Вор

      — Может еще раз загляните в меню? — обреченно вздохнул официант.       — А что там? — икнул я. — Какой-то пропущенный сюжетный твист?       — У нас нет того, что вы заказываете. Могу предложить вам наггетсы из синтезированного куриного мяса.       — Предложи, — щурился Фокс, стабилизируя картинку перед глазами.       — Ну… предлагаю, — развел руками официант.       — Отказано! — хлопнув по столу, едва не разбив усеивавшую тот посуду, Фокс покатился со смеха.       — Любейзн… — я встряхнул головой. — Любезнейший. Подайте нам еще виноградного сока.       — Я принес вам бутылку вина около десяти минут назад, господин. Она практически полная.       — Подайте, — настаивал я, мило улыбаясь. — И блинчики. Иначе мой друг покажет вам фокус с распиливанием.       Откинувшийся на спинку дивана, Рыба протестующе задергался сквозь полудрему:       — Н-нет, Каспер. Я все время забываю: пилить надо вдоль или поперек?       — По диагонали, Рыба, — подсказывал я. — По диагонали.       — Нет, но, когда ты показал этот трюк на похоронах, было феерично! — захлебываясь от смеха, Фокс скатился со стола и шлепнулся на диван.       Подобрав округлившиеся глаза, официант избрал тактическое отступление. Я раскинулся на диване и закурил. Круглосуточная забегаловка, каких сотни, но была в ней какая-то атмосфера. Со столика у окна можно было видеть весь зал. Редкие, как и пристало столь раннему часу, клиенты тихонько трапезничали, бросая косые взгляды в сторону нашего шумного трио.       — Ох, Кас, не думал я, что ты умеешь веселиться, — вздохнул Фокс, поднявшись к столу и осушив бокал, содержимое которого, большей частью, давно было на полу.       — Да просто ты нудить перестал, — дразнил я.       — Нет, — кивал головой Фокс, стремительно теряя амплитуду и накреняясь набок. — Ты принял тот факт, что затея с солью — бред. Стало же легче? На этой самой… на душе.       Я выпрямился, недовольно сощурившись.       — Хорошее дело, — не согласился я. — Просто оно не по… не про… Как там было?       — Ни-па-силь-но-е, — по слогам произнес Фокс, дважды ошибившись. — Будет другое!       — Первый скандал и ты опять заплачешь, — хохотнул я.       Периферия взгляда зацепилась за нечеткий силуэт, сокрытый предрассветным полумраком и слоем грязи на толстом панорамном окне. Он наблюдает. Уровень скрытности — кот, чья толстая задница больше коробки за которой тот прячется. А может…       — А вот и нет! — храбрился Фокс, задрав голову, точно позируя на портрет.       Ему и не нужно прятаться. Что если он — призрак, столкнись с которым на улице, даже не запомнишь лицо? Можно сорваться с места и, что есть силы, рвануть туда, но он стоит через дорогу от ресторана. Если сбежит, усилит бдительность, и я могу не получить иного шанса. Слишком рискованно…       — А ты что скажешь? — я похлопал Рыбу по лежащей на столе руке. Тот встрепенулся, изучая одним глазом меня, а вторым собственный нос.       — Абрахам — плакса, — констатировал Рыба, тут же возвращаясь ко сну.       — Беспочечный… беспочвенный спор, — отмахнулся Фокс, наполняя бокал. — Дела-то нет.       Оскорбившись тем, что меня явно недооценивали как детектива, я прошипел, около минуты выдувая весь воздух из легких. Запустил руку в пальто, вынул кое-какие бумаги и передал Фоксу. При одном взгляде на них, у рыжего умника округлились глаза, казалось, он даже слегка протрезвел.       — Черт, — скривился Фокси. — А нельзя было сказать о том, что мясо не искусственное до того, как мы поели. Меня сейчас вырвет… С этим надо идти в полицию.       — Так себе улика, — хохотнул я. — Это анонимные наводки. Любая разведка грозит скандалом, но ты ведь не испугаешься?       — А есть конкретные мысли? — решительно спросил Фокс, листая бумаги. — Убийство разумных животных — серьезное преступление. Неуплата налогов, нападение на посетителей. Нам нужно…       — Перво-наперво спросить о поставках, — улыбнувшись, перехватил я. — Минуту.       Я поднялся, пошатнувшись, и нетвердым шагом двинулся к кассе. Там стоял полноватый лысеющий мужичок с довольно угрюмым видом, облаченный в запятнанную форменную одежду.       — Чем могу помочь? — процедил он.       — Ч-что за этот… балаган! — я развел руками и чуть не упал, ухватившись за стойку. — К нам в окно тычется какой-то бомж.       Почесав блестящую макушку, кассир вздохнул.       — Эти нелюди ни черта не понимают, — сдавленно прорычал он. — Возвращайтесь за столик, господин. Я только закипячу чайник и больше вы его не увидите.       Вот я и получил то, зачем пришел — основание. Опускайте занавес и взрывайтесь аплодисментами, господа, спектакль окончен.       — Мой друг хотел у вас кое-что уточнить, видите его? — произнес я уже без единой запинки, помахав Фоксу.       Когда тот махнул в ответ и вновь углубился в бумаги, я обернулся к кассиру и маска улыбчивой пьяной комедии сменилась трезвым ледяным безразличием. Схватив за затылок чуть подавшегося ко мне мужика, я с силой обрушил его мерзкую физиономию на лакированную деревянную поверхность стойки обслуживания. Не смотря на сырую осеннюю погоду, ноги обдавало промозглым январским ветром. Двустворчатые двери забегаловки протяжно трещали, скрипели и стенали, не в силах более сдерживать натиск бьющейся в них пурги.       — Спроси повара, как там наши блинчики, ладно? Угу? Только быстро.       Зажимая руками сочащийся кровью нос, кассир отчаянно кивал. Отшвырнув его, я двинулся обратно за столик.       — Он сказал, чтобы ты катился отсюда, — вольно пересказал я, плюхнувшись на диван.       — Что? Почему именно я? — не понял Фокс, отрываясь от бумаг.       — Как же, — хмыкнул я. — По пути сюда ты зарекался, что, если бы хоть раз вел дело сам, все можно было бы решать цивилизованно. Пожалуйста, ты — лидер, я ассистирую, Рыба… Рыба просто есть, как и всегда. Пока что, итог весьма средний. Нас вот-вот выпрут, сокроют улики и, как небывало, продолжат умерщвлять несчастных животных.       Фокс упер ладони в стол, словно собираясь резко встать и сделать что-то решительно дерзкое, но, виной тому алкоголь или груз навалившейся ответственности, мысли никак не хотели собраться. Тогда он присел обратно и почесал затылок.       — Позвоним в полицию? — затухающе произнес Фокс, косясь на меня. — Нет? Нет! А что тогда?! Ассистируй уже, мне нужен мозговой штурм!       С тобой Дичтаун образовательный и его ведущий — я, собственной персоной. Итак, вага — деревянная крестообразная основа, к которой крепятся нити куклы-марионетки. Не могу точно сказать, насколько разные миры, что нас окружают, но, могу ручаться, населяющие их люди живут по единым законам психики. В руках даже самого неумелого манипулятора, низкая самооценка — та самая вага. Катализатор большинства психических расстройств и идеальный инструмент контроля. Так что помни, если кто-то усиленно вызывает у тебя чувство вины, сожаления, страха или просто говорит тебе, что ты — конченый, шли его на хер. В особенности, если это говорит тот зловредный кретин из зеркала.       — Ты ведь умный, Фокс? И сейчас ты детектив с функцией лидера, так? — получив в ответ положительные кивки, я продолжил. — Значит, ты понимаешь, что нужно действовать сейчас, иначе все последствия останутся на твоей совести до конца дней?       — Разумеется, — клюнул Фокс. Эх, царский был бы каламбур, говори я это Рыбе. Но его даже сманивать не нужно. — Тогда нам нужно…       — Можно вломиться на кухню, — поспешил предложить я. — Когда мы увидим тушки, даже не придется оправдываться. Позиция будет выигрышная. Цель номер два — проверить деньги из кассы. Мой человек пометил пару купюр, купив у них русалочий помёт.       Так, это не то, о чем тебе там могло подуматься. Икра. Просто икра. Я достал из нагрудного кармана фонарик с ультрафиолетом и протянул его Фоксу.       — Только по вашей команде, капитан, — улыбнулся я.       — Я… секунду, — Фокс потряс головой, силясь привести себя в чувство и принялся расталкивать Рыбу. — Подъем, Эрнест, у нас дело!       — Проверю кухню, — вызвался я, вставая. — Вы займитесь кассой.       По пути я массировал занемевшие щеки. Черт, как вообще можно улыбаться больше двух раз в сутки. Это же преступление против реалий окружающей действительности. Ну, либо алкоголизм…       Едва завидев меня, уже знакомый кассир отошел в сторону, так что я без труда перескочил через стойку обслуживания и ворвался на кухню.       — Ты еще кто такой?! — взревел толстый мужик в поварской форме с длинным ножом в руках.       — Твой кармический долг, — отозвался я, рыская в поисках холодильника.       Что тут у нас… Заготовки, заготовки. Нет, нет. Эта херня вообще выглядит несъедобно. О! Замороженная водичка. Идеальный вариант.       — Ты тот придурок, что напал на Баррии за кассой? Парни, вышвырните к чертям клоуна, да так, чтобы эта обваренная отбивная пришла в себя только в полицейском участке!       Под мерзкий раскатистый хохот, повара вооружились двусторонними отбивными молотками с крупными зубьями и всевозможными емкостями с кипяченой водой. Но, стоило им только двинуться в мою сторону, я тут же подскочил к фритюру, занес над ним бутылку с водой и выкрутил температуру масла на максимум. Воинственный настрой оппонентов отчего-то тут же угас.       — Вареная отбивная, — поморщился я. — Могу порекомендовать вам шесть хорошо прожаренных моральных уродов в золотистой корочке.       — Нас пятеро, — подметил один из поваров, опустив кастрюлю на плиту и медленно отступая к черному ходу.       — Не привык жить иллюзиями, — покаялся я. — Черт, как же кисть немеет от холода.       — Да какого дьявола тебе от нас надо?! — орал, очевидно, шеф, хлопнув по столу так, что с полок посыпалась столовая утварь.       — Нож, — пожал плечами я.       — Нож? — прокатилось по кухне.       — Нож? — басом повторил шеф.       — Да, нож, — обреченно вздохнул я.       — Дайте клоуну нож!       — Нет! — возразил я, угрожающе опуская бутылку. — Хочу твой нож.       — Его нож?       — Мой нож?       — Да, твой нож.       — Нож шефа?       — Мой нож?!       — Да, блять, дай ты сюда этот ебаный нож! — не выдержал я. Слово-то какое уродское — нож. — Сюда давай! Быстро!       Толстяк, скривившись, бросил мне — да фу, тошнит уже, правда — нож, который тут же отправился в карман пальто. Я удовлетворенно кивнул. И все же, осталось что-то, что не давало покоя.       — А где мои блинчики? — сощурился я, опуская свое импровизированное оружие на жестяной стол.       — Сам готовь эту хрень, фрик, — хмыкнул толстяк.       — Нет, ну, господь не всемогущий вас не храни, у вас был шанс. Надеюсь, вы быстро бегаете?       С этими словами я толкнул замороженную бутылку воды в сторону фритюра, и все присутствующие рванули врассыпную.