До полюса

Чуя сидел в маленькой токийской раменной, медленно потягивая зелёный чай из глиняной чашки. Пошёл уже второй час, как он находился здесь. Раменная располагалась напротив небольшого мотеля на окраине города, где, по предположительным данным, в последнее время проживал Аояма Кай. Они с Дазаем уже около недели колесили по Токио и пригородам, расспрашивая свидетелей и пытаясь выяснить, куда тот подевался. Они даже подсылали людей к его семье, но те не подавали виду и утверждали, что не знают, где находится Аояма Кай. Из красно-бордовой двери мотеля вышел человек в чёрном пальто. Приподнявшись, Чуя всмотрелся в его лицо — на Аояму Кая он похож не был, хотя по времени именно в этот час тот должен был покидать свой номер. Не дожидаясь, пока незнакомец уйдёт далеко, Чуя поднялся со своего места и быстро направился к выходу. — Дазай, мне следовать за ним? В микрофоне послышался шум, шуршание, и лишь потом последовал ответ: — Это вряд ли он. По фотографии совсем не похож. — Изменение внешности? Вряд ли он смог бы так долго скрываться от Портовой мафии без чего-то подобного. — Может быть. Но гарантий нет. — Тогда я в любом случае прослежу. Будь на связи, — и Чуя ускорил шаг. Предполагаемый Аояма Кай быстро шёл по улице, сворачивая на параллельную, более узкую и нежилую, где по большей части располагались складские помещения. Вся эта часть Токио была очень необжитой, обшарпанной и сильно напоминала портовые районы Йокогамы. Здесь нельзя было затеряться — вокруг почти не было людей, и то, как скоро его заметят, было лишь вопросом времени. Но преследуемый продолжал свой путь без оглядки, будто сильно спешил и даже не задумывался, что кто-то идёт за ним следом. Внезапно в нос ударил запах альф и, предположительно, бет. По телу пробежали мурашки. Сжав кулаки, Чуя почувствовал, как по пальцам и кистям пробежали знакомые вибрации активированной гравитации. Он не боялся — защитить себя он точно сможет. — И куда мы идём? — раздался голос, а следом прошумел громкий смех. За ним шла целая толпа молодых альф и бет — совсем юные, сбившиеся в группировку и оккупировавшие здешний микрорайон. Чуя их не боялся: что бы они ни строили из себя — его они не страшили. Некоторое время он пытался их игнорировать, однако они продолжали своё преследование, выкрикивая привычные оскорбительные реплики. Отпускать из виду «Аояму Кая» не хотелось, но голоса позади приближались и звучали уже совсем рядом. — Ну постой, куда ты! Давай поговорим, малыш, — резким движением альфа схватил его чуть выше локтя, дёрнув на себя. Чуя замер, и в следующий момент ярко-красный свет охватил его ладони, а затем и всё тело. Почувствовав это, альфа резко отпрянул. — Он эспер! — выкрикнул один из них. — И что? Будто среди нас их нет, — усмехнулся другой, более худощавый альфа и вышел вперёд. Вскинув руки, он выпустил разряды электричества. На миг Чуя растерялся, боевые эсперы всегда представляли опасность, и с ними нужно было быть осторожным, а тут — ток. Сгруппировавшись, Чуя выставил вокруг себя защитное поле, отражая удар альфы. Получилось намного легче, чем он предполагал, отчего он не только защитил себя, но и перенаправил в противника выпущенный гравитационный луч, откинув того в сторону. Остальные альфы растерянно смотрели, не зная, что делать. — Ну, хотите ещё поиграть? — ухмыльнулся Чуя, делая шаг в их направлении. Некоторые из них в спешке принялись доставать пистолеты, но Чуя уже успел выдернуть их из рук и отбросить в сторону. Гравитация полностью подчинялась ему и, казалось, лишь набирала силу. Раньше Мори часто любил повторять, что даже если омеги рождаются эсперами, то их способности значительно слабее, чем у альф, а во взрослом возрасте и вовсе исчезают. Но не у него. Со временем гравитация лишь сильнее подчинялась ему, превращаясь в мощное оружие против врагов. К тому же, постоянно совершенствуя боевые навыки на тренировках, Чуя всё реже встречал тех, кто мог бы ему противостоять — даже среди альф-эсперов с боевыми способностями. Отбросив в сторону последний пистолет, Чуя оглядел их с ухмылкой — сборище слабых, растерянных щенков, не больше и не меньше. На миг ему даже стало их жаль. Они были совсем малолетками, которые решили, что могут укрепить своё влияние на одной из улиц Токио. Не пройдёт и года, как сюда придёт другая группировка и раздерёт их в клочья. Оказавшись полностью безоружными, альфы попятились назад. Чуе даже не пришлось их прогонять — мусор вынес себя сам, и совсем скоро он остался совершенно один на безлюдной улице. К тому моменту предполагаемый Аояма Кай точно скрылся, и уже не было смысла за ним гнаться. — Дазай? — обратился он к напарнику через гарнитуру, но на той стороне было тихо. Видимо, тот прервал звонок, и пришлось набирать снова. — Чёрт, как всегда. Но на звонки Осаму тоже не отвечал, и, недолго думая, Чуя пошёл дальше по улице в надежде найти «Аояму Кая», чтобы убедиться в его личности, а потом уже вернуться в мотель и провести там обыск. Пройдя пару кварталов, Чуя вышел на более оживлённую улицу одного из спальных районов Токио. Полузаброшенные складские помещения сменились невысокими многоэтажками, где во дворе играли дети, а по улицам проходили занятые работой и домашними делами местные жители. На их фоне Чуя в своём чёрном полуофициальном костюме и классической шляпе выглядел настоящей белой вороной, из-за чего на него постоянно оглядывались и с подозрением осматривали. Интересно, Аояма скрылся где-то здесь? Закурив, Чуя окинул взглядом окружающие дома. За последние годы бедность в Японии усилилась, и её последствия отражались буквально на всём. Люди всё меньше могли позволить себе новую аккуратную одежду, постоянно перерабатывали, а во дворах многоэтажек всё чаще можно было заметить маленькие огороды, где выращивали столь дорогие сейчас овощи и ягоды. К тому же, уровень преступности постоянно полз вверх. И если для него, человека, который сам занимался криминалом, подобное было лишь привычным фоном, то для обычных жителей это было настоящим неудобством. Сводки кишели новостями об убийствах, изнасилованиях, похищениях и бесконечных перестрелках. Это было уже не только частью его рабочего пейзажа — оно стало частью привычной повседневности для всех. Внезапно раздался звук приближающейся машины, и на горизонте он увидел на полной скорости мчавшуюся к нему чёрную «Хонду». Водитель ехал криво, почти зигзагом, постоянно рискуя врезаться в проходящих мимо людей. Поняв, что тот направляется прямо к нему, Чуя предусмотрительно пропустил через пальцы разряд способности, готовясь в случае чего дать отпор. По мере приближения машина начала сбавлять скорость и вскоре затормозила, остановившись в паре метров от него. Теперь Чуя мог заметить, что её водителем был Дазай. Действительно, кто ещё мог бы так «мастерски» вести машину. — Эй, подставка для шляп, садись быстрее! — прокричал ему Осаму сквозь приоткрытое окно. — Нам нужно удирать, так что садись за руль. — В смысле?? — опешил Чуя, подбегая к нему. Перебравшись на соседнее сиденье, Дазай откинулся на спинку кресла, дожидаясь, пока Чуя сядет рядом. Осаму никогда не умел нормально водить. Точнее, он вообще почти не умел и занимался этим только в крайних случаях, таких, как сейчас. Мори пытался его научить, всячески таская на всевозможные дополнительные уроки, но ничего не получалось — Осаму продолжал врезаться во все препятствия на пути. Чуя к этому привык. Водить он любил и делал это хорошо. И сейчас он тоже быстро занял водительское место и сразу вдавил на педаль. Машина рванула вперёд. — Дазай, что происходит? — спросил его Чуя, когда они выехали с узкой дороги на трассу и помчались вдоль зелёной полоски леса. — Возникли некоторые трудности… — Какие трудности!? Кто за тобой гонится? Но отвечать уже было не нужно. В зеркале заднего вида Чуя увидел два чёрных «Ниссана» с тонированными стёклами, которые, обгоняя другие машины, направлялись прямо к ним. — Понимаешь, пока я тебя ждал, произошла небольшая стычка с одним типом, а он оказался членом китайской мафии. — Что?? — Чуя не верил своим ушам. — Ты не шутишь? Какого чёрта, Дазай!? — Так получилось! — воскликнул он. — Но ничего, мы сейчас уедем. Поднажми газа. — Заткнись, без тебя знаю, — и лишь потом Чуя увеличил скорость. — Я не собираюсь мириться с оскорблениями, — возмущённо заявил Дазай. — Какого чёрта я должен терпеть пренебрежительное отношение от кого попало?! — Потому что мы на миссии, блять! И ты должен быть тише воды, ниже травы. Китайские группировки всегда славились своей беспощадностью, особенно те, которые базировались в Токио. Они забирали себе лучшие районы, покрывали самые ценные бордели и транспортные развязки. Там числилось множество сильных эсперов и профессиональных киллеров. Все знали — с ними лучше не связываться. В Йокогаме Мори смог с ними договориться, что требовало очень больших усилий, но зато теперь их люди не участвовали в постоянных уличных боях, а Дазай своей наглостью и безрассудностью поставил всё под удар. — Да не переживай, Чуя. Прорвёмся. И в следующий момент череда выстрелов обрушилась на их машину. Одна из пуль даже прошла насквозь и чудом не попала в Чую, пролетев буквально в нескольких сантиметрах. — Да ладно?! Но позлиться на Дазая можно будет потом — сейчас нужно было действовать. Активировав гравитацию, Чуя начал расширять защитное поле, чтобы оно полностью накрыло машину. Сил это требовало огромных, но он надеялся, что сможет продержаться, пока они не оторвутся. Попутно он продолжал увеличивать скорость, а Дазай тем временем перезарядил пистолет и нажал на кнопку, открывая крышу автомобиля. — Ну, сейчас посмотрим, какие они смелые. Прикрой, Чуя, — и, высунувшись через люк, принялся выпускать обойму по их преследователям. Резко развернувшись, Чуя вдавил газ и быстро помчался по дороге, ощущая, как ветер через открытое окно приятно холодит разогретую кожу. Дазай держался крепко. Он всегда отличался особой ловкостью, когда стоял подобным образом на сидении и метко целился по движущимся мишеням. Адреналин приятно будоражил. Они будто вернулись в прошлое на несколько лет назад, когда не существовало ничего, кроме погонь, перестрелок и совместных ночей на тесном диване где-то на задворках чужих городов. Тогда у них не было физической близости, но всё так искрило, было таким будоражащим и захватывающим, что этого хватало с лихвой. И лишь сейчас, лишившись любимой работы и образа жизни, а потом вновь в неё вернувшись, Чуя понял, насколько по этому скучал. Ещё несколько выстрелов — и Дазай вновь нырнул обратно в салон. К счастью, совсем не раненый. — Зачистил? — Вроде бы, но водитель жив. Непонятно, есть ли кто ещё в салоне. Лучше быть настороже. — Они вроде бы отстают, — сообщил Чуя, наблюдая, как два чёрных «Ниссана» теряются на горизонте. — Замечательно! — Дазай вынул из кармана пачку сигарет и закурил. — Значит, будет время свалить из Токио. — Какое «свалить»? Мы так и не нашли Аояму Кая. — Сомневаюсь, что он здесь. Я запросил данные со счетов его мужа-омеги — там есть некоторые подозрительные операции. Он, конечно, наплёл нам, что давно его не видел и вообще тот ушёл из семьи, но думаю — он врёт. — Конечно, врёт. Кто будет сдавать своего близкого. — Ну, мало ли, но этот тыл прикрывает. Поэтому я и запросил детали. Так вот, скорее всего, он скрывается на Хоккайдо. — На Хоккайдо? Ебать его занесло. — При побеге от Портовой Мафии и не оттуда убежишь. — Лучше уж сразу на северный полюс. Поспокойнее будет, — хмыкнул Чуя. — Кстати, дай мне тоже сигарету. Курить до чёрта хочется. Пододвинувшись ближе, Дазай сунул недокуренную сигарету Чуе в рот — приятный крепкий дым сразу ударил вновь — а свободной рукой коснулся его колена, двигаясь ближе к ширинке, приятно трогая, заставляя по телу бешено бегать мурашки. Медленно, до истомы сладко. Чуя хотел было остановить его — какого черта он лезет к нему, пока они несутся по оживленной трассе, но Дазай уже ловко справился с его ширинкой и скользнул рукой под боксеры. От прикосновений его сразу пробрало и Чуя тихо простонал, сильнее стискивая зубами сигарету. — Всегда мечтал провернуть подобное, — промурлыкал Дазай, крепче сжимая его член. — Скорость, погоня, перестрелки, а я между твоих ног делаю тебе минет. — Грёбанный придурок, — наконец произнёс Чуя, найдя в себе силы достать сигарету из зубов и покашливая от дыма. — Ты понимаешь, что мы можем врезаться? — Не врежемся, — он быстрым движением провёл языком по головке. — Не знаю никого, кто водил бы лучше тебя. И в следующий миг он полностью взял всю его длину в рот. Даже если бы Чуя хотел — он бы не нашёл в себе силы его прогнать. Не тогда, когда Дазая брал так глубоко, крепко обхватывая его губами, заставляя почувствовать всё слишком резко. Его движения были медленными, абсолютно идеальным. Он делал всё так, как любил Чуя — с нужным темпом, ласками, движениями, только сейчас они были не в спальне, а мчались по оживлённой трассе, рискуя в любой момент вылететь на встречку. Но в тот момент Чуе действительно стало всё равно. Он был бы не против умереть вот так, зато не пришлось бы больше не о чём думать, переживать. Смерть в момент удовольствия, это то, о чём обычно мечтал Дазай, но вот впервые Чуя был готов разделить с ним столь извращённое двойное самоубийство. Тихо простонав, Чуя крепко сжал руль, пытаясь хоть немного прийти в себя. Нет, умирать он точно не хотел. Не так и не здесь. Дазай тем временем продолжал скользить по его члену, крепко сжимая у основания, доводя его до предела. И Чуя позволил себе последнюю слабость — лишь на миг закрыть глаза, ощущая всю полноту оргазма, когда он излился Дазаю в рот. — Как же приятно слышать твои стоны, — улыбнулся Дазай, отстранившись, но всё ещё склоняясь над его пахом. — Самый лучший звук на свете. — Заткнись, — вырвалось у Чуи. Нахлынувшая на него волна, наконец, начала спадать, позволяя нормально мыслить. Поднявшись, Дазай откинулся на сидение, разглаживая помявшееся пальто и вытирая рукавом рот. Щёки у него были раскрасневшиеся, волосы растрепанные, по-глупому торчали в разные стороны. — Следи за дорогой, Чуя, — улыбнулся он будто немного пьяно. — Иначе есть риск, что мы действительно совершим двойное самоубийство. — А ты будто сильно против. — Не поверишь, но я впервые не хочу умирать. Ведь если я умру, то это значит, что нам придётся расстаться. Что ты несёшь, придурок. В последнее время поведение Дазая отличалось странностью, но сейчас оно дошло до какого-то предела. Или просто сам Чуя уже не мог справляться с подобным. Он всеми силами пытался не вестись, не подкупаться на лесть и попытки запудрить себе мозги, чтобы потом не было больно падать, а Дазай всё продолжал. Настойчиво наступая, будто пытаясь найти к нему новые подходы или способы очаровать, Осаму по-щенячьи влюблённо смотрел на него, не отрываясь. И Чуя чувствовал, как слабела его выдержка. — Просто молчи, — бросил он, прибавляя газу. Дазай действительно замолчал. Не стал больше препираться или кидать подколы. Мечтательно улыбаясь и тихо напевая неразборчивую мелодию себе под нос, он неспешно следил за сменяющимися за окном машины пейзажами, дожидаясь, когда его довезут до служебной квартиры. К месту они добрались уже затемно. Измотанные беготнёй и постоянной слежкой, они ввалились в маленькую квартиру, неся в руках пакеты с готовой едой. В одном из них лежала бутылка вина, которую Дазай прихватил в магазине. Чуя был против, они всё ещё находились на миссии, где им нужно было быть полностью собранными и готовыми в любой момент броситься в погоню. — С каких пор ты стал таким серьёзным? — по-театральному трагично протянул Дазай, всё ещё не выпуская бутылку из рук. — Мы же раньше постоянно выпивали после возвращения с дела. — Так мы ещё не вернулись! Или мы уже поймали Аояму Кая, а я удивительным образом не заметил? — Ну, Чууууу-яяя, — не унимался он. Отчасти Чуя понимал, почему изменилось его отношение. Если раньше он просто выполнял свою работу, зная, кто он и чем именно занимается, то теперь будто старался доказать свою полезность. Это была его первая выездная миссия за более чем год, и ему хотелось показать все свои навыки — показать, что он стоит того, чтобы закрыть глаза на его вторичный пол и позволить ему работать, как раньше. Только вот пока ни черта не получалось. Аояма Кай будто сквозь землю провалился. Они уже более пяти дней ходили от одной точки к другой, допрашивая свидетелей, карауля у выходов и собирая все возможные улики — и ничего. Никаких зацепок. Чуя был готов уже снести весь Токио к чертям с помощью гравитации, лишь бы достать эту прятавшуюся где-то тварь, но точно не сидеть, отдыхать и попивать вино. Однако Дазай всё же купил бутылку, и теперь она стояла на столешнице по соседству с купленными в конбини бенто. Ладно, стакан вина перед сном не повредит. После душа и переодевания в мягкую футболку с шортами стало легче. Он будто смыл с себя всю изматывающую усталость. Вытерев волосы полотенцем, Чуя вернулся обратно на кухню, где Дазай уже медленно потягивал вино, так и не притронувшись к своей еде. В руках у него был телефон, и он что-то неспешно печатал на экране. — Что-то случилось? — Мори написал. Они получили информацию, что Аояма Кай выехал, пересёк границу и сейчас находится в Таиланде. Кажется, мы опоздали. — Охуенно. Просто охуенно. Подойдя к столешнице, Чуя одним резким движением наполнил стакан красным вином и сразу же сделал несколько глубоких глотков. Теперь уж точно можно пить. Только вот не отмечать, а скорее заливать алкоголем чувство своей собственной ничтожности. — Да брось, Чуя-кун, — кинул ему Дазай. — Это изначально было провальной идеей. Мори лишь попытался поймать его за хвост в последний момент, но не вышло. — Мы могли работать лучше. — Вряд ли. Скорее всего, ему донесли о нас ещё до того, как мы въехали в Токио. Он знал, что за его головой идёт Портовая Мафия. Вероятно, так и было, только вот Чуя всё равно считал всё случившееся полным провалом. Возвращаться ни с чем в Йокогаму всегда было унизительно, однако сейчас это воспринималось особенно остро и дико. Мори доверился ему, несмотря на свои убеждения и взгляды, а они никого не поймали. И было бы неудивительно, если бы после произошедшего его вновь посадили дома перед компьютером. Вино сразу дало в голову. Особенностью его тела всегда было быстрое опьянение: пока Дазай спокойно сносил полбутылки виски, Чуе было достаточно одного бокала, чтобы пространство вокруг него заиграло более яркими красками. Но сейчас это было на руку — сейчас это был единственный способ отвлечься. — Получается, завтра домой? — спросил Чуя, присаживаясь на край дивана. — Ты — да, а я в Осаку. Мори сказал, что там будут проходить очередные уроки по подготовке. — Прям в Осаке? Он серьёзно подошёл к твоей подготовке на место на будущего босса. В ответ Дазай раздражённо скривился. — Ничего там особенного нет. Вообще не понимаю, к чему эта мишура, — пододвинувшись ближе, он обвил рукой Чую за талию и, уткнувшись носом ему в спину, прошептал: — С большим удовольствием я бы уехал обратно домой — с тобой. — Да, было бы неплохо. — А может, я так и сделаю? Срать я хотел на Мори и его подготовку. — Охуел? — Нет, серьёзно, это полностью бесполезное занятие, которому Мори почему-то придаёт какой-то сакральный смысл. — Но ему это важно, и, приглашая тебя, он показывает, что доверяет тебе. — Зато я ему — нет. Чуя лишь закатил глаза. Годы шли, а Дазай в своём ребяческом противостоянии Мори совсем не менялся и оставался всё таким же упрямым, вечно недовольным мальчишкой. Порой Чуя не понимал, почему Мори так отчаянно тащил Дазая туда, куда тот не хотел идти и словно упирался всеми конечностями. Ведь на роль будущего босса Портовой Мафии стояла толпа претендентов, и каждый из них не хуже Дазая, а может, даже и лучше: выдающиеся эсперы, каждый из которых преуспел в своём деле. Но никто из них не интересовал Мори — ещё десять лет назад он решил, что будущим боссом Портовой Мафии будет Дазай и никто другой. — Не валяй дурака, — нахмурился Чуя, поднимаясь. Дазаю пришлось отстраниться и вновь прислониться спиной к дивану. — Поедешь в Осаку, а я — в Йокогаму. Потом встретимся. В следующий миг у него в кармане завибрировал телефон. Достав его, он увидел пришедшее письмо на электронную почту с пометкой «секретно». Обычно так помечались документы или сообщения, предназначенные для личного прочтения. Поэтому, ничего не сказав Дазаю, Чуя нажал на вкладку и открыл пришедшее письмо. Одна его часть состояла из документов, личных данных и деталей четырех человек, среди которых были в том числе и дети, во второй — короткая инструкция с последующими действиями, которая гласила о необходимости захватить вышеуказанных человек и отвести их на базу в пригороде по указанным координатам. Вчитавшись внимательнее, Чуя понял, что перед ним семья Аоямы Кая, которую он навещал пару дней назад в попытках получить информацию о непонятно куда девшемся муже. Подобное в Портовой Мафии практиковалось довольно часто. Когда член семьи, чаще всего муж-альфа, не выходил на связь, то брались за его родственников. Не самый честный метод, но действенный. Обычно при удачном разрешении обстоятельств плененных отпускали, по крайней мере, если возглавляющий миссию мафиози не собирался пользоваться своими полномочиями. Воспоминания о трагедии, случившейся с Такасаки Сорой, была ещё свежа, и Чуя пообещал себе, что в этот раз сделает всё сам и проследит, чтобы омега с тремя детьми остались в полной неприкосновенности. — Ты чего вдруг задумался? — внезапно отвлёк его от собственных размышлений Дазай. — Да так, — отмахнулся Чуя. — По работе надо кое-что доделать. И, не дожидаясь следующих вопросов от Дазая, он быстрым движением вновь уселся рядом, запуская руки ему волосы и мягко целуя. Тот сразу же среагировал — потянулся вперёд, прижался всем телом, не давая отстраниться. Чуя и не собирался. Ему тоже хотелось тепла и любви. Сладкой неторопливой нежности, которая медленно пробиралась под кожу, заставляя чувствовать всё слишком ярко и сильно. Поэтому он лишь улыбнулся сам себе, когда Дазай резким движением перевернул его на спину и, навалившись сверху, начал небрежно расстегивать ремень на его джинсах.