Тайны, Сокрытые В Наших Иглах/The Secrets In Our Quills

В течение нескольких следующих дней Тейлз больше не засекал всплеск энергии Хаоса, и, к счастью, больше ничего не произошло, чтобы его спровоцировать. Проведя остаток недели в напряжении из-за решения сохранить Шедоу в секрете, а также из-за собственных непреднамеренных знаний Тейлза о его выживании, Соник наконец расслабился, когда наступили выходные. Тем более, что эта пятничная ночь была очень особенной, очень заветной. Это было одно из самых важных событий недели, сразу после вторника тако: вечер семейных игр. И, к сожалению для Соника, Тейлза и Наклза, они проигрывали. Сильно. Тейлз, покачивающийся на полу, никак не помогал их затруднительному положению, так как Соник и Наклз по очереди выкрикивали все более нелепые предположения, каждое из которых было более неправильным, чем предыдущее. — Океан! – предположил Соник. — Подождите, на самом деле, маленький крючок над буквой «н» в слове «пиньята»! — Мертвая рыба! – выкрикнул Наклз. — Или нет, умирающая рыба! Соник хлопнул Наклза по руке.  — Ты шутишь? Это явно змея, которая забыла, как ходить! Тейлз бросил на них обоих чистый взгляд недоумения, словно они были сумасшедшими, а он сейчас молча извивался на земле. Изобразив вычеркивающее движение руками, он вскочил на ноги и еще раз имитировал озадачивающее действие. — Ты шутишь? Не делай то же самое снова! – посетовал Соник, и рядом с ним на диване Наклз кивнул в согласии. — Да, попробуй что-нибудь новое, лис! Тейлз приостановил то, что он делал, и поднял руки в беспомощном пожимании плечами, и прежде чем у него появилась возможность переключиться, Том прервал его, выкрикнув: — Время! — Я совершенно очевидно был спагетти! – воскликнул Тейлз, теперь, когда его голосовые связки были освобождены, на что Соник и Наклз уставились на него, словно он представил им говорящую бородавку на лице и назвал ее «Тейлз-младший». — Что?! – сказали они оба в одно и то же время, прямо перед тем, как Наклз заявил: — Мне больше нравится мой ответ,— а Соник пожаловался: — Зачем было выливать вещи на себя?! — Это был соус! – простонал Тейлз, и в ответ Наклз ударил кулаком по столу в гневном осознании, а Соник хлопнул себя ладонью по лбу. — Почему ты не мог просто притвориться, что ешь из миски, как нормальный человек?! – потребовал он. — Почему тебе пришлось антропоморфизировать лапшу?! — Это была моя художественная интерпретация! – огрызнулся Тейлз. — Я действительно хотел передать, насколько это было долго и извилисто. В то время это имело смысл для меня! — Да, очевидно, что это не так, так как ни Наклз, ни я этого не поняли! Помимо них, Том и Мэдди пытались успокоить их всех, хотя они проделали довольно посредственную работу, учитывая, как они не могли не смеяться на протяжении всего спора.  — Ну же, ребята, это всего лишь шарады, – сказала Мэдди со снисходительной улыбкой, которую мог бы сделать только тот, кто выигрывал конкурс снова и снова. — Да, всего лишь шарады, – ворчал Наклз, – и все же мы проигрываем пять к нулю. Том одарил их всех самодовольной ухмылкой.  — И все, что нам нужно сказать на это, это… постарайтесь не отставать. — Соник закатил глаза; он мог быть неудачником, но опять же, Том тоже был победителем. — Почему бы вам троим не посмотреть на нас и не увидеть, как это делают мастера? Соник собирался огрызнуться, что ему не нужно видеть, как Том и Мэдди обучают их в шестой раз подряд, так как они уже догадаются, что это за слово или фраза почти сразу после начала, потому что они, черт возьми, женаты, но слова застряли у него в горле, когда он увидел что-то из окна гостиной, дождливым вечером. Возможно, это был трюк света. Тем не менее, Соник мог бы поклясться, что увидел два красных, светящихся глаза, и их взгляд заставил его тело вздрогнуть, а кровь остыть. Его взгляд сузился в вопросе и попытке расшифровать, были ли эти глаза настоящими или искажением дождя, отражающего свет изнутри дома. Они были неподвижными, непоколебимыми и не мигали, хотя Соник знал, что это, вероятно, ничего. Глубоко в его интуиции было чувство, говорящее ему обратное. В конце концов, не помешало бы выбежать туда и убедиться, что он не просто видит это… верно? По крайней мере, это то, что Соник сказал себе, когда поспешно извинился за прерванный семейный вечер игр и выбежал в ночь, прежде чем кто-либо успел спросить, куда он идет и почему он уходит. — Никто не любит неудачников, Соник! – услышал он, как Том кричит ему вслед, и, крикнув через плечо, он ответил:  — Я вернусь к своей очереди, просто дайте мне секунду! Потому что, честно говоря, проверить лес, где ему мерещился Шедоу, займет всего минуту. Просто быстрый осмотр, чтобы успокоить совесть и убедиться, что он не в какой-либо непосредственной опасности, чтобы он мог вернуться внутрь и, надеюсь, не дать Тому и Мэдди одержать над ними победу. Хотя он и смирился с поражением от Тейлза и Наклза, это не означало, что он собирался позволить им остаться в конечном итоге с большим жирным нулем. Его мысли прервались, когда он наткнулся на то, что боялся найти. Соник не знал почему, но он был в шоке, увидев, что Шедоу и правда стоит в лесу, прямо за кустами, которые росли вдоль их участка. Он моргнул несколько раз, чтобы прогнать капли дождя и понять, не плод ли это его гиперактивного воображения, однако, что бы он ни делал, Шедоу все еще стоял перед ним. Стоял и, судя по всему, был очень, очень зол. — Как дела? — спросил Соник как можно более непринужденно, стараясь не выдать своего удивления или раздражения из-за того, что он оставил теплый дом и на мгновение оставил свою семью, чтобы выйти на улицу и расследовать это беспокойство. — Развлекаешься, прячась в темноте и наблюдая за нами? Шедоу фыркнул.  — Я не наблюдал за тобой. — О да? И как бы ты это назвал? У Шедоу, похоже, не было ответа, судя по тому, как его губа скривилась. — Ладно, так… ты собираешься войти и присоединиться к нам, или будешь мокнуть под дождем, как какой-то чудак? — Соник подпер руками бедра, постукивая ногой по земле, давая понять, как он недоволен. Из-за дождя его шерсть становилась мокрой и неприятной, а это означало, что ему придется принимать душ позже, что было отстойно, потому что Соник мылся раз в неделю, и он уже принял свой еженедельный душ два дня назад. По сути, столкновение с Шедоу под дождем за шпионаж было очень неприятным. В ответ Шедоу уставился на него.  — Оставь меня в покое. — Эм, нет, так это не работает, чувак. Ты не можешь просто стоять снаружи и смотреть на нас, а потом вести себя так, будто проблема во мне. — Единственная проблема здесь в том, что ты продолжаешь приближаться ко мне, — огрызнулся Шедоу, его нос сморщился от презрения. — Я ничего не делаю. Так что я не знаю, почему ты считаешь нужным беспокоить меня из-за этого. — О, да ладно, — сказал Соник, не желая так легко сдаваться. — Разве у нас не было трогательного момента на закате? Помнишь это? Я думал, что мы пришли к чему-то! — Это была ошибка, — сказал Шедоу. — Все, чего я хочу, — это чтобы меня оставили в покое. Почему ты не можешь этого понять? — О да, серьезно? Назови меня сумасшедшим, но люди, которые действительно хотят побыть в одиночестве, не сидят перед домами и не смотрят на людей внутри, как жуткие маньяки! — воскликнул Соник. — Так что я спрошу тебя еще раз. Либо ты зайдешь и присоединишься к нам, либо расскажешь, в чем дело! Глаза Шедоу сузились.  — Я выбираю третий вариант, — прорычал он, и Соник с опозданием понял, что Шедоу присел на корточки, его тело напряглось, а золотые искры энергии Хаоса зашипели вокруг его меха. И вместо того, чтобы среагировать с осторожностью или страхом, что, вероятно, было бы уместно, Соник просто раздраженно застонал.  — Чувак, да ладно, правда? Ты хочешь сделать это сейчас, в ночь игр? — Шедоу ничего не ответил (вероятно, потому что он понятия не имел, что такое ночь игр), а количество энергии хаоса вокруг него продолжало расти. — Ладно, — проворчал Соник, занимая оборонительную позицию и желая, чтобы его сила проявилась вокруг него. — Но ты должен знать, что прерывать вечер игр вот так — это действительно не круто. Я очень недоволен. Шедоу сделал первый шаг, и его выпад был настолько быстрым, что даже Сонику было трудно среагировать, прежде чем он смог нанести удар, изо всех сил пытаясь поднять руки вовремя, чтобы встретить когти Шедоу, которые тянулись к нему. Их руки столкнулись в мощном ударе, пальцы сжались вместе, когда их энергии смешались, и Соник в глубине души молился, чтобы машина Тейлза не уловила этот всплеск. Он знал, что это бесполезно, но все равно надеялся. — Я заставлю тебя пожалеть о том, что ты пришел сюда и последовал за мной, — прорычал Шедоу. — Тебе нужно было просто оставить меня в покое. Соник поморщился, заметив, как энергия Шедоу начала ползти по его рукам, змеясь вокруг его конечностей дразнящим, хотя и отталкивающим образом. С ворчанием напряжения он выпустил свою собственную силу, заставляя ее ползти вперед, и с удовлетворением увидел, как Шедоу отшатнулся от дискомфорта, вызванного электризующим ощущением. — Хорошо, я понял! Ты не хочешь заходить и не хочешь рассказывать, что происходит. Все в порядке, молодец! Это немного странно, но я не буду судить! Шедоу оскалился на Соника, обнажив острые клыки.  — Ты такой надоедливый, — прошипел он, надавливая на руки Соника с всплеском силы, который разомкнул их хватку и оставил Соника беззащитным. Используя эту возможность, он схватил Соника за грудь и швырнул его в воздухе, удар которого пришелся на плечо. Соник с трудом перенес боль, и у него не было даже минуты, чтобы ее переработать, прежде чем он посмотрел вверх и увидел, как Шедоу приближается к нему, сжав руку в кулак, который определенно оставит след, если попадет. Быстро сообразив, Соник свернулся калачиком и уклонился, оставив после себя лишь электрическую синюю полосу, в то время как Шедоу ударил по тому месту, где он только что был. — Тебе нужно быть немного быстрее! — рассмеялся он, когда Шэдоу снова напал на него, делая сальто назад над широким ударом, который был нацелен в его колени, достаточно сильным, чтобы вывихнуть что-то. — Самое быстрое существо в мире, помнишь? Самое быстрое существо, к сожалению для Соника, не было невосприимчиво к скользкой грязи под ногами, и поэтому, с комическим расчетом времени сразу после того, как он поддразнил Шэдоу, он поскользнулся и упал на спину. Прежде чем у него появился шанс подняться, он почувствовал, как на него обрушился вес чего-то тяжелого, и сквозь дымку ливня понял, что Шэдоу нажился на его промахе и в настоящее время прижимает его к земле своим телом. — Да, да, ладно, это дешево, и ты это знаешь! – закричал он Шэдоу, поднимая голову от земли, его щеки невольно краснели от супер отстойного способа, которым он споткнулся и упал. Шэдоу ударил его головой обратно в землю с большей силой, чем, вероятно, было необходимо.  — Мне все равно, – возразил он низким хмыком. — Научись сохранять равновесие. Соник извивался и попытался сбежать, но Шэдоу только затянул хватку вокруг запястий и зажал свои острые колени дальше в бока Соника. Сделав паузу, когда он понял, что его борьба бессмысленна, Соник попытался изучить лицо над ним, в поисках каких-либо признаков того самого ежа, который остановился, чтобы посмотреть на закат с ним, который рассказал ему о Марии. Кто согласился на гонку, кто сосуществовал с ним в мирный, мимолетный момент, прежде чем сбежать со сцены. Однако, видя только боль и гнев, нарисованные на лице Шэдоу, не было видно ни одного остатка этой уязвимости. Соник не знал, что происходит, но он знал, что Шэдоу действительно тяжело переживает что-то. И прямо сейчас он собирался выплеснуть это на милом, невинном лицо Соника. — Знаешь, я просто пришел сюда, чтобы быть милым! – выпалил Соник, присматриваясь к кулаку, который поднял Шэдоу, и зная, что его предполагаемая цель, вероятно, оставит синяк под глазом или сломанный нос. — Если бы я знал, что собираюсь драться со своим сумасшедшим двойником под холодным, мокрым дождем, пачкая свой мех, я бы просто остался внутри! Шэдоу усмехнулся над ним.  — Ты должен был, – прорычал он прямо перед тем, как отправить кулак прямо вниз к щеке Соника. К счастью, Соник смог скрутить шею и избежать удара, Шэдоу хмыкнул, когда весь его кулак погрузился в грязь, и, используя его отвлечение, чтобы сбежать, Соник поднял обе ноги, чтобы они были прижаты к туловищу Шэдоу, и пнул его. Шэдоу издал гортанный звук, когда откатился от Соника, но, поскольку он был гораздо более собранным, смог выпрямиться на полпути и присесть на корточки, что, к сожалению, было очень и очень круто. С одной стороны, Соник ненавидел столкновения, находя эти неоднократные избиения, которые заставляли его обрастать синяками, настоящей неприятностью для его повседневной рутины. На этом фронте присутствие Шэдоу здесь, в Грин-Хиллз, было довольно невыносимым. Но с другой стороны? Он почувствовал большой прилив острых ощущений от этого испытания, несмотря на то, что он был промокшим, дрожал и определенно должен был играть (и проигрывать) в шарады со своей семьей и друзьями. — Это все, что ты хотел? Мы закончили с твоей маленькой истерикой? – насмехался он. — Выпустил все, что у тебя накипело? Его поддразнивание сработало, если то, как вспыхнула сила Шэдоу, было каким-либо признаком.  — Даже не близко, – прорычал он, сгибая руки и хрустя костяшками пальцев, энергия кружилась вокруг него, заряжаясь до истощения Соника. Однако, прежде чем у Шэдоу был шанс прыгнуть вперед и снова вовлечь Соника в свою мелкую ссору, их прервал громкий свистящий звук. Взглянув вверх, Соник был шокирован, увидев вертолет, летящий над головой, самолет летел так низко над деревьями, что едва не задевал кончики. Поднимая руку, чтобы защитить глаза как от дождя, так и от ослепительного света, который ненадолго прошел над ними, когда он пролетел мимо, Соник издал звук удивления.  — Это вертолет G.U.N.? Почему они здесь? Перед ним Шэдоу так же остановился и закрыл глаза от натиска света, однако он быстрее оправился от вторжения, шагнув вперед, чтобы приземлить открытой ладонью толчок по груди Соника. Со звуком боли он упал назад по грязи, только остановив свое скольжение на животе, которое было усугублено дождем, поставив руки в землю и оставив траншеи размером с палец в качестве следа. — Уф, – прохрипел Соник, когда он, наконец, остановился и вытер мокрую грязь из глаз, размазывая ее дальше в мех на лице. — Почему ты такой?! Шэдоу маячил перед ним, рука, которая ударила Соника, затвердела в сжатый кулак, выдвинутый перед ним в явной угрозе.  — Оставь меня в покое, еж. Не подходи ко мне, не разговаривай со мной, не следуй за мной. Это твое последнее предупреждение. Соник не должен был быть удивлен, когда Шэдоу телепортировался в третий раз подряд, однако вместо того, чтобы позвать его и попытаться приступить к погоне, он просто ударил кулаком в грязь. Несмотря на его желание остановить Шэдоу от бегства, как трус, как он всегда делал, вертолет G.U.N. был немного более уместным, это не совсем загадка, для кого они были здесь. И поэтому, даже не заглянув через плечо, чтобы увидеть, может ли он все еще увидеть Шэдоу в лесу, он побежал обратно туда, где ждала его семья, поднимая туман, когда он это делал. Он прибыл как раз вовремя, чтобы увидеть, как вертолет прилетел прямо перед их домом. При таких темпах газон, вероятно, использовался больше в качестве посадочной площадки для всех различных самолетов G.U.N., чем в качестве переднего двора, но Соник отступил. Это имело больше смысла, чем посадка в любом другом месте в густом лесистом окружении, даже если это произошло ценой порчи травы и оставления глубоких ям на земле каждый раз, когда они приземлялись и взлетали. Схватив полотенце с кухни по дороге в гостиную, Соник наткнулся на Тома, Мэдди, Наклза и Тейлза, которые уже стояли, и они вчетвером смотрели на него с обвинениями на лице. Как будто супергромкий, грубый вертолет снаружи был каким-то образом его виной (что, честно говоря, не было совершенно необоснованным предположением).  — А, ребята? – сказал он, когда вытерся, грязь перешла на его сомнительный выбор использования белого полотенца, чтобы хоть как то очиститься. — Я думаю, что у нас есть несколько гостей на улице. Том едва не всплеснул руками в ярости. — Ты думаешь, мы пропустили бы супергромкий вертолёт? — Я думаю, Том пытается сказать, — сладко произнесла Мэдди, и её милое выражение лица тут же сменилось чем-то более зловещим и угрожающим. — Что ты на этот раз натворил? Соник сразу подумал о Шедоу под дождём, всё ещё незамеченным, но, надеюсь, он далеко отсюда из-за вертолёта, и внутренне покачал головой.  — Э-э, кроме спасения мира несколько недель назад? Абсолютно ничего. Я был просто святым! — Святые не выпивают последний апельсиновый сок прямо из коробки и не заменяют его водой из крана, — ответил Том, на что Соник усмехнулся. — Да, конечно, но я не думаю, что замена апельсинового сока водой — причина, по которой здесь G.U.N. Разве ты что то обо мне наболтал? Пятеро пробрались к двери. Том и Соник шли впереди, а Наклз, Тейлз и Мэдди следовали за ними.  — Что ж, полагаю, есть только один способ узнать. Однако, прежде чем они смогли открыть дверь, её вышибли с петель пара непримечательных военных — обычные парни, которых выбрали бы в фильме, чтобы изобразить рядовых армейских пехотинцев. Том снова поднял руки в воздух. Что-то подсказывало Сонику, что это не в последний раз.  — О, ради всего святого… вы, ребята, когда-нибудь слышали о стуке? Мы буквально собирались открыть вам дверь. Это было необязательно. Наклз, напротив, скрестил руки на груди и одобрительно кивнул.  — Говори за себя. Я одобряю их методы. — Да, ну да, потому что не тебе за это платить, — пробормотал Том себе под нос. — Я даже не удивлюсь, если ты не знаешь, что такое деньги. — Том, будь повежливее, у нас гости, — строго сказала Мэдди, толкая его в бок и выдавливая улыбку. А затем немного громче и дружелюбнее проговорила: — Могу ли я предложить кому-нибудь из вас, джентльмены, что-нибудь выпить? Воду, или, может быть, сок? — Да, ну, у нас закончился апельсиновый сок, — вмешался Соник, не желая, чтобы у их злоумышленников возникли какие-либо безумные идеи. — Так что, если хотите воды из крана, я могу её принести. Солдаты просто смотрели на них, так как их работа заключалась только в том, чтобы выглядеть устрашающе, направлять оружие на всё и никогда не говорить ничего существенного. Конечно, они могли отрывисто выкрикивать общие приказы и издавать воинственные крики, когда этого требовала сцена, но принятие предложения что-нибудь выпить было строго за пределами их полномочий. Но вот, в дом прошел еще один человек. Её взгляд сузился, губы сжались в тонкую линию, а волосы были зачесаны назад без единой выбившейся пряди. Соник даже не попытался скрыть стон при виде директора Рокуэлл. И, признаться, это было вполне оправдано.  — О, чувак, опять эта дама? - простонал он. — Неужели G.U.N. не могли прислать кого-нибудь, кто нас не ненавидит? — Нет, - ответила она, не скрывая отвращения на лице, глядя на Соника сверху вниз. Их неприязнь, по крайней мере, была взаимной. Здесь не было односторонней вражды. — Я единственная, кто квалифицирован для этого. Тейлз наклонил голову, когда она жестом попросила передать ей то, что выглядело как необычный черный портфель.  — Что это? Директор Рокуэлл бросила на него косой взгляд, который ясно показал, что его нетерпение ей неприятно, но вслух ничего говорить не стала. Возможно, из-за какого-то чувства профессионализма, а может быть, из-за того, что Тейлз был наименее несносным из всей группы.  — Возьмите это, - сказала она, открывая портфель и доставая оттуда очень толстый документ, который предложила стоящим перед ней пятерым. Соник, как самый быстрый, выхватил его из её рук.  — Дай сюда, - пробормотал он, быстро перелистывая страницы. Примерно через пять секунд он с фырканьем передал его Тому. — Я не могу разобрать половину слов в этой ерунде. Попробуй ты. Том, как взрослый и более уравновешенный, пробежал глазами по бумагам, прежде чем посмотреть на директора Рокуэлл.  — Простите, но что это такое? — Это не на английском, всё, что я могу сказать, - ответил Соник, на что директор Рокуэлл закатила глаза. Она действительно не утруждала себя скрывать свою неприязнь к нему, и в каком-то смысле Соник это уважал. — Это юридический контракт, - объяснила она с едва скрываемым презрением, и с позиции Соника на полу ему казалось, что она задирает нос. — Без обид, но разве это нельзя было сделать по электронной почте или по телефону? Я не уверен, что был необходим гигантский вертолет и сломанная дверь. Директор Рокуэлл одарила его взглядом, который Соник мысленно окрестил взглядом "Я действительно ненавижу Соника", так как, казалось, она делала это довольно часто.  — Это строго конфиденциальный документ. Любая другая форма доставки была бы скомпрометирована. — Хорошо, допустим, но зачем нам вообще это читать? В конце концов, мы спасли Землю, так что, если это не пространная благодарственная открытка, я не понимаю, в чем проблема. Её взгляд превратился в насмешку.  — Позвольте мне кратко вам напомнить, - сказала она. — Кража и уничтожение имущества G.U.N., явное сотрудничество с известными врагами G.U.N., разрешение луны… — Эй, разрушением луны занимались Эггман, Тейлз и Наклз! - возразил Соник, указывая по обе стороны от себя на виновников. Вместо того чтобы возмущаться, что их подставили, они кивнули, признавая вину. — Я тут ни при чем! — Да, и всё же вы все члены команды Соника, верно?— Улыбка, которую она показала их трио, не коснулась её глаз, выражение лица оставалось суровым и насмешливым. — Поэтому каждый из вас несет коллективную ответственность за действия, которые вы трое совершаете, как команда. Соник сделал шаг вперед, явно намереваясь запугать, и, возможно, это сработало бы, если бы он был выше колен директора Рокуэлл.  — И все эти вещи нам пришлось сделать, чтобы остановить доктора Роботника от уничтожения мира, - ответил он. — Не говоря уже о том, что в уничтожении Луны можно обвинить G.U.N., за то, что они построили оружие Джеральда Роботника! Я имею в виду, серьезно, какова была цель создания этой штуки? И дать ему свободу действий? Он буквально выглядел злым. Не понимаю, чего вы ожидали. Директор Рокуэлл сузила глаза.  — Вам стоит перечитать контракт. Это поможет всё прояснить и гарантировать, что с юридической точки зрения мы все на одной волне. — Эй, Том? - прошептал Соник голосом, который был нарочито громким и слышным для всех в комнате, даже несмотря на гул вертолета. — Как мы должны перечитать эту штуку, если я ничего там не понимаю? Том рядом с ним издал долгий страдальческий вздох.  — Значит, мне придется нанять адвоката, - сказал он совершенно обычным голосом, сводя на нет попытку Соника говорить шепотом. — Что, вероятно, будет очень дорого. Не знаю, понимают ли это люди здесь, но я полицейский в маленьком городке в глуши Монтаны. У меня не самая высокая зарплата. —Поворачиваясь к Мэдди, он неопределенно указал на Соника, Тейлза и Наклза. — Они, вероятно, даже не знают, что означает это слово. Как будто подтверждая его слова, Соник оживился.  — Прости, ты сказал салями? Звучит аппетитно. У Наклза была похожая реакция.  — Я тоже хочу салями! — Я тоже! - добавил Тейлз, хотя из всех троих он, вероятно, знал, что это слово значит. Он просто хотел, чтобы к нему присоединились. Игнорируя их, Мэдди утешительно похлопала Тома по руке.  — Не волнуйся, дорогой, - сказала она. — Я оплачу адвоката. И дверь. И… газон, — Она вздохнула, — Господи, быть родителями действительно дорого. — Да, особенно для этих троих. Думаю, они стоят в пять раз дороже, чем обычный ребенок. Соник показал им большой палец вверх.  — В пять раз дороже и в пять раз веселее! - воскликнул он, и Тейлз и Наклз энергично закивали в знак согласия. Том потер висок рукой. — Если вы закончили с шутками и прибаутками, - вмешалась директор Рокуэлл, не находя их перепалку забавной, — Я уйду. Позвоните нам, когда будете готовы вернуть пересмотренную версию документа или когда будете готовы его подписать. У вас есть месяц. С этими словами, не дав Сонику даже шанса придумать какую-нибудь супер-смешную фразу, она махнула рукой солдатам, и, очевидно, это что-то для них значило, потому что они быстро и синхронно вышли через сломанную дверь, через испорченный газон в свой вертолет, который взлетел через несколько мгновений после того, как они уселись в кресла. Ударная волна от взлета разбила окно гостиной, и в третий и последний раз за вечер Том в отчаянии поднял руки. — Ну, — сказал Соник после того, как они улетели, вертолет превратился в отдаленный гул, едва различимый из-за дождя, хлеставшего через их разбитое окно, — Это отстой.