Светотень

Сначала они учуяли запах дыма, а мгновение спустя услышали пока ещё далёкие голоса мон-кай. Эльдар быстро переглянулись и, не сговариваясь, ускорили шаги, не тратя времени на слова. Охотничий азарт и голод вспыхнули в зелёных глазах Кейла, а мрачную задумчивость сменила хищная ухмылка. Он ощущал охватившую Айрена тревогу, смешанную с едва уловимым нетерпением, и даже разделял её. Отчасти. Единственное, что волновало друкари сейчас — а хватит ли жертв на двоих? Остальное было неважным, ведь на их стороне — внезапность и почти полная невидимость. Особенно если учесть — животные шумели так, что не услышали бы и приближения полного кабалитов «Рейдера». А что ещё могло настолько увлечь мон-кай в лесу, как не… эльдарское убежище? То самое, на которое у Кейла были далеко идущие и жаркие планы, включающие азуриани, агонизатор и долгую бессонную ночь. И всё это могло провалиться прямиком в Ша’эйл, если животные уже успели захватить пристанище. Но так это или нет, тёмный пока что не знал. Плотно растущие деревья и кусты не позволяли увидеть, что же творится там, откуда всё сильнее воняет гарью. Это раздражало, злило и заставляло Кейла шагать ещё быстрее, невольно стискивая рукоять клинка. А потом деревья расступились, беспощадно открывая взорам эльдар около десятка мон-кай, облепивших вход, словно стая назойливых навозных мух. — Кей-морагх! — выдохнул Айрен, прижавшийся к толстому шершавому стволу старого дерева и потрясённо смотрящий на пепелище вместо ядовитых кустов и куда-то исчезнувшее голополе. — Но как… — Элементарно, кузен, — язвительно шепнул в ответ Кейл, хватая его за подбородок и разворачивая сначала в сторону двух огнемётчиков, а после — к окровавленному изломанному телу, в котором с трудом можно было узнать насмерть запытанного эльдара. — Не всем так повезло, как тебе… — Проклятье, — процедил сквозь стиснутые зубы изгой, глядя на то, как двое мон-кай спешно приклеивают к рунной двери взрывчатку под хриплое рявканье третьего, судя по всему, командира. — Они заплатят… — Безусловно, — почти промурлыкал друкари и потянулся за пистолетом, — обезглавь стадо и вырежем остальных! Айрен молча кивнул, снимая винтовку с плеча и ловя в прицел голову офицера. По лёгкому шороху лесной подстилки он понял, что Кейл устроился слева от него, за другим деревом. Глубокий вдох. Мгновение на психический приказ оружию. Тихий, тонущий в шорохах свист, и командир упал на траву, не успев отдать очередной приказ. И в тот же миг рой отравленных осколков срезал обоих огнемётчиков — Кейл времени даром не терял. Мон-кай завопили и заметались по поляне, беспорядочно паля в разные стороны. Загрохотали болтеры, а лазерные лучи пронеслись в опасной близости от укрытия Айрена. Мгновенно сменив позицию, азуриани снова попытался прицелиться, слыша полную ненависти ругань, смешанную с воплями тех, кого достали осколки. Эффект неожиданности стремительно сходил на нет — эти мон-кай были солдатами и знали своё дело. Они рассыпались по поляне и укрылись за большими валунами, обрамлявшими вход в убежище. А секунду спустя изгой ощутил мимолётное прикосновение к разуму. Оно было леденяще-неприятным, нащупывающим и указывающим остальным, где скрывается «проклятый ксенос». Айрен успел упасть на траву за мгновение до того, как пули пролетели над головой и вонзились в несчастное дерево. Сорванная кора брызнула в стороны, а изгой устремился вправо, собираясь подобраться поближе к колдуну. Мон-кайские псайкеры слабее, чем эльдар, но всё равно опасны, особенно когда на твоей стороне нет ни одного провидца. Похоже, им стоило внимательнее изучить врагов, но времени на это просто не было. Остаётся надеяться на друкари и отвлекать внимание животных на себя. Выхватить пистолет и стрелять, осыпая сурикенами огрызающихся солдат и пытаясь одновременно закрыть свой разум ментальным щитом. Обрубить невидимые щупальца, раскинутые псайкером, и наконец-то увидеть его самого — окутанного пурпурным сиянием. Он прятался в тени деревьев, за спинами других солдат — невысокий, щуплый, ничтожный и самый отвратительный из всех мон-кай. Айрен метался между деревьями, не прекращая стрелять и пару раз едва не угодив под вражеский огонь. Выигрывал время для тёмного, который не мог не заметить колдуна и не понимать, что это… Ослепительно яркая молния сорвалась с посоха псайкера, развернувшегося влево. Веер отравленных осколков полетел ей навстречу, вынуждая колдуна мгновенно закрыться щитом. Сверхъестественная ловкость спасла друкари от неминуемой смерти. Он двигался слишком быстро и успел подойти чересчур близко, делая бесполезными болтеры и лазвинтовки. Кейл вынуждал мон-кай играть по своим правилам, и на мгновение Айрен залюбовался жутко-изящной пляской смерти. Но только на один, краткий, как удар сердца, миг. Секунду спустя он уже сжимал оружие и бежал к ближайшим солдатам. Выстрелив прямо в лицо первому, азуриани прикрылся его телом, словно щитом, сильно толкнул труп во второго и рубанул пошатнувшегося вояку сверху вниз. С яростным рычанием зубья вспороли броню и плоть. Горячие алые брызги и надсадный вопль оросили душу, словно живительная влага. Кровавая ярость Кхейна вскипела во вздувшихся венах, а с губ сорвалось рычание. Вторым ударом Айрен отсёк человеку голову и помчался туда, где продолжали сверкать молнии, а с ног до головы забрызганный кровью Кейл безуспешно пытался достать клинками псайкера. Поглощённый схваткой тёмный не видел, как за спиной, пошатываясь, поднимается на ноги один из солдат с отрубленной по локоть рукой. В другой мон-кай сжимал пистолет, намереваясь разрядить его в спину друкари, но не успел. Айрен выстрелил первым, рискуя задеть Кейла, но, похоже, боги были сегодня на их стороне. Солдат снова упал, теперь уже навсегда, а псайкер яростно закричал что-то в лицо друкари, словно этот мон-кай был кем-то очень важным для него. Колдун утратил концентрацию всего лишь на секунду, его щит покрылся рябью и этого оказалось достаточно, чтобы зазубренный чёрный меч пробил грудь и вышел из спины. Второй клинок полоснул по животу, вскрывая его, и псайкер зашатался, выпуская из рук посох и медленно оседая на землю в лужу собственной крови. Айрен смотрел на это широко открытыми глазами, жадно вдыхая густой металлический запах смерти. А мгновение спустя Кейл отправил клинки в ножны, стащил шлем, перешагнул через тело колдуна и рванул азуриани к себе. Слишком быстро, чтобы изгой успел отступить, и слишком властно, чтобы сопротивляться, впился сухими губами в губы Айрена, вынуждая отвечать. Неумело, неловко, сгорая от смущения и болезненно острого желания, жарко запульсировавшего в паху и вырвавшегося из груди сдавленным стоном. Раж боя смешался со стремительно нарастающим возбуждением, а тело стало сгустком пламени, который… Вдруг обдало ледяным потоком, плеснувшимся из-за спины друкари вместе со становящимся всё ярче пурпурным сиянием. Айрен увидел это только потому, что в этот момент Кейл запустил руку ему в волосы и сильно потянул. Резко разорвав поцелуй, изгой схватил тёмного за подбородок и повернул его голову в сторону. Теперь и друкари увидел то, что недавно было мон-кайским колдуном, а сейчас преображалось в порождение Ша’эйл. Оно истекало гноем и слизью, тошнотворно воняло и ползло на эльдар, издавая отвратительные хлюпающе-булькающие звуки. Яростный крик Кейла смешался со свистом мгновенно выхваченных из ножен клинков, а меч Айрена снова взвыл, разделяя ужас хозяина. Тварь наступала на них, распухая на глазах, а из разверзшейся пасти излился зловонный фонтан, едва не окативший отскочивших назад эльдар. Мельчайшие смердящие капли усеяли доспехи обоих, а отродье зачерпнуло полные пригоршни вонючей жижи из вспоротого брюха и швырнуло в них. Она летела слишком быстро и прицельно для обычной гнили, но оба оказались достаточно ловкими — рванулись в разные стороны, увеличивая расстояние между собой и тварью. Мономоллекулярные диски и отравленные осколки накрыли грузную тушу смертоносным дождём и увязли в искажённой плоти, почти не причиняя чудовищу вреда. И тогда Кейл бросил на Айрена многозначительно-свирепый взгляд и ринулся к монстру со спины, обрушивая град молниеносных ударов на то, что совсем недавно было головой и шеей. Отступая назад, изгой продолжал стрелять, отвлекая тварь от друкари. Споткнулся о исполосованный клинками труп, чудом удержался на ногах, но успел заметить и сорвать с пояса мон-кай их единственный шанс на победу. В следующее мгновение он уже нёсся к отродью, сжимая в руке активированную гранату и надеясь, что успеет швырнуть её в брюхо до неизбежного взрыва. Заорав во всю мощь лёгких: «Назад!», Айрен проскочил под очередным потоком гнили, извергаемым тварью, забросил снаряд в зловонную дыру и тут же отпрыгнул как можно дальше. Взрыв раздался через секунду, разрывая тушу на куски, усеявшие всё вокруг, включая обоих эльдар. Под безумно быстрый стук собственного сердца изгой взглянул на Кейла — заляпанного гнилостной жижей и злого, как кинжальная оса, и… расхохотался, складываясь почти пополам. Он смеялся, сотрясаясь всем телом и не замечая, что и сам выглядит ничуть не лучше. Ужас от первого в жизни столкновения с порождением Ша’эйл выходил из азуриани вместе с рваным истеричным смехом и резко оборвался, когда горло сдавила закованная в изгвазданный металл рука. Кейл навис над ним, гневно сверкая глазами, но на фоне лица, покрытого стекающей по коже смердящей дрянью, это почему-то не пугало. Или просто больше не осталось сил бояться. Все они ушли на то, чтобы выиграть гонку со смертью и не разлететься на кровавые куски вместо отродья. Пылающий малахитовой яростью взгляд друкари скрестился с его взором и… пальцы разжались, а губы произнесли: — Это было отвратительно и глупо! — Но зато эффектно и эффективно. Оспоришь? — Нет, — не сразу ответил тёмный, словно через силу признавая его правоту, и добавил, кривясь от отвращения: — Ты в дерьме по уши и воняешь, как… — Ты, — вырвалось вместе с коротким смешком — финальным аккордом полубезумного веселья, охватившего изгоя, — но тварь сдохла, а мы — нет. — Дважды, — буркнул Кейл, брезгливо пытаясь стереть со щеки зловонные потёки, но только ещё сильнее их размазывая. — Надо немедленно смыть эту дрянь! — Обязательно, — уже без улыбки обронил Айрен, окончательно успокаиваясь, — но сначала… — он осёкся, устремляя взгляд на труп сородича и, прикусив до боли губу, быстро подошёл к нему. Опустившись на одно колено, азуриани пристально всматривался в застывшие черты. На изуродованном до неузнаваемости лице больше не было глаз, а на руках не хватало пальцев. Крупная дрожь пробежала по телу изгоя, на мгновение снова оказавшегося в допросной, холодный пот выступил на коже, а в ушах зазвучал собственный крик. — Бывает и хуже, да? — насмешливый вопрос Кейла прозвучал прямо над головой, а носок чёрного сапога упёрся в бок валяющегося рядом солдатского трупа, отпихивая его подальше от тела эльдара. — И кстати, глаза вырвали уже здесь — раны свежее остальных. — Тебе виднее, — свой голос показался Айрену надтреснутым и незнакомым, — наверное, он отказался активировать руны и… — Достался Голодной Суке, — остриё одного из мечей тёмного указало на расколотый камень душ, укреплённый в простреленном навылет доспехе. — Он поверил обещаниям мон-кай или… — Она стала невыносимой… боль… — хрипло прошептал изгой, касаясь кончиками пальцев осколков путеводного камня, — слишком… — Для азуриани? — ядовито уточнил друкари, смакуя страдания Айрена, словно изысканный десерт к основному блюду. — Согласен. Вы ничего не смыслите в пытках и ломаетесь, стоит только посильнее надавить. — Тебя там не было, — глухо обронил изгой, сжимая руки в кулаки в тщетной попытке не сорваться и сдержать щиплющие глаза слёзы. — Ты не знаешь… — Вкуса агонии? — издевательское веселье в голосе Кейла резануло острее клинка. — Хватит нести чушь и пялиться на этого неудачника. Или это — твой… — Нет, — резко бросил азуриани, перебивая друкари и не давая озвучить повисший в воздухе намёк, — просто сородич… — Был, — холодно припечатал тёмный, — а теперь это бесполезное мясо, которое скоро протухнет. Идём, — рука тяжело опустилась на плечо Айрена и сильно тряхнула, — пока наша кожа не слезла. Изгой молча кивнул, беззвучно шепча слова заупокойной молитвы, известной каждому эльдар, когда-либо терявшему друзей и близких. Она врезалась в память намертво, когда вместе с родителями провожал тело сестры к Вратам Прощаний. Эти древние слова были единственным, что он мог дать собрату, у которого мон-кай отняли не только жизнь, но и душу. С усилием поднимаясь на ноги, Айрен дёрнул плечом, стряхивая руку тёмного и, не поворачиваясь к нему лицом, пошагал ко входу в укрытие. Переступая через останки солдат, он думал о том, что их смерть была непростительно лёгкой. Они заслуживали, по меньшей мере, арен Комморры за то, что сотворили с безымянным сородичем. Особенно офицер, у трупа которого азуриани невольно замедлил шаг. Окинув поверженного врага пристальным взглядом, он заметил висящий на поясе инфоплашет, испачканный кровью, но целый. Быстро наклонившись, он поднял устройство и включил, ловя недовольный взгляд Кейла и бросая короткое: — Это недолго, но может быть важно. — Надеюсь, — фыркнул друкари, — допросить дохлый скот не смогу даже я. Скользя сузившимися глазами по строчкам, Айрен всё сильнее хмурился, читая сообщения и приказы и понимая, что вслед за уничтоженной разведгруппой обязательно придут другие. Офицер успел передать точные координаты в штаб и сообщил, что приступил к вскрытию «ксеносского логова», а значит… — Нам придётся его взорвать, — сухо произнёс азуриани, продолжая изучать планшет, — нельзя, чтобы мон-кай… — Вломились внутрь и всё обгадили? — глумливо закончил за него Кейл. — Согласен, но только после того, как я получу воду, еду и тебя. — Что… ты сказал? — вздрогнув от запредельного неприличия услышанного, спросил изгой, медленно поворачиваясь к тёмному и снова видя знакомый искристый блеск в прищуренных глазах. — Ты внезапно оглох? — вскинул бровь друкари. — Наши души сыты, чего не скажешь о телах. Мы исправим это, как только смоем вонючее дерьмо, а потом разнесём это место на куски. — Ты серьёзно? — изумлённо уставился на него Айрен. — Сюда в любой момент могут нагрянуть мон-кай, а ты думаешь только о… — Наслаждениях, которые мы заслужили, — бесцеремонно перебил Кейл, скользя когтями по его грязной щеке и усмехаясь незнакомо и пугающе, — а что до животных… Это же средство связи? — он ткнул пальцем в примитивный передатчик офицера, увидел утвердительный кивок изгоя и продолжил: — Ну так накорми мон-кай ложью, которой они жаждут! Это даст нам время, а скоту — иллюзию победы. — Это не сработает! — возразил азуриани, пытаясь воззвать к благоразумию тёмного. — Мой голос… — Утонет в помехах! — презрительно отмёл его аргумент друкари. — И не делай вид, что не знаешь, как паршиво работает это недоразумение! Давай, кузен, раз уж ты осквернил свой разум их языком, так преврати его в оружие и отомсти! Айрен колебался ещё пару мгновений, чувствуя, как всё сильнее горит и чешется лицо, а потом решительно наклонился за передатчиком. Покрутил его в руке, отыскивая активирующую кнопку, шумно выдохнул, собираясь с силами, нажал и произнёс на ставшем ненавистном наречии: — Убежище ксеносов вскрыто. Приступаю к исследованию и обыску. Отбой. Отключив устройство, он взглянул на Кейла и впервые увидел в изумрудном взоре нечто похожее на одобрение. По губам друкари скользнула довольная улыбка, а вслух он сказал: — Это было несложно, правда? И приятно… — добавил, не дождавшись ответа. — Мы превратим это место в смертельную ловушку для мон-кай и вызовем их сюда… завтра, а сейчас, — он стиснул руку изгоя в своей, — время пожинать плоды…