Коралина в стране грез

Натаниэль решил, что не вернется к другой маме. Он закрыл на ключ дверь и убрал его в комод. Да, конечно, было вкусно, тепло и приятно даже провести вечер в другом доме, однако… Он не видел смысла заменять свою мать другой. Мэри, может, и не готовила, не называла его «милый» и не улыбалась так, как это делала друга мама, но она его любила и заботилась о нем. В том мире не было опасности, не было отца, что шел за ними по пятам, но…. Но что будет с его настоящей матерью, если он пропадет? Она сбежала ради него. Она не заслуживала такого. Да и он бы не променял ее на другую. С такими мыслями Натаниэль решил, что не было смысла возвращаться в ту маленькую дверь. Натаниэль снова встретил Кевина и Аарона на той же тропе с тем же велосипедом. Парни разъезжали по дороге, точнее, Кевин катал Аарона, что даже при таком раскладе выглядел хмуро. Нат присоединился к ним и в конечном итоге оказался у них дома, когда наступил обед. — И как же тебя зовут? — спросила светловолосая женщина, когда все они трое зашли в небольшой, но уютный домик. — Нил. — Что ж, Нил, добро пожаловать к нам в гости. У нас сегодня пюре с котлетами. Натаниэль уже чувствовал аромат, исходящий из кухни. Слюнки так и текли. Но на кухне оказался еще один человек. Мужчина. Возраста, как и его отец. Он читал какую-то газету и не сразу заметил лишнего ребенка среди них. — О, ты тот мальчуган, которого встретили эти балбесы, — обратился к нему мужчина. Натаниэль молчал, не зная, что ответить. — Присаживайся, — пригласили его за стол. — Меня зовут Дэвид, — представился мужчина, — А мою жену Эбби. Ты переехал в дом, что находится у пустоши? — Да, сэр, — привычно ответил Нат. Дэвид, казалось, удивился чему-то, но не успел ничего сказать, когда заговорил Кевин. — Па, велик снова скрипит. Дэвид усмехнулся. — Такое случается, если разъезжать на нем в дождь. — Но мы тепло оделись! Вон, Нил вообще ходит без шапки, перчаток и шарфа! Только в пальто и кедах! Натаниэль и не знал, что в его одежде было что-то не то. — Нил, у тебя нет теплых вещей? — удивилась Эбби, кладя перед ним тарелку с теплой и слишком аппетитной едой. — Есть, — машинально соврал Нат. — В такую погоду не надо забывать о шапке и шарфе, — сказала ему Эбби, передавая тарелки и другим. Натаниэль молча ел, удивлённо наблюдая за поведением в этом доме. Кевин, казалось, вообще не боится Дэвида. Аарон больше молчал, но он не закатывал глаза на взрослых в этом доме, что, казалось, было его привычным действием за пределами этого здания. Все происходило… легко? По-семейному? Нат не знал, но ему нравилось быть в этом доме. После обеда, он с двумя братьями шел по тропинке, рассматривая территорию вокруг. Парни придумывали какие-то истории, связанные с темным лесом и с опасными растениями, пока вдруг не послышался знакомый крик. — Нил! — Кажется, тебя ищут, — первый отозвался на крик Кевин. — Абрам! «О нет», — подумал Натаниэль. — Кто такой Абрам? — спросил Аарон, но Натаниэль не ответил. Он наблюдал, как Мэри спешила по дороге прямо к нему. Он совсем не ожидал, что она вернется сегодня так рано. И уж тем более он не ожидал, что она узнает о его прогулках. — Где ты был? — она грубо схватила его за руку. — Я ненадолго вышел, — тихо, почти неслышно произнес Натаниэль. Он видел, что на лице у Мэри было множество ругательств и криков, но ее взгляд поймал двух мальчишек рядом, и она просто повела его домой. — Мы идем домой. Натаниэль не спорил с этим. Он не осмелился обернуться и помахать на прощание Кевину с Аароном. А те не стали ничего говорить ему. Натаниэль не был уверен, что они еще встретятся. На следующий день было очень больно двигаться. Мышцы болели из-за синяков, но все равно не потеряли свою способность к движению. В этот раз Мэри осталась с ним, не веря его обещанию впредь оставаться на месте. Он выслушал лекцию о том, как было опасно вот так покидать их квартиру без самой Мэри. О том, что он не должен был ни с кем контактировать больше нужного. И о том, что он не должен был даже думать о каких-то отношениях со своими сверстниками. Через день Натаниэлю снова стало скучно. Он смотрел очередной фильм на французском и уже понимал какие-то самые простые слова и фразы. Он уже рассказал своей маленькой копии о своем небольшом приключении: о Дэвиде, отце его новых знакомых, который, казалось, был совсем безобидным; о двух братьях, которые вечно были вместе. — Интересно, — рассуждал вслух Нат, — Какого это, иметь брата? Начинался новый фильм по телевизору, когда он заметил, что куклы не было рядом, хотя он точно сегодня садился с ней на диван. Нат начал поиски и нашел ее там, где точно не был: у маленькой двери. На улице лил дождь. Мэри сидела в соседней комнате, не обращая внимания на него, но и не давая ему выйти наружу. Тогда Нат решил, что, раз другой мир не крадет у него время в реальности, то он может ненадолго погулять там. Да, другая мама его пугала, но это было лучше, чем провести еще пару часов вот так. Он взял старый ключ и вновь открыл дверь, за которой снова был проход. Он вновь оказался в другой квартире. Натаниэль подумал, что мог бы помешать своим появлением или что его никто не будет ждать, но нет. Другая мама тут же показалась в коридоре, будто бы только и делала, что ждала его у себя. — Нил, милый, ты вернулся! — Да, — кивнул Нат, — Я же обещал. Ложь. Он не собирался возвращаться, но решил, что такой ответ понравится женщине перед ним. И не прогадал. Другая мама широко улыбнулась. — Я так рада! Ужин еще не готов, но ты можешь пойти на шоу к нашим соседям. — На шоу? Другая мама уже пошла на кухню, как вдруг обернулась. — Только позови сначала другого папу ко мне на помощь. Натаниэль замер. «Другой папа?» Но другая мама уже скрылась, и Натаниэлю ничего не оставалось, как пойти на шум какой-то возни. Он медленно шагал по коридору. Сердцебиение с каждым шагом ускорялось, и он уже не мог скрыть дрожи в своих руках. Натаниэль медленно заглянул в открытую комнату и сразу же заметил мужчину, что сидел к нему спиной. На секунду ему показалось, что сейчас этот мужчина встанет и неимоверно быстро приблизится к нему. В руках у него будет тесак или хотя бы острый нож, а на губах будет играть зловещая улыбка в предвкушении крови. Натаниэль шумно вздохнул, и другой папа обернулся. На него смотрели такие же пуговицы, как и у другой мамы. Но вместо синих, которых ожидал увидеть Натаниэль, оказались обычные черные. Они блестели, пока осматривали Ната в дверном проеме. — Нил, ты уже тут! — улыбнулся другой папа. Это был не Натан. Другим папой в этом мире был Дэвид, отец Кевина и Аарона. Только сейчас Натаниэль рассмотрел, чем занимался Дэвид: он чинил велосипед. Когда прошло около пяти минут молчания, Натаниэль вспомнил, за чем его посылала другая мама. — Ма.. Другая мама зовёт тебя на кухню, — еле-еле проговорил Натаниэль. — Что ж, — улыбнулся другой Дэвид, — Раз так, то нужно скорее идти. Другой папа встал и прошел мимо Натаниэля, потрепав его волосы на макушке. От этого движения Натаниэлю хотелось бы броситься в дальний угол комнаты, но Дэвид ушел раньше. Нат в шоке смотрел тому вдаль. «Почему Дэвид? Почему не Натан?» В дверь постучали, что вывело из оцепенения Натаниэля. — Нил, откроешь? Натаниэль с подозрением посмотрел на входную дверь. — За тобой, наверное, пришел твой брат, — будто бы услышала его замешательство другая мама. «Брат?» Но у Натаниля не было брата. Он подошел к входной двери и открыл ее. Он ожидал увидеть свою копию с пуговицами вместо глаз, но вместо этого увидел Аарона. Настоящего. Реального. — Ты? — удивился Натаниэль. Аарон ничего не сказал, только приподнял брови в немом вопросе. — Ох, — появилась сзади Ната другая мама, — Ты вовремя, Эндрю. «Эндрю? Это же был Аарон», — подумал Нат, но ничего не произнес вслух. Он был даже одет так же: черные джинсы, черная майка, что виднелись под меховой джинсовкой и красный шарф, плотно обмотанный вокруг шеи. Те же глаза, тот же подбородок и те же светлые волосы. — Вам уже пора на шоу, — поторопила их другая мама, — Мы будем ждать вас после! Натаниэль неуверенно перешел порог, поворачиваясь полубоком к женщине в доме. Та стояла и точно так же, как и в прошлый раз, улыбалась. Только в этот раз к ней присоединился другой Дэвид. — Повеселитесь! — добавил он. Эндрю с шумом вздохнул, но так ничего и не сказал. Натаниэль обернулся к нему и поймал взгляд карих глаз. Он не знал, что сказать, но Эндрю уже кивнул головой в сторону, и они оба спустились с лестницы. Снаружи дом выглядел точно так же, как и его собственный. Или почти так же: над дверью Рене и Элисон была подвешена гирлянда из синих и красных лампочек, которые зажигались и гасли, высвечивая одно за другим слова. Зажигались и гасли снова и снова: «ПОТРЯСАЮЩИЙ», потом «НЕВЕРОЯТНЫЙ» и потом «УСПЕХ!!!». Ночь была ясной и теплой, что шло в разрез с его реальностью. Натаниэль остановился, осматривая небо над ним. Он слышал, как Эндрю встал рядом в ожидании. — У тебя нет пуговиц, — сказал Натаниэль, опуская голову. — Нет, — согласился Эндрю. — Я думал, в этом мире у всех они есть. — У тебя их тоже нет, — высказал блондин. «Да чего же похож на Аарона», — подумал Нат, но сказал совсем не это. — Я не отсюда. — Вот ты сам и ответил на вопрос, — заключил Эндрю. Натаниэль не понимал. Внезапно на изгородь, около которой они стояли, прыгнул черный кот, очень похожий на того, которого он видел у себя дома. — Привет, — зачем-то поздоровался Нат. — Добрый вечер, — сказал кот. Натаниэлю показалось, что голос звучит прямо у него в голове. — У себя дома я видел кота, очень похожего на тебя, — признался Нат, — Ты, должно быть, другой кот? Кот покачал головой. — Нет, сказал он, — Я не другой кот. Я — это я. Он склонил голову, его зеленые глаза поблескивали. — Вы, люди, вечно разбросаны во всех местах сразу. Коты, наоборот, всегда в себе. Если ты, конечно, понимаешь, о чем я говорю. — Допустим. Но если ты тот самый кот, которого я видел дома, то почему ты разговариваешь? И хотя у котов, в отличии от людей, нет плеч, кот пожал плечами. Это было удивительно плавное движение: от кончика хвоста до кончиков поднятых усов. — Я умею разговаривать. — Дома кошки не говорят, — подметил Нат. — В самом деле? — спросил кот. — Да. Кот мягко спрыгнул с изгороди к ее ногам. Он внимательно посмотрел на парней снизу вверх. — Да, ты в этом эксперт, — сказал он холодно, — Да и что я могу знать? Я всего лишь кот. Он замолчал и стал пристально во что-то вглядываться. Потом, припав к земле, сделал два или три осторожных шага. Казалось, он охотится а невидимой мышью. Вдруг, взмахнув хвостом, он кинулся к засохшим кустам и скрылся серди ветвей. Натаниэлю стало интересно, неужели все коты умеют разговаривать там, откуда он пришел, и просто решили не говорить? Или они разговаривали только здесь, где бы это «здесь» ни находилось? Натаниэль смотрел вслед коту какое-то время и потом посмотрел на Эндрю, что тихо наблюдал за ним. Эндрю развернулся и пошел к двери соседок. Они поднялись по каменным ступеням к дверям квартиры Рене и Элисон. Синие и красные лампочки продолжали мигать. Дверь была слегка приоткрыта. Эндрю постучал. При первом же стуке дверь распахнулась, и они вошли. Они оказались в темной комнате, где пахло пылью и бархатом. С громким стуком дверь позади захлопнулась, и Натаниэль с другим Аароном-Эндрю оказались во мраке. Натаниэль осторожно пошел вперед по узенькому коридору. Вдруг его лицо уткнулось во что-то мягкое. Это была ткань. Натаниэль поднял руку и отодвинул ткань в сторону. Занавес раскрылся. Натаниэль с Эндрю стояли по другую сторону портьеры в плохо освещенном театральном зале. В дальнем конце зала находилась высокая и совершенно пустая деревянная сцена, на которую падал единственный узкий луч света, льющегося откуда-то сверху. Между Натаниэлем и сценой располагались ряды кресел. Ряды и ряды. Послышался шорох. Луч света, рыская из стороны в сторону, двинулся к нему. Когда источник света приблизился, Натаниэль увидел, что это фонарик в лапах пушистого кролика с белой шерсткой. — Привет, — сказал Натаниэль, чуть нахмурив брови. Кролик положил фонарик на пол и посмотрел на мальчиков. — Предъявите ваш билет! —сердито рявкнул он. — Билет? — Билет, я сказал! Я не могу возиться с вами весь день. Вы не сможете посмотреть шоу, если у вас нет билета. Натаниэль растерялся. — У нас нет билета, — произнес Эндрю сбоку. — Еще одни, — сердито фыркнул кролик, — Заходят, такие смелые! Спрашиваю: «Где ваш билет?» — «У нас его нет. Я не знаю…» — Кролик покачал головой, изза чего его уши смешно захлопали, — Пошлите за мной. Он вновь направился в темноту, освещая дорогу фонариком. Натаниэль пошёл за ним. Подойдя к сцене, кролик остановился и посветил на два пустых места. Натаниэль сел, и только когда сел и Эндрю, кролик удалился. Когда его глаза привыкли к темноте, он увидел, что в других креслах тоже сидят кролики. Натаниэль выдохнул. — Странно, — озвучил он, — У меня в мире в этой квартире живут собаки. Эндрю пожал плечами. — Ты же их боишься. — Откуда ты знаешь? Эндрю слегка замер, будто сказал то, что не должен был. — Слышал, как она это говорила. Вдруг со сцены раздался шипящий звук. Натаниэль решил, что это старая пластинка, которую поставили в проигрыватель. Но шипение вдруг перешло в барабанную дробь, и на сцену вышли знакомые ему уже блондинки. Девушки были в красивых платьях и с объемными косами, а на бледных и красивых лицах сверкали черные пуговицы вместо глаз. Натаниэль вжался в кресло, но захлопал, когда кролики вокруг стали так громко фыркать. — Это их лучшее представление, — прошептал заяц слева в соседнем кресле. Из сундука в углу сцены другая Элисон достала нож. — Не кинжал ли у меня в руках? — спросила она у зала. — Да! — закричали кролики, — Кинжал! Другая Элисон сделала реверанс, кролики зафыркали. На этот раз Натаниэль не хлопал. К Элисон подошла другая Рене. — А сейчас, — сказала она, — Мы с гордостью представим наш новый потрясающий номер нашей программы. Но нам нужен доброволец. О, вы! Светлый юноша! Натаниэль повернулся к Эндрю, как, наверное, и все в зале. — Поприветствуем добровольца! Кролики зафыркали и застучали лапами по бархатным сиденьям. — Итак, Эндрю, — продолжила другая Рене, — Как тебя зовут? — Эндрю, — безэмоционально произнес тот, будто бы и вовсе не беспокоящийся о своем участии. — Встань сюда, — попросила Элисон. Она указала на место слева у сцены, рядом с какой-то доской, но Эндрю, казалось, начал идти в нужном направлении даже раньше. «Как он узнал, куда идти?» — удивился Натаниэль. Элисон поставила шар на голову Эндрю и подошла обратно к другой Рене, завязала той глаза и вложила ей в руки кинжал. Натаниэль задержал дыхание. Другая Элисон трижды повернула Рене вокруг своей оси и поставила лицом к Эндрю. Другая Рене метнула кинжал в шар. Шар громко лопнул, а кинжал воткнулся в доску прямо над головой Эндрю и задрожал. Натаниэль выдохнул. Кролики обезумели и стали громко выкрикивать поздравления и подпрыгивать над своими креслами. — Вы были просто великолепны! — сказал коричневый кролик Эндрю, когда тот опустился на свое кресло. Тот ничего не ответил. Натаниэль долго всматривался в кинжал на стене. — Скоро кончится, — сказал Эндрю, замечая, куда направлено внимание Ната, — Потом начнутся танцы. — И как давно оно продолжается? — спросил Нат, — Представление? — Все время, — так же без единой эмоции ответил Эндрю. Натаниэль пригляделся и понял, что был не прав. Эмоция на лице Эндрю все-таки была. Скука. «Если он жил здесь, сколько раз он уже видел и участвовал в этом шоу?» — Пойдем отсюда, — предложил Натаниэль, и Эндрю тут же встал на ноги. Они вышли из театра и вернулись в сад, которого не было до этого. Натаниэль осмотрелся. Никакой пустоши, вокруг только зелень и цветы. Отчего-то пустошь была более знакомым и уютным окружением для него. — Ты боишься ножей, — вдруг сказал Эндрю, —Тебя родители обидели? Натаниэль испугался вопроса, но потом решил, что не было никакой разницы, если он скажет кому-то в другом мире правду. — Отец, — признался он. Эндрю промычал что-то, устремив свой взгляд куда-то на ключицу Натаниэля. Нат понял, что он смотрит на его шрам. — Так что, здесь лучше? — спросил Эндрю. В это же время он снял с себя красный шарф, такой же, как у Аарона, и обмотал его вокруг шеи Ната. Натаниэль не стал отнекиваться и говорить, что привык к прохладному воздуху. В другом мире было удивительно тепло гулять без куртки, которую он оставил у себя дома. Даже в октябре. — Не имеет значения, — ответил он. Эндрю вопросительно поднял брови. — Все равно вернусь домой. Эндрю отвел взгляд в сторону. — Зачем, если там плохо? — тихо сказал, прочти прошептал блондин. — Плохо? — удивился Натаниэль. Было ли действительно ему плохо в реальном мире? Да, они с мамой постоянно переезжали и прятались, но… отца больше не было рядом с ними. Да и Мэри была с ним. Что же тут было плохого? — Мне не… мне не плохо. — Тогда зачем ты тут? — как-то грубо спросил Эндрю, но тут дверь в его другую квартиру распахнулась, и на них уже смотрела другая мама. — Нил, Эндрю, вы уже вернулись! Натаниэлю показалось, что женщина как-то странно посмотрела на них, но вместо каких-либо подозрений решил сказать другое. — Шоу было отличным, — солгал он. — Я рада, что понравилось. Поужинаем? — Наверное, мне уже пора домой, — сказал Нат. — Но здесь и есть твой дом, — улыбнулась другая мама. — Да, но мне пора в другой дом… другой другой. Он поднялся по лестнице и подошел к двери, желая как можно скорее протиснуться мимо. — Что ж, тогда, пойдем, — пропустила его другая мама. Натаниэль прошел по коридору, смотря за женщиной в отражении картины на стене. От него не скрылось, как холодно она посмотрела на Эндрю и покачал головой, перед тем как пойти за Натаниэлем. Нат быстро пресек гостиную и склонился над дверью, что вела в другой мир, в реальный. Он обернулся посмотреть на Эндрю, но не успел. Другая мама встала ровно перед ним. — Возвращайся скорее, — сказала она. Натаниэль не нашел в себе силы что-то ответить или даже кивнуть. Он шагнул вперед в дверь.