Про Воронов и Соловьев

Звон стали о сталь разносился эхом по внутреннему двору крепости. С рычанием, достойным диких львов, двое мужчин сражались на тупом тренировочном оружии. Огромный кунари не жалел ударов для темноволосого с седыми прядями Серого Стража. Бык и Блэкволл проводили тренировочный бой между собой, а вокруг уже собрались новобранцы, ждущие своей очереди. С высоты Вороньей башни за этим наблюдала пара серых, как грозовое небо, глаз. После отбытия Варрика и его отряда из Скайхолда Лелиана чувствовала странную тревогу. Сейчас, стоя высоко над тренирующимися, она смотрела словно сквозь бойцов. Воспоминания рисовали, как с таким же рыком дрались двое кунари. Это было ещё до того, как Инквизитор стала Инквизитором официально. После получения титула мастер шпионов почти не видела эту женщину праздно проводящей время. За плечом кто-то галантно прочистил горло: — Добрый день, леди Лелиана. Любуетесь видами? Голос, подобный льющемуся меду, она узнала мгновенно. Потребовалось приложить лёгкое усилие, чтобы не дернуться. Шпионка обернулась на тевинтерца. — Возможно. Вам что то нужно, Дориан? Мужчина ухмыльнулся,прошел вперед и облокотился на ограждение балкончика. — Нет, разве что этот вид… Вы знали что у Империи и кунари длинная история? — Конечно, это ведь всем известно. Вы узнали что-то новое? Мне стоит отправить ворона? — Нет-нет. Дориан очаровательно улыбнулся шпионке и снова повернулся к площадке. Глаза его потемнели. — Я вижу в этом противостоянии жуткую иронию. Если бы был возможен союз… Вся мощь тевинтерской магии в сочетании с кунарийской сокрушительной силой и непоколебимостью. Только представьте, — мечтательно протянул он и вздохнул. — Убереги Создатель. Дориан бархатисто рассмеялся, а затем продолжил: — И всё же… Эта их воля, сила, дикие повадки… Я нахожу это невероятно привлекательным. А вы? — он хитро сощурился. Маг лично видел, как в несвершившемся будущем изломанная леди Соловей, отчаянно сжимая в руках лацканы камзола кунари, отдавала всю себя в поцелуе. Видел, как нежно её прижимала к себе воительница. Видел, как после они начали диковинный танец из попыток скрыть то, что их связывало. Словно тонкая алая нить обвивала два запястья, как бы далеко они ни были. — Кунари сильная фракция, — сухо ответила Лелиана, с нарочитой обезличенностью. Дориан цыкнул. — Несмотря на то, что между тевинтерским Империумом и кунари вражда, Бык кажется мне демонически харизматичным. Уступает разве что Инквизитору. К слову, давно от неё не было вестей. Лелиана подошла к магу и так же, как он, облокотилась на балюстраду. — Дориан, чего вы хотите от меня? — Мне не нравится то, что я вижу. Эта неискренность, маска, как у орлеанской кумушки. Эти варвары тянут к себе, я не могу понять из-за чего. Может виной жар их тела, а может ещё какой биологический аспект. Мне казалось, вы, леди Соловей, разделяете мой маленький фетиш. Зачем же вы скрываетесь? Шпионка медленно перевела взгляд на мага. Его тёплые карие глаза хитро сощурились, в уголках их собрались морщинки, делая Дориана похожим на фенека. Большого и наглого лиса. Его слова вызвали воспоминания о ночи, в которой Лелиана не скрывалась. Вспомнились горячие ладони и не менее горячие губы. Мурашки пробежались по телу, а над ухом словно в реальности прозвучал хриплый голос: «Лелиана…» К щекам шпионки прилила кровь. — Это не ваше дело, мастер Дориан, — шикнула она. — Посмею заявить обратное. Судя по вашему румянцу, по расширенным зрачкам и учащенному дыханию, я попал в точку. Позвольте дать вам совет? — ухмыльнулся он. Лелиана захотела врезать по его самодовольной мине. — Ох, прошу… — ядовито процедила она. Дориан резко посерьезнел, словно сбрасывая маску. — Если ходить вокруг да около, можно упустить единственный шанс. Упустить, а затем сожалеть о словах, что не были сказаны, делах, что не были сделаны. Поверьте мне, я свой момент упустил однажды и не позволю этому случиться вновь, — мужчина печально улыбнулся ей, а затем громко крикнул с балкона: — Эй, Аматус, справа! Бык резко поднял голову на его крик, и в его бедро тут же прилетел меч Блэкволла. Послышалась грубая ругань, и маг снова бархатисто рассмеялся. — А вот мой шанс. Подумайте над моими словами, леди Соловей. — И, махнув рукой, маг быстрым, но грациозным шагом удалился из башни навстречу возможности поиграть с Быком. Оставшись в одиночестве, Лелиана растерянно посмотрела на свои руки, пытаясь понять, чего она желает, но в голову приходил только золотой глаз в полумраке покоев Инквизитора и чувственный шёпот на ухо.

***

Месяц спустя. Жозефина триумфально влетела в ставку командования, держа над головой конверт из дорогой синей бумаги с золотым орнаментом и сургучной печатью. Конечно же, печать уже была сломана, но тем не менее любой аристократ готов был удавиться или убить за такое приглашение. До этого Жози вела активные переговоры с её императорским величеством Селиной Вальмон. Следуя её советам, Инквизитор совершал нужные шаги в направлении обретения большего влияния в высоких кругах орлейского общества. — Мы близки к нашей цели! — воскликнула она дрожащим от волнения мелодичным голоса. — Её величество прислала письмо с просьбой помочь ей на Священных Равнинах. Она указала, что поддержка Инквизицией её солдат будет крайне приятна. Я уже подготовила послание для Вестницы. Каллен оперся руками о стол. Звякнула цепь, покачнувшись на парадном доспехе. — Мы можем выделить около шестидесяти опытных бойцов. Сколько крепостей требуют поддержки? — Не больше четырёх. Инквизитор прислала отчёт о разрушенном мосте и указала, что люди по ту сторону отрезаны от поставки провизии. Буквально вчера ворон принёс. Жозефина немного успокоилась и воткнула в карту булавку, указывая тот самый мост. Лелиана незаметно сжала кулаки. Инквизитора не было в крепости уже три месяца! Три. Месяца. Возвращавшиеся члены отряда всегда выглядели вымотанными, а разведчики докладывали о постепенно ухудшающемся состоянии Вестницы, но при этом говорили о том, что отношение местных к Инквизиции стремительно улучшалось. — Не спорю, что наши достижения велики, но вам не кажется, что мы можем действовать более размеренно? — наконец получилось выдавить у неё. — Личный состав уже порядком устал от постоянных разъездов. Мои люди доносят о том, что жители регионов в которых работал отряд, уже достаточно благосклонны. Влияние Инквизиции и без поддержки короны достаточно. — Лелиана, поддержка Селины будет означать военную поддержку в финальных боях. — Это я понимаю, в то же время я считаю, что нам стоит отозвать отряд в крепость и дать Инквизитору время на отдых. — Как полевой командир, хочу отметить, что и на вылазках можно отдохнуть. Чем дольше мы тянем, тем сильнее становится Корифей. С другой стороны, ты права… — Нет-нет! — резко перебила Каллена Жозефина. — Это нужно делать срочно, пока наше место не занял какой-нибудь другой благодетель. — Боюсь, если Гаспар одержит верх, то нам можно не ждать военной поддержки. Мастер над шпионами сжала губы в нитку. Это чудовищно. Почему всё снова скатывается к использованию кунари, как инструмента? Она Инквизитор, а не девочка на побегушках. Она должна сейчас сидеть в своём кабинете и документы перебирать! Но её нет уже давно, и с каждым днём крепнет впечатление, словно люди в крепости забывают, кем она является. Но поддержка императрицы жизненно важна… — Я отправлюсь со сменой отряда Хаакон. Постараемся решить проблемы на месте силами местных разведчиков. Сама отвезу письмо с вашими стратегическими советами, чтобы лично убедиться в состоянии здоровья Инквизитора. Каллен опустил голову. Рапорты и вправду были пессимистичными. Он знал, что долго так не могло продолжаться. — Это будет последний рывок. Отправлю вместе с вами солдат. После я лично заменю Вестницу на Священных равнинах. Людям нужно видеть, что именно она ведёт войска. — Я рассчитываю, что по нашему возвращению Жози сможет организовать несколько недель спокойствия. Лелиана внимательно посмотрела на товарищей. Дипломат широко улыбнулась и кивнула. — Я гарантирую. Нужно просто совершить последний рывок.

***

Вернувшись после совета в свои покои, мастер шпионов устало привалилась спиной к двери и сползла по ней на пол. Она клялась, обещала себе, что никогда больше не будет участвовать в полевых операциях. Обещала, что не будет носиться по горам и лесам за Кассандрой и Варриком. «…Очевидно, определённая степень истощения: Инквизитора мучают кошмары. Несколько раз отряд возвращался без лидера. Инквизитор пребывала через сутки отсутствия. Выглядела больной, словно не спала несколько дней…» Строки отчёта Хардинг сами всплывали перед глазами. Последней каплей стал обычно активный и нарочито весёлый Бык. Он прибыл с последней смены явно обеспокоенным. Передал ей свои отчёты Бен-Хазрат на ознакомление и спросил только одно: «Долго ещё Босс там будет?» Голос его звучал при этом очень серьёзно и напряжённо. Лелиана ответила тогда что-то туманное, но вопрос мучил и её. Как долго ещё Хаакон выдержит в таком ритме? Собравшись с мыслями девушка встала и принялась собирать рюкзак в путь. Этот рюкзак ещё помнил путешествие с Элиссой Кусланд. На века сшитый и подаренный ей самой виновницей путешествий взамен мешку, который был у Лелиана после ухода из аббатства. Сменная одежда, тёплые носки, личные предметы обихода. Максимально безликий набор вещей. Стоя над поклажей, что станет символом комфорта на ближайшие три недели, шпионка помялась и добавила ещё пару вещей. Тот самый флакон с духами, которые она использовала в день, когда помогала снимать швы Инквизитора, и старую записную книжку. Ту, что почти десять лет назад стала маленькой летописью путешествия во имя спасения мира. Напоминание для себя — один раз справились.

***

В путь отправились рано утром, первые лучи солнца ещё коснулись горных вершин. Компанию ей составляла свежая смена отряда. Дориан сонно зевал и плотнее кутался в плащ, сидя верхом на изящном орлесианском верховом. Блэкволл, привычный к длинному пути на коне, вообще посапывал в дреме, зная, что старый боевой конь не оплошает и будет идти с вереницей и без его бдения. Коула нигде не было видно, но его присутствие ощущалось. Мальчик-дух был очень странный и поначалу к нему относились с опаской, но постепенно привыкли. Вот и сейчас Лелиана обвела взглядом отряд и округу, и внезапно для себя заметила парнишку, на краю лёгкой повозки с провизией прямо перед собой, словно он соткался там из воздуха. Лошадь под ней шарахнулась, и Лелиана со вздохом погладила кобылку. Животные всё же пугались таких появлений. Дорога на Святые равнины была простой и хорошо проложенной. Широкая достаточно, чтобы в обе стороны по два воза прошли и друг друга не зацепили, — оно и понятно. Провизию и товары в Орлей возили именно по этому тракту. Дорога действительно оказалась очень спокойной. Даже несмотря на гражданскую войну, воз с провизией удалось легко уберечь от пары нападений. Нападавшие же выглядели отчаявшимися. Конец зимы уже порядком истрепал запасы местных жителей, вот они и начали нападать на проходящие обозы. Другой аспект спокойного пути был ещё более оптимистичным — репутация. Непрерывная работа полевых агентов и основного состава отряда Инквизиции сделали их знаменитыми. При остановках в трактирах на ночь часто можно было услышать разговоры о тех или иных спутниках Вестницы. У некоторых даже появились поклонники. Кто-то от такой славы прятался, а кто-то, наоборот, купался в лучах внимания. Тот же Дориан, к примеру, с удовольствием рассказывал истории о приключениях с Инквизитором. Лелиане же это напоминало о старом путешествии по Ферелдену. Когда-то она также сидела за столом и делилась тем, что видела, с простыми людьми. Сейчас — совсем другое дело. Она, всё еще юная внешне, но прошедшая Мор, войны и дворцовые интриги, осознала, как мир искромсал её. Словно обрывая с цветка лепестки, жизненный опыт стесывал с неё нежность, мягкость, доброту, отращивая вместо них ядовитые шипы и сковывая сердце стальными обручами. Она думала, что избавилась от своих слабостей… Прибыв в лагерь на Священных Равнинах, шпионка усилием воли подавила волнение и странную тревогу. Она лично подошла к своей заместительнице на полях — разведчице-гномке по имени Хардинг. Та встретила её и отряд с улыбкой. — Вы быстро добрались! Добро пожаловать в Изумрудные могилы. Почти… Погода явно на нашей стороне. Размещайтесь в полевых палатках справа вдоль ручья, ставка командования под той скалой, кухня ближе к роще и водопаду. У вас есть время до завтрашнего утра, — бодро отрапортовала гномка. — Хорошо встали, удачное расположение лагеря, — похвалила её Лелиана, осматриваясь и стараясь не выказать, что ищет взглядом высокую фигуру кунари. Место действительно было удачным: каменная чаша с двумя выходами. Красные тенты были расставлены двумя рядами, хорошее пространство между палатками позволило бы в случае чего легко вести бой, на величественных скалах, окружающих лагерь, устроены импровизированные наблюдательные пункты. Был даже источник воды — в глубине природного каньона с грохотом обрушивал свои воды водопад, а в его основании, неподвластный потокам, лежал каменный волк. Высеченный сотни, а может быть и тысячи лет назад, он внушал трепет своим видом. Впрочем, он не потерял свою величественность и сейчас. Заметив, как мастер шпионов осматривается, Хардинг добавила: — К чаше водопада можно спуститься, есть тропа. Отряд Вестницы вернётся ближе к темноте, им предстоит зачистка ещё одной заставы войск императрицы по эту сторону реки. Когда прибудут строители для ремонта моста? — Сегодня или в крайнем случае завтра. Мы не сильно их обогнали, — ответила она, тщательно следя за интонациями, чтобы не выдать подавляемую тревогу. — Это отличные новости. Располагайтесь, вам с дороги нужен отдых. Разведчица скрылась в глубине лагеря. Лелиана сняла с лошади тяжёлый рюкзак и двинулась в ту сторону, которую ей указали. Действительно, для каждого члена отряда поставили отдельную, добротную палатку. Остаток дня она провела, раскладывая вещи и изучая окрестности лагеря. Медленно, но верно вспоминались старые недобрые времена, порождения тьмы, крикуны в темноте за зыбким кругом лагерного костра. В то же время она вспоминала и хорошие моменты. Смех, вино и разговоры. Даже во времена Мора они каким-то чудом находили в себе силы смеяться и поддерживать друг друга. Элисса тогда была полна надежд и планов. Увы, судьба с ней распорядилась жестоко. Когда же последние лучи заката отогрели и небо из лилового стало синим, в лагерь вернулись всадники. Могучий и тяжёлый жеребец породы «Ассараш». Чёрный, в редких, еле заметных серых яблоках на крупе и плечах, фыркая, остановился, и с него быстро спешилась не менее выдающаяся всадница. Инквизитор стянула перчатку с правой руки и погладила зверя по плечу. — Karas Moroh. Meshew is ceneel, — похвалила она коня. Сера ловко спрыгнула со своей рыжей лошадки и, встав, как акробат после трюка, выдала: — Моя жопа в огне! Ещё раз погонишь в такую скачку, и я точно отстрелю твою. Везёт тебе, что ты ростом выдалась и сложена хорошо. Если бы не это, то я бы тебя не пожалела. — Мне почти стыдно это слышать. — Солас осторожно слез со своего коня с чудовищно уставшим видом. Его просьбу выполнили, и в меланхоличном, даже печальном настроении он был ещё более странным. — Вестница, я хочу побыть один, подумать и найти иное место для сна. — Будь осторожен. — Как всегда, — немного сгорбившись он ушёл вглубь рощи. Инквизитор повернулась к всё ещё сидящей на лошади Кассандре. Подошла и протянула руки. — Я могу спешиться сама, — недовольно рыкнула женщина и дёрнула висящей в лубке рукой. — Не можешь. Мы обе это знаем. Не усложняй положение, — хмуро отрезала Хаакон. Выглядело это даже более внушительно из-за тёмных теней под глазницами. Кассандра фыркнула и нехотя перекинула ногу через холку коня. Широкие ладони сомкнулись на её талии, и женщину в полулатах спустили на землю как невварскую донну. На мгновение в её животе появилось странное чувство. Она покраснела и сразу же отошла от Инквизитора, скрываясь за другим боком коня. Отношения между Искательницей и Вестницей стали неловкими после стычки с демоном в Крествуде. Кассандра взяла коня под уздцы, благо чтобы отвести его к коновязи не нужно было две руки, и ушла. Хаакон вернулась к своему скакуну и замерла. У красавца Мороха, нервно сжимая письмо в руках, стояла та, кто терзал её во снах о будущем. Свет жаровен бликовал на кольчуге, золотистая вышивка мерцала на капюшоне, а пряди волос словно пылали. Хаакон поняла, насколько соскучилась, когда увидела Лелиану. В горле сдавило от странного прилива волнения, и женщина прочистила горло, стараясь идти спокойно. Она выглядела так, словно готова сорваться с места и сжать Лелиану в объятьях, но ограничилась улыбкой. Шрамы уродливой гармошкой исказили обожженную часть ее щеки. — Леди Соловей. — Её голос неожиданно охрип и пришлось снова прочистить горло. Мастер шпионов неосознанно шагнула вперёд. Конь за её плечом фыркнул и толкнулся мордой меж лопаток, на мгновение нарушив её равновесие и вынудив сделать ещё один шаг вперёд. Лелиана оказалась почти впритык к Инквизитору. Крепкие руки тут же подловили её под локти, хоть она и не падала. Контакт. Все воспоминания пронеслись перед глазами лучницы, и она резко выдохнула. Сердце забилось где-то в горле. — Ваша светлость, Инквизитор, — произнесла каким-то писклявым и совершенно недостойным барда голосом. Тепло от ладоней Вестницы расползлось по телу. Она даже забыла, что ноги её продрогли. — Рада вас видеть. Воительница действительно выглядела неважно, но Лелиане показалось, что она... стала крупнее? Как такое возможно? Может, это из-за долгого отсутствия шпионка отвыкла от её габаритов? Конечно, не Бык, но на голову выше любого эльфа или человека в крепости, а может, и больше. Дух захватывало. — Вы выглядите усталой. Не это она хотела сказать! Да что за напасть! Вероятно, заметив выражение лица Лелианы, косситка тряхнула рогатой головой и убрала руки. Медленно. Слишком медленно и словно нехотя. — Ничего страшного. Я буду в порядке, стоит нам закончить здесь. — За этим я прибыла. Хотела лично убедиться в правдивости рапортов, и доставить письмо с дальнейшими указаниями от ваших советников. Лицо Инквизитора, сиявшее улыбкой всего мгновение назад, словно бы застыло на мгновение. Треснула маска. С той стороны на шпионку смотрела загнанная в вечном беге женщина с горой ответственности на плечах. Всего мгновение понадобилось Хаакон, чтобы вновь скрыться за маской сильного лидера. — Я изучу его как можно скорее. Мне нужен небольшой перерыв. Ждите меня через час в палатке ставки командования, — ответила она нарочито спокойным голосом. Женщина кивнула Лелиане и, взяв коня под уздцы, повела к коновязи. Шпионка подметила лёгкую хромоту на левую сторону и сжала губы. Всё не так! Не эти слова рвутся наружу, хочется шагнуть, нет, побежать за лидером и схватить. Обнять со спины и спрятать лицо меж лопаток кунари. Стало стыдно — Инквизитор только вернулась, а мастер шпионов сразу вот так наскочила и взялась за дело. Сказанного не воротишь — пришлось собраться и выполнить приказ Инквизитора. Час Хаакон не понадобился. Она пришла значительно раньше. Внешне никак не изменившись — всё в той же броне, перчатках, сапогах. Только дух перевела — сразу за дело. Отдыхать будет позже. Леди Соловей уже подготовила нужные карты и планировала сходить к походной кухне за горячей водой для чая — хоть как-то извиниться, но не успела. Её мишень пригнулась, проходя под тент. На сломанном роге на её голове красовалось новое украшение из металла, заменявшее обгоревшую часть, в темноте шпионка его заметила. Сейчас металл призывно сверкнул. Под пальцами вспомнилось ощущение шершавого ребристого рога. — Давайте обсуждать. Какая у нас стратегия? — Женщина подошла к столу и тяжело опустилась на ящик, служащий стулом. Дерево жалобно скрипнуло. — Вы быстро. Я хотела заварить нам чай. Подождёте немного? — Лелиана немного нервно подняла котелок. Косситка кивнула. Девушка быстро сходила за водой и травами. Взяла пару грубых жестяных кружек и вернулась уже с ароматным чаем. Разлив отвар и поставив перед Инквизитором, Соловей вернулась на своё место. В свете свечей и жаровни Хаакон можно было хорошенько рассмотреть. На скуле виднелся зеленеющий синяк, губа рассечена, но уже заживает. Костяшки пальцев — боевую перчатку она сняла — разбиты. Следы постоянных боёв. Даже Касс сломала руку. Значит, бои нешуточные и отряд попадает в плотные стычки. На нагруднике Инквизитора множество вмятин, ремень наплечника лопнул, но хуже всего — заплата на кожаных штанах, наскоро пришитая посередине бедра. В таком месте о ветку не зацепишься, явно след от прокола в ладонь шириной. Для стрелы широкий — значит, либо меч, либо кинжал, либо копьё. В груди кольнуло совестью, стыдом и… болью. — Для начала — вы отлично справились с текущими задачами. Укрепления Вольных граждан разбиты, а войска Селины могут вернуться в свои форпосты. Это огромный прогресс. Завтра прибудут наши войска для удержания земель и постройки моста. Останется только снять осаду с цитадели Дю Корбо, и у нас будет поддержка императрицы в войне с Корифеем. Косситка медленно поднесла к губам чай и глотнула. Сморщилась на мгновение от температуры и лёгкой боли в губе, но после выдохнула с облегчением. Сначала выслушает, а затем пойдёт ужинать. — Нашли брод через реку два дня назад. Сегодня утром отправила разведчиков. Завтра утром будут в лагере. Узнаем, что с цитаделью. Соловей оторвала взгляд от ранки на губе Инквизитора и осознала, что пялится так всё то время, что Хаакон говорила. — Это очень дальновидный шаг. — У меня был хороший учитель. — Ещё глоток, и капелька отвара сбегает по подбородку к шее. Оттуда ниже, за воротник. Лелиана покраснела. — Каллен советует прорывать осаду с двух флангов, а вам с отрядом воспользоваться ситуацией и пройти тайно. Чтобы вы могли вести поддержку с тыла противника под прикрытием войск императрицы. — Ворона уже отправили? Их командир осведомлён? — Я сделаю это сегодня. Чтобы ворона не сбили. Инквизитор кивнула и пробежалась взглядом по бумаге, что протянула ей мастер шпионов. Короткий список советов по расстановке войск, стрелков в особенности. Маги на возвышенностях. Логично и сухо — типичное письмо Каллена. — Леди посол давала какие-то особые рекомендации по ведению переговоров с командиром Вольных граждан? Как поступаем с пленными? — хрипло спросила Хаакон. Письмо она отложила в сторону и поерзала на ящике, стараясь поудобнее расположить левую ногу. — Жозефина предложила доставить их в Скайхолд и обменивать на бойцов Селины. Командира Цитадели зовут Жеан. Она человек. — Это даст нам больше престижа, да? Если я её по имени буду звать. — Да. — Хорошо. Повисла неловкая пауза. Шпионка взяла свою кружку, втянула пар полной грудью, прикрыв глаза. Нужно собраться. Запах трав мешался с свежестью водопада, ночной прохладой и ноткой дыма. Мысли немного успокоились, но она чувствовала, как её прожигают взглядом. Следят за каждой эмоцией на лице, каждым движением пальцев. За ней словно следил голодный хищник, и она это понимала. Робкое желание быть схваченной уже закрепилось в её сердце. — Теперь по более мелким советам касательно деталей наших действий… — Постойте, Лелиана, вы будете участвовать в захвате? — спросила Хаакон взволнованно. — Да. — Нет! — резкий и чёткий ответ заставил шпионку вскинуть голову. — Что, простите? — Вы мой мастер разведки. Вы не будете участвовать в полевой операции, — заявила Хаакон тоном, не прощающим возражений. — Именно поэтому я должна… Косситка встала с ящика и нависла над картой, оперевшись на стол руками. — Как Инквизитор, я вам запрещаю, — сказала она властно. Колени шпионки дрогнули. Столько власти в голосе Хаакон она никогда не слышала. Эти три месяца изменили дикую наемницу. Они все вместе создали монстра. Нужно было что-то сказать. Отстоять свою точку зрения, вот только в глубине души Лелиана искренне не хотела идти в бой. Не потому что было страшно, а потому что было чудовищно тяжело. Одно дело — Рэдклифф. Там разведчики сработали как убийцы, и врага было мало. Другое — война. Вспомнился последний бой в Денериме. Крики сотен и сотен солдат. Руки начинали дрожать при одной мысли об участии в таком адском котле. Но прозвучал приказ. Первый приказ Инквизитора по отношению к ней. И это ощутилось как… Защита. Глаза предательски намокли, и она опустила голову впервые за очень долгое время. Странно, как эта женщина пробила все её маски и коснулась, сама того не зная, души. Инквизитор же увидела, как мастер шпионов пошатнулась и опустила лицо. Как дрогнули плечи. Она не знала, что делать, заметалась. Не хотела обидеть, может, задела? Надавила слишком сильно. Эта суета была заметна по тому, как она резко сбавила напор, оторвала руки от стола и шагнула то в одну сторону, то в другую. В итоге очень осторожно протянула руку и коснулась руки Лелианы. Буквально кончиками пальцев, её пальцев. — Лелиана, простите. Я понимаю, что могла вас оскорбить этим, но я не могу вам позволить быть в опасности настолько. Вы можете руководить с возвышенности… Кожа косситки была горячая, сухая. Девушка вздрогнула, но руку не убрала. Эмоции взяли контроль над ней, и шпионка сама повернула ладонь, позволяя взять её за руку полностью. Тепло, нет, жар поднялся по телу. Пальцы сами двинулись, сжимая чужую, такую широкую и шершавую от мозолей ладонь. Она подняла лицо, сжимая губы. Хаакон увидела покрасневшие глаза, и на её лице отразилась паника. Правда, вместо обиды она услышала надломленное: — Спасибо, Инквизитор. В глазах Лелианы было столько боли, сожалений и обречённости, которые сменились огромным облегчением. Женщина сразу поняла — это не слёзы обиды.