Скрижали Судьбы

Гостиная дома Блэков казалась одновременно душной и слишком просторной. Атмосфера старого особняка давила на плечи, словно тени его прежних хозяев шептали в углах. Старшее поколение ушло на кухню – обсуждать планы, заговоры, будущее. А мы остались здесь, в тёплом полумраке, разложившись кто где. – Ладно, господа, – разломала тишину Тонкс, забравшись с ногами в кресло и помахав волшебной палочкой, заставляя бутылку сливочного пива парить в воздухе. – Сегодня у нас праздник! – Праздник, – лениво протянула Эйлин, вытягиваясь на диване. – Громко сказано. – Второй уровень Мастера по Зельям – это не хухры-мухры, – Чарли Уизли хлопнул Эйлин по плечу, отчего та скривилась, как от укуса акромантула. – Надеюсь, ты понимаешь, что только что потерял шанс на противоядие в случае чего, – ровно заметила Эйлин, осматривая его, будто решая, чем именно его отравить. – Он же ничего не делает в жизни, кроме как гладит своих драконов, – хмыкнула я, потягиваясь. – Зелья – это для тех, кто ходит на двух ногах, а не летает на крыльях. – Ты так говоришь, будто не завидуешь, – фыркнул Чарли, устроившись на полу и разворачивая какой-то потрёпанный конверт. – Я завидую? – подняла бровь, усмехаясь. – Конечно. Каждую ночь плачу, что не могу посвятить свою жизнь уходу за огромными ящерицами, которые хотят меня сожрать. – Ваши баталии бесценны, но давайте не отвлекаться, – вставила Эйлин, всё-таки сдержанно улыбнувшись. Она выглядела чуть расслабленнее, чем обычно, что, учитывая её вечную холодную маску, было уже почти чудом. – Спасибо за то, что собрались. – Между своими, – пожала плечами Тонкс, разливая напитки. – Говорю же, повод стоящий. Я взяла бокал и слегка качнула его, наблюдая за янтарной жидкостью. В этой компании я чувствовала себя… странно. Не то чтобы не в своей тарелке – скорее, не совсем привычно. – Ну, тогда за вторую ступень, – подняла я бокал. – И за то, чтобы её никто не отравил. Эйлин хмыкнула, Тонкс рассмеялась, а Чарли, кажется, задумался о том, стоит ли ему теперь проверять свою кружку. Где-то за стенами старый дом вздохнул, заскрипел, словно тоже вслушивался в разговор. Тонкий свет свечей создавал по углам густые тени, а мы сидели в уютном полумраке, тёплом от напитков и тихого, расслабленного общения. – Ладно, а что у тебя было на защите? – Билл Уизли, до этого молчавший, откинулся на спинку кресла, лениво покручивая бокал. Эйлин на секунду задержала взгляд на нём, явно решая, стоит ли объяснять, но потом всё-таки кивнула. – Новое зелье от ликантропии, – спокойно произнесла она. В комнате воцарилась тишина. Тонкс замерла, уставившись на Эйлин так, будто та только что объявила о создании философского камня или бессмертия. – Прости, ЧТО? – голос Нимфадоры прозвучал громче, чем следовало. – Зелье. От ликантропии, – повторила Эйлин таким тоном, будто говорила о чём-то обыденном. – Это уже было, – покачал головой Чарли, нахмурившись. – Дамокл Белби создал его ещё в семидесятых. – Было, – спокойно согласилась Эйлин, скрестив руки на груди. – Но теперь оно модернизировано. – Модернизировано, – эхом повторил Чарли, явно заинтересовавшись. – В каком смысле? – В том, – она откинулась в кресле, бесстрастно глядя на него, – что оборотень остаётся человеком. Полностью. Тонкс слегка наклонилась вперёд, её глаза расширились. – Ты… ты серьёзно? – Абсолютно, – кивнула Эйлин. – Полная сохранность рассудка. Никаких звериных инстинктов, никакой потери контроля. Единственное, что остаётся, – это головная боль и ломота в теле. Ну, примерно как лихорадка раз в месяц. Приятного мало, но согласись, лучше, чем превращаться в монстра. Тонкс приоткрыла рот, потом закрыла его. – И это… работает? – Работает, – коротко ответила Эйлин. В наступившей тишине я покачала головой и хмыкнула: – Ну, Эйлин, ты, конечно, умеешь делать заявления. Тонкс перевела на меня ошарашенный взгляд. – Ты понимаешь, ЧТО это значит? – То, что теперь оборотни будут болеть каждый месяц, но зато останутся людьми? Да, я уловила суть, – лениво кивнула я. – Это же… это же… – Тонкс несколько секунд подбирала слова, потом резко вскочила. – Это изменит всё! – Не всё, – поправила её Эйлин. – Зелье надо принимать за неделю до полнолуния. В противном случае оно не сработает. Тонкс всё равно продолжала смотреть на неё так, будто перед ней стояла не моя подруга, а человек, только что перевернувший мир с ног на голову. – Да тебя надо на руках носить, – выдохнула она. – Ты же понимаешь, что ты только что дала людям шанс? Эйлин только пожала плечами, словно всё это было не более чем очередной лабораторный эксперимент. – Это просто зелье, Тонкс. – Просто зелье, – повторил за ней Чарли, качая головой. – Ну да. Как будто ты просто чай заварила. Я, наконец, усмехнулась. – Ну, в конце концов, зельеварение – это просто готовка с завышенными требованиями. Эйлин бросила на меня взгляд, полный ледяного презрения. – Никогда не подходи к моему лабораторному столу. – Даже не собиралась, – ухмыльнулась я, потягивая напиток. А Тонкс всё ещё сидела, переваривая услышанное, и на её лице впервые за вечер не было даже намёка на лёгкость. Воздух был густым от смеха, вина и общей расслабленности. На столе валялись карты, бокалы наполовину полные, наполовину пустые. Музыка лениво лилась откуда-то с кухни – видимо, кто-то оставил волшебное радио включённым. – Ладно, ладно, – Тонкс захлопала в ладоши, подаваясь вперёд. – Раз мы уже все достаточно… мм, скажем так, расслабились, предлагаю сыграть в «У меня никогда не было». – Это где ты говоришь что-то, что никогда не делал, а те, кто делали, пьют? – уточнил Чарли, усмехаясь. – Именно! – кивнула она. – Ну что, играем? Я пожала плечами, отпивая ещё немного вина. – Почему бы и нет? – Отлично! – Нимфадора довольно потерла руки. – Тогда я начну. Она подняла бокал, на секунду задумалась, потом ухмыльнулась: – У меня никогда не было… – её глаза хитро сверкнули, – голубых волос! Я скептически посмотрела на неё. – Это нечестно. – Полностью честно, – парировала она. – У кого были – тот пьёт. Она демонстративно сделала глоток. Я закатила глаза, но пить не стала. Эйлин, разумеется, тоже лишь наблюдала с вежливым безразличием. Чарли усмехнулся: – Ну, голубых не было, но вот когда мы с ребятами в пабе… — Не считается! – оборвала его Тонкс. — То есть, то что ты подсунуть мне в шампунь голубой краситель считается, а это нет!? — возмутилась я. Ладно, – поднесла бокал к губам, делая вид, что раздумываю. – У меня никогда не было… желания кого-то отравить. Эйлин безмолвно отпила, даже не моргнув. – Это было ожидаемо, – заметил Чарли, покачав головой. – Оправданно, – добавила Тонкс. – Понимаете, иногда у людей действительно очень раздражающие голоса, – спокойно прокомментировала Эйлин. Я усмехнулась. – Хорошо, теперь ты. Эйлин задумалась, пробежалась взглядом по комнате, а потом произнесла: – У меня никогда не было провала на экзаменах. Тонкс и Чарли в унисон сделали большой глоток. – Ну, это было нечто вроде творческого самовыражения, – попыталась оправдаться Тонкс. – Просто скажи, что тебе было лень, – хмыкнул Чарли. Тонкс только отмахнулся, мол, не стоит это обсуждать. Теперь очередь дошла до него. – У меня никогда не было… поцелуя с кем-то, с кем потом пришлось работать. Я молча сделала глоток, как и Тонкс. Чарли приподнял бровь. – Что? – фыркнула я. – Никогда не знаешь, куда тебя занесёт судьба. – Или с кем окажешься в одном отделе, – добавила Тонкс, хитро глядя на меня. Я закатила глаза. – Ладно, моя очередь снова? – переспросил Чарли. – Вперёд, – кивнула я. Он ухмыльнулся: – У меня никогда не было желания убежать из дома. Я и Тонкс синхронно отпили. Эйлин лишь наблюдала за этим с лёгким интересом. – Что? – спросила она, заметив мой взгляд. – Ты ни разу не хотела уйти? – Нет, – ответила она просто. – Я просто уехала. На этом все на мгновение замолчали. – А вот это мощный ответ, – хмыкнул Чарли, поднимая бокал. – Ну что, продолжаем? Игра продолжалась, смех становился громче, а ночь – всё глубже. К моменту, когда дверь в гостиную распахнулась, и внутрь ввалились Римус, Сириус и Кингсли, мы уже успели изрядно повеселиться. Музыка лилась мягкими волнами, свечи оплывали, заполняя воздух запахом воска и чего-то сладкого, а бокалы были наполовину полны, наполовину пусты – в зависимости от того, как смотреть. – О, так вот где вы все прячетесь, – протянул Кингсли, с лёгкой улыбкой оглядывая нас. – А что, мы чем-то обязаны? – лениво протянула я, откидываясь на спинку кресла. – Не-а, – хмыкнул Сириус, потрясая бутылкой. – Но, судя по всему, у вас тут весело. Так что мы решили к вам присоединиться. – Вы уверены? – хитро сощурилась Тонкс. – Тут довольно опасная игра… – О, детка, я с юности в опасных играх, – усмехнулся Сириус, плюхаясь на диван рядом со мной. Римус лишь покачал головой, но сел следом, а Кингсли занял кресло напротив. – Ну, раз так, кто ходит? – деловито уточнил Чарли, покручивая бокал в руках. – Я, – отозвался Тонкс. Онаа задумалася, потом с ухмылкой произнесла: – У меня никогда не было опыта создании зелья от ликантропии. Мы все машинально перевели взгляд на Эйлин. Она спокойно подняла бокал и сделала глоток. В комнате воцарилась звенящая тишина. Я краем глаза заметила, как Сириус напрягся, а Римус замер, словно не веря тому, что увидел. Кингсли, который редко проявлял какие-то эмоции, тоже вскинул брови, явно заинтригованный. – Подожди, – нарушил тишину Римус, голос его был осторожным, но удивление сквозило в каждом слове. – Ты шутишь? – Я редко шучу, – спокойно ответила Эйлин, покрутив бокал в руках. Сириус выглядел так, будто у него с языка слетела уйма вопросов, но он не знал, какой задать первым. – Эйлин защитила вторую ступень мастера зельеварения, создавая новое зелье от ликантропии, – пояснил Чарли, будто бы между делом, но, судя по выражению его лица, ему было забавно наблюдать за реакцией старшего поколения. Римус моргнул. – Что? Тонкс, которая до этого сидела спокойно, вдруг резко повернулась к нему и уставилась глазами, полными искреннего восторга, будто перед ней сидел не просто человек, а живой ответ на все загадки мира. – Оно работает, – добавила она, а потом, словно не веря в это, снова уставилась на Эйлин. – Работает? – переспросил Римус, и в его голосе прозвучала сдавленная надежда. – Пациент остаётся человеком. – Эйлин говорила ровно, спокойно, но её тон отдавал чем-то стальным. – Сохраняет разум, но… – она слегка пожала плечами, – чувствует слабость, головные боли, лихорадку. Проще говоря, превращение происходит, но без потери контроля. Римус провёл рукой по лицу, словно пытаясь переварить услышанное. – И ты… Ты действительно создала это? – Да, – просто ответила Эйлин. Я наблюдала, как Сириус украдкой взглянул на друга. В его глазах читалась смесь потрясения, уважения и… чего-то ещё, чего он, кажется, сам ещё не осознал. – И это безопасно? – Кингсли был спокоен, но его взгляд изучающе изучал Эйлин. – Проще говоря, пациент болеет раз в месяц, но не теряет себя, – кивнула она. – Я бы сказала, что это достаточно безопасно. Римус смотрел на неё так, будто перед ним стояло нечто невозможное. – Я… – он замолчал, словно подбирая слова, но Тонкс тут же схватила его за руку. – Ты понимаешь, что это значит?! – её голос дрожал от эмоций. Римус медленно кивнул, но что-то в его взгляде говорило, что осознание ещё только начинало доходить. Я взяла бокал и тихо стукнула им о стол, привлекая внимание. – Предлагаю тост. – За что? – Сириус повернулся ко мне. – За тех, кто меняет мир, – усмехнулась я, кивая на Эйлин. Она только закатила глаза, но я успела заметить лёгкую тень улыбки на её лице. Дом постепенно затихал. Кто-то уже ушёл, кто-то растворился в темноте коридоров. Тонкс и Римус умудрились исчезнуть незаметно, хотя ещё минуту назад они были тут, а теперь... Только пустые бокалы и смятые карты на столе напоминали о недавнем веселье. В итоге остались только мы трое – Сириус, Эйлин и я. Я потянулась, с ленцой откидывая голову назад. – Интересно, а Снейп в курсе, что ты сегодня совершила научный прорыв? Эйлин, лениво крутившая в пальцах пустой бокал, даже не подняла взгляда. – Мне всё равно, – произнесла она ровно. Я изогнула бровь. – Совсем? – Абсолютно, – она пожала плечами. – Каждый диалог с ним – это разговор с айсбергом. Любой мой шаг в его сторону – это просто удар в ледяную стену. Он не воспринимает меня. Не идёт на контакт. Не хочет общения. Сириус, который до этого молчал, слушая нас, лишь покачал головой. Я скептически хмыкнула, скрестив руки на груди. – Нам бы махнуться отцами. А то мой, наоборот, гиперопекающий. Сириус резко поднял голову и метнул в меня укоризненный взгляд. – О, да ладно тебе, – я закатила глаза. – Кассиопея, – его голос звучал строго, но в глубине читалась та самая невыраженная обида, что мелькала всегда, когда я так отстранённо говорила о нём. – Не сравнивай меня с этим... Снейпом. – Я и не сравниваю, – усмехнулась я. – Просто говорю, что крайности одинаково утомляют. Сириус нахмурился, но не нашёлся, что ответить. Эйлин только усмехнулась, покачав головой. – По крайней мере, ты ему не безразлична. – Ну да, – фыркнула я. – Слишком даже. – Не жалуйся, – бросил Сириус, поднимаясь на ноги. – Я лучше пойду, а то у тебя, похоже, слишком длинный язык после вина. – Ой, боюсь-боюсь, – ухмыльнулась я ему вслед. Он только фыркнул и вышел, оставив нас одних. Эйлин снова закрутила бокал в руках, задумчиво уставившись в темноту за окном. – Ты ведь понимаешь, что он просто волнуется? – Знаю, – вздохнула я. – Просто иногда это чертовски раздражает. – Лучше уж так, чем никак, – тихо заметила она. Я ничего не ответила, только кивнула, опуская голову на руки. Где-то в глубине души я знала, что она права. *** Я подкралась к саду и, затаив дыхание, окинула взглядом уединённое место. Гарри стоял у старой яблони, вытирая пот с лба, его руки нервно теребили палочку. Видимо, тренировался. Прекрасно. Я бы в его возрасте тоже не теряла времени на бессмысленные действия. — Поттер! — позвала я его, не скрывая раздражения в голосе. — Не думала, что тебя придётся искать в таком месте. Гарри резко повернулся, его глаза мигом выцепили меня, и он не смог скрыть удивление. — Кассиопея? Чего тебе? Я коротко оглядела его. О, он всё тот же — измотанный, немного излишне серьёзный, с этим бесконечным желанием помогать всем, кто не может помочь себе сам. Сколько раз я ему это говорила... И всё равно его верность идеям Дамблдора продолжала заставлять меня изумляться. — Не трать время на вопросы, Поттер. Я пришла не для того, чтобы в очередной раз слушать твои речи о судьбе. Объясни мне, как ты научил полшколы вызывать Патронуса. Он нахмурился, непонимание на его лице сменилось настороженностью. — Почему тебе это нужно? У тебя же всё в порядке с магией... — Гарри начал было, но я перебила его. — Ты что, слепой? В два раза меньше времени, чем я могла бы, я научилась защищаться. Но в отличие от тебя, мне ещё с дементорами на пути сталкиваться! А я не могу его вызвать... Он молчал, а я почувствовала, как в воздухе зависла тяжёлая пауза. Он знал, что я говорю не просто так, и я была готова использовать тот аргумент, который бы его заставил действовать. — Только, пожалуйста, не пожимай плечами, как тогда. Он вздохнул и покачал головой, отчаянно пытаясь разобраться, что скрывается за этой новой игрой, которая была мне так характерна. Но я заметно раздражалась от его недоумения. — Просто объясни, как ты этого достиг? — Патронус — это защитное заклинание, которое отталкивает тёмные существа, такие как дементора, — сказал Гарри, пытаясь собраться с мыслями. — Он проявляется в виде животного, которое ассоциируется с тем, кто его вызывает. Очень сложно, но... можно научиться. Я скептически взглянула на него, но это было неизбежно. Я просто не могла позволить себе снова столкнуться с тем же ужасом, что полгода назад. Патронус — это единственное, что могло меня от этого защитить. — Понятно. А что с его вызовом? Каким образом ты его вызываешь? Я помню, ты сказал, что у тебя это получилось не с первого раза. Он усмехнулся, но потом его лицо стало серьёзным. — Ты должна сосредоточиться на самом лучшем воспоминании, которое у тебя есть. Это поможет вызвать Патронуса. Когда ты это сделаешь, не думай ни о чём плохом. Просто... — Так, хорошо, — перебила я его. — Ты хочешь сказать, что для того, чтобы не стать мишенью для дементоров, я должна просто вспомнить что-то светлое? Неплохо, ты сам-то в это веришь? Гарри попытался не реагировать на мой сарказм, продолжая сдержанно говорить: — Я знаю, это трудно. Но это работает. Ты можешь сделать это. Главное — не бояться. — Слушай, если ты так продолжаешь рассказывать, то с таким подходом я, наверное, буду обедать с дементорами, — я фыркнула, но внутренне всё равно напряглась. Внутри меня росло раздражение, но я пыталась сдерживать его. Мне нужно было это научиться, так что не было смысла сопротивляться. — Проще всего представить, что твой Патронус — это не просто защита, а часть тебя самой. А теперь попытайся, — сказал он. Я взяла палочку, хотя ощущения было такое, как будто я собираюсь пустить её на какое-то экзекуционное заклинание. Гарри что-то тихо пробормотал, но я не слушала. Больше всего мне хотелось, чтобы это всё закончилось как можно быстрее, хотя я и прекрасно знала, что это не будет простым. — Ладно, Поттер, покажи пример, как ты это делаешь. Я слишком устала от разговоров. Действуй, чтобы я не стояла здесь как идиотка, — сказала я, пытаясь скрыть досаду. Он кивнул, принял стойку, как будто сейчас будет делать что-то сверхважное, и сосредоточился. Произнес это заклинание, и, как и ожидалось, прямо перед ним появился тот самый оленёнок — его Патронус. — Так это работает, — сказал он, поворачиваясь ко мне. Я прищурилась и скептически посмотрела на это свечение. В его Патронусе было что-то... почти трогательное, и я понимала, что этот момент важен для него, но мне хотелось поскорее заняться делом. — Ну, я не могу быть такая наивная, чтобы верить в магическую вуаль «пожелай и получишь». — Я фыркнула, не скрывая сарказма. Гарри, очевидно, это не задело. Он снова сосредоточился и подал мне палочку, не говоря ни слова. Я вздохнула, прикрывая глаза, будто надеясь, что смогу собрать в себе хоть что-то светлое и честное. — Ладно, — я передёрнула плечами. — Ты говоришь, что для этого нужно просто думать о хорошем? О чём, например, ты думал, когда учился это делать? — Это личное, — сказал он, хмурясь. — Ты же понимаешь. — Конечно, — пробурчала я. — Не надо мне рассказывать про твои проблемы с «отпустить прошлое». Внутри я попыталась воссоздать что-то тёплое. Вспомнила тот момент, когда в первый раз почувствовала, что могу что-то изменить, когда была в безопасности. Я закрыла глаза и пробормотала: — Экспекто Патронум! Но ничего не произошло. Вообще ничего. Не то что бы я ожидала потрясающего результата с первого раза, но... я почувствовала разочарование. Стало немного стыдно, что ничего не выходит. Гарри молчал, а я оглядывалась вокруг, как будто ждали, что меня кто-то спасёт от этого бесполезного провала. — Ну, давай, — сказал Гарри, как-то слишком уверенно. Я приподняла палочку, но, честно говоря, была готова выкинуть её в ближайший куст. Но не выкинула. Раз уж всё-таки сюда пришла, почему бы не попробовать. И я начала: — Экспекто Патронум! Ничего. Тишина. Просто пустой воздух, и я стояла там, как полная идиотка, ощущая как напряжение с каждым моментом растёт. Гарри не сказал ни слова, а я снова сосредоточилась, но мне было чертовски тяжело. Воспоминания о... может, когда я была с Тонкс, как она смеётся над каждым моим сарказмом, а потом эти ужасы... Патронус. Вспомни, Касси. Вспомни, и просто сделай! — Это не работает, — я почувствовала, как злость начала нарастать. — Может, ты просто зря надеялся на чудеса с моей стороны. Он посмотрел на меня, но ничего не сказал. Просто пожал плечами. — Ты просто ещё не нашла тот момент, который тебе поможет. Я закатила глаза, но понимала, что он прав. Я не была готова, а он не заставлял меня чувствовать себя хуже. В отличие от большинства, кто бы начал говорить, что я вообще не поддаюсь обучению, Гарри просто... ждал. — Хорошо. У тебя, может, и есть какая-то философия на этот счёт, но мне просто нужно подумать. Гарри чуть приподнял бровь, а я почувствовала, как нервная дрожь в ногах сменяется на раздражение. Все эти попытки выглядели настолько бесполезными, что даже он начинал выглядеть на секунду... жертвой своих собственных идеалов. — Ты не можешь сдаваться. Просто нужно продолжать, — сказал он, как будто я этого не знала. Я бросила на него взгляд, полон сарказма. — Что бы ты не говорил, но у меня нет времени на продолжения. Я по сути для себя уже выбрала — либо ты мне покажешь, как это делать, либо мне придется найти другой способ. Но, как ты понимаешь, другие способы не такие эффективные. Он не стал спорить и просто кивнул. — Давай, пробуй ещё раз. Мы не уходим отсюда, пока не добьёмся результата. Я тихо фыркнула, снова сосредоточив внимание. На этот раз мне нужно было не просто сосредоточиться, но и полностью проигнорировать внутреннее раздражение. Не так уж это и легко, когда ты вся в напряжении, но я постаралась. И наконец... что-то ощутимое прокачнулось внутри. Палочка слегка загудела, и как только я снова произнесла заклинание: — Экспекто Патронум! В воздухе появился едва заметный, почти прозрачный силуэт. Силуэт, который не мог бы напугать даже самого младшего Баута. Но это был мой Патронус. Не самый лучший, не самый яркий. Просто первый шаг. Гарри улыбнулся, на лице его мелькнула искренняя радость. — Ты сделала это. — Да, Поттер, я сделала, — ответила я, немного раздражённо, — только не переживай. Я не собираюсь спасать твою задницу с этим слабыми попытками в следующий раз. Он посмеялся, а я, ощущая лёгкую горечь внутри, злилась не только на себя, но и на его безмерную уверенность. Но в конце концов я поняла, что это был хотя бы какой-то первый шаг, и этого было достаточно, чтобы не чувствовать себя полной неудачницей. Он вздохнул, развернулся, и я слышала, как его шаги удаляются. Я осталась стоять в саду, опершись на дерево, прижав ноги к земле. Отпустила напряжение, позволяя себе просто быть. Я вернулась в комнату, пыталась сосредоточиться на тех моментах, которые когда-то действительно согревали меня. Блёклые воспоминания, из которых не складывалось ни одной картины, вдруг начали собираться как-то в мою голову. Мысли продолжали крутиться в голове, но вот теперь, когда я отложила все сомнения, появилась хотя бы искорка. Вспомнила взгляд Тонкс, её смех, когда мы с ней смеялись до слёз. Это было давно, но это было моё. В голове всё как-то путалось, но было одно — одно воспоминание, которое вызывало в груди странное тепло, словно тихий огонь. Это было Рождество, первое Рождество, которое я провела с семьёй Тонксов. Я была еще в той стадии, когда не могла определиться, что мне делать с этим миром, с этими людьми, и почему меня вообще когда-то привезли в этот дом. Тогда я не знала, что значит «дом». Я не знала, что значит «забота». Но всё изменилось в тот вечер. Я всё ещё помню этот запах — свежего хвойного дерева и домашней еды, который наполнил воздух. А ещё помню, как Дора с Андромедой бегали по кухне, настраивая ёлку и ворчали друг на друга, хотя на самом деле никто из них не был серьёзно злым. Весь этот беспорядок и смех казались такими простыми, а я почувствовала что-то странное внутри. Это было нечто вроде спокойствия, которое я не испытывала никогда. Не страх. Не напряжение. Только… спокойствие. Тонкс в тот день как-то очень внимательно ко мне отнеслась. Она не пыталась мне что-то объяснить или навязывать свою помощь. Она просто сидела рядом и слушала, когда я молчала, и если что-то говорила, то её слова не звучали как пустые утешения. Она просто принимала меня, не пытаясь сделать что-то экстраординарное. Это был вечер, когда я впервые почувствовала, что могу быть частью чего-то. Это не был момент, когда всё вдруг стало лучше. Это был момент, когда я поняла, что в мире может быть что-то доброе, что я не должна быть одна. И в этот момент, когда я сидела у камина, с чашкой горячего шоколада в руках, я почувствовала, что действительно в безопасности. Не было ощущения угрозы, не было ощущения, что завтра всё может развалиться. Я сосредоточилась на этих чувствах — спокойствии, заботе, безопасности. И в груди вдруг возникло нечто... словно светлый луч. Я постаралась удержать его, направить всю свою концентрацию на этот момент, когда я впервые почувствовала, что могу быть дома, что могу довериться. Я выдохнула, сжала палочку и произнесла: — Экспекто Патронум. Я почувствовала, как что-то пытается пробудиться внутри меня. Пламя этого воспоминания... оно было живым, теплым, но на мгновение исчезло, как и попытка Патронуса. Я ещё не успела научиться полностью управлять этим светом.