные даты для меня — дни рождения, семейные встречи. Я просто добавляю сегодняшний день в список, – его голос был тихим, но уверенным. Пич открыл рот, чтобы возразить, но быстро закрыл его, понимая, что объяснять, почему это бессмыслица, будет слишком утомительно. Вместо этого он опустил голову, его щеки все больше горели с каждым шагом. Не то чтобы это имело значение… Просто день готовился принести ему еще больше смущения. Офис генерального директора располагался в центре здания, и поскольку лифт был общим, его приходилось делить с персоналом. Это означало, что с момента, когда они покинули офис Тиракита и до того, как добрались до подземной парковки, генеральный директор ни на секунду не отпускал его руку. Естественно, это привлекло внимание каждого сотрудника, мимо которого они проходили. Некоторые украдкой поглядывали, их выражения варьировались от любопытства до забавы. Те, кто был ближе к команде Пича, смотрели на него с широко открытыми глазами или с поддразнивающими улыбками. Некоторые даже издавали преувеличенные вздохи или сдержанные смешки за своими руками. Пик смущения Пича достиг апогея, когда лифт остановился на этаже художественного отдела. Там их ждала Плаб, которая мгновенно оживилась, словно выиграла джекпот. Ее озорная улыбка растянулась от уха до уха, а глаза бегали между Ти и Пичем. – Так это наконец произошло, да, Пи Ти? — весело спросила она, будто разговаривая со старым другом, не проявляя ни капли колебания, несмотря на явную разницу в статусе. Ти самодовольно улыбнулся, его глаза искрились удовлетворением, явно не смущенный её дерзостью. – Конечно. И спасибо за помощь. – Я возьму лосося, пожалуйста! – Заказывай всё, это за мой счёт, — ответил Ти без промедления, его голос был мягким и уверенным. Затем он повернулся к Пичу, его глаза блестели в ожидании похвалы. – Серьезно, перестань так баловать Плаб, — пробормотал Пич, поджав губы, прежде чем намеренно отвлечься, избегая более зрелого взгляда Ти. Ему казалось, что эти двое слишком хорошо ладят, и он никак не мог понять, почему это его беспокоит. – И насчет корейской еды в прошлый раз, спасибо за это, но в следующий раз можешь не покупать. – Почему? Разве это было невкусно? — Ти удивленно поднял бровь, глядя на Плаб, которая уже стала для него как младшая сестра. — Я же говорил, что это место слишком дешёвое. В следующий раз давай выберем что-то более престижное. Или, если ты хочешь настоящую корейскую еду, я сам тебя туда отвезу. Можем даже полететь туда вместе. Пич, услышав, о том, как Ти размышляет о приглашении корейского шеф-повара на следующий ужин, быстро поднял руку, чтобы остановить этот бессмысленный разговор и вернуть всех к реальности. – Хватит, — вздохнул Пич и повернулся к сестре. — Плаб, перестань так легко пользоваться чужой едой. Девушка с озорной улыбкой показала язык, а затем притворилась, что вспомнила что-то важное. — Эй, Пич, ты сегодня собираешь вещи, чтобы переехать обратно в кондо, верно? У меня планы на ужин, и я вернусь поздно. Ты справишься с переноской вещей самостоятельно? – У меня не так много вещей, не переживай, — ответил он, прищурившись, с ноткой подозрения в голосе. — Но подожди, с кем ты ужинаешь? Ты ведь не упоминала ничего подобного. Пич знал почти всех друзей своей сестры, и она всегда точно говорила, с кем и куда идет на встречу. Но в этот раз, когда он спросил, Плаб лишь загадочно улыбнулась и пообещала рассказать позже, когда будет возможность. Молодой фотограф тяжело вздохнул, предупредив её быть осторожной, прежде чем отпустить обратно работать. И все же, он не мог избавиться от легкого беспокойства по поводу всей ситуации. Когда они подошли к машине, Пич заметил, что это не привычная чёрная машина представительского класса, а яркий лаймово-зелёный спортивный автомобиль, который невозможно было не заметить. Глаза парня расширились от удивления и восхищения. – Вау, эта машина потрясающая, — сказал он, осторожно проводя рукой по капоту. – Она, должно быть, стоит целое состояние. – Нравиться? Хочешь её? Я могу отдать тебе, — сразу предложил Ти с серьёзным лицом, потом задумчиво нахмурился. – Хотя, может, не стоит довольствоваться подержанной вещью. Я куплю тебе новую. – Нет, спасибо, — спокойно ответил Пич, привыкший к постоянным хвастливым замечаниям Ти о богатстве. Видя, что мужчина собирается предложить ещё что-то, парень быстро сменил тему. – Кстати, кто выбирал цвет машины? Она действительно бросается в глаза. – Я сам. Обычно мне больше нравятся светлые оттенки, но для этой машины нужен яркий цвет – он производит впечатление. Когда я встречаюсь с клиентами, важно выглядеть внушительно. Пич удивлённо поднял брови на ответ Ти. Он не совсем понимал эту логику, но предполагал, что это имеет смысл для руководителя, а не для кого-то, кто просто пытается сводить концы с концами. Решив не зацикливаться на этом, он отпустил мысль. Ти уверенно продолжал вести машину, по пути сообщив, что им нужно заехать к его сестре, чтобы забрать вещи Пича. Он весело предложил помочь с переездом. Фотограф задумался, не слишком ли мужчина хочет ускорить его переезд, но, видя его таким оживлённым, просто улыбнулся и не стал возражать. Упаковывать было особо нечего – только некоторые личные вещи, которые он оставила в доме сестры. Одежда, ноутбук и некоторые рабочие материалы — вот и все, что ему нужно было взять. Остальное он и так оставлял у сестры, как и мелочи, которые она в свою очередь оставила у него. Мистер Ти ждал внизу, категорично утверждая, что ему не следует подниматься в комнату Плаб — ведь она была незамужней. Пич усмехнулся, чувствуя легкое облегчение от заботы мафиози о его сестре, хотя теперь их близость казалась немного подозрительной. Его брови нахмурились, когда он задумался, о чём еще они могли говорить. ***** Высокий молодой мужчина нес чемодан, оставляя Пичу возможность взять ноутбук из машины. Он шел впереди, его шаги были настолько уверенными и непринужденными, что сотрудники кондоминиума даже не подумали попросить его предъявить удостоверение личности или что-то подобное. Пич тихо вздохнул. Как только он собрался последовать за ним внутрь, один из сотрудников поспешил приветствовать его. — Мистер Пич, почему вы вернулись так рано? Дела еще не улажены. — Улажены? Что вы имеете в виду? — Пич поднял бровь, совершенно сбитый с толку этим замечанием. — Э? Вы не проверяли чат группы кондоминиума? — удивленно спросил мужчина средних лет, доставая телефон, чтобы найти нужное сообщение, затем показал его Пичу. — На главной дороге впереди идет строительство. Они случайно повредили главный водопровод и собираются отключить воду на неделю для ремонта. Это еще не было сделано. Пич быстро достал телефон, чтобы проверить, и понял, что был настолько поглощен своими мыслями и работой в доме сестры, что не следил за обновлениями кондоминиума. Он отключил уведомления, поэтому если бы не проверил вручную, то не узнал бы о происходящем. После благодарности персоналу, Пич вернулся к машине с Тиракитом, чувствуя лёгкое раздражение за то, что не следил за обновлениями раньше. – Какой теперь план? — спросил Ти, обеспокоенным тоном, когда они уселись в авттомобиль. – Думаю, мне придётся остаться у Плаб сегодня ночью, — сказал Пич, устало вздохнув и прислонившись головой к окну. – Мне неловко перед ней. Она настаивает, чтобы я не платил за коммунальные услуги, но если я пойду в отель, она, вероятно, меня отругает. Ти, молодой босс мафии, задумался на мгновение, прищурив глаза, прежде чем предложить: – Почему бы тебе не остаться у меня? – Что? — ответил Пич, его голос затих от удивления. Он повернулся к Ти, сбитый с толку тем, как его квартира оказалась вариантом. – Моя квартира просторная. Там есть хороший стол для работы, всегда чистая гостевая комната, о которой заботится горничная. В комнате также есть большой телевизор для комфортного просмотра фильмов. Не беспокойся о счетах — я богат, и это не проблема. Ти объяснил, перечисляя преимущества своего жилья, как будто пытался соблазнить ребёнка конфетами. – Я ценю предложение, но действительно не хочу навязываться, — тихо возразил Пич, хотя его мысли уже склонялись к согласию. – Я мог бы снять отель или комнату на короткое время. Это не было бы большой проблемой. – Почему чувство вины? Мы же вместе, разве не так? Что плохого в том, что я забочусь о своём партнёре? — серьёзно произнёс Ти, его голос звучал как у опытного переговорщика. – К тому же, в моей квартире я всегда рядом. Буду с тобой, когда ты ешь, помогать с рабочими вопросами, сидеть допоздна... Я не просто твой партнёр; я семья и друг в одном лице. Пич поднял руку, чтобы закрыть лицо, его щёки горели от смущения, настолько, что он был уверен, что они стали ярко-красными. Он не мог поверить, что кто-то буквально пытался "продать" себя ему таким образом. Это было слишком. Он был так взволнован, что едва мог выдержать это. – Если тебе это не нравится, я куплю тебе новую квартиру. Честно говоря, твоё место небезопасно. Как они могут позволять посторонним так свободно ходить? — сказал мистер Ти, заканчивая свою фразу, доставая телефон, готовый сделать звонок. – Что ты делаешь? – Я звоню Моку. Я попрошу его прислать мне список квартир, которые он купил и в какие можно въехать прямо сегодня. Мы выберем одну прямо сейчас. Я не позволю тебе остаться в аренде или отеле. – Это не обязательно! — Пич быстро протянул руку, чтобы выхватить телефон Ти, осознав, что тот полностью серьёзен. – Ладно, ладно, я понял! Я останусь в твоей квартире на этой неделе. Извини за беспокойство. Ти повернулся, чтобы взглянуть на него, его большая рука мягко обернулась вокруг руки Пича. Кончики его пальцев описывали лёгкие круги, пока он не улыбнулся расслабленной, удовлетворённой улыбкой.