Молот войны: Вечный Палач

Сорциариус

Тизка

За свой короткий поход в этом гримдарке Палач совершил неописуемые подвиги, что навсегда изменили судьбу Империума Человечества. Убийство Абаддона, изгнание хаоситов из Кадии, обуздания великого наследства Тёмной Эры Технологий в лице планеты-кузницы с её несметными богатствами и знаниями, дерзкая вылазка в Сорциариус и засада на Тысячу Сынов с целью освободить их и примарха Магнуса от рабства Богу Хаоса Тзинча. Каждая из его миссий увенчалась исключительным успехом. Мало того, он ещё обрёл верных союзников Тысячу Сынов, особенно Азека Аримана и его отца и учителя Магнуса Красного. Ещё одна успешная миссия на его счету. Это лишь начало. Только-только претворяется Великий Замысел Великого Палача Рока, его пока что он не оглашает. Пока. Для всех и каждого добиться таких невероятных успехов за считанные недели — уму непостижимо. Палач стал всеми признанным героем, но, с другой стороны, его бесконечная сила, врождённые скрытые таланты и удивительный склад ума одарённого гения только повышает интерес к нему со стороны различных организаций Империума. Их наверняка явно не оставляет в покое вопрос — кто он такой и что же привело сюда. Палач своими поступками отвечает на этот вопрос, но даже это могло бы показаться недостаточным. Палача не волнует абсолютно, что думают о нём. Для него вечным неизменным остаётся его вечный долг — спасение и защита человечества и провести его в путь истинный. Чудовищная во всех смыслах планета Чернокнижников, Сорциариус, теперь становится подобием райского Просперо. Он практически полностью избавился от насквозь въевшейся в каменный покров и железные кости планеты. Ручные демоны Палача Рока хорошо ему послужили в охране Просперо от попыток вернуться вновь. Они больше не нужны и отправились обратно, откуда появились, в ожидании следующих приказов. Магнус остался в Урдаке, чтобы найти там своё место и новое призвание. В этом месте он надеется познать тайны мироздания, чтобы они послужили для благо человечеству. Азек Ариман поклялся в служении Палачу Рока — доблестному, бесстрашному и самоотверженному альтруисту. Ровно тысяча космических десантников Тысячи Сынов уже были исцелены и отправились на корабле Палача обратно в свой мир, чтобы привести его в порядок. Палач и Ариман как раз наблюдали за тем, как Тизку после недавнего боя приводят в порядок, хотя она пострадала не так сильно, как во время атаки Обвинительного воинства. — Меня переполняет детской радостью, наблюдая, как наш мир снова расцветает, как феникс восстаёт из пепла, — сказал Ариман, неотрывно смотря на возвышающийся мегалит и пирамидальные аркологии Тизки. — Я, конечно, нисколько не сержусь на вас, я знал, что без хаоса не обойдётся, так что это было резонно. Мои братья из Блудных Сынов, банды, основанной мной, также подверглись исцелению в Урдаке. Да, далеко не все ещё получили своё заветное избавление от мук, но лучше поздно, чем никогда. Его светящиеся щёлки вместо глаз сквозь узкие проёмы в его рогатом шлеме устремились в парящие небесные структуры, уместнее всего называемые кораблями. Палач долгие часы вместе с Ариманом, стоял совсем рядом с ним, также наблюдал за восстановлением Тизки. Ариман периодически всматривался в само лазурное небо, совершенно чистое, с редкими облаками. — Неизвестные загадочные технологии ингибирования варпа на вашем корабле возымели также неожиданный эффект. Они не только подавили касание варпа в Сорциариусе, но и развеяли все чары Мануса, что создали варп-шторм. Теперь мир больше не во власти Хаоса. Это не может не радовать. Небо над Тизкой бороздят удивительные машины, что выполняют работу над восстановлением повреждённых сооружений, таская грузы. — Предоставленные вами машины для оказания помощи в восстановлении столицы были особенно полезны. Вместе с моими братьями они образуют превосходный тандем. Теперь Ариман переключился на парящие в ближнем космическом пространстве планеты мегаструктуры. Их комментировал чернокнижник с гордостью. — «Отмщение Тизки» — это пирамидальная структура размером с Луну, собранная моим отцом при непосредственном участии. Она не только напоминание об ушедшей славе и прежней жизни, но и знак того, что за причинённые ему страдания и уничтожение родной земли не поздоровится каждому, кто осмелится покуситься на то немногое, что унесено с Просперо когда-то в древности. Сейчас планируем сделать его звёздной крепостью, космической станцией, одним из штабов для планирования секретных операций. В поле зрения попал огромный корабль, намного меньший чем первый. — То, что вы видите поодаль от первого флагмана, юго-западнее, — линейный корабль «Фотеп» класса «Глориана». Гордость Тысячи Сынов. Корабль действительно огромен, как Дух Мщения Палача, учитывая их принадлежность к одному классу кораблей. — Все линкоры класса «Глориана» построены на юпитерианских верфях, «Фотеп» не исключение, — продолжал рассказывать Ариман. — До падения в Хаос флагман был совсем другим. Его главные цвета красный и белый с позолотой, а теперь сапфировый и золотой. Чтобы ничто не напоминало о постыдном прошлом, мы намерены изменить корабль, в первую очередь убрать всё, что связано с Тзинчем. Боковые борта линкора будто бы срослись с тремя парами башен с небольшой корабль с лазерными башенными батареями, макропушками или какими-то совсем другими видами корабельного оружия на основе варпа, обросшие гребнями в виде птичьих заострённых голов, выдавая изображение позвоночника какого-то зверя. Сверкающая и отражающая вульгарный свет смертной вселенной обшивка словно из стекла и металла будто бы расплывалась, корчилась. Головная часть была громадной хрустальной пирамидой гладкого обсидианового цвета с продольными пересекающими его светящимися полосами, испускавшие из себя сырые эфирные эманации и фиолетовую дымку. Позади расположился донжон неизвестного назначения. По бокам огромные украшения в виде восьмилучевой Звезды Хаоса, показывающая поистине безграничные возможности Хаоса Неделимого. Киль корабля длинный, а его двигатели располагаются в громадном подобии хвоста птицы из серебристо-белого полированного хромированного цвета. Количество «перьев» в виде прорезей глаз хищника составляло девять — и снова это число. Палачу это число уже попадется не впервой. Это какое-то предзнаменование, знамение, видение о некоем будущем? Вдоль хребта корабля усеяны десятки варповых лэнс-батарей с тремя стволами на каждом. Носовая часть похожа на бур из отдельных башен, словно идеально припаянных друг к другу носов кораблей поменьше. Что характерно, везде и всюду корпус корабля крыло слепящее позолоченное окаймление. Иногда казалось, что корабль изменяет свою расцветку на лилово-пурпурный или фиалково-лазурный. Один из наглядных примеров, что стихия вечных перемен вездесуща и обыденна настолько же, как и дыхание. — «Фотеп» особенен во всём, — говорил Ариман. — Из помещений на борту самым известным является Святилище Магнуса — пирамидальная зона для созерцания, выступающая из корпуса и открывающая великолепный вид на космос. Святилище было украшено мозаичным полом, спиралью из кусочков чёрного и белого кристалла из отражающих пещер, что находились в Просперо, которые были вырезаны и уложены самим Магнусом. Атмосфера в Святилище поддерживалась постоянной, прохладной, чтобы способствовать медитации, она не управлялась машинным духом корабля. Спираль на полу была не просто декоративным элементом, она служила организационной цели, отражая философию Магнуса. Каждому старшему капитану Легиона было отведено место на спирали, тщательно рассчитанное с учётом их текущего статуса, авторитета, уважения и власти по сравнению друг с другом… и с Магнусом, который стоял в центре спирали на золотом изображении солнца. Таким образом, положение каждого капитана постоянно подвергалось риску изменения по мере того, как его карьера и личная власть росли или падали. В том месте иногда подбирали наиболее подходящих рекрутов, не без использования врождённых колдовских и психических способностей высочайшего уровня. С ними можно было определить чистоту гена несравненно лучше любого сканера и молекулярного считывателя, лучше любого суперкомпьютера. Во время Крестового похода, когда Магнус разбивал лагерь на поверхности планеты, он устанавливал шатёр, который был копией его Святилища, но без прозрачных стен. В шатре был воссоздан хрустальный пол, но из мраморной плитки. Чародей позволил паузе продлиться несколько секунд. — Ещё одним местом для размышлений на борту корабля была моя личная библиотека — помещение, удивительно скромное для главного библиотекаря Тысячи Сынов. Не особенно большое, оно вмещало только один книжный шкаф, один большой стол и стойку для моих доспехов. Именно в этой комнате я иногда обучал самых одарённых учеников всем колдовским и психическим дисциплинам. Палач в свойственной себе манере молча выслушивал познавательную лекцию союзника, продолжая даже не моргая смотреть на Тизку. Размышления прервало сообщение архимагоса Коула. — Лорд Палач, вы нужны на флагмане. Я уловил странный сигнал. Палач использовал свою телепортационную матрицу на поясе. Легонечко коснувшись сверкающего серебристого металлического кристаллика, зазвучал короткое пиканье, устройство активировано. — Я полагаю, вам пора отправляться на очередное задание? — сказал Ариман, переведя свой взгляд на Палача. — Удачи вам. Я останусь здесь, чтобы помочь привести в порядок планету. Слегка взмыв над землёй, под колдуном появился шипастый диск из зеркального голубого стекла, золота и бронзы с оком в центре. Он улетел в сторону столицы. Палач перенёсся на свой флагман.

Мир экзодитов

Палач переместился в капитанский мостик. Его уже ждал Коул. — Я уловил странное сообщение из отдалённого мира. Палач подошёл к картографическому столу с полным детальным изображением всей Галактики. Из проецирующегося цветастого изображения, исходящего из призрачных отражающих систем локализованной квантовой оптической системы голографического симуляционного конструирования. — Атлант уловил сообщение, посланное чьим-то отчаянным психическим эхом. Отправитель неизвестен. Оно на языке ксеносов, скорее всего, эльдар. Отрадно, что есть идеальный переводчик. На мониторе забегали буквы, сменяя друг друга, выстраивая переведённые на человеческий язык строки. — На нас напали орки. Нас слишком мало. Их миллионы. Я… Я не знаю, сколько мы продержимся. Помогите, пожалуйста. Кто-нибудь… Пеленгующая система остановилась на Внешнем Рукаве, самом отдалённом. Это мирный мир экзодитов — эльдар, что предпочли стать изгнанниками и вести тихую жизнь в гармонии с природой. — Вы уверены, что хотите отправиться туда? — спросил Коул, хотя и знал, что Палач не может остаться равнодушным к подобному. Палач нажал на обозначенную точку для прибытия. — Активированы варп-двигатели, — сказал Атлант. — Варп-прыжок через три, две, одну… Корабль вошёл в более глубокий слой варпа. Путь к пункту назначения тянулся через белую вихрящуюся пустоту, по сути, подобие бесконечно малой единственной, в которую погружались смехотворно тонкие нити вета, связующие в единое веретено бесконечного множества таких бесконечных творений. Само это веретено в самом сердце, до которого никогда не достичь обычными способами, само себе распадалось, чтобы рисовать непомерный гобелен вероятности, причинности и следственности. Каждая из них подобно палитре прокалывали проходы в Материум. Их существование длилось ровно кветтасекунду, а потом в ничтожно малую степень квектосекунды, или вовсе их не было. Если бы на этом месте был другой корабль, то, несомненно, застрял навечно, рассыпался и растворился в этом слое варпа. Искусственный интеллект корабля Рока имел поистине титаническое отражение в варпе, ему было под силу перенести непредсказуемости и прихоти Эмпиреи. Захвачен проход в нужное направление. Корабль вышел в космос. — Идеальный прыжок, — сказал ИИ. — Отклонение практически нулевое. Мы на месте. В понимании Коула системы дальнего сканирования и обнаружения, именуемые как авгуры, обнаружили, что мир экзодитов подвергся атаке странных ксеносов, каких ещё не встречал Палач Рока, но известных Велизарию ещё в древности не понаслышке. — Орки, — произнёс архимагос с лёгким презрением. — Одна из самых опасных угроз в Галактике. Милорд, я советую всё-таки вам быть с ними осторожнее. Они свирепые, не ведающие страха и беспощадные бойцы. Они часто кажутся примитивными варварами, их постоянно недооценивали, но в этом их преимущество, застают врасплох своим инстинктивным стремлением только воевать, не более того. Орки часто полагаются на своё ошеломительное численное превосходство, но, им не чужда тактика и хитрость. Имеют врождённое понимание технологий. Могут собирать что угодно, начиная от болтера и заканчивая космическими кораблями, из любого подручного, даже самого безнадёжного мусора, хотя их творения и кажутся довольно ненадёжными. Одна из главных их особенностей — это генерируемое ими психополе, называемое «Ваагх!». Это понятие недвусмысленное: боевой клич, призывающий к бою, массовая война, когда они прекращают драться между собой и собираются вместе против других рас, общность, объединённая целью под предводительством главного орка — варбосса, психополе, которое создаёт сборище орков, позволяющее оркам на уровне инстинктов понимать, кто из них главнее, и искажает реальность, чтобы она соответствовала орочьим верованиям и убеждениям. Их единственный смысл жизни — война. Они размножаются грибковыми спорами. Орк после своей смерти испускает облако спор, которые оседают на поверхности и со временем формируют нового орка, пока тот не вылупится. Это делает их невероятно трудными целями для истребления. Имейте в виду. Не только орки обнаружены самыми мощными авгурами, какие Империум никогда не видел, но и другая такая же опасная раса. — У нас возникла ещё одна проблема — тираниды, — встревожился Коул и суетливо проводил пальцами по гололитическим дисплеям, чтобы получить подробные данные об их приближении. — Крайне враждебная инсектоидная внегалактическая раса. Тираниды — это беспощадная зараза. Главная цель — пожирать биомассу и плодиться. Ими управляет некий коллективный сверхразум, именуемый Разумом Улья. Тираниды представляют собой сплочённый коллективный разум, движимый инстинктом выживания и постоянной жаждой поглощения биомассы для дальнейшего развития и эволюции. Они объединены в огромные флоты-ульи, каждый из которых управляется коллективным разумом. У большинства тиранидов нет индивидуальности, они — простые биороботы, запрограммированные на выполнение каких-либо функций. Тираниды напоминают насекомоподобных гуманоидов. Их оружие стреляет кислотами, а основные боевые единицы вооружены естественными копьями и мечами, изготовленными из хитина и являющимися продолжением их тел. С ними тоже стоит быть осторожнее. Своё название они получили после поглощения первого имперского мира Тиран. Коул активировал телепортариум в ближайший ангар двумя уровнями ниже. — У меня есть ещё один подарочек для вас, Лорд Палач, прошу пройти за мной, — Коул так преисполнился энтузиазма, что первым рванул в воронку. Их перенесло в ангар. Там экзотический летательный аппарат. — Представляю вашему вниманию истребитель самого передового 100-го поколения «Чёрный Призрак» — абстрактный синоним леденящего ужаса и гробового безмолвия вашим врагам и стоическое воодушевление союзникам. У шедевра авиакосмического машиностроения невообразимо элегантный и изящный корпус в виде латинской буквы V с обратным X-образным хвостом. Состоял словно из чистого света, принимавшего любые формы. Кабина по сути не имела кокпита. Обтекаемый нос похож на наконечник копья. Цвета, соответствующие угольным и серым тонам, всё, что символизирует молчаливость, мрачность, неукротимость, целеустремлённость и неумолимость Палача Рока. На хвостовом оперении две пары двигателей с плоскими заострёнными соплами. Велизарий Коул позаботился также, чтобы символ Палача показывался практически с каждого места. — Это вершина трансцендентного технологического могущества человечества Тёмной Эры Технологии, — гордо превозносил архимагос. — 22 метра чистого отполированного зеркального нанитового суперсплава, названного «Зеркалом Вечности», и нет, я правда не шучу, материал действительно так называется. Это немыслимое сочетание лучших качеств материалов, созданных в ту эпоху человечеством для обуздания космоса, в одном сосуде: адамантий, аурамит, селенит, аналог живого металла некронов некродермиса — этернит. Похожие на крылья придатки раскрылись снизу и сверху, испуская яркое тепловое свечение. — Пора перечислить достоинства новинки. Это свечение испускают рёбра панелей радиатора, способные поворачиваться изнутри. Они нужны для наиболее эффективного теплоотвода избыточного тепла в вакууме и предотвращения перегрева форсунки. Но оно также может быть пассивной системой оружия. Если за вами увяжется хвост, то выпускается пузырь сжатого перегретого до высоких температур ионизированного газа. Внутри него вражеская техника просто расплавится вместе с пилотом. После взрыва остаточное тепло может распространиться ещё на 50 метров, что будет полезно против укреплений и живой силы, если, конечно, проблем с манёвренностью не возникнет. Термоядерные двигатели подпитываются от кристаллизованного нестабильного антивещества, добытого из самих чёрных дыр и скрытого за компактным бронированным многослойным кожухом внутри килевой части. Двигатели могут поворачиваться на 360 градусов вокруг Z-подобной оси для улучшения управляемости. В качестве основного оружия скорострельная 50-миллиметровая рельсовая пушка модели «Гладиус». Продержаться под её огнём очень немногие будут способны. Тот же, например, сверхтяжёлый танк они прошьют словно бумагу. Есть и парные высокоскоростные трёхствольные имплозивные пушки на той же нестабильной антиматерии как второе основное, но здесь можно между ними переключаться. Также есть и третье оружие — «Призматическая коса» — особо мощные лазеры, что выпускаются с нижней части корпуса для уничтожения особо защищённых целей, они прямого действия, так что используйте их с умом. Они прожигают камень и металл толщиной от десятков до сотен метров, в зависимости от концентрации энергии. Предусмотрены сенсорные приёмники раннего предупреждения. Информация о полёте передаётся в компьютер кабины пилота от сенсорных тонких стержней на крыльях. Управляется передовым искусственным интеллектом или же пилотом, на выбор, но и здесь машинный «мозг» не оставит вас в беде. Через голографический интерфейс передаётся вам непосредственно вся информация, если будет нужно, система может соединиться с вашей бронёй. Внутри воссоздаётся идеальная для пилота среда, делая невосприимчивым к перегрузкам и головокружениям. Пассивная система борьбы цифровыми визжащими какофониями помех и энергетических импульсов на самом хвосте. Антенны, делающие невозможными к воздействию помехами и взлома. При полёте на воздухе остаются световые полосы для эффектного подчёркивания полёта. Минимальная скорость полёта до 10 километров в секунду. Есть возможность короткого гиперсветового прыжка. Крылья распустились на несколько сегментов, обнажая ракеты, что выходили с нижней и верхней стороны корпуса. — Чтобы центр масс оставался ближе к центру толчка, боеприпасы можно перевозить как внизу, так и на верхней части крыльев. Далее, другое вспомогательное оружие. — Пусковая установка для запуска вольфрамовых стержней. Сами стержни запускаются на огромной скорости, набирая колоссальную кинетическую энергию, это свойство делает их сами по себе оружием массового уничтожения, эффект сравним с ядерным оружием. Что насчёт ракет, то тут огромное разнообразие: стандартные самонаводящиеся, наводимые искусственным интеллектом, фосфексные, плазменные, мельта/фузионные, циклонические для создания сейсмических толчков, поджигающие ракеты, что могут создавать огромные огненные бури, ракеты «Змеиный Огонь» с кислотно-вирусной начинкой, легко прожигающая броню и плоть, враги, застигнутые врасплох этим оружием, даже не успевают понять, что с ними случилось, до того как их плоть полностью сгорает и стекает с костей, словно свечной парафин, ракеты, что высасывают всё тепло вокруг, моментально замораживая врага, а потом испускают мощную ударную волну, разбивающую замороженные цели на осколки, имплозивные ракеты испускают поле молекулярного диссонанса, в результате чего противники, попавшие под удар, буквально схлопываются внутрь себя, ракеты, начинённые смесью химикатов с примесью ужасающих токсинов и пси-реактивных твёрдых частиц, отличавшуюся высокой летучестью и быстро заслужившей грозную репутацию ввиду разрушительной мощи, способной посоперничать даже с кошмарным фосфексом и молекулярными кислотами, при взрыве создаёт вздымающиеся облака обжигающего пси-реактивного дыма. Корпус корабля покрыли несколько горящих красных точек, как догорающие угольки. — Инфракрасные датчики ближнего и дальнего радиуса с полем обзора в 360 градусов. Есть и датчики, и сенсоры улавливания и опознавания по низким и высоким температурам, вибрациям и даже звуку. На верхней части корпуса раскрылись небольшие отсеки. — Установлены системы вспышечной завесы, не только ослепляющие, но и сбоящие и повреждающие системы слежения. Удлинённые воздушные тормоза. Самонаводящиеся гиперзвуковые микроракеты «Пиранья». Фонарь для защиты от столкновений. Коммуникационная антенна на продольном гребне. Система запуска микро-дронов не только для отвлечения, но и становится наступательными снарядами. Система искусственного интеллекта соединена с активной фазированной квантовой решёткой с радиусом обнаружения до полторы тысячи километров. Кабина ждала своего пилота Палача Рока. Воин залез внутрь. — Стандартного стеклянного кокпита нет, вместо него многоуровневая технология виртуальной реальности «Хрустальный купол» — позволяет видеть всё, что происходит вокруг, даже самые незначительные детали. Поверьте, вы будете видеть всё настолько же хорошо, как и днём, даже в условиях непроглядной темноты. Удачи вам. Я буду ждать вас. Постараюсь не влезать в неприятности. Корабль останется невидимым для противников. Новая птичка Палача вылетела сквозь умный светящийся голубой барьер. За мгновения развила скорость в 30 махов и она растёт. Расстояние стремительно уменьшается. Следящие за обстановкой системы квантовой авионики только что получили данные с авгуров флагмана, что со стороны северо-запада не меньше дюжины гигантских объектов беспорядочной конфигурации тошнотворных бурых цветов с чёрно-белыми шашками и всевозможным припаянным куда попало боевыми установками, обломками и прочим металлоломом. Некоторые из них могли посоперничать по размерам с «Духом Мщения» Палача Рока, а некоторые намного меньше. С них спускались, как кометы спускались на поверхность астероиды, также как будто склеенные с хламом, деталями бронетехники и бронированных пластов обшивки кораблей древности. Тот, кто впервые это увидел бы, задался резонным вопросом: как эти штуковины могут летать? Хороший вопрос. В условиях постапокалиптического мира орки этим могут подать хороший пример, как можно использовать себе на благо даже самые безнадёжные вещи. Отправитель послания больше не фиксируется. Точнее, очень слабые жизненные показатели. Но они беспорядочные и перемещаются в разные координаты. Однако одно остаётся точным: они в районе наибольшего скопления орков, на месте их высадки недалеко у берегов лазурного моря с обильными массивами вечнозелёных лесов. Уже немалые территории охвачены огнём экспансионистского вторжения. Большие огненные точки показывали, что прошло немало времени с момента прибытия Палача Рока в этот мир. Сколько жизней уже успели отнять зеленомордые варвары. Палач знал: чтобы ни сделали орки, их можно поставить вровень с отродьями варпа. Он не забыл о предупреждении Коула, с какими тварями ему придётся ещё иметь дело. Не только демоны Хаоса терзают человеческий род. Врагов действительно предостаточно. Для Палача тем лучше. Ему будет чем заняться. Палач в первую очередь решил сначала не вступать в конфронтацию с орками, не сбивать их десантные модули, если конечно можно таковыми называть, больше похожие на гигантские булыжники. Их было не меньше нескольких десятков. Им не было конца. Точно огненный ливень. Космические корабли орков застлали собой звёзды. Эти создания, не знающие ничего кроме войны, собрались смести зелёным штормом этот дивный невинный мир. Возможно, ещё не поздно найти тех, кто отчаянно молил о помощи, но, нет гарантий, что есть теперь живые. Даже если придётся перевернуть каждый труп, в попытке найти отправителя, то Палач готов и к этому. Пока что ему ещё некуда спешить. Вокруг истребителя сформировался пузырь оранжево-пурпурной плазмы. Температурные показатели носятся в границах 3000–4000 градусов по Цельсию. Корпус лишь слегка разогревался, ненамного превышая комнатную температуру. Уникальное строение и сверхострое утончённое оперение буквально разрезало самые плотные слои воздуха. Воздушные потоки с воем разбегались в стороны, будто боясь столкнуться с этим чудовищем из живого металла. До прилёта в нужный пункт назначения оставались секунды из обратного отсчёта. Истребитель в режиме полной невидимости подлетел к самому приблизительному пути к назначенной точке. Точнее, к подобию кладбища. Палач выпрыгнул и кабины и эффектно приземлился на залитую кровью плодородную землю. Воздушная боевая машина по мысленному приказу Палача улетел патрулировать территории. Вокруг изуродованные останки андрогинных существ, похожих на людей в одеждах, сотканных из меха и жёсткой, но упругой кожи зверей. Несмотря на в целом в некотором роде примитивный вид, вооружены были экзотическим оружием, гладким на ощупь и жёстким, как металл. Несколько трупов держали при себе сверкающие турнирные рыцарские копья со странными кристалликами на конце. Большие, похожие на вымерших давным-давно динозавров. Эти животные, скорее всего, ручные, и их могли оседлать, как лошадей. Мир действительно дивный, насыщенный жизнью и щедро одариваемый светом своего солнца. Идиллия нарушена вторжением зеленокожих дикарей. Палач понял, что время убивать. Это он умеет как никто другой. Палач недалеко от выхода к главной долине, за которой холмистая местность, ведущая к отрогу. Всего 300 метров. Костюм выпустил волну энергии, опоясывая собою всё, до чего дотрагивается. Территория впереди буквально кишит орками, их там не меньше нескольких тысяч. Их там много разновидностей, специализирующихся на той или иной области ведения войны: основная масса составляли наиболее простые в оснащении и многочисленные орки среднего класса, одетые в громоздкую броню, орки-лазутчики, орки-поджигатели с самодельными огнемётами, как бы они сами не стали жертвой, специалисты по подрыву тяжёлых целей, падкие на любое оружие, какое их алчущие красные глаза смогут найти и какое их когтистые лапы смогут поднять, орки, снаряжённые лётным ранцем, и некоторое количество орков на мотоциклах. Эти создания успели замарать каждый уголок этого связанного с духом природы места. Пора показать им, кто тут главный. Долина действительно огромна, за ней поселение коренных жителей, спрятавшихся за высокими стенами из материала, похожего на камень, но непривычно гладкий и даже отражающий свет, как зеркало. Перед тем как выйти в открытую, Палачу попался по пути орочий патруль из сорока орков с мелкими тщедушными собратьями гретчинами. Они что-то подпевали себе под нос неразборчивое, свистели, гоготали, всячески старались развеять смертельную скуку. Палач не побоялся выйти в открытую. Бог и толпа вооружённых дикарей предстали друг перед другом, когда первый вышел из плотных кустов на следующую тропу, что ведёт к заветному дому поселенцев. — Парни, гляньте-ка — юдишка в зелёном! — указал один из бойцов на Палача. Сам воин спокойно посмотрел на них. Зеленокожие оценивающе осматривали его. После, наставили на него свои пушки, а их цепные топора и мечи взвыли. — Он же тоже зелёный, как и мы! Собратья орки так не думали. Для них слышать, что человек тоже может быть орком всё равно слышать надоедливое ворчание сквига и попадать ему в пасть как еда. — Юдишки всегда юдишки. Сам пасматри. Без зелёных одежд он как юдишка, нет клыков, а под шлемом трусливо прячется юдишкино лицо. Его латы сгодятся на чучело. Это наверно имперский гвардеец. Замочим его! Зеленокожие залились гомерическим смехом. Другие относились с долей опаски. — Вот толька он пачему-то один. Не находите падазрительным? Орки явно не одарённые умом создания. Несложно предсказать, что будет дальше. — Мочилово! ВАААГХ!!! Толпа ликующих клыкастых брокколи-переростков, подпрыгивая, бежала ему навстречу, не зная, кто перед ними на самом деле. Один из парней только-только поднял свой огромный силовой топор, как сразу остановился, вслед за ним ещё шестеро застыли как истуканы. Их лица нервно корчились, глаза выпучивались, выкручивались во все стороны, словно выковыриваемые ложкой, вилкой или штопором. Оружие выпало из их судорожно веющих пальцев. Костяшки противно захрустели. Нечто звенящее золотистое, похожее на цепь, выкрутило каждому мозги и внутренности, как взбивалка, превращая в кашицу. Золотистая цепочка мясницкого крюка Палача прошила насквозь всех орков, что осмелились выйти впереди всех, достаточно глупых, чтобы обрести позорную честь стать первыми из павших от руки незнакомца. Кому-то попала прямо в голову, а кому-то в туловище. После смертоносного полёта крюк вышел из обмякших тел, разрезая на куски. Другие орки даже не успели понять, что происходит. Они оцепенели, видя, как от павших товарищей остались кровоточащие куски. Пока те отвлеклись на мёртвых своих, от их убийцы и след простыл, как будто провалился сквозь материю. Ещё пять не подавали признаков активности, застыли на месте. В районе лба потекли тоненькие красные струйки. Они развалились под собственным весом. Гретчины в панике оглядывались, приготовив свои маленькие болт-пистолеты. Троих просто смело, как футболист во время пенальти. Того, кто выставил вперёд железную заточку, растоптали в кровавую кашицу. Ещё четверо сразу рассечены на сочные ломтики, просто выкосили, буквально как жнец колосья. Последние пятеро коротышек почувствовали как неровно дышит им металл в спину. Они обернулись, чтобы увидеть, как двойное дуло модифицированного двуствольного дробовика Палача хищно вытаращилось им в душу. Щелчок спускового крючка. Громкий выстрел. Последние орки на минималках стали кровавым пюре. Оставшиеся орки всего на полмгновения увидели своего врага и открыли пальбу наугад, матерясь последними словами. Их осталось где-то ненамного более 30. Крадучись в тенях, Палач обнажил вечно голодные пальцевые блистающие серебристо-белоснежным светом косы грозовой перчатки. Дуги молнии метались из стороны в сторону. Разумный металл алкал крови врагов своего хозяина. Как злобный голодный призрак он на неуловимой скорости пронёсся сразу сквозь десяти орков. Будто в замедленном режиме, орки просто как статуи стояли на своих местах, пока их рвут в клочья, как скотину на бойне. После каждой атаки от юдишки остались плохо заметные размытые пятна. Когда другой навёл свой стаббер в пустоту, его руки тут же взлетели на высоту, втрое превышавшую собственный, он даже не успел вскрикнуть, как голова моментально вылетела из шеи, вслед за десятью выкошенными пополам. Ещё десять почувствовали, как их ноги буквально оголяются до костей, а плоть и кожа исчезают с шипеньем в небытие. Иссушающие энергии Палач выпустил из когтей своей перчатки по земле. Орки превратились лишь в полированные блестящие скелеты, а броня и оружие — в брызжущие капельки чёрного шлака. После скелеты тоже рассыпались в пыль и развеяны ветром. В следующей атаке Палач не крался в тенях, а вышел в открытую. Шипастые силовые кастеты на его бронированных наручах даже случайными взмахами выбивали оркам зубы, рвали стальные сухожилия, отрывали челюсти с их лиц, плоть измельчалась в труху с оглушительным чавканьем, и громыхал ужасный хруст костей. Зеленомордые глупцы отлетали на десятки метров от каждого искусно направленного выпада. В них недостижимое ни для одного орка изящество, мощь и мастерство. Всё слишком быстро происходило, прежде чем те успели хотя бы поднять в ответ приклады и выкинуть в пустоту, чтобы кости буквально выпирали сквозь их тела и взрываться фонтанами крови и осколков. Некоторым удалось выбросить кулаки в ответ, но только чтобы напороться на жестокую контратаку. Локтевые и предплечевые кости выпирали сквозь мясо и кожу, а горло вспарывали. Остался только один орк, перепуганный до смерти. Руки тряслись, едва держал болтер. Холодное дуло металось только в пустоту. Зашелестели листья. Ветер пугающе засвистел. По телу пробежали мурашки. Лоб прошиб ледяной пот. Орк почувствовал, что позади него воздух притих, дерево как будто встало на его пути. Обернувшись, к лицу тут же устремились сдвоенные стволы болтерных разрядников. Когти сжаты в мёртвый кулак. Раскрытые лепестки перчатки обнажили это устрашающее орудие из обсидиана и золота, вершителя праведного божественного возмездия. В блестящей поверхности лезвий орк взглянул на своё отражение, а потом посмотрел на Палача. Он почувствовал себя ничтожным насекомым на фоне того существа, что в течении считанных мгновений изничтожило весь орочий патруль. Его одного оставили для ужасающей предсмертной игры. В конце концов оружие выпало из рук. Губы задрожала так сильно, что челюсть вслед за ними тоже непроизвольно задёргалась. Клыки клацали друг о друга. — Во имя Горка и Морка, ты кто такой?! , — завопил от ужаса выживший орк. Никакого ответа не последовало, за него отвечало зхо свиста ветра, проносившегося сквозь охлаждающие продолговатые поры системы охлаждения стволов когтистой перчатки, превосходящая по размерам голову орка в полтора раза. — Ты же… — орка вдруг озарило. Он заговорил мямлящим дрожащим голосом. — Горк и Морк знали, что придёт единственный, кто остановит «Великий Waaagh!». Конец орков. Пророчество не врало… Палач прервал роковую паузу. Выстрел из спаренного болтера разнёс тому башку. Тело замертво упало навзничь. С этими покончено, но остались ещё те, что расхаживают по долине. Они привлечены шумом в зарослях. Палач только размялся. Тысячи орков для него станут манекенами для отработки невыразимо выдающихся боевых качеств великого воина. Новые противники не заставили себя долго ждать. В поляну вошли не меньше пятидесяти. Палач, как снаряд на электромагнитных рельсах, рванул и врезался в орков с такой силой, что ударная волна повалила ближайшие деревья и сильно потрясла те, что находились дальше. Бедных клыкастых вынесло обратно, разлетелись словно листья на ветру. Ближайшие попали под воздействие остатков кинетической энергии и тоже смелись с пути. Палач вышел в открытую, всей несметной орде. За шею держал барахтающегося жоского парня. Тот отчаянно хрипел и задыхался. Пальцы сомкнулись в обруч, и тому моментально раскрошило кости шеи и смяло плоть с более жёсткими тканями гортани и трахеи. Убитый вылетел таким же обречённым навстречу одним броском. Для этого юдишки здоровый орк был даже не орком, а какой-то лёгонькой крохотной веткой. Орки недолго стояли в недоумении. В их глазах появилось видение о некоем человечишке, что может поставить под угрозу всю расу орков. Горк и Морк явно боялись исполнения этого пророчества, но они сами его предугадали. Скорее всего, может, они не знали об этом, но проводники их воли — орки, наверно, инстинктивно породили себе вымышленного врага. Но почему так быстро? Ведь эта раса не наделена должными умственными качествами, но в довольно забавную сторону. А может, Горк и Морк изначально хотели скрыть эту правду, оставив открытой лишь горстке избранных ими собственноручно? Как бы там ни было, орки получат самый желанный товар — лучшее мочилово в жизни и бесславную смерть. Глаза загорелись зелёным светом, застлав красную пелену. Наверняка тот, кто сейчас стоит всего в десяти метрах, и есть тот, кто заставит орков влачить жалкое существование, слыть всеми забытыми и обречёнными на вымирание, как будто плохой сон. Зеленокожие с оружием наготове победоносно зарычали: ВАААГХ! Палач вспомнил о подарках от телохранителей Императора. Наконец настал момент испытать новое оружие на этих существах. Он смело бросился навстречу врагам, многократно превосходившим его числом — соотношение было тысяча к одному. Палач опробует оружие в том порядке, какое ему подарили в определённой последовательности. Первым на оружием на сцену вышла булава «Укротитель Миров». Большое количество орков неизменно уменьшали дистанцию до Палача. Палач Рока мог держать её одной рукой, однако громадная палица была слишком громоздкой, чтобы кто-либо из Легионес Астартес или зеленомордых оказался в силах обращаться с ней хоть сколько-нибудь изящно. Сама палица в чьих-либо глазах могла иметь совершенно разные размеры. Одно только шипастое навершие булавы из потемневшего металла было размером с торс закованного в броню воина или с голову орка. Укротитель Миров разнёс первую огромную шеренгу закованных в лёгкую и тяжёлую броню орочьих парней, отшвырнув троих из них на выщербленные снарядами, приподнятые взрывами нестабильные тектонические пласты. Они не просто падали лишёнными костей грудами — их суставы разъединялись, все доспехи разваливались на части и лязгали о приближающихся орков. Воздушные волны с громадной силой разорвали пласты застывшей давно вулканической магмы. Эта долина когда-то была щитовым вулканом, но сильно сглажена и практически слилась со всей местностью. Орки открыли по нему пальбу сразу сотнями болтов одновременно. Палач не замечал их на себе, словно не состоявший из плоти, или просто исчезали в волнистых возмущениях пузыря нереальности, что окутывал его. Ничего из всего, что было в распоряжении орков, не могло навредить ему. Ежесекундно расставались со своими жизнями самым жесточайшим образом сотни орков от атак Укротителя Миров Палача. Орки внезапно решили отдалиться от него максимально далеко. Слышен тяжёлый топот неких механизмов, но он резонирует в такте с восторженными рыками орков, такой, что невыносим для ушей. Из расступившейся толпы вышли почти пятиметровые шагоходы с орочьими лицами. Они явно принадлежали противникам Палача. С грохотом и лязгом эти машины забежали по полю битвы, водя из стороны в сторону руками с тяжёлым оружием, собираясь извергать смерть на него и алчно щёлкая силовыми клешнями в предвкушении скорого кровопролития. Воину эти машины не казались таковыми, а просто ходячими ржавыми вёдрами, консервными банками. Более слабые орки побежали вслед за жестянками, уверенные, что это поможет переломить ход сражения. Палач как ни в чём не бывало вломил по одному из смертодредов. Огромные механизмы просто отлетели к оркам, вдалбливая их о землю и разрывая на части чудовищной кинетической энергией, трое из шагоходов взмыли в воздух и приземлились где-то за горизонтом зелёной разъярённой толпы. Одним эффектным приёмом Палач уничтожил подкрепления орков. Конечно, битва с зеленокожими только в самом разгаре, так что время опробовать дары кустодиев. Булава несколько раз громыхнула о старую твёрдую почву, разверзая тектонический ад под ногами орков. Сразу многие из них тут же стали проваливаться в бурлящую магму давно спавшего вулкана, умирая особенно мучительной смертью. Психоэлектрические всплески пустили свои корни под землю, испепеляя в пыль тех глупцов, что осмелились высвободиться из пропасти. Молот «Сотрясатель Небес» мгновенно сменил «Укротитель Миров» в правой руке Палача. Блестящий металл и чёрное дерево с отточенным до непостижимого уровня кузнечного мастерства обрели свою форму в виде этого невероятно огромного громового оружия. Один из инструментов вершения возмездия Палача врагам человечества. Пусть же оно явит каждому его чистый гнев, даже богам. Зелёные дикари прекратили стрельбу и приготовили свои подствольные цепные штыки, топора и мечи из подручного металлолома, рвущиеся наружу разумные молнии опаляли насквозь, игнорируя любую защиту. Тела рассыпались в прах. А когда уже головка настигала, то буквально посылала в небеса с чудовищным грохотом, что дрожали пространственно-временные пласты Материума. Колебания покрова реальности обесценили старания орочьих ракетчиков и штурмовиков. Снаряды исчезали, а зеленокожие гибли в геометрической прогрессии. Один единственный удар по земле головкой в форме головы беркута и острия дюжины клинков вгрызлась в и без того расколотые пласты застывшей вулканической лавы, сметя около сотни зеленокожих и отправив в пекло ещё сотню. Как-то не ведающие страха космические варвары зажали его в железное змеиное кольцо. Палач, подняв над головой молот так, что он какая-то снежинка, завертел против часовой стрелки. Потоки воздуха направились прямо в образовавшуюся псевдосингулярность, критическую точку. Орков тоже затянуло, крутя-вертя их в огромном психоэнергетическом атмосферном вихре. Как миниатюрная чёрная дыра, всё, кого засасывало, расщепляло на атомарные делимые. Постепенно образовалось что-то похожее на аккреционный диск, ионизируя воздух до температурных показателей как в сердце звезды. Однако под его ногами земля начала расходиться и обваливаться из-за выбрасываемого в окружающее пространство чудовищной тепловой энергии и набравшейся массы в одной точке. Палач прыгнул так высоко, что мог бы перехватить только подлетевшие орочьи истребители, такие же неаккуратные, как по виду, убранству и методу их сборки: пять дакка-истребителей, пять налетал-бомбил, четверо поджигал-бомбил, трое разразил-истребителей, трое смертолётов. Молот-близнец Песнь Вечности не уступал в своей мощи, круша и сметая орочью живую силу и технику с одинаковой сверхъестественной лёгкостью, словно игрушечные. Один небрежный лёгкий удар плашмя разом смёл ещё одну шеренгу из нескольких десятков орочьих парней. Посмевших подойти поближе огромных шагоходов буквально расплющило под тяжестью молота невероятного размера. Вырывающиеся наружу канаты нестабильных энергий испепеляли всех ближайших зеленомордых после каждой поражённой жертвы. Этими двумя огромными даже для Палача молотами использовались с невозможной для него лёгкостью, они для него как пёрышко. Каждое агрессивное наступление и взмах молотами обеими руками эффектный и быстро разящий, не давая никаких шансов даже на ответную защитную реакцию. Любой лорд или чемпион Слаанеш позавидовал бы этой грации. Слуги Слаанеш всегда славились своей скоростью и проворством. Палач выхватил магна-копьё «Край Великого Рассвета» и одним кручённым рассёк на несколько продольных фрагментов разом все пять дакка-истребителей. Буквально бегая по воздуху, Палач устремился навстречу налеталам-бомбилам и выпустил по ним направленные энергетические разряды в форме светящихся ослепительным голубым глянцем молниевых бумерангов-монокос. Они уничтожили оставшиеся воздушные вражеские подкрепления, разрезая, плавя цепными разумными молниями и взрывая в фонтане психореактивных осколков. Кристаллический дождь посыпался на головы ошеломлённых беснующихся орков, взрывая их в ревущей вспышке. Кожа и плоть слезали с костей, превращаясь в блестящий песок, а кости вздувались, пока не взрывались в хрустальном омуте. Приземление на землю отбросило ближайших обратно к сородичам, оглушая их, с некоторых даже попадали листы брони и вылетели шлемы с голов. С гибелью каждого товарища орки всё глубже погружались в отчаянное неистовство и напролом кинулись в атаку. Обоюдоострое копьё закружилось, как блендер, порубало врагов в капусту, срезая конечности и дробя туловище, исчезая с глаз долой, становясь каким-то мерцающим сгустком волнистых зеркальных отражений, даже свет не попадает на них, проходя сквозь само пространство-время, заодно и любую материю. Изнывающие души зеленокожих испарялись во всполохах такого яркого белоснежного света, что на него невозможно смотреть даже издалека в цифровом шлеме. С каждым убийством словно рождалась сверхновая, изрыгая очищающий свет Бога-Императора. Оно издавало жуткий истошный вой, что сбивал с толку и сводил с ума всех врагов Палача. За короткое время у этого шедевра кузнечного недостижимого искусства сформировалась тесная связь с новым владельцем, оно как будто живое само по себе и не потерпит чужого посягательства на свою свободу, кроме разве что самого Палача Рока, ставшего для него исконно законным владельцем. Любой выстрел орка отражается вращающимся волновым щитом копья, любой рукопашный удар непременно обращается против отправителя с многократно умноженной отдачей, ничто не могло пройти сквозь аномальную незримую защиту, атаки возвращались убийственным смерчем обратно в орков. Под конец Палач ещё раз закружил над собой копьё, вызвав направленные ударные волны, ограниченные конкретной плоскостью. Она проходит на заданной высоте и обезглавливает или даже разрезает на две половины всех, кто окажется в зоне поражения. Цепной меч «Чернобог» даже для Палача огромен, что, конечно, не имеет значения. На подходе ещё смертодреды и машины явно поменьше первых, но вооружённые также опасно — банки-убийцы, внутрь даже один орк поместился бы с трудом, так что там сидят те же мелкие твари, что растоптаны его могучими ногами. Но на этом новое наступление не закончилось, пополнялось шестиметровыми шагоходами, самыми крупными из всех, какие Палачу приходилось видеть и сталкиваться. У одного из них гигантская клешня, потрескивающая молниями, и гигантская многоствольная пушка в цилиндрической установке. Другой с ног до головы обвешан искрящимися орудиями. Цвет корпуса машин ало-бурый с рогатым зубастым черепом соответствующего цвета, что указывает на принадлежность той или иной фракции. Громкое сердитое жужжание полированных блестящих зубцов на двух парах цепей, каждый из каковых сравним, и даже превосходил у древнего вымершего хищника мегалодона, оглушающе завизжали. Как и предыдущее оружие, массы не ощущалось, хотя ветеран Астартес с большим трудом овладел бы таким уникальным цепным оружием. Зубцы вращались так быстро, что, казалось, просто оставались на своём месте. Первыми жертвами пали трёхметровые банки-убийцы гретчинов, разрезанные пополам одним разворотом на 360 градусов. Для такого оружия подобная лёгкость расправы — оскорбление. Один смертодред попытался схватить Палача клацающей клешнёй, чтобы распилить циркулярной пилой, но сразу же лишился гидравлических ног. Гидравлические цилиндры состарились, покрывшись на глазах слоями коррозийного бурого налёта, пока металл не лопнул под чудовищным давлением оливковой и чёрной маслянистой жидкости. Покрывавшие слои металла превратились в пыль. Как чума, пертурбация перешла к танковой броне, обнажая пилотирующего орка. Изуродованное тельце только отдалённо напоминало того клыкастого зеленокожего, теперь это больше мумифицированная оболочка без конечностей вследствие воздействия разрушительного поля оружия. Она отсоединилась от кабелей и рассыпалась в пыль. В конце концов от шагохода осталась горка бурой пыли с немногочисленным хламом. Увы, урока орки не усвоили, а только раззадорило. Следующий смертодред просто распилен пополам вместе с пилотом. Под третьим Палач проскользил и вспорол броню скользящим ударом, да так, что машина сложилась под собственным весом, а содержимое вывалилось наружу вместе с дёргающимся в агонии орком. Палач замечал, что даже после контакта энтропийное поле продолжало действовать некоторое время. Остались двое смертодредов. Палач оставил их для волкитного излучателя и плазменной пушки, покоящихся на его плечах, всё это время ожидавших приказаний своего владельца. Рубиново-янтарный луч и синяя струя поразили одновременно обе мишени. Волкитный заряд буквально выпалил за считанные секунды огромный орочий саркофаг, а плазменный просто испарил, оставляя гигантскую зияющую воронку, через которую даже танк «Лендрейдер» проехал бы. Из орочьих бронированных войск остались только два шагохода. Что-то они явно имели под собой что-то глубинное, скрытый смысл. Щёлки рогатых черепов смотрели на него с хищным азартом и нескрываемым любопытством. Казалось, что они поблёскивали зелёным светом, имеющего божественное происхождение. Перед глазами в образах гор из металлолома предстали величественные фигуры, одна из которых держала дубину размером с комету и дубасила сородича по голове. Эти создания были орками, как и те, с какими Палач сейчас сражается. Большая шмаляла шестиметрового гиганта выпустила фантастический град болтов, способный был запросто снести всё на своём пути: пехоту, машины, здания. Палач легко избежал огня, прыгнув вдвое выше машины. Упав, он перевернул механизм навзничь. Цепным мечом, как горячий нож масло, разрезал в прямоугольник припаянную толстую бронированную обшивку и выбросил лист одной рукой. От силовой клешни не было уже никакого толку. Удачное попадание в боекомплект плазменным разрядом спровоцировало высокотемпературный всплеск энергии, заставляя сдетонировать ёмкости с горючими и весь боекомплект большой шмалялы. Изнутри машина вздулась, пока не образовались пробоины из-за шрапнелей, вылетевших наружу и прошивая насквозь ближайших орков. Лопнул, как воздушный шарик. Второй после взрыва стального собрата выпустил молнии и шары перегретой плазмы. Плеяды энергии настолько уплотнились в направлении Палача, что подобная мощь превратила в кипящий шлак сверхтяжёлый танк или имперского титана, не говоря уже о живой силе и фортификациях. Палач сделал то же самое, что и с прошлым противником. Чернобог пронзил насквозь макушку пилотируемую меху. Распилена за четыре секунды, а после развалился надвое, а содержимое вывалилось вместе со состарившимся персоналом. Остатки покрывались ржавчиной и сыпались, словно рыхлое слоёное тесто. Бронетехника была уничтожена. Оставалась только пехота. На поле боя появился Адратический магна-истребитель — следующее мощное оружие в арсенале Палача Рока. Белый опасно нестабильный луч энергии прошёл навылет, пока не сдетонировал о четвёртого тяжелобронированного орка. Исторжение энергии оставило от всех попавших в радиус поражения остаточные пылающие образы, пока не исчезли из-за порывов ветра. Орки встретили человека-армию во всей красе и только были рады этому. Издав фирменный боевой клич, они, не заботясь о своих жизнях, побежали к Палачу наперегонки. Воина окружили, и это было ошибкой. Брошенный и заряженный оливковой энергией Космического царства цепной щит заметно проредил ряды зеленокожих, летая по кругу со скоростью истребителя, некоторые переполнились энергиями настолько, что взорвались, как перезрелые фрукты, а броня растрескалась и лопнула вслед. Пушка Палача оказывала на пехоту эффект ластика, просто стирая и оставляя лишь горсти исчезающей пыли. Орки ждали мочилово, они его получили. Наверняка их покровители извне не забудут об этом никогда. Счётчик жертв Адратического магна-истребителя уже исчислялся более чем 500 орками, безвозвратно сгинувшими пылью в холодных ветрах мира. Следующая пушка, какую надо было пустить в ход, — болт-аркебуза «Адрастус». По сути, это ручной тяжёлый болтер со встроенным подствольным адратическим оружием. Оружие казалось непривычно велико, и на руках Рока могло бы казаться слишком тяжёлым и неудобным в обращении. В этом бою он разбил эти несбыточные догадки, оно прекрасно ощущало себя в руках стрелка. Одиночные выстрелы с ювелирной точностью попадали прямо в меж глаз, разнося вдребезги головы вместе со шлемами. Острые четырёхосные адамантиевые сердечники летели через орков, вторичный взрыв разгонял осколки супертвёрдого вещества, вгоняя их во всех в радиусе поражения. Болты «Кракен» выкашивали орков поодаль, а тех, у кого хватало смелости бежать впритык, сразу встречали ответный опустошительный энергетический залп. Палач удерживал зеленокожих от себя на расстоянии в 30 метров. Боекомплект насчитывал внушительные 80-100 патронов, а энергетическая подствольная пушка обладала неограниченным восполняемым запасом. Ни один болт не пролетел мимо ни одного орка, все поразили свои цели, пока оружие не выдало щёлкающую осечку. Магазин был пуст. Тем не менее, болт-аркебуза прошёл проверку боем. Магна-пистолет «Арахнус» — оружие, способное было бы заменить большинство других видов собою, но в условиях долгой войны любое оружие может послужить безукоризненной верой и правдой. Поэтому настала очередь реликтового мощного лазерного пистолета. Одиночные выстрелы бело-голубыми лучами самым ужасным образом уничтожали ксеносов, прожигая огненные воронки. Кожа испарялась на глазах, а немногие остатки плавились и стекали, словно расплавленный воск, а кости обугливались до черна и сыпались. Выбрасываемое в окружающее пространство тепло после детонации оставляло серьёзные ожоги в малой зоне поражения. Темп стрельбы не бесконечен, оружию свойственен перегрев, но охлаждается быстро. По правде говоря, лазерный магна-пистолет сослужит против малых и средних групп противника, но орков по-прежнему оставалось ещё много, поэтому не рекомендовалось им сражаться в таких слишком затяжных битвах. Спустя некоторое количество выстрелов Палач зажал спусковой крючок, пока направляющие рельсы выходного дула до отказа не забились выбивающимися наружу дугами молний. Спущен курок. Один сплошной луч сразу пронзил многочисленную плотную толпу с такой же лёгкостью, как смерть орудует косой, даже минерализованная земля под их железными сапогами выгорела и почернела от опустошающего залпа. Штормболтер и болтерная пушка «Ластрум» мастеров из ядрового клана Терры на очереди для пробы. С виду как обычный комби-болтер или штормболтер, если бы не его чересчур мощные боеприпасы — масс-реактивные гелиотермические болты, выпускающие после себя короткие цепочки взрывов, выбрасывая высокотемпературные ударные волны, сопровождаемые яркими вспышками, испепеляя цель. Подобное редкое оружие одинаково прекрасное средство расправы над живой силой и техникой. Само оружие такое тяжёлое из-за исключительно прочного корпуса, а он нужен, чтобы слишком плотные болты могли запускаться беспрерывно, даже Астартес было бы непросто совладать с ним, не говоря о простых людях. Отдача чудовищная, но в руках Палача она не чувствовалась. Орки действительно настолько примитивные варвары, что готовы себя самих добровольно пускать на убой, лишь бы насладиться лучшим мочилово в своей жалкой непоседливой жизни. Подул внезапно мощный холодный ветер, а прах от тех, кто попытался порубить на куски героя Империума, изрешетить болтами, всячески уничтожить за дерзкое нападение, уносился прочь, стирая и воспоминания о наглецах, что посмели тронуть этот райский мир. Стволы накалялись добела, но не прекращали стрельбу. Скорострельность высокая. Объём боекомплекта исчисляется внушительными 250 болтами. Коэффициент полезного действия сокрушительный, практически 100% — один болт, убивая одного орка, уничтожал в несколько раз больше, в зависимости насколько близко стояли другие от зоны поражения. Счётчик жертв побил рекорд, опережая другие пушки, щедро подаренные почётной гвардией Императора, дошёл до более чем 900 жертв. Магазин после интенсивной стрельбы опустел, а вместо выстрела осечка. Пора болтерной пушке на отдых. Её мгновенно сменила такая же изящная ластрумская болтерная пушка, больше похожая на немного вытянутую винтовку, украшенную золотистыми аурамитовыми полосами. Имея вдвое меньший боезапас, огневая мощь и разрушительный потенциал показал явное превосходство над собратом штормболтером. Отрыв как минимум от 1,5 до 2,5 раз. Палач Рока обладал невообразимой для любого смертного меткостью. Даже в обстановке, когда орочьи снаряды, клинки и топоры были всего буквально в считанных метрах от него, оперировал подопытных зеленокожих с точностью непревзойдённого хирурга, точно целясь в наиболее слабые критические точки, такие как голова, суставы, спина, брюхо и даже оружие, разнося его в граде корродированных щепок, не забывая также с грацией мастерски одарённого танцора балета уворачиваться от них. Несмотря на массивные габариты, ненамного уступавшим средним примарисам, он буквально скользил по полю боя. Конечно, ему приходилось принимать на себя атаки, но в равной степени максимум возымели эффект недостойного даже самого маленького внимания крошечного пшика, незаметного ему. Как и у болт-аркебузы «Адрастус», ластрумские снаряды летели на гиперзвуковой скорости, обладали достаточным кинетическим могуществом, чтобы пролететь через толщу орочьих воинов и взрываться в вопящем хлопке с последующей ревущей вспышкой. Позади Палача после его уверенного продвижения нагромождения из сверкающих гильз и изувеченных тельцов. Список жертв от этих пушек побил ещё один рекорд в 1400 космических зубастых дикарей. Гранатомёт «Балистус» стал первым оружием, которое не было штурмовым, ограниченного пользования и последнее. Палач применил нестандартный способ использования гранатомёта вместе с любимым грозовым когтем. Гранаты пробивали орков, а потом выпускали электроэкзорцистские дипольные отражатели, создающие ослепительную вспышку света в оглушительном грохоте. Орки, подвергшиеся подобному эффекту, оказываются оглушёнными и теряют инициативу; их оружие и снаряжение даёт сбой, а органы чувств восстают против такого сенсорного натиска. Неконтролируемые приступы боли бросали их во все стороны, словно охваченные сильнейшим столбняком. В обойме всего девять гранат, и её быстро опустошили. Эффект магического ошарашивания поразил каждого орка, кто попал под воздействие смертоносной вспышки. Подобран лучший момент, когда оставшиеся в живых около тысячи орков потеряли всякое желание сражаться, отвлечённые своими муками. Пустая обойма заменена зарядами с антиматерией «Облитератум». Система костюма провела расчёт, что тройки зарядов хватит, чтобы уничтожить всех. Снаряды выстрелены с разницей в сотню метров друг от друга. Ужасающие изрыгания субатомной имплозии выбросили орков в чистое небытие. После немыслимых мучительных конвульсий, их затрясло с невообразимой силой перед тем, как разорваться в оглушительно воющей зарнице. Не только плоть, но и одежда, и амуниция и оружие порождали дополнительные каскады из цепочек взрывов. Каждый зеленорылый разрывался в белой слепящей вспышке, словно каждое мгновение рождалась и умирала сверхновая. На планете будто рождался квазар, настолько ярким источался с источников взрыва свет. Материя и антиматерия взаимно уничтожались, выбрасывая чистую энергию, сравнимую с термоядерной бомбой во многие мегатонны. Этого хватало, чтобы сравнять с землёй горные хребты. Палач даже не дрогнул, когда волна энергии и сжатого перегретого воздуха несколько раз прошла через него. В течение минуты последствия взрыва стихли. Орки исчезли. Под ногами Палача начала разверзаться и обрушиваться в раскалённую лаву. Предсказывая подобный ход событий, рванул в направлении наиболее стабильного участка долины, незатронутого эрозией. Скорость разрушений не могла сравниться с шустротой победителя. Десятки метров в секунду оставляли позади всепоглощающий огненный бассейн. Количество островков стремительно уменьшалось, но не поспевало за целеустремлённостью самоотверженного альтруиста.

***

Палач Рока уничтожил всех орков. На преодоление холмистого рельефа, ведущего к отрогу, на чьей поверхности выстроены защитные стены из гладкого материала, потребовалось около получаса атлетического бега. Взобравшись на последний холм, он обнаружил, что стены обрушены по большей части всей протяжённости. Примечательно, что сам по себе отрог не являлся горой вовсе, а просто очередным лесным массивом, граничащим с глубоким оврагом. В качестве переправы служил подвесной мост из красного лакированного дерева и знакомого отражающего свет гладкого материала. Палач спустился вниз по крутому склону и помчался туда, благо расстояние до места житья предполагаемого отправителя всего около 50 метров. Система костюма просканировала всю прилегающую территорию, никаких признаков жизни. Неужели он опоздал? Палач намерен выяснить так или иначе, в чём же причина этого события, и не зря он полез в пекло, чтобы помочь хоть кому-то. Палач промчался по мосту и вошёл на территорию поселения. Здесь дома местами напоминали юрты, иглу, шале, вигвам и бунгало, при этом сливаясь с самой природой, беря от неё только самое необходимое. Жилища сделаны из дерева, ткани и меха животных, обитающих в этом мире. Деревья поистине огромные, превышая средние небоскрёбы, над какими возвышался титан Икона Греха, обильно разросшиеся мхом и большими пучками листьев. Кроны, как корни, обросли все верхние уровни. Эта зона засыпана снежными хлопьями. Тут климатические пояса работают в строгом территориальном порядке, учитывая относительную близость поселения к горным вершинам, откуда шли твёрдые осадки. Самое ужасное было в другом, всё вокруг напоминало бойню. Кругом изуродованные трупы орков и тех, скорее всего, являлись коренными жителями планеты, подвергшейся агрессии со стороны воинственных зеленокожих дикарей. Силы были явно не равны и не в пользу бедолаг, что пытались защитить дом. Костюм выпустил волну для определения текущей цели. Очень слабый сигнал исходил с дома, что в самом центре поселения. Палач, перепрыгивая с крыши на крышу, добрался до нужного, высота над землёй около 15 метров. Палач рукой выбил двери и с двуствольным дробовиком и щитом вошёл внутрь. Там как у дома охотника за пределами оплота цивилизации. Главенствует концепция минимализма с небольшой долей максимализма, отчасти в скандинавском стиле. Он тихо зашагал в гостиную комнату. Дул тревожный свистящий сквозной ветер через прорехи и воронки. Практически всё вокруг изрешетили болтами, орки явно расстреляли жилище. Перейдя порог гостиной, перед Палачом предстала следующая картина: пол и меховой ковёр залиты кровью андрогинного ксеноса. Подойдя к нему, Палач определил, что тело окоченело спустя восемь часов после смерти. Особь мужского пола. В руках держал охотничий нож, в самом углу сломанное экзотическое оружие, по форме похожее на пистолет. Здесь нет что-либо ценного. В этот момент системы костюма беспокойно засуетились, они обнаружили два жизненных сигнала, один красный, что указывало на критическое состояние, другой синий, живой. Совсем рядом, в подсобке. Палач распахнул двери, и увидел умирающую женскую особь неизвестного ему раннее гуманоидного вида. Её меховая одежда запачкана кровью до ниточек. Она отчаянно держала за рану на груди, откуда торчал ржавый длинный штырь. похожий на отвёртку. Вокруг неё лежало по меньшей мере девять или десять убитых её мелких гоблинов, с какими Палача недавно разобрался, растаптывая их как мелких насекомых. Бедняжка давилась кровью, она была ещё жива. Палач убрал своё оружие, а щит прикрепил к спине. Он подошёл к ней. Пальцем приподнял её за подбородок. — По… по… мощь при… бы…ла, — судорожно кряхтела она. — Нако… нец-то. Она печально улыбалась. Слёзы текли по щекам. Палач не отрывал от неё взгляд. — Я не… знаю, к…кто ты, но как хорошо, что т…ты п…пришёл. Ты спасёшь… наш род. Мы в…вер…верим в тебя. Указательный дрожащий палец умчался в корзинку с белой тканью, будто что-то скрывая. — У…мо…умоляю, защити её. — Из последних сил она произнесла ровно и без паузы. — Подари ей лучшее будущее. Веки глаз сомкнулись. Рука рухнула на пол. Голова опущена в сутулое положение. Она замолчала навсегда. Палач отстранился от мёртвой и отодвинул полотенце с корзинки. Весьма неожиданный сюрприз оказался — младенец. Теперь всё сходится, мёртвые жители дома — родители, что отдали свои жизни, чтобы ребёнка не трогали. Невинное создание кристально-голубыми глазками впилось в Палача Рока, тот не был озадачен находкой, он не в восторге. Изначально такой, как он, был заточен на одно — быть идеальной машиной для ведения войны, какой бы она ни была. Он просто не создан для другой жизни. Давным-давно порвал с другой, приняв новую достойно и без слёз и эмоций. Оно протянуло свои руки, чтобы её взяли. Палач без всяких любезностей одной свободной правой рукой. Пока оно радостно смеялось, Палач продолжал осматривать беззащитного младенца. Тонкий волосяной покров на голове давал осознавать, что это девочка. Его поглотили размышления. Перед шлемом пронеслись новые активные сигналы. — Обнаружены новые жизненные сигнатуры, их пять, — оповещала система брони. — Они направляются к вашему местоположению. Вслед срочное сообщение Коула. — Лорд Палач, авгуры обнаружили подоспевшие на помощь огромные силы мира-корабля эльдар, — сказал архимагос по скрытному каналу. — Тираниды уже готовятся высадиться на планету. Лучше уходить как можно скорее. Прекращено удалённое вещание, действительность вернула к решению дальнейшей судьбы младенца. Палач не мог выполнить просьбу покойной матери. Он положил обратно в корзину милый комочек. В руке закружили голубые дуги, создавая монету с символом самого Палача Рока по обе стороны. Он положил его в корзинку с новорожденным ребёнком. Та взяла в руки холодный металл. Палач окинул свой прощальный взгляд и развернулся. Младенец, уже успевший привязаться к нему, сразу разревелся, когда тот уходил. Руки тянулись вперёд, умоляюще прося вернуться обратно, но тот непреклонен, он не сможет позаботиться о ребёнке. Палач равнодушен к пронзительным завываниям ребёнка. Скоро сюда прибудут те, кто сможет обеспечить ребёнку то самое будущее, какое так желала покойная мать. Аура невидимости полностью скрыла от посторонних глаз. В эту же секунду чьи-то тени подкрались к корзинке. Очертания говорили сами за себя: человекоподобные создания в театральных реквизитах. Их взгляд направлен на беззащитную ревущую девочку. Тонкие жилистые ручонки взяли корзинку. Успокаивающее баюканье. Они немного озадачены странной монетой с незнакомым символом, но отбирать её не посмели.

***

Палач и так серьёзнее некуда, он направлялся прочь от призраков жилища. Никаких чувств он не испытывал. Он как робот шёл в одном направлении. Глаза устремились вверх. Десятки десантных астероидов с огромных мусорных кораблей орков падали на поверхность планеты. Разноцветные ряби, что застлали светило, говорили о приближении флота-осколка тиранидов. Здесь делать больше нечего было. Всё-таки путь проделан не зря и зря одновременно. Над ним пронеслись сразу десятки объектов со жгутами в концах, напоминавших колоссальные копии бактерий или вирусов. Устремлялись в сторону вырезанного поселения. У Палача не было времени с этим разбираться. Дальнейшее похождение продолжилось в том самом лесу, где впервые наткнулся на мерзких орков. Уже в этом месте послышался чей-то рокот и влажное хлюпанье. Палач просто продолжал твердолобо идти. За ним тянулась длинная тень в наступающей ночи, а за ней следовало нечто зловещее. Этот звук усиливался по мере приближения со спины. Палач остановился. Он обернулся и сразу уклонился в сторону. Огромные хитиновые косы со стекающим с кончиков светящимся зеленоватой жидкостью впились в землю почти в половину своей длины. Размерами они больше самого Палача. Вскоре в открытую вышли их обладатели. Особь с худощавым телом, дающее неверное представление об истинной мощи и возможностях. Голова напоминала осьминожья с ротовыми жестикулирующими мясистыми щупальцами. Три пары глаз с каждой стороны головы красные, как кровь, с хищными прорезями. Красновато-бархатного цвета хитиновый панцирь и бледная, как у мертвеца, кожный покров. Тонкие лапы укомплектованы длинными острыми когтями. Ноги в определённых сегментах согнуты, делая похожими на ноги рептилии, оканчивались раздвоенными копытами. За спиной растягивался развевающийся кожаный плащ. Палач взял свой щит в руки. Чудовище ростом в 3,5 метра прыгнуло в три раза выше себя самого. Гигантские панцирные боевые придатки, уткнувшись в щит, отскакивали обратно, а само создание потерялось. Шипастый силовой кулак врезался в морду, что выбил несколько зубов, заставляя саму тварь отстраниться к дереву. Оно замаскировалось и спряталось в отбрасываемых тенях. Рык позади выдал его, но другой на месте Палача было бы последнее, что услышал. Снова уклонившись от скрытной атаки, Палач перехватил одну из боевых конечностей, накренив тварь в свою сторону, не давая выпрямиться и снова сбежать. Тварь не сдалась и попыталась пырнуть когтями. Палач перехватил лапу и сокрушительным ударом под дых повалил на четвереньки. Снова кулак врезался в морду, а перехваченное природное хитиновое оружие зверя вырвал без усилий. Тварь, лишившись конечности, тут же скрылась из виду. Оно снова за спиной Палача. Очередной удар снова перехвачен. Перекинув через себя тушу, выхватил оторванную конечность и пробил ротовой аппарат противника. Кем бы ни была эта тварь, она уже мертва. На этом неприятности не остановились. На него вдруг налетела странная тварь. Маневрируя, Палач избежал удара когтями. Он разглядел нового противника. Похожее на горгулью тварь с вытянутой гребнистой головой с рядами острых длинных клыков. Цвета такие же, как и первого трусливого гада. Клюв похож на птичий. Конечностями служили рудиментарные острые отростки. Голодно впившиеся жёлтые светящиеся глаза. Длинный хвост словно жил своей жизнью, постоянно извиваясь, а кончик сродни змеиному клыку. Перепончатые кожаные крылья, как у летучей мыши. Попытка напасть снова, проколов хвостом, стала для твари последней ошибкой. Железная хватка сомкнулась, раздавливая вместе с позвоночником. Один рывок, и отделение головы вместе с хребтом и прилегающей частью произошло в мгновение ока. Под землёй раздались вибрации, вскоре перешедшие в мелкое землетрясение. Трусливые тираниды пытались застать врасплох в третий раз. Снова рывок в сторону, и тварь напрасно показала себя своему человеческому врагу. Монстр с бронированной шкурой цвета пролитой крови. Длина достигала более 11 метров. Глаз не было, но, скорее всего, оно полагалось на безошибочные органы чувств. Туловище усеяно толстым хитиновым покровом. Оно имело три пары сгибающихся клинковых конечностей, ими оно проделало себе ходы под ногами. Брюшная сторона бежевая. Всё тело сегментировано чёрными вставками. Пасть могла раскрыться вдвое больше головы, а хелицеры предназначены, чтобы дробить добычу перед заглатыванием. Оно без раздумий рвануло в атаку, перед этим скрестив свои бритвенно-острые лапы. Кончик хвоста похож на трезубец. Цепной щит обессмыслил попытку твари располовинить Палача, хотя даже и без того ничего бы не вышло. Пребывая в ошарашенном состоянии, единственный удар в рыло повалил уродца на землю. Нога пригвоздила хвост к земле, а пальцы правой руки сомкнулись на верхней челюсти. Тварь истошно завопила, срывая себе горло, и отчаянно пыталась выбраться, но уже поздно. Верхняя часть головы моментально отлетела в сторону, а туша упала замертво. Оглушающий звериный рёв предвещал приближение ещё большей опасности. Так и случилось, ближайшие деревья повалило огромное чудовище. Панцирный покров угольно-серого цвета, а кожный — алого. Массивные ноги обладали копытами, как у рогатого скота. Длинный хвост с раздвоенными лезвиями, как у секиры. Главенствующая пара конечностей почти вдвое больше Палача, такие могли бы с лёгкостью пробить броню танка, с рудиментарными более мелкими на концах сверху. Нижняя пара клешнеобразные, как у ракообразных. Тело по большей части состояло из выпирающих костных ребристых пластин. Глаза такие же жёлтые. Большой немного продолговатый череп бронирован сверху донизу. Верхушку венчал отросток, выглядевший топором. С пасти, покрытой рядами из десятков острейших резцов, обильно стекала слюна. Спиной шипастый панцирь покрывали наросты, напоминающие дымоходы, а дыры с фронтовой стороны, похоже, служили каким-то дополнительным оружием. Тварь наклонила голову вниз и выстрелила дождём зелёных кислотных ядовитых шипов, и так несколько раз. Атака немедленно отражена. Чудовище встало в полный рост и снова громко взревело. Пускаясь напрямую, оно не подозревало, что жить осталось всего несколько секунд. Палач просто прыгнул вверх и бросил пилощит точно в хребет, распилив его, будто пройдя сквозь, лишая твари подвижности. Перебежав обратно, Палач воткнул свои шипастые кулаки в морду чудовища, разбрызгивая кровь, вырывая кровавые куски мяса, выбивая клыки и ломая кости. Вдруг оно подняло свою ручную косу, хотя несколько секунд назад было парализовано. Значит, у этого тиранида есть адаптация и регенеративные способности, в этом можно было убедиться и по чавкающему звуку срастающихся костей и плоти спинного сегмента. Остриё почти коснулось Палача, но сразу легко перехвачено. Тварь приложила усилия, но ни к чему это не привело. Удар направлен мимо. Взобравшись, Палач потянул панцирь к себе, отрывая его. Чудовище тут же завизжало от боли и ёрзало, пытаясь скинуть безбилетника с себя. Тот в ответ оторвал одну из верхних конечностей и вонзил во вторую, прибивая к почве. Панцирь оторван от тела, из раскрывшейся раны фонтаном хлынула багровая кровь. Коготь Рока впился в шею воющей твари, сокрушая, измельчая позвонки и плоть. Наконец, спустя считанные мгновения, голова тиранида отделена от всего тела и отброшена в сторону. Костюм вычислил след сырой энергии варпа в 15 метрах от себя. Воздух запах угарным газом или озоном, даже с более далёкой дистанции ударил в нос до потери сознания. Тонкий писк быстро приближался к нему, пока тот в ожидании увидеть ещё одного врага. Замерев на месте, не издавал ни единого шороха, только вращал головой в переднее направление. Вскоре в поляну с открытым видом явился тиранид, не похожий ни на какой другой, умерщвлённый его руками. То бишь была хлипкая с виду гигантская пиявка. Громадный неестественно растянутый, будто на дыбе, череп существа и слабое тело поддерживались крупным шиповидным наростом, торчащим из позвоночника. Эта структура тянулась через весь череп, напоминая капюшон, тогда как по бокам росло несколько острых когтей, с которых били психоэлектрические заряды. Чудовище широко раскинуло свою пасть, изрыгая потоки разделённой натрое чистой энергии. Уворачиваясь, он выхватил свой двуствольный дробовик и шмальнул по уродливой твари. Стоило ему обернуться, чтобы узнать, насколько разрушителен выплеск энергии, понимал, что деревья и даже камни выжжены, растворены. Дробинки растворились или исчезли о защитное поле. Та выпустила самонаводящиеся сферы в количестве пяти штук. Взрываясь при столкновении с твёрдой землёй, она плавилась до состояния едко пахнущего чёрного расплавленного стекла, а редкая трава просто иссыхала до состояния пыли. Окружавшие деревья также не исключение, отвратительное создание высасывало жизненную силу со всего вокруг, сама твердь умирала. Монстр сформировал на земле несколько окружностей по всей территории поляны, по ним били мощные каскады молний. Палач без труда избежал атаки, подпрыгнув вверх. Верный ему пилощит попал точно в цель, но он только перегрузил барьер, заставив лопнуть, а само чудовище осталось невредимым, хотя и потеряло хватку на пару секунд. Этого хватило, чтобы железной хваткой схватить тиранидскую мерзость за горло и опустить на землю. Придя в себя, тиранид развернулся лицом и одним из когтей хотел проткнуть наглеца, осмелившегося дотронуться до него. Перехватив коготь, Палач оторвал его полностью и нацелился в горло, тогда тварь издала ужасающей мощи крик. Палач замешкался не от атаки, а от осознания, эта тварь питалась душами живых существ. Глаза и сознание захлестнули видения о гибели целого мира-корабля эльдар. Виной этой трагедии стал зверь, что поедает не только плоть и кровь, но и саму жизненную силу своих жертв. О нём слагали как о пожирателе душ, что вытягивает саму искру жизни и каждую крупицу психической энергии, оставляя после себя только бездушное забвение. Для любого живого существа такая судьба страшнее смерти. Беспощадная зараза пустила свои когти в дом тех, кто пытался защитить его. Именно эта тварь когда-то была воином высокого звена, пока не получила доступ к источнику некой бесконечной психоцепи душ, выедало сердце, пока оно не умолкло. Пожрав всё, монстр сконцентрировал свою непомерную псионическую мощь и высасывал жизненную энергию у всех, кто был рядом. Защитники оказались особо чувствительны к зверствам чужака, так как имели более развитый псионический потенциал. Поговаривают, будто они в прямом смысле ощущали, как их бессмертные души вытягивают из тел, словно вилку из розетки. По мере насыщения сила чудовища стремительно росла: впитанные жизненные соки давали обильные запасы энергии, за счёт чего оно продолжало наращивать свою грозную ментальную мощь. Это чудовище нарекли как Погибель Малан’тая — разрушителя одного из миров-кораблей некогда господствующей гордой расы, обречённой на скитания в бесконечном космосе после неизвестной катастрофы. Выпив души из бесконечной психоцепи искусственного мира, Погибель Малан’тая стала почти неуязвимой, научившись одной только силой мысли обращать эльдарских воинов в кровавое месиво, ломать их военные конструкции из призрачной кости и разбивать вдребезги вздымающиеся шпили. Лишь единицы спаслись, а тварь отправилась дальше пировать по всей Галактике. Возможно, миллиарды душ мучаются в нутре этого существа. Они жаждят свободы. Они как батарейки, бесконечно высасывая из каждой из них силы, чтобы потом снова восстановиться для новых мук. Вот здесь гнев Палача дал о себе знать. Тварь воспользовалась заминкой, но сразу же её хвост придавлен могучей стопой Палача. Потянув к себе, он вновь вцепился за шип в нижней челюсти. Второй коготь перехвачен и вырван сразу. Ему пришлось лицом к лицу встретиться с яростью вопящей твари. Оно собрало все свои силы в крик и выпустить на обидчика потоки чистой пси-реактивной энергии. Сплошной луч стирал с лица земли всё в широкой площади более чем в сотню метров и по прямому направлению в поселение умерших, находившееся далеко отсюда. Выпад твари пропахал на земле гигантскую борозду глубиной во многие десятки метров. Палач быстро превозмог страшную ментальную мощь твари и ударом головы всмятку смял лицевую часть черепа, а после перерезал толстое горло вырванным отростком толщиной в ногу взрослого человека. Даваясь кровью, противник потерял равновесие и падал на землю. Схватив одной рукой, Палач впечатал в землю. Дальше он схватил за хвост и расшвыривал по булыжникам и деревьям, отрывая куски плоти и хитина. В конце концов после нескольких ударов кулака по лицу превратил лицо в кровавую кашу, но тварь постоянно регенерировала свои повреждения. Тогда, притянув к руке оторванный отросток, и вонзил в череп, вспоров его. Из разреза вышла ослепительная белая вспышка. Тварь завопила так, что эффект был сравним с термоядерной бомбой, сметая и подбрасывая в небеса всё вокруг. Снова перебросив через себя, Солдат Рока вонзил последний сокрушительный удар шипастым кулаком по голове, вдалбливая о каменистую землю, истерзанную психической энергией твари. Пробив толщу жёсткой плоти и плотного хитинового покрова черепа, нащупал позвоночник и немедленно вырвал его. С Погибелью Малан’тая покончено, и отомстил за погибших. После победного вознесения голова выброшена в сторону иссохшей растительности. Палач, с ног до головы покрытый кровью тиранидов, осмотрелся и понял, какие разрушения учинила поверженная им тварь. Тираниды — такая же угроза, как и орки. Теперь не только Хаос в его списке врагов. Подвижные лучики белого света окружили Палача и закружили. Воин осмотрел себя. Высвободившиеся души не отправились на вечный покой, а привязались ярким ореолом к нему. Так выражали свою благодарность бесстрашному воину за освобождение из плена отвратительного уродливого ксеноса. Словно по мановению волшебной палочки, он буквально засиял меловым светом. Ореол света исчез с его тела. Волокнистый флёр перебежал к левой руке. Медальон с его символом вместо голубого сначала блестел белокипенным. Палач перенаправил потоки душ в него. Он пока не знал, что с ними делать. Пока что они будут просто храниться. — Лорд Палач, вы целы? — снова связался архимагос Коул. Марсианский учёный явно волновался за его судьбу. — Компьютеры зафиксировали мощнейшие выбросы псионической энергии. Вы уничтожили его источник. Это была некая разновидность зооантропов. Они опасные враги и манипулируют энергией не варпа, а Разума Улья как угодно. Надеюсь, вы пережили встречу с ним. Палач пальцем ткнул сенсорную кнопку на образовавшейся бесплотной панели. Верный боевой самолёт «Чёрный Призрак» прилетел через шесть секунд. Закончив дела на этой планете, скиталец покинул её, взмыв к космосу.

***

Неизвестно, какие эмоции испытывал Палач, слушая предсмертное завещание умирающей матери ребёнка. Вообще никакие, даже замешательства. Подобное не для него. Пусть эту ответственность возложит на свои плечи кто-то другой. Каждую секунду мимо проносились десантные булыги орков с космических скитальцев. Число орд зеленокожих росло в геометрической прогрессии, ещё и тираниды припёрлись сюда. Даже если одна из сторон перебьёт друг друга, то планету это не спасёт, а если одна выстоит, а другая падёт, то тем хуже. Руководимый долгом защищать и помогать, скитающийся герой всё-таки решил оказать помощь подоспевающему флоту эльдар в искоренении ксеносов. Прямо по курсу сотни био-кораблей и орочьих флотских костяков. Связавшись воедино с машинным мозгом бортового искусственного разума Чёрного Призрака, Палач отправил своё послание на борт своих флагманов. Послание дошло за считанные секунды. Тем временем Коул продолжал перебирать данные, пока не получил приказ. — Активировать орудия для уничтожения флота тиранидов и орков. Коул ещё больше засуетился. Его ответ последовал незамедлительно. — Уверены, что хотите дать им бой? Ответ прямой как преданность Императору, и твёрже камня. — Да. Уничтожить их. Второй флагман «Дух Мщения» в тандеме с «Мечтой Рока», управляемый эволюционировавшим машинным духом макрокласса в искусственный интеллект, понял приказ хозяина. Титаны из высеченного железа во имя хозяина обрушат свою ярость на кровожадных чужаков. Корпуса покрыли светящиеся разноцветные точки. Энергетические вспышки преобразовались в сплошные лучи. Они яростно врезались в хитиновые покровы монструозных живых ульевых конструкций и грязную заржавевшую обшивку орочьих корыт. От них отлетали целые секции, рвались пополам, неспособные выдержать натиска мощи кораблей мстителя, некоторых просто сдавливало внутрь себя, взрывались в воющих зарницах, превращаясь в чистую энергию, испарялись на молекулы и атомы, гигантские штыри рельсовых орудий пробивались через толщу, чтобы выйти с обратной стороны. За этой космической оперой было бы приятно наблюдать. Хитин и металл испарялись, куски разбрасывались в пустоту космоса. Каждую минуту уничтожались по десятку кораблей. Ответного огня не последовало, потому что подобран идеальный момент, чтобы застать врагов врасплох и уничтожить их самым жесточайшим способом. По принципу цепной реакции энергетические эксплозии некоторых корабельных пушек переходили к ближайшим кораблям, разрывая их на части изнутри, отправляя в чистое небытие после агонической муки урагана из лязгающего металла и испаряющегося хитина. Палач не терял времени даром. Он привёл в боевой режим бортовое оружие, сбивая сотни падающих орочьих булыг и иные беспорядочно изготовленные десантные конструкции, что перевозили многие тысячи орков с их техникой. Фрагменты падали на поверхность в огненном ливне из обломков, часто сгорая в атмосфере, и, как кометы, оставляли за собой длинные хвосты. Конверсионные лучемёты, лазеры прямого действия и рельсовые циклонные ускорители беспощадно превращали в решето корабли орков и тиранидов вкупе со вспомогательным огнём двух звездолётов. Ярость Рока действительно имела опустошительный эффект на обе вражеские фракции. Цепные реакции непрерывного огня изничтожали окончательно то немногое, что подверглось жестокой атаке Путника Ада. Даже немногие оставшиеся гигантские космические скитальцы орков не могли спастись от воплощённого гнева Разрушителя, сеющего своё возмездие всем и каждому, кто смеет покуситься на невинные жизни человеческой расы. Космическая резня продолжалась на протяжении 10 минут, пока от вражеского флота не остались лишь жалкие горстки, беспомощно болтающиеся в пустоте. И здесь дело сделано. И тут как тут появился огромный мир-корабль эльдар. Пусть с остатками разбираются его воины. Остальное было уже неважно. Миссия выполнена. Возвращение на «Мечту Рока» идёт своим чередом.