Коралина в стране грез

Натаниэль всегда бегал быстро. То ли о себе говорил страх перед отцом, то ли причина была в его физических возможностях, но он всегда был быстрым и ловким. Но даже так он был уверен, что никогда еще не бежал так быстро, как сейчас. Нат молниеносно пересекал уже знакомую тропу и направлялся прямиком в дом двух единственных друзей. Времени отдышаться не было. Он нервно стучал в дверь, пока ее не открыл Дэвид. На долю секунды Натаниэль испугался. Он выжидательно уставился на мужчину перед собой, что точно так же смотрел не него. — Здрасьте, — тихо произнес Нат. — Нил? — удивлённо сказал Дэвид, — Что ты здесь делаешь? — Я … мне очень жаль, но мне очень нужен Аарон. В этот момент в дверном проеме показалась светлая макушка. — Что ты тут делаешь? — как всегда хмуро спросил Аарон. Натаниэль вспомнил, что времени было мало, и, поборов нервозность, проскочил мимо Дэвида во внутрь дома. — Где кукла? — спросил он, — Та кукла с пуговицами. Ты сказал, что у Эндрю была такая же. — Что? — не понимал его Аарон, — Откуда ты… Я не называл тебе имя брата. — Кукла, — наставил Натаниэль. Он сжал плечи Аарона, чтобы тот не смог сбежать и смотрел только ему в глаза, — Где она? — Не знаю, — прорычал тот, — Я не видел ее с момента его пропажи. Натаниэль отпустил Аарона, пытаясь понять, куда могла эта игрушка запропаститься. Если ее не забрал Аарон в этот дом, то она должна была остаться там, где жил Эндрю… «Ники», — догадался Нат. Он внутренне выдохнул. Только зря бежал весь этот путь. Теперь еще и нужно было возвращаться. — Нил, все в порядке? — спросил Дэвид, все это время наблюдающий за ними. — Да. Натаниэль направился к двери, торопясь вернуться к дому. — Уверен? Потому что недавно заходила твоя мама. Она потеряла тебя и теперь ищет по всему городу. Натаниэль замер. Его искала Мэри? Но… Он же в этом мире никуда и не уходил. Если только… Натаниэль в шоке посмотрел на Дэвида, не видя его перед собой. Эндрю сказал, что остался на ночь в том мире. После этого Другая мама отказалась его выпускать, и он пропал в реальности. Означало ли это, что после проведенной ночи у другой мамы, время начинает идти вровень и там, и тут? И тогда получается, что Натаниэля не было ночь и целый день. — Все хорошо, малыш? — Дэвид опустил руку на его плечо, и Натаниэль дернулся от этого движения. — Я… да… Мне пора! Там..мама и… да, простите. Он выбежал из дома и рванул обратно. Нат не знал, что делать. Надо было срочно найти Мэри и показать, что он был в порядке. Да, именно. Но… Встретив Мэри, он уже не сможет помочь Эндрю. Она его запрет вместе с собой в квартире и не отпустит ни на шаг. Значит, надо было сначала спасти Эндрю. Только потом искать свою мать. Главное, не наткнуться на нее случайно, а то он ничего уже не сможет сделать. Вернувшись в пустошь, Натаниэль подошел к лестнице, что вела на верхний этаж, как вдруг услышал звон посуды. Он исходил из двери Элисон и Рене. Натаниэль остановился у их квартиры, прислушиваясь. Ничего. Он острожно приоткрыл дверь. — Все в порядке? — спросил он у пустого коридора. — Нил? Это был голос Рене. Натаниэль прошел внутрь. Рене он нашел в гостиной. Девушка стояла посреди комнаты. Вокруг валялись осколки бывшей кружки. Присмотревшись к лицу Рене, Нат заметил слезы и покрасневшие глаза. — Тебя мама искала, — сказала она потерянным голосом, — Мэри, Да? Натаниэль решил избегать мысли о Мэри. И так мог догадаться, чем закончится его сегодняшняя бравада. — Что-то случилось? — спросил Нат. Рене моргала в удивлении, пока не опомнилась. — Ой, я уронила… Прости за беспорядок, — она стала судорожно пытаться собрать осколки. — Где Элисон? — Она… наверное, выгуливает Луи, Тиффани и Шанель… Девушка торопливо провела ладонью по лицу, смахивая всю соль и воду. — Рене, — неуверенно заговорил Натаниэль, — Ты ведь общалась с Эндрю. Рене замерла. Она подняла голову и посмотрела на Натаниэля, из-за чего все собранные осколки снова оказались на полу. — Я… — Я не должен был спрашивать, — отступил Нат. «Зачем я только спросил? Что это меняет?» — подумал он. — Тебе, видимо, Кевин рассказал… Натаниэль не стал поправлять девушку. Как вообще можно было объяснить, как и где он лично познакомился с Эндрю? — Элисон считает, что он никогда не вернется, — будто бы сама себе пробормотала Рене. — Он вернется, — Нат и подумать не успел, как слова вылетели из его рта. Рене непонятливо уставилась на него. — Я пойду, — начал ретироваться Нат, — У меня есть… Мне надо скорее идти. Рене не останавливала его, только смотрела вслед, пока Нат не вышел из квартиры. Он наконец поднялся по лестнице на мансарду и постучал в дряхлую дверь. Послушалось копошение. Потом дверь распахнулась и Натаниэль увидел Ники. Его волосы были растрепаны, а одежда все помята. — Нил? Привет! Нат не стал ждать приглашения и нагло прошмыгнул во внутрь. Он тут же пошел к шкафу, что стоял справа и начал перебирать все ящики. — Прости, — запоздало извинился он, — Я ищу куклу Эндрю. Она мне очень нужна. — Что? — Кукла, — Натаниэль взялся за комод поблизости, теперь просматривая его, — Такая тряпичная. Похожа на Эндрю. Ну или на Аарона. Она мне необходима. «Здесь нет», — вздохнул Натаниэль. Он осмотрел квартиру и рванул к противоположной стене, у которой стоял письменный стол. Натаниэль перерыл все ящики в нем, когда на поверхность стола запрыгнул черный кот. — Привет, Сэр, — поздоровался Нат. — Что ты сказал? — резко спросил Ники. Натаниэль обернулся к парню. — Я поздоровался с котом. — Нет, ты назвал его по имени. Натаниэль не понимал, что было не так и что так удивляло Ники. — Ты назвал его именем, что дал ему Эндрю. Теперь Нат понял. Он посмотрел на кота, что неподвижно наблюдал за ними, и снова вернул взгляд на Ники. — Откуда ты знаешь это имя? — напирал Ники. Нат многозначительно глянул на Сэр, но тот, предатель, молчал. — Ты не поверишь, если я расскажу, — тихо сказал Нат, — Послушай, я правда хочу помочь. Но… для этого мне нужна кукла. Ники долго всматривался в Натаниэля. Сам он снова вглядывался в пространство вокруг, выискивая, куда мог деть Ники куклу. — Ты оставил здесь шарф в прошлый раз, — голос Ники дрогнул, — Это же его шарф. Нат устремил взгляд в пол. Он не знал, что сказать. — Откуда? — шепотом спросил его сосед. Сейчас Ники не выглядел сумасшедшим. Нет, он выглядел сломленным и безумно уставшим. «Он винит себя за потерю брата. А потом еще и лишился второго», — печально подумал Натаниэль. — Где он? — голос Ники был надломлен. Он дрожал, и Нат понял, что парень еле сдерживал слезы. Натаниэлю было стыдно стоять перед ним вот так. Но не мог же он пообещать вернуть Эндрю, ведь сам не знал, что мог сделать. Мог ли он вообще помочь. — Я не знаю, что я делаю, — признался Нат, — Но, пожалуйста, Ники, — умолял Натаниэль, — Мне очень нужна эта кукла. Из-за нее все проблемы. Ее нужно сжечь. Только тогда будет шанс вернуть все назад. Он ждал реакцию Ники, но он все стоял, переваривая сказанное Натом. Натаниэль чувствовал, как время беспощадно протекает. Он был все еще здесь, пока Эндрю… Из мыслей Ната вывел кот. Тот громко мяукнул в наступившей тишине и спрыгнул на пол. Натаниэль проследил за ним. Сэр, высоко подняв хвост, прошел к подоконнику и запрыгнул на него. Он сел и облизнулся, пристроившись прямо рядом с той самой куклой. Натаниэль внутреннее дал себе по лбу. В прошлый раз, когда Нат оказался в этой квартире, Ники ведь намеренно загораживал ему это окно! Натаниэль быстро пересек комнату и острожно, будто стекло, взял в руки маленькую копию Эндрю. — Спасибо, — выдохнул Нат. Сэр только моргнул. Кот спрыгнул и пошел на выход. У порога он остановился и обернулся в выжидании Натаниэля. Нат понял намек и пошел за котом. Он лишь на мгновенье остановился пред Ники, что стоял так одиноко в этой квартире. Но ему было нечего сказать, нечего обещать. — Спасибо, — тихо произнес Нат, и вышел за котом. Кукла горела долго. Натаниэль отказывался уходить, пока не убедится, что от куклы больше ничего не осталось. Они с котом развели небольшой костер у колодца и молча наблюдали за тем, как тлела ткань, как плавились пуговицы и горели нити. Когда от куклы остался лишь пепел, Натаниэль сгреб его и высыпал в отверстие в досках, которыми был заколочен колодец. Затем они вернулись в его квартиру. Мэри все еще не было. Натаниэль подавил в себе угрызения совести. Потом. Он разберется со всем потом. Нат вошёл в гостиную и посмотрел на ту самую дверь. Такая незаметная, и все же все внимание Натаниэля было прицелено только на нее одну. Он хотел подойти к ней, но вспомнил о своей собственной кукле. Он быстро нашел ее на подушке своей кровати и вместе с ней уже уселся перед дверью. Нат снова обратился к кукле. — Впусти меня, забери, — он подбирал слова, что могли бы понравится другой маме, — Я совсем один дома… Я хочу к маме! Забери… Кукла ничего не ответила. Натаниэль отложил игрушку в сторону. Был ли проход открыт или его ждала кирпичная дверь? — Знаешь, Сэр, — обратился к коту справа Нат, — Мы с Мэри сбежали из нашего родного дома. Кот моргнул. Натаниэль не знал, было ли ему интересно, но он чувствовал необходимость говорить. — Мой отец… он не самый хороший человек, — прошептал свой главный секрет Нат, — И в один день мама собрала вещи, и мы с ней сбежали. С тех пор мы никогда не останавливались где-то надолго. В Балтиморе… действительно происходили жуткие вещи. Натаниэль содрогнулся вспоминая крики по ночам, суровые уроки Лолы и еще более жесткие наказания. — Я говорю это, не чтобы… — он запнулся, а затем вместо слов открыл дверку. Там его ждал темный коридор. Сэр прыгнул первый в проем. — Поэтому ты возвращаешься? — снова заговорил кот, — Хочешь убежать в мир, где нет отца? — Нет, — помотал головой Нат, — Я возвращаюсь за Эндрю. Потому что его ждут. Его тут любят и по нему скучают. Он заслуживает быть спасенным. Натаниэль вгляделся в проход. Ему было плевать, слышала ли его другая мама. — Мэри бы пошла за мной, — выдохнул он, — За Эндрю тоже есть кому возвращаться. С этими словами он сделал первый шаг. Пахнуло сыростью, пылью и плесенью. В темноте слышались шорохи и стуки. Сердце Натаниэля билось так сильно, будто собиралось выскочить из груди. Он вытянул руки вперед.. и почувствовал, как что-то тоненькое, как паутина, прошлось по его рукам и лицу. В конце коридора зажглась лампочка. Электрический свет слепил после темноты. Немного впереди Натаниэль увидел силуэт женщины. — Нил, дорогой, это ты? — позвала его женщина. Натаниэль набрал в легкие побольше воздуха и пересек последний метр. Он снова был в гостиной. В другой гостиной. — Ох, Нил, милый, прости, что так вышло! — другая мама обняла его, присев на корточки перед ним, — Я так рада, что ты снова здесь! Натаниэль неловко обнял ее в ответ. Другая мама только сильнее сжала его. Ее объятия были холодными, но такими крепкими, что неволей Нат почувствовал себя хорошо. Натаниэлю даже не нужно было играть. Почти. — Я думал ты меня бросила, — высказал он обиду. Хватка Другой мамы только усилилась. — Я бы тебя никогда не оставила, — прошептала она, и Натаниэль поверил. Она бы точно от него не отстала бы, как и не отстала от Эндрю. — Где Эндрю? — тихо спросил Нат. Он почувствовал, как вся нежность ушла из рук матери. — Он больше не будет нам мешать. Натаниэль испуганно вскинул голову. «Нет, только не это». Неужели он опоздал? Натаниэль понимал, что еще не знает наверняка, что случилось с Эндрю, поэтому ему нужно было продолжать вести себя так, как этого хотела бы она. — Но я хочу брата! Он мне нравился! Он делился игрушками! Другая мама улыбнулась и погладила его по голове своими невозможно длинными пальцами. — Дорогой, мы найдем тебе братика. — Не хочу искать! Мне нравится Эндрю! Взгляд Другой мамы вмиг ужесточился, и Натаниэль нарочно вздрогнул. — Прости… я не хотел тебе перечить… Ты меня ударишь за это? Если Нат правильно понимал, то Другая мама знала многое о его жизни, и теперь создавала мир, который бы не имел тех изъянов из реальной жизни. Когда женщина перед ним присела на корточки и попыталась безобидно улыбнуться, что у нее не получилось, Натаниэль понял, что не ошибся. — Здесь тебя никто не обидит, — пообещала она, и Натаниэль сделал вид, что поверил, — Эндрю, он… Он ждет тебя. Но ты не можешь с ним встретиться сейчас. Уже поздно, — уже громче сказала она, — Ты, наверное, устал. Пора ложиться спать. Другая мама поднялась и, что-то напевая себе под нос, вышла в коридор. Натаниэль последовал за ней. Она проводила его до его комнаты. Не той, что была у Эндрю. Затем она уложила его в кровать, заботливо укрыла одеялом и поцеловала к лоб, пожелав спокойной ночи. Натаниэль некоторое время лежал и прислушивался к звукам. Ничего. Потом он осмелился вылезти из-под одеяла. Он быстро осмотрел комнату: куча игрушек, мячей, каких-то коробок. Потом он открыл шкаф, что стоял напротив кровати. Обычной одежды в гардеробе не оказалось. Вся одежда была особенная, такая, какую, наверняка, хотел каждый ребенок: костюм колдуна, костюм чучела огородного, сшитый из лоскутов, скафандр инопланетного воина, украшенный маленькими мигающими красными лампочками, изящный вечерний костюм, расшитый билетиками и кусочками зеркала. Среди прочего была и более нормальная одежда: бархатные свитера, вельветовые штаны и шелковый рубашки. Натаниэль закрыл шкаф. Наверное, у Эндрю было так же, но отчего-то он ходил в самой обычной одежде. «Видимо он ходит в своей одежде из реального мира», — подумал Натаниэль, — «Ему так ненавистен этот мир?» Натаниэль осмотрел всю свою комнату, так ничего и не найдя полезного. Он тихо подошел к двери и прислонил левое ухо к двери. Тихо. Тогда он как можно тише потянул за ручку и все-таки вышел в темный коридор. Тишина и мрак нагнетали и так не самую спокойную обстановку. Натаниэль маленькими шажками двинулся к соседней двери, которая должна была вести в комнату Эндрю. Тихо приоткрыв дверь, Натаниэль напряг зрение и пригляделся. Комната и вправду была Эндрю, но самого блондина в ней не было. Нат закрыл дверь и хотел уже пойти дальше искать названного брата, но был прерван. — Нил, милый, что ты делаешь? Нат замер. — Я… — он обернулся, находя Другую маму у двери в свою комнату, — Я хотел найти Эндрю. Мне стало страшно, и я вспомнил, как мы вместе ночевали… — Я же сказала, что… — Пожалуйста, мамочка, — кинулся он к женщине, обнимая ее, — Я обещаю, что больше не уйду в тот мир. Он жестокий и злой. Я хочу остаться с тобой и Эндрю! Пожалуйста! Другая мама медленно охватила правой рукой его подбородок, крепко сжимая и поднимая чуть выше, чтобы Нат смотрел ей в глаза. — Ты обещаешь? Ее голос звучал как-то зловеще, но Натаниэль не прервал зрительный контакт. — Обещаю. Другая мама хищно улыбнулась. — Хорошо. Она схватила его за руку и довольно резко повела его вниз на первый этаж. Они завернули за угол, в котором было огромное зеркало, прямо рядом с гостиной, когда мать резко остановилась. Натаниэль ничего не понимая осмотрелся и снова посмотрел на другую маму. Она снова улыбнулась, и Нату показалось, что улыбка ее стала каким-то образном еще шире и еще зубастее. — Он там, — показала она на зеркало. Натаниэль посмотрел на свое отражение. Он пригляделся, но так ничего и не нашел. Вдруг он заметил одну небольшую деталь: другой мамы не было в зеркале. Она не отражалась. — Я не понимаю, — признался он, но стоило ему произнести эти слова, как отражение в зеркале дрогнуло. Картинка стала размываться, зеркало затуманилось, будто на него дохнул дракон, а потом снова очистилось. Вот только оно больше не показывало коридор. В отражении был не он, а Эндрю. Блондин стоял к нему спиной в какой-то обширной комнате. В его руках была бейсбольная бита, которая с невероятной силой для его возраста отбивала мячи в дальнюю стену. Приглядевшись, Натаниэль прочитал на стене имя «Нил». По нему Эндрю и дубасил. — Наконец-то я могу спокойно поиграть без этого Нила! — практически рычал Эндрю. Натаниэль сделал шаг назад, будто бы мяч действительно попал по нему. Он тут же уперся спиной в маму. — Прости, милый, — совершенно без сочувствия произнесла она, — Я говорила, что сейчас лучше с ним не видеться. Он немного… — Нет, — покачал головой Нат, отгоняя все мысли и картинку Эндрю, бьющего по нему мечами, — Я все равно хочу с ним поговорить. Надо с ним помириться, раз мы теперь одна семья, да, мама? Нат посмотрел на другую маму и увидел, как скривились уголки ее губ. — Я же обещал. И ты обещала, — напомнил Нат. Мама нахмурилась, но все же взмахнула своей длиной рукой в сторону зеркала, давая добро. Натаниэль снова повернулся к зеркалу. Эндрю продолжал отбивать мячи битой, но Нат постарался игнорировать это. Он надеялся, что все, что он видел, — неправда, хотя и не был так уверен в этом. В нем, словно червячок в яблоке, зашевелилось сомнение. Он сделал шаг вперед, второй. Отражение дрогнуло, и Нат увидел в нем лицо другой мамы: вспышка злости промелькнула по нему, как молния. И Натаниэль почувствовал глубине сердца: все, что он видел в зеркале, — просто обман. Он сделал последние шаги к зеркалу и протянул руку к стеклу. Как только его пальцы должны были прикоснуться к холодной поверхности, он ощутил, как его кожа просто прошла насквозь. Зеркало было наощупь как густой туман, что откалывает каждый кусочек твоей кожи. Натаниэль сделал глубокий вдох и сделал последний шаг, наконец, покидая коридор и другую маму. Натаниэль вошел в зазеркалье.