Скрижали Судьбы

Комната для стажёров была пропитана напряжением. В воздухе будто витало электричество — каждый чувствовал его кожей. Стажёры сидели на стульях, кто-то мерно покачивался взад-вперёд, кто-то постукивал пальцами по колену. Несколько человек нервно перешёптывались в углу, обсуждая свои ошибки. А я просто сидела, вытянув ноги вперёд, и смотрела в потолок. — Мерлин, Кэсси, — раздался рядом раздражённый голос Гриндейла. Я повернула голову. Он навис надо мной, сложив руки на груди, и смотрел так, будто я только что предложила устроить чаепитие с дементорами. — Ты что, совсем не переживаешь по поводу того, как ты прошла? Я лениво моргнула. — Ага. Он скептически приподнял бровь. — То есть, даже ни капли? — Ну, давай подумаем логически. — Я откинулась назад, сцепив руки за головой. — Полоса препятствий? Ну, да, впечатляюще. Вся эта беготня, магические ловушки, жуки-убийцы размером с драконий череп... Но ничего особо смертельного. Гриндейл прислонился к столу, хмыкнув. — Ладно, а финальная дуэль? Ты ведь дралась с Тонкс! Я закатила глаза. — Да, Гриндейл, я это заметила. Она — аврор, крутая и всё такое. Но, честно? Я посмотрела ему прямо в глаза. — Я уже уходила от Лестрейндж. Наступила тишина. Он нахмурился. — То есть, ты хочешь сказать… Я пожала плечами. — Хочу сказать, что это, как бы ни звучало пафосно, был просто детский сад. Гриндейл уставился на меня с таким выражением, будто я только что в шутку сказала, что Волдеморт — мой крестный. Потом покачал головой, тяжело вздохнул и пробормотал: — Чёрт, с тобой невыносимо. Я усмехнулась. — Да, знаю. Сказать ему еще хоть что то, не дал скрип двери кабинета. Она распахнулась с таким грохотом, что двое стажёров в углу чуть не подпрыгнули. В комнату уверенно зашёл Грюм, опираясь на свою знаменитую ногу. За ним следовала комиссия — несколько авроров, наблюдавших за испытаниями. Все сразу притихли. Грюм неспешно обвёл нас взглядом своим магическим глазом. Он, кажется, задержался на мне чуть дольше, чем на остальных, но, может, мне это просто показалось. — Так, салаги, — его голос был низким и грубым, как скрежет стали. — Сейчас объявим результаты. Если облажались — значит, облажались. Никто вас тут за уши тянуть не будет. Он развернул свиток и начал читать. — Брэди. Брюнет в углу напрягся, будто его вот-вот должны были приговорить к Азкабану. — Полоса препятствий — прошёл, но медленно. Трижды попался в ловушки, чуть не утонул в болоте. Дуэль — проиграл за минуту сорок. Ошибки: запоздалые реакции, слабые щиты. Итог: допустим к дальнейшему обучению, но без особого восторга. Брэди облегчённо выдохнул. — Гриндейл. — Грюм продолжил. — Полоса препятствий — средний результат. Дуэль — проиграл, но держался дольше, чем ожидалось. Ошибки: медленное произнесение заклинаний, предсказуемые движения. Итог: оставлен на испытательный срок. Гриндейл кивнул, сжав губы. Грюм зачитал ещё несколько имён, большинство — с теми же проблемами: кто-то неуклюж в ловушках, кто-то плохо держит щиты, кто-то паниковал в бою. Наконец, он замолчал, поднял голову и посмотрел прямо на меня. — Блэк. Комната будто бы задержала дыхание. Я спокойно посмотрела на него, склонив голову набок. — Полоса препятствий — один из лучших результатов. Бегала быстрее всех, ловушки не задели, но, как я заметил, ты не особо заморачивалась с разминированием. — Он ухмыльнулся. — Просто прорывалась сквозь всё подряд. Я пожала плечами. — Главное — результат. Грюм фыркнул. — Дуэль с Тонкс... — Он замолчал, а потом покачал головой. — Использование астральной проекции. Несколько человек зашептались. — Давно такого не было, — негромко проговорил один из членов комиссии, лысый мужчина в зелёной мантии. — Да, но не сказать, что честно, — добавил другой, пожилой маг с седыми усами. — В бою с Пожирателями, никто не будет смотреть, честно это или нет, — жёстко отрезал Грюм, сворачивая свиток. — Это сработало. Значит, засчитано. Я чуть склонила голову, едва заметно улыбнувшись. — Ну, хоть кто-то меня понимает. Грюм хмыкнул. — Итог: перешла на новый курс стажировки, без дополнительных испытаний. Оценка — выше среднего. Я кивнула. Гриндейл, сидящий рядом, толкнул меня локтем. — Выше среднего? — прошептал он. — Серьёзно? После такого финала? Я фыркнула. Грюм усмехнулся и, проходя мимо, бросил: — «Отлично» получишь, когда доживешь до боя с Лестрейндж. *** Площадь Гриммо сияла огнями праздничных факелов, разноцветными гирляндами и шумным смехом дружных компаний, собравшихся в гостиной, где обсуждали результаты испытаний. Везде витала атмосфера победы и веселья: орденовцы, пара стажеров, которые вступили в Орден Феникса, даже несколько преподавателей со школы обменивались тёплыми поздравлениями и саркастическими замечаниями в адрес прошедших испытания. Люпин, обычно спокойный и невозмутимый, с улыбкой наблюдал за этой бурной картиной, сидя рядом с Тонкс. Эйлин сидела рядом со мной, скрестив руки на груди и бросая ленивые взгляды на Чарли Уизли, который воодушевлённо рассказывал, как кто-то из стажёров чуть не поймал проклятьем самого себя во время зачистки помещения. Я продолжала сидеть в кресле, уставившись в одну точку, пытаясь осознать, какого чёрта мне поставили «выше ожидаемого» вместо «отлично». — Какого чёрта выше ожидаемого?! — наконец не выдержала я, вскинув руки к потолку. В гостиной тут же стало чуть тише. Чарли Уизли, который только что взахлёб рассказывал историю про неудачливого стажёра, замолк на полуслове. Люпин перевёл на меня внимательный взгляд, Тонкс театрально закатила глаза, а Клаус, сидевший рядом, лишь усмехнулся. — Ой, всё, началось, — протянула Тонкс, сделав глоток огневиски. — Да! Да, началось! — Я вскочила с кресла, воздев руки к потолку. — Объясните мне, кто-нибудь, как так вышло?! Клаус, сидевший рядом и наблюдавший за мной с улыбкой, откинулся на спинку кресла. — У тебя что, эго размером с Большую Британскую библиотеку? — Да при чём тут эго?! — Я всплеснула руками. — Я должна была получить «отлично», а не вот это вот «выше ожидаемого»! — А почему ты вообще переживаешь, Касс? — подала голос Эйлин, которая до этого молчала. Она сидела, закинув ногу на ногу, и лениво крутила в пальцах бокал с вином. — Я тоже получила оценку за защиту второго уровня, знаешь, не отличную. Никому не нравится, когда кто-то что-то делает не так, как они хотят. Мы со своими устоями из другой страны не очень-то любимы нашим новым Министерством. Я резко повернулась к ней, задумалась. В этом был смысл. — Но это же глупость, — проворчала я. — Они хотят, чтобы мы были лучшими, но когда кто-то действительно показывает результат, им это не нравится? — Они хотят, чтобы ты была лучшей по их правилам, а не по своим, — спокойно ответила Эйлин. — Ну и плевать на их правила! — Я раздражённо взъерошила волосы. — Ты можешь им плевать сколько угодно, но оценки всё равно ставят они, — хмыкнул Чарли, поднимая бокал. Я уже собиралась что-то сказать, но тут в разговор вступил Грюм. Он до этого стоял у камина, молча наблюдая за всей этой сценой, но теперь его волчий взгляд устремился прямо на меня. — Ты отлично сделала, но воспользовалась астральной проекцией. — И что?! — Я снова вскинула руки. — Ты сам сказал, в бою никто не будет проверять, честно я поступаю или нет! Грюм кивнул. — Именно поэтому тебе засчитали. — Тогда какого чёрта выше ожидаемого?! — Потому что, Кэсси, ты хитришь, — вмешалась Тонкс, усмехаясь. — А министерские дяди не любят хитрых. Они любят послушных и предсказуемых. — Тогда они не знают, кого взяли в отдел, — я мрачно села обратно в кресло. — О, уверена, они уже догадываются, — хмыкнул Клаус, потягивая вино. — Ты только не плачь, ладно? — поддела меня Тонкс, стреляя в меня лукавым взглядом. — Плакать?! — Я возмущённо указала на неё пальцем. — Тонкс, если бы не моя проекция, ты бы уже радостно отмечала свою победу! — Ага, а если бы у тебя было три головы, ты бы могла следить за всеми углами одновременно, — фыркнула она. — Это сейчас намёк на мою любовь к экспериментам с магией? — Даже не намёк, а жирный такой знак. — Брось, — вмешался Чарли, с любопытством наблюдая за нашей перепалкой. — Это просто формальности. Ты же понимаешь, что если бы Грюм ставил оценки, он бы тебе вообще «неуд» влепил, просто чтобы ты стала злее и сильнее. — О да, именно так, — Грюм довольно ухмыльнулся. — Но ты же понимаешь, что я права? — Я продолжала, не обращая внимания на их подколки. — Я прошла испытание лучше, чем ожидалось, так? — Так, — признал Люпин, слегка улыбаясь. — Значит, я заслужила «отлично»? — Не совсем. — Клаус приподнял бровь. Я повернулась к нему и прищурилась: — Ты тоже против меня?! — Нет, я просто наслаждаюсь твоей бурной реакцией. — Мерзавец. — Спасибо, дорогая. Тонкс прыснула со смеху. Чарли налил себе ещё огневиски, а Грюм, наконец, усмехнувшись, и снова это сказал: — Отлично получишь в бою с Лестрейндж. Я замолчала. Секунда. Две. Три. А потом я криво усмехнулась, покачала головой и пробормотала: — Ладно. Вот это аргумент. Все снова засмеялись, а я, чертыхаясь, взяла бокал с тыквенным соком, который мне протянул Клаус. — Вот пускай они берут этих послушных и предсказуемых и идут с ними на войну к Волан-де-Морту, — заявила я, откидываясь на спинку кресла и скрещивая руки на груди. — А мы вот такие непокорные, посидим где-то… где-то там. — Ха! Ты же так не думаешь, на самом деле, — лениво заметил Ник, наблюдая за мной поверх бокала с вином. — Конечно, я так не думаю! — Я раздражённо махнула рукой. — Просто это бесит! Почему?! — Кэс, ты сейчас себя ведёшь, как ребёнок, у которого забрали конфету, — вставила Тонкс, качая головой. — Успокойся. — Это принципиально! Грюм усмехнулась и, не отрываясь от своей фляги, лениво протянул: — Если вдруг ты не заметила, у тебя стоит оценка на десять баллов выше, чем у всех других стажёров. Я прищурилась, глядя на неё. — И что? — Так что расслабься и вдохни аромат цветов, — Эйлин вздохнула, сделала глоток вина и добавила с улыбкой: — Или ароматы дыма от твоего перегоревшего тщеславия. — Ох, не начинай! Чарли усмехнулся: — Ты же всё равно знаешь, что лучшая. Какая разница, что у тебя там в бумажке написано? Я закатила глаза и, наконец, сдалась. — Ладно. Ладно! Хорошо! Не буду я больше жаловаться. — О, так-то лучше, — фыркнула Тонкс. — А то мне уже казалось, что сейчас разнесёшь тут всё к чёртовой матери. — Ещё не поздно, — хмыкнула я. — Вот именно, — добавил Клаус, обнимая меня за плечи. — Поэтому давай ты просто расслабишься и насладишься вечером, пока я не начал сомневаться, почему вообще встречаюсь с таким несносным существом. — Потому что я потрясающая, — парировала я, гордо вскинув подбородок. — И упрямая. — И непредсказуемая, — добавила Тонкс. — И с нездоровым стремлением к идеалу, — усмехнулась Эйлин. Я обвела всех подозрительным взглядом. — Вы меня сейчас хвалите или оскорбляете? — Да. Взрыв смеха прогремел по гостиной, а я только фыркнула, взяла у Клауса свой бокал и сделала большой глоток. Ладно. В конце концов, они правы. Но черт возьми… всё равно бесит. Праздник продолжался. Но внутри у меня всё ещё теплилось лёгкое возмущение. Чёрт с ним. Лестрейндж точно не оценит мои методы выше ожидаемого. *** Когда все наконец разошлись, и в комнате осталась только тишина, я продолжала сидеть в углу, погруженная в свои мысли. Площадь Гримо пустовала, и даже обычный шум, который царил здесь, исчез. Я не чувствовала того привычного ощущения торжественности, которое обычно бывает после завершения чего-то важного. Вместо этого я ощущала лишь лёгкую пустоту. Я встала и пошла к окну. Мракоборцы ушли, все разошлись. Ребята наверняка еще обговаривали это всё между собой в других частях дома, но мне хотелось побыть одной, чтобы дать себе немного времени на осмысление. Я не могла понять, почему меня всё это так возмущает. Оценка? Разминирование? Проекция? Вроде и не должна была так реагировать, но вот это "выше ожидаемого" прямо вывело меня из себя. Вдруг я услышала шаги в коридоре. Прислушалась, и, конечно же, поняла, кто это. Он всё-таки пришёл. — Ты ещё здесь? — Сириус встал в дверном проеме и нахмурился, глядя на меня. Я не повернулась, все равно уже знала, кто это. — А ты, как всегда, вовремя. — Я не могла скрыть своей лёгкой иронии. Он шагнул ко мне, а я осталась у окна, наблюдая, как темнеет за ним. От него пахло ночной свежестью и каким-то неуловимым запахом, который только он мог оставить после себя. — Ты сдала? — он остановился рядом. — Что случилось, Кэсси? Ты бы всё равно не была довольна даже, если бы тебе поставили «Отлично» с отметкой «за заслуги перед Министерством» — в голосе была эта привычная ирония, но я почувствовала, что он всё-таки волнуется. Я повернулась к нему. Всё это время я пыталась скрыть свою внутреннюю бурю, но с его вопросом не удержалась. Я не знала, почему, но мне хотелось просто выговориться. — Почему мне не поставили "Отлично"? Почему это "выше ожидаемого"? Я же сделала всё как положено, Сириус !— Уверена, я сейчас реально напоминала маленького ребёнка, которому за шикарный полет на метле, поставили “неуд”— Всё, что нужно, чтобы пройти испытания, все шаги, все проверки. Я была точной. Я сделала всё как могла. Почему им не хватает этого?! Он не ответил сразу. Видимо, давая мне время отдышаться, сосредоточиться. Я чувствовала, как внутри меня что-то кипит. Он выслушал, а потом сказал: — Ты не привыкла к тому, что кто-то может ставить свои критерии и оценки, а не по тому, как ты хочешь. Ты же не думаешь, что в реальной жизни всё будет по твоим правилам, да? Тебе там никто не будет говорить, что ты "молодец". Ты должна сама себе быть лучшим критиком. Я опять повернулась к окну, слегка насупив брови. Я знала, что он прав, но всё равно… меня не покидала эта странная тревога, что всё это было несправедливо. — Я не буду хороша для всех, Сириус, — проговорила я, не отрывая взгляда от ночного неба. — Никогда. Я вообще не понимаю, как ты мог выжить, будучи таким. — Я пожала плечами, пытаясь подавить в себе чувство растерянности. — Ты вообще не понимаешь, что такое быть постоянно оценённым. — Я знаю, каково это, поверь. Прекрати обвинять всех, кроме себя. — Он подошёл ко мне чуть ближе, и его голос стал мягче. — Ты переживаешь, потому что хочешь быть лучше всех, но иногда для этого нужно просто позволить себе… быть. Ты не можешь контролировать всё вокруг. Ты прошла испытания, Кэсси. Ты всё сделала правильно. Это уже победа. Я молчала, слушая его. Он прав. Я знала, что прав. Но мне так не хватало какого-то признания. Не только от него, от кого угодно. Мне нужно было это, чтобы снова почувствовать, что я сделала что-то значимое, а не просто прошла через очередной процесс, не оставив за собой следов. — Ты думаешь, я не горжусь? — вдруг выдал он. — Да я бы взял эту оценку себе на грудь, если бы мне пришлось. Ты выросла, такая сильная, такая красивая, Касс. И я тебя всегда поддержу, независимо от того, что о тебе думают другие. Он подошёл ко мне ближе, остановился рядом, и я почувствовала его присутствие рядом с собой. Тот самый момент, когда за все вопросы о себе я была готова по-настоящему поверить в то, что всё будет хорошо. *** В зале царила тишина, не считая звуков ударов — кожаные перчатки, твёрдые тренажёры, потрескивающие от напряжения. Стены с магическими экранами, отслеживающими каждое движение, скользили в тени, и свет ламп рассеивался, отражаясь от металлических поверхностей. Нимфадора стояла напротив меня, в кроссовках с яркими вставками, хотя в данный момент это больше походило на ремесло, чем на тренажёрный зал. Она поднимала палочку, и магия шипела, соединяя её с чистым, жгучим ощущением в воздухе, как будто сама атмосфера стала плотной. Это не просто тренировка на выносливость или физическую силу, это была магия, которую нужно держать под контролем. — Ну что, готова? — спросила она, и её улыбка затмевала всё вокруг. Я кивнула, сжимая свою палочку, нервируя её поверхность, словно смазывая механизмы своей внутренней силы. Порой я думала, что мракоборцы тренируются не столько физически, сколько учат себя быть сильными в любую секунду, реагировать мгновенно. Не просто реагировать, а быть готовыми к чёрному, как вечернее небо, как смерть. Кто-то из новичков в углу зала попытался провести зачарованную защиту от барьерных атак, но его пламя взорвалось, и он едва успел отскочить, почувствовав тяжесть удара в грудь. — Ты на это не рассчитывала, — я шагнула вперёд, твёрдой походкой, и ловко нарушила баланс его заклинания. — Мракоборцы не ошибаются так часто. В зале послышались взгляды, хотя все продолжали работать. Несколько новичков, стоящих в углу, замирали в тени тренажёров, наблюдая за тем, как отрабатываются силовые техники. Их выражения колебались между восхищением и беспокойством. Гриндейл стоял в самом центре, с оскаленной улыбкой наблюдая за всем этим. Его лицо скрывалось в полумраке, но глаза ярко светились, и я ощущала, как его взгляд порой останавливался на мне. Я поймала его взгляд, и тот момент был едва ли не замечен, но он понял. Слишком много недосказанного между нами. Даже в этом зале. Нимфадора обернулась ко мне, быстро поднимаясь на одну ногу, а затем поворачивала палочку, активируя защитный барьер в воздухе. В следующее мгновение мы начали работать в паре, магия, как шрапнель, вылетала, преследуя нас, заставляя уклоняться. Было чувство, что каждое движение может стать последним, если не успеешь вовремя применить заклинание. Я знала, как важно научиться улавливать момент, когда твоя жизнь висит на волоске. Внезапно все остальное, включая Гриндейла и новичков, исчезает. Только ты и оружие — точность, сила, способность быть невидимой. Тренировки не знали передышек. Мракоборцы в спортивном зале продолжали совершенствоваться, каждый из нас был частью этой машины — идеально слаженной и готовой к действиям. Но всё же оставалось ощущение, что мы все чем-то связаны друг с другом. Нимфадора, глядя на меня с такой лёгкостью, что не похоже было на тренировки, опять затягивала верёвку из магии, и её рука едва касалась воздуха. Стены зала снова отзеркаливали её движения, словно отражая магический вихрь, который она создавала. — Прокачай свою защиту, Кэсси. Ты не можешь зацикливаться только на атаке. Это не турнир. Это работа. Я сжала губы, чувствуя, как магия вырвалась из под моих пальцев, рикошетнув в воздухе и раздробив пламя Нимфадоры на части. — Легко говорить, когда тебе не приходится сдерживать каждое слово, — я пронзила её взглядом, сдерживая свой сарказм. — Не все могут так свободно разговаривать. Ты хотя бы когда-нибудь молчала? Нимфадора не обиделась, но усмехнулась. — Ты не понимаешь, когда тебе на плечи падает столько обязанностей, что порой в голове остаётся только… одни слова. А если ты молчишь, то тебя никогда не услышат, даже если ты как гром прогремишь. Она резким движением включила защитное заклинание, и воздух перед нами напрягся, стал твёрдое, как стенка. Я подошла поближе, зафиксировав магический взгляд на её защитном барьере. — Защита не всегда спасёт, когда за тобой гонятся. Кингсли, стоявший у стены и поддерживавший взглядом всё, что происходило в зале, вдруг подошёл к нам. — Ты правду говоришь Кэсси. Защита нужна, но ещё важнее – не попасть в ловушку. Ты же понимаешь, что мгновение слабости может стоить жизни? Он взглянул на меня. Его глаза — серые, со следами давней усталости — казались чуть холодными, даже с оттенком некой меланхолии. И в них было нечто большее, чем просто старческий опыт. Я бы не сказала, что он был моим союзником, но его присутствие здесь, на тренировках, помогало мне не терять фокус. Я молча кивнула, не отвечая, потому что знала — он прав. Магия порой не поддаётся логике. — Ну и где твоя реакция, Блэк? — вдруг крикнул один из новичков, стоявший в углу зала. Слишком молод, слишком нервозен. — Ты тут, значит, звезда, а я едва успел подняться в последний момент. Я посмотрела на него с насмешкой, хмурясь. — Если ты думаешь, что я тебя на "слабого" буду тащить, ты ошибаешься, — сказала я, поднимая палочку. — Следи за тем, как тренируются те, кто не на тренировке, а в реальном бою будет бороться за свою жизнь. — Раз уж ты об этом, — Нимфадора перешла к другому заданию, — давай-ка посмотрим, кто быстрее справится с оборотнем. Я подняла руку, и из воздуха извлёкся облик зверя, — оборотень, как и говорила Нимфадора. Пальцы на палочке пронзили пространство, и светлый след ожил в воздухе, превращаясь в существо, готовое к битве. Оборотень принял форму слабо контролируемую, но его жесткость была едва заметной. Он не мог быть простым заклинанием. — А я-то думала, что с оборотнями — это твоя специализация, — ехидно кинула я Тонкс. — Значит, я должна сражаться с оборотня, а ты встречаться с одним из них? Тонкс закатила глаза. Она буквально взорвалась смехом, хотя её глаза не теряли того сосредоточенного, чуть настороженного выражения. Кингсли хмурился, подбираясь к одному из новичков, пока тот нервно скользил взглядом по оборотню. — Тебе нужно не только защищаться, — сказал Кингсли, покачивая головой. — Тут важно понимание времени. Когда не будет магии в руке, когда не успеешь бросить заклинание, ты должен быть готов к тому, чтобы использовать всё. Я подняла палочку в очередной раз и увидела, как оборотень взревел, приближаясь ко мне. Всё, что мне оставалось — моментально превратить его в пепел. Заклинание было отточено, но Кингсли успел шагнуть передо мной и сдержал моё движение. — Не всё решается силой, — произнёс он, и его ладонь была уже у моей плеча. Момент был коротким, но я почувствовала, как напряжение в теле исчезло, и я немного ослабла. — Ты не должна постоянно показывать, что можешь убить кого-то быстрее. Это нужно делать тогда, когда на тебя давят обстоятельства. — Да, но как тогда быть с тем, что меня всегда обгоняют те, кто на шаг впереди, — бросила я, взгляд проколол его изнутри. — А вот это интересный поворот, Кэсси, — она поставила руку на бёдра, наблюдая за моими движениями с интересом. — Ты так говоришь, как будто это совершенно нормальная ситуация. Ты хоть раз встречала оборотня, который не стремится тебя сожрать? Я скосила глаза на оборотня, который в этот момент шёл ко мне, как если бы это был самый обычный день. — Ну, конечно, если говорить об оборотне которого я знаю, то с ним я, наверное, бы и не столкнулась, — сарказм просочился в мои слова, и я почувствовала, как меня отпустило напряжение, пока тело всё ещё было готово к бою. — Но как бы он меня не угощал шоколадом, думаю, я могла бы его успокоить. Кому как, а мне уж точно не нужна привязанность с этим зверём. Нимфадора сделала шаг назад, не переставая наблюдать, но её взгляд стал более мягким. Она явно не ожидала такого от меня. — Может, ты и права, — сказала она спокойно. — Но если ты вдруг решишь использовать свою магию, не забывай, что оборотни подчиняются не только заклинаниям, но и инстинктам. Это не просто кучка ядовитых трав или жгучих заклятий. Ты должна быть готова к тому, что он не остановится, даже если ты сделаешь всё, что можешь. Я посмотрела на неё, в её глазах было нечто большее, чем просто опыт. Это был реальный совет, и это мне стоило многого. — Скажем так, — я на секунду затаилась, вслушиваясь в тишину, которую создал наш бой с оборотнями, — я знаю, как обращаться с ним. Но если он решит, что я — его еда, будет поздно об этом сожалеть. Нимфадора кивнула. — Ты готова, да? С ним не шутят. — А ты к этому готова, Дора..? — это был вопрос, который совершенно не относился к данной ситуации. В голове уже прокручивались действия, словно в замедленной съёмке: как я буду следить за каждым движением оборотня, как поверну в момент его прыжка, как поймаю его в магический круг. — Расслабься, кузина. Кто, если не мы? — усмехнулась я, чувствуя, как магия под пальцами собирается в единую силу.