Про Воронов и Соловьев

После того как замок Редклифф был освобождён от венатори, Лелиане начали сниться странные сны. Она видела Брешь, что поглотила всё небо. Видела замок, некоторые части которого парили в воздухе. Видела красный лириум, что пронзал стены строения и рос из человеческих тел. Чувство того, что она это всё уже видела, преследовало её. Но страннее всего — в этих снах была Вестница, она то пугала, то притягивала к себе. Сны настолько достали её, что девушка решила сходить с этим к Соласу. — Я не могу выспаться. Просыпаюсь разбитая. Ты можешь мне помочь? — спросила она устало, потирая веки. Эльф, выслушавший её подробный рассказ, опустил голову и хмыкнул. — Кассандра приходила ко мне с тем же вопросом. Похоже, это не просто сны. Вестница говорила, что видела будущее. Вы все там были. Вероятно, из-за магии вы все можете улавливать отголоски этого будущего, которого не будет. Лелиана опустилась на стул и, облокотив руки на колени, положила на свои ладони тяжёлую голову. — Есть способ прекратить эти сны? — Нет. Тень изменчива и капризна. Просто попробуй ложиться спать в другом месте. В убежище много спокойных мест — могу посоветовать. — Да, пожалуйста. Смена места не помогла, но во снах появился голос. Хриплый, пробирающий до мурашек голос, искренний и говорящий что-то так, словно обещал. — Asala ib kadan. Ataashi hissera edala nok, — проговорила Лелиана, спотыкаясь на каждом слове. Что это могло значить? В убежище нет кунари, кроме Хаакон и Быка. Спрашивать саму Вестницу не хотелось совсем, ведь она уже на следующий день готовилась закрыть Разлом в небесах, а Бык… Ох, Создатель… В обрывках сновидений глава шпионов видела боль. Что же будет с Вестницей, когда она будет закрывать такую огромную дыру в Завесе? Возможность это увидеть появилась совсем скоро. Маги с самого утра были как на иголках. Лириумное зелье выдали каждому из них, а интендант строго предписала не пить, пока не дойдут до руин Храма Пепла. Все советники Вестницы последовали за ней. Лелиана только и смогла, что отговорить Жози от этого похода, хоть той и жутко было любопытно. Под клятву о том, что ей расскажут обо всём в деталях, Жозефина отпустила более опытную в бою подругу, хоть и долго ворчала. Наблюдая со стороны за товарищами, она видела много разных реакций. Кассандра была словно бы задумчива и поглядывала на Вестницу странным взглядом. Шпионка видела, как они вместе тренировались в спарринге и как после сидели у костра, обсуждая что-то. Искательница активно жестикулировала, судя по жестам, она показывала что-то из основ техники боя кунари. Объясняла приём, возможно. Девушка не слышала разговор, но видела симпатию: Хаакон явно нравилась Кассандра, и она усердно пыталась завоевать внимание воительницы. Как жаль, что это всё напрасно, но говорить об этом косситке Лелиана не собиралась — не её это дело. Отправив очередной отряд своих людей в разведку, девушка сама принялась собираться в путь. Она должна была видеть своими глазами, как планы Старшего рушатся и Джустиния хотя бы частично будет отмщена. Когда она вышла вслед за основным отрядом, стало заметно — все из личного отряда Вестницы тоже двинулись в храм, чтобы поддержать, а то и просто посмотреть, как это произойдёт. Не каждый день в тени закрываются огромные разрывы. Храм встретил мрачным молчанием. Маги уже заняли свои позиции, но что-то не позволяло им разговаривать громко, и от гулких стен отражались лишь их шепотки и приказы направляющих. Вестница Андрасте уже спустилась на самое дно котлована, что раньше был главным залом, и внимательно слушала Соласа. Кивая изредка рогатой головой, она что-то спрашивала, было заметно напряжение в её жестах. Мастер над шпионами встрепенулась и отвела взгляд от высокой фигуры в длинном кожаном камзоле. На глаза попался другой рогатый силуэт, и в её голове появилась идея. Быстро и уверенно лучница направилась к тому, кого звали Железным Быком. Огромный мужчина стоял в окружении своего отряда наёмников и что-то негромко с ними обсуждал. Стоило ей подойти, как он тут же кивнул своим людям, и те разошлись каждый по своим местам. — Привет, канцлер. Что тебе понадобилось от скромного Быка? — Скромного? Это уж вряд ли. У меня есть вопрос. — Она встала рядом с верзилой и облокотилась руками о полуразрушенную баллюстраду, смотря за тем, как Вестница вливает в себя целый бутылёк зелья лириума. Храмовники учатся пить его понемногу, но ей нужно здесь и сейчас. Это очень плохо и аукнется, но сейчас необходимо. Высокая рогатая женщина подходит к эпицентру взрыва и задирает голову оценивая расстояние. — Спрашивай. — Бык заинтересованно приподнял бровь и встал рядом с шпионкой. — Что означает фраза "Asala ib kadan. Ataashi hissera edala nok"? — стараясь не запнуться, спросила девушка. Мужчина повернул на неё голову и окинул цепким оценивающим взглядом. Его глаз сощурился. — Маги, приготовиться! Пусть Вестница черпает от вас! — раздался голос Соласа. Вокруг воздух давяще наполнился сырой магией. Стало тяжелее дышать. Вестница встала устойчиво и вытянула руку к небу. На её лице появился странно знакомый оскал, а глаза медленно разгорались зелёным светом. Жутким. Потусторонним. — Кто вам такое… А, ладно. Неважно. — Мне важно. Что значат эти слова? — спросила шпионка, не в силах оторвать взгляда от силуэта в начинающем формироваться зелёном столбе магии. Хриплый голос словно сейчас зазвучал в голове эхом слов. Бык замялся, но, посмотрев на единственную кунари в окружении, хмыкнул. — Это значит: «Ты навсегда в моей душе, несущая надежду», — ответил кунари, так же неотрывно следя взглядом, как его босс, рыча, выкладывает всю себя в поток магии. Замечает, как один за другим на землю оседают маги, исчерпавшие силы — а может, их силу вытянула Вестница. В глаза Лелианы бросается, как дрожит от потока энергии рука с зелёной меткой. Медленно до неё доходит смысл перевода слов, что говорил хриплый голос в её сне. В виске стреляет болью. Может, тому виной количество магии в воздухе, а может, тонкая Завеса, но что-то происходит. Перед глазами она видит себя, точнее своё отражение в крови. Ужасающее отражение. «Вы пожертвовали собой ради меня в том будущем», — сказала Вестница, когда только вернулась с магами. Новая вспышка и другая картинка. Горячая ладонь на щеке так греет. Лоб касается лба, и слова произносятся обветренными губами, пока жёлтые глаза смотрят ей прямо в душу. Слова искренние и нисколько не затуманенные. С грохотом над головами разрушается разлом, и цепь несётся вверх до самого неба. Оглушающий гром разнёсся по небесам, и вспышка зелёной магии войной раскалилась по горам и небу, разгоняя облака, как круги по воде. Ужасающе. Грандиозно. Триумфально. Это победа! Но взгляд Лелианы был прикован к Вестнице. Она увидела то, что прозевали почти все. Как та схватилась за руку, стоило дыре в небесах взорваться. Как осела на колено, сжимая зубы и скручиваясь вокруг руки. Как по её рукам побежали вверх языки зелёного пламени. Она увидела, как половина магов попадали с ног без сознания. Увидела, как Солас сорвался с места к Вестнице, но отшатнулся. На него посмотрели пустыми светящимися глазами. Зелёное пламя в них пожирало. Лелиана знала, что делать. Она даже не задумалась о последствиях — перемахнула через балюстраду, скатилась на ногах по крутому склону. Вслед ей присвистнули. Бык прекрасно понял, кто сказал и что. Девушка же уже во всю прыть бежала к косситке. Солас пытался дозваться до женщины, но та не слушала. Медленно поднялась, смотря на него, и шаг за шагом надвигалась на эльфа угрожающе. Лучница влетела между ними и раскинула руки, преграждая путь. Она не знала, как и почему, но сказала то, что уже слышала. — Asala ib kadan. Ataashi hissera edala nok! — звонкий певчий голос разнёсся эхом. Кунари остановилась. Дёрнулась. Моргнула. Девушка сделала шаг ей навстречу. — Хаакон… — она позвала жалобно, с надеждой. Светящиеся глаза моргнули ещё раз, и женщина подошла уже вплотную. Тяжёлая ладонь легла на плечо и с силой сжала почти до хруста. Залитые тенью глаза смотрели словно сквозь лицо Лелианы — так ощущался этот потусторонний взор. Солас в непонимании смотрел то на неё, то на Вестницу, прядя в руках усыпляющие чары. — Kadan? Atashi kata, as eda lok? — похоже женщина забыла что её не понимают но шпионка знала что делать нутром. Не было в жутком голосе угрозы только растерянность. — Хаакон. Всё закончилось. — Она задумалась и очень коряво ответила на родном для чужеземки языке. — Atash, Haakon. Ataashi… kata. Слова с трудом всплывали в голове. Она вспоминала то, что говорил когда-то Стен, и получилось даже терпимо. Хаакон остановилась и разжала пальцы слегка. Плечо более не сдавливали тиски её ладони. Брови слегка приподнялись, и она улыбнулась. Широко. Ярко. Красиво. Зелёное пламя завесы уходило из её разума, как вода убегает сквозь пальцы, а когда золотистая радужка снова стала видна, косситка тихо засмеялась глубоким грудным голосом. — Госпожа мастер шпионов, смерть, конечно, великолепна, но я с вами хочу остаться. Не наигралась ещё. — А затем, притихнув, посмотрела ей в глаза и добавила: — Спасибо. Мне было страшно. Девушка замерла как вкопанная. Этому чудовищу было страшно? Почему? Всё же прошло успешно. Пока Лелиана думала, Вестница как-то слишком сильно оперлась на её плечо. Её лицо приблизилось к лицу шпионки, и та вообще забыла, как дышать. Чувство дежавю и ожидания накрыло её словно волной. Как будто такое уже было. Горячее дыхание коснулось губ девушки, и та уже была готова почувствовать прикосновение, как стало безумно тяжело. Рогатая голова упала на её плечо, а затем и всё тело медленно, но верно повисло на хрупкой, в два раза меньше по весу, шпионке. Вестница потеряла сознание.