oxygène bloqué

Ей горько. Горько даже смотреть на будущего герцога. Ведь он пустой, слишком пустой даже для персонажа, слишком пустой даже для картонки, просто слишком пустой. У него мертвые глаза, мертвая кожа и мёртвый голос и сам он совершенно мертвый. Быть может, он когда то и был человеком, но теперь от него осталась лишь изсохшая тень, да и то не его, а его отца. Он просто копия герцога выведенная по единому образцу. Он наследник и в этом слове вся суть его личности. Он без титула жить не умеет и от того тонет. Тонет в себе, в подавленных эмоциях, в прошлом. И выплывать не хочет - гордость не позволяет. Не позволяет и вьётся красной лентой вокруг шеи, показывая благородство, но лишая свободы. Лишая кислорода. Он похож на восковую фигуру отлитую по серийному образцу. И все что его отличает от других - трепетно хранимое прошлое и фасад высокомерия. Даже лицо не его, а точь-в-точь в отца, жалкая распечатка. Молодой господин держится только за обрывки и силуэты и к жизни его привязали лишь обязательства. Сиен его боится. Она знает - у таких людей грань, подобна лезвию и они ходят по ней годами. Иногда её переходят ещё в детстве, иногда ровно стоят до конца жизни. И даже чёрту неизвестно когда юный герцог её перейдет. Наследник х-о-л-о-д-н-ы-й Сиен его и-з-б-е-г-а-е-т Она уходит завидев его силуэт в коридоре, растворяется в толпе на бала, изчезает с завтраков лишь бы не видеть его. Но ведь вечно бежать не получиться и Сиен это понимает. Она пытается, но впервые упирается в глухую стену, а позади коридор тянется смыкая стены, лишая последнего пути к отступлению. А где-то вдалеке идет он. Идет уверенно и прямо, с прямой спиной и высоко поднятой головой, идет, и шаги его гулко отдаются от мраморных сводов. Он останавливается и что-то говорит ей. Она не слышит. Юный герцог замолкает. А Сиен не дышит, стоит затаив дыхание и смотрит в его пустые глаза. Кажется, что там все же что-то есть. Что-то далекое плещется в бесконечной лазуре его глаз. Но она не знает что. Молодой господин снова что-то спрашивает и видимо ждет ответа. И она пробует ответить пока мир вокруг закручивается цветным водоворотом и тянется, тянется, тянется уплывая в тьму. А юный геруог уже начинает злиться и требовать ответа. И Сиен пытается что то сказать и как-то к нему обратиться. Она пробует его имя, несколько прокручивая на языке и звучит оно очень... горько, горько, горько Сиен гадко. Гадко от постоянных скандалов и стычек которые так любит учинять младший сын герцога. Он шумный, развязанный, грубый, а ещё имеет впечатляющую способность появляется в не том месте и не то время, находя её только тогда, когда не надо. И в такие моменты Сиен всегда от него убегает, ведь даже после короткой встречи с ним осадок держится весь день. В этом он похож на коробку просроченных конфет с ликером, когда алкоголь не пьянит, а шоколад теряет свой вкус и только тошнота остается. Молодой господин слишком разрознен, слишком запутан и скомкан, как клубок старой пряжи. Но распутывать его у Сиен нет никакого желания. Она не герой, не спасатель и не святая дева, да и роль утопающего персонажа массовки подходит ей куда больше, а он будто специально лезет на рожон и молчит крича во всю глотку . Герцогский сын титулу не соответствует, кидается на слуг и мешает, мешает мешает. Он врывается на завтрак, ловит в окне, находит в лазейке и прилипает не желая оставлять «сестру» в одиночестве. Но в нужный момент «старший брат» всегда растворяется в толпе, предпочитая ей компанию друзей, алкоголя и незамужних дам. Точнее, сами дамы ему совершенно не интересны, ведь герцогскому сыну нужно только их внимание и восторженные вздохи, что бы было о чем рассказать. Младший господин р-а-с-п-у-щ-е-н-н-ы-й Сиен его н-е-п-о-н-м-а-е-т Она не хочет видеть его лица, не желает слышать его голоса, но не уходит встретив его на чердаке. Пенелопа стоит. Стоит и щуриться оглядывая его с ног до головы. А он нагло ухмыляется и тоже не планирует уходить. И они молчат, молчат не долго, ведь ни один из них не терпит тишины. Молодой господин начал первым, Сиен подхватила, он начал распаляться, она - подливать масла в огонь, он сорвался на крик, она перешла на личности. Он обвинил и она припомнила прошлое. Сиен уже не контролировала себя, не контролировала свои слова и свои действия, она лгала говоря только правду, а он уже не слушал. Наверное, ей стоило все же проследить в какой момент его взгляд остекленел, а руки безвольно повисли. Или ей снова мерещется? Зато Сиен прекрасно понимала в какой момент мир вокруг уже почти привычно размылся , а границы раздвинулись до предела. Может, ей все же стоило позавтракать, но Сиен снова стало очень... ГАДКО, Гадко, гадко...