Скрижали Судьбы

Я подошла к точке встречи в десять ночи, как и было договорено, уверенная, что Тонкс уже на месте, готова к выполнению задания. Но вместо неё я увидела Сириуса, стоящего в тени одного из домов и с тупым, но не менее настороженным выражением на лице. Его взгляд был заострён на мне, как будто ожидал, что я сделаю что-то не так. Обычно я была привыкшая к его резким замечаниям и ехидным улыбкам, но в этот раз было что-то другое в его присутствии — напряжение, которое я могла почти потрогать руками. "Ты что здесь делаешь?" Я была готова к привычному сарказму, но буквы оказался чуть более напряжённым, чем я хотела бы. Сириус не ответил сразу, его глаза прищурились, когда он оценивал меня, словно я была очередной задачей для него. Он наклонил голову, и я почувствовала, как его взгляд проникает в самую душу. — Задание изменилось, — наконец, произнёс он, и его голос был неожиданно тихим, почти серьёзным. — Тонкс не могла прийти. Я взял её место. Я осталась в ступоре. В голове мгновенно мелькнули тысячи мыслей: как так? Почему Сириус здесь? Почему его отправили на это задание? И почему именно вместо Тонкс? "Ты серьёзно?" Я сдержала вздох, пытаясь не выдать своего раздражения. "Ты вообще понимаешь, что я работаю только в паре с Тонкс? Почему ты здесь, и что происходит? Он не отвечал сразу. Его взгляд был холодным, но я заметила, как он сдерживает что-то, скрытое за этой маской. — Скажем так, — его голос стал более твёрдым, — что на этот раз я буду твоим напарником. Мы не всегда работаем с тем, с кем привыкли. Готова? Я мгновенно почувствовала, как напряжение от этой ситуации начинает заполнять пространство вокруг нас. Мы с ним никогда не были партнёрами. Его магия и действия часто казались мне слишком... импульсивными, а я всё-таки привыкла к продуманным шагам. Но сейчас выбора не было. Мы оба оказались в этой ситуации, и я должна была с этим справиться. Я тяжело вздохнула и, не говоря ни слова, подняла палочку, готовясь к тому, что нас ждёт впереди. Но с каждым шагом я не могла избавиться от чувства, что этот день может стать каким-то не таким, как все предыдущие. Момент, когда я поняла, что задание стало куда более серьёзным, чем я ожидала, не давал мне покоя. Проникновение в чужое пространство всегда было чревато последствиями, особенно если речь шла о человеке, подозреваемом в связях с ПСами. Но когда в пару к Тонкс неожиданно подставили Сириуса... Всё казалось странным, как будто мы все оказались в ловушке, о которой ещё никто не знал. Я окинула взглядом Сириуса, который теперь стоял рядом, готовый к действию, но, похоже, больше сосредоточен на том, чтобы следить за мной, чем на самой операции. Всё-таки у нас не было времени для разговоров. Мы должны были провести это тихо, скрытно, как настоящие тени, чтобы никто не знал о нашем присутствии, а наши следы исчезли так быстро, как и мы. Сириус не сказал ни слова, но я чувствовала его напряжённость. Он двигался грациозно, как кошка, и хотя его движения были быстрыми и чёткими, они не нарушали тишины ночи. В его глазах читалась какая-то странная решимость, возможно, вызванная тем, что это было важным заданием не только для Ордена, но и для него лично. Мы подошли к старому зданию, который на первый взгляд казался безлюдным и невзрачным. Здание, скрывающее в себе опасности. Я провела взглядом по его фасаду, пытаясь понять, где нас могли заметить, но всё было спокойно. — Я проведу тебя до входа, — прошептал Сириус, его голос едва различим в ночной тишине. — Нужно будет отработать пару финтов, чтобы проникнуть внутрь. Я кивнула, не пытаясь выдать беспокойство. Всё, что мне было нужно — следить за каждой деталью, контролировать ход событий. Мы вошли в тень, и я почувствовала, как сердце начинает биться быстрее. Перехватив мой взгляд, Сириус поднял палочку, и тени вокруг нас начали сжиматься, скрывая нас от возможных наблюдателей. С каждым шагом я ощущала, как наполняюсь напряжением. В голову лезли мысли о возможных ловушках, о магии, скрытой в каждом углу, но я не могла позволить себе колебаться. Это было важнее, чем любая личная тревога. Мы остановились у дверей. Сириус ловко подхватил ручку, и я почувствовала, как он замер, прислушиваясь к любому звуку. Тишина ночи была оглушительной, но ещё более угрожающей, чем обычно. Сириус обернулся ко мне, его лицо выражало лёгкую напряжённость. — Готова? — он тихо прошептал, но я почувствовала, как его голос пробивается сквозь ночь, словно мгновение перед штормом. Я не ответила словами, только кивнула. Мы оба знали, что сейчас нам нужно действовать слаженно, иначе вся эта затея закончится до того, как мы успеем понять, что пошло не так. В помещении было посто. Сигналки не стояло. Мы с Сириусом переглянулись и молча осматривать пространство, на предмет чего-то подозрительного. Коротко осмотрев тайник, Сириус встал и сложив руки на груди. Он посмотрел на меня, с намерением что то сказать. В эту же секунду мы услышали, как за спиной хлопнула дверь комнаты и коротко щёлкнул ключ в замке. — Так, — протянул отец, переводя взгляд на дверь, — мне это не нравится. Он подошел к двери и дернул ручку, было заперто. — Откройте! Я вскочила на ноги вслед за отцом и выдернула из-за спины волшебную. В ту же секунду свет погас и через огромное стекло я увидела летящий в нашу сторону пылающий шар. Картинка сложилась в страшный пазл. Адское пламя... Я во всю пыталась расстрелять замок, используя все возможные заклинания, но хозяин поместья, видимо, для надёжности своего тайника установил дверь попрочнее и заколдовал всеми возможными чарами. Если изначально дверь как будто поглощала все заклинания, то теперь она начала отбывать их назад. Мебель и стены охваченые не контролируемым заклятием, разгорались со скоростью света. Сириус который безуспешно пытался справится с пламенем, бросил эту затею и наваливался на дверь, пытаясь силой выломать. Комната мгновенно заполнилась едким дымом и запахом плавящегося пластика. Жар бушуещего пламени нагревал воздух все стремительнее. В полумраке комнаты я увидела рядом ещё одну дверь, которая раньше не была видна. Похлопав Сириуса по плечу, я махнула рукой на ту дверь. Он схватил меня за руку и потащил к ней. Дверь резко распахнулась, впуская в горящую комнату еще более сильное, гудящее пламя, которое направляясь к нам непроходимой стеной. Повинуясь инстинкту самосохранения, Сириус резко захлопнул дверь обратно, одной рукой обнимая и отворачивая меня от дверного проема. Слишком поздно, огонь уже поглотил все снаружи. Сириус опустился на колени и потянул меня за собой. Задыхаясь и кашляя он спешно выдвигал все ящики стоящей в дальнем углу маленькой тумбочки. Ничего, что могло бы помочь - куча антиквариата, разного рода магических артефактов, связка волшебных палочек, все это не помогло бы. Мы попали в западню. Дверь через которую мы сюда вошли, закрыта намертво, а запасной выход весь в пламени. Мы с Сириусом сидели на единственном свободном от мебели участке комнаты. Внезапно полка которая была обьята пламенем начала падать прямо на отца, который продолжал искать в своём плаще, то что сможет нам помочь. В ту же секунду я схватила палочку направляя на падающую полку, что бы уберечь Сириуса от возможности оказаться заваленым горящим хламом. — П.п...аап! Половина вещей отлетела в сторону, а половина все же привалила Сириуса, хоть они уже были не обьяты пламенем. Я подползла к нему поближе и положила руку на шею, при этом разгребая второй рукой завалы. — П.папа..? Сириус лежал на полу, совершенно не реагируя на мой зов. Учитывая, что пламя с каждой минутой продвигалось к нам все ближе, я приняла решение рискнуть прорваться сквозь стену пламени за второй дверью. Наколдовав Сириусу барьер защищающий от пламени, хоть я совсем сомневалась, что это заклинание сработает против Адского огня. Тоже самое проделала с собой. Посмотрев на отца и убедившись, что он в более мение относительной безопасности, я просунула руку к уже загоревшейся двери. Кожа рук и на запястье мгновенно съежилась, несмотря на чары барьера и обнажилась кровавая плоть. Стиснув зубы я с криком отдёрнула руку обратно и шагнула в огонь. Выбежав на улицу, я увидела почти весь мракоборческий отдел, который сражался с неуправляемым потоком огня. Все тело горело от ожогов, рук я практически не чувствовала, перед глазами была пелена, а легкие хотелось выплюнуть через кашель. Из последних сил, я разглядела в толпе Кингсли и бросилась к нему. — Блэк! — крикнул мужчина только завидев как я к ним направляюсь, — как ты!? Что случилось!? — Сириус... скорее... — просипела я, указывая на дверь, — м..маленькая к..комната... Он сгорит... Это последнее, что я просипела перед тем, как перед глазами упала темнота. *** В горле до сих пор стоял вкус гари, голова кружилась и казалось, что в неё прямо сейчас воткнут топор, каждое движение веками приносило адскую боль. Но это все было ничто по сравнению с тем, что перед глазами был последний взгляд на бессознательно Сириуса и шаг в огонь. С закрытыми глазами я ощущала буквально лопнувшую плоть на руке от прикосновения пламени, но не чувствовала пальцев и ладоней в целом. Каждая доля секунды пробужденя была хуже самой изощрённой пытки. Тяжёлые вдохи давались трудно, не смотря на то, что я уже осознала, что нахожусь не в комнате с огнём и дымом, а в больнице, где пахнет лечебными настойками и мазями. Кто-то прибежал на мои рваные вздохи. Эйлин, её шаг я узнаю из тысячи. Но был ещё кто то. — Сириус... — чуть слышно прохрипела я, в надежде, что это он — Кэс, спокойно, — услышала я тихий голос подруги и почувствовала её холодную ладонь на лбу. — Сириуса спасли. Его жизни ничего не угражает. Я выдохнула с облегчением и приложила все усилия, что бы открыть глаза. — Я впорядке, Эйлин,— заверила я подругу, пытаясь улыбнуться. Хотя скорее всего это было похоже на гримасу боли. — Ты говоришь...— то-ли спрашивая, то-ли утверждая прошептала она, поглаживая меня по голове. — Это означает, что стрессовая ситуация ввела тебя в это состояние, она же тебя и вывела из него, — ответила подруга на мой вопросительный взгляд. Она взмахнув палочкой, что бы наколдовать переноску с нужными ей препаратами. — Что ты будешь делать? — спросил я, с опаской поглядывая на Эйлин — Мне надо наложить заживляющие бинты. Это будет не просто... — Сколько время? — тут же активизировались я. — Сколько прошло с того момента как нас нашли? — Около часа, как вас доставили в Мунго, — ответила подруга раскладывая бинты и чаши с отвратительно пахнущим отваром на тумбочке. — Что со мной? — тихо спросила я, наблюдая за её манипуляциями. — Рука правая почти до кости обгорела в этом месте, — ответила Эванс постучав по выпирающей костяшке на своем запястье, —из-за и будет больно, но ожог точечный, функции все восстановятся. Лодыжка левая в мясо, но тоже зарастёт. Ну и так... Остальное целое, только по мелочи. Будет больно...Обезболивающее могу тебе дать, но оно не поможет... Могу дать умиротворяющий бальзам, ты глубоко заснешь и не почувствуешь ничего. — Нет! — чётко произнесла я.— Никакого сна, пока не увижу живого Сириуса. — Кэс, ты хоть представляешь, что ты будешь тут творить от боли. Вся твоя стихийная магия сложит это место пополам! — Все под контролем! — уверенно прервала я подругу. Эйлин вздохнула и достав из кармана медицинского халата палочку, аккуратно взяла мою пострадавшую руку Душераздирающий вопль паники и боли, прорывающийся словно через кляп. Перед глазами тут же заплясали цветные точки, а все тело напряглось и натянулось как струна. Я почувствовала как вся палата затряслась, а сквозь чёрные пятна в глазах увидела мегающий свет. Всеми силами я старалась сдержать вырывающуюся магию. — Сейчас-сейчас... еще чуть чуть! —взволнованно тараторила Эйлин, как вдруг я почувствовала спасательную прохладу в горящим очаге поражения. — Все Кэс, дыши глубоко. Один вдох, два коротких выдоха. Я следуя всем указаниям целителя, потихоньку начала возвращаться в реальность. Стараясь сосредоточиться на ее руках, которые гладили меня по волосам, на звуках приборов, которые стояли в палате, на запахе трав, которые уже казались не такими резкими по аромату. А так же мой слух уловил то, что кто то ломился в дверь снаружи палаты. — Кэсси! Пустите! — это был крик Сириуса из коридора. — Пустите меня к ней!!! Он ещё два раза стукнул в дверь, а потом я поняла, что его оттащили от моей палаты. Послышались голоса Грюма и Доры — Чё ты орёшь тут?! — четко в моем сознании отпечаталось то, как рявкнул Грозный Глаз. — Сириус, — это был успокаивающий голос Тонкс, — сейчас ей Эйлин перевязку сделают и ты зайдешь! От осознания, что отец жив, что бы с ним сейчас не было, слезы уже катились градом. Тело будто приняло жидкую агрегатную форму и теплой лужей растеклось по постели. Мы выжили. Здравый смысл говорил, что этого не может быть, там ведь все просто стеной полыхало. — Кингсли сказал, что ты только на него наткнулась, просипела про Сириуса и рухнула в бессознанке. От болевого шока, скорее всего, — говорила Эйдин накладывая повязку на ноги, где уже было не так больно. — Больно? — спросил она, продолжая свои манипуляции. — Нет, приятно! — огрызнулась я на глупый вопрос. И тут же истерически засмеялась, скозь слезы. — ...ты хоть понимаешь, что он помереть ради тебя могла? — послышались голоса за дверью — ...может, хоть теперь поймёшь, что дочь у тебя имеется. Эйлин закончила с перевязкой и сложила все инструменти на тумбочку. Раздался тихий щелчок двери, за которым последовало удаляющееся шуршание. — Я отойду не на долго, — сказала Эйлин, привычно упаковывая препараты. Я лишь кивнула. — Я не на долго, — прошептала она, покидая помещение. — Закончили, — услышала отдаленно голос подруги. — Иди давай... Каким-то звериным рывком Сириус ворвался ворвался комнату. Видела я его свозь мягкий свет, а запахах лечебных трав убаюкивал. Я полусидела на кровати, правая рука покоилась под белым шатром из какой-то влажной марли. Увидев в дверях Сириуса, я слабо улыбнулась и опустила глаза. Не говоря ни слова и не медля ни секунды отец метнулся к моей кровати и насколько это было возможно бережно прижал меня к себе, заливая градом соленых горячих слёз. Целой рукой я обнимала его шею, прижимая лоб к плечу. — Ты что вытворила, совсем с ума сошла?! —вдруг резко выкрикнул Сириус, разжав объятия. — Решила рискнуть....Вариантов все равно не было, — ответила я на его выпад, смотря ему в глаза. Отец осторожно сел на край кровати и бесконтрольно принялся гладить по здоровой руке. — Подумала, если найду людей, будет шанс, а если нет — все равно мы бы там задохнулись. Я не рассчитывала, что так легко получится, боялась, что сгорели бы оба. — Легко!? — возмутился Сириус. — А одной сгореть не страшно было, да? — Сириус... — Никогда так больше не делай! Как бы я жил без тебя?! Между нами повисло молчание. Отец продолжал гладить меня по здоровой руке. Хотя руки самого тряслись от волнения и негодования. — А я разговариваю...— прошептала я, украдкой поглядывая на Сириуса — Да, разговариваешь, — буднично сказал отец, хоть через мгновение её лицо приняло изумление вырожение. — Кэсси, ты говоришь! — Да... — прошептала я, уже чуть ворочая губами. Все таки я очень устала и организм требовал отдыха. — Кэсс, мне так жаль... Я самый глупый человек на планете, что довел до этого. Я чуть не умер от неизвестности, пока Аластар мне все не рассказал. — он приблизился к мне, прислонился своим лбом к её лбу, и глядя прямо в глаза прошептал. — Дочь, ты самое дорогое, что есть сейчас в моей жизни. Так и сидели мы в обнимку. Сколько это времини длилось ведомо только Эйлин, которая терпеливо ждали под дверью. Услышав что неразборчивый шепот закончился, она наконец, решилась потревожить нас и легонько постучала в дверь. — Теперь, ты наконец то, согласитесь поспать? — резко спросила подруга, протягивая дымящийся кубок. — Теперь да, давай сюда свою отраву ... ой то есть отвар из трав, — улыбнулась я, принимая из ее рук сосуд. — И разбуди меня, когда рука зарастёт. *** Я проснулась в палате Мунго, глаза жгло от усталости, а голова словно раскалывалась. Я всё ещё чувствовала в воздухе остаточные сжения, ту боль, которую оставило задание, но сейчас, лежа среди белых простыней и трубок, я попыталась собрать мысли. Тонкс зашла в палату и, увидев меня, быстро подскочила к кровати, её лицо выражало одновременно беспокойство и облегчение. — Ты в порядке? — спросила она, склонившись ко мне, её голос был мягким, но сквозь него я всё равно слышала скрытую тревогу. — Чёрт возьми, Тонкс, я... — я едва успела произнести, как мой голос сорвался. Он был хриплым и чужим, будто я не говорила им несколько лет. Тонкс застыла, её глаза расширились от удивления, но на её лице мелькнула мягкая улыбка, как если бы она знала, что этот момент когда-нибудь наступит. — Ты... ты говоришь?! — её голос был таким же шокированным, как и мой. Я кивнула, ощутив, как мои руки, которые раньше так неуклюже держали блокнот, теперь начали трястись от волнения. Вроде бы не должно было быть так важно, но всё это снова заставило почувствовать как реальность возвращается. Мне нужно было просто не думать об этом и продолжать говорить. Я думала, что вчера мне это приснилось. — Да, это странно. Но как-то... получается, — попыталась я рассмеяться, но мой голос всё равно был натянутым. Тонкс улыбнулась, но в её глазах всё равно была заметна тревога. — Я так рада, что ты говоришь. Но ты в порядке? В смысле... не переживай. Мы все тут, всё будет нормально. Я покачала головой, пытаясь выбраться из тумана боли. — Почему ты не пришла?— спросила я. — Касс, прости, — с содалением протянула кузина.. — Мама вчера себя плохо почувствовала и я не могла её оставить... — Она в порядке? — тут же проснулась я от действия трав, как только услышала о том, что Меде нездоровилось. Тонкс успокоительно кивнула и засмеялась, но это был нервный смех. — Да! — тут же заверила меня кузина, укладывая назад на подушки. — С ней все хорошо. Тут, знаешь, в другом проблема, — сказала он, понижая голос на два тона. — В отделе такая атмосфера. Ты понимаешь, там сейчас такой сумбур, а Грюм там как пытка... Министерство тоже не в полном "восторге". Он вроде урегулировал всё, но вопросы по-прежнему остаются. Она сделала паузу, но я почувствовала в ее словах нервное напряжение, которое передавалось мне. Тонкс откинулась назад, её взгляд как-то осел. — Министерство... Всегда эти чертовы вопросы. Да как они вообще посмели на нас эти подозрения навесить? Ты-то как, нормально? — Пойдет. Ты бы знала, как я чувствую себя, когда это вспоминаю, — ответила я.— Я без тебя больше ни на одно задание не пойду! Где наша с тобой слаженная работа и техничность? У нас с Сириусом этого нет. Все эти обрушенные стены, дым и этот запах Тонкс огорченно вздохнула, потом помолчала, опустив глаза. — Это задание привлекло слишком много внимания, — я сделала паузу, ощущая, как тяжело говорить после стольких месяцев молчания. — И я… теперь не знаю, что будет дальше. Тонкс посмотрела на меня, и я увидела, как её глаза мягче, чем обычно. — Мы с тобой справимся, как всегда, — сказала она уверенно, пытаясь хоть немного поднять мой моральный дух. — Грюм и Министерство? Не думай об этом. Я вздохнула, но было так легко говорить с ней, особенно когда мои слова больше не цеплялись за горло, как камни. — Я знаю, что мы справимся. Но ты хоть понимаешь, что будет, если они начнут нас проверять, если эти вопросы не уйдут? Тонкс нахмурилась, но потом её лицо слегка расслабилось. — Всё будет в порядке, Кэсси. Мы не одни. Не переживай. Но… у нас есть время подумать, пока они не до нас добрались. Не переживай. *** Когда Грюм вошёл в палату, как утренний бриз весенним утром, его лицо было таким же каменным, как и обычно, но я заметила, как он бросил быстрый взгляд на Тонкс, сидящую на диване с ногами, закинутыми на стол. Она всё ещё не выглядела особенно встревоженной, что было её фирменным стилем, но и в её взгляде было что-то настороженное. Мы все знали, что всё это не шутки. Проблемы с Министерством начинались только с того момента, как они начали вникать в детали того, что произошло. — Так, Блэк давай сверим ваши ответы. — Грюм взял несколько листов бумаги и положил их на стол, опускаясь на край кровати рядом со мной. Он всегда начинал с того, чтобы внимательно осмотреть нас, так что я, не замедляя, взяла в руки список вопросов, который Грюм принёс. Тонкс не спешила — она подняла одну бровь и начала по привычке крутить в руках пустую чашку, но всё-таки взглянула на листы с интересом. — Ну что, — с сарказмом в голосе пробормотала она, — если они надеются, что мы будем молчать, то мы их разочаруем. Мы же не такие, правда? Грюм не ответил, просто из-под лба посмотрел на нас обоих. Он всегда был подозрительно серьёзен в такие моменты. Я тоже решила не тянуть с ответами, и с быстрым движением начала писать на пергаменте — было видно, что мне не нравится вся эта ситуация. Это было так... абсурдно. Мне следовало бы просто сидеть в своём уголке, ждать, когда всё утихнет, но нет, нас заставляли всё время быть в центре внимания. — Вопрос первый: "Что там делал стажер мракоборческого отдела? Как возник пожар?" Тонкс рассмеялась, но её смех звучал больше как нервный смешок. Мы оба хорошо понимали, что Министерство не должно узнать правду о пожаре, который едва не стоил нам с Сириусом жизни. Это было задание Ордена, и его результат мог бы заставить Министерство совсем по-другому взглянуть на ситуацию. — Ответ: "Мы были случайно вовлечены в драку. Пожар произошёл из-за случайной магической вспышки, последствия которой мы не могли предсказать." — Прекрасно. — Грюм кивнул, но не выглядел удовлетворённым. Затем он перебрал несколько других вопросов, касающихся того, кто был на месте происшествия, какие были действия сотрудников Министерства в этот момент и как мы, по его мнению, действовали с соблюдением всех норм. — Этот вопрос тоже нужно правильно отредактировать. Министерство не должно думать, что мы просто шли по шагам в рамках закона, — произнёс Грюм, нахмурившись. Я коротко ответила через перо: — "Мы действовали в рамках оперативной работы, и огонь был лишь побочным эффектом, возникшим в процессе незапланированого вмешательства." — Это слишком идеально, — хмуро произнёс Грюм, — Но, если это их устроит, — он пожал плечами. — Всё равно у нас времени мало. Тонкс что-то прошептала себе под нос, но я почувствовала, как её взгляд на меня немного изменился. Мы понимали, что те вопросы, которые Грюм ставил перед нами, были просто малой частью более масштабной игры, в которой мы все были задействованы. И если Министерство начнёт раскапывать правду, последствия могут быть катастрофическими не только для нас, но и для Ордена в целом. — Мы не будем лгать, но и правды слишком много рассказывать не станем, — я снова что-то записала на пергаменте. Грюм молча кивнул.