Я и Ти: #Сохраняйте спокойствие, Кхун Ти!

Пич привел молодого мафиози в роскошный торговый центр, сверкающий огнями в самом сердце города. Центр находился совсем рядом с кондоминиумом Ти, и, благодаря субботнему утру, поездка прошла на удивление спокойно, без привычных пробок, которые обычно превращали этот район в хаос. Но внутри все было иначе. Торговый центр буквально кипел жизнью: шумные семьи, смеющиеся подростки, пары с пакетами в руках — весь этот гул и суета казались нескончаемыми. Господин Ти, привыкший к тишине своих владений, мог бы легко раздражаться, но он настоял на том, чтобы свидание прошло без телохранителей. "Время вдвоем — это время вдвоем," — категорично заявил он, не оставляя места для возражений. Тем не менее, Пич заметил их — телохранителей, осторожно следующих на расстоянии, словно тени. Они не выделялись из толпы, и это немного успокаивало его. Однако, напряжение не покидало фотографа: он беспокоился, что тесная толпа может вывести Ти из себя. Что, если кто-то случайно заденет его? Или, хуже того, спровоцирует? Чтобы избежать малейшего риска, он инстинктивно схватил Ти за руку, крепко сжав ее. На мгновение он обернулся. И что он увидел? Господин Ти выглядел... довольным. Его лицо, обычно непроницаемое, сейчас излучало что-то необычное, почти теплое. Это была не явная улыбка, но для Пича, который научился читать даже мельчайшие изменения в выражении Ти, разница была очевидна. Он был спокоен, расслаблен, словно этот шумный водоворот людей действовал на него умиротворяюще. Но почему? Что могло так поднять ему настроение? Парень решил не задавать вопросов. Какая разница? Главное, что Ти был не раздражен. Вместо этого он уверенно вел его через толпу, стараясь избегать столкновений. И тут он почувствовал, как мужчина крепче сжал его руку. Пич замер на мгновение, но, взглянув на Ти, увидел, что тот просто идет за ним, не высказывая ни малейшего недовольства. Что ж, возможно, это свидание не такое уж плохое. Пич предложил отправиться в менее людный кинотеатр или даже арендовать VIP-зал, опасаясь, что шум и толпа могут нервировать мафиози. Однако Ти категорически отказался, твёрдо заявив, что хочет ощутить, как выглядит обычная жизнь. Он предпочёл не усложнять Пичу задачу, желая быть частью его привычного дня. Они подошли к эскалатору, ведущему на уровень кинотеатра. Фотограф заметил, как господин Ти, до этого молчаливый и спокойный, вдруг оживился, когда они приблизились к кассе. Его взгляд задержался на большом экране с выбором мест. – Нам обязательно выбирать места? — спросил мужчина, нахмурившись. Его голос прозвучал с лёгкой растерянностью, словно он столкнулся с чем-то совершенно новым. Пич не смог сдержать улыбки, вспомнив, как утром тот упомянул, что не был в кино уже много лет. Это явно подтвердилось его замешательством. – Да, сначала выбираем время сеанса, а потом места, — объяснил Пич, задумчиво скрещивая руки. – Я обычно предпочитаю верхние ряды. Вид лучше, но... они дороже. Ти посмотрел на экран с таким серьёзным выражением, будто перед ним стояла задача государственной важности. – А что в этих местах такого особенного? — спросил он, пристально изучая схему зала. – Они выше, поэтому обзор лучше. Но в небольших залах это не так важно. Вот эти места тоже вполне хорошие, — Пич указал на ряды чуть ниже. – Кстати, на верхнем ряду есть парные диваны. Здесь же только одиночные кресла. Я обычно беру одиночные, потому что часто хожу в кино один. Ти, не раздумывая, выбрал парные места. Этот жест застал парня врасплох. Не только выбор удивил его, но и то, как мафиози, высокий и внушительный, наклонился к экрану настолько близко, что его присутствие буквально окутало фотографа. Всего несколько секунд их разделяло лишь дыхание, но этого хватило, чтобы Пич почувствовал тепло, исходящее от Ти. Его сердце вдруг забилось быстрее, а слова застряли где-то в горле. Слишком близко. Слишком близко. Пич инстинктивно прижал руку к груди, пытаясь унять бешеный ритм своего сердца. Его пальцы нервно касались экрана, будто он проверял что-то важное, но покрасневшие щеки и уши выдавали его с головой. Мужчина заметил это. Его взгляд на мгновение задержался на лице парня, и уголки губ дрогнули в едва заметной улыбке, которая была почти насмешливой, но в то же время удивительно теплой. Когда на экране появилась форма оплаты, Ти без колебаний достал из кармана свою элегантную чёрную кредитную карту. Пич мельком взглянул на неё и, закатив глаза, взял карту, не говоря ни слова. Проведя картой, он протянул пластик обратно, ожидая, что Ти заберёт её, но тот сделал нечто неожиданное. Вместо того чтобы взять кредитку, мужчина схватил руку Пича, а карту сунул ему в ладонь с лёгкой небрежностью. — Забери её. — Его голос звучал спокойно, но в нём проскальзывала нотка твёрдости. — Ты всё равно собираешься платить за всё, — буркнул Пич, пытаясь вернуть кредитку. Но Ти лишь крепче сжал его руку и, не давая шанса на протест, повёл его вперёд. Фотограф вздохнул, понимая, что спорить бесполезно, и молча последовал за ним. Они подошли к стойке с напитками. Попкорн брать не стали — Ти всегда считал, что закуски отвлекают от фильма, а Пич знал за собой привычку так увлекаться происходящим на экране, что забывал о еде. Один глоток напитка был для него вполне достаточным, чтобы не пересыхало горло. Молодой фотограф проводил их к местам в зале — паре роскошных золотистых бархатных диванов. Пич сел первым, но замер на мгновение, когда рядом устроился Ти. Его широкие плечи и крепкая фигура с легкостью заполнили пространство рядом. Мафиози, с его экзотической внешностью и природной уверенностью, выглядел настолько непринуждённо, словно всё вокруг было создано специально для него. Когда их тела слегка соприкоснулись, Пич ощутил волну смущения, будто это был его первый опыт близости с кем-то. Он не мог объяснить себе, почему так реагирует. В отличие от него, Ти оставался абсолютно спокойным. Словно между ними всегда была эта связь, он мягко подтянул Пича ближе, позволив его голове устроиться на своём крепком плече. – Хорошее место выбрали, — пробормотал Тиракит, его голос звучал низко и бархатисто. В этот момент рука Пича случайно скользнула по ноге мужчины, и тот тихо рассмеялся. Этот глубокий, хрипловатый смех вибрацией отозвался в груди, к которой прижимался фотограф. Ти не остановился на этом — его пальцы нежно коснулись плеча парня, словно утешая и успокаивая. Пич чувствовал, как его щеки заливает жар, но тепло, исходящее от мафиози, постепенно растворяло его неловкость. Он закрыл глаза, позволяя себе расслабиться, и его голова удобно устроилась на сильной фигуре. В этот момент всё вокруг перестало существовать. Только они вдвоём, их близость и уют. Ти принадлежал ему, а он — Ти. Это было так естественно, что Пич даже не пытался сопротивляться. Но где-то в глубине души он усмехнулся, представляя, как друзья будут подшучивать над ним: «Ты совсем размяк!» Пич попытался сосредоточиться на фильме, но каждый раз, когда рука Ти мягко касалась его плеча, его мысли вновь возвращались к тому, кто сидел рядом. Фильм длился чуть больше двух часов, но история оказалась настолько увлекательной, что время пролетело незаметно. А рядом с Ти это время казалось ещё более ценным. Когда начались финальные титры, он не отрывал взгляда от экрана, терпеливо ожидая, пока последний из них не исчезнет, словно отдавая дань уважения каждому, кто вложил душу в создание фильма. В это время он потянулся, чувствуя, как напряжение в мышцах медленно уходит после долгого сидения. Затем он повернулся к Ти, который был рядом с ним все эти два часа, и с легкой тревогой в голосе спросил: – У вас все в порядке, мистер Ти? Простите, я так увлекся фильмом, что совсем забыл о вас. – Все отлично, – Ти мягко улыбнулся и покачал головой, а затем протянул руку, чтобы осторожно помассировать шею Пича. Его прикосновения были легкими, почти невесомыми, но в них ощущалась забота. – Это даже приятно, – признался фотограф, позволяя себе расслабиться. Он закрыл глаза, наслаждаясь моментом, пока мужчина продолжал массаж. В какой-то момент Пич заметил, как тот тихо пробормотал что-то себе под нос, но решил не спрашивать, что именно. – Фильм был потрясающим, – наконец заговорил Пич, открывая глаза. – Мне действительно нравится этот режиссер. Сюжет такой захватывающий, но под конец я немного запутался. Ти кивнул, соглашаясь, и начал делиться своими мыслями. Их обсуждение превратилось в живую беседу, наполненную разными точками зрения, и молодой человек поймал себя на мысли, что давно не наслаждался таким увлекательным разговором после фильма. – Ну, куда теперь? – спросил Ти, поднимаясь с места и протягивая руку Пичу, чтобы помочь ему встать. – Ты голоден? Уже полдень, и тебе нужно вовремя есть. Не забывай о своем гастрите. Пич моргнул, ощущая, как теплое, необъяснимое чувство разливается по груди. Он был почти уверен, что никогда не упоминал Ти о своем гастрите. Значит, тот каким-то образом узнал об этом сам. Но сам факт, что он спросил, что проявил заботу, заставил сердце парня забиться быстрее, наполняя его светом. Это было не просто приятное чувство — теперь Пич осознал, что этот мафиози, стоящий перед ним, действительно ему нравится. – Да, давай что-нибудь поедим, – сказал он, сжимая руку мафиози чуть крепче, будто боялся отпустить. Затем, сделав шаг рядом с ним, добавил: – На этот раз выбор за тобой. Обычно ты выбираешь места, которые нравятся мне, но я хочу узнать, что любишь ты. Ти поднял брови, удивленный, но его улыбка и искрящийся взгляд выдавали неподдельную радость. Пич не смог удержаться и ответил ему такой же широкой улыбкой. На этот раз Ти вел их. Единственное, что оставалось неизменным, — их руки, переплетенные так крепко, словно они боялись потерять друг друга. Они шли бок о бок, пока не остановились перед элегантным итальянским рестораном. Пич замер, глядя на вывеску. Он слышал об этом месте — знаменитый ресторан со звездой Мишлен. Но он никогда бы не подумал, что окажется здесь, особенно в своей простой футболке и джинсах. – Ты уверен, что нас сюда пустят? — пробормотал он, ощущая легкую неловкость. Но Ти лишь усмехнулся, его уверенность была непоколебима. Он открыл дверь с непринужденной грацией и пригласил Пича внутрь. – Это сеть, дресс-код не нужен, — пояснил он с озорным блеском в глазах, который выдавал его скрытую насмешку. Пич нахмурился, почувствовав легкое раздражение, но мужчина лишь слегка усмехнулся и уверенно повёл его внутрь. Они оказались в VIP-зале с огромными окнами, из которых открывался вид на фонтан, сверкавший за пределами торгового центра. Просторный зал был наполнен атмосферой роскоши, но в то же время казался уютным. Фотограф на мгновение замер, разглядывая обстановку, прежде чем его взгляд упал на меню, лежащее на столе. Итальянская кухня всегда казалась ему интересной, но он ел её крайне редко. А здесь, в этом шикарном ресторане, где названия блюд звучали как музыка, он почувствовал себя совершенно потерянным. Что выбрать? В чём разница между этими названиями? Эти вопросы кружились в его голове. Он украдкой взглянул на Ти, который с лёгкостью листал меню, выглядя так, будто был здесь не в первый раз. Его расслабленность и уверенность заставили Пича почувствовать себя ещё более смущённым. – Ты часто сюда ходишь? – наконец спросил он, стараясь скрыть свою неуверенность. – Довольно часто, – ответил Ти, не отрывая взгляда от меню. – Мне нравится европейская кухня, а здесь её готовят действительно мастерски. Вкусы идеально сбалансированы. – Но… Как насчёт того, чтобы пойти в другое место, если тебе не нравиться? – нахмурился Ти, сразу закрыв меню, но Пич быстро схватил его за руку. – Нет, всё в порядке. Вы были очень добры ко мне, мистер Ти. На этот раз я хочу попробовать что-то, что нравится вам, – молодой человек покачал головой и сухо улыбнулся. – Но меню действительно сложное. Я никогда здесь не заказывал. Мне слишком неловко спрашивать у персонала. Можете выбрать за меня? Мистер Мафия мягко улыбнулся, его глаза тепло засветились. Он, казалось, нисколько не был смущён путаницей Пича в сложном меню и был рад помочь. – Что ты хочешь поесть? Я могу что-то предложить. – Я буду то же, что и ты, – Пич ярко улыбнулся. – Я тоже хочу быть частью твоей жизни, мистер Ти. Высокий мужчина прикусил губу, его глаза засияли, и молодой фотограф невольно уставился на него. Он очнулся только тогда, когда Ти потянулся и нежно ущипнул его за ухо, его лицо покраснело. – Не будь таким милым, Пич. Я стараюсь сдерживаться. Глаза Пича расширились. Он закусил губу, чтобы подавить улыбку, но его щеки уже горели. Он быстро спрятался за меню, притворяясь, что снова его читает, хотя всё равно не понимал, что там написано. Почему признание в симпатии ко мне заставляет меня чувствовать себя ещё более смущённым? Ти лишь тихо рассмеялся, не пытаясь продолжать спор. Затем он слегка наклонился назад и махнул рукой, чтобы подозвать официанта. Мужчина уверенно заказал несколько блюд с названиями, которые звучали так, будто их можно было выучить только после долгих тренировок, затем закрыл меню и передал его обратно. Пич, сидя напротив, внимательно смотрел на мафиози. Его высокий силуэт был обрамлен мягким светом ресторана, а обычно идеально уложенные волосы сегодня выглядели чуть более растрепанными, что придавало ему непринужденный, даже юношеский вид. Его дымчатые глаза, в которые Пич мог бы смотреть бесконечно, засияли, когда их взгляды пересеклись. – У меня есть вопрос, – наконец решился фотограф, нарушив тишину, которая становилась почти осязаемой. Атмосфера была настолько спокойной, что он почувствовал легкое беспокойство, как будто его сердце сбилось с привычного ритма. Сидеть вот так, просто глядя друг на друга, казалось одновременно и уютным, и тревожным. – Спрашивай, – ответил Ти, слегка приподняв бровь, как будто уже предвкушая что-то необычное. – Какой кофе ты любишь? – Пич начал с простого вопроса, но, заметив легкое удивление на лице мужчины, поспешно добавил: – Ты ведь знаешь обо мне всё. Когда Плаб приходила, я уверен, ты услышал достаточно, чтобы казаться моим родственником. Это нечестно. Он нахмурился, его взгляд стал серьёзным, а складка на лбу углубилась. Но Ти лишь снова тихо рассмеялся, как будто всё происходящее его забавляло. Это только подогрело раздражение Пича. – Я серьёзно, Ти, – настаивал он, чувствуя, как внутри закипает желание ударить человека, который сидел перед ним с такой невозмутимостью. – У меня нет твоих ресурсов, чтобы узнавать всё о людях. Но я хочу знать тебя. Я хочу узнать о тебе больше. Глаза Ти заискрились, и на его лице появилась та самая улыбка, от которой у Пича всегда перехватывало дыхание. – Эспрессо, – ответил он коротко, без малейшей паузы. Пич, внезапно осознавший, что чуть не потерял нить разговора, вспомнил свой первоначальный вопрос и не смог сдержать лёгкую улыбку. – Понятно. Но, знаешь, это слишком горько для меня. Я могу пить его только если оно больше похоже на американо, – сказал он, слегка морщась при воспоминании о маленькой чашке эспрессо. – А какая у тебя любимая еда? – Итальянская кухня, – быстро ответил Ти, пристально глядя на него, вместо того чтобы задать следующий вопрос. Пич широко улыбнулся, абсолютно уверенный в своём ответе. – Японская, – заявил он с уверенностью. Разговор продолжался, словно игра в пинг-понг, где вопросы и ответы летали туда-сюда. Вскоре обед подошёл к концу. Пич не мог не заметить, как Ти с энтузиазмом рассказывал о своей любви к сыру и молочным продуктам. Его выбор блюд отражал это: одно из них было буквально утоплено в сыре, а остальные – те, которые и сам Пич с удовольствием бы попробовал. Когда они начали есть, Пич с удивлением понял, что ему всё нравится гораздо больше, чем он ожидал. Ти, как всегда, уделял внимание даже самым мелким деталям. – Итак, куда теперь? – спросил Ти, передавая официанту свою элегантную золотую кредитную карту. Пич хотел было спросить, сколько у него таких карт, но решил воздержаться. Он боялся, что правда может его шокировать. – Я хочу показать тебе больше о себе, – сказал Пич с лёгкой улыбкой, решив пригласить его в своё личное пространство. – Ты хочешь пойти со мной? – Если это с тобой, я пойду куда угодно. Пич, довольный таким ответом, не смог скрыть своей радости, его щеки слегка покраснели. Затем он предложил Ти присоединиться к нему для шопинга. Ти, не раздумывая, согласился. Молодой человек взял несколько вещей – закуски, учебники, пару книг и другие мелочи. Однако количество оказалось немалым, и мафиози, слегка приподняв бровь, с любопытством наблюдал за происходящим. Не говоря ни слова, он протянул свою карту, словно намекая, что готов оплатить всё, что пожелает Пич. Они загрузили покупки в машину, и Ти повёл её по указанному фотографом адресу. Дорога петляла, пока они не добрались до окраины города. Наконец, роскошный автомобиль остановился перед простым прямоугольным зданием. Пич открыл дверь, вышел и с лёгкостью поприветствовал женщину, стоящую у входа. Быстро обменявшись объятиями и несколькими словами, он повернулся к Тиракиту, который следовал за ним внутрь. – Мистер Ти, это мисс Нуалфонг. Она смотрительница приюта, – сказал молодой человек. Ти удивлённо поднял брови, не задавая вопросов, но его взгляд говорил сам за себя. Пич с улыбкой пояснил: – Это приют, где выросли я и Плаб.