Терапия

Он просит «Расскажи мне о любви», но я молчу.

***

— Я еще немного посижу, и точно пойду спать, Анна. Не переживай. — Ну-ну, — только и сказала девушка, поправляя очки. Она окинула Лэйн скептическим взглядом и вздохнув, молча вышла из комнаты.        «В душ, наверное» про себя подумала криптограф, снова возвращаясь к пожелтевшим страничкам книги.Перевод не вязался, слова не становились в строчку, голова ужасно болела. Каждая новая мысль давалась непосильным трудом, но упрямая гордость не давала права остановится. На ее хрупкие плечи взвалилась судьба всего мира, права на ошибку просто не было. Один неверный шаг — и все сгинут в огненной Гиене.       С того момента как она оказалась в Роткове, голоса в голове не стихали. Каждый день, каждую минуту она пыталась схватиться за ниточки и обрывки памяти, ведущие ее к осознанию собственной личности. Ей было страшно затеряться и никогда не найти себя.       Криптограф сощурилась, потирая виски. Она вытянула затекшие ноги и спустилась вниз, уперевшись головой о спинку кровати. Легонько отодвинув книгу в сторону, Лэйн прикрыла уставшие глаза и прислушалась к звукам вокруг нее: Осенний ветер за окном настойчиво бился в стекла, за дверьми звучали голоса солдат. На столе Анны шипело радио, скрипело. Там уже давно никто не рассказывал новостей и не играла музыка. Все радиостанции давно разрушены. — Белый шум, — пробубнила девушка, погружаясь в сладкую полудрему. К сожалению или к счастью, даже во сне она не оставалась одна.       В последние дни, ее беспокойные мысли о конце света вытеснял Ян. Охотник встречал ее в промозглом парке. Он улыбался, держа в правой руке белый зонтик. Стоило только Лэйн подойти ближе, он молча брал ее под руку. Они гуляли, не издавая ни звука и это были самые спокойные мгновения, которые она когда-либо знала. Парень проводил ее сквозь мощенные улочки и зеленые сосны, будто уже знал эту дорогу и бывал здесь тысячи раз. На третью ночь девушка знала таректорию наизусть. Они приходили в одинокой лавочке в гуще сосновых деревьев и смотрели на золотой закат. Непозволительно красив оказывался охотник, беззаботно смотрящий на уходящее солнце. Лэйн задерживала дыхание и замирала, словно боясь спугнуть красивую иллюзию умиротворения. Казалось, как только она дотронется к нему, все рассыпется в пепел и она снова окажется в том сером ужасе, которое зовется жизнью.Без него. Лэйн развернулась на бок, шумно выдыхая. Она нервно закусила губу.       Она не поняла, в какой момент ее сны стали совсем другими. Все так же он встречал ее в парке, брал за руку и вел к уже знакомому месту, но взгляд его был другим: откровенный и слишком интимный. Он смотрел на нее с нескрываемым желанием, гладил костяшки сбитых пальцев и целовал холодные руки. Ее щеки редели, а дыхание сбивалось. Ему не нужно было говорить, не нужно было прикасаться. Ноги уже подкашивались, а воздух вокруг становился настолько горячим, что хотелось снять с себя всю одежду. Снять с него всю одежду… Криптограф сжала кофту, чувствуя, как внизу живота словно завязывался узел: все ее тело ныло в сладкой неге, изнывающей по его рукам.       Ян снова здесь, снова с ней на этой лавочке, но теперь он касается ее бедер откровенно по-хозяйски. На нем только тонкая черная футболка, натянутая на влажное тело. Она видит каждый мускул, каждый изгиб на рельефном торсе. Хочется коснутся: пройтись по бледной коже острыми ногтями, прижаться и вдохнуть пьянящий запах камелии, но Лэйн не может пошевелиться. Она с придыханием наблюдает за руками охотника, исследующими ее ноги. Он улыбается хищно, точно знает, что здесь она в его власти. Криптограф не сопротивляется. Ее извечная битва с собственным сознанием заканчивается здесь и сейчас, когда он опускается вниз и касается горячими губами ее коленей. — А-ах, — дрожащей рукой Лэйн прикрывает рот, издавая тихий стон. Она касается свободной рукой взмокшего нижнего белья и отодвигает его в сторону. Ее подушечки пальцев касаются лона, и мозг отключается окончательно.       Охотник накрывает каждый сантиметр ее кожи поцелуями. Табун мурашек пробегает по телу, пока Ян умело раздвигает ее ноги и пристраивается между ними. Он смотрит вверх и торжествующе улыбается, и она понимает почему. В ее глазах горит желание, она хочет что бы он уталил ее голод. Она хочет его. Парень проводит языком по входу, слизывая смазку и девушка чувствует, как слабость накрывает ее тело одним разом. Лэйн словно тряпичная кукла съезжает вниз по лавочке, но широкая ладонь Яна тут же ложится на ее спину, прижимая еще ближе к себе. Его язык входит внутрь и криптограф издает неприлично-громкий стон. Лэйн вошла сначала одним пальцем, затем вторым. Она движется в такт движениям Яна, закусывая кофту, что-бы не застонать.Ее левая ладонь скользит к груди и сжимает ее.       Мужчина наслаждается каждой секундой происходящего. Он прикрывает глаза и отдается процессу полностью. Его язык играется, то останавливаясь, то ускоряясь. Он прикусывает чувствительный клитор и Лэйн всхлипывает, хватая ртом воздух. Ян крепко сжимает ее бедра, оставляя красные следы от ладоней.Она давно перестала противиться: девушка хватает охотника за макушку и прижимает еще ближе к себе.       Криптограф расстворяется в удовольствии, не переставая двигаться. Как же ей хочется что-бы он оказался здесь прямо здесь и сейчас. Целовал ее, пока не станет воздуха в груди, сжимал грудь и бедра, отымел ее прямо здесь. Она расцарапает его грудь в кровь, осыпет шею лиловыми засосами, отдастся ему всецело и полностью. — Ян, а-ах, я больше не могу, — Лэйн сжимается, чувствуя как все ее тело дрожит от приближающегося финала, но охотник не останавливается. Он закидывает ее ноги себе на плечи и проводит языком по клитору, хватаясь за девичью талию. Девушка выгибается, словно натянутая струна и издав сиплый стон, кончает. Ян улыбается по-кошачьи и прижимается, слизывая смазку с внутренней стороны бедра. — Господи, — Лэйн резко октрыла глаза и опустила взгляд вниз, на мокрое пятно под собой. — Боже.       Криптограф вскочила с кровати и книжка с грохотом свалилась на пол. Благополучие книги это последнее что ее волновало. Лэйн в панике накрыла простынь одеялом и запихнула грязное белье в шкаф. Ей нужно было успеть прибраться, пока не вернулась Анна. Она пока-что не до конца осознала что сейчас произошло. Только оказавшись на улице, Лэйн спряталась в свобственных ладонях, сгорая со стыда. — Какая я дура…а если-бы Аня зашла, пока я? — девушка даже не хотела продолжать мысль. — Она заходила, минут пять назад.Правда вылетела из комнаты пулей, — над головой Лэйн раздался голос Ноа, как обычно, уставший и раздраженный. — Будто отродье там увидела.       Криптограф встрепенулась и отскочила назад, будто ошпаренная. Парень вскинул бровь.На его лице так и читалось «Больная». — Ну да, точно, в комнате же только ты и был- — Сам ты чучело, Ноа.