Терапия

***

      «Всегда помни, что ты не один. Кто-то ждет тебя в конце пути…и обязательно дождется»       Скрип. Кровать противно заныла под весом мужчины, когда тот перевернулся на спину.Он закинул руку под голову и уставился на облупленный потолок. Где-то противно стучала вода, стекающая через дырявые стены.       В носу все зачесалось от противно-густого запаха сырости и Ян чихнул. — Ха-а, — Охотник прикрыл глаза и сощурил нос. В ушах тут же снова зазвучал слегка сипловатый голос криптографа. Ее печально-уставшие зеленые глаза, под которыми пролегла тень бессоных ночей.       Даже в своих самые худшие моменты, она оставалась томительно прекрасна, словно статуя, выточенная руками умелого мастера. Она снилась ему, чуть ли не каждую ночь, с того момента как он впервые ее увидел. Сначала, сны эти были совсем безобидны: Лэйн сидела на лавочке в заросшем саду, меланхолично смотря на ветви вековых сосен, и в окружении душистых иголок, ее глаза приобрители завораживающий оттенок. Девушка сама пропахлась этим запахом, расстворилась в позолоте заходящего солнца. Само время, будто восхищаясь ею, замирало.       Эти сны приносили ему умиротворение. Блаженное спокойствие приходило в его разум, позволяя ему засыпать без кошмаров.Он так давно перестал высыпаться. С того самого момента, как мир начал стремительно разрушаться, о такой блажи, как снотворное, мечтать точно не стоило. По правде говоря, сейчас даже простое обезбаливающее было сродни непозволительной роскоши. Эту роскошь ты мог познать лишь на пороге смерти — что-бы покинуть этот бренный мир безболезненно. Покинуть его, стало быть, уже было-бы чудом.       Чем больше он знакомился с Лэйн, тем откровенее становились его сны. Она сидела на той же лавочке, в том же сосновном лесу, но теперь смотрела на него с вызовом. Ее ситцевое белое платишько сползало по бледному плечу, оголяя острые ключицы и соблазнительные родинки. Девушка игриво улыбалась, запуская тонкие пальцы в копну каштановых волос. Манила…       Смотреть на Лэйн с прошлым спокойствием становилось уже тяжело. Он отшучивался, скрывал взгляд, мешкался. Она смотрела на него укоризнено, но все так же улыбалась и протягивала руку помощи. Совершенно не подозревала, что твориться в его голове каждую ночь, когда он закрывал глаза.       Его сны приобрели совсем развратный и пошлый окрас, после того случая на корабле контрабандистов.       В маленьком ящике, совсем близко к друг другу, он чувстовал ее горячее и прерывистое дыхание на своих плечах, руках.Прижимался к ее хрупкой и худой спине, пытаясь успокоить бешенно бьющееся сердце в груди.Нет, даже, вернее сказать, что его сердце колотилось. Грозилось выпрыгнуть из груди, каждый раз когда ее проницательный взор был обращен на него. — Мх-х, — Охотник шумно вздохнул, вновь оказавшись в глубиннах своего сознания.       Теперь это был не сосновый лес, а маленькая темная комнатушка. Обтекаемая лунным светом, перед ним стояла Лэйн. Без ситцевого платья. Обернутая в шелковистое покрывало, она смотрела на Яна из-под опущенных ресниц. Маленькая капелька с влажных волос скользнула вниз, в ложбинку вздымающейся груди.Ткань, соприкоснувшись с мокрым телом прилипла к нему, огибая округлые бедра. Крипготраф снова улыбнулась, снова с вызовом. Провела ладонью, убирая волосы за ухо и открывая вид на соблазнительную шею. Она подошла. Наклонилась вперед, дотронувшись до его щеки. С нежностью погладила незаживающий шрам, сухие и обкусанные губы. Ее вторая рука, державшая маленький кусочек ткани, нырнула в его взлохмоченные волосы. Ян испустил хриплый вздох, штаны в паху предательски натянулись.       Он вдрогнул, и его взгляд вперелся в ее обнаженное тело, такое поддатливое и изящное.Блестящая грудь, на которой все еще поблескивали капельки воды. Бледный живот, с такой аккуратной родинкой под ребрами. Охотник видел даже еле-заметные мурашки на ее ногах. Лэйн тихо рассмеялась, будто заметив его реакцию. Она позволила ему наслаждаться видом, а сама принялась изучать его тело. Ее холодные руки скользили по шее, задевая кадык, по груди, по плечам, по рукам.       Парень тихо простонал. Каждое прикосновение ледяных рук криптографа во сне, отдавалось в реальности. Разгоряченное от возбуждения тело изнывало. Не открывая глаза, охотник растягнул ширинку. Спустил поношенные боксеры и достал член.       Девушка опустила ладони ниже, сжимая бедра мужчины.Она облизала губы и бесцеремонно сжала в руках возбужденный орган, все еще смотря прямо в глаза Яну. Когда он дернулся, она довольно оскалилась, точно охотница, загнавшая бедного зайку в клетку. Ее нежные руки принялись методично поглаживать пах.       Брюнет сжал плоть и провел по ней рукой. Медленно, затем быстрее. С каждым движением, с его губ слетал едва слышимый стон. Последнеи крупицы разума вторили ему открыть глаза и прийти в себя, но…животное желание одержало верх. Он сдался.       Лэйн прислушивалась к его стонам. Она издевалась. Играла. Наказывала его за непотребную волность — мечать о ней, хотеть ее. Девушка стянула брюки и опустилась вниз. Охотник проследил за ней, шумно сглатывая. Ему казалось, что похоть распирала до такой степени, что он не мог даже ясно видеть. Когда язык криптографа коснулся возбужденной головки, Ян взвыл. Ее блестящие глаза следили за каждым движением.За каждой реакцией. Она провела языком от кончика к основанию, затем взяла его в рот полностью, не разрывая зрительного контакта.       Охотник захрипел громко, ускоряясь. Кажется, его даже перестали волновать соседи по ту стороны тонкой стены. Он всхлипывал, умоляя о большем. Звал ее по имени, не переставая дрочить. — Лэйн, Лэйн… — сквозь череду стонов шептал Ян, словно в горячке.       В ее рту было так горячо, влажно и приятно. Умелый язык изучал каждый сантиметр его члена, заставляя терять ясность ума от удовольствия. Он не мог даже пошевелиться, полностью был во власти девушки, сводившей с ума. Ногти Лэйн впивались в его бедра, оставляя красноватые следы. Полностью отдавшись процессу, она закрыла глаза, совершенно игнорируя брюнета. Посасывала, помогая себе рукой, изредка прерываясь, что-бы взять немного воздуха. Ян откинулся на спинку стула, беспощадно раскусывая губы в кровь.       Как же ему хотелость потрогать ее, поцеловать, приласкать, вытрахать… Что-бы эта комната наполнилась запахом Лэйн, ее стонами, скрипами тщедущной кровати. Оставить по всему телу свои укусы, стать причиной ее влажных снов…       Ян простонал особенно громко, поскуливая. Он чувстовал как все тело пробирает крупная дродь от приближающегося финала. Его член горел, пока перед глазами стояла картинка Лэйн на коленях перед ним. — Блять, остановись, прошу, я сейчас.- Ян опустил голову вниз, смотря на криптографа. Она в очередной раз улыбнулась ему и отпрянув, провела рукой по члену вверх-вниз, направляя его на себя. Он почувстовал, как на глазах выступили слезы и тело зашлось в мелкой дрожи. Белая, вязкая жидкость крупными каплями брызнула на грудь девушки.Лэйн закусила губу, проведя пальчиками по головке, будто собирая остатки. Все еще чувствительный после оргазма, Ян глухо застонал, сложившись пополам.       Мужчина резко открыл глаза и уперевшесь локтями о кровать, поднялся. Он тяжело дышал, смотря на руку, испачканную его семенем. Охотник выдохнул, переваривая случившееся. — Сука… Я…Я что, подрочил на свой эротический сон?       Мужчина моргнул.Затем еще раз. Полностью осознав произошедшее, Ян закашлялся. Он в панике вскочил с кровати, оторвал кусок занавески, вытер руки и натянул штаны. Брюнет схватил со стола пачку сигарет, накинул на плечи пальто и вышел на улицу.       Ян нервно достал сигарету, старенькую зажигалку и закурил. В голове все еще не укладывалось: Он вздернул на свои влажные фантази, главной героиней которых была Лэйн.Господи, как он посмотрит ей в глаза утром? — Какой пиздец, — пробормотал Охотник, делая очередную затяжку. — Я двинулся. — Да ну, — Голос Лестера за спиной заставил Яна встрепенуться. Он резко повернул голову, смотря на улыбающееся лицо рыжего. — Тебе бы в порно сниматься. Стонешь отменно.       Брюнет сверлил взглядом парнишку, выпуская из ноздрей пары дыма. Он явно намекал, что-бы тот закрыл свой рот, и не закапывал себя глубже в яму, из которой его потом достанут по кусочкам.Но Лестер давно уже похоронил свой инстинкт самосохранения. — Знаешь, я ведь даже по юности специально учился красиво стонать! У девушек просто башня отлетает. Вот например, я узнал, что женщинам постарше нравится, когда ты скулишь как щен- — Избавь меня, Лестер.